Призраки Марта

Глава 1

За пятнадцать лет до описываемых событий

Двор, озаряемый магическими накопителями, установленными на специально вкопанных по периметру огороженной территории высоких столбах, наполнился людьми. Залаяли собаки.

Всадники. Пятеро. Один – в длинном плаще с капюшоном, опущенным на лицо, – словно безликая тень. Остальные – обычная охрана, в темной одежде, с оружием. Кто в этой компании главный, не вызывало сомнений.

Только кто пожаловал в гости на ночь глядя? Кто бы это ни был, он не желал, чтобы его узнали посторонние. Тем не менее охрана у ворот его пропустила…

Хлопнула боковая дверь особняка; по ступеням сбежал запыхавшийся Кермит. Старик был уже слаб, скорость и ловкость давались ему нелегко, но он старался, чтобы не потерять свое место.

Кермит приблизился к «Плащу с капюшоном»; поклонился. Ничего себе! Завязался негромкий и весьма короткий разговор, и управляющий повел гостя в дом.

Вит торопливо присел на корточки под подоконником, чтобы незнакомец его не заметил. Вдруг тому взбредет в голову поднять глаза и увидеть незваного наблюдателя?

Собаки продолжали голосить. Чей-то грубый голос окрикнул их. Солман? Выходит, и конюх не спит… Как интересно!

Вит осторожно поднялся из своего укрытия, медленно, почти не дыша, приоткрыл оконную створку пошире. В детскую ворвался порыв прохладного ночного ветра, и мальчик в последний момент перехватил раму, чтобы она не ударилась о стену. Успел. Еще бы чуть-чуть…

Словно издеваясь над его стараниями, дверь в комнату вдруг с грохотом распахнулась.

– Вита! – Мальчик резко обернулся. Кто пожаловал без стука и приглашения, он знал наверняка.

Сестра, как и он сам, была уже переодета к ночи. Ткань белоснежной сорочки, доходящей почти до пят, струилась при ходьбе и даже сияла в неосвещенной комнате, отчего Вита напомнила брату привидение. Он не сдержал смешок.

– Чего ржешь? – Вита тут же уперла руки в бока.

Начинается. Вроде бы в обед уже подрались и оба получили взбучку от няни Агаты, а затем и от матери, но этой все мало.

Однако упрямство не позволило смолчать.

– А ты чего шумишь? Услышат же.

Вита дернула плечиком.

– Как же. Вон как собаки орут. Не услышат.

– Все равно, – уперся Вит.

Отец обещал подарить ему на день рождения личного коня, если сын будет примерно себя вести. Вит уже даже присмотрел себе нового друга – черного, как вороново крыло, жеребца. Их сосед, господин Нуриаш, как раз выставил того на продажу. А до дня рождения – рукой подать. Через неделю Виту исполнится восемь и у него появится свой собственный конь. У Виты, конечно, день рождения в ту же дату, но она запросила у матери новое платье с ажурной шляпкой. Вряд ли мама откажет ей в обновке, даже если сестрица будет качаться на люстре, – вот ничего и не боится.

– Как думаешь, кто это? – Девочка нагло пересекла комнату и остановилась у окна рядом с братом; вытянула шею, напомнив Виту цаплю.

– Понятия не имею, – буркнул тот.

Любопытно было до ужаса. В последние месяцы дом Викандеров редко принимал гостей. У отца, лорда Виттора Викандера, произошел какой-то конфликт с королем, и высшее общество, ранее не слезавшее с их диванов в гостиной и нахваливавшее мастерство кухарки Эльзы, быстро забыло дорогу в имение. Тем загадочнее выглядел сегодняшний ночной визит незнакомца.

– Пошли, подслушаем! – Вита схватила брата за рукав пижамы и потянула за собой.

Мальчик нетерпеливо вырвал руку.

– Если нас застукают… – прошипел в ответ.

Но сестра насмешливо закатила глаза.

– Да купит он тебе эту лошадь. Пугает только, а ты веришь.

Вит не стал спорить. Это крошка Виттория для отца – нежный цветок, с которого только и делать, что сдувать пылинки. А с сыном у лорда Викандера разговор короткий: «Ты мой наследник и спрос с тебя другой». Когда Виту было лет пять, он обижался. Потом понял. И правда, какой с девчонки спрос? Дурная, и все тут.

– Ну как хочешь! – Вита встряхнула своими длиннющими, спускающимися ниже пояса волосами и пошлепала босыми ногами прочь из комнаты. И сразу – вниз по лестнице.

Теперь уже Вит закатил глаза. Верно отец говорит: женщины – это погибель для мужчины. Не видать ему теперь Мрака – он даже имя коню уже придумал.

А все-таки своя, хоть и дурная…

Вит тяжело вздохнул и бросился вслед за сестрой.

Вита уже успела пристроиться на верхней ступени лестницы и жадно смотрела вниз, впившись тонкими пальцами в балясины. Обернулась, когда брат приблизился, подвинулась, освобождая место, и снова обратилась в зрение и слух.

