Десять мотивов

Пролог

Свет… Яркий, ослепляющий, похожий на тот, что исходит от ламп в городских больницах. Ядерно-белый свет с потолка – это первое, что я увидела, когда очнулась. Голова болела так, будто по ней весь день проходились тысячами молотков, что неудивительно, ведь мы выпили вечером почти все запасы алкоголя, который привезли. То в затылок, то в виски, а иногда и по всей макушке распространялась ноющая непроходимая боль. Веки были настолько тяжелыми, что больше одного раза я не смогла толком распахнуть глаза, однако сделав несколько глубоких медленных вдохов, они все же стали постепенно приоткрываться. Тело не подчинялось мне. Руки и ноги как будто удерживала необъяснимая сила и тянула глубоко вниз, а про горло вообще добрым словом было не выразиться. Оно кололо изнутри и невероятно болело. Скорчив лицо от ломки во всем теле, я попыталась пошевелить пальцами на руках, но глаза при этом все же открыть не осмелилась. Каково было мое удивление, когда пальцами я ощутило холод вокруг. От неожиданности я резко приподнялась, и по спине с головы начали свисать мои длинные, однако непонятно от чего, насквозь мокрые волосы. Немного придя в себя, через мгновение я все же смогла сообразить, где нахожусь, и построить картину. Я сидела в большой перламутровой ванне, наполовину наполненной водой. На мне была та же одежда, что и вчера: моя любимая праздничная блузка и черные джинсы, даже ноги были одеты в серые мокрые носки. Совершенно не понимая, как я здесь оказалась и почему у меня такая дикая боль в горле, я попыталась вылезти из холодной воды. Кожа на пальцах была сморщена, как это обычно бывает, если долго лежишь в ванне, а при малейшей возможности проглотить слюну в итак пересохшем горле, я испытывала чувство, будто внутри глотки проходятся ножом. С дрожью в коленках я приподнялась и еле-еле перелезла через бортик ванны, сняла полотенце с крючка на стене и накинула на себя. Обхватив рукой шею, я подошла к раковине, подняла голову и посмотрела в зеркало. Черт возьми! Что со мной случилось в этой злосчастной комнате?! Взглянув на свое измученное лицо и опухшие глаза, взор упал на красную, местами сиреневую с пятнами шею. Дрожащими пальцами от холода и страха я прикоснулась к следам и чуть не заплакала от боли. Было ощущение, что ночью со всей силой кто-то душил меня и хотел утопить, да и других объяснений на тот момент у меня не находилось.

Собравшись с мыслями, я, наконец, решила выйти из ванной и найти объяснение этой жуткой ситуации. Отперев дверь, я поняла, что нахожусь возле туалета на втором этаже, и странные возгласы доходили снизу. Четко были слышны голоса Жени и Леши и местами разговоры моего мужа, что меня весьма обрадовало. Босыми, мокрыми ногами я поспешила на первый этаж. Миновав уже пустую комнату, где живут Митя и Ваня, по деревянным ступенькам я спустилась вниз, свернула направо и оказалась в гостиной, где собрались все мои друзья и бурно вели дискуссию. По интонации и некоторой грубости в голосах я поняла, что они о чем-то спорят и чуть ли не ругаются друг с другом. Увидев меня в таком обличии, разговоры прекратились, и ко мне подбежал мой любимый:

– Даша! Черт, что случилось? Почему ты вся мокрая? – спросил он меня, а затем, взглянув на бордовую шею, стал исследовать синяки с шокированным лицом.

Сразу подлетела и моя подруга Софа с теми же вопросами. Убрав руку Артема с моего горла, я попыталась, уже было, все рассказать, однако, вскоре поняла, что смысла нет. Мое искалеченное горло не дало возможности и букву произнести. Набравшись сил, я все-таки проговорила шепотом несколько предложений:

– Я понятия не имею, что случилось. После вчерашнего праздника я мало, что помню, только много алкоголя, музыки и игр. Как я очутилась в ванне, и кто это со мной сделал, я думала, объясните вы…

В разговор вступил Леша, муж Софьи:

– Даш, мы совсем недавно встали – я посмотрела на часы у окна, на них было без четверти час дня – Я понятия не имею, что с тобой было, однако, сейчас у нас есть еще одна проблема.

