- -
- 100%
- +
- Поженимся. Скажешь тоже. Больше чем уверена, что не о такой снохе мечтает твоя мама.
Дима тут же нахмурил тёмные брови. Открытая улыбка сползла с его лица.
- При чем тут моя мама? Женитьба на тебе - это моё решение и мой выбор. Мамина задача - благословить и не вмешиваться. Как бы я её ни любил и ни уважал, но она обязана будет принять мой выбор.
- А как же Софочка?- у Иры не получилось скрыть сарказм, прозвучавший в её голосе. Дима всё чаще вёл себя как наивный взрослый ребёнок, и девушку порой это раздражало в нём. Ира прекрасно знала об отношении его матери к ней. Она же презирала её происхождение и не собиралась этого скрывать. Была Ира как-то у них в гостях. И одного раза ей было достаточно, чтобы понять: Фрида Марковна Шмидт никогда её не примет. Она сама была женщиной интеллигентной, образованной. Знала несколько языков и происходила из благородного рода, в котором текла немецкая и еврейская кровь. Отец Фриды Марковны эмигрировал из Германии задолго до начала войны.
Поначалу жили в Одессе, потом перебрались в Ленинград. Жизнь семья Шмидт всегда вела светскую, потому как отец Фриды Марковны был человеком хитрым и предприимчивым. Наладив нужные связи, он стал активно заниматься торговлей и весьма в этом преуспел.
Он был уже довольно пожилым человеком, когда СССР распался и наступили "лихие" девяностые. В самый расцвет откровенных грабежей, убийств и беззакония, отец Фриды Марковны предпочёл тихо уйти из жизни. Диме тогда было пять лет, и отца у него не было с самого его рождения. Почему? Тайна за семью печатями.
Он никогда не рассказывал Ире, почему они с матерью вынуждены были покинуть Ленинград, обосноваться в тихом провинциальном городке и вести весьма скромную жизнь по средствам. Просто обмолвился как-то невзначай, что было очень тяжело и туго, но они справились.
- Софочка всего лишь моя подруга из детства - просто улыбнулся Дима - не ревнуй, нет смысла. Я люблю только тебя. Поняла? И всегда об этом знай. Твои сомнения меня ранят в самое сердце. Определись уже, Ир.
Голос Димы дрогнул, и Ире вдруг стало так стыдно. Так невыносимо совестно. Быстро обхватив лицо парня руками, она отчаянно прошептала:
- У нас всё будет хорошо, Димка. Веришь? Потому что я люблю только тебя. Прости, что так редко об этом говорю тебе.
Ира прижалась разгорячённым лбом к прохладному лбу Димы. Выбор сделан. И никакой Макарский с его деньгами не нужен ей.
Глава 4
Осень, 2006. Семья Марченко
Вика еле слышно вошла в дом. Постояла немного в прихожей. Вроде тихо. Отец очень строго следил за тем, во сколько она приходит домой с прогулки. Но сегодня она не могла не задержаться.
Осторожно сделав шаг вперёд, Вика, как назло, что-то задела в темноте. Раздался грохот. Чёрт. Хоть телефоном нужно было посветить. В гостиной тут же загорелся свет, и в широком дверном проёме возникла внушительная фигура отца.
- Ты на часы смотрела? Где ты была? С кем? Опять с ним?
Вика виновато опустила голову.
- Да нет, пап, с подружками. Когда ещё увидимся? Если только на новогодних праздниках.
Вика соврала. Отчаянно. Краснея от стыда в полумраке прихожей. Она не любила врать. И не умела. Но если отец узнает правду, то и ей не поздоровится, и Максу.
- Хорошо. Иди к себе - отец выключил свет и направился в кухню. Час ночи. Почему ему не спится? Вика взлетела по ступенькам на второй этаж и заперлась в спальне. Сердце девушки колотилось в груди. Прижавшись спиной к двери, она стыдливо прикрыв глаза, вспоминала сегодняшний вечер.
Макс стал её первым мужчиной. И последним. Вика любит его, и никто ей больше не нужен. Она осознанно позволила Максу больше, чем просто невинные поцелуи. Да и подружки давно советовали ей. Мол, так они ближе станут, и Макс окончательно привяжется к ней.
