Невозможно. Глаза в глаза

РИТА

Через полгода мне должно было исполнится семнадцать, и я с нетерпением ждала этого дня. Мне очень нравился один парень, но он совсем не обращал на меня внимания. Видимо, считал меня малолеткой. К тому же он работал у моего отца в подчинении, и даже если бы захотел ни за что бы не рискнул за мной ухаживать. Да, я хотела именно ухаживания и всякой романтичной ерунды, в виде плюшевых мишек, цветов, конфет и свиданий. Его звали Роман, и я влюбилась в него без памяти. Высокий, красивый, светловолосый, с выразительными глазами и чуть пухлыми губами. Я мечтала о его внимании. Однажды видела его из машины, возле прокуратуры, когда ждала отца и еле сдерживала себя, чтобы не выйти и не позвать его. Только вот о чём с ним говорить я не представляла. Иногда он приходил к нам домой, приносил документы для отца. Я открывала ему дверь и сразу терялась, не зная куда деть глаза и как себя вести. Он всегда был вежлив и не более того. Когда мама приглашала его к нам на чай, я прямо-таки вся светилась от счастья, но и за чаепитием не могла поддержать разговор. А если дома был мой брат Борис, то мы с мамой вскоре удалялись из-за стола, оставляя мужчин для разговора. А я всё это время сидела в своей комнате и боялась не упустить тот момент, когда Рома будет уходить, чтобы сказать ему «до свидания».

Но однажды всё изменилось и Рома стал приходить к нам в гости намного чаще. А папа с братом по долгу что-то обсуждали с ним на кухне за закрытой дверью, чего раньше не было.

– Мам, что происходит? О чём они там говорят? – спросила я, потому что видела, что мама тоже ведёт себя как-то странно.

– У твоего брата проблемы, Рит. Папа с Ромой пытаются помочь их решить, – вздохнув ответила мама и устало прикрыла глаза.

– Что за проблемы, серьёзные? Я могу ему чем-то помочь?

– Нет, дочь, ни ты, ни я Боре помочь не сможем. Это может сделать только твой отец. И я очень надеюсь, что у него это получится, иначе…, – мама всхлипнула и я увидела в её глазах слёзы.

– Мама, ты что! – я крепко обняла её. – Папа обязательно поможет Боре, вот увидишь.

Я хотела спросить у неё, что же конкретно произошло, но видя в каком она состоянии не решилась. Со стороны кухни послышался звук открывающейся двери и в зал вошёл папа. Он и так всегда был хмурым, а сейчас и вовсе его лицо было словно застывшая маска.

– Даша, нашла время разводить эту сырость! Знаешь ведь, что я терпеть этого не могу! Пойдём, есть разговор, – сухо позвал он маму и сразу вышел. Мог бы обойтись и без этих замечаний. Можно подумать, что маме сейчас было легче, чем ему.

Мама быстро провела ладонью под глазами, вытирая слёзы и пошла за папой на кухню. У меня была мысль пойти следом и попробовать подслушать о чём пойдёт разговор, но, как только я сделал шаг, в зал вошёл Рома. Я сразу обо всём забыла и, кажется, застыла с раскрытым ртом. Наверняка, выглядела как полная дура, но в тот момент меня это не беспокоило.

– Привет! – он мне улыбнулся, – ещё раз.

– Привет! Как дела? Уже всё обсудили? – я была очень рада, что сказала всё это без запинки.

– Да, почти. Остались детали. Сейчас Андрей Петрович обсудит их с твоей мамой и можно будет действовать.

– Ром, а можно мне узнать о случившемся. Я ведь до сих пор ничего не знаю, – решила одновременно выведать информацию и поддержать разговор с ним.

– Извини, Рит, – Рома виновато на меня посмотрел, – но если родители не сочли нужным тебе об этом рассказать, то и я не стану.

– Понятно. Никто не принимает меня в серьёз. Не переживай, я уже привыкла.

Он тихо рассмеялся.

– Я сказала что-то смешное?

– Нет, конечно, извини. Просто напомнила мне мою сестру. Ей сейчас десять, и она точно также обижается на всех, когда ей что-то не хотят говорить. Только поверь, Рит, это лишь для того, чтобы уберечь её. Чтобы не травмировать слабую детскую психику.

– Да, только я в отличии от твоей сестры не ребёнок! Мне почти восемнадцать!

Он снова хотел засмеяться, но, когда увидел мой злой взгляд сдержался. Меня очень обидело его сравнение меня с десятилетней девочкой. Очень задевало то, что он не видит во мне девушку.

– Согласен, не удачное сравнение. Но для родителей мы всегда останемся детьми и нет ничего плохо в том, что они считают тебя ребенком.