Застыв на месте, я сильнее сжала руку Артема и уставилась удивленным взглядом на Лешу, ожидая чего-то плохого. Он же продолжил говорить, сделав паузу:

– Герман пропал…

Глава 1

26 мая. День моей свадьбы, моей злосчастной, дурацкой свадьбы, которой, кажется, рады все вокруг, кроме меня. В окно я вижу, как внизу во дворе около сорока человек смеются, пьют шампанское, болтают и веселятся. Одна за другой к воротам подъезжают белые лимузины, украшенные цветами, а также автомобили самых последних моделей, ведь все гости внизу – высокопоставленные личности, отличающиеся толстыми кошельками и большой властью.

Особняк переполнен разговорами и смехом, все веселятся, а меня ужасно мутит и тошнит оттого, что вскоре я стану женой человека, которого не люблю. За свои 25 лет я ни разу не влюблялась по-настоящему, но, черт возьми, счастье всегда приходит, когда его не ждешь. Вокруг меня роскошно обставленная комната, мебель из самых лучших магазинов Европы, гардеробная настолько большая, что можно сравнить с квартирой моего папы, который сидит рядом и наблюдает за приготовлениями к свадьбе.

– Не делай этого, подумай о своем будущем… – проплывают воспоминания в моей голове – стань моей, будем жить вместе. Уедем из города, он не найдет нас там…

– Не найдет…как же, с его связями и властью он найдет нас даже на Марсе – обдумываю я – а если все же решим бежать, он убьет нас обоих и никто об этом не узнает…

Огромный ком горечи и обиды подступает к горлу, я еле сдерживаю слезы, чтобы не вызвать подозрение у окружающих и не смыть недавно сделанный макияж.

Рядом стоит Софья, сестра моего жениха – Катарина и еще несколько подружек невесты со стороны будущего супруга. В комнату сквозь телесного цвета шторы пробиваются яркие лучи солнца и попадают прямо на мое белое длинное в пол платье, от чего оно сверкает словно тысяча бриллиантов. Это платье выбирала тетка жениха, и неудивительно, что она купила именно его, ведь чем роскошнее они приобретают вещи, тем сильнее растет их гордыня. Именно поэтому все сегодняшнее мероприятие проходит на высшем уровне. Сотня приглашенных гостей, среди которых только избранные богатеи, не включая мою семью, венчание в церкви, шикарные наряды и конечно мое помолвочное кольцо из белого золота с огромным бриллиантом посередине. На первый взгляд кажется: как это все не может нравиться обычной девушки из маленького города? Этот шик, богатство, обеспеченная жизнь и муж иностранец с большими связями и хорошей работой, однако, когда чувств нет, и ты любишь другого, никакой достаток жениха не исправит это. В моем же случае – это типичный брак по расчету, который спасет жизнь одному из членов семьи и обеспечит твою.

Я стою на небольшой табуретке, с которой вот-вот могу свалиться из-за слабости и головокружения, однако держусь, ведь снизу девочки наводят последние штрихи на платье. Мои русые волосы уже собраны в пучок, из которого выпущены несколько волнистых длинных прядей. Под нарощенными ресницами и блестящими тенями я скрываю свой пустой и печальный взгляд, а на щеках, по которым скатываются слезинки, уже лежат румяна.

– Даша, перестань, – вытирает мне слезы Софья и убирает растрепавшиеся волоски с лица – ты должна быть сильной, должна держаться, иначе здесь такое начнется…

– Я не могу, в моей голове столько мыслей и грустных воспоминаний, я еле стою, хочется убежать отсюда – шепотом говорю я подруге – прошу, проследи, чтобы он не появлялся здесь, иначе я не вынесу этого…

– Успокойся, он не придет, его охрана не пропустит. Сделай глубокий вдох и расслабься, все уже решено и ты ничего не сможешь исправить – сурово говорит Софья – Единственный выход – смириться и попробовать отпустить ситуацию.

По совету подруги я глубоко вдохнула, прикрыла глаза, но тут меня окликнула до тошноты радостная Катарина с фатой в руках:

– Ты почти готова, теперь повернись, и мы наденем тебе фату.

Я последовала указаниям, и девочки надели мне на голову гребень, а сверху опустили струящуюся мерцающую длиной в несколько метров легкую ткань. Слезая с табуретки, я опустила ноги в сверкающие белые туфли на каблуке и услышала голос отца за дверью:

– Дорогая, все уже внизу и собираются ехать в церковь.

