Всегда

Всегда

Где-то мы должны были встретиться. Где-то нам суждено было найти друг друга.

Всегда. Всегда.

Иногда ты приезжал, иногда уезжал. Твои родители решили, что делать в этой стране нечего, и увезли тебя за океан. Самолет летел над океаном. Много, много времени.

Нас разделяло двенадцать часов. Когда я отправлялась в школу, ты ложился в постель. Когда мы с подругами собирались на обед, в твоей стране часы показывали полночь. Ты спал, пока я жила: слушала музыку и смеялась, говорила по телефону и ходила гулять, фотографировала прохожих и учила уроки. А когда засыпала я, ты открывал глаза и собирался в университет. Быстро проглатывал сухой завтрак, хватал со стола папки с бумагами, бодрым шагом шел по улице. А в этот момент я спала.

Всегда. Всегда.

В океане катились волны. Где-то шел корабль. Пели песни киты.

Ты взбегал по ступенькам крыльца, на ходу пожимая кому-то руку. Я спала.

Ты был кем-то, о ком я не знала.

Я была той, о ком ты не думал.

Мы были двумя частичками одного «я».

Когда я сломала руку, где-то далеко за океаном ты вздрогнул и проснулся. Ты подошел к окну, чтобы посмотреть в ночь. Мне так не хотелось ходить в гипсе. Я заплакала. Ты сказал кому-то: «Мне приснилось, что я сломал руку».

Я никогда не была влюблена.

Ты приезжал. Ты уезжал.

У тебя даже родственников здесь не было. Зачем ты приезжал?

Много раз.

Просто ходил по улице. Прогуливался по старым местам. Сидел у фонтанов. Совсем один. Выпускник Гарварда.

А я фотографировала незнакомых людей. Ребенок смеется. Раз. Старушка машет рукой. Два. Двое целуются. Три. Парень бежит за трамваем. Догонит ли его?..

Кто-то сидит у фонтана.

И ты не спал, и я не спала – оба жили. Ты смотрел, как я фотографирую брызги воды. Ты видел мою улыбку и мои руки, сжимающие неуклюжую фотокамеру.

Прошло много лет.

И все это время мы спали по очереди. Пока ты спал, я жила за двоих, пока спала я – ты берег мой покой. Мы обменивались мыслями и впечатлениями. Иногда я думала, куда пропадают мои сны?

А они просто переходили к тебе.

Прошло еще столько же лет.

Я снимала брызги в фонтане модной фотокамерой. Ты сидел на скамейке. Ты развелся с женой. Месяц назад я потеряла ребенка. Мне хотелось плакать, хотелось задохнуться слезами. Ты хотел быть всегда один.

Ты встал и пошел с площади.

Я закрыла объектив, от солнца прикрыла глаза рукой. Мы с тобой столкнулись.

Всегда.

Всегда.

Много, много лет.

Нет океана, нет моря и нет обид. Сны возвращаются, мечты, облака.

Где-то еще есть два человека, которые снятся друг другу.

Сусанна

Оставив автомобиль на обочине дороги, я прошел по тропинке в сторону леса. Дом стоял на опушке между полями кукурузы и лесом. Вот он уже почти виден: деревянная крыша, пустые, без занавесок, окна, вот дверь. Я приблизился к дому и постоял возле крыльца. Кто-то должен был выйти ко мне, но никто не вышел. Я попытался заглянуть в окно, но там меня встретила лишь сплошная тьма. Тогда, обойдя вокруг дома, около кустов крыжовника я увидел бантик для волос, весь в грязи. Этот бант носила Сусанна. Я поднял его и повертел в руках. Мне было неприятно видеть его брошенным вот так. Сусанна никогда с ним не расставалась.

Я вернулся к двери. Постучал. Сусанна должна была открыть мне, но не открыла. Я думал о том срочном деле, о котором она обещала рассказать. Получив срочный звонок от нее, я бросил все свои дела и примчался сюда.

Они с мужем переехали в этот одинокий дом несколько лет назад, начитавшись статей о пользе жизни вдали от городской суеты, близости к природе и очищении души с помощью тяжелого труда. Они завели хозяйство и https://www.pexels.com/ru-ru/photo/8864394/ за полями кукурузы, выращиваемой здесь.

Но ее муж умер прошлой весной.

Как и два прежних жильца этого дома до него.

