Про собаку и не только…

Встреча в кафе

Сергей, успешный бизнесмен, известный в городе как владелец крупной международной строительной фирмы, не мог и предположить, что неожиданная встреча с его давней, вернее случайной знакомой, перевернет ему жизнь.

Звонок был рано утром, на его сотовый, что было для него первым сюрпризом в этот день. На этот телефон звонила только его жена и близкие друзья. В это время он уже был в офисе. Женщина представилась Эльвирой, сказала, что это очень личное и назначила ему встречу в кафе в обед. Сергей, зайдя в кафе, оглядел все столики, ища Эльвиру. Кафе уже было почти заполнено, он присел за столик и заказал холодный напиток. Тут к нему подошла женщина.

– Привет.

Сергей встал и стал пристально вглядываться в незнакомку. Конечно, он ее узнал .Эля. Он познакомился с ней почти восемнадцать лет назад в походе по Горному Алтаю. Вчерашняя юная девочка, приятно удивила его своим превращением в изящную, можно сказать, шикарную женщину. Такие, как она, смотрят на нас с глянцевых обложек дорогих изданий. Он развел руками.

– Ну, здравствуй, Эля.

Они сидели за столиком и смотрели друг на друга. Сергей пил напиток, и не знал, что ему сказать. Воспоминания мигом пронеслись в голове.

Каждый год Сергей ходил в алтайскую тайгу с друзьями, они, то сплавлялись по реке, то выбирали конный маршрут. На этот раз решили пройтись до Телецкого озера пешим маршрутом, через тайгу. В их отряде никогда не было девушек. Но на одном из привалов к их маршруту присоединилась еще одна группа туристов, в которой и было три девчонки.

Среди всех она была самая молодая. Эля. У него даже фотографии где-то оставались. И пересматривая их со своим другом Стасом, они часто вспоминали это прекрасное, безмятежное время .Почти о всех людях, кто когда-то с ними был в походах они знали, при помощи замечательного современного приспособления –интернета. И только эта юная девушка исчезла из поля их зрения.

Он слегка сожалел о том, что произошло между ними в том походе на последнем привале. Но, выпитое шампанское, привезенное инструктором Костей, природа вокруг, костер, гитара, все настраивало на лирических лад. И все произошло само собой. Когда Эля, отойдя от костра немного в лес, оглянулась и позвала его за собой кивком головы, он как завороженный встал и пошел.

Утром он не смотрел ей в глаза, но она вела себя, как ни в чем не бывало. А он знал, что он был у нее первый, и неприятное чувство раскаяния одолевало его. И потому что был женат, и вроде как любил свою жену. И потому что Эля была необыкновенно хороша, на таких обычно женятся, и потому что разница в возрасте была приличная, ему было на тот момент двадцать девять лет, а ей всего восемнадцать. Но она ничего и не требовала и никак не намекала на прошедшую ночь в тайге. А через день они разошлись по своим судьбам на целых восемнадцать лет.

И вот словно гром с неба:

– У тебя есть сын.

Её слова прозвучали, так, как будто рядом громыхнуло орудие. Сначала он разозлился. Они с женой прожили в браке двадцать семь лет. Детей у них не было. И не должно было быть. Вся причина была в нем.Диагноз был поставлен ему еще в армии. Был неприятный инцидент с генеральской дочкой. Та, влюбилась в него, и доставала своим вниманием. Девушка была нормальная, симпатичная, но Сергею она не нравилась. Тем более у него была своя любимая Наташка, с которой у него уже были близкие отношения, когда он приходил в отпуск. И он поклялся ей, что обязательно на ней женится. Наташка, которая ждала его целых два года и писала очень часто письма. Правда, в последнее время письма стали приходить заметно реже, но ведь и служба подходила к концу. И вот, перед дембелем, к нему зашел генерал и сказал, что дочь его беременна от Сергея. Сергей отказывался, но генерал сказал, что если он на ней не женится, то сядет за изнасилование. Была вызвана мать Сергея. Она уговаривала его жениться на дочери генерала, но Сергей клялся ей, что не было никаких отношений с этой девушкой. И что он любит Наташу и женится на ней. Мама тогда не выразила восторга по поводу его желания жениться на Наташе. Сказала ему, что она за дочь генерала. Сергей тогда обиделся на мать. Она уехала и через неделю привезла какие-то документы, доказывающие бесплодие Сергея. Экспертиза была проведена до армии. Сергей помнил, что он болел в десятом классе и долго лежал в больнице, но не помнил, что это было и как. Мать сказала, что это дорогая экспертиза, показала ее дочери генерала и та призналась, что Сергей не имеет отношения к ее ребенку. Получается, благодаря дорогостоящей экспертизе, на которую когда-то не пожалела средств его мать, он избежал срока. Бесплоден. Тогда он был этому даже рад.