После этих слов все подскочили, заметались, взяли свои вещи и выбежали из комнаты, оставив меня с Софьей и Катариной.

– Ангелика, где букет невесты? – крикнула Катарина своей девятилетней дочке, после чего малышка в розовом платье подбежала с цветами и передала их мне – вроде все готово, мы можем отправляться.

Девочки пошли вниз по лестнице, а я тем временем взяла отца под руку и направилась за ними. Перед первой ступенькой он остановил меня и печальным голосом начал говорить:

– Дочка, ты молчишь весь день, я ни разу не видел улыбки на твоем лице, а ведь ты всегда веселишься на праздниках, тем более такой день…

Подняв грустный взгляд на отца, я ответила:

– Все хорошо, папа, не переживай, тем более тебе нельзя волноваться, вспомни чем это обернулось в прошлый раз.

– Слушай, у меня, конечно, есть проблемы, я не спорю, но если ты выходишь за этого богатого немца из-за меня, то я сейчас же прекращу это мероприятие, и мы уедем.

Испугавшись, я резко опомнилась и сменила тему:

– Нет-нет, папа, все в порядке, я не сказала бы, что люблю Германа, но я питаю к нему теплые чувства. Уверена, что у нас будет долгая, счастливая и обеспеченная жизнь вместе, поэтому не переживай – я улыбнулась и поцеловала отца в щеку, после чего расправила фату и вышла на улицу.

Во дворе не осталось практически никого, поскольку все гости уже уехали, и последняя машина уже стояла у ворот, ожидая меня с отцом и подругами. Направляясь к белоснежному джипу, я заметила странное движение среди деревьев, которые окружали особняк. Прищурив глаза, я пыталась разглядеть кого-то, но меня поторопила Катарина и я села в автомобиль, аккуратно поправив пышное платье.

Все десять минут дороги до церкви я сидела в диком напряжении, переминала в руках букет из розовых хризантем, пальцы на ногах сжимались от волнения, по телу проходила дикая дрожь и холод. Живот скрутило от нервов и голода, ведь с утра я ничего не ела, а уже было около часа дня. – Я не понимаю, для чего ты это делаешь… – крутятся слова у меня в голове – ты же знаешь меня, знаешь, что я не сдамся. Если будет надо, я уведу тебя прямо у этого никчемного алтаря у всех на глазах, и даже твой Вигман ничего сделать не сможет.

Одни и те же фразы повторяются снова и снова, становятся все громче, от чего невыносимо стало дышать. Я чувствовала ускоренное сердцебиение, будто пульс возвысился до 140 ударов. Увидев меня в таком состоянии, Софа взяла меня за руку, но легче от этого мне особо не стало. Уверена, если бы я не сдерживала эмоции и подходящие временами судороги, я бы точно потеряла сознание. Я попыталась переключить внимание на вид за окном машины. Мы проезжали одни особняки с ухоженными лужайками и высокими заборами. Таков уж был этот район, в котором вскоре предстоит жить и мне с Германом. Проехав минут семь, машина остановилась у большого сверкающего на солнце храма с золотыми куполами, у которого столпилось много людей, которых я толком не знаю. Дверь машины открыл водитель, я вышла и подошла к церкви. Увидев меня, кто-то крикнул из толпы, что пора всем зайти и сесть на свои места. Тем временем я заметила, что к соседнему дому подъехала серебристая машина и припарковалась рядом. Вдруг ко мне резко подбежал один из друзей жениха – Владимир Чаров, до редкости высокомерный и наглый парень. Он работает вместе с Германом и уже около десяти лет с ним дружит, поэтому и мне пришлось с ним общаться, чтобы не было ссор и конфликтов.

– Ну, что, красотка? Ты готова? – схватив меня за руку, игриво спросил он – ты ослепительно выглядишь, затмила даже меня.

– Что ж, это было не сложно – улыбаясь, сказала я – Вова, иди внутрь, церемония уже начинается.

– Да, конечно, хотя честно сказать…свою свадьбу я бы организовал по-другому. Жаль мы никогда этого не увидим – посмеялся он.

– Конечно, не увидим, ты же не с кем больше недели не встречаешься – саркастично ответила я – ладно, тебе пора уже, дай мне собраться с мыслями.

