Джареф. Кровь. Цикл Мемуары Бога

«Кокон крови не даст нам упасть, а вот сталактиты сверху могут убить». Раздался лязг цепей сверху. И крики ужаса людей снизу. Держать одновременно кокон, и выбираться из ловушки было тяжело. Банально не хватало жидкости. Стрелы воткнулись в плотную пелену передо мной. Привычным усилием я преобразовал часть кровавого щита в копья и отправил в стражей. Их крики огласили удачное попадание – двигаться им некуда, сами оказались в ловушке.

– Сверху, – прошептала женщина, сильнее сжимая меня руками.

– Будет больно, – предупредил я ее и развеял кокон. Огромные кровавые лезвия завращались над нашими головами, разрезая камень и металл. Крошево посыпалось на головы. Острые кромки более крупных осколков впивались в кожу лица и рук. Внизу вопли переросли в судорожные всхлипы.

А мы начали падение во тьму.

Всколыхнулись одежды, кровь от лезвий рассыпалась на капли и падала вслед, вместе с крошевом камня и кусками металла, бывшими наконечниками. Внизу нас ждали колья. Видимо создатель ловушки рассчитывал на ударную волну сверху. Или, неудавшиеся покупатели становились товаром? Колья в яме располагались хаотично и небольшими рядами.

Я потянул кровь из стражей. Алые сполохи жидкости впились в мое тело, начался процесс плетения доспеха. Никогда не вмешивался в этот процесс, но сейчас меня интересовали крылья, а не защита тела. Времени на полный доспех не хватало. Женщина вжалась в меня, уткнувшись в грудь головой, и тихо всхлипнула. Плетение доспеха не желало подчиняться. Духр! Нужно было раньше заниматься этим! Бросил гиблое дело и преобразовал новые потоки крови в длинные костяные крылья без перепонок – нет времени. Я перевернулся в воздухе, от чего женщина оказалась снизу и вскрикнула. Алые кости хрустнули при соприкосновении с полом ямы, боль пронзила мне спину, грудную клетку и плечи.

Я стиснул зубы, продолжая наращивать кости, пока сила инерции от падения не перестала тяготеть над нами. Хрустнули еще три кости, и пол оказался ближе. Усилием воли, превозмогая боль в спине, я оттолкнулся от участка с кольями и упал на спину, обхватив женщину руками. Кувыркаясь по черепам, довольно свежим трупам, распугивая крыс и перелетая через новых жертв, мы остановились у очередного скопления деревянных кольев.

Вонь. Здесь воняло падалью. Болью и ужасами смерти.

– Жива? – выдохнул я в макушку женщине.

– Да, – слегка с опозданием ответила она. – Благодарю.

– Рано еще. Вставайте.

Благо, женщина держалась стойко. Ужасы развороченных, гниющих трупов вокруг ее не смутили. Не вывели из себя. Не ввергли в пучину отчаяния. Не вызывали тошноту. Никаких эмоций, словно подобное для нее было обыденностью. Восемь из тринадцати незадачливых покупателей были еще живы, хоть и находились в тяжелом состоянии.

Я посмотрел наверх. Так вот в чем дело. Плиты крепились к металлическим балкам – отсюда видно, какие цепи тянутся по балкам и почему плиты опускаются не все разом, а по очереди, начиная от входа в этот грот. Цепь двигалась по балке, тянула за собой крюки, те цепляли пружины опор, и плита опрокидывалась.

А вот когда они закроются, отсюда будет тяжелее выбраться. Я вновь потянул кровь. Стали слышны скрипы механизма, цепи поползли обратно, и плиты медленно возвращались на место. В руке сформировалось копье с длинным наконечником. «Ну же. Быстрее. Собственная кровь будет быстрее». Вновь возникло тянущее, неприятное чувство в теле и накатила слабость.

Я швырнул копье в ближайшую цепь на балке. Алый наконечник впился в звено цепи и пробил балку насквозь. Механизм в стенах скрипел, тянул на себя цепи. Копье трещало, ведь его крепость зависела от силы моего разума. А сейчас я испытывал слабость от потери крови.

– Пей! – женщина оголила запястье.

Без раздумий я впился в нежную кожу. Глоток. Горячая алая жидкость божественным вкусом взорвалась на языке. Еще глоток и разум прояснился. Я смотрел на копье и медленно повернул его, звено лопнуло, и цепь порвалась. Механизм продолжил работать. Остальные ряды плит вернулись на место, погружая часть ямы в темноту. А над нами лился тусклый свет из проема.

