Анфискины рассказы

Про неё.

Анфиска – самая обыкновенная маленькая девчонка с самой обыкновенной косичкой торчком и тоненькими ножками. Она любознательна, никогда не сидит на месте и всегда красуется свежими синяками и разбитыми коленками, как и подобает пятилетней девочке (конечно, может и не подобает, но тогда вам придется читать другой рассказ про другого прилежного ребенка).

Каждый день девочки наполнен новыми мечтами, приключениями и событиями. Она не умеет долго обижаться, никогда не замолкает и уж точно не знает, что такое скука. Анфиска рассеянная и непоседливая, и у нее всегда наготове несколько десятков вопросов, на которые она настойчиво ищет ответы.

Еще Анфиса очень любит быть послушной и иногда та-а-ак старается, что от усердия может что-нибудь разбить или плюхнуться в лужу. Но от этого, конечно, она не унывает и продолжает стараться с еще большим усердием.

Фломастеры.

Когда Анфиса была еще совсем маленькая, в ее душе уже зародился художник. Фломастеры и краски притягивали ее как магнит (ну или как большая шоколадная конфета, но об этом позже). Карандаши не вызывали в Анфиске такого восхищения, но это и неудивительно, ведь они не такие яркие и так легко(!) отовсюду стираются. Неприятность же заключалась в том, что мама Анфисы была взрослой и строгой, и художник, который жил у девочки в душе, ее совсем (увы и ах!) не восхищал. А как тут можно оставаться спокойной, когда вокруг столько неразукрашенных стен и мебели!!! Вот и тревожилась девочка, переживала, но мама непреклонно давала ей альбом для рисования и сажала за стол. Ох, как же “чесались” у Анфиски руки украсить свою комнату чудесными рисунками. В ее фантазиях на потолке уже летали дивные птицы, а на стенах поселились чудесные животные и сказочные растения. Она даже зажмуривалась от удовольствия, когда представляла себе такую красоту.

И вот однажды, когда за окном лил унылый серый дождь, Анфиса сидела, уткнувшись носом в чистый альбомный лист, и страдала от вселенской несправедливости и непонимания. Внутри нее все негодовало, как, вдруг, ее озарило! Мама же не знает, как здорово будет в детской, когда Анфиса ее так украсит! Надо срочно(!), просто немедленно, исправить эту оплошность!!! Схватив фломастеры, девочка кинулась к стене. “Та-а-а-к, здесь у нас будет ми-и-и-ленький жираф”, – решила она и смело взялась за дело. Она очень старалась и даже тихонько попискивала от радости и нетерпения. Когда с жирафом было закончено, она откинулась назад, чтобы оценить свое творение (не путать с вареньем, которое Анфиска недолюбливала в глубине души, потому что оно было липкое и не внушало ей доверия). Но жираф почему-то оказался не таким миленьким, каким представляла себе его девочка. Шея и ноги получились у него короткие, голова огромная, а пятнышек было почти не видно из-за ярких обоев. “Ну ничего! Пусть будет ослик”, – не унывала Анфиса, – сейчас я его как следует подправлю”. Она взяла фломастер поярче и приготовилась к работе. Но фломастер почему-то совсем не хотел рисовать на обоях. И тут Анфиса вспомнила, как ее старшая сестра (которая была очень взрослая и страшно умная!) всегда говорила, глядя на старые фломастеры: “Засохли, наверное”. “Ну конечно! Засох! Его же надо срочно намочить”, – недолго думая, Анфиса сунула фломастер в рот. Во рту неприятно защипало и появился какой-то странный вкус. “Тьфу! – плюнула девочка, – а на вид такие яркие и сочные”. Тут в комнату вошла мама. Ее брови подозрительно нахмурились при виде дочери. “Э-эх! – вздохнула девочка, – не оценила мама моего жирафа…” (или ослика…она так и не решила пока). Мама молча подвела Анфису к зеркалу и та вскрикнула от удивления. Все губы, язык и даже зубы были у нее зеленого цвета (да-да, не удивляйтесь, ослик же должен был быть волшебным, а волшебные ослики всегда яркие). Слезки закапали у Анфисы из глаз: “Мамочка, неужели я теперь останусь так навсегда?” Мама лишь тихо хмыкнула и строго произнесла: “Ну теперь, когда ты снова захочешь порисовать на стене, твой рот будет зеленеть и все сразу поймут, что ты задумала!”