– А ты? Тоже считаешь меня ребёнком? – для меня было важно знать это.

– Нет. Но и слишком взрослой тебя тоже не назову. К сравнению, будь мы в одной компании, спиртного бы пить тебе не позволил.

– Это скорее из-за моего отца, не так ли? – сама боялась сейчас своих вопросов, но старалась делать уверенный вид и казаться взрослой.

– Уверяю тебя, будь ты моей девушкой, хотя у меня в принципе не может быть несовершеннолетней девушки, я бы всё равно не позволил тебе пить спиртные напитки.

– А, если бы мой отец не был прокурором и твоим начальником?

– Рита, поверь, дело вовсе не в твоём отце. Ты не там ищешь причину, – он пристально смотрел на меня и улыбался. А я сразу залилась краской от его слов и насмешливого взгляда. Своими вопросами я выдала своё отношение к нему и теперь выглядела в его глазах ещё более глупой, чем до этого. И чтобы усугубить ситуацию, я не придумала ничего лучше, как молча выбежать из комнаты и закрыться в ванной. Так я и просидела там, пока мама не постучала в дверь и не позвала меня.

– Рома ушёл? – шепотом спросила я, приоткрыв дверь.

– Да, пятнадцать минут назад. Если ты тут закончила, то я хотела бы принять душ и лечь спать.

– Хорошо, мам. Скажи, вы с папой нормально поговорили?

– Нормально. Только прошу, не задавай мне сейчас никаких вопросов, я очень устала, давай завтра поговорим, – мама поцеловала меня в щеку и зашла в ванну.

О том, что же произошло, я узнала через два дня. Маме пришлось мне рассказать, так как я подслушала её, когда она говорила с папой по телефону. Поступок крайне некрасивый, и я извинилась за него, но больше мне ничего не оставалось, потому что мне стало понятно, что рассказывать мне никто ни о чём не собирается. А я больше не могла смотреть на их хмурые лица и молчаливые переглядывания, когда в комнате присутствовала я.

– Рита, я сама до конца ничего не знаю. В общем, твой брат был со своими друзьями, они немного выпили, но это не остановило их, чтобы сесть за руль. Вначале за рулём был Боря, а затем его друг, хотя Боря пытался его отговорить, так как тот был значительно пьянее его. Но Тайманов настоял, и твой брат уступил ему. Он не соблюдал скоростной режим и сбил девушку на переходе.

– Ах, – от неожиданности ахнула и схватилась за рот. – Она….она?

– Девушка получила травмы не совместимые с жизнью. А у этого парня лишь царапина на голове. И он усердно пытается перевалить всю вину на твоего брата.

– Что? Но они же друзья и на сколько мне известно дружат со школы.

– Рита, ты слышала поговорку, что друг познаётся в беде? Вот жизнь и показала твоему брату, кто на самом деле этот Тайманов.

– Но неужели не было никаких свидетелей? Кто-то должен был видеть, что за рулём был не Борис.

– Их сейчас и пытается найти твой отец. Только ситуацию усугубляет то, что девушка оказалась беременной. И как говорит твой брат, беременна она была как раз от Тайманова. А тот в свою очередь продолжает утверждать, что беременна она была от Бориса и что за рулём сидел он.

– Мама, но ведь это неправда. Боря, он не мог так поступить. Папа ведь обязательно что-нибудь придумает, ведь правда? – я очень сильно испугалась за брата, так как понимала, что за это грозит тюрьма. В моем сердце зарождалась ненависть к его другу, за то, что из-за него нашей семье выпало это испытание.

– Милая, теперь ты понимаешь, почему мы не хотели тебе об этом рассказывать? – мама погладила меня по щеке.

– Мам, я сильнее и взрослее чем вы думаете, и вы совершенно зря решили умалчивать от меня об этой проблеме.

Мама грустно улыбнулась.

– Только пока не будем говорить твоему отцу, что ты обо всем знаешь. Пусть немного всё уляжется.

– А Рома, он тоже в курсе, да? Он помогает папе и Боре?

– Да, Рита он очень помогает нашей семье. И судя по словам твоего отца, Роме приходится идти даже на должностное преступление.

В моей душе появилось огромное чувство благодарности и уважения к этому мужчине. Думаю, в этот момент я влюбилась в него ещё больше.