– Благодарю, – я закрыл ранки женщине энергией заживления. Она покачнулась. Я придержал ее за локоть. – У вас анемия. Потеря крови существенна для вас и малыша.

– Знаю, – прошептала она вяло. – Но так бы мы все здесь погибли. А вам нужно больше крови, чтобы вытащить всех нас и защитить от Наместника и его мага.

Семь из тринадцати еще могли выжить. Раны на моих руках уже затянулись, но вокруг осталось достаточно моей крови, чтобы подчинить чужую. По лбу катился пот, тело трясло от усилий и боли в спине – нервные окончания не желали блокироваться. Мутация духр ее подери!

Неохотно отозвалась чужая кровь. Ручейки медленно ползли по трупам, стекали со стен и медленно взмывали в воздух, направляясь вновь формируемый мною кокон. Так проще определить количество крови в пространстве. Достаточное количество на небольшую лестницу. Еще останется зажать раны на еще дышащих.

Когда последний из пострадавших покинул яму, кровавая лестница рассыпалась в пыль. Многократное использование одной и той же крови, как показала практика, невозможна. Вокруг вздымались куски камня, на полу у подъемника лежала помятая решетка от него, кое-где чадили сбитые лампады, масло из которых вылилось и горело. И вокруг был оседающий туман из земляной пыли. Одну из подпорок уже лизал огонь.

– У вас кровь, – женщина смотрела внимательно из-под капюшона. Ее желтые глаза с оранжевой радужкой внимательно осматривали меня с ног до головы и остановились на моей окровавленной спине. Женщина сняла капюшон. Пшеничные локоны рассыпались по плечам, а рядом звякнула заколка. Сломалось крепление. У эрнийки были высокие скулы, нежная, бледноватая кожа, темные круги под глазами. Большой для ее лица рот с ранкой на нижней губе и следом крови на подбородке притягивали мой взгляд. Уголок ее губ дрогнул. Брови сошлись на переносице. И шея…вся ее шея была в шрамах от укусов.

– Заживет.

– Вы регенерируете? – зрачки в ее глазах расширились. – Но как?

– Маг жизни, – медленно я поднялся на ноги. Почему никто не пришел? Ведь крики и звуки разрушения ловушки было слышно за пределами шахты. «Так вот в чем дело. Все местные знают, что здесь происходит. И старик тоже? Что ж, узнаю это чуть позже». – Помогите остальным перебраться ближе к выходу в одну из штолен. Раны я закрыл на время, в ближайшее несколько часов их жизни угрожает только стража. Я вас найду.

Женщина кивнула и подошла к первому из раненных. А я взял оружие у павших в бою стражников. Неплохие мечи и хорошие средние луки. Благо луки механические, а не магические. Небольшой арсенал занял свое место на моем теле. Лук и колчан со стрелами за спиной, два меча на бедрах оттянули пояс. Балахон пришлось немного укоротить и перевязать. Для этого подошли отрезанные куски ткани. Искореженные двери подъемника поддались с третьей попытки. Жуткий скрежет петель эхом отразился от стен грота и ушел гулять по ответвлениям, творясь и множась. Превратился в жуткий рев неизвестного зверя. Цепи подъемника уходили глубоко вниз и терялись в темноте.

Время на ладони показывало, что прошло уже два часа. Я оттолкнулся от края и прыгнул. Цепь звякнула в руке, слегка изогнулась под весом и вернулась к изначальному положению. Спуск вниз начался. Не более пятидесяти метров вниз. Ноги коснулись решетчатого потолка подъемника. Отверстия были достаточно большие, чтобы пролез взрослый мужчина. Держась за одну из балок ногами, одной рукой я поддерживал волосы и медленно опустился вниз. Повиснув вниз головой, я удерживал вес тела только согнутыми коленями.

Двое охранников у дверей. Решетка преграждала выход. Дальше был небольшой грот с низким потолком и магическими светильниками. Пол был украшен деревянными панелями, заглушающими звуки шагов. Скамьи по центру. Три двери в противоположной стене сверкали мозаикой, резьбой и инкрустацией из кости. У каждой стояли по два стража. Действовать нужно было тихо. Двоих у подъемника вывести из строя оказалось проще, стоило воткнуть мечи под нужным углом, и стража осталась на своих местах. Только уже бездыханная. А дальше я использовал кровь и иглы. Легко спрыгнул на пол и тихо вынул клинки. Видимо недостаточно тихо – навык срабатывает только к привычному к рукам оружию. Головы стражей в глухих шлемах обернулись ко мне. В последний раз. Оба меча вошли в их тела между пластинами доспехов, пригвоздив к решетке двери подъемника. Оба тела слегка просели, но не упали с импровизированных колов.