Тихонько улыбнувшись, девушка прямо в одежде легла на кровать. Необычные чувства и ощущения переполняли её. Только одно обстоятельство омрачало её настроение. Завтра рано утром она должна будет уехать. Впереди учёба в Англии. А ей так не хотелось далеко и надолго уезжать от Макса. Но отец настоял. Материальное положение их семьи позволяло такие траты на учёбу за границей. Вику никто не спрашивал. Отец всё решил за неё, и ей пришлось подчиниться.
Вика нехотя разделась и, накрывшись одеялом с головой, попыталась уснуть. Сон не шёл. Зато ближе к утру, когда нужно было вставать и собираться, голова девушки отяжелела, а веки плотно сомкнулись, горя так, будто в них насыпали песок.
- Ну посмотри на неё! - возмущённо раздался над ухом девушки голос Альбины - спит! Вика, вставай!
- Так рано же ещё. Дайте поспать.
- Вставай, говорю! - Альбина стащила с Вики одеяло и насильно подняла с кровати - отец уже давно позавтракал и ждёт тебя. В аэропорт через сорок минут выезжать!
Вика поплелась в ванную, мучаясь от того, что она постоянно что-то должна! Альбина, возмущённо бурча что-то себе под нос, вышла из комнаты. Она приходилась Вике мачехой. Причём узнала девушка об этом не сразу. Ей было десять лет, когда Вика подслушала совершенно случайно громкий спор своего отца и Альбины.
Оказывается, Альбина не могла иметь детей по медицинским показаниям. Папа очень её любил, но однажды, сильно напившись, изменил. На тот момент он проводил Альбину на очередное лечение в дом отдыха и, оставшись один решил расслабиться алкоголем. Девушка по имени Рита приходила к ним раз в неделю убираться. Дом был огромным, и Альбине требовалась помощница, которую она отыскала в лице соседской девчонки.
Рита жила с больной матерью, которая много лет была прикована к постели. Сама девушка слыла глупенькой и была будто не от мира сего. Школу еле окончила, никуда больше не смогла поступить. Денег им с матерью катастрофически не хватало, и сердобольная Альбина предложила девушке подработку. Рита согласилась.
Умом она была недоразвитой, но внешне очень симпатичной. Такой контраст многих удивлял. Герман никогда девушку и пальцем не тронул бы. Но она в тот день слишком уж мозолила ему глаза, как нарочно, будто соблазняя. То руки коснётся, то глазами стрельнёт, и декольте её платья было уж слишком откровенным. А пьяному что? Море по колено. Вот и согрешил Герман, о чём потом отчаянно сожалел, да назад ничего не вернуть было.
Альбина узнала про измену. Но вида не подала, и в тот вечер, когда она поругалась с Германом, её прорвало.
- Я тебя простила. Простила, слышишь? Я знала, что Вика - твоя родная дочь, и старалась стать для неё заботливой и любящей матерью. Но перед глазами у меня всё время стояло наглое и ухмыляющееся лицо Риты. Она не была так глупа, как мы все про неё думали. Эта хитрая и изворотливая девчонка просто страдала шизофренией, и периодами у неё случалось обострение. Она приходила ко мне со своим огромным животом! Во всех подробностях рассказала о том, что вы с ней ... Что ты ...
Альбина, закрыв лицо руками, замолчала, лишь её худые плечи вздрагивали от беззвучного плача. Герман нервно курил возле окна. Он и подумать не мог, что жена всё знает!
- Я боюсь, что у Вики, как и у её матери, будет прогрессировать ...
- Замолчи! - резко прервал Герман. На бледное и заплаканное лицо Альбины он не смотрел. Он вспоминал то морозное утро, когда приехал за своей дочерью в родильный дом в каком-то захолустье. Ему позвонили оттуда, домой. Врач Марк Леонидович сбивчиво сообщил, что Маргарита Матвейчук умерла при родах, а номер Германа был найден в кармане её пальто.
Выслушав доктора, Герман медлить не стал. Он сообщил Альбине лишь часть правды. Что, мол, соседская девушка куда-то далеко уехала от них, там родила и умерла, оставив новорожденную девочку сиротой. Герман прямо заявил жене, что хотел бы эту девочку забрать к ним. Что это их шанс стать родителями. Но он и подумать тогда не мог, что Альбина в курсе всего.
Она безропотно собралась и поехала с ним. А потом всю дорогу прижимала к себе ребёнка и молчала. Все эти десять лет она действительно искренне заботилась о Вике. Но если внутри сидит обида, то срыв когда-нибудь всё равно случится. И он случился. Именно в тот момент Вика услышала всю правду.
