12 шагов от созависимости

Эта книга создана командой Центра «Движение» из серии видео лекций, которые были прочитаны Татьяной Осиной в Благотворительной организации «Азария» (Матери против наркотиков) в 2017 году в Санкт-Петербурге. Все их можно посмотреть на нашем канале, как и остальные лекции, проходящие один раз в месяц: https://youtube.com/dvizenie

Если вы находитесь в Санкт-Петербурге и у вас есть желание посетить лекцию, проверьте расписание в наших социальных сетях и приходите на ближайшую.

Наши социальные сети:

https://t.me/dvizeniechannel

https://vk.com/dvizenie

https://tiktok.com/@dvizenie

https://ok.ru/dvizenie

«Боже, дай мне разум и душевный покой принять то, что я не в силах изменить. Мужество изменить то, что могу и мудрость отличить одно от другого»

«Я живу сегодняшним днём, каждый день приносит мне радость и что-то новое. Я ценю, люблю и поддерживаю себя»

Благодарности

За своё выздоровление от созависимости и зависимости в моей семье я благодарна программе 12 шагов, созданной в 1935 году великим психологом того времени. Программа, по моему мнению, подходит каждому человеку в тяжелой жизненной ситуации. В 12 шагах есть уникальный последовательный способ помощи самому себе и другим людям настолько эффективно, что меняется всё в жизни в лучшую, здоровую сторону: мышление, восприятие, реакции, поведение, привычки, характер. С помощью программы можно так изменить свою ситуацию в семье и жизнь в целом, что неприятности просто уходят раз и навсегда.

С помощью 12 шаговых групп, людей, которые передавали свой опыт, работы с чувствами в малых группах, регулярных встреч с наставником и впереди идущими мне удалось преодолеть зависимость в своей семье. Значит, что это получится и у вас.

Я благодарна моему первому мужу Анатолию за то, что он пошёл выздоравливать в сообщество Анонимные алкоголики и показал мне путь в группы для созависимых Ал-Анон, а потом и нашему сыну в Анонимные наркоманы.

Благодарна моим учителям, которые дали возможность глубоко погрузиться в суть программы 12 шагов, получив знания у специалистов из Польши и Америки – это Андрей Леонидович Лихтарников и Елена Николаевна Чеснокова.

Ещё более благодарна своему сыну Владимиру. Именно его болезнь послужила толчком и ради его выздоровления я пришла в группы, именно это дало мне новый путь в жизни. Владимир был инициатором создания этой книги, редактором и основным организатором по её изданию. Спасибо тебе огромное мой сын за всё, что ты делаешь для нас.

Вступление

Я училась на психолога, уже будучи в программе. Спокойно работала в судостроении 26 лет и не думала никогда, что приду в психологию. Наша семейная проблема так подтолкнула, что никуда было не деться без психологии. Кроме того, в моей жизни Бог два чуда совершил: муж бросил употреблять алкоголь, а сын бросил употреблять наркотики. Я это посчитала, важным для себя, теперь я рассказываю другим людям, как это сделать. Теперь я специалист с опытом из этой среды и могу показать кратчайший путь выздоровления. Могу сделать так, чтобы все быстро начали выздоравливать в ваших семьях. Я пришла в программу в 96-м, а сын – в 2000-м. Понимаете? Четыре года неудачных опытов, испробованных бесполезных способов. Не так всё было просто. Теперь я знаю, как сделать так, чтобы не совершать ошибки, не попадать в те же ямы, в которые, может, попали и я, и мои друзья, и мои соученики, и многие другие.

Мой опыт специалиста по созависимости показывает, что хорошо бы применять шаги каждый день. Это не значит, что надо сидеть на одном шаге постоянно. Берите 1-й шаг в том сообществе, которое вам подходит и по вопросам пишите, потом переходите ко 2-му. Это правильно, только делайте это с наставником, его также называют спонсор. Это глобальная работа с исписанными общими тетрадями. Это ваш опыт, как кирпичики создаёте, складываете и двигаетесь.

А жить надо здесь и сейчас. Вы не можете ждать 12 лет, пока пройдете программу. Год – шаг, 12 шагов – 12 лет. Это очень долго, хочется быстрее. Хочется сейчас, потому что семья болеет. Вы читаете эту книгу не просто так, чтобы потерять время.

