Эда

Анна Байрашная росла в приемной семье в Волгоградской области. Начала писать рассказы с ранних лет, как только взяла в руки ручку. Не замужем, детей нет. После смерти брата связала свою жизнь с литературой. Активно занималась общественной деятельностью с 2017 года по 2021 год. Так же занималась политикой около пяти лет. А сейчас продолжает учебу и лечение от эпилепсии.

Анна Байрашная

***

Сплошной осенний дождь с самого утра заливал старые улочки Стамбула. Люди словно муравьи бежали под зонтами, как под разноцветными грибами в городской суматохе. Я смиренно глядела в даль из своего окна ощущая тоску и одиночество. Моя душа наполнялась болью, а глаза слезами, казалось, что жизнь окончена. Инвалидное кресло к которому была прикована напророчило мою судьбу. За спиной послышался громкий хлопок уличной двери. Я от безнадежности заплакала, понимала, что осталась совершенно одна никому не нужная. Нервно сжимала в руках телефон и проклинала тот самый день, когда попала в ту жуткую аварию. Несколько лет назад я попала в ужасную автокатастрофу, под колеса черного внедорожника. К сожалению врачи сделали все возможное, а я осталась инвалидом. Дорогущее лечение и постоянная опека родственников в конечном итоге окончилось, и я осталась совершенно одна. Сегодня мой дом покинула и родная сестра, которая всегда говорила, что будет со мной. Чувствовала себя беспомощной и одинокой, ненужной и жалкой. Я смотрела в даль городской суеты сквозь окно и завидовала всем кто мог стоять на своих ногах. Вспоминала последние слова своей сестры перед тем, как она хлопнула дверью:

–Да кому ты такая нужна? Инвалид, да еще и без денег с одной пенсией! Так и умрешь в своем гордом одиночестве! Не звони мне больше, поняла? Ты мне больше не нужна, трачу на тебя свое драгоценное время!

Слезы текли с глаз , я предполагала, что в конечном итоге останусь одна, но не ожидала, что так быстро. Сидела в железном инвалидном кресле в пустой квартире посреди одиноких стен и мебели. Хотела даже свести счеты с жизнью и избавиться от этого всего в один миг, потом, из окна своего дома увидела плакат нового фильма и остановилась. Почему-то хотелось пойти на него и вдохнуть жизнь, которой и так практически нет в моем существовании. Теперь еще и одна осталась. Я гордо вытерла слезы с глаз, глубоко вздохнула, а потом глядя в окно, сказала:

–Я не склоню головы! Хоть я и инвалид, но все же человек и смогу справиться сама! Аллах отнял у меня ноги, но не отнял ум и все остальное!

Достала из кармана телефон и набрала номер своей лучшей подпруги, Седы. В трубку пошли гудки, а после прозвучало долгожданное «Ало».

– Здравствуй моя дорогая Седа! Ты сегодня вечером свободна? -Деликатно поинтересовалась я.

– Да, конечно свободна! Что-то случилось? Неужели Мелег опять наговорила, что ты никому не нужна, а ей приходиться за тобой смотреть? Милая не принимай ты все близко к сердцу, все будет хорошо! -Заботливо ответила добрейшая девушка.

Я тяжело вздохнула, несколько секунд помолчала, а потом ответила:

– Мелег ушла, Седа! Ей надоело следить за сестрой – инвалидом. Я отбираю у нее личную жизнь и время. Забираю у нее все! Как я могу отбирать у нее все? Я не имею право на это! Не имею!

Седа ужаснулась, но виду не подала, что прибывает в ярости, просто ответила:

–Милая, я скоро приеду и мы поедем на премьеру фильма! Жди!

После разговора мы положили трубки. Седа торопилась к подруге детства, а я ожидала заветного исцеления от болезни. Ждала, когда, свет всевышнего посветит на меня и подарит лучик надежды на выздоровление. Много думала о том, за какой грех расплачиваюсь, и почему именно я? Почему метка Всевышнего упала именно на меня? Пока я собиралась в кинотеатр, на большое совпадение этот плакат с фильмом увидел из окна своего внедорожника и Харун. Ему так сильно захотелось посмотреть его, что он сразу же позвонил на фирму и дал распоряжение поставить бронь на одно место. Его водитель увидел цветочный магазин и украдкой спросил:

– Господин, цветочный магазин, цветы отправить той девушке?

