Проклятое везение
- -
- 100%
- +
– М-да… – ошарашенно выдал Дарен. – Знаешь, когда я вернусь, мы поговорим о твоем мире более подробно. Возможно, имеет смысл поиграть с просхами в прятки и наведаться на твою родину. А сейчас сядь в кресло и положи ладони так, чтобы пальцы касались контактов. Да, вот этих голубых овальных кнопок. И ничего не бойся…
А я уже летела. Перед глазами кружили разноцветные вихри, свиваясь в воронку и затягивая меня внутрь…
– Добро пожаловать, малыш. – Тонкий, чистый и какой-то бесплотный голос приветствовал меня словно со всех сторон сразу.
– Кто ты? – я не успела это сказать, только подумала.
– Я виртал. Виртал «Летящей во мгле»… но ты можешь придумать мне имя! Если хочешь…
– А ты всегда такой дружелюбный? – не удержалась я.
– Нет, просто я очень рад, что ты одна из хэири. Понимаешь, далеко не все могут общаться с нами так открыто. А некоторые – не хотят.
– Не понимаю…
– При общении с вирталом можно сойти с ума, – спокойно и вежливо пояснил нежный голосок моего визави.
– Что?! И Дарен так спокойно…
– Тшш… Тише, малыш, не торопись с выводами, – прозвенел серебряными колокольчиками смех моего невидимого собеседника. – Ночью я взял у тебя образцы крови, снял данные о биоритмах мозга и провел еще несколько исследований, о которых могу подробнее рассказать чуть позже, если тебе это будет интересно.
– И что? – подозрительно уточнила я.
– С девяностопроцентной вероятностью ты относишься к тем, кто имеет возможность общаться с нами напрямую. Рад, что это подтвердилось…
– Слушай, а ты вообще-то показаться можешь? А то ощущение, словно я беседую с собственной шизофренией!
– М-м-м… Так легче? – чуть хрипловато уточнил блондинистый подросток лет шестнадцати с насмешливыми серыми глазами, удобно расположившийся на вылезшем из земли корне старого дуба. Голос собеседника существенно изменился, видимо, для соответствия внешнему облику.
Окружающий нас белесый туман продолжал развеиваться, открывая глазам странно знакомую картину: небольшую, почти идеально круглую поляну с высокой, непримятой травой, украшенную старым дубом в центре. По периметру нас окружал густой смешанный лес, а сверху безмятежно глядело безбрежное летнее небо. Я готова была прозакладывать свою голову за то, что это Земля.
– Но как?..
– Вытащил из твоих воспоминаний, – улыбнувшись, пояснил мальчишка. И довольно ехидно добавил: – А я – образ собирательный, ты же всегда была неравнодушна к блондинам.
– Ну, не к малолетним же хамам! – невольно вырвалось у меня.
– Зато это помогло тебе немного прийти в себя! – ничуть не смущаясь, заявил бесстыжий пацан и неожиданно тепло улыбнулся. – Ну что, продолжим знакомство?
– Угу, продолжим, – подтвердила я. – Только сначала поясни, какой такой «харей» ты меня обозвал?
– Хэири, – хихикнул пацан. – Вообще-то это долгая история…
– А я никуда не спешу! – фыркнула я, устраиваясь на траве напротив своего визави и вытягивая ноги. Стоп! Ноги… Голые ноги. А я, между прочим, еще не страдаю провалами в памяти и отлично помню, как натягивала… то есть натягивал комбез!
Опустив взгляд, я ошеломленно замерла: во-первых – никакой одежды не было и в помине, а во-вторых – я была в своем теле. В своем настоящем теле – женском!
– Но как?! Это же… Я вернулась? А обмен?..
– Мне жаль расстраивать тебя, малыш, но это только видимость. В виртале ты видишь себя таким, каким ощущаешь. Хотя станешь поопытнее – сможешь менять внешность, как захочешь… но до такого мастерства тебе еще о-очень долго учиться! А сейчас хоть ты и получил новое мужское тело, но по-прежнему воспринимаешь себя как девушку – поэтому и выглядишь здесь именно так, – спокойно пояснил парень. И именно это спокойствие не дало мне скатиться в банальную истерику. Подтянув колени к груди и обхватив их руками, я устало признала свое поражение:
– Значит, это навсегда. И мне никогда не стать собою снова. И все же… Неужели нет никакого выхода?
– Что именно навсегда? Смена пола? – уточнил виртал.