Я вновь расцарапал себе ладони и оросил кровью тела мужчин. Теперь их кровь подчинялась мне. Сформировал несколько острых игл и швырнул в каждого из впереди стоящих стражей. Те, с глухими стуками без эмоций и криков боли, свалились на деревянный пол. Едва лезвия мечей покинули трупы стражей у подъемника, оба тела упали на пол, с легким металлическим звуком.

О том, что при входе сюда из других помещений увидят тела, мне было уже как-то все равно. Особенно после увиденного в яме. Наместник подписал себе если и не смертный приговор, то повторную встречу со мной однозначно. Хотелось знать ответы на свои вопросы, одним из которых был об имени хозяина данного рынка. После рек крови, я надеялся, что Трауши Хар Керион будет связан с этим местом, иначе многие здесь умерли бессмысленно.

Время на ладони отсчитывало ровно половину из отведенного на торговлю.

Мой внешний вид сразу отметал покупательскую направленность. Можно было раздобыть балахон. А можно сделать все чуть иначе. Я приоткрыл створку двери центрального входа. Послышались тихие переговоры на мягких сидениях, комната была погружена в полумрак. Капюшоны на всех присутствующих в комнате скрывали лица. Черные тона тканей и отделки делали облик помещения безликим.

Мрачно.

И невозможно ничего разобрать. Над каждым из столов висело по три мягко сияющих кристалла: защита от прослушивания, защита от записи, защита от нападения. Духр. Орудовать в комнате мечом не вариант. Заклинание защиты от нападения мгновенно парализует мое тело. Решение пришло довольно неожиданно. «Что если сплести свою защитную сеть и накинуть на комнату? Крови у меня теперь в достатке. А вот времени нет».

Потоки алой жидкости потянулись ко мне от тел стражников. Мысленно я сформировал перед собой каркас заклинания и приказал крови оплетать сетку, принимая облик ажурного щита из тонких алых нитей жидкости жизни. Когда щит был готов, я толкнул его в щелку меж дверьми. Кровавое заклинание едва заметно мерцало в темноте, расширяясь над головами сидящих. Оно не представляло вреда, поэтому кристаллы от нападения не реагировали на него. Когда первая фаза закончилась, вторая фаза заклинания сработала неожиданно даже для меня – алая сеть вспыхнула, завертелась и, выстрелив из своего центра сгустками крови, оплела каждого сидящего, парализовав.

С остальными комнатами я проделал аналогичные действия, но каждый раз плетение вело себя по-разному, но итог был один – обездвиживание или парализация. Осталось не более полутора часов на опрос. Я направился в первую из комнат.

– Господа, – улыбнулся я кровожадно. Думаю, личина алхимика исказилась в жуткой гримасе. Я деактивировал защитные кристаллы и облокотился на спинку одного из диванов. – Меня интересует информация. Если вы ею поделитесь, останетесь в живых. Нет – сами понимаете, – я слегка ослабил кровавую сеть, чтобы развязать языки.

– Да как вы смеете! – воскликнула женщина ближе всего ко мне.

– Смею, айя. Смею. У вас есть три минуты, чтобы выложить мне всю информацию о группах, что добывают «укус» и рассказать мне о маге-артефакторе хаоса.

– Комнаты под наблюдением мага Наместника, – прохрипел торговец у дальнего угла. – Скоро сюда явится стража.

– Что ж, время сократилось до одной минуты, – я слегка потянул путы на их телах. Вскрики раздались со всех сторон, справа у женщины хрустнули ребра. Ее крик потонул в вязи заклинания на стенах. Кровавое плетение продолжало расти, оплетать стены и понемногу тянуть кровь из находящихся здесь. – Есть желающие?

– Артефакторы в другой комнате, а в дальней по ядам, – прохрипел тот же голос из дальнего угла. Торговец оказался сговорчивее. Их братия ценила свою жизнь куда больше, чем маги.

– Отлично, отдыхайте. И да, – я оглянулся при выходе. – Чем дольше будут сопротивляться ваши братья по торговле в соседних комнатах, тем хуже будет вам.

Дверь тихо закрылась. Противно. Я вновь выключил чувства. Толкнув дверь, вошел в другую комнату.

– Доброй ночи, господа артефакторы, – я присел на стол, деактивируя защиту комнаты. – Кто из вас знает мага-артефактора хаоса?