Мама ей не мама? Что чувствовала тогда десятилетняя девочка? Разочарование и страх. Страх потерять любовь Альбины, её заботу. И Вика старалась быть удобной, послушной, чтобы ничем не разочаровать свою мачеху. Но переходный возраст разрушил все иллюзии. Альбина стоически выдержала бурю подростковых гормонов, пока у них с Викой не сложились нейтрально-прохладные отношения.
Вика знала, что после её отъезда Альбина вздохнёт с облегчением. Ведь она до сих пор присматривается к ней и ждёт каких-то ненормальных бзиков в поведении.
- Собралась? - спросил отец, когда девушка спустилась вниз. Взгляд её был печальным и унылым. Так далеко предстоит улететь, в чужую и незнакомую ей страну.
- Можно было бы и здесь поступить - Вика сделала лишь глоток кофе. Остальное просто в неё не полезло, аппетита не было совсем.
- Нельзя - отрезал отец - Йоркский университет. Сама подумай. Да ты такие знания по экономике получишь, что всех за пояс заткнёшь. У меня на тебя только все надежды. Получишь диплом, вернёшься. На фирму ко мне пойдёшь. А там и свадьбу с Егором Дубовицким сыграем. А? Как тебе перспективы? Так что учись, набирайся знаний. Всё пригодится потом. Ты моё самое дорогое вложение в будущее. Учти.
Ком в горле помешал Вике что-либо ответить отцу. Так вот кто она для него? Инвестиция? Вложение? И всего лишь?
- Пойдём, папа. Время поджимает - как в прострации произнесла Вика. Она села в машину отца и уставилась невидящим взглядом в окно. Её такой любимый и уютный дом теперь казался чужим. Она никто. Просто выгодный проект отца, в который он вложил свои деньги. И намёки на свадьбу с Дубовицким не случайны. Отец, если что решил, то обязательно так и сделает.
А Вика терпеть не могла Егора. Только кто её спрашивать будет?
"Нет уж, папочка. Я получу образование за границей, но не для того, чтобы оправдать твои ожидания. Я вернусь за тем, чтобы стать женой любимого и единственного человека" - мстительно подумала Вика, даже не представляя себе, что её планам никак не суждено сбыться.
Глава 5
Дима уезжал. Надолго. Ему предложили одно очень хорошее место для прохождения практики, и он решил воспользоваться предоставившимся шансом. Тем более, что Ира с лёгкостью его отпустила.
Они были всё время на связи. Ира такие милые сообщения присылала, коротенькие стишки, полные романтики и какой-то трепетной наивности. Когда появлялась возможность остаться одному, Дима непременно звонил Ире, чтобы только услышать её милый сердцу голос. Только на звонки она предпочитала не отвечать почему-то.
Казалось, что время на практике длится бесконечно долго, как бы Дима не старался вникать в сам процесс. Ведь это его будущее, перспективы. Если хорошо себя покажет, то после окончания института сможет рассчитывать на вакантное место.
Заскочив в цветочный магазин, Дима долго выбирал цветы. Практика подошла к концу, и он наконец-то вернулся домой. В основном его тянуло сюда из-за Иры. Он размечтался, что когда девушка получит диплом, то он заберёт её с собой.
- Вот эту розочку можно? - смущённо попросил он. Было бы денег побольше, он бы для своей любимой купил бы целый букет красных роз, ведь Ира так их любила. Цвет страсти и пламенной любви. Именно такие чувства бушевали внутри застенчивого Димы.
Ира была неприхотлива и не требовательна, как многие другие девушки, и Дима был уверен, что одна-единственная розочка её не покоробит, а наоборот, девушка искренне обрадуется и бросится ему на шею. С такими мыслями Дима взлетел на свой этаж, вдавил кнопку звонка. Он уже мысленно принимал душ, переодевался и спешил к своей любимой.
Но лицо мамы, открывшей ему дверь, ввело Диму в ступор.
- Что-то случилось? - с порога спросил он.
Фрида Марковна, скептически поджав губы, бросила недовольный взгляд на цветок, аккуратно завёрнутый в газету. Немыслимо просто! Пронеслось у неё в голове. Как эта деревенская соплячка смогла окрутить её сына. Но Дима должен знать всю правду. Фриду Марковну тяготил предстоящий разговор, но этому всему необходимо положить конец, пока её мальчик не наломал дров сгоряча.
- Ничего не случилось. По крайней мере такого, чтобы я прямо с порога тебе начала рассказывать. Голоден? Я твой любимый супчик приготовила. Ручки мой и за стол.
