Наследница Минелеи

Это был страшный сон. Не похож на предыдущие. Леарна тяжело дышала, временами вздрагивая. Все простыни были уже мокрые от ее пота и слез, которые она невольно проливала во сне. Волосы разметались по подушке, частично прикрывая ее лицо. Она хотела проснуться, но никак не могла отогнать от себя эти видения, которые в последнее время все чаще и чаще ее преследовали.

В тихом, темном коридоре светловолосая стройная девушка кралась в ночи, когда внезапно услышала крик. Уронив лампу на пол, она устремилась в комнату, откуда раздавался шум.

– Госпожа Леарна, что с вами? Отоприте! – девушка громко барабанила в дверь, не помня себя от страха. – Госпожа, вы слышите меня!?

В комнате все стихло, затем послышался легкий шорох, и дверь тихонько приоткрылась.

– Всевышние силы, Миела, что ты шумишь? Сейчас весь дворец поднимешь.

Девушка влетела в спальню и огляделась. Все было вроде в порядке, не считая сильно смятых простыней и мокрого от слез лица подруги.

– Что, опять видения? – с сочувствием спросила она ее.

– Да, – вздохнула та. – И они еще страшнее и реалистичнее предыдущих.

– И снова тот парень?

– На этот раз кроме него там был еще какие-то люди, но я так испугалась, что не успела их рассмотреть.

Измученная темноволосая, худенькая девушка, одетая в сиреневую коротенькую сорочку, тяжело опустилась обратно на кровать. К ней подсела рядом Миела. Леарна была рада ее приходу. С ней все страхи и кошмары рассеивались и не казались уже такими угрожающими.

Эти два создания были совсем друг на друга не похожи: Миела – крепкая, с округлыми формами, давно сформировавшаяся девушка. Она обладала золотистыми, слегка вьющимися волосами, которые она никогда никоим образом не укладывала. Пухлые губки и большая грудь делали ее желанной для многих мужчин. Миела отличалась крутым нравом, и не считала зазорным высказать все что думает прямо человеку в лицо. Леарна же напротив – была темноволоса и худа, больше напоминая изящную статуэтку с большими ярко-зелеными глазами, которые мило обрамляли пушистые ресницы. Она всегда вела себя достойно и уважительно со всеми. Подруг у нее не было, не считая ее фемину, которая заменяла ей и мать, и подругу, и личного защитника, и боевого товарища.

Так уж повелось в их стране, Минелее, что дети Манжоров – властителей и хранителей земли минелейской – воспитываются не под крылом матери или отца, а у самых достойнейших наставников. Наставников мужчин называли навиалями, а женщин – феминами. Они приставлялись к будущим Манжорам только в том случае, если прошли самый жесткий отбор и которые не раз доказывали государству, что достойны воспитывать и учить будущих властителей, так как именно в их руках в дальнейшем будет судьба всех поданных. Обычно наставниками назначались те, кто уже достиг достаточно зрелого возраста, но Миела была исключением. В восемнадцать лет ее назначили на желанную должность у 10-летней Леарны эль Альтерро.

– Послушай, дорогая, – сказала фемина, приобняв за плечи девушку. – Ты должна с кем-нибудь поговорить о своих снах. Так не может больше продолжаться. Скоро от твоих ночных криков будет весь дворец просыпаться! Да и что это за сновидения?

– Не сходи с ума, Миела. Дворец скоро будет просыпаться не от моих, а от твоих криков. И вообще, почему это ты опять куда-то ходила ночью? – Леарна внимательно присмотрелась к подруге и только тут заметила ее слегка растрепанные волосы и припухшие губы. – О, Господи, нет! Опять этот прыщавый?!

– И вовсе он не прыщавый, – нервно передернула плечами девушка. – Это просто временная сыпь.

– Да, но помнится мне, что ты его лет пять держала на вытянутой руке, потом приняла его ухаживания, потом опять стала отгонять от себя, жестоко показав ему, что ты прекрасна, а он просто прыщавый мелкий слуга у моего отца. И тут вновь бегаешь к нему на свидания по ночам.

– Но Леа, девочка, я же это делаю только ради тебя!

– Да? – девушка недоверчиво уставилась на фемину. – И какая же мне польза от твоих ночных вылазок?