– Я маг Хаоса, – раздалось слева от меня. Из капюшона смотрели спокойные глаза женщины средних лет. Человек. Отлично. Присел к женщине и повесил на нас полог от прослушивания.

– Кому ты продавала свои поделки, айя?

– Всем, кто приходил. Это не запрещено, – ухмыльнулась женщина.

– Нет, не запрещено. Но вот продавать заклинания Хаоса запрещено. Вам лучше начать говорить, айя, – я мило улыбнулся.

– Нет. Я этого не делала. Изготавливаю только артефакты, во мне мало магии, айер, – женщина покачала головой.

Она говорила правду.

– Вам известно, кто обладает достаточной силой для этого?

Женщина молчала. Но я чувствовал ее страх, страх куда больший, чем вызывал я. Это надо исправить. Вязь на ее теле хищно сжалась, впиваясь в ее тело и проникая через небольшие ранки в кровь. Я ничего не испытал, а вот маг-артефактор изогнулась в крике боли.

– Он меня убьет. Если узнает, что это я сказала его имя, – уголки губ женщины опустились.

– Возможно. Но если вы скажете имя мне сейчас, у вас будет возможность увидеть рассвет, – я погладил ее щёку удлиняющимся ногтем. Женщина побледнела. – Ну же, не хочу лишать жизни такую красотку.

– Травиан эль Сакрэ. Он монах Темной богини.

– Умничка.

Заклинание в этой комнате также тянуло кровь из живых. «Нужно поторопиться и развеять их. Но только когда закончу с последней комнатой». Одно имя мне стало известно. Последняя комната не принесла результатов. Я покинул теневой рынок, в трех комнатах остались сильно ослабленные торговцы и покупатели.

Выход нужной штольни я нашел по трупам. Тела стражи зияли обожженными дырами в груди, голове, животе. И ни одного тела из тех, кто побывал в яме. Едва я появился в проеме, яркий луч ослепил. Я едва успел дернуться в сторону.

«Едва успел». Проворчал Храмм.

– Отродья Темьи, женщина! – основная длина моего волоса опала на пол, обуглилась.

– О, это вы, – донеслось с эхом. – Извините.

В небольшом помещении кто сидя, кто лежа, располагались выбравшиеся из ямы ойды. Белые, уставшие лица со страхом смотрели на меня.

– У выхода стража собралась. Боюсь нам не выбраться, – женщина была бледна. Я присел перед ней. Она устала. Резервуары почти исчерпались. Магиня. Теперь, когда энергии в ней осталось мало, щит поддерживать она не видела смысла. Кожа была едва теплой. Много израсходовала энергии.

– Расслабьтесь, – лоб женщины был слегка влажный от пота. Ее руки тряслись от напряжения и усталости. Я мягко влил ей немного своей энергии, чтобы она перестала волноваться. – А теперь отдохните немного. Я вернусь за вами, когда решу все проблемы у дверей и в деревушке. Закрою проход кровью.

– Благодарю, – женщина устало улыбнулась и легла на пол. – Пусть Светлая благословит вас на удачу.

Полог защиты лег на вход в штольню. Я не был уверен, что справлюсь с Саад’хи быстро. Да и наместник не простой воин. Пора бы узнать, где находился хозяин теневых рынков и, по совместительству, мой Язык. Как и сказал маг в комнате, помещения под наблюдением мага. Впереди был слышен шум латных доспехов, тихие переговоры, тяжелые шаги и чувствовалось нервное возбуждение. Стражи засиделись. Трупы у моих ног были еще теплыми, но кровь в их жилах уже отмирала и контроль над нею держать станет сложнее. Я коснулся камня пола, опустил руку в небольшую лужицу алой жидкости. Слегка измазал ладонь, смешивая свою кровь и кровь мертвецов. А теперь – Подчинение.

Шаги приближались. Очередная штольня справа оказалась как нельзя кстати. Неглубокая, но темная, так как располагалась вдали от освещенных пространств. Чем основан выбор мест для освещения, для меня осталось загадкой.

– Идем аккуратно, – капитан отряда тихо шептал указания. – Думаю, никто из вас еще не сражался с аканом. Будьте внимательны, чтобы он вас не укусил. Держитесь рядом и прикрывайте друг другу тыл. Скоро прибудет подкрепление с колбами Света.

Хороший он муж. Говорит спокойно и по делу. Видно, что бывший аристократ. Не хотелось бы его убивать.

– Тревор, запусти кристалл.