У вас, как ни у кого другого, есть шанс изменить ситуацию в семье. Почему это удаётся тому, кто ходит на группы? Он получает ресурс. Ресурс программы, ресурс шагов, навыки новые, новое поведение, новое мышление. Когда вы это приносите домой, в доме обстановка меняется, так работает программа. Я за то, чтобы каждый шажок делать потихонечку каждый день, то есть задумываться, а что у меня сегодня по этому шагу? А как мне дальше продвинуться? Может, мне в этот шаг заглянуть и тоже что-то поделать?

Часто люди приходят ко мне на консультации и говорят: «У меня не получается. Я делаю и опять срываюсь». Например, не хочу контролировать и опять влезаю в контроль. Уже вроде не тревожусь, а потом опять накрывает тревога, я нервничаю. Я всегда советую: «Возьми и сделай 9-й шаг!» Что значит сделать 9-й шаг? Компенсировать себе и тому, кого контролировала в этот момент. А как это компенсировать? Если вызвала негативные эмоции у себя и у своего близкого, от этого страдаешь сама и страдают близкие. Компенсируй, вызови хорошие эмоции и в себе, и в нём. Потрать время, деньги, силы, чтобы у человека, которого я контролировала, вызвать теперь положительные эмоции. Я вас уверяю, что тело запомнит это и ответит: «Нет. Больше не буду». Даже если мысль появится, опять захочется кого-нибудь контролировать и опять начнется срыв, то ваше тело остановит вас. Помните, что в теле у нас здоровье, а созависимость между бровей. Мы с вами все родились здоровыми. Ничего не наследуется, никакая зависимость и созависимость не наследуются из поколения в поколение, это приобретенное на уровне поведения. Иначе я – ВДА (взрослая дочь алкоголика) в моем возрасте я бы, наверное, уже валялась в канаве, полуживая. Знаете, в каком возрасте алкоголики умирают? Алкоголики умирают, в 55–56… Такой возраст. Если пережил этот период, можно говорить о том, что более-менее осталось здоровье.

Идея курса лекций по 12 шагам принадлежит не мне, а людям из других регионов. Очевидно, необходимость в таком курсе есть и поистине насущная, потому что очень много задают вопросы в интернете люди из других городов.

Мы живем в Санкт-Петербурге, у нас здесь и группы на каждом углу, и литература, которую мы можем купить или получить из Москвы. У нас есть огромная поддержка. Кстати, первые группы в стране по этой программе появились именно в Санкт-Петербурге. Но курс лекций по шагам – это уникальный проект.

Я – член «Азарии» (Матери против наркотиков), я мать наркомана, жена алкоголика, дочка алкоголика и внучка сексоголиков. Свою историю я раскопала до крепостного права и понимаю, насколько там всё было сложно, трудно. Зависимость в любой семье появляется в результате насилия или преступления. Мы знаем, что насилие бывает разное. Например, тяжелое преступление, которое совершил кто-то в роду (или его обвинили в преступлении) создаёт эмоциональное давление у всей семьи и вызывает зависимость. Эмоциональное напряжение передаётся на поведенческом уровне потомкам и, поэтому, никто не виноват. Помните, что не вы стали причиной употребления, игромании или трудоголизма ваших близких. Не вы станете и причиной, что прекратят. Это слова Эвы Войдылло, главного редактора польского журнала «Арка» о социальных проблемах, который начал выходить на русском языке ещё в 1998 году.

Я в программе уже 21 год. Когда я начинала (помню даже точную дату – 4 января 1996 года), мы все думали: «А где же те, кто действительно прошёл программу, закончил её?» Когда нас готовили как специалистов по зависимостям, нам говорили, что выздоровление занимает несколько лет. Не один год – несколько лет выздоровления! И мы даже представить себе не могли, как пройдут эти годы. По идее, выздоровевшего зависимого или созависимого человека не покажет никакая диагностика (даже компьютерная) и не определит ни один психолог. Это совершенно серьёзно! До такой степени человек выздоравливает. Однако это иначе с химически зависимыми: употребление психоактивных веществ срывает защитные реакции организма. Это чистая физиология, как у диабетика сахар. А в остальных случаях зависимость и созависимость практически невозможно обнаружить после нескольких лет выздоровления по программе и это очень здорово.