Харун тяжело вздохнул, в ответ кивая головой, сказал:

– Со дня аварии уже прошло много лет, а она не разу не приняла от меня цветы. Считаешь, что это все бесполезно? Но я не успокоюсь, закажи в этот раз букет красных роз и отправь ей с запиской, но там укажешь «Я знаю, что прощения мне нет, но я буду до последнего вздоха верить в то, что ты простишь меня! Твой ангел хранитель!». Пусть гонит, но я не отступлю, сделаю все возможное, чтобы эта девушка вновь встала на ноги!

– Как скажите, Харун Бей!-Ответил водитель.

К сожалению цветы человека, которого, я так сильно ненавидела не доходили до меня. Мелег все делала так, чтобы я возненавидела Харуна и думала, что ему плевать на то, что его водитель сделал меня инвалидом. Моей сестре это хорошо удалось, я ненавидела его всем сердцем и душой, желала ему смерти посреди жизни. Жаждала, чтобы он умирал каждый день вместе со мной и ощутил на своей шкуре всю боль моего состояния. Но я не знала, что он давно уже мертв, как и я. Он умер в тот самый день, когда я оказалась под колесами его автомобиля. Каждый день он посылал мне цветы с записками и мольбами о прощение, но букеты возвращались назад к нему домой. Парень ели сдерживал себя, чтобы не примчаться ко мне домой и стоя на коленях просить прощения, но пока мог себя сдерживать, только из-за того, что не видел моих глаз. Этим он и успокаивал себя.

Водитель остановился возле цветочного магазина, сделал все поручения своего госпадина и вернулся назад. Потом уселся за руль, хотел спросить куда ехать, как Харун перебил его:

– Ты не мог бы поехать на такси домой? Сегодня можешь быть свободен. Лучше посвети время своей семье, ты их и так редко видишь.

Молодой человек даже обрадовался, отдал ключи своему господину и уехал к себе домой, а Харун помчал в кинотеатр, на эту же премьеру фильма куда собиралась и я. Пока он направлялся туда, я ждала свою подругу, как вдруг в дверь постучали. Мне показалось, что это Седа, но когда я подъехала к двери и открыла ее, то увидела перед собой огромный букет алых роз, которые привез курьер. Молодой парень любезно передал мне цветы, попросил расписаться и молча покинул лестничную клетку. Я в растерянности смотрела на эти цветы и не понимала, что происходит. Только собралась закрывать дверь, как на горизонте появилась моя подруга и с удивлением вскричала:

– Ого, какая красота и от кого?

Я растерянно посмотрела на нее и сказала:

– Я не знаю! Курьер только что привез и даже ничего не сказал! Передал мне букет и просто ушел!

– Эда, а может там есть карточка с именем отправителя? Давай посмотрим?– Сказала девушка.

Седа ловкими движениями пальцев достала записку и передала мне, чтобы я прочла. Мои руки тряслись, почему-то я подумала, что их прислала моя сестра с извинениями. Когда я достала записку из маленького конвертика увидела незнакомый почерк и стала читать в слух:

– «Я знаю, что прощения мне нет, но я буду до последнего вздоха верить в то, что ты простишь меня! Твой ангел хранитель!». Это не почерк моей сестры, да и у нее денег на такой букет не будет. Как ты думаешь, Седа от кого он?

Девушка подумала минуты три и решила солгать:

– От твоего тайного поклонника! Кто-то видимо тебя любит сильно, а ты и не заметила!

Меня даже это рассмешило, но она была в чем то права. Я не знала, что человек которого я терпеть не могу посылает мне цветы и просит прощения. А Седа однажды заметила, как Мелег отправляла букеты цветов назад, а когда она ее спросила, то моя сестра ответила, что эти цветы шлют ей, а она отказала тому парню. Но теперь Седа была уверена, что цветы предназначались мне, а их шлет Харун. Моя любимая подружка поставила букет в вазу и мы направились на премьеру фильма.

День был серым, но теплым, дождь, как и наши с Харуном раны на душе обливал город, словно кровью из наших жил. Серость и сырость прожитой боли и печали вперемешку с грязью лжи и обмана моей сестры. Однажды Харун встречался с ней и предлагал мне лечение в одной из хороших Германских клиник, но Мелег сказала о том, что я проклинаю его за все! Хотя, его вина была лишь в том, что в тот день он вез сестру экстренно в больницу и требовал от водителя ехать быстрее, а тот не успел затормозить. К счастью сестра Харуна осталась жива из-за того, что машина просто была вынуждена покинуть место происшествия. Девушку чудом довезли в больницу и смогли спасти от неминуемой смерти. В тот черный день Всевышний пожалел нас обеих и позволил жить на этом свете. Но сегодня, я впервые в жизни почувствовала, что кому-то еще нужна и не одна на этом свете.