Мягко засиял кристалл дальнего видения. Капитан рассчитывал на темноту, что скрывала штольню, где сидел я. Немногие аканы видят в темноте, на это и был его расчет. Никогда недооценивай противника.

– Дальше не пройти. Тоннель прегражден алой завесой.

– Маг крови, – нервозностью запахло сильнее. – Теперь все ясно. Может, удастся договориться?

– С аканом?

– Пушечным мясом желаете быть? – едва заметно повысил голос капитан. – Нет? Тогда я пойду, а вы ждите подкрепление. Если что, Тревор прикроет вас щитом света до прихода подмоги, и колб.

– Капитан.

– Это приказ! С этим аканом нам в одиночку не справиться!

– Капитан… под нашими ногами лужицы крови, – раздался женский голос. Приятный, но испуганный. Как, впрочем, и аромат. В воздухе помимо естественных запахов кожи, дразня нос, ощущался страх.

– Духр!

– Я все слышал, – я тихо ступил на освещенный участок каменного пола шахты.

– Акан! – женщина приоткрыла рот от удивления и страха. А остальные семь мужчин повернули голову в сторону штольни. Читать скрытые латными шлемами выражения лиц невозможно, но запахи и язык тела говорили за себя. Им было до одури страшно. А вот капитан смотрел насторожённо и зло. Он не желал терять своих людей, к которым успел привязаться, и достойное воспитание аристократа претило отдать их на растерзание.

– Я услышал тебя, – вдалеке был слышен шум: крики людей, хрипы животных, звон доспехов и четкие приказы Саад’хи. – Думаю, на вас нет уз крови с местным главой теневого рынка. Вы хотите жить?

– Вы предлагаете отпустить нас, после того, как убили почти всех внизу? – капитан стиснул зубы. Я видел, что он собирался тянуть время.

– Вы желали переговоров. Я здесь для этого, – я скользнул взглядом по женщине. Мужчины напряглись. – Там за кровавой завесой, есть выжившие. Достаточное количество живых дейрнийцев. Но их состояние ухудшается с каждой минутой. У вас выбор, – я расслабленно стоял перед небольшим отрядом. Мне было нужно время для подготовки следующей атаки. – Я прохожу мимо вас. А вы, свою очередь, успеваете оказать помощь всем, кто в ней нуждается. И не тяните время, капитан. Дорога каждая минута.

– У меня нет причин верить вам, – капитан стоял перед выбором, и основной весовой категорией этого становилось доверие.

– Как и у меня к вам, капитан. Могу дать слово, что с ваших голов по моей вине не упадет ни единого волоска. Вы меня не видели, я не встретил вас. И да, – судя по звуку, ворота в шахту приоткрылись. – За алой пеленой в шахте лежат раненные. На вашем месте туда стоит отправить вашего мага. Но только в том случае, если мы расходимся на этом месте и забываем друг о друге.

Потекли секунды ожидания. С каждой из них шансы на жизнь у отряда людей таяли. Едва подкрепление достигнет этого поворота, отряд пойдет в расход. Мне нужно больше крови для кокона. При световых колбах его нужно сформировать как можно более плотным. Здесь возникала другая проблема. Без крови людей передо мной, кокон будет менее эффективен. В этом случае страдать буду уже я.

– Время, – поторопил я капитана.

– Хорошо. Мы вас не видели, – воин надел шлем.

– В штольне беременная магиня. Позаботьтесь о ней, айя, – я подошел к девушке. – А это, – измазал ее ладонь своей кровью. – Чтобы защита пропустила вас. Поторопитесь. О тех, кто идет позади вас, лучше не думайте. Прощайте.

Отряд с опаской двинулся в путь.

Кровавый барьер распался, и часть жидкости потянулась ко мне, формируя вокруг защиту. Свет впереди потух. «Смертные ничему не учатся» с грустью подумалось мне. Договор с книгой я пока не рвал, мне нужно было получить ее. В ней могут быть имена, что пригодятся в будущем – размышлял я, пока плел сеть на стенах, оплёл потолок и поставил на пол кровавые ловушки – колья. Новая кровь – новые ресурсы. Когда участок тоннеля предо мной оплела кровавая сеточка заклинания, свет за спиной потух. Все пространство погрузилось во мрак.

Зрение перестроилось. Из-за недостатка естественного освещения, не единого лучика света или слабого источника освещения – даже местной светящейся слизи не было – кругом была сплошная темнота. Духр. Видимо Саад’хи решил вмешаться лично. Маг надеялся, что я воспользуюсь кристаллами света. Глупость.