Так Анфиса решила, что на стене она рисовать больше не будет Н-И-К-О-Г-Д-А!!! Ведь в доме еще столько неразукрашенной мебели, а про мебель мама ничего не сказала!

Письмо.

Анфиса очень уважала праздники. Радостная суета в доме, легкое волнение, красивые нарядные гости – все это приводило девочку в неописуемый восторг. Но королем праздников для нее оставался, несомненно, Новый Год! К празднику она всегда готовилась основательно и со всей ответственностью пятилетней девочки.

Вот и в этот раз, играя у себя в комнате, Анфиса размышляла о подарках, о Дедушке Морозе, о том, как это он успевает привезти подарки всем-всем детям и еще узнать, как они себя вели весь год. И тут её озарила мысль, от которой она пришла в ужас и даже на минуту перестала сосать леденец: “А что, если Дед Мороз не успеет или, и того хуже, забудет приехать к ней?” Заметно разволновавшись, девочка побежала к календарю. На календаре гордо красовалось: НОЯБРЬ. “Это что же такое получается, – нахмурила лоб Анфиса, – Новый Год уже на носу, а я еще и письмо Деду Морозу не написала! Так и без подарков остаться недолго!”

Волновалась Анфиска не зря. Буквы она знала и даже уже умела немного читать, а вот писать никак у нее не получалось. И старалась, и злилась, и плакала, но знакомые буквы никак не хотели складываться в слова на бумаге. Но тут довольная улыбка озарила ее лицо и она громко шлепая босыми ногами направилась в детскую. Там за письменным столом рисовала ее старшая сестра Лиза, которая, как мы уже знаем, была очень взрослая и страшно умная. Анфиска деликатно покашляла, попрыгала на одной ножке, даже попыталась посвистеть и неуверенно протянула: “Лиизок, а Лиизок…” Сестра, недовольная тем, что ее отвлекли от столь важного занятия, буркнула под нос: “Чего тебе?”

После небольшой торговли, в ходе которой Анфиса лишилась части своих сокровищ, а Лиза наоборот пополнила свои запасы, обе девочки принялись за дело. Анфиса загибала пальцы и диктовала список подарков, без которых ни одна уважающая себя девочка не может обойтись. А Лиза в это время все тщательно записывала. Она очень старалась и даже высунула кончик языка от напряжения. Когда с письмами было закончено, девочки взглянули друг на друга, и Лиза с видом знатока важно заявила: “Мама всегда говорит, что Дед Мороз в тепле растает, значит и письма надо класть в холод. А холод у нас в морозилке!”. И девочки кинулись, обгоняя друг друга, на кухню к холодильнику. Довольные собой, они убрали письма и приготовились ждать, но тут, очень некстати, пришла мама и сообщила, что наступило время сна. Этой ночью девочки долго не могли уснуть, взволнованно перешептывались и прислушивались. Очень уж им хотелось увидеть настоящего Деда Мороза. Но как ни боролись они со сном, вскоре из детской послышалось ровное сопение.

Рано утром, не позже десяти, отталкивая от нетерпения друг друга, сестры заглядывали в морозилку. Каково же было их удивление – Лизино письмо бесследно исчезло, а конверт с кривоватыми буквами “АНФИСА” спокойно лежал между замороженными ягодами. Готовая вот-вот расплакаться, Анфиса набрала побольше воздуха в грудь и уже приготовилась кричать, визжать и топать ногами, чтобы все услышали, какая жуткая несправедливость с ней приключилась! Но тут на кухню на шум пришел папа.

– Что тут происходит? – сурово спросил он.

Анфиса растерянно моргала, а Лиза уже прыгала вокруг папы и висела у него на руке:

– Папа! Папа! Дед Мороз приходил!!! Мое письмо забрал, а Анфискино нет! Это что значит, она без подарка останется, да?! – на этой фразе самообладание покинуло Анфису и она издала протяжный рев.

Папа лишь спокойно пожал плечами и произнес:

– Давайте разбираться. Анфиса, ты же хорошо вела себя весь год, так?

– Так, – ответила дочь, размазывая слезы по щекам.