Я вышел к полю и огляделся. Бесконечные ряды кукурузы, ветер. Сусанна много труда вложила в эту землю, любила ее. Может быть, она просто отлучилась ненадолго? Мне скорее хотелось увидеть ее и отдать ей бант. Я прошел немного вперед, чтобы удостовериться, что ее здесь нет. После того, как умер ее муж, я думал, что она уедет отсюда, но она не уехала. Родственники звали ее к себе, но Сусанна осталась здесь.

Пройдя несколько шагов, я оглянулся назад. Странное ощущение… Совсем недавно Сусанна была здесь. Я двинулся вглубь поля по тропинке, которая, извиваясь, скрывалась за колосьями. Что-то заставляло меня идти вперед, и там, внутри, за несколькими первыми рядами, кукуруза была вся измята. Кто-то боролся здесь.

Сусанна!

Не из-за того ли ты звонила мне и просила, умоляла меня приехать?

Я побежал назад, сжимая в руке бант. Все это было очень странно и пугало меня.

Дом был по-прежнему заперт. Я постучал.

– Сусанна!

Никто не открыл. Тогда я попытался сам открыть дверь, и для этого сильно надавил на нее плечом. Дверь провалилась внутрь: кто-то раньше меня повредил замок, а потом прикрыл дверь за собой. Я шагнул в полумрак.

Достаточно было подойти к столу, чтобы понять все. Под столом, откинувшись на стену, сидела Сусанна. Ее глаза были открыты. Кто-то загнал ее сюда и распорол живот: ее внутренности вываливались наружу.

Я отвернулся.

Сусанна!

По всему полу можно было заметить длинные глубокие борозды, словно следы от когтей. Около ножки стола валялось ружье. Я уже знал, что произошло в этом доме, точно так же, как понял, что удерживало Сусанну около полей, где ее муж и еще несколько его предшественников нашли смерть.

Я в ужасе бросился из дома. Ее мертвое тело все еще стояло у меня перед глазами. Только теперь, с переполненным от горя сердцем, я заметил небольшие кровавые следы на земле, уже подсыхающие: они шли к лесу и скрывались за кустами. Я пошел по этим следам. Они петляли и заворачивали, словно кто-то, ослепленный болью, никак не мог найти дорогу домой. Нижние листья деревьев были покрыты багровыми пятнами и блестели.

Так я вышел к старому колодцу: вот где он жил и откуда вылезал! Сжимая кулаки, я подошел к колодцу и заглянул внутрь. Тот, кто сделал это с Сусанной, сидел там, внутри, задрав голову, и смотрел на меня.

Чудовище.

Оно было размером с медведя, с перепачканной кровью мордой. Когтистыми лапами оно упиралось в стенки колодца. Не отрывая от меня взгляда, оно поползло вверх.

Посетитель

Расскажу о странном случае, произошедшем со мной в молодости.

Когда мы с Данилом поженились, мне было 22 года, а ему – 23. После окончания университета я работала архитектором, а Данил устроился геодезистом и часто ездил в командировки. Чтобы в его отсутствие мне не было одиноко, мы решили завести собаку, и взяли из приюта замечательного норфолк-терьера. Уж не знаю, кому и зачем понадобилось сдавать в приют такую собаку, но наша девочка Саша оказалась чудесной, послушной, умной. Я сразу полюбила ее всем сердцем.

Мы с Данилом усердно работали, стараясь накопить денег на собственную квартиру. Данил брался за любую подработку, я чертила на заказ по вечерам и ночами. Когда наш арендодатель сообщил, что поднимает арендную плату, было решено искать новое жилье. Сделать это было непросто, ведь у нас была собака. Отказаться от нее мы даже не думали, но вопрос со съемом квартиры встал остро. Наш арендодатель поторапливал, каждый день интересуясь, когда мы съезжаем, а другие владельцы съемного жилья не торопились впускать нас к себе с собакой. В конце концов, после долгих усердных и безрезультатных поисков, когда мы уже почти отчаялись, а до завершения аренды оставалось только 2 дня, нам неожиданно поступил звонок от пожилой женщины, которая сообщила, что готова сдать нам свою квартиру. Данил предупредил, что с нами будет собака, на что женщина ответила:

– Так даже лучше! Обязательно с животными! Люблю животных!

На следующий день мы переехали. Вещей у нас было немного, а главная ценность нашей с Данилом семьи сидела на заднем сиденье, улыбаясь и виляя коротким хвостиком.