Вернувшись из армии и встретившись с Наташей, он сказал ей об этом. Наташе тогда стало плохо, ему показалось, будто она чего-то испугалась. Потом, немного помолчав, она сказала:

– Решим в течение жизни.

Свадьбу они сыграли через месяц, потому что Наташа срочно уехала на месяц к бабушке, которая заболела. Может, это и к лучшему было. Потому что, он со своими друзьями и родственниками успел подготовить свадьбу. Был август, самое удачное время для свадьбы. Наташины родители, особенно её мама тоже очень помогли тогда. Материально. Свадьба прошла очень весело. За городом, у деда в деревне. Почти неделю они гуляли. Катались на пароме по Обскому морю, шашлыки, рыбалка, прогулки по лесу. И многиедрузья и родственники долго вспоминали эту свадьбу.

И вот сейчас, слушая, как Эля продолжает рассказывать ему о его сыне, выкладывая на стол фотографии с изображением молодого человека, ничего не говорящие ему, и никак не отзывающиеся в его душе, он с интересом стал за ней наблюдать. Это что? Повторение истории? А она щебетала и щебетала, какой у нее сын хороший, как он учиться и еще много, много всего. Когда она говорила, о сыне то лицо ее словно светилось изнутри, глаза стали добрые.

Сергей посматривал по сторонам. Мужчины с соседних столиков открыто пялились на нее.

Эля говорила долго и возбужденно, Сергей уже не слушал ее.Он просто наблюдал, как она говорила, за ее жестами, мимикой. В конце концов, ему стало противно. Зачем она врет? Деньги? Да, наверное. Она узнала, что в последнее время у него наладился бизнес, и решила его подоить.

Но она вдруг сказала:

– Не подумай, что мне нужны от тебя деньги. Мой отец, сам знаешь, был не из лентяев, и у нас есть все, и даже больше.

Да, в самом деле, он вспомнил, что Эля была доченькой уже тогда крутого папаши. И разыскивая ее, потом со Стасом, они потеряли ее след за границей.

Он спросил:

– Тогда что? Что тебе нужно от меня?

– Ничего.

Она помолчала.

– Ничего. Но так получилось, что когда десять лет назад сын спросил, кто его отец, я рассказала правду. И показала твои фото. Он узнал о твоем существовании. А сейчас знает о тебе все. Я сказала ему, что ты не подозреваешь о том, что он есть.

Она усмехнулась.

– Но он почему- то тебя очень любит. Даже больше, чем меня. Хоть вы и не знакомы.

Десять лет она морочит голову парню! А почему интересно она не сказала, кто его настоящий отец! Может, подонок какой! Но десять лет назад имя Сергея никто не знал. Продолжая работать прорабом, начальником участка, директором компании, он и его друг Стас только начинали строить свой бизнес. Они иногда еле сводили концы с концами.

Сергей ничего не отвечал ей. Только смотрел и удивлялся. Ее наглой лжи. Он не понимал ее. И это его раздражало. Он привык мыслить логически, раскладывая все по полочкам .Все привязывая к здравому смыслу и собственному опыту. Но ее появление с этой новостью, не вписывалось ни в какие ведомые им рамки.

Ему захотелось быстрее уйти. Он сказал, что подумает обо всем, а сейчас ему нужно срочно ехать на встречу.

Эля предложила подвезти его. Он хотел отказаться, до офиса рукой подать, но потом почему- то ему стало интересно узнать, какой у нее автомобиль.

Когда они шли, мужчины оборачивались на нее. И в самом деле, Эля была необыкновенно красива. Высокая, стройная, она уверено шла под натиском этих взглядов, словно не замечая их. Сергей шел чуть сзади и чувствовал энергетику, исходящую от неё. Но, наверное , вишенкой на торте были ее волосы. Большая копна густых длинных волос, кофейного цвета, спадали с ее изящных плеч до пояса. Он вдруг сказал:

– Как в рекламе.

Она обернулась:

– Что?

– Я говорю как в рекламе, волосы твои…

– А..Мне предлагали сниматься в какой-то рекламной компании, но я отказалась. Глупость какая-то. Шампунь. Я сама изготавливаю состав для мытья своих волос. И вот результат.