– Да. Слушай, вы ведь развитая цивилизация – в космос летаете и вообще… Я не верю, что у вас нет необходимых технологий для этого!
– Ну почему же нет, есть, – спокойно отозвался пацан. – И не одна…
– Что? Как?.. Так, спокойно, все хорошо, не надо истерить, – с трудом уняв нервную дрожь, я пристально уставилась на белобрысый «собирательный образ». – Как я могу вернуть себе свое тело?
– Это невозможно, – отозвался виртал. – Если я правильно помню, то твое тело погибло. В идеале можно было бы, конечно, взять пробы и попытаться создать клона, но я советую тебе сразу забыть об этой идее. То, что попало в руки Силам Правопорядка, считай, пропало. А тебе при любом раскладе лучше держаться от них подальше. Чтобы им даже в голову не пришло связать мальчишку-хэири с тем, что произошло на Варрее. Тенувиль сбежал, остальные мертвы… так что есть надежда, что просхы до тебя не дотянутся. А по поводу твоего вопроса: остается только один вариант – сменить пол нового тела. Только здесь есть свои сложности…
– Ну не тяни, рассказывай! – не выдержала я.
– А что рассказывать? В разных мирах Федерации и способы различны. Кто-то достигает изменений хирургическим путем, кто-то – вмешиваясь в ДНК, есть старинные технологии «истинной сущности», ровесники Отерр’нат, да мало ли вариантов? Но не думаю, что сейчас тебе это подойдет…
– Почему нет?
– Да потому что ты еще ребенок! Твоему телу всего девять биологических лет. Сейчас можно изменить тело только хирургическим путем, но это всего лишь видимость – отрезать и пришить не значит снова сделать тебя девушкой. Это тебя просто искалечит! А прочие способы – только для совершеннолетних. Так что, пока тебе не исполнится хотя бы семнадцать, даже не думай об этом. Во-первых, это незаконно, а во-вторых – элементарно опасно для здоровья. К тому же полноценная, а не косметическая коррекция пола весьма недешевое удовольствие. Где ты собираешься брать деньги на эту операцию?
– Но это возможно? – уточнила я.
– Да, – спокойно подтвердил виртал.
– Ладно, отложим этот разговор и вернемся к нашим баранам…
– К кому? – прифигел пацан напротив.
– К этим твоим харям, тьфу, то есть хэирям. И кстати, почему ты такой эмоциональный? Разве это не странно для искусственного интеллекта?
– Ну, мне всего сорок циклов, – смутился мальчишка. – Это примерно как твои пятнадцать биологических лет…
Я вообще-то имела в виду совсем другое – способность искусственного разума чувствовать и выражать эмоции. Но возможно, здесь это в порядке вещей… В конце концов, это далеко не самый животрепещущий вопрос. Отложим на потом.
– Хэири! – напомнила я.
– Ага, хэири. Даже не знаю, с чего и начать, если честно. Ну, попробуем так… Много тысячелетий назад один из миров, входящих в Федерацию, начал экспериментировать со своим геномом. Точнее, началось это как подбор наилучшего спутника жизни. Потом отбор стал более жестким, где пожелания будущих супругов не учитывались вообще, а затем очень аккуратно начали вмешиваться в ДНК, стараясь получить потомство с заранее заданными характеристиками. Как ты понимаешь, ничем хорошим это не закончилось, но некоторые эксперименты оказались на диво удачными. Собственно, именно те, кто выжил, и составили в итоге элиту нового мира. Со временем их потомки расселились по всем мирам Федерации, и хэири стали вполне обычным явлением.
– А я-то здесь при чем?
– А ты – хэири, – безмятежно пояснил мой белобрысый собеседник, который ну никак не воспринимался «искусственным интеллектом».
– Спятил? – ласково поинтересовалась я.
– Не-а… – безмятежно отозвался пацан. – Я же твое тело проверял, а не разум. Тело по всем признакам принадлежит одному из хэири. Хотя колер необычный…
– Так, а поподробнее об этом можно? – сдерживаясь из последних сил, вежливо попросила я. Больше всего хотелось завизжать. Ага, громко и от души…
– Да ладно, не психуй, все равно уже поздно. В общем, тебе досталось тело хэири. Кстати, не советую распространяться об этом или посещать «историческую родину» – в их мире тебя вполне могут счесть преступницей, и никакие «обстоятельства» не спасут. Ну, это так, для общей информации. Из плюсов: повышенная регенерация, содержащийся в слюне сильный коагулянт, который поможет очень быстро заживить любые раны и ожоги, особое строение глаз, благодаря которому ты можешь видеть почти всю линейку цветового спектра – вот это действительно редкость даже для аристократов Хэр’рии. И, как ты заметила, у тебя теперь темные волосы, смуглая кожа и зеленые глаза. Тогда как практически все хэири – светлокожие голубоглазые блондины. Могу предположить, что пацана растили как разведчика-диверсанта… или дипломата.