Новая квартира оказалась большой и светлой. В ней был сделан ремонт, вся необходимая бытовая техника присутствовала. Через дорогу от дома находился продуктовый магазин, а на соседней улице – небольшой парк. Я предвкушала часы, проведенные в этом парке на прогулках с Данилом и Сашей. Нас с мужем озадачила низкая стоимость аренды, и Данил без обиняков задал этот вопрос хозяйке.

– Окраина города, – объяснила она, – последний этаж. В деньгах я не нуждаюсь, поднимать плату не буду. Живите, сколько хотите, квартира хорошая, светлая.

Мы с мужем обрадовались и вечером после переезда распили бутылку вина, строя планы на ближайшие 2-3 года и поглаживая Сашу, устроившуюся между нами.

Спустя неделю после переезда Данил отправился в командировку. Я взяла крупный заказ и по вечерам, после прогулки с Сашей, устраивалась на кухне с ноутбуком и занималась чертежами. Саша дремала в своей лежанке. Их у нее было две – одна на кухне, другая в комнате. Увлекшись работой, я не сразу заметила, что обычно расслабленная собака сидит, напряженно глядя в коридор.

– Что там, малыш? – спросила я ее.

Она смотрела в коридор, навострив уши. Затем, тихонько гавкнув, она выбралась из лежанки и побежала в коридор. Я встала и пошла за ней. Саша стояла напротив двери, все ее тело подалось вперед, а хвостик был напряженно поднят вверх. Я поняла, что она почуяла кого-то за дверью.

– Кто там, малыш?

Я прошла к двери и посмотрела в глазок. За дверью кто-то стоял, но лица не было видно. Фигура была высокой, темной, явно мужской, но лица было не разглядеть. Возможно, он стоял слишком близко к дверному глазку или слишком возвышался над ним, поэтому лицо казалось размытым.

– Кто вы? – спросила я через дверь.

Фигура покачнулась, сдвинулась в сторону, но не ответила.

– Что вам надо?

Молчание. Чуть заметное покачивание из стороны в сторону.

Я поглядела на Сашу. Она была встревожена, но пока не лаяла. Мне стало неуютно. Что за странный человек стоит за дверью и молчит?

– Уходите! – крикнула я и накинула на дверь цепочку. Затем я позвала Сашу с собой. Она не хотела отходить от двери, всем своим видом выражая напряжение. Я вернулась на кухню и села за стол.

– Саша, ко мне! – позвала я. – Ко мне, девочка!

Она неохотно вернулась на кухню и забралась в лежанку, повернувшись в сторону коридора. Так она сидела около получаса, затем успокоилась, легла и уснула.

Следующий день прошел спокойно. Утром мы погуляли, затем я ушла на работу. После работы мы с Сашей снова прогулялись, поужинали, и я приготовила обед на следующий день. Около восьми вечера, когда я вновь устроилась на кухне с ноутбуком, а Саша заняла место в своей лежанке, я снова заметила ее беспокойство. Она опять следила за дверью, к чему-то прислушиваясь, а затем направилась к двери. Я тоже как можно тише подошла к двери и посмотрела в глазок. Фигура снова была там. Темный мужчина, высокий и без лица, стоял, покачиваясь, за дверью. Мне стало не по себе. Я никогда не была трусихой, всегда полагалась на собственное здравомыслие и рационализм. Я была дома, за надежной дверью, со мной был мобильный телефон и собака, которая даже не лаяла. Но странная фигура, стоящая за дверью второй вечер подряд, определенно не нравилась мне.

– Что вам надо? – крикнула я незнакомцу. – Уходите!

Снова, как и накануне, я накинула цепочку на дверь и решила вернуться на кухню. «Постоит, постоит и уйдет, – решила я. – Караулить его под дверью времени нет, слишком много работы».

Я вернулась к работе, периодически поглядывая на часы. Вчера мы с Сашей пропустили вечернюю прогулку, но сегодня я надеялась выйти с ней на улицу перед сном. В десять вечера я закрыла ноутбук и снова подошла к двери. Темная фигура исчезла, лестничная площадка была ярко освещена и пуста. Я оделась и взяла поводок. Сашу не надо было звать, она уже ждала меня в коридоре, радостно виляя хвостом. Осторожно открыв входную дверь, я выглянула в подъезд. Между моих ног уже протискивалась Саша, веселая и оживленная, и, глядя на нее, стало ясно, что опасности нет. Мы отлично прогулялись перед сном и обе хорошо спали ночью.