Мама всегда командовала и обращалась с Димой как с маленьким мальчиком. Раньше он не заострял на этом внимания. Но с возрастом его стало это напрягать. Мама должна различать границы, он уже давно вырос.
- Я не голоден - бросил Дима, направляясь к себе в комнату.
- Опять всухомятку где-то перехватил? - уперев руки в бока, требовательно уточнила Фрида Марковна - кому цветочек прикупил? Оборванке своей невоспитанной? Боже мой, Митя! Ну почему ты не слушаешь советов своей мамы и всё время стараешься идти наперекор. Ты в курсе, что у твоей мамы не железные нервы?
Опять. Дима заперся в ванной и включил воду. Хорошее настроение улетучилось. Скорее бы Иру уже увидеть. Только она сможет подействовать на него как успокоительный бальзам.
Фрида Марковна, услышав шум воды, ушла в кухню и, приоткрыв форточку, прикурила. Все женщины в их роду курили, и она не отстала от них. Высокая, сухощавая с длинным носом с едва заметной горбинкой, Фрида Марковна переживала в данный момент лишь за своего сына. Дима - чистый наивный мальчик. Вот как ему сказать? Он же вбил себе в голову, что на его деревенской девке свет клином сошёлся!
- Ты только приехал. Останься сегодня дома, успеешь ещё к своей этой ...
"Потаскушке" чуть не вырвалось у Фриды, но она вовремя прикусила язык, решив благоразумно смолчать. А может, Диме лучше самому обо всём узнать? Он же не поверит ей, будет утверждать про сплетни и наговоры. Городок-то у них небольшой. Все друг друга знают.
- Мама, смирись. И чем раньше ты это сделаешь, тем лучше для тебя. Я люблю Иришку и, как только она отучится, женюсь на ней. Это моя жизнь, мама, я встретил девушку, в которой почувствовал свою родственную душу. И даже если она не по сердцу тебе, то для моего сердца в этой девушке скрыт целый мир, в котором заключён мой смысл жизни. Понимаешь ты или нет?
- Это не любовь, мой мальчик. Скорее иллюзия. Самообман. Что ты можешь знать о любви, когда у тебя совершенно нет никакого опыта в отношениях?
Фрида Марковна нервно постукивала пачкой сигарет по столу. В её глазах за толстыми стёклами очков застыла упрямая непримиримость. Дима вздохнул и, чуть приобняв мать, поцеловал её в щёку.
- Я к Ире. Соскучился. Постараюсь прийти пораньше и обо всём с тобой поговорить. О чём захочешь. Мама, только прошу тебя, давай сейчас не будем ссориться?
Сердце женщины заныло от любви к единственному сыну. Ей так хотелось ему самой всё рассказать, уберечь от горького разочарования. Но ... Но Дима действительно давно вырос. Пусть узнает обо всём сам и сделает соответствующие выводы. Если не сделает, то Фрида воспитала тряпку и подкаблучника!
Дима быстро собрался и ушёл. На душе был нехороший осадок всё же. Но он верил в то, что мама привыкнет к Ире, смирится с ней и выбросит свои глУпые фантазии по поводу его женитьбы на Софочке Левитан. Ну не в его она вкусе! И даже если бы Ира не повстречалась ему, то Дима никогда бы на Софу не обратил своего внимания. Он всегда относился к ней исключительно как к сестре, зная её с самого детства.
Накрапывал мелкий дождь, похолодало. Приподняв воротник у куртки, Дима перебежал дорогу. Общежитие, в котором жила Ира, находилось недалеко, всего пара кварталов. Радостное возбуждение от предстоящей встречи вернулось к Диме. Он специально не предупредил Ирину о том, когда точно приедет. Хотел сделать сюрприз.
Только вахтёрша в общежитии огорошила Диму, что Ира давно съехала. Куда - никто не знает. В полной растерянности выйдя на улицу, Дима осмотрелся по сторонам. Номер Иры уже несколько дней был недоступен. Он думал ну мало ли что случилось. Телефон сломался или потеряла. Девчонки же такие рассеянные вечно.
- Дима! - окликнули его вдруг. Парень резко обернулся. За углом общежития стояла девушка и рукой подзывала его к себе. Её лицо Диме показалось смутно знакомым. Лена, кажется. Ира дружила с ней.
- Здравствуй. Я узнал тебя. Где Ира, знаешь?