– В девять лет?! – не выдержала я.
– Ну, на Хэр’рии по-прежнему не запрещены генные эксперименты, – пожал плечами виртал. Движение вышло столь же естественным, как и мимика – не отличишь от человека. – Собственно, я не удивлюсь, что именно эти способности ребенка и стали причиной его похищения и отправки на обряд Переселения Душ. Я и сам заподозрил, что он – хэири, только из-за удивительной живучести да длинной косы.
– Подожди, а что, длинные косы – это один из признаков жителей Хэр’рии?
– Не жителей, а аристократической верхушки. Чем длиннее волосы, тем выше род…
– Анахронизм какой-то, – пробормотала я, машинально перебирая собственные пряди. – Слушай, а ведь когда меня на Отерр’нат вели, у меня тоже коса была…
Виртал совершенно невежливо заржал:
– Голубоглазая блондинка с длинной косой… Я готов собственную память поставить на то, что тебя и продали как хэири. Даже если при этом тебя обозначили как полукровку, то кому-то такая покупка обошлась весьма недешево! Думаю, пираты неплохо повеселились по этому поводу…
– Шикарно… – простонала я. Но по крайней мере стало понятно, почему «благородные разбойники» решили рискнуть и поиграть с просхами в прятки, вытаскивая меня с Земли. А также почему рабы блондинистого колера пользовались особым вниманием.
– Не понимаю, чем ты недовольна? Шанс прожить вторую жизнь дается далеко не каждому. Тебе сказочно повезло! К тому же, уж прости за откровенность, исходные данные у твоего нового тела гораздо лучше…
– Да, если не считать, что оно мужское! Но насчет везения ты прав. Просто сложно смириться с тем, что моя жизнь так резко изменилась.
– Кстати, тебе лучше обрезать волосы…
– Вот еще! – возмутилась я. – Только не говори мне, что с длинными волосами никто, кроме этих генно-модифицированных аристократов, не ходит!
– Нет, конечно. Но зачем тебе такая шевелюра – неудобно же, – заинтересовался виртал.
– Зато красиво! – отрезала я. К тому же это было хоть что-то привычное в моей столь радикально изменившейся внешности.
– Дарен вернулся, – неожиданно напрягся мальчишка.
– Что? – тупо переспросила я.
– Выходи…
Уже знакомая пестрая воронка закружила, выбрасывая в реальность, и я жалобно застонала, пытаясь повернуть жутко затекшую шею. Осторожно выбравшись, а точнее неловко скатившись с кресла, прислушалась к шагам. Одиноким шагам. Дарен вернулся один.
Глава 5
Третий не лишний, третий – запасной
Скрипнут колеса
древней телеги времен.
Что-то вернется,
что-то – растает как сон.
«Древние Боги», Иллет.– Дарен? – Я осторожно коснулась плеча замершего в кресле космонавта. Он до дрожи пугал меня своей бледностью, неподвижностью и пустым взглядом. Но когда он заговорил – стало еще хуже. Хриплый, усталый голос словно принадлежал другому человеку:
– Знаешь, малыш, мы с Дирком познакомились на одном из Новых миров – Тиу’шерре, когда были зелеными новобранцами. Два желторотика, вступивших в Армию Маркеша по идейным соображениям. Свобода, равенство и… приключения – мы были такими идиотами! Везучими идиотами. До сих пор поражаюсь, как нам удалось выжить? Демоны Варры, тридцать лет прошло, а я все помню, как будто это было вчера…
Плохо… Все очень-очень плохо! Случилось что-то непоправимое, я чувствовала это, и было безумно жаль человека, спасшего мою жизнь, а также незнакомого Дирка, который, похоже, больше никогда не вернется на «Летящую». Но я не знала, чем могу помочь… поэтому просто слушала, давая Дарену возможность выговориться.