Спустя пару месяцев, всё действительно улеглось, Тайманова по заслугам посадили в СИЗО. Но у него оказался совсем не простой отец, и папа говорил, что долго он там не пробудет. В нашей семье все стали успокаиваться и вести себя, как и раньше. За исключением одного момента, который мне совсем не понравился. Я пришла домой и услышала, как родители о чём-то спорили. Никогда не слышала, чтобы мама повышала голос на отца, а сейчас она просто орала на него. Я собиралась пойти и подслушать, но Борис преградил мне путь и отправил к себе в комнату. Но крики родителей не утихали ещё полчаса. А потом папа ушёл из дома, громко хлопнув дверью, а перед этим прокричал маме: «Я это сделала, ради нашей семьи, Даша!!! Подумай об этом и прими!» Спустя ещё полчаса я пошла в туалет и проходя мимо маминой спальни, услышала, как она плачет и вошла.

– Мам, можно к тебе? Что у вас с папой произошло? – в комнате было темно, но на кровати просматривался мамин силуэт.

– Рита, не сейчас, – хриплым голосом ответила она, не поворачивая ко мне головы.

– Может тебе воды принести или что-то ещё?

– Спасибо, ничего не нужно.

Я тихонько прикрыла дверь и вышла. Боря тоже отказался со мной говорить. И утром как я ни старалась, но мама не желала говорить о том, что у них с папой произошло вечером.

Прошло ещё несколько месяцев и мне, наконец, исполнилось семнадцать лет. А спустя ещё два месяца для меня наступил самый счастливый день. Мы всей семьёй были на одном вечере, который устраивал папин друг в честь своего юбилея, и я была приятно удивлена, увидев там Рому. На мне было сиреневое облегающее платье, подчеркивающее мою фигуру, в тон платью туфли-лодочки. Волосы завиты в красивые локоны, спадающие на обнажённые плечи. Рома не смог не оценить все мои старания, и даже пригласил меня на танец, во время которого сделал мне пару комплиментов, от которых у меня вспыхнули щеки. Он-то, конечно, ничего особенно не сказал, лишь подчеркнул то, что платье подходит под цвет моих глаз, а мои волосы напоминают ему водопад. А когда мы прощались он поцеловал меня в щёку, чем окончательно убедил в том, что сегодня он впервые посмотрел на меня как на девушку.

КИРИЛЛ

Вечер обещал быть удачным, но, что на столько я даже и предположить не мог. Мой друг Виталик должен был привести с собой симпатичных девчонок. Я немного опоздал в обусловленное место, но все же слово свое сдержал, поэтому сидел и ждал друга в машине. Виталик показался лишь через пятнадцать минут, и действительно, как и обещал, был в компании двух молодых особ. Были ли они симпатичными сразу было не разобрать, так как девушки, находились весьма в расслабленном состоянии и еле передвигали ногами, слегка пошатываясь.

– Здорово, Кирюха, – поздоровался Виталик, открыв дверцу машины, – вот, принимай товар, как и обещал, – он указал на девушек, которые держались друг за друга как за спасательный круг.

– И что это? Им хоть пятнадцать есть? Ты же знаешь правила! Мне лишние проблемы ни к чему! – на вид девушкам действительно можно было дать лет пятнадцать.

– Обижаешь! Вот этой вот точно восемнадцать. А этой вот-вот исполнится, – указал Виталик на каждую из них по очереди, вглядываясь в их лица.

– Когда статью тебе приписывать будут, то твое вот-вот никто во внимание брать не станет!

– Чего ты сразу про статью, Кирюх!

– А то, что думать надо! – друг всерьёз меня разозлил своей беспечностью.

– Мальчики, так мы едем или нет, – заплетающимся языком спросила одна из девиц, та которая выглядела поживее. Так как вторая и вовсе головы не поднимала, так и смотрела на землю.

– Конечно, едем, – ответил Виталик.

– Только без меня, не хватало, чтобы эти малолетки мне в машине наблевали.

– Ладно, девочки, я весь ваш. Идемте, поймаем такси, – Виталик взял под руку сначала одну, затем другую и стал с ними разворачиваться в обратную сторону, и в этот момент, та, что менее адекватна, наконец-то, подняла голову так, что мне удалось хорошо разглядеть ее лицо.

– Куда мы? Мне нужно домой, – пробурчала девушка.

– Стоять, – я выскочил из машины.

– Я знал, что ты передумаешь, друг! – обрадовался Виталик.

– Виталик, да включи ты уже мозги! Ты знаешь, что это за девка? – я указал на одну из девушек.

– В смысле? Как ее зовут? Ну, если тебе понравилась, забирай, мне и эта подойдет! – Виталик повернул голову в сторону другой девушки, и та ему улыбнулась.

– Это дочь Терехова!

– Кого дочь? – Виталик в миг протрезвел, – того самого?

Я кивнул.