Вит присел рядом. Все-таки было безумно любопытно.

Видно только отсюда плохо, да и слышно не очень. Жаль, что отец давно разгадал все их магические хитрости и почистил гостиную. Последнее «ухо» из дивана у чайного столика он извлек, порядком разозлившись на бесконечные шалости детей. После чего пострадало собственное ухо Вита. Вите-то что – девчонка, с нее другой спрос.

Так что оставалось рассчитывать только на собственные глаза и уши. Никакой магии в доме – правило, которое лорд Викандер требовал выполнять неукоснительно. Либо во дворе, либо на уроках с учителем, но никогда самовольно и в стенах особняка.

А посмотреть было на что.

Сегодняшнего гостя Вит видел впервые. Тощий, высокий, худой, как палка, с длинным горбатым носом и узкими прищуренными глазами – он не понравился мальчику сразу. Обычно друзья отца были добрыми и улыбчивыми, да и наведывались в приличные часы для посещений, а не ночью. А этот… коршун на ветке.

Гость занял одно из кресел у чайного столика, отец – другое. Лорд Викандер сидел лицом к визитеру, но по чересчур прямой спине и расположению рук на подлокотниках Вит безошибочно определил, что отец напряжен – тоже не рад ночному посетителю.

В гостиной царило молчание, отчего стало совсем не по себе. Только бы не чихнуть ненароком, тогда точно не отделаешься пострадавшим ухом.

Из двери, ведущей на кухню, появилась мать с подносом в руках. Сама, лично – прислуга будто вымерла.

Леди Викандер еще не успела переодеться к ночи и была в том же платье, в котором дети видели ее на ужине. На лице – дежурная улыбка, а глаза – серьезнее некуда. Вит поежился.

Сестра обернулась, округлив глаза и молча спрашивая, заметил ли он. Мальчик поджал губы – заметил.

– Спасибо, Лу. – Отец ласково коснулся тыльной стороны ладони матери, когда та ставила поднос с чайными принадлежностями на столик. – Дальше мы сами.

– Конечно, Вит. – Луиза Викандер все так же безжизненно улыбнулась, выпрямилась. – Виттор, – кивнула мужу. – Лорд Ширадин, – гостю.

– Леди Викандер, – вежливо кивнул тот в ответ, а затем проводил хозяйку дома взглядом до самой двери на кухню, из которой она появилась и за которой вновь скрылась. – Не боишься за нее? – заговорил гость, обращаясь к лорду Викандеру, жестко, требовательно. – За детей?

Пальцы отца сжались на подлокотнике.

– Я не делаю ничего предосудительного, зачем мне беспокоиться об их безопасности? – ответил сухо.

– Ой ли? – Тон гостя резко изменился. Лорд Ширадин откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. – Вит, я сколько лет тебя знаю? Двадцать? Двадцать пять? – Отец дернул плечом, давая понять, что числа уже не имеют значения. – И как бы мы ни расходились во мнениях в последние годы, – уже совсем неофициально продолжил Ширадин, – мы все еще друзья. – Лорд Викандер скептически хмыкнул. – Я – твой друг, – ничуть не смутился гость. – И ты в опасности. Вы все.

Повисла пауза. Отец побарабанил пальцами по бархатной обивке подлокотника.

– Что ты предлагаешь? – спросил через некоторое время, очевидно что-то обдумав.

– Принеси присягу Лионару, – коротко ответил гость.

Виту показалось или отец скрипнул зубами?

– Я уже сказал этому юному наглецу, что готов принести присягу новому королю так, как было принято нашими предками, и так, как это соблюдалось много веков подряд: слово, клятва.

Гость покачал головой.

– Мы оба знаем, что на черных магах не держатся магические клятвы.

Теперь отец совершенно точно заскрипел зубами. Виту сделалось совсем жутко.

– Ты называешь меня клятвопреступником? Сомневаешься в моей чести?

Если бы лорд Викандер таким тоном обратился к своему сыну, Вит, должно быть, провалился бы под землю. Но Ширадин не выглядел ни напуганным, ни впечатлившимся.

– Я называю тебя упрямым бараном. – Вит часто заморгал, не веря своим ушам. Вита снова растерянно оглянулась. – Дай пацану закрепиться на троне, – спокойно продолжил незваный гость. – Ему всего семнадцать. Партии раздирают его на части. Лион еще молодец, что пытается действовать своим умом.

Лион? «Коршун» так запросто говорит о короле? В голове не укладывалось.

– Хочешь сказать, он своим умом придумал использовать эти серьги? – В последнем слове отчетливо слышалось отвращение.

– Конечно нет, – согласился Ширадин. – Но ты знаешь, что ему предлагали? Белые хотели вживить всем черным магсерьги, которые убивали бы на месте при любом магическом воздействии на человека без дара.