Я такую диагностику в свое время прошла – специально озадачила нашего клинического психолога, чтобы нашёл мою созависимость. Это было давно, лет шесть тому назад. Тогда нашли трудные отношения с мужчинами, которые остались мне в наследство от отношений с папой. Это очень сложно лечится и называется «взрослая дочка алкоголика». Но с тех пор прошло несколько лет – и мне стало гораздо легче.

Как возникла программа «12 шагов»? Она не просто придумана народным сознанием. Это достаточно известная история. Однажды встретились два алкоголика, которые уже потеряли работу, семью, и их уже никто не брался лечить. Эти алкоголики пять часов проговорили друг с другом. В конце своего разговора они вдруг осознали, что ни разу за пять часов не бегали за спиртным… Значит, подумали оба, что-то в этом есть!?

В своих лекциях Лихтарников Андрей Леонидович, мой учитель рассказывал историю «12-шаговой программы». Он нашёл свидетельства о том, что подобные кружки собирались ещё в 1886 году в Оксфорде. Люди встречались на группах и выздоравливали! Были и группы, в которые приходили рабы, вывезенные из Африки в Америку. После рабочего дня они встречались, чтобы поддержать друг друга. Таким образом они восстанавливались после работы. Не расслаблялись спиртным, а восстанавливались, работая в кружках, высказываясь, слушая другого, соблюдая определенные правила.

Конечно, этого мало, чтобы выздоравливать. Просто собраться в кружок – это не всё. 12 шаговая программа последовательна, нельзя делать второй шаг без первого или 12-й без первого. Конечно, всем хочется побыстрее, но так не получится. Первый шаг считается самым главным: не зря его описали именно так, и каждое слово в этом шаге имеет значение.

Первый шаг

Мы признали свое бессилие перед другими, признали, что наши жизни стали неуправляемыми

Первое слово в этом шаге – «Мы». Ведь мы с вами приходим в сообщество, где в основном собирается «Азария» – общество «Матери против наркотиков». Обычно, когда говорят «мы»? «Нас выгнали с работы» или «мы попали в полицию, на нас уголовное дело заведено». Однако в нашем случае звучит так: «мы заболели», «нам никак не отойти от употребления». Это касается кого угодно: мужа, папы, сына. Всё равно «мы». «Мы» – что это значит, о чём говорится в первом шаге? Мы – это единомышленники. Вот о чём мы говорим. У нас в русском языке всё сразу понятно – сразу звучит «мы».

Действительно, в одиночку никто не выздоровел. Если есть иллюзия, что вы в одиночку с чем-то справитесь, то даже не пытайтесь это сделать. Если ко мне приходят химически зависимые, они сначала говорят: «Я посмотрю, я сам справлюсь». А я отвечаю им: «никто не справился: ни Высоцкий, ни Даль, ни Миронов. Великие люди ушли, а что уж нам, грешным, пытаться справиться самим».

Следующее слово «признали». Как вы понимаете это слово? Мы сказали нашей проблеме: «да». Мы увидели признаки болезни. Если говорить о нашем с вами заболевании, то созависимость – это не наследственность, не врождённое заболевание. Все мы родились здоровыми! Созависимость – это приобретенное заболевание.

Сказали «да» проблеме и дальше ищем признаки болезни. На что нам надо обратить внимание? На наше отрицание и контроль. Причем на двойной контроль: с одной стороны, это сверхконтроль за зависимым, но не только это. Если вы созависимый, вы всё контролируете. Вы и на работе всё контролируете: и начальника, и не начальника, вы и в транспорте всех контролируете, и соседей контролируете.

Почему? Так работает нервная система. Мы созависимые, потому что выросли в определенной обстановке. Мы и наши близкие выжили там, где выжить было невозможно. Вспомните войну или блокаду – после неё все были созависимыми, потому что пережили сильный стресс. Особенно дети, которые в этой ситуации выросли: они стали созависимыми автоматически. Не факт, что они потом стали употреблять или их дети стали употреблять. Нет, но признаки созависимости есть у всех. Даже если они дожили до сегодняшнего времени, они всё равно созависимые.