– … А мы ведь сначала терпеть друг друга не могли. Постоянно устраивали разные каверзы. До сих пор помню, как этот мерзавец вылил мне в сапоги содержимое одного из переносных ватерклозетов и накрыл нанопленкой, чтоб никто запаха не почувствовал. И в чем только дотащил, сволочь? А ночью нас подняли по учебной тревоге… Ох и орал же наш сержант! С его легкой руки ко мне и прилепилась кличка Скунс. Правда, я жестоко отомстил – взломал сеть и дал объявление от имени Дирка: «Ищу активного друга…» Хмм… впрочем, тебе это рано знать, малыш. Но прозвище он тоже заработал! – Дарен поразительно ехидно ухмыльнулся. Воспоминание явно было приятным. – Скажи нам кто тогда, что станем лучшими друзьями, и мы бы долго ржали, предварительно набив шутнику морду.
Я, не сдержавшись, тихонько хрюкнула, представив «нежную дружбу» пары новобранцев. Им явно карцер был родным домом, с такими-то шуточками.
– А вот летал он здорово… Уже тогда Дирк был лучшим. Переворачивал все правила с ног на голову, и казалось, что он рожден в небе, что там для него нет ничего невозможного. А я ночами сидел на тренажерах, пытаясь его превзойти. Наверное, с этого и началась наша дружба – с уважения. А потом была битва при Найриссе. И выяснилось, что свободу можно купить, а равенство – привилегия для избранных. Маркеш, старая плешивая крыса, сдал свою армию с потрохами, как только ему предложили куш поаппетитнее. А наше отделение, плюнув на приказ, осталось защищать фермерское поселение на небольшом астероиде. Ведь стоило нападающим снять «гламур»,[4] и все жители небольшого поселка погибли бы моментально. Бой был жарким… но, в конце концов, монархисты решили не тратить силы и оставили нас в покое – в стратегическом смысле небольшой астероид не столь важен, а потери были значительные. К тому времени, когда они вернулись с подкреплением, мы успели эвакуировать население. Мы… Я и Дирк. Больше никто не выжил. Я же говорил – везучие идиоты…
– Дарен, его убили, да?
– Да, малыш, его убили. И когда я найду эту скотину Тенувиля, у меня будет с ним долгий разговор… и, поверь, он очень пожалеет, что просхы не добрались до него первыми!
– Буду рада тебе помочь.
– Не вмешивайся в это, ребенок, – тихо попросил Дарен. – Месть убивает и мстителя…
– Не буду спорить. Вот только и ты вспомни – я давно не ребенок. И причины для мести у меня тоже есть. Слушай, ты, может, кушать хочешь? Или пить?.. Принести что-нибудь?
– Не нужно. Забыл сказать, просхы сняли карантин, мы можем взлетать. Вирт, начинай предполетную подготовку.
– Куда летим? – уточнил призрачный голос.
– На Ненею. Обычно именно там собираются беглые преступники. А впрочем… сначала на Кардос, потом на Ненею.
– А на Кардос зачем? – подозрительно уточнила я.
– Ребенок, я же не могу брать тебя в бандитский притон…
– Можешь! Одному тебе лететь нельзя – слишком рискованно. А я ребенок только внешне… не думаю, что меня сочтут опасной. Дарен, возьми меня с собой, ты не пожалеешь!
– Да чем ты мне поможешь, глупый ре… – Космонавт вздохнул и потрепал меня по волосам. – Евдженья?
– Научи меня стрелять, пока мы летим. В рукопашной я, конечно, не помощник, но спину прикрыть смогу. И зови меня Женей. Же-ня, – повторила я по слогам.
– Думаешь, что так легко кого-то убить?
– Дарен, не смеши меня! Даже в нашем мире есть парализующее оружие. Неужели у вас такого не бывает?
Космонавт тихонько хмыкнул, признавая свое поражение, и окинул меня оценивающим взглядом. Судя по тому, как блеснули его глаза, меня ждет какая-то пакость.
– Если за время пути научишься выбивать десять из десяти, то возьму тебя с собой. Иначе – запру в корабле. Понял, Джэнья?
– Договорились! – усмехнулась я, лихорадочно прикидывая, насколько сильная отдача у местного оружия. Если вспомнить мои подвиги в «шутерах», то стрелок я отменный… но вот в тире от меня пользы – как от козла молока. К сожалению, в реальности существует такая неприятная штука, как отдача. Она уводит ствол вверх и вправо да напрочь отбивает плечо, оставляя на моей чувствительной коже «долгоиграющие» синяки. А руки у меня слишком слабые, чтобы удержать винтовку… были слабые.