– Запатентуй.

– Ни к чему.

Подойдя к стоянке, она нажала кнопку пульта, в ответ радостно замигал автомобиль Бентли Континенталь, одиноко стоящий на площадке. Да нет, вокруг было много машин. Но на фоне их он стоял, словно инопланетянин, случайно приземлившийся среди аборигенов. Переливаясь на солнечном свете ,перламутровыми бликами, он лукаво подмигивал Сергею фарами.

– Битурбированный мотор W12 мощностью 560 лошадиных сил! – пробормотал Сергей.

– Что?– переспросила Эльвира.

– Да так.

Он буквально два часа назад со своим заместителем рассуждал на тему появления под окнами напротив машины, вызывающей чувство восхищения и зависти, и спорил о том, кто же хозяин. А хозяин, вернее хозяйка, недоуменно смотрела на него ,вертя в руках ключи.

Эля пожала плечами.

– Странные у тебя замашки – общаться с собой, любимым.

Сергей стоял, слегка обескураженный. В машину он не сел.

– Ты знаешь, от всего услышанного разболелась голова, мне надо обо всем подумать, я пройдусь.

– Но ведь ты спешил?

– Уже опоздал.

У нее в сумочке зазвонил телефон. Эльвира ответила на английском. Сергей знал этот язык.

– Да дорогой. Хорошо, хорошо, я уже еду.

– А дорогой знает?

– Что?

– Ну, про меня?

– Ах, Петя, нет, не знает. Это наша с сыном тайна. Вообще-то он не Петя, Педро, но Педро в России как- то не звучит.

Она подала ему визитку.

– Позвони, я здесь еще два дня.

Потом посмотрела на него и протянула конверт с фотографиями. Он кивнул, сунув конверт в карман, аккуратно положил визитку в визитницу. Делал это машинально, сам не понимая, зачем емувсё это. Он подумал, что надо было не слушать её бред, а сразу расставить все по местам. Не выглядел бы сейчас таким идиотом.

Когда Эля уехала, он отменил встречу с поставщиком, перезвонил домой, сказав, что приедет поздно, и просто брел бесцельно по городу, пытаясь разодрать, сбившиеся в огромный запутанный комок свои мысли. Но стоило одной выглядеть более или менее отработанной, как она вновь прыгала в этот клубок, и достать ее было невозможно.

Проходя мимо бара, он хотел было завернуть в него и напиться, но подумал, что ответ на его вопросы в похмельную голову не придет. Только усугубит положение.

Идти домой? Там встретит его жена. Хорошенькая, в меру располневшая для своих лет дамочка. Она скажет своими капризными губками:

– Ну, где ты так долго быыыл, пупсик.

Он должен будет поцеловать ее в щечку и весь вечер, отведав вкусно приготовленный ужин, за изящно накрытым столом слушать о том, какие новости в городе, и какая новая шубка у Генкиной жены.

За эти двадцать семь лет в жене его все устраивало. Конечно, у нее были свои тараканы в голове, но тараканы никогда не расползались дальше положенного, и он всегда при желании мог проконтролировать их действия. Он звал жену Тося, почему Тося, ведь имя Наташа, но как- то прижилась эта кошачья кличка, которой звала ее теща, так стал звать и он. Тося очень подходило к ее внешности. Светленькая, миловидная, очень домашняя, Тося не претендовала на бизнес-леди. Ее жизнь ей нравилась. После пережитого ранее, сейчас это благосостояние, это мирное существование позволяло ей нежиться под сенью мужа и чувствовать себя в безопасности. Она выполняла любые капризы мужа и можно сказать, что жила для него. Ведь, будучи мудрой, она прекрасно понимала, что его успех, его здоровье, его уверенность-это ее надежная старость.

Сергей знал, что детей у него быть не может. Вообще, никогда. Чудес не бывает, как сказал ему профессор в последней клинике, куда привела его Наташа.

Он предлагал жене усыновить ребенка, тем более, что деньги были. Но она категорически была против. Пока были молодые, она все говорила про искусственное оплодотворение, что это реально. И периодически брала деньги на эту операцию. Но результатов не было.