– Как ты сама заметила, он слуга у твоего отца. И он типа тени – вроде бы есть, но вроде бы и нет. Его никто не принимает за человека, который все видит и слышит. И запоминает… – глаза Миелы сверкнули лукавством. – А потом все рассказывает мне…

– Ты хочешь сказать, что ты шпионишь за моим отцом?– девушка недоверчиво уставилась на подругу.

– Послушай, девочка моя, – фемина часто так называла свою подопечную, считая ее наивным ребенком, хоть и была не намного старше.– Я не доверяю твоему папаше, ты же знаешь.

– Опять ты за свое, – Лерана заметила, что похожие разговоры неоднократно уже велись между ними. – Он любит меня, он мой отец.

– Конечно, но только не забывай, что он не родной твой отец, а всего лишь отчим.

– Он растил меня с раннего детства. Он заботился обо мне, когда мамы не стало. Я знаю, что дорога ему.

– Бла-бла-бла, – бесцеремонно перебила подругу Миела. – Если бы он хотел заботиться о тебе, он, во-первых, никогда не дал бы тебе в качестве фемины меня. Нет, я, конечно, очень этому рада, да и ты вроде не жалуешься. Но подумай сама: когда очень любят своего ребенка и готовят его к правлению, разве ему дают фемину, которая хоть и была развита не по годам, но все же еще слишком молода? А своему родному сыну Феликсу он подобрал навиаля, который готовился к этому делу несколько десятков лет! Равному Черлайдеру никого нет! Он так мудр, хитер, силен и ловок, что хоть я и терпеть не могу этого заносчивого гада, но все же не могу не восхищаться.

– Миела, ты тоже не хуже его, – попыталась успокоить свою фемину Леарна.

– Я? Ну что ты! Во мне, конечно, есть потенциал, но до уровня Черлайдера мне еще далеко! Да, и во-вторых, по закону нашего государства следующим Манжором становится прямой наследник рода эль Альтерро. И неважно девочка это или мальчик. То есть это должна быть ты. Но почему тогда он отдал лучшего навиаля своему сыну? Ты не догадываешься? – Леарна лишь покачала головой, зная, что на этот вопрос у Миелы уже есть ответ. – Может потому, что он решил именно Феликса сделать следующим Манжором?

– Это невозможно. Наши законы нельзя менять. Следующим Манжором буду я. Не забывай, что Ниро мой регент, а Феликс всего лишь его внебрачный сын. Так что власть автоматически перейдет ко мне, как только я достигну совершеннолетия или выйду замуж, – устало, в который раз ответила ей Леарна и посмотрела в окно – сквозь шторы начинал пробиваться свет. – Уже рассвет скоро, надо хоть немного поспать.

– Да, – кивнула фемина и ее распущенные локоны мягко качнулись в такт головы. Она широко и без стеснения зевнула. – Пожалуй я пойду, но только после того, как ты пообещаешь мне все же подумать о своих снах. Надо что-то с этим делать. Только не говори пока о них с отцом, – Миела поднялась и направилась к выходу. Уже в открытых дверях повернулась и еще раз добавила. – Только не говори о них со своим отцом.

– Хорошо, – несколько уже раздраженно кивнула девушка.

Фемина прикрыла за собой дверь и Леарна с облегчением услышала легкие удаляющие шаги своей подруги.

Глава 2.

Из-за ночных кошмаров Леарна сегодня плохо выспалась, и сейчас ей было тяжело спокойно сносить шуточки своего брата Феликса и резкие замечания отца. Они завтракали в большом сводчатом зале с высокими потолками. После смерти матери, отец решил, что есть надо не в их прежней уютной маленькой столовой, где было много цветов и света, а в этой темном огромном помещении. Здесь все было сделанным из серого камня: потолок, стены, пол. Только длинный большой стол был покрыт мягкой белой скатертью с золотой вышивкой по краям – это единственное, что удалось отстоять у властного Манжора его дочери. Во главе стола восседал действующий Манжор Ниро Кэ Деррато. Он представлял собой высокого худого человека с тяжелым взглядом и темной копной волос. Узкие губы недовольно кривились, когда ему что-то не нравилось, а слишком густые черные брови при этом соединялись на переносице. Вот и сейчас по сдвинутым бровям можно было понять, что его что-то беспокоит.

– Леарна, – властный голос эхом разнесся по столовой. – Я слышал сегодня ночью крики. Ты случайно не знаешь, кто это мог быть?

– Я знаю, отец, – не упустил возможности влезть Феликс. – Это чья-то белобрысая фемина опять гуляла по ночам по коридорам и кричала, как весенняя кошка.