И у нас было много стрессовых ситуаций, потому что мы выросли в дисфункциональнных семьях. Признаем это: независимо от того, пили ваши родители, употребляли наркотики или, наоборот, ваши родители были очень правильные, очень организованные люди из государственных структур. Признаемся, что это группы риска: учителя, врачи, военные, полиция, судьи. Также если вы выросли в неполной семье, где мама работала и день и ночь, а вы сидели дома под замком – это дисфункциональная семья. Семья, в которой один родитель или оба не выполняют свою основную функцию по каким-то причинам: много работает, совсем отсутствует или сильно болен.

Поэтому-то у нас «ушки на макушке, глазки на затылке». Мы контролируем всех и всегда, это происходит автоматически. Другое дело, что в этом случае и жизни нет. Живешь вовне, и все сигналы извне. Нам с вами что нужно? Обрести другой контроль – «контроль самого себя».

В нас ведь какие чувства воспитаны: угодничество, уступчивость, страхи, чувство вины. Мы слишком сильно испытываем боль. Почему? Потому что гормональный обмен такой. Мы его унаследовали у своих предков. Если из поколения в поколение созависимые, то сформирован определенный гормональный обмен. Не то, что мы наследуем созависимость – мы наследуем гормональный обмен. Снижены эндорфины (это обезболивающий гормон), зато повышены тревожность и другие чувства (адреналин больше вырабатывается).

У нас низкая самооценка, мы не ценим себя. Подавленность – это очень распространенное наше чувство или состояние. Любое чувство отзывается в теле. Тело сигналит, и чувство идёт. Гормоны вырабатываются железами. Для начала необходимо признать, что очень много признаков заболевания есть у нас или у наших близких.

Какое первое понятие в первом шаге? Мы признали, что мы бессильны. Как вы понимаете эти слова? Некоторые считают, что к бессилию приводит потеря сил, растраченных в борьбе. Другие, наоборот, бьются, но не могут ничего сделать, все силы растрачивают, ничего изменить не могут. У кого-то опускаются руки, наступает состояние «делай, что хочешь». Это на самом деле страшно, особенно если вы живёте вместе. Такая позиция приводит к потакательству.

Только первым шагом и отличаются сообщества самопомощи, которых уже более 300 в мире. Только у нас в городе несколько десятков. Люди, входящие в сообщества, различаются тем, что каждый по-своему бессилен перед своими признаками созависимости или зависимости, перед своей болезнью, перед поведением близкого, перед тем, что с ним связано. Если посмотреть на сообщества химически зависимых, то для них вещество сильнее, чем они сами. Но оно, это вещество, ни в чем не виновато: оно просто поучаствовало в развитии болезни.

Итак, что ещё мы признали? Что наша жизнь стала неуправляемой. Как вы понимаете эти слова? Это значит, что всё стало нездорово. Каковы признаки неуправляемости?

Я свой пример приведу. У меня нет мамы на свете уже 11 лет. А в программе я 21 год. У меня до сих пор нет занавесок дома, потому что у мамы 1 мая и 7 ноября занавески надо было обязательно стирать, гладить и опять вешать. У меня даже карнизов нет, я до сих пор протестую против её установок. Сын повесил карнизы: у него нет этой проблемы. Мало того, я убрала занавески и карнизы ещё при жизни мамы, когда она стала плохо видеть. Под конец её жизни я решила, что она не заметит, что у меня вообще нет занавесок. Это и есть неуправляемость.

Если говорить о внешнем, то неуправляемость может привести к тому, что мы можем делать то, что не надо, а где надо, не то, что надо. Можем опаздывать или, наоборот, за два часа до начала прийти и изводить себя ожиданием. У меня дедушка был такой, это внешнее проявление неуправляемости.