Я закатила глаза, убрала руку этого пижона, и зашла в храм следом за ним. Внутри церковь была невероятно красива. Золотые фрески, узоры на стенах, мозаикой выложенный пол, здесь я могла бы чувствовать себя спокойно и умиротворенно, если бы не этот чертов день. Церемониймейстер, когда все гости уже сидели внутри, стала расставлять меня, отца, подруг и маленьких детей в колонну.

Оставались считанные минуты до начала церемонии. Встав в конце, закрыв глаза и крепко сжимая букет в руках, я про себя уговаривала успокоиться и монотонно дышать, как вдруг, кто-то сзади увел меня за колонну и прижал к ней. От неожиданности я вскрикнула, но кто-то закрыл мой рот ладонью, и я распахнула глаза.

– Тише-тише, милая, молю не кричи. Ты должна меня выслушать – сказал мне тот, кого я так боялась увидеть сегодня.

– Артем?! – шокировано спросила я, высвободившись из его рук – Нет-нет – продолжала проговаривать я, пытаясь не смотреть на любимого.

– Постой, если пойдешь туда, назад пути не будет. Он свяжет тебя узами и никогда не отпустит. Почему ты это делаешь?! – крикнул он и начал трясти за плечи.

За спиной я услышала, как начал играть свадебный марш и дети первыми пошли в сторону алтаря, разбрасывая лепестки цветов по пути.

– Посмотри на меня – проговорил Артем – у тебя есть еще шанс на счастливую жизнь…со мной. Я люблю тебя.

Не успела я и слова сказать, как на меня обрушился горячий поцелуй, на который я невольно ответила.

– Артем… – промолвила я, отстранившись – ты ничего не сможешь сделать, это мой выбор, и ты его не изменишь.

– Нет, это не твой выбор, Даша! – крикнул он, отдалившись и стукнув кулаком по колонне, шум от которой, слава богу, никто не слышал из-за музыки оркестра – очнись, и бежим со мной!

По щекам у меня полились слезы, которые я так долго сдерживала сегодня. Я знала, что мое решение может спасти жизнь отцу – единственному любимому родному человеку, и ради этого я готова была пожертвовать собственным счастьем.

– Прости, любимый… – прошептала я – я не могу иначе…

Я повернулась к Артему спиной, вышла из-за колонны и подбежала, встав в ряд, где вскоре была моя очередь идти. Последний раз повернулась, чтобы взглянуть на любимого. Его глаза были красные, а дыхание таким учащенным, что было видно, как поднимается и опускается его грудь. Столкнувшись взглядами, он шепотом крикнул мне вслед:

– Если одумаешься, я буду ждать в машине.

Отвернувшись и сконцентрировавшись на своих шагах, я пошла вперед по длинному проходу прямо к алтарю. Каждый шаг был таким, будто к ногам привязали утяжелители, а в голове шумели повторяющиеся фразы Артема, и слова отца. Шаг – «если ты выходишь за этого богатого немца из-за меня, то я сейчас же прекращу это мероприятие, и мы уедем» Шаг – «это не твой выбор, Даша!» Шаг – «очнись, и бежим со мной!»

Каждый шаг равнялся приближению к оврагу, из которого я никогда не выберусь, и буду жить с садистом, любящим меня до безумия. Пройдя уже половину пути, я подняла голову и увидела красивейшую арку, в середине которой стоял священник, слева и справа по ступенькам вверх разместились подружки невесты и друзья жениха. Я увидела печальный взгляд Софы, одного из двух людей, кто знал обо всей ситуации. Вторым был мой будущий муж, стоящий и ждавший моего прихода.

Герман Вигман – завидный холостяк, богатый акционер одного из крупнейших банков нашего города, приехавший из Германии, где живет его дядя с женой, сидевшие сейчас тоже в зале. Наше знакомство не было чем-то радостным и счастливым. Он заметил меня около полугода назад, когда я пришла к Софье в офис, где она работает у него бухгалтером. Была пятница и я зашла за ней, чтобы провести вечер вместе, пойти в бар с ней и Лешей. Герман же увязался за нами, блистал своим остроумием и разбрасывался деньгами, привлекая мое внимание и пытаясь произвести впечатление. Вначале у него это получилось, я посчитала его веселым, трудолюбивым парнем, всего на три года старше меня. Мы проводили время вместе, гуляли, он постоянно водил меня на свои светские мероприятия, театры, клубы, но вскоре я постепенно стала замечать, что из него выходит много агрессии и ревности в мою сторону. Он ограничивал общение со многими моими друзьями, не разрешал с ними видеться и вскоре соорудил вокруг меня «золотую клетку», в которой я жила в достатке, однако без права общаться с другими людьми помимо него.