Ниро повернул голову в сторону Миелы и сурово спросил:

– Это правда?

Фемина поняла, что ее подопечная сегодня не в силах разговаривать -слишком у той был усталый вид, и темные круги под глазами были тому подтверждением. Девушка и сама это понимала, поэтому во время завтрака она молчала, уткнувшись в свою тарелку. Решив отвлечь все внимание на себя, Миела в очередной раз вступила в перебранку с младшим кэ Деррато:

– Я хоть кому-то нравлюсь, а что касается тебя, то с тобой даже такая весенняя кошка, как я, ни за что по ночам мяукать не будет!

– Что? – молодой человек от злости даже привстал с места. – Да у меня, таких как ты – с десяток будет!

– Неужели? Это ты о толстой поварихе говоришь, с которой я тебя застукала две недели назад? Или придворной старушке без зубов, с которой я тебя вижу по утрам?

– Это неправда! – теперь Феликс гневно прищурил глаза, устремив взор на девушку. – А ты глупая уродливая феминка, которая вместо того, чтобы учить мою сестру, как защищаться и стать хорошим правителем, учишь ее блуду!

– Ну, ты заврался, малец! – Миела разошлась не на шутку. Как посмел он ее обвинить, в том, что она приносит вред своей девочке. Она – которая души в ней не чает, которая готова в любой момент пролить за нее кровь! – Сейчас я тебе, тощая задница, покажу, чему я учу на самом деле своего манжора!

Глаза девушки грозно сверкали, яркие золотистые волосы рассыпались по плечам от того, что она резко встала. Вид ее был при этом весьма воинственный. Внезапно раздался громкий голос:

– А ну как, перестали оба! – Ниро сурово посмотрел на сына и Миелу. – Это завтрак, а не резня! Леарна, успокой свою фемину, – Манжор посмотрел в сторону дочери, но Миела уже села обратно на место и спокойно хрустела поджаренными хлебцами. – Черлайдер, я просил учить моего сына не только боевым искусствам, но и выдержке, достоинству. А что это он сейчас позволяет себе?

– Извините, это действительно моя вина, – всегда сдержанный навиаль и сейчас не моргнул глазом, хотя Леарна готова была поклясться, что увидела искорку удовольствия на его лице, когда его подопечный был готов вцепиться в глотку Миелы. – Я обещаю, что в дальнейшем Феликс никогда не будет столь неосторожным в своих действиях.

– Очень на это надеюсь, – сухо заметил Ниро.

Дальнейшая трапеза обошлась без насилия. Миела как ни в чем не бывало, догрызла свой сухарик, и спокойно ждала когда Леарна закончит с завтраком. Феликс же постарался сделать вид, что эта перепалка ничуть не тронула его, но он слишком быстро доел и, извинившись, покинул стол со своим навиалем. Миела только пожала плечами и презрительно проводила его взглядом. Она искренне считала, что ее ученица по всем параметрам превосходит этого воображалы. Леарна же закончила с едой и хотела уже выйти со стола, как отец ее остановил:

– Дитя, постой – девушка застыла. – Я слышал сегодня ночью не только крики твоей фемины, но и еще чьи-то… – он сделал многозначительную паузу, но, так и не дождавшись никакого ответа, продолжил, – И мне кажется, что это были твои крики.

– Правда? – девушка нервно сглотнула. – Может быть, ты меня с кем-то перепутал?

– Что за ерунда, господин Ниро, – Миела встряла в разговор. – Ваша девочка спала как убитая, а кричала какая-то служанка, с которой я нечаянно встретилась в коридоре ночью. Мы с ней столкнулись, и так перепугались, что завизжали как дуры!

– Я не спрашиваю, что делала ночью ты, Миела, так как не хочу знать о твоих похождениях, но я уверен, что это были крики моей дочери. Леарна, чего ты испугалась? – Ниро пристально посмотрел на дочь.

Леарна опустила глаза и лишь отрицательно покачала головой. Так и не дождавшись от нее никакого ответа, он тяжело вздохнул и произнес:

– Что же, если тебе нечего сказать, то можешь отправляться на занятия. Я, пожалуй, еще побуду здесь.

Миела воспользовалась этим мгновением и буквально вытолкнула свою подопечную вон из столовой.

Глава 3.

– Что, любезнейший, опять не выспался?

Даниан бросил недовольный взгляд на друга.