Следующим вечером все повторилось. Около восьми вечера собака вновь сделалась беспокойной, и вновь я увидела темную фигуру за дверью. Такое положение дел совсем перестало нравиться мне. Что за маньяк ошивается возле нашей двери? Зачем? Я решила открыть дверь и прогнать его. Накинув цепочку и начав поворачивать замки, я была остановлена истошным лаем собаки. Она заливалась лаем так, как я никогда не слышала. Она рычала и лаяла, глядя на дверь, и я передумала выходить. Быстро заперев оба замка, я уставилась на Сашу. Сердце билось где-то в ушах, по рукам побежали мурашки. Саша перестала лаять и тихонько рычала, уставившись на дверь. Фигура за дверью стала как-то сильно покачиваться, смещаясь то вправо, то влево, и у меня создалось впечатление, что человек за дверью колышется от сильного ветра, вызванного лаем моей собаки.

– Убирайтесь прочь! – крикнула я. – Я вызываю полицию!

И действительно, подумала я, почему бы не вызвать? Пусть прогонят этого незнакомца. Может быть, ему весело проводить вечера таким образом, но его досуг однозначно не устраивает ни меня, ни мою собаку.

Я позвонила в полицию и описала ситуацию. Назвав адрес, я вернулась к работе и стала ждать. Патруль особо не торопился. Спустя 30 минут я вновь посмотрела в глазок. Фигуры за дверью больше не было. Полиция приехала спустя 2,5 часа. Мы с Сашей уже успели прогуляться возле дома (далеко не отходили) и вернуться назад. Я рассказала полицейским о странном человеке, третий день подряд торчащем под дверью и пугающем мою собаку. Судя по лицам сотрудников полиции, они не поверили мне. Должно быть, приняли меня за истеричку, от скуки названивающую в 112. Я подписала акт и закрылась на все замки.

Я не хотела рассказывать об этом Данилу, тревожить его в командировке, которую он в любом случае не смог бы прервать. Спала я тревожно. Мне снились сны о человеке без лица, преследующем меня по улице.

На следующий день все повторилось. Я взяла мобильный телефон и стала записывать видео, приложив камеру к дверному глазку. Видео получилось неважным, но главное было зафиксировано – темная фигура молча стоит за дверью, не реагируя на вопросы. Заполучив такое доказательство, я снова вызвала полицию и стала ждать их приезда. К сожалению, фигуру они вновь не застали, а моя видеозапись их ни в чем не убедила. Они сказали, что это могли быть соседи, и если я хочу перестать беспокоиться об этом, мне следует поговорить с ними.

Я понимала, что странная фигура не была нашим соседом, но идея с кем-то поговорить о ней мне понравилась. Я стала прислушиваться к звукам на лестничной площадке, и если мне казалось, что я слышу, как открывается чья-то входная дверь, тут же неслась в коридор и выглядывала в подъезд. Так мне удалось познакомиться с двумя соседями.

Одним из них оказался мужчина лет 45, коренастый, с кустистыми бровями и усами, и с лысиной на голове. Он, кажется, вообще не понял, о чем я говорю. Какой незнакомец за дверью? Почему не видно лица? Зачем молчит?.. Зато другая соседка, как мне показалось, поняла мой вопрос, однако сделала вид, что не в курсе происходящего. Глаза ее забегали, щеки залил легкий румянец. Она сказала, что ни о чем не знает, никого не видела и не слышала, и что у нее много дел. Это было очень подозрительно. Я даже немного воодушевилась, решив, что она знает о странной фигуре. Это также означало, что фигура мне не привиделась.

Фигура продолжала появляться до возвращения Данила из командировки. Мы с Сашей уже подстроили режим дня так, чтобы быть дома до ее появления. Надо сказать, она была довольно пунктуальной. Появлялась по вечерам в промежуток между 8 и 9 вечера, молча пошатывалась за дверью и так же молча исчезала. Если мы с Сашей задерживались на прогулке, то возвращались домой уже после девяти вечера, чтобы точно не столкнуться с ней в подъезде. Саша рычала и лаяла на нее, а я с нетерпением ждала возвращения мужа.

Данил приехал и был поражен моим рассказом о странном посетителе. Он сразу поверил мне и с нетерпением ждал вечера, чтобы с ним разобраться. Я чувствовала благодарность и любовь к мужу. Только с его возвращением я осознала, что все это время находилась в сильном напряжении. Я была уверена, что Данил защитит нас и придумает, как поступить.