Внутренняя неуправляемость – это то, что называется «нетрезвое мышление». Когда-нибудь замечали? Например, внутренний страх, который вы никому не показываете, но не начинаете дело, потому что оно может не получиться. Внутри вас вопрос: «Вдруг я совершу ошибку?» Или кто-то не позвонил вовремя, и вам кажется, что катастрофа уже случилась, все умерли, все пропали! Я иногда удивляюсь, насколько это распространенная неуправляемость. Например, я еду с работы 12 января и не позвонила мужу. Что в этом такого? Оказывается, дома нет сына, нет невестки, нет меня, и муж уже в шоке. Это признаки катастрофического мышления, это первый слой. Следом за тем было ожидание, что 13-го мы посидим, старый новый год встретим. Ещё и сестра позвонила, спросила, отмечаем ли мы его. А в-третьих, муж чувствует себя, как маленький мальчик: «Меня все бросили!» Так и складываются признаки неуправляемости.

Неуправляемость – это признак заболевания. Например, беспомощность, с которой мы сталкиваемся в первом шаге. Однако если иметь в виду только это, то этого мало будет для описания полной картины. Вспомним треугольник Карпмана, в котором отношения выстраиваются по схеме: «агрессор, жертва и спасатель». В любой манипулятивной модели всегда этот треугольник виден. В любой организации отношения – это пирамида, это структура – структура подавления. Почему считается, что детей лучше не водить ни в детский садик, ни в школу. Потому то они не социализируются, и им сложно потом войти в этот треугольник, что повлечет за собой во взрослой жизни действия по совершенно другим схемам поведения.

Даже семья – это система подавления. Необязательно дисфункциональная, даже здоровая семья, всё равно является системой подавления. Если женщина хочет, чтобы муж занял позицию в треугольнике, холил её, угождал ей, уступал ей, то такая семья будет всегда без денег. Мужчина должен занимать позицию агрессора, потому что только агрессор может заработать деньги.

Даже если мы выздоровели, надо постоянно отслеживать эту ситуацию: на работе, в семье, в дружбе. Мы с вами всё равно столкнемся с системой подавления и болезни, и всё это необходимо осознать и принять. Если вы курите – курите осознанно. Если пьете – пейте осознанно. Осознанность – это признак здоровья. Я беру эту сигарету, я знаю, что в ней 117 элементов, которые травят мою жизнь. Сигарета остановит сейчас работу моего мозга на 7 минут. В результате курения погибнут нейроны внутри головного мозга, я сейчас запачкаю свои лёгкие, и это риск рака и ухода из жизни раньше времени. Желудок, если это мое слабое место, я тоже загублю. Раннюю импотенцию заработаю, гангрену, возможно, инвалидность. Кроме того, курение связано с невыраженными чувствами. В этот момент какие-то чувства я в себе подавляю и ничего больше. Достаточно крепко выругаться, поматериться, и не захочется курить. Мат – это разрядка эмоций, однако делайте это безопасно. Не начальнику в лицо, не при маленьких детях. В туалете, в раковину, всё «сливайте» туда и увидите, что выйдете с другим лицом, а заодно и не покурите.

Не стоит «бегать внутри себя» – это признак болезни. Есть внешнее подавление системы: например, зимой надо одеваться и идти. Закаляетесь вы или нет, но зимой в трусах выглядишь неприлично. В обществе, если даже очень жарко, мы всё равно одеты. Дресс-код на работе – я в юбке и колготках. Везде работает система подавления. Вы можете сами себе устроить «бег по треугольнику», на уровне мысли. Замечали когда-нибудь? (Как всё плохо в этой жизни: денег нет, погода плохая, никуда не уехать. Кто-то виноват: правительство, начальник, социальные службы). А если они такие, то я уже агрессор. Я никуда не еду, не устраиваюсь на работу, не иду на группу. Я просто говорю: «Ну, и ладно. Пойду заем булочкой». Я не создаю общественные организации, которые борются за права человека, я даже на выборы не хожу. Я потакаю этому процессу дальше. Но если есть рядом другие зависимые или химически зависимые, – милое дело обвинить их: «Он меня уже обокрал, всё из дома вынес, сволочь, урод!» Если сама вырастила зависимого, то, «лучше бы сама убила». Если замуж вышла, то «как я выбирала». Или ещё проще: «Не всё пропало, может, завтра легче будет». Уже пообещал не употреблять и я сама закрыла глазки и включила отрицание.