– Письма вы написали, и подписать не забыли, и спасибо Дедушке Морозу сказали, так?

– Так! – еще сильнее зарыдала девочка.

– А кто письма писал? – неожиданно спросил папа.

Анфиска от удивления и растерянности даже захлопнула рот. Немного подумав, она робко прошептала:

– Лиза….

– Это что же получается? – нахмурился папа, – подарки просишь ты, а письмо пишет сестра.

– Но я же совсем не умею, – тихо прозвучало в ответ.

– А когда мама звала тебя учиться писать, ты что ответила?

– Что я смотрю мультики, – девочка была готова снова разрыдаться.

– Я придумала!!! – вмешалась в разговор Лиза, – мы научим Анфиску писать и она сама напишет Деду Морозу самое лучшее письмо!

Анфиска заметно повеселела, ей уже не терпелось начать учиться.

– Папочка, я обязательно напишу сама письмо! – донесся уже из детской ее звонкий голос.

Папа лишь довольно и немного хитро улыбался.

Мечта.

Анфиса очень любила мечтать. Каждый вечер перед сном, лежа в своей кроватке, она фантазировала. В ее мечтах она то превращалась в русалку с роскошным хвостом, то спасала мир от злодеев, то в ней внезапно просыпался какой-нибудь необыкновенный талант. Талант в себе Анфиса разыскивала очень тщательно. Когда ей становилось совсем грустно, она залезала к маме на колени и спрашивала, заглядывая ей в глаза: “Мамочка, ну почему я совсем-совсем обыкновенная?” Мама всегда в этот момент целовала ее в макушку и, улыбаясь, отвечала: “Ну какая же ты обыкновенная? Человек с такой доброй душой и чистым сердцем не может быть обыкновенным!” Анфиса не совсем понимала, что это значит, но потом всегда подолгу разглядывала себя в зеркале: “Где же прячется эта добрая душа и чистое сердце, про которые всегда говорит мама, и почему это они делают меня необыкновенной? Странно все это…Вот бы у меня была волшебная палочка, к примеру, тогда я бы точно стала самой необыкновенной!” Эта мысль так понравилась Анфисе, что она даже подпрыгнула на месте.

– Папа, надо срочно купить волшебную палочку! – с этими словами девочка вбежала на кухню.

– Что?! – подавился чаем отец.

“Значит, точно хорошая идея”, – подумала Анфиса и настойчиво повторила: – Надо срочно купить волшебную палочку! Понимаешь, мне очень-очень надо стать необыкновенной!

– А можно узнать, что ты будешь с ней делать? – отец осторожно убрал чашку с чаем в сторону.

– Ну как же… Я наколдую очень-очень много конфет – это раз! – начала перечислять девочка. – Затем я наколдую много-много котят – это два! И маленькую сестренку или братика – это три!!! – раскраснелась от возбуждения Анфиска.

– Ясно, – улыбнулся папа, – а когда конфеты надоедят?

– Как? – даже в мыслях девочка такого представить себе не могла.

– Ну съешь ты гору конфет, или две…

– Или три! – уточнила дочь.

– Или три, – согласился папа, – а потом зубы заболят, или живот, или сыпью покроешься. И захочется тебе маминого супа, который никакая волшебная палочка не наколдует. Съешь конфетку, – пододвинул папа к Анфиске вазочку со сладостями.

– Что-то не очень хочется, – подозрительно поглядывая на конфеты, ответила девочка.

– Хорошо, с конфетами все ясно, но котяток-то можно?

– А кто будет за ними ухаживать? Кормить, убирать, чесать?

– Так я и это наколдую!!! – развеселилась Анфиска.

– Тогда они и играть будут не с тобой, а с волшебной палочкой, и хозяйкой своей считать совсем не тебя. Ведь животных заводят чтобы любить и заботиться о них, а они все чувствуют и отвечают нам тем же.

– Верно, – согласилась девочка, – я вот когда Масю кормлю и глажу, она мурлычет, а если за хвост дерну, так сразу царапается!

Папа взглянул на кошку, которая надменно зевнула и поджала хвост, и вздохнул.