– Хм-м… что-то ты больно самоуверен. Ладно, после взлета посмотрим, на что ты способен…
– Это что, шутка такая? – неуверенно уточнила я, ошеломленно рассматривая предложенное к употреблению оружие.
Зеркало ехидно отражало мое вытянувшееся лицо, оскорбительно украшенное самыми натуральными рогами. Точнее, изогнутыми рожками, чьи острые кончики смотрели строго вперед, как у быка с древнекритской фрески Кносского дворца. Хороша красотка! Одно слово – корова! Точнее, с поправкой на новый пол и возраст, – молодой бычок…
Я с трудом подавила желание оглянуться в поисках матадора с красной тряпкой.
Вздохнув, еще раз осмотрела прикрепленный Дареном «парализатор». Собственно, материал, из которого неведомые мне умельцы с извращенным чувством юмора сделали «рожки», напоминал переводчик, по-прежнему вживленный в мой висок. Длиной не более четырех сантиметров, из тончайшей черной филиграни, они довольно агрессивно торчали из уголков моего лба, слегка заходя на линию волос. И крепились столь же неприятно… словно прорастая тончайшими корешками прямо в голову.
– Почему шутка? Очень удобное оружие. К тому же довольно редкое и дорогое! – повысил голос предполагаемый гуру, увидев, как сузились мои глаза, а руки машинально потянулись вверх, дабы избавить себя от украшения, достойного доверчивых супругов.
– Дарен, я не стану носить это… это безобразие! – возмутилась я. Правда, руки опустила: с учетом того, как крепится эта гадость, срывать странное устройство с головы было бы не слишком умно.
– Ясно… Вирт? – спокойно произнес Дарен в пространство.
– Да, капитан?
– Курс на Кардос…
– Подожди, что значит «на Кардос»?! – подскочила я. – Ты же обещал!..
– Дженья, я объясню тебе один раз и повторять никогда не стану – на «Летящей» есть только один капитан. Это я. И либо ты беспрекословно подчиняешься, либо высаживаешься в ближайшем безопасном порту. Я не собираюсь позволять тебе спорить или обсуждать приказы.
– Но…
– Никаких «но». Решай прямо сейчас. Я не желаю тратить свое время и силы напрасно…
– Прости, Дарен. Конечно, я подчинюсь. Просто в нашем мире… ну, это вроде как насмешка была. Рогоносцами называли мужей, у которых жены гуляли…
Космонавт как-то странно на меня посмотрел и хмыкнул:
– А как ты думаешь, почему, несмотря на свое удобство в управлении, подобный вид оружия так и не стал популярным?
– Ну ты же сам сказал, что он дорогой и редкий…
– Угу. И это тоже…
– Дарен? – настороженно уточнила я.
– И в нашем «мире» есть ревнивые мужья и неверные жены! Поэтому, невзирая на все плюсы миниатюрного парного оружия, закрепленного на голове и управляемого напрямую, от этой разработки отказались[5]. Вообще-то парализатор, доставшийся тебе, не просто редкий – это пилотный образец, созданный в единственном экземпляре. Возможно, позднее я расскажу тебе историю его приобретения, она довольно забавна. А теперь встань по центру каюты и расслабься.
– Шика-арно! – прошипела я, закатывая глаза. Тяжко вздохнув, бросила последний взгляд на хмурого малолетнего рогоносца, отразившегося в зеркальной стене, и потопала в центр небольшого круглого зала, расположенного на нижней палубе «Летящей». По словам Дарена, в ближайшем будущем, ну по крайней мере до прибытия на Ненею, это помещение станет мне родным домом.
– Ну что ж, начнем! Дженья, для того чтобы сделать выстрел, надо просто отдать мысленный приказ… Впрочем, не попробуешь, не узнаешь, – непонятно добавил Дарен, окинув меня насмешливым взглядом.
Пожав плечами, я отправилась выполнять полученное ранее распоряжение, прикидывая, где же спрятаны мишени. Но не успела дойти до центра зала, как помещение подернулось голубоватой дымкой, а затем резко, без малейшего перехода, я оказалась в странном тропическом лесу. Удивительно красивые высокие алые пальмы покачивали тяжелыми резными, словно у лесного папоротника, ветвями. Густой влажный воздух, насыщенный непонятными, а потому пугающими ароматами, ударил в лицо, словно теплое мокрое полотенце. Вокруг меня раздался предупреждающий об опасности, возмущенный хриплый крик пестрых полуптиц-полуящериц, чей покой нарушило мое появление. Какофония паники ввинтилась в уши, словно визг тормозов, заставив меня непроизвольно поморщиться.