Дима настойчиво смотрел в лицо девушки. Она была ярко накрашена, вызывающе одета и совсем не располагала к себе.
- Есть хочу. Угостишь, расскажу про Ирку - выдвинула условие Лена, хищным взглядом пробежавшись по скромно, но со вкусом одетому парню.
Дима беспомощно согласился. Эта девица порядком действовала на нервы, но её обещание рассказать про Иру возымело своё действие. Они отправились в кафе через дорогу.
"Наверное, в деревню уехала" - запоздало подумал Дима, с неохотой просматривая меню в кафешке. Есть ему не хотелось, а вот Лена судя по её жадному взгляду сдерёт с него последние деньги. Но у кого ему ещё про Иру узнать? В деревню к ней съездить? А может она вовсе не там.
Глава 6
Дима выжидательно смотрел на Лену, пока она невозмутимо и с большим аппетитом поглощала всё, что заказала.
- Ты будешь мне рассказывать про Иру? Её телефон недоступен, не могу дозвониться до неё. Всю последнюю неделю не общались. Я замотался с практикой. То одно, то другое. Может, она обиделась на меня за что?
Лена отодвинула пустую тарелку, шумно отхлебнула компот и, выбив щелчком сигарету из пачки, прикурила. Наивный этот Дима Шмидт. Невзрачный какой-то весь. Долговязый, в очках. Ну никакой красоты и мужественности. Теперь понятно, отчего Ирка за Макарского уцепилась.
- Да замуж она вышла. За Илью. Знаешь такого?
В глазах Димы появилось недоверие.
- Ты что-то путаешь, Лен. Какой Илья? Я парень Ирины Мартыновой. Она же одна у тебя подруга с таким именем и фамилией или ещё есть?
- Ну? А я тебе про какую Ирку? Она и есть. Илья Макарский давно окучивал её. И так, и сяк. Ирка его отбила у своей соседки по комнате в общаге. Та взъелась на неё, пакостить начала по-мелкому. Вот Ирка, видать, и съехала, решив принять предложение Макарского. И я её понимаю. Чтобы от такого перспективного жениха нос воротить, надо дурой быть.
Дима как в прострации слушал болтовню Лены. Бред какой-то. А как же их редкие созвоны? Сообщения? Планы в конце концов? Только сейчас он вдруг осознал, что Ира как-то неуверенно о будущем разговаривала и старалась от серьёзной темы уйти. Неужели она одновременно и с Макарским встречалась?
- Нет, это какая-то ошибка. Ира не могла так подло поступить со мной - беспомощно пробормотал Дима, обхватив враз заломившую голову двумя руками.
- Могла не могла, а факт остаётся фактом. Прости её, Дмитрий, и отпусти с миром. Найдёшь ещё себе девушку по душе. А хочешь, я место Ирки займу? - тон голоса Лены стал игривым. Она из сумочки что покрепче достала и быстро, пока никто не видел, влила в стакан с компотом. Выпила, с наслаждением затянулась. Дима стал казаться ей не таким уж и неприятным внешне.
Ему если стрижку модную сделать, очки эти снять, да откормить, глядишь, ещё и ничего. Так-то он умный. По рассказам Ирки, родословная не бедная у него была, маменька благородных кровей.
Ленке на безрыбье и рак рыба. Уже не стесняясь ни Диму, ни обслуживающий персонал в кафе, ни редких посетителей, девушка влила в свой стакан ещё водки и запила компотом Димы, который стоял нетронутым. Поморщилась, новую сигарету достала.
- Врёшь ты всё - вдруг спокойно произнёс Дима, шумно встав из-за стола - и платить я за тебя не буду. Сама расплачивайся.
Лена опешила на секунду.
- Эй, ты куда? Так нечестно! - крикнула она и густо покраснев оглянулась по сторонам. К ней уже спешил официант. Вот засада! Подлец. И вправду евреи все скряги!
***
Ира вжалась в угол комнаты, сидя на холодном полу. Илья навис над ней со злым лицом, за волосы больно схватил.
- Твой ботаник приехал и по всему городу тебя ищет. Мне такие проблемы не нужны. Ещё разборок с каким-то жидом не хватало. Ты сейчас отправишься к нему и расставишь все точки над "i". Поняла? Ты. Меня. Поняла?
Илья не говорил. Он рычал, как лев, и глаза его налились кровью. Он так больно держал Иру за волосы, что у неё по щекам невольно скатились слёзы.