– А с сестренкой как быть? Или, на худой конец, давай братика наколдуем? – не унималась девочка, – Хотя…Соня в садике говорила, что братиков в специальной больнице выдают. Мама идет туда и выбирает! А меня возьмете выбирать? А то, боюсь, вы без меня плохого выберете, придется обратно относить! – нахмурилась Анфиска.

– Конечно, возьмем! – засмеялся папа, – и тебя, и Лизу, и выберем такого, чтоб всем понравился!

– Странно, – рассуждала девочка, – я так мечтала о волшебной палочке, а получается она и не нужна мне совсем. Ведь намного интереснее все делать самой! – решила Анфиска и пошла придумывать себе новую мечту!

А о чем мечтаете вы?

Тося.

В семье Анфисы наступило долгожданное событие. Дело в том, что несколько дней назад маму отвезли в больницу, откуда, как сказал папа, она вернется уже с сестренкой. Анфиса чуть-чуть расстроилась, когда узнала, что мамы так долго не будет дома. Она даже собиралась немного поплакать, но папа объяснил, что без помощи дочек он никак не успеет все подготовить к возвращению мамы, и Анфиса решила, что поплачет чуть позже.

Несколько дней девочки стойко терпели, как папа заплетал им косички, молча вылавливали комочки из каши, старательно наводили порядок, а по вечерам обсуждали предстоящее событие:

– Как думаешь, какая она будет? – волнуясь, спрашивала Анфиса у Лизы.

– Думаю маленькая, – рассуждала Лиза, – все будут умиляться и сюсюкать с ней!

– А как же мы? – расстраивалась окончательно Анфиска. Она очень переживала, что про нее совсем-совсем забудут.

Наконец, наступил долгожданный день выписки. Утро выдалось волнительным. Сначала все в суматохе собирались, бабушка бегала и суетилась, то и дело поправляя девочкам платья и прически. Лиза была сосредоточенная и серьезная. Один папа оставался спокойным, но как-то странно улыбался и периодически то ли нервно хихикал, то ли икал (Анфиска толком не разобралась).

Вот они уже в роддоме, замерли в томительном ожидании. Наконец, вышла тетя в белом халате, держа в руках большой конверт с красным бантом. Анфиска от удивления даже подпрыгнула: “Ничего себе маленькая сестренка! А бант-то какой большой!” Конверт пискнул и закряхтел. Следом за тетей вышла мама и девочки кинулись к ней.

– Мамочка, ты хорошо выбирала нам сестру? Старалась? – прошептала Анфиска, прижимаясь к маме.

– Выбрала самую лучшую!!! – засмеялась мама, обнимая дочерей, и девочки облегченно вздохнули.

Дома папа аккуратно положил конверт на кровать и начал разворачивать.

– Не толкайся – прошипела Лиза. Им не терпелось увидеть сестру.

Внутри конверта кто-то странно сопел и причмокивал. Девочки переглянулись и подошли поближе. На кровати лежал маленький розовый новый человек!!! Девочки удивленно рассматривали сестру.

– Какие маленькие ручки! – Анфиска нерешительно взглянула на маму и та кивнула в ответ. Лиза тем временем осторожно потрогала крохотную ножку.

– А что она умеет делать? – шепотом спросила Анфиска.

– Ничего! – засмеялась мама, – и мы будем всему ее учить!

Тут маленькая девочка открыла глазки и обвела взглядом собравшихся. Затем смешно сморщила нос, чмокнула губами, вся покраснела и ка-а-ак завопит!!!

– ОГО!!! – хором удивились девочки, – вот тебе ничего и не умеет!!!

– Это она поет, – взял девочку на руки папа. – А как мы ее назовем?

– Я предлагаю Тося…Таисия. Как вам? – мама взглянула на старших дочерей.

– Тося…– повторила за мамой Анфиса, привыкая к новому имени. – А что! Мне нравится!

Лиза важно кивнула, выражая свое согласие с семьей.

– Значит решено! – все снова посмотрели на Тосю, которая уже заснула и только причмокивала маленьким ротиком.

“Какое у нее все маленькое: и ротик, и носик, и пальчики, и даже язычок!” – восхищенно разглядывала Анфиска Тосю. И тут увидела, как на лице у малышки появилась улыбка! Теперь Анфиса была уверена, что мама выбрала для них самую лучшую сестру на свете!