Наташа долгое время работала фельдшером на скорой помощи,и как-то, выехав зимой на вызов, они застряли в поле. Мела метель. Было очень холодно. Машину нашли только на следующее утро. Наташа простыла. Ей сделали две операции по удалению почки. И если заходил разговор про детей, она дула губки и говорила:

– Ты хочешь, чтобы я, инвалидка, заботилась о ребенке, но ведь у меня нет здоровья, нет сил на это. И как мы можем полюбить чужого человека. А вдруг у него родители наркоманы?

У них был горький опыт троюродной сестры Тоси, усыновившей мальчика, но оказалось, что тот психически болен, так как родители были наркоманы. Но выявилось это только через восемь лет, в переходном возрасте. И сейчас мальчик, вернее уже мужчина находиться в психбольнице и видеться с ним нельзя, потому что он буйный.

Со временем Сергей смирился со всем этим. У него был ребенок – его бизнес, которому он отдавал всего себя, и тот платил ему взаимностью. Его гордость, почти все новые микрорайоны города строил он. Построенные им дома, благодаря выигранному тендеру и его стараниям, стояли на Кипре, в Сиднее. Почти три года он метался между Кипром, Сиднеем и своим городом.

У него был дружный коллектив профессионалов, с которым ему было комфортно. Он не знал, любили ли они его, но видел, что уважали. Женщины не вызывали в нем особых эмоций. Хватало любвеобильной Тосечки. Она умела украсить и разнообразить их сексуальную жизнь.

Бизнес не свалился с неба. Сначала это был домостроительный комбинат, в котором он имел десять процентов акций, потом умелое банкротство, которое организовал и провернул его друг Стас, неожиданная смерть Стаса. И он единственный владелец компании. Строительство в городе пошло в гору. В их городе, да и в области это была самая дееспособная строительная компания . Практически, конкурентов у него не было.

Сергей сидел на набережной, с безразличием смотрел на волны ,бросая мелкие камешки. И, наблюдая, как они, плюхаясь, создают мелкие брызги, задавал только один вопрос:

– Почему?

И сам себе отвечал:

– Не знаю. Деньги у нее есть, мужик Педро этот тоже.

Да…. Вот сейчас бы не помешал совет Стаса. У того всегда на все были ответы. Стас знал и умел все. Сергей не был глупым, но сейчас в этой ситуации он был беспомощен. Он вновь вел беседу сам с собой. Сергей знал и видел, что она не врет в том, что у нее есть деньги. Можно взять напрокат машину, купить дорогую тряпку, сделать звонок соседскому мужику. Но нельзя выглядеть на миллион рублей в простом казалось бы наряде ,в котором она пришла на встречу и чувствовать себя при том просто и спокойно. Нельзя, если эта машина тебе не принадлежит сесть в нее так, как села она.

– Мы не виделись уже восемнадцать лет. Ну соврала мальчишке, могла бы и сказать, что умер папаша, почему сказала, что я? Почему? Почему? Почему?

Любовь? Да хватит, они виделись всего неделю. Он первый мужчина? Но за столько лет, с ее возможностями, с ее внешностью?

Сергея тошнило, болела голова.

– Стоп. Она сказала, что он все про меня знает. И что он любит меня. Как можно любить незнакомого человека?

Если он все знает про него, то он знает и о том, что в смерти Стаса долгое время обвиняли его, но он не виноват. Он любил Стаса, как брата. И его смерть была для Сергея ударом. Но все газеты писали об этом. Два года, два долгих года он был под следствием. Мама тогда очень переживала за него, и с ней случился сердечный приступ. За два дня до смерти, она позвонила и сказала, что ей надо сообщить ему что-то очень важное. Но не по телефону. Сергей не мог приехать, у него была подписка о невыезде. Поехала к ней Наташа. Но живой не застала.

Сергей взъерошил волосы, мать он похоронил. Потом выяснилось, что смерть Стаса была случайной. Глупое стечение обстоятельств. Машина остановилась в неположенном месте, стрела крана оторвалась, упала на машину, крановщик сбежал. И Стас умер от потери крови. Нашли его через два дня

Сергей стал перебирать все, что он сделал за последние восемнадцать лет. Как он делал бизнес, как шел в высоту, что ему это стоило. Как он терял на этом пути друзей, как его предавали. Он стал мудрым и сильным, многое пережил. И как много он мог бы передать сыну. Нет, не деньги, не акции, не двухэтажный загородный дом. Все это так мало значит в жизни, сегодня ты можешь всем этим обладать, строить планы, а один миг и ничего нет, ты либо банкрот,либо инвалид, которому не надо ничего, кроме удобного кресла. Нет, ему захотелось передать больше, чем деньги. Мужской опыт поколений. Тот опыт, обладая которым можно не упасть в грязь лицом, не согнуть перед кем-то спину, и потеряв все, суметь это все приобрести. Объяснить, как не разрушить то, что создавалось веками, как не убить настоящее чувство, нечаянно пророненным словом. И еще много, много, чего он мог бы передать сыну. Сыну, если бы он у него был.