Фигура появилась в начале девятого, как обычно. Данил подошел к двери и распахнул ее, не обращая внимания на истошный лай собаки. Позже Данил рассказывал, что как только он открыл дверь, на него пахнуло сыростью и холодом, и волосы на голове встали дыбом. Фигура рванулась вперед, протягивая к нему обе руки, лицо ее было размыто, а носки ступней волочились по полу, будто она не шла, а летела. Данил резко захлопнул дверь и закрылся на оба замка, с ужасом глядя на то меня, то на собаку. Я не успела сообразить, что произошло, но поняла главное: муж открыл и сразу же закрыл дверь, значит, за ней было что-то действительно опасное.

– Что это за хрень? – закричал он. – Ты это видела?

Он посмотрел в глазок. Фигура билась в нашу дверь, то отлетая от нее, то резко приближаясь. Но ударов мы не слышали.

– Похоже, нам нужен экзорцист, – потрясенно сказал Данил.

– Давай позвоним хозяйке, – предложила я.

Мы позвонили по громкой связи и говорили с ней одновременно.

– Объясните, что тут происходит, – потребовал муж от владелицы квартиры. – Какой-то призрак появляется каждый вечер и стоит за дверью, пугая мою жену, а сегодня попытался напасть на меня.

Хозяйка пыталась изобразить, что не понимает, о чем идет речь.

– Не надо! – остановила ее я. – Я говорила с соседкой, и она тоже его видела. Говорите правду, что это за чудище!

– Это из-за него у вас такая низкая аренда? – догадался Данил.

– Ну что вы, что вы! Вы ведь с собакой, у вас все хорошо! С кошечкой, конечно, было бы лучше, но собака тоже неплохо. Он нечасто приходит, он неопасный.

– Неопасный? Он только что напал на меня! – возмутился Данил – Что это вообще такое?

– Откуда ж я знаю, что такое, разве у него что-то спросишь?

– Ну, знаете! – воскликнула я с негодованием. – Вы должны были предупредить о таких вещах!

– А разве вы въехали бы? – спросила хозяйка, и Данил отключил звонок. Его переполняло возмущение. Он открывал рот, чтобы выразить свои чувства, но слова застревали в горле, и он просто хватал ртом воздух. – Вот негодяйка! – наконец, вырвалось у него.

– Надо выпить, – сказала я, и мы направились на кухню. Проходя по коридору мимо входной двери, мы с ужасом увидели, что входная дверь приоткрыта и держится только на железной цепочке, а в образовавшуюся щель залезла темная длинная рука и пытается эту цепочку скинуть.

– Что за?.. – закричал Данил и бросился к двери. Он с силой захлопнул ее и закрыл на оба замка, но спустя минуту они стали поворачиваться, словно кто-то снаружи открывал их ключом. Я подбежала к мужу и придавила дверь спиной. Мое сердце билось где-то в ушах. Данил закрывал замки, но они открывались снова и снова. И только старая металлическая цепочка удерживала дверь от открытия и не давала призраку войти. При этом Саша не переставала лаять, дрожа всем телом.

Данил притащил из комнаты стеллаж и прижал к двери. Мы со страхом ждали, что будет дальше. Мне хотелось снова позвонить хозяйке и высказать ей все, что мы о ней думаем.

Осада двери продолжалась еще около часа. Потом замки перестали открываться, успокоилась и Саша. Она замолчала и подошла к своей миске, чтобы попить воды. Я чувствовала упадок сил. Ноги дрожали. Данил выглядел взъерошенным.

– Нахрен такое жилище, – сказал он и стал обзванивать друзей, выясняя, не согласится ли кто-нибудь приютить нас на пару дней. Я быстро собрала вещи и мы, прихватив Сашу, покинули квартиру.

Спустя еще неделю мы нашли хорошую однокомнатную квартиру, которую нам сдали по умеренной цене, разрешив въехать с собакой. Эта квартира располагалась довольно близко к моей работе, и хотя рядом не было парка, нам всем очень понравился тот район. В результате мы с Данилом и Сашей жили там еще шесть лет, после чего обзавелись собственным жильем.