– Друг, прости, если бы я знал. Давай, валим отсюда, – он высвободился от рук девушек, и они снова повисли друг на друге.

– Нет. Давай их в машину, – скомандовал я, стараясь обдумать сложившуюся ситуацию.

– Что? Зачем? Ты же сам сказал… – на лице Виталика было не понимание.

– Делай, что говорят! Давай, помоги усадить их в машину.

Девушки совсем и не сопротивлялись, когда их запихивали в салон автомобиля. Одна из них и вовсе сразу заснула. Я взял ее сумочку, нашел в ней паспорт. Терехова Маргарита Андреевна. Вот теперь сомнений у меня не осталось.

– Ну, надо же, дочь Терехова и в таком состоянии! Да с ней сейчас все, что угодно можно сделать.

– Что ты задумал, Кирилл? – испугался Виталик взгляда, которым я смотрел на девушку.

– Ничего такого. Позвони-ка кому-нибудь из наших, пусть сольют ее брату информацию, что его сестра уехала из клуба со мной.

– Кирилл, зачем тебе это нужно? Может, хватит? Забудь! Не связывайся с их семьей, помнишь, чем это закончилось?

– Звони, – тихо и бездушно сказал другу, уже прекрасно зная, что конкретно собираюсь сделать.

Виталик знал этот тон, и понимал, что отговорить меня не получится. Поэтому сделал все, как я его просил, после чего мы отправились на квартиру к одному нашему знакомому. Квартира эта больше походила на притон. Сюда пацаны притаскивали своих шлюх, все кому не лень, и у кого есть деньги оплатить комнату.

– Ты уверен? – посмотрел на меня Виталик, надеясь, что я изменю своё решение.

– Нет. Но случая такого упустить не могу. Разберись с этой девкой, а я поднимусь с Тереховой к Знахарю, к тому же девочка-то теперь совсем взрослая, ей вчера исполнилось восемнадцать.

– Только ее отца этот факт не остановит, Кирилл!

– Ага! Так же, как и ее брата. Ну, что посмотрим через сколько он явится сюда, чтобы со мной поквитаться?

Я вытащил Терехову из салона автомобиля, перекинул через плечо.

– А она тяжелая! И имя противное, Рита! – я скривил лицо, – наверняка, и по характеру не лучше.

– Я вернусь сразу же, как только отвезу Соню, – сказал Виталик, с опаской продолжая смотреть на перекинутую через моё плечо девушку.

– Ты главное тачку мою не разбей, жених!

***

Я предвкушал нашу встречу с бывшим другом. Прошло целых двадцать минут, прежде, чем Борис приехал в квартиру Знахаря. Я был искренне удивлен, так как думал и пяти минут не пройдет, как ее братец будет в дверь барабанить. Я уже успел все подготовить. И постель всю перевернул, чтобы сомнений не осталось, чем на ней занимались, и блузку на девке расстегнул, с себя майку стянул, волосы растрепал. Терехова за всё это время лишь раз открыла глаза, пробормотала что-то невнятное. И сейчас я благополучно стоял на кухне и курил, пока не услышал нервные не прекращающиеся звонки в дверь. Затем послышались удары, скорее всего ногой, и я довольно ухмыльнулся, после чего дал Знахарю команду открывать.

– Где она? Где моя сестра? – с истеричными воплями напал на Знахаря Борис.

– Так мне откуда знать, какая именно из тех шлюх, что сейчас здесь твоя сестра? – ответил Знахарь и сразу же получил кулаком в нос.

– Ты мне сейчас за все ответишь! – проорал Борис и вошёл в квартиру.

– Оставь Знахаря, Боря! Он лишь выполняет свою работу. Тебе ли не знать? – я вышел из кухни к ним.

– Я сейчас здесь все разнесу, если вы не скажете где моя сестра? – он избегал встречаться со мной взглядом.

– Ну, зачем же все разносить? Она в той комнате, спит мирным сном.

Борис тут же рванул в комнату, на которую я указал. Войдя туда он обнаружил сестру, действительно, спящей, но весь ее вид и кровать не оставляли сомнений, чем она там занималась.

– Ублюдок! Чем ты ее накачал?

– Накачал? Брось! Чтобы девушка легла со мной в постель, мне не требуется её ничем накачивать, тебе ли не знать, – я широко и довольно улыбался.

– Она еще совсем ребенок! Если у тебя зуб на меня, так и будь мужиком разбирайся со мной, а не с ней!!!

Это было почти трогательно, Борис Терехов заговорил о справедливости!!!

– Знаешь, те вещи, которые она со мной вытворяла, вряд ли сумел бы ребенок. Я бы сказал, что она практически профессионал в этом деле.