Наконец-то мы добрались до кинотеатра на премьеру фильма, пока мы с Седой покупали билеты и попкорн, Харун уже был в зале и с нетерпением ждал начала сеанса. Когда мы вошли, то я сразу его не заметила, а наши места оказались друг за другом. Он сидел позади меня, и тут так неожиданно перед его глазами появилась я. Боль его жизни. Мы одновременно сгорали в одном пламени, жаждали воды, но не могли идти дальше, чувствовали одиночество и сильную боль в сердце. Медленно сходили сума от одиночества, но в моем сердце жила ненависть, а в его сожаление и надежда на прощение. Я не оборачивалась назад, смеялась, шла комедия с элементами драмы и мы с подругой кушали попкорн, радовались. Только вот Харун смотрел пристально на меня. Он рассматривал локоны волос, обращал внимание на изгибы шеи и лица, хотел броситься в ноги, но так же не желал портить мне настроение. Сидел молча словно грешник, который пытается искупить свою вину молчанием и сжиганием собственной души изнутри. На его глазах выступали слезы, а губы так и хотели прошептать мое имя вслух. На тот момент мне показалось, что чья-то душа тоже истекает кровью от нанесенных ран, но не понять где она и в каком месте. На миг даже показалось, что это все из-за того, что меня бросила сестра. Постаралась перебить в себе это ощущение и продолжила наслаждаться фильмом. Но Харун не мог поступить точно так же, как и я. Сжимая кулаки он словно живой мертвец хотел нарочно причинить себе боль, парню казалось, что так станет легче. В его руке была металлическая ручка, он так сильно ее сжал, что острие стержня вонзилось в его плоть, а алая кровь постепенно капала на пол. Я смеялась, а он умирал от собственной боли. Каждая моя улыбка ранила его все сильнее. На всем протяжении просмотра он не сводил с меня глаз, да и они утонули в слезах.

Как только подошел фильм к концу в зале включили свет и я внезапно повернулась, а наши глаза слились воедино. Я увидела знакомое лицо, которое не желала видеть все эти годы. Постоянно проклинала, желала этому человеку смерти при жизни, а тут он стоял словно живой труп. Внезапно мужчина встал предо мной, а потом рухнул на колени с тихими словами прощения:

– Эда, пожалуйста прости меня. Я очень виноват перед тобой.

Ярость поглотила мой разум и тело, слезами налились глаза. Я посмотрела на подругу и сказала:

– Седа, давай уйдем отсюда, как можно быстрее!

Девушка без лишних слов ухватилась за мое инвалидное кресло и повезла к выходу, а Харун так и стоял на коленях утопая в слезах. Мне было очень страшно и одновременно жаль его, но ярость управляла всем. Седа посмотрела на меня, а потом сказала:

– Эда, вам бы с ним поговорить стоило, он тоже очень сильно страдает. Разве встал бы он на колени перед всеми людьми?

– Я не буду с ним встречаться! Он сделал меня инвалидом и скрылся с места аварии!!! Ты хочешь, чтобы я это просила? Нет! Пусть сгорает каждый день в тысячу раз больше меня и этого мало! – Истерически закричала я не желая никого слушать, только стояла на своем.

Девушка оглянулась, чтобы посмотреть не пошел ли он за нами, но его не было видно. Седа даже вздохнула с облегчение и повезла меня домой. Всю дорогу мы шли молча, Стамбул наконец-то сменил окраски с серого на солнечный. Осень в этом году играла в новую игру теплого дня в дождливого и холодного, но сегодня они сплелись воедино. Утром шел дождь, а к обеду прибежало солнышко на небосвод. Словно сама погода подсказывала, что за слезами всегда приходит и счастье, но я упрямо гнала все мысли прочь! А в это время Харун встал с колен, в тумане вышел на улицу, сел в машину и поехал в неизвестном направлении. Он даже не понимал куда едет и зачем. Мысли были сбиты, одни вопросы в голове, о том, как мне помочь и спасти от инвалидного кресла. Парень ничего не понимал, знал только, что это не конец пути, а только старт! Понимал с самого начала, что будет трудно и больно, но все же это реально. Харун заметил страх в моих глазах, а это уже означало многое! Он толком не следил за дорогой, Давит на газ, перед лицом всплывет мой облик со страхом и ненавистью, болью и разочарованием в жизни. Харун давил на газ без остановки и все же на миг захотел разбиться, увидел ехавший навстречу КамАЗ, свернул на встречку, рычание сигнала и резкий свист тормозов. Тишина, через несколько минут за сигналили автомобили, а водитель КамАЗа орал благим матом на Харуна, но тот, вырулив на обочину, ударился головой об руль и расшиб себе лоб в кровь. Он поднял голову, огляделся, посмотрел на сердитого мужчину из тяжелого КамАЗа, завел машину и просто поехал дальше. Он не мог понять, что не дало ему разбиться? Словно неподвластная сила не дала ему это сделать и заставила свернуть на обочину, но он продолжил ехать!