«Тоже мне шутник нашелся, – подумал он. – Знает же, что после таких снов я еще полдня отхожу». Но вслух он произнес:

–Чего ты тут расселся, дел у тебя мало? Ты телохранитель, а не моя женщина, чтобы спрашивать, как мне спалось, – с этими словами мужчина сел за свой рабочий стол и начал бегло читать письма, которые, не смотря не все его старания, только увеличивались с каждым днем.

– И правда, что мне спрашивать, как тебе спалось? – молодой человек лениво встал с дивана, где полулежал в ожидании Короля, и подошел к его столу. – Как будто я и сам не знаю. Это была зеленоглазая прекрасная девушка с черными, как вороново крыло волосами, – на последних словах голос его перешел в шепот, как будто то, что он говорит – страшная тайна.

Даниан тяжело вздохнул:

– Нет, сегодня, как ни странно, ее не было.

Эрик тем временем скептически еще раз оглядел друга, по совместительству его новоиспеченного Короля, Даниана Кэ Деррато. Выглядел он, образно говоря, неважно: темные тени легли под глазами, а лицо осунулось. Волосы при этом потеряли такой привычный здоровый иссиня-черный блеск и сейчас небрежно торчали в разные стороны. Плечи были опущены, как будто он нес на них непосильно тяжкий груз. Не смотря на то, что Король был высокий мужчина с крепким телосложением, сейчас он создавал впечатление очень уставшего и вымотанного старика.

С тех пор как Даниан принял корону, ему пришлось нелегко. В Андролине никто не рад был его приходу к власти. Причем ни знать, ни простые граждане. Даниан работал не покладая рук для того, чтобы стать хорошим правителем, но все было безуспешно. Если бы его взбалмошная мать передала бы сыну королевство в достатке, или хотя бы не в полном разорении, то Даниану оставалось бы только поддерживать это состояние. Но сейчас ему нужно было спасти Андролину от полного краха. Никто не хотел понимать, что дела так быстро не делаются, и молодому Королю нужно время. Все, но не самый верный друг-телохранитель. Он-то знал, что силы Даниана на пределе. Тут еще какая-то зеленоокая повадилась каждую ночь являться к нему.

– Она с тобой еще не говорила? – решил полюбопытствовать Эрик.

– Нет, – покачал головой в ответ мужчина.

Было уже три видения. Она появлялась в разное время, но всегда по ночам, из-за чего Даниану до сих пор казалось, что это только сон, просто каждый раз повторялся. Хотя если припомнить, то в первый раз, когда он ее увидел, она была слегка растеряна. Как будто не понимала где она, что с ней происходит. Если это был сон, то почему эта девушка-видение так себя странно вела в нем? Она находилась у него в спальне всего от силы минуту, а потом исчезла, все это время удивленно простояв в углу и молча озираясь. Во второй раз непонимание сменилось любопытством. Она тихонько расположилась в своем уже облюбованном углу с некоторой толикой стеснения, которое, впрочем, ей совсем не мешало из-за опущенных густых ресниц рассматривать мужчину в кровати. Он же, слегка приподнявшись на локтях, также ее изучал. Тогда она пробыла чуть дольше, но молчала и не сдвинулась с места.

Третий раз был вчера ночью. По необъяснимым даже для себя причинам, он почувствовал, что она здесь. Даниан открыл глаза, или ему только приснилось, что он их открывает (до сих пор он не был уверен, что это не сон), но, тем не менее, она была здесь.

После нескольких минут молчания и пристально взаимного изучения, Даниан решил заговорить – а вдруг его девушка-видение-сон, кроме того, что таращиться на него по ночам еще и разговаривать умеет?

– Кто ты? Как тебя зовут?

Девушка лишь еще больше нахмурилась и ничего не ответила.

– Меня зовут Даниан, можно просто Дан, – решил не оставлять своих попыток мужчина.

Молчание. Так прошло еще какое-то время. У Даниана сдавали нервы. Он вдруг почувствовал раздражение: она приходит к нему по ночам незвано, будит его каким-то странным образом, из-за чего он потом до самого утра не может заснуть, так теперь еще и отмалчивается! У него и без этого чудо-сна проблем не мерина! С этими мыслями, Дан резко откинул одеяло и мощными уверенными шагами направился в угол, где стояла девушка. Два прыжка и он уже был там. Видение испугано округлила свои зеленые глаза и попятилась назад. Когда мужчина готов был уже схватить ее за руку и потребовать от нее объяснений, почему она так бесцеремонно вторгается в его собственные сны, девушки исчезла.