Вспоминая все это, мне стало труднее идти к жениху, и голос в голове все чаще стал просить повернуть назад и бежать. Наконец, пройдя этот невероятно тяжелый путь до алтаря, я все же дошла до своего места и встала напротив Германа. Его карие глаза прожигали мои, а суровая ухмылка вызывала страх. С каждым словом о будущем браке Священника внутри все сжималось, а руки становились все холоднее. Вскоре он подошел к главной развязке сегодняшнего мероприятия.

– Вигман Герман, ты готов взять в жены Вольеву Дарью, и жить с ней в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас? – спокойно спросил он.

«Неужели я действительно слышу эти банальные слова, как в любых американских фильмах, где женятся главные герои?» – думаю я, но мои мысли прерывает грубый и короткий положительный ответ Германа на вопрос Священника.

Настала и моя очередь.

– А вы, Вольева Дарья, согласны ли взять в мужья Вигмана Германа, и жить с ним в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас? – спрашивает снова мужчина.

Все – думаю я – сейчас все и решится, обреку я на себя вечные страдания от супружеской жизни с человеком, которого не люблю, или же буду вместе с любимым жить в страхе и с опасением за здоровье отца. Голова кружится, голос спрятался глубоко в глотке, но ответить что-то надо было.

– Дарья? – переспрашивает Священник, после чего я вижу, как густые черные брови Германа нахмурились, а взгляд почерствел.

Что делать? Боже, я хочу провалиться прямо на этом месте! Думай, Даша!

Повисла тишина, все взоры были уставлены на меня, а состояние Германа было похоже на то, что он хочет схватить меня за шею и сам произнести моими губами две заветные буквы. Подняв глаза и высокомерно посмотрев на него, ко мне поступила уверенность и четкое осознание того, что мне надо бежать. Распрямив плечи, я посмотрела на отца, потом на жениха и громко сказала: «Нет!» после чего, даже не взглянув на реакцию Германа, пустилась бежать со всех ног назад к выходу. Платье сзади развивалось, я скинула длинную фату и выбежала на улицу. Вспомнила, где стоит та самая серебристая машина, в которой должен был ждать меня Артем, увидела ее, подбежала и села внутрь. Увидев счастливый взгляд любимого, я отпустила все, что осталось позади. Он закрыл двери, надавил на газ и мы уехали прочь.

Глава 2

Прошло 3 месяца с моей несостоявшейся свадьбы с Германом. Сейчас мне кажется, что вся эта история была лишь страшным сном, который благополучно закончился. Господи, как хорошо, что я выбралась из той полной лжи и надменности паутины, которая связала бы меня на всю жизнь, и я никогда бы не познала счастья, испытываемого сейчас.

После моего побега с любимым началась настоящая анархия в церкви, как передала мне Софья. Приглашенные гости были в полном недоумении, мой телефон разрывался от звонков друзей и знакомых, присутствующих тогда в соборе, а состояние Германа вызывало дикий страх у остальных. Когда мы уехали подальше от церкви, он выбежал за мной, но не успел догнать. Его ярости не было предела, агрессия полностью выплеснулась на гостей. Мой отец успел уехать до самого худшего, когда Вигман стал упрекать моих друзей и угрожать им. Такое часто бывало со мной, если я ослушивалась его приказов и просьб не общаться с друзьями и не ходить гулять без него. Сколько ж тогда я слышала в свой адрес угроз насчет здоровья отца, благополучия друзей и многого другого. Чтобы больше не попадать в такую ситуацию и обезопасить себя и родных, я поменяла номер телефона и заблокировала контакт Германа, однако, как позже выяснилось, этого особо и не требовалось. Катарина передала, что брат около трех дней был не в духе, хотел найти меня с Артемом, нанять людей для слежки, но вскоре успокоился, что меня очень удивило. Конечно, я не мазохистка, я наоборот была в диком восторге, что он оставил нас в покое и даже не стал искать и угрожать, однако, его резкая снисходительность (черта, которую я никогда не замечала в его характере) вызвала у меня подозрение.