Неужели это шуточки виртала? Поляна, на которой мы с ним беседовали, выглядела удивительно реальной. Хотя… не стоит сбрасывать со счетов и вариант, что меня действительно каким-то образом забросили в этот лес. Ну и что мне теперь делать? Попытаться подстрелить мельтешащих среди ветвей крикливых «ящерок»?
Я неуверенно осмотрелась по сторонам. Блин, Дарен хоть объяснил бы толком, как эта штука действует, прежде чем отправлять меня «на тренировку».
Словно отвлекая меня от размышлений, слева раздался приглушенный треск, а вдалеке качнули растрепанными верхушками красно-бордовые пальмы. Кто-то очень немаленький двинулся в мою сторону. Похоже, хозяин здешних мест решил проверить, что за самоубийца посмел нарушить границы его владений.
По спине пробежал холодок. Если это не иллюзия, наведенная вирталом, то у меня крупные… судя по звукам, очень крупные, проблемы! Невольно попятилась от источника шума и уперлась спиной в подозрительно реальную шершавую кору пальмы. Блин, неужели и правда настоящий лес? Ну, Дарен… Если выберусь отсюда живой, ты узнаешь о себе очень много нового!
Спрятавшись за самую упитанную пальму, я настороженно ожидала явления разгневанного начальства местного масштаба. В принципе, вариантов всего два: дождаться зверюгу здесь, спрятавшись за деревом, и постараться подстрелить из засады, или попытаться удрать. Но во втором случае надо учитывать «лесную сигнализацию» и то, что скорее всего к тому моменту, когда эта тварь меня нагонит, я буду усталая и без прикрытия. Поразмыслив, решила, что бежать от неведомой опасности не имеет особого смысла – вездесущие крикливые ящерки моментально выдадут мое местосположение. А судя по тому, с какой скоростью ко мне приближается неизвестная животина, удрать от нее мне все равно не удастся. Внимательно рассмотрев окружающие меня пальмы, пришла к неутешительному выводу – залезть на эти деревья не получится. Красно-коричневая кора стволов была шершавой, но не более того. Ни сучков, ни боковых веток. Даже сильно наклоненных деревьев, по которым, при некоторой сноровке и достаточно весомом клыкастом стимуле, можно было бы забраться наверх, в пределах видимости не наблюдалось. А жаль…
Наконец, покачнувшись, покорно разошлись в стороны высокие пальмы аккурат напротив меня, выпуская из сумрака леса… Боже, что это?!
Лет пять назад мы всей семьей ездили отдыхать в Таиланд. И на одной из экскурсий катались на слоне. Погонщик, неплохо говорящий на английском, рассказывал, что послушный Томуд, легко несший сдвоенное «кресло», на котором сидели мы с папой, в период гона превращается в злобное кровожадное чудовище, к которому побоится подойти даже его хозяин. И что в это время слона приковывают цепями к паре мощных пальм во избежание убийств и разрушений. Тогда я запомнила его слова, но поверить в то, что серый великан с грустными глазами, выпрашивающий у меня банан, способен кого-то убить, так и не смогла.
И сейчас мне почему-то вспомнился рассказ старого погонщика слонов и страстно захотелось иметь пару цепей, чтобы как следует приковать лапы странной твари, выбравшейся из леса на поляну.
Моим глазам предстал приземистый, поджарый полуящер с тупой, украшенной костистыми наростами мордой. Определенно хищный. Красновато-коричневая окраска позволяла ему практически сливаться с окружающей средой, делая совершенно незаметным в отбрасываемых пальмами тенях. Не менее трех метров в высоту, он твердо стоял на земле двумя парами толстых раскоряченных коротких лап и был покрыт странной смесью тонких роговых пластинок и шерсти. На спине монстра были компактно сложены рудиментарные полупрозрачные крылышки.
Тварь настороженно нюхала воздух, тихо порыкивая, а я опасливо наблюдала за ней из своего убежища. Пора. Подпускать его еще ближе – смертельно опасно! Сосредоточившись, я постаралась «отдать мысленный приказ». Очень постаралась. Казалось, что у меня сейчас мозги задымятся от мысленного ора, но… Либо я думала как-то «неправильно», либо парализатор достался глухой!
Тварь, унюхав наконец свой предполагаемый обед, довольно рыкнула и уверенно двинулась в мою сторону.