Вы не сами всё это себе придумали. Не вините себя, что вы сами по всему этому бегаете без конца. Так научила вас система, так пошло из детства. Может, какие-то психологические травмы были серьёзные, поэтому в голове всё сложилось таким образом. Как это называется одним словом? Нетрезвость.

У наших близких, химически зависимых, нетрезвость от определенного вещества. Однако это не факт, что достаточно просто перестать употреблять – этого мало. Чтобы наступила трезвость, нужны другие вещи. Когда наступает трезвость у химически зависимого и когда мы начинаем осознавать зависимость? Есть цифра – девяносто: 90 дней, 90 собраний. Оказывается, нужно три месяца сохранять чистоту, а через три месяца появляется другое мышление. Три месяца хождения в группы, на собрания. И не просто тупо сидеть на стуле и продремать пол собрания. Надо высказаться, послушать всех, кто пришёл, проанализировать. Иногда слышу: «Я ходила на группу, и мне не понравилось.» А ты что там ходила выбирать? Бриллианты или шарфики смотрела? Думай, почему не понравилось. Почему не вникла, не поняла? Что мешает погрузиться в этот процесс?

Некоторые говорят: «Мне 12-шаговая программа не подходит совсем». Я 21 год этим занимаюсь и не видела ни одного человека, которому бы не подошло. Программа имеет очень глубокий смысл. Юнг на конгрессе психотерапии в 1938 году все свои открытия изложил, но ему жизни не хватило, чтобы эти открытия описать. Его начальные труды были взяты за основу разработки 12 шаговой системы знаний.

Теперь психология идёт вперед и развивается, но ни один психолог не вытянет вашу созависимость и вашего зависимого. Невозможно сделать это в индивидуальной терапии. Это сколько денег придётся потратить? Надо психолога, который много чего может и умеет, который и через тело решает вопрос, и через сознание. На каком-то этапе вашего выздоровления психолог определенно может помочь или направить, когда вы не понимаете происходящего с вами или находитесь на грани срыва.

Ко мне часто приходят химически зависимые, когда у них случается срыв. Идёт по программе, выздоравливает в малой группе, пишет шаги, с наставником работает и вдруг срывается. Приходит ко мне и говорит: «Я не понял, как сорвался». Что ж, давай искать, как это случилось. В обратную сторону начнем разматывать: ходил на группу, женат, любит жену, а на группу приходят другие женщины. Он смотрел – смотрел на одну из них, которая тоже постоянно ходила на группу и начал думать в какой-то момент, будет ли она на группе на следующий день или нет. Где-то внутри эта мысль долго крутилась. Очухался, а бутылка уже внутри. Автоматически зашёл в магазин и купил бутылку, очнулся только, когда вышёл из магазина, а он уже её выпил.

И мы начали разбирать ситуацию. Чем женщина похожа на его маму? Что она такого сказала, что сделала или не сделала? И поняли, на чем он срывается. «Здравствуйте, сексоголики!»

Сексоголик – это не тот, который сексом занимается, как кролик, – это тот, у кого в голове много фантазий и образов. Уверяю вас: это практически у нас всех! Поэтому же нельзя выбирать наставника другого пола. Ни в коем случае! Лучше из параллельного сообщества, но того же пола. Понятно, что не сами мы это придумали – эти защитные механизмы сами начали работать.

У меня в семье все трезвые. У меня свекровь, которая никогда не была на группе, но выздоравливает. Я поражаюсь: ей 89 лет, она мама алкоголика. Но все кругом программные: мой муж пришёл в программу до меня, и он меня привел. Я 21 год выздоравливаю, мой сын 16 лет выздоравливает. Вокруг все программные. Все с ней говорят на программном языке. Ей никуда не деться! У неё групповой эффект дома. Она выздоравливает автоматически. И ещё важно то, что 89 лет – это жизненная мудрость.

Как это сделать? Отделиться от чего? Осознать, что есть я, и есть моя болезнь. Она не врождённая, не наследуемая. Это доказывают исследования: тонкое место есть, и в физическом теле, и в психике. Если вы приходите к любому врачу, он обязательно спрашивает, чем болели ваши мама и папа. Если у мамы было заболевание сосудов, любой врач вам скажет: «Вам надо проверить сосуды». Потому что мы наследуем болезни, это и есть тонкое место.