Данил разместил историю об этих таинственных событиях на одном из городских форумов. Она стала чрезвычайно популярна. Мы получили сотни комментариев, начиная с «Вам привиделось, вы наркоманы!» и заканчивая «Я вам верю». Люди осуждали или поддерживали нас, смеялись над нами, рассказывали свои истории. Внезапно обнаружились бывшие жильцы той квартиры, которые тоже пытались арендовать ее. Они полностью подтвердили наш рассказ и посетовали, что на хозяйку нельзя подать в суд из-за мошенничества. Были комментарии риэлторов, которые интересовались адресом, а один пользователь умолял дать ему телефон хозяйки, так как надеялся организовать экскурсии по этой квартире для любителей пощекотать нервишки.

С тех пор, какие бы трудности ни происходили с нами в жизни, я вспоминала о том вечере, когда мы с Данилом в течение часа закрывали сами собой открывающиеся замки, а от окончательного поражения нас спасала только старая металлическая цепочка, и мне сразу становилось легче.

Больше про странного посетителя мы никогда не слышали.

Завещание короля

Король оставил мне 30 миллионов золотом, когда умирал. И сделал меня графиней. Кто мог ожидать этого?.. А было мне 13 лет. Его сын заявил, что отнимет у меня эти деньги. Королева приказала обстричь мне волосы и измазать лицо сажей, но я смогла убежать от них и закрылась в башне. Я сидела в ней до вечера, боясь выходить, и из окна видела, как сын умершего короля сел на коня и поскакал куда-то из замка. Его плащ развевался на ветру. Королева махнула ему рукой, а потом подняла глаза на мою башню. Я отскочила от окна в комнату, но она все равно увидела меня.

В семь часов вечера служанка принесла мне ужин. Я взяла у нее корзину, но есть не стала: королева могла приказать ей отравить меня. Служанка поняла это и спустя несколько часов вернулась.

– Леди, – шептала она в дверную щель, – Вы должны поесть, леди. Вы не сможете долго держаться без пищи.

А я думала: леди… я стала леди. Почему? По какой причине Король оставил мне столько денег? Быть может, я его незаконнорожденная дочь? Но тогда почему он не признал меня своей дочерью? Быть может, он просто не хотел, чтобы деньги достались его сыну, но тогда причем здесь я? Почему именно я?

Ночью я вышла. Никто не пытался меня убить, никто не бросился навстречу с удавкой в руках или ядом. В своей спальне я разделась и легла спать.

Когда-то давно, может быть, год назад или два я мыла полы в охотничьей комнате и увидела Короля. Он разговаривал с каким-то вельможей. Я не знала, что они будут там и тихо отошла в сторону, чтобы они не подумали, что я подсматриваю. Но в последний момент перед тем, как мне скрыться, Король вдруг поднял глаза и посмотрел на меня. Всего мгновенье. Всего только миг. Больше мы никогда не видели друг друга.

Так почему он сделал меня графиней? Не для того ли, чтобы наказать за ту встречу?

На следующее утро меня одели в нарядное платье и причесали. Одеваясь, мне показали герб, который отныне должен был принадлежать моему семейству, и те цвета, за которые с этого дня станут сражаться благородные рыцари.

Королева вышла из столовой, когда меня привели туда. Она была в черном. Ее сына, нового короля, еще не было. Быть может, он еще не вернулся со вчерашней прогулки. Я завтракала, сидя за столом, окруженным прислугой, благородными дамами и господами. Они все улыбались мне. Никто из слуг не заговорил со мной: они боялись меня теперь. Я подумала: может, зря я не дала измазать себя сажей? Может быть, мне суждено было сгореть сегодня на костре?

После завтрака я убежала в библиотеку и долго смотрела на портрет умершего короля. Перед смертью ему нужно было сказать о своем завещании. Потому что тогда Королева постаралась бы сделать все возможное, чтобы я никогда о нем не узнала. Она отправила бы меня в монастырь или отравила.

Слезы текли на портрет умершего короля, когда в библиотеку прошла Королева.

– Ты ведьма, – крикнула он мне. – Тебе никогда не жить в этом замке. Ты околдовала моего мужа, а значит, все, что он оставил тебе – по праву принадлежит моему сыну.

– Вы вольны забрать эти деньги себе, – прошептала я. – Только не говорите, что я ведьма. Это не правда.

– Нет, правда. Ты ведьма и ты поплатишься за свои преступления.

– Ваше Величество, наследство по праву принадлежит вам и вашему сыну, и я не смею…

– Нам не требуются подачки от тебя! – воскликнула Королева. – Ах, простите, ваши подачки, графиня.