Сыну? Он поймал себя на мысли, что ему захотелось увидеть Эллиного сына. Но Сергей даже не узнал, приехал ли с ней сын. И даже не спросил, как его зовут.

Он достал из кармана конверт с фотографиями. Со снимков на него смотрел загорелый молодой человек, невысокого роста. Ничего необычного. Сергей даже не пытался найти похожие черты, он знал, что их не может быть. Но присмотревшись, Сергей увидел, что на него смотрел парень с лицом той юной девушки с Горного Алтая! Только фигура, конечно, не женская. И брови. Как странно, брови очень похожи на брови Сергея. Над ним всегда шутили, что он сын Леонида Брежнева. А мама говорила, что такие брови были у еёдедушки, который погиб в Великую Отечественную войну, но, к сожалению,не осталось ни одной его фотографии.

Сергей стал смотреть фотографии. Вот этот парень в компании друзей, где-то в горах, в лесу. Сергей увлекся, его стало охватывать приятное чувство гордости. Юноша отличался от своих товарищей. В нем чувствовалось какое-то внутреннее благородство, которое невозможно скрыть ни под потрепанными джинсами, ни под маской развязной улыбочки на лице. Вот с друзьями в походе, держит в руках большую рыбу. А вот за рулем автомобиля, в обнимку с девушкой.

Сергей отметил машинально:

– Хороша, одобряю выбор, сынок!

И поймал себя на мысли, что он впервые сказал это слово – «сынок». Он прошептал его еще раз тихо и несмело, а потом сказал громко:

– Сын.

И вздрогнул, испугавшись своего изменившегося голоса.

– Сын.

Он должен рассказать сыну об этом. Сергей соскочил со скамейки. Но потом присел.

Сергею было все равно. Его это сын или нет. Главное, что сын знает, что он есть. Что сын любит его. И что кроме бизнеса ему есть еще ради чего жить. Сергей достал визитку и набрал номер.

Про собаку и не только…

Крик «За что?» – крик в пустоту, загляни в прошлое, и ты поймешь за что.

*

Аннушка с нетерпением ждала каникул. Нет, сначала, конечно, Елка. Это было грандиозное представление в деревенском клубе. Веселое, сказочное, непредсказуемое. Готовится к нему и взрослые, и дети начинали с самого лета. Самым главным в празднике было не появление Деда Мороза и Снегурочки, и не раздача подарков, вкусно пахнущих мандаринами. Нет. Главным и самым интересным был Парад новогодних костюмов, который объявлялся в школе. И дело не в призе (большом шаре, изготовленном из папье-маше и облепленном всевозможными блестками), который вручался победителю в конце праздника! Самым главным и интересным был сам процесс изготовления костюмов. И кто, какой костюм выберет, держалось в большом секрете. Только учителя знали все эти тайны. Детям помладше шили костюмы родители, а кто постарше придумывал и мастерил костюм сам. И тут уже неясно было, кто из мастеров будет искуснее. На Новогоднем представлении около большой нарядной елки кружились Принцессы, Факиры, Кощей Бессмертный, Гномы, Белоснежка, Фея, Мушкетеры, Бабочки, Снежинки и еще много различных сказочных героев.

А ежегодное появление Бабы-Яги! С каждым годом,мальчишки (конечно Бабой-Ягой мог нарядиться только мальчишка-старшеклассник) придумывали все новые и новые трюки: то Баба-Яга спускалась с потолка по веревке, то выпрыгивала из красиво украшенного короба под елкой,то вбегала с громким пением в зал. И всегда это было очень неожиданно и интересно, сопровождалось визгом и восторгом детей.Даже становилось непонятно, бояться дети Бабу-Ягу или любят.

Не зря все дети, да что дети! И все взрослые с нетерпением ждали Елки. Это был волшебный долгожданный праздник. И родители, и дети с большим удовольствием принимали участие в этом представлении. Потом долго в деревне велись разговоры о том, как была наряжена елка, какой добрый был Дед Мороз, и кто же был им на этот раз. Как легко и грациозно танцевали снежинки – девочки из младших классов, насколько настоящей была Снежная Королева, роль которой играла учительница младших классов Нина Сергеевна, и какой грозный получился Кощей Бессмертный.