Кровь передала сигнал. Трое двигались ко мне, в их руках были кристаллы, что дают свет только для того, кто его держал. Но их свет блеклый, далекий от магического, и, тем более, от естественного освещения дневного и ночного светил. Неверный свет кристалла не дает бликов – окружающее пространство погружено в бархатные полутона. Преимущество на моей стороне.

Идущие в мою ловушку, не видят кровь на стенах.

Следом идут еще трое.

За ними еще трое и еще.

Решили брать количеством. Пушечное мясо.

Когда подмога вошла в зону ловушки, я потянул кровавые вязи…

Я толкнул ворота шахты. На площадке перед ними никого не было. Саад’хи вернулся к Наместнику, защищать его. Верховые животные нервно дергали головами, похрапывали, учуяв кровь на моей одежде. Каша под ногами неприятно чавкала. Уборки здесь предстояло много. И кладбище разрастётся на десятки могил.

Свежий ночной воздух. На востоке светлеет. Скоро рассвет. Времени остается очень мало. Днем, мне лучше убраться отсюда подальше.

Дом старосты встретил неприветливыми темными окнами, сочащимися полупрозрачными щупальцами. Два бьющихся сердца внутри и бездушная кукла снаружи. Марионетка стояла у крыльца, слегка пошатываясь на пустых латных ногах. В четырех руках мерцали мечи, а дряхлый плащ мягко колыхался на холодном ветру. Кукла, взмахнув клинками, встала в боевую стойку.

Четырехрукая кукла.

Техника Восточной Империи.

Наместник, кто тебя обучил этому искусству?

Сердца в доме бились спокойно. Без тени страха или беспокойства. А вот Тьма, что окружала дом сложным витиеватым щитом защиты, уже навевала страх мне. Теневиков магов, служителей Темье, боятся все, иногда пуще, чем смерти. Если смерть всего лишь конечный привал физического тела в этом мире, то Тьма – это вековые мучения в иной реальности. Никто не знает где именно, оттуда не возвращались.

Кукла шагнула с крыльца, скрипнув снегом под тяжелыми сапогами. Пустой взгляд глазниц шлема навевал воспоминания об ордах нежити, встреча с которыми стала для меня очередным поворотом в жизни. Тогда я потерял много хороших ребят. Всех. Всю сотню.

Клинок выскользнул из ножен, второй последовал следом. Кукла дернулась и начала атаку. Отбивать удары четырех клинков довольно хлопотно. При парировании двух, остальные два достигали своей цели, в той или иной степени. Шаг назад. Парирование. Уклонение.

Тяжелый гад. По правому боку текла кровь. Глубокая рана в бедре. Но это все мелочи, регенерация уже затягивает самые глубокие раны и восстанавливает ткани. Кукла будет сражаться, пока не обрубить связь с хозяином. А я, к сожалению, не вижу связывающие нити.

«Смотри вглубь». Храмм пошевелил своим могучим телом во мне.

Перестройка зрения на магическое заняла еще три шага назад и две глубоких раны на моей груди. Звон клинков, шелест одежд и хруст снега под ногами разрезали утреннюю тишину. Вот кукла открылась, и внутри нее стало видно кокон из магии – сложные опоясывающие заклинания вокруг ярко светящегося камня. Алые всполохи по бокам, голубые символы, алые руны – все гармонично вписывалось и защищало сердце этого механизма.

«Храмм. То, что я вижу, это ведь не просто техника кукловода»?

«Нет. Это то, что осталось от человека. Структура скелета, года два назад была еще видна, но сейчас тело окончательно умерло, остался только кристалл, что в груди. Камень помещают в живой организм, и существо должно быть в сознании».

О, Братья Прародители.

Скрипнув зубами, я отбил еще один выпад куклы. Справится со Стражем, и узнать где мой Язык, я должен до восхода. А солнце вскоре взойдет на небосклон. Мысленно я начертил каркас защитного заклинания. Парировал два клинка, увернулся от третьего и пропустил слева четвертый по касательной. Подсечка не прошла – кукла отпрыгнула на два шага назад. Это дало необходимое время на плетение – взмах и передо мной щит из света, по которому прошли удары от клинков. Легкий звон в ушах неприятно звучал в голове. Пока держался щит, я начал плести следующее заклинание. Клинки мешали. Воткнув их в снег у ног, я пассами сплел первое и, увы, единственно атакующее заклинание света, которое успел усвоить во время тренировок – и то, случайно.