- Поняла - послушно прошептала она. Илья её резко отпустил, не преминув достать из кармана носовой платок и с брезгливостью вытереть руку.
Как же Ира ненавидела его. Всем своим существом, всем сердцем. Но она носила в себе его ребёнка. Назад пути нет. Иначе Макарский просто уничтожит её. Медленно поднявшись с пола, Ира быстро собралась. Всё произошло слишком быстро и навсегда перечеркнуло все её планы.
Когда Дима уехал на практику в Питер, Ира твёрдо пообещала его дождаться. Ещё тогда на перроне железнодорожного вокзала она окончательно убедилась в своих глубоких чувствах к Диме. Она его любит. Так бывает. Не за внешность, но за красоту его чистой души и доброго сердца. За его скромную улыбку, за бархатный низкий голос. За острый ум и светлые мысли. Ей хорошо с ним, ей спокойно.
- Возвращайся поскорее, Дим. Я буду ждать тебя - произнесла Ира подняв лицо и заглянув парню в глаза. Она чувствовала, как слёзы закипают и чешется нос. Чёртова разлука. Как же надолго Дима уезжает! Невыносимо будет это тягостное ожидание.
Ира долго потом стояла на перроне и, обняв себя за плечи, провожала тоскливым взглядом удаляющийся всё дальше и дальше поезд, пока он совсем не превратился в маленькую точку. Что-то щемящее было внутри неё, будто образовалась невосполнимая пустота.
Спустя месяц Ира встретила вдруг Софочку. Они были знакомы, Дима их как-то при случае представил друг другу.
- Ну, здравствуй, студентка - жеманно поджав губы, поздоровалась Софа. Она хотела изобразить на своём лице какую-то доброжелательность, но было заметно, что случайной встрече с Ирой она не особо рада. Из рук она не выпускала мобильный телефон, постоянно вглядываясь в экран.
- Привет. Как дела? - Ире было наплевать, как дела у Софы. Она спросила просто из вежливости. Всё-таки это подруга детства Димы. Невежливо её игнорировать. Фрида Марковна и так её деревенской хабалкой считает, а Софочка способна масла в огонь подлить, рассказав о сегодняшней встрече.
- Отлично. Вот, с Димой переписываюсь. Новости ему последние описываю. Говорят, Илья Макарский тебе предложение сделал? Не успел Дима уехать, как ты сменила направление?
- Кто говорит? Имя, фамилию назови. Хочу видеть в лицо, того, кто распространяет всякие небылицы про меня. Что за глУпые сплетни? - мгновенно похолодела Ира. Вежливая улыбка сползла с её лица. Она так и знала, что добром это не кончится.
- Так ли уж глУпые дорогуша? - высокомерно приподняв бровь, Софа презрительно осмотрела Иру с головы до ног - ты думала, никто не узнает? У нас же городок маленький. На одном конце чихнёшь, на другом услышат. Так что скоро и до Димы дойдёт.
Ира сделала шаг назад. Горькая полуулыбка скривила её побледневшее лицо.
- От тебя, видимо, дойдёт? Радуешься, да? Ведь ты же бегаешь за Димой, как собачонка, в надежде, что он обратит на тебя внимание как на женщину. А он меня любит, меня. И в сплетни эти не поверит. Приедет, и я сама ему расскажу то, что действительно истинно.
- Ха-ха - равнодушно ответила Софа - я не собираюсь опускаться до банальности. Дима приедет и сам о тебе всё узнает. Я за ним не бегаю, а терпеливо жду, когда он увидит твоё истинное лицо. Что ты знаешь о любви? Ты вскружила ему голову, да. Соглашусь. Но это ещё не значит, что он влюблён в тебя до беспамяти. Не надейся. Наш союз с Димой обговаривался нашими родителями ещё когда мы были маленькими. Вот это истина. А всё остальное пыль. Не упускай Макарского, деточка. Вот как раз ему ты соответствуешь на все сто.
Ира убежала. Просто развернулась и сбежала. От презрения во взгляде Софы, от её голоса. Зажав уши, зажмурив глаза. Она не виновата, не виновата, что Илья её изнасиловал, не успел Дима уехать. Макарский подловил её, когда она возвращалась с учёбы. Темнеть стало рано, занятия закончились поздно. Уставшая и голодная в промозглую мерзкую погоду Ира едва волочила ноги до общежития, как вдруг перед ней притормозила машина Макарского, и он добродушно предложил её подвезти.