– А он, ангел во плоти, согласился на три звена, – передразнил отец. – Теперь черные будут умирать с третьей попытки. Ты сам-то себя слышишь? Это, прежде всего, клеймо. Рабство.

Гость помолчал; покусал губы, уставившись на лежащие на колене руки.

– Это унизительно, – согласился затем. – Тем более – для тебя и других лордов, долгое время находившихся при дворе и внесших немалый вклад в благополучие королевства.

– Но… – едко подсказал лорд Викандер.

– Но Лионара можно понять, – уже тверже продолжил Ширадин. – Его отца только что прикончил именно черный маг.

– Дуглоаса и его сообщников казнили, – отрезал отец.

Эту историю Вит знал. Всего несколько месяцев назад было совершено успешное покушение на жизнь короля Реонерии, его величество Лагуста Третьего, после чего трон перешел к его семнадцатилетнему сыну Лионару.

Однако то, что короля Лагуста убил черный маг, Вит слышал впервые. А в чем связь опасности, нависшей над их семьей, и каких-то магических серег, не понимал до сих пор. Их с сестрой с пеленок учили, что разницы между светлой и темной магией не существует: одна умеет лечить, другая истреблять нечисть и нежить – не более.

– А до этого на жизнь Лагуста совершил покушение Шедрей, и он тоже был черным.

– Тоже казнен.

– А побоище в Сансе?

На этот раз отец ответил не сразу и не так категорично.

– Любой может тронуться умом, не только черный маг.

– Только если бы помешался белый, он бы скорее засадил площадь в Сансе цветами. Две сотни трупов, Вит.

– Случайность.

– И все же, – настаивал гость. – Причин бояться черных у Лиона предостаточно.

– Серьги – это как рабское клеймо! – рявкнул отец. Вит заметил, что сестра испуганно втянула голову в плечи. – А если на меня и на мою семью нападут эти самые люди без дара, которых сопляк так свято защищает? Три магических действия – и я труп?

Гость поморщился.

– На тебя хотя бы раз нападали люди без дара?

Однако отец оставался непреклонным.

– Нет. Но как раз потому, что знали – получат отпор.

Ширадин облизал губы. Пересохли? Волнуется? Тем не менее никто из мужчин так и не притронулся к подносу с чаем и сладостями, оставленному на столике хозяйкой дома.

– Вит… – Гость помолчал и попробовал заговорить снова, даже подался вперед. – Ты же Викандер. Один из самых сильных черных магов Реонерии, у тебя оба ребенка – наследники сильнейшего темного дара. К кому, как не к тебе, прислушается король, если ты пойдешь ему навстречу? Можно ведь торговаться. Не три звена – пять. А со временем, когда все устаканится, уберут эти серьги, я уверен.

– У тебя нет дара, – нетерпеливо огрызнулся отец. – Тебе легко говорить. Не на твоих детей собираются ставить смертельное клеймо, ошейник.

– Детей не тронут, – возразил гость. – До шестнадцати лет точно. А до тех пор, пока твоим детям исполнится шестнадцать, много воды утечет. Все еще изменится.

– Нет, – отрезал лорд Викандер.

Но собеседник его словно не слышал.

– … Законопроект еще на рассмотрении. Возможно, детям придется учиться в закрытых учебных заведениях, но это все равно жизнь. Если Лионар решит, что ты представляешь опасность, вы все – и Луиза, и Виттор с Витторией – погибнете.

Сердце забилось сильнее. Этот человек и их имена знает. Как такое возможно? Друг отца, которому столько известно, и ни разу не был у них в гостях? Вит не так представлял себе дружбу.

– Нет, – еще раз повторил отец.

– Хотя бы поговори с Лионом.

– Я уже изложил ему свою точку зрения.

– Виттор.

– Ривен.

И все. Минута напряжения. Взгляды – глаза в глаза – и гость встал, одернул полы плаща, который так и не снял за все время разговора.

– Все, что я могу обещать, – это то, что попытаюсь смягчить твой ответ, передавая его Лиону.

Лорд Викандер тоже встал.

– Так и знал, что это не визит друга, – сказал обвиняюще.

– Друга, – возразил Ривен Ширадин. – Но по просьбе его величества.

– Вот и скажи его величеству, – королевский титул в устах отца звучал с явственной издевкой, – что готов служить ему верой и правдой, но я и мои люди не псы, чтобы носить ошейники.

Гость вздохнул и, не прощаясь, покинул дом.

Отец стоял посреди гостиной, глядя прямо перед собой, только теперь чуть ссутулил плечи.

– Виттория! – внезапно раздавшийся гневный голос хозяина дома застиг его детей как гром среди ясного неба. Оба немедленно вскочили. Вит сразу же распрощался с мечтой о Мраке. – Живо в постель! Виттор! Иди сюда!

Как всегда, с девочки спроса нет… Вита показала брату язык и унеслась в свою комнату. Вит проводил сестру тоскливым взглядом. Так и знал, что влетит.