Даниан еще раз вспомнил их последнюю встречу и что-то ему подсказывало, что это была действительно их последняя встреча. Его девушка-сон так перепугалась, что вряд ли еще раз придет. От этих мыслей он тяжело вздохнул: все-таки что-то в ней было.

– Что? Понравилась? – он хитро сощурил глаза и присел на край письменного стола. – А как думаешь, это понравится твоей любимой Эрине? Она-то уже и портниху нашла, которая ей сошьет роскошное свадебное платье, такое необходимое будущей жене новоиспеченного Короля.

–Что ты мелишь, – зло огрызнулся Король и спихнул друга со стола. – Эрина знает, что не стоит меня торопить со свадьбой. У меня и так дел предостаточно. Она моя официальная фаворитка, я от этого не отказываюсь. И когда-нибудь на ней женюсь, ведь я ее люблю.

– Любишь, или хочешь? Это, друг, разные вещи.

Хорошо, что у Дана не было ничего тяжелого под рукой, иначе это полетело бы в нагло ухмыляющегося Эрика. Вместо этого тот отделался всего лишь злым взглядом своего собеседника.

–Эрина для меня больше чем любовница. Она в отличие от некоторых никогда не сделает, так как мне бы не хотелось.

– Хорошо, хорошо – покладисто поднял вверх руки Эрик, не желая спорить. – Но, мой Король, надо разобраться с вашими снами. Так дальше не может продолжаться. После этих бессонных ночей вы сам не свой.

Да, это правда. Дан и сам это понимал, но ничего с этим поделать не мог. После ее приходов сон как рукой снимало. Да и сегодня ночью его предположения, что это не сон, а какой-то скорее дух, который является к нему в обличии юный девы, становились все явственнее. Нужно что-то с этим делать, иначе он вместо того, чтобы заниматься делами государства будет гоняться за девушкой-духом.

В итоге, поразмыслив, друзья решили, что это явление происходит только в спальне Короля. Возможно это дух какой-нибудь неудавшейся любви прошлого правителя, которую порешила его мамочка. Однако спрашивать он ее не стал об этом. Вряд ли признается. Поэтому они просто решили поменяться спальнями. И спальня, в которой могли спать только Короли, теперь на несколько дней стала принадлежать Эрику. А уж он был уверен, что с духом девушки у него получится так поговорить, что она и думать забудет хоть еще раз тревожить покой его Величества. Эрик горел энтузиазмом поймать и прогнать эту нарушительницу покоя.

Глава 4.

– Фуф, пронесло, – выдохнула Миела, когда они оказались в достаточно безопасном месте, где их бы никто не услышал – на тренировочном поле. – Пока мы сами не разберемся, дорогая, что с тобой твориться, лучше твоему папашке ничего про это не знать.

– Но почему, Миела? Отец мне сможет помочь. Он мудр и любит меня.

– Да, да, это конечно, – девушка сделала паузу, отвлекшись на стрелы, которые почему-то ей вдруг стали казаться кривоватыми. – Но вот что. Я тоже могу тебе помочь. Я же твоя фемина. И именно я должна решать твои проблемы. Это мои прямые обязанности.

–Я не сомневаюсь в твоих способностях, но в данном вопросе мне кажется, лучше положиться на опыт отца.

– Нет! – резко вставила фемина.– Я запрещаю тебе это делать. Мы сами во всем разберемся.

– Это ребячество, – Леарна упрямо скрестила руки на груди и вонзила взгляд в Миелу. – Твоя репутация не пострадает от того, что я спросила совет у отца. А еще одной встречи с этим странным мужчиной из моих снов я не переживу. Не говоря уже о том сущем кошмаре, что мне сегодня ночью снился. Я слушалась тебя во всем всегда. Но сейчас мне кажется, что ты больше беспокоишься о том, что о тебе подумают как о фемине, нежели о моих проблемах. Знаешь, я все же вернусь обратно и попрошу совета у Ниро.

С этими словами Леарна развернулась и быстро зашагала к дворцу. Она слышала, что фемина следует за ней. С одной стороны хотелось ее остановить, приказать не ходить попятам, так как Миела могла опять не позволить ей нормально поговорить. Но, с другой – девушка не представляла себя без нее. Она так привыкла, что ее подруга всегда рядом и готова помочь, что когда это было не так, Леарну охватывала тревога и она уже не чувствовала себя так уверенно.