Что касается нашей с Артемом жизни сейчас, то, если коротко выразиться, это та жизнь, о которой я мечтала с юных лет: любящий муж, общий дом и хорошая работа. Да, муж. Несмотря на всю эту ситуацию с фальшивой свадьбой, у нас была настоящая. Конечно, не такая роскошная, без сотни гостей и дорогих нарядов, а обычная роспись в загсе и небольшой праздничный ужин с самыми близкими людьми. Случилось это пару дней назад, 15 августа – день, который полностью изменил мою жизнь. Еще в конце мая он предложил мне переехать к нему на квартиру, но я четко сказала, что перееду только после нашей свадьбы. Последовав традициям, мы так и сделали. Расписавшись и отпраздновав женитьбу, я поехала домой к отцу, собрала за два дня свои вещи, и мы с Артемом перевезли их к нему.

Двухкомнатная квартира недалеко от центра города рядом с парком. В моей голове это лучшее место и даже рядом не стоит с тем угрюмым серым особняком Германа. Небольшая светлая кухня с деревянным круглым столом, соединенная с гостиной в стиле прованс, где размещен мягкий бежевый диван, красивая мебель и дивные серые шторы возле окон. Конечно, мне, безусловно, нравится эта комната, поскольку я ведь была дизайнером интерьера. Это и есть моя работа, я обустраиваю квартиры людей, составляю проекты, а также в свободное время занимаюсь искусством, что очень поднимает настроение.

На часах половина шестого вечера, я как всегда занимаюсь распаковкой вещей, и кажется, уже близка к последней коробке, самой большой, которую я все оставляла напоследок. Шкафы уже заполнены моей одеждой, обувь не вмещается на полку, а у тех самых двух гелей для душа Артема уже появилась копания из десяти моих разных тюбиков с шампунями. Заказав еду из ресторана, так как из-за суматохи в доме не успела приготовить ужин, я услышала поворот ключей во входной двери. Последний месяц я более-менее стала реагировать на приход мужа, но до этого при малейшем стуке в квартиру или звонке незнакомого номера я вздрагивала от страха, что это может быть мой бывший сумасшедший жених.

– Шуня, я дома – крикнул он мне, как всегда назвав своим любимым прозвищем.

– Иду – ответила я ему из гостиной и подбежала к двери – скучал по мне? – улыбаясь, спросила я его, после чего обняла и кротко поцеловала

– Еще спрашиваешь? – улыбнулся он в ответ – Как ты? Я написал тебе перед тем, как открыть дверь, чтоб ты снова не испугалась.

– Да, я видела – печально произнесла я – но уже можешь не предупреждать, я вроде бы отпустила ситуацию, да и таблетки помогают. Врач сказала, скоро я от них совсем откажусь.

– Ну, замечательно – улыбнулся Артем – что там с вещами? Хватило места? Если надо купим еще тумбочку, сегодня на работе премию дали.

– Ничего себе! – обрадовалась я – А что насчет повышения в должности? У вас же вроде новый проект, для него нужен руководитель.

– Да, есть такое – сказал он, сняв пиджак и пройдя в ванную, чтобы помыть руки – я обговорил это с директором, он пока думает.

Я задумалась: Ну, ты проработал в компании около трех лет, я уверена, если им потребуется человек, они возьмут тебя. А если нет, я сама к ним пойду – посмеялась я.

– Согласен – ответил Артем, но вдруг вскрикнул – Черт!

– Что случилось? – подошла я к раковине.

– Да кольцо выскользнуло, чуть в трубу не проскочило – подняв обручальное кольцо, произнес он.

Я взяла его в руки, и притянула к себе кисть мужа, вытянув его безымянный палец.

– Больше не роняй – улыбнулась я, надела золотой с мелкими камушками символ нашей любви ему на палец и чмокнула в щеку.

Выйдя из ванной комнаты, он посмотрел на огромную стопку тюбиков на полке.

– Это все твое? – посмеялся он – ты хочешь открыть здесь салон красоты?

– Не смейся! Это вам парням хватает одного куска хозяйственного мыла, а ты попробуй промыть мои густые длинные волосы… – нахмурилась я – и, между прочим, ты бы уже поставил замок на дверь в ванную, а то будет как в прошлый раз.

– Слушай, может, без него обойдемся? Ведь если бы ты в тот раз закрылась, я бы тебя не встретил и не женился б никогда – улыбнулся он.

– Историю нашего знакомства лучше вообще никому не рассказывать, ну, кроме Жени, она то точно в курсе.