Всю дорогу домой мы с Седой молчали, как и Великий Стамбул не склонял головы и не боясь трудностей шли дальше. Солнце сменилось тучами, а яркое небо на дождь. Погода, как и мое настроение перебегала от плохого к хорошему, а от хорошего к плохому. Время словно замерло, как и тогда, когда я потеряла веру в то, что буду ходить. Седа не выдержала молчания и просто разбудила мертвую тишину:

– Эда, я считаю, что ты должна с ним поговорить! Разве ты не видела в каком состоянии парень? Скажи, разве он был за рулем? Разве это он на тебя наехал? Да, он не остановился и поехал дальше, но сейчас-то раскаивается! Может не стоит вести себя так жестоко?

Тут меня ее слова разозлили, от чего я вскричала:

– Жестоко? Ты говоришь, что это все жестоко? Как же может быть жестоко, когда я не могу даже ходить? Как может быть это жестоко? Он был в этой машине! Он хозяин этой машины и не остановился! Ему было плевать на то, что его водитель сбил человека! Пусть хоть в ад провалиться! Будь он проклят! Да покарает его Аллах! Я ненавижу весь его род!

После моих криков небо еще больше за хмурилось, а у Харуна заболело сердце. Он ели доехал домой, а я в слезах пробыла до самого возвращения домой.

Харун на бешеной скорости подлетел к особняку и резко ударил по тормозам, а после облокотившись об руль, заплакал. Только разбившиеся капли дождя являлись свидетелями его слез, но боль в груди сводила мужчину сума. Душа горела словно факел и уже ничего не могло его спасти, он просто верил в то, что когда-нибудь сможет добиться прощения. Увы, мы не знали, что впереди нас ждет дорога боли и слез и в итоге одна неизвестность. Нас в один миг закружила судьба в одночасье и каждый страдал по своему, но мы постоянно думали о друг друге. Харун сидел в машине, а кровь из лба стекала по лицу. Он словно себя наказывал этой болью, как великий грешник нес наказание. Мужчина открыл дверь автомобиля и вылез из нее, поднял свои глаза в небо, а после вскричал:

– Да, я грешен! Да, я хозяин этой машины, но почему ты так ее мучишь? Лучше мою душу забери! Великий Аллах, я прошу тебя, дай ей сил встать на ноги, а меня наказывай еще сильнее!

На крики брата Фариде выскочила на улицу и увидела посреди дороги орущего в небо мужчину с окровавленными лицом и рукой, она подбежал к нему с криками:

– Харун, что происходит? Харун? Что с той случилось? Почему на руках и лице кровь?

Мужчина замолк и лишь пристально смотрел на сестру, а потом сказал смотря в ее напуганные глаза:

– Я видел Эду! Она меня не простила! Фариде, в чем я виноват? В том, что не остановился спасая тебя! Я больше так не могу, сестренка!

Мужчина потянул руки к сестре и крепко ее прижал к груди. Холодный дождь бил по Харуну, словно пытался его разбудить, но он как в бреду искал истинный путь к прощению. Фариде обнимая брата и плача, ответила:

– Ты не в чем не виноват! Если бы я тебя послушала, то ничего бы этого не произошло! Ты говорил не ходить там, там очень скользко, но я тебя не слушала! Не вени себя, ты не в чем не виноват!

Харун крепко обнимаю сестру, а в этот момент я была уже дома и вновь осталась совершенно одна. Я подкатилась к столу, где стояли розы в вазе и лежала та самая записка от тайного поклонника. Не знаю, мне стало очень приятно и хорошо. Я вновь открыла ее и прочла в слух:

– «Я знаю, что прощения мне нет, но я буду по последнего вдоха верить в то, что ты просишь меня! Твой Ангел Хранитель!». Кто же ты, мой поклонник? Неужели такие, как я еще кому-то в жизни нужны? Инвалид и калека, а такие сейчас не в спросе.

Мне было до безумия приятно и я радовалась этому подарку, словно ребенок. В моем сердце зацвела надежда на счастье, точно так же, как и эти цветы, которые не могли распуститься много лет и засверкать своей красотой и благоуханием. Мне стало очень хорошо, потому что я еще была кому-то нужна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.