Шагая по песчаной дорожке к замку, Леарна вспомнила, как познакомилась со своей будущей феминой. Это было восемь летних сезонов назад. В тот день ее матери не стало. Несмотря на то, что Леарна была еще совсем ребенком, она понимала, что ее любимая мамочка угасла слишком быстро.

Анна эль Альтерро – мать Леарны, была счастливой женой и Манжором недолго. Тяжелый груз правления свалился на хрупкие, еще детские плечи единственной наследницы. Но судьба сжалилась над ней, и она встретила действительно прекрасного человека. Он был подданным Минелеи, простым служащим при дворе. Но как только молодые люди встретили друг друга – они поняли, что это любовь. Вскоре они поженились и супруги разделили бремя правления. Через два летних сезона у них появился ребенок. Это была девочка с черными волосиками и зелеными глазками. Все, кто видел маленькую Леарну, были ею очарованы. Она смеялась так искренне и звонко, что никто не мог не улыбнуться ей в ответ. Малышка тянула ручки к каждому – до того была открыта и доверчива уже будучи ребенком.

Но вскоре все изменилось. Началась война с Андролиной. Между соседствующими странами всегда была вражда, так как они были одинаково сильны и горды в своем величии. Еще бы, два самых властных и сильных государства материка. Однажды в болотистых землях Сахо, что располагались на границах их владений, обнаружили огромные запасы тлени. Тлень ценилась выше золота и всех благ человека, так как это было уникальное вещество в виде залежей перегнивших растений, обладающее лечебными свойствами. Мази из нее позволяли залечивать раны в считанные мгновения, а настойки избавляли от большинства болезней. В каждом государстве их Мира были запасы этого вещества, но не очень много. Однако тех землях тлени было столько, что обладатель ее стал бы самым богатым правителем. Когда это обнаружилось, то и началась борьба за топи Сахо. В том противостоянии погиб отец Леарны и тысячи подданных с обеих сторон. Также, в Великой войне, как назвали ее потомки, погиб и Король Андролины. Две могущественные страны были истощены и ослаблены постоянной враждой. Нависла угроза вторжения других государств, которые стремились воспользоваться ослаблением двух воюющих сторон. Поняв, что это противостояние может привести к крушению, правительство смогло договориться между собой, отдав Манжора Анну замуж за дядю будущего Короля, Ниро кэ Деррато, как залог перемирия. А что касается запасов тлени, их решили пока не трогать, так как разобраться, кому они принадлежат так и не смогли.

Какое-то время было тихо. Андролина и Минелея стали потихоньку приводить свои дела и силы в порядок. Но вновь пришла беда. Анна заболела. Она слегла и так быстро стала угасать, что никто не мог ей помочь. Она мучилась тяжелыми горячками, постоянно просила позвать к ней дочь и иногда сутками не отпускала ее от себя. Леарна остановилась и зажмурила глаза. Ее взгляду вновь предстал образ больной матери на постели с бледным лицом, покрасневшими от слез глазами и высохшими, чуть потрескавшимися губами. Светлые волосы растрепавшись лежали на подушке, а холодные руки держали маленькую ручку десятилетней дочери. Она также не забыла устойчивый запах настойки тлени, который постоянно принимала мама, но она ей совсем не помогала. Леарна помнила, все это до мелочей, как будто это случилось только вчера и она все еще чувствует вкус соленых слез на своих губах.

–Леарна, доченька, – Анна крепче сжала ее руку, – пообещай мне, что не забудешь свою маму.

–Никогда, мама! – сквозь слезы пролепетала девочка.

–Моя смерть, это еще не конец, но ты должна быть очень осторожна. Ты ведь будущий Манжор! И именно ты должна им стать. До твоей инициации это бремя на себя возьмет Ниро, но потом ты его заменишь.

Анна утихла, будто над чем-то задумалась. Ее взгляд с лица дочери устремился вверх, куда-то вдаль, куда не мог проникнуть никто и ничто, кроме ее мыслей. Потом она прикрыла глаза и уснула. Прошло не более часа, как вдруг женщина резко пробудилась и привстала на кровати, из последних сил опираясь на локти. Она вновь устремила взор на дочь. Анна тяжело дышала и разволновалась так, что ее уже привычно бледно-желтые щеки вдруг порозовели.