Аннушке было только 9 лет. Это была веселая и очень бойкая девочка. Ее все звали хохотушкой, потому что ее смех всегда вызывал улыбку у взрослых, а все дети тянулись к ней, всем нравилось с ней дружить. Она была заводилой и в школе, и на улице. Дети пытались рассказать что-нибудь смешное, чтобы только ее рассмешить. А ее бабушка говорила, что стоит ей только показать мизинчик, и смеха будет на полдня. В этом году была ее вторая настоящая Елка. В Большом елочном представлении она играла роль Принцессы, которую должен был похитить Кощей Бессмертный. Бабушка попросила соседку, тетю Нину сшить девочке платье, и та согласилась. Бабушка достала из своих запасов необыкновенно белый воздушный шелк, и тетя Нина сшила из него изящное платье, сделав каркас из проволоки и украсив платье нарядными бусинками. Еще она принесла красивую диадему. Девочка с замиранием сердца надевала это воздушное платье, кружилась в нем по дому, а бабушка с папой не могли на нее налюбоваться. «Бабушка, а я красивая?» – спрашивала девочка. «Ой, ля-ля…» – отвечала бабушка – «Как кровь с молоком!» Но девочке было непонятно, как это кровь с молоком? Непонятно, красивая она или нет. Она обижалась на бабушку, а та лукаво смеялась.

**

Аннушка вышла на улицу, ей было скучно одной. Оля, соседка, заболела, вернее она уже выздоровела, но мама не пускала ее на улицу, чтобы та вновь не простыла и не пропустила Елку. И девочка склонялась по двору одна. У них во дворе жила собачка. Стрелка. Это была такая шустрая маленькая, лохматая бестия, которая ни на минуту не сидела на месте. Шерсть у Стрелки была белая, пушистая. По спине проходили три узкие полоски, как у бурундука. Хвост тоже был очень пушистый, но черный, а кончик хвоста, наоборот, был белый, и когда Стрелка им виляла, казалось, будто белый шар сам по себе прыгает над землей. На белой, наимилейшей мордочке собаки сверкали черные с подводкой глаза. Если бы в их деревне проводились собачьи конкурсы, то именно Стрелка выиграла бы приз за красоту.

Аннушке было с ней весело и интересно. Стрелка была преданная. Но два раза в год она превращалась в противную и непослушную. Собака переставала слушаться девочку, не обращала на нее внимания, убегала из дома. Потом становилась слишком спокойная, играми ее было не соблазнить. И, в конце концов, у нее появлялись щенки. Бабушка не позволяла оставлять щенков, и Стрелке так и не удавалось стать полноправной мамашей. На следующий же день, после того как щенки появлялись на свет бабушка их куда-то уносила.

Вот и сейчас. В самый неподходящий момент, когда приближались зимние каникулы, и было столько времени для забав, Стрелка куда-то исчезла. Перед этим она уже ходила большая, раздувшаяся на обе стороны, важная, и когда бабушка к ней подходила, покорно ложилась на спину, подставив бабушке свое брюхо. Бабушка ощупывала ее и говорила: «Ну, уж скоро»

Бабушка не была злой, нет, конечно. Просто, щенят- то у Стрелки каждый раз было много, и если бы их оставили, то по двору бегало бы такое огромное количество собак! А в деревне и так было много бродячих собак. На лето они куда-то уходили, а зимой возвращались и бегали по деревне целой стаей. Они никого не трогали, в основном обитали около столовой. Поварихи кормили их остатками пищи. У собак даже клички были. Деревенские люди относились к ним снисходительно, потому что у каждого во дворе была своя собака. Хоть в деревне и не было воровства, двери на замок не закрывались, но в хозяйстве положено, чтобы и собака была. А эти бродячие были в основном подкинуты в деревню городскими жителями. Те часто брали маленьких забавных щенков в квартиры. А животное вырастало и становилось в тягость, ведь город – не деревня, там и выгуливать их надо, и заботиться. Городские вывозили собак поближе к деревне, выпускали их и уезжали. Часто приходилось наблюдать, как верное животное долго сидело на том самом месте, где рассталось со своим хозяином. Потом совсем обессилив от голода, собака брела в деревню, к людям, надеясь найти хоть какое-нибудь пристанище. Так постепенно и пополнялся полк бродячих собак.