Да, я специально его злил и вызывал на эмоции, мне было плевать на его чувства, также, как когда-то ему на мои.

После этих слов Борис не выдержал и устремил свой кулак прямо мне в нос, но не достиг желаемого, я увернулся и нанес ответный удар, заломив ему руку за спину.

– Не будь, идиотом, Боря! Я не знал, что это твоя сестра! Просто снял девку возле клуба и приехал с ней сюда. И, кстати, наклюкалась она еще до меня. И на сколько мне известно, ей есть восемнадцать, так что твои предъявы совершенно не обоснованы.

– Хочешь, чтобы я поверил будто это совпадение?

– Я ничего не хочу! Это жизнь, и в ней порой происходит невозможное!

Я выпустил Бориса из захвата, тот выпрямился и посмотрел на меня.

– Если еще хоть раз увижу тебя возле своей сестры, застрелю, так и знай.

– К чему мне какая-то девка? – я безразлично пожал плечами, – на ней и пробу-то ставить не где, – надеялся этой фразой его морально добить.

– Какой же ты ублюдок, – Борис снова бросился на меня, но Знахарь и Виталик схватили его.

– Какой есть! Забирай свою сестру и проваливай! Чтобы через минуту здесь и духа вашего не было.

– Заберу! А ты мне за это еще заплатишь!

РИТА

Утром я проснулась с сильной головной болью, не могла даже в сторону ее повернуть. А еще очень хотелось пить, но о том, чтобы подняться с кровати не было и речи. Попыталась вспомнить, как я оказалась дома, но не смогла. Последние мои воспоминания обрывались на том, как Соня предложила еще раз выпить за мой день рождения, а потом все – ничего не помню.

Какой кошмар! А родители? Они меня уже видели? В каком состоянии я перед ними предстала?

– Проснулась? – в двери показалась голова Бори. Он вошел ко мне в комнату со спасительным бокалом воды, и еще дал мне какую-то таблетку.

– Спасибо, Борь, я бы сейчас что угодно выпила! – поблагодарила я брата, но выражение его лица говорило о том, что мне сейчас влетит. Нравоучений точно не избежать.

– Ты хоть представляешь, во что ты вчера вляпалась?

Ну вот! Началось! Что-то мне в его голосе совсем не понравилось, и дело не в том, что он сказал слово «вляпалась». Видимо, родители тоже не в восторге от того в каком состоянии я оказалась дома. И как сказать Боре о том, что я ничего не помню.

– Ты хоть что-то помнишь? – спросил Боря, не нужно было быть детективом, чтобы по мне это понять.

– Только то, как мы с Соней пили в клубе за мой день рождения, – тихо ответила я.

– Рита! Когда ты уже повзрослеешь?! – Боря стал ходить по комнате. По его виду можно было подумать, что я совершила преступление, а не напилась с подругами в свой день рождения.

– Еще! Что ты помнишь еще?

– Ничего… как попала домой я не помню, если ты об этом? Мне сильно влетит от родителей, да?

Боря присел на край моей кровати.

– Рит, ты хоть догадываешься с кем ты вчера ушла из клуба, куда он тебя отвез и что с тобой сделал?

Слова брата напугали меня. Я не имела и малейшего представления, о чем он сейчас говорил. Но в душе теплилась надежда, что он меня разыгрывает.

– Ты шутишь?

– Какие уж тут шутки, Рита! – брат повысил на меня голос, – так ты ничего не помнишь?

– Нет! Помню только, как мы с Соней заказали еще выпить, и что она ждала какого-то своего знакомого, хотела меня с ним познакомить!

– Черт! Так значит, это Соня подсунула тебя Тайманову! Удушу тварь!

– Что сделала? Кому…? – мой мозг отказывался сейчас воспринимать какую-либо информацию, но на Фамилию «Тайманов» отреагировал.

– Вчера, Рита, я забрал тебя из самого настоящего притона! И знаешь, с кем ты там была?! – брат орал на меня так, как ни орал даже тогда, когда я разбила его новый велосипед. – С Таймановым!!! Говорит тебе эта фамилия о чем-то?

– О, Господи!

– Теперь догадываешься, чем вы там занимались?

– Нет! Нет! Нет! Этого не может быть! Я бы запомнила такое! – мне было противно и страшно от того, что понимала, что брат вовсе не шутит.

– В том состоянии, в котором я тебя оттуда забрал страшно представить, что вообще с тобой там могли сделать!

– О Боже мой! – из глаз потекли слезы, – а Соня, с ней что? – тут я вспомнила про подругу.

– Про нее я ничего не знаю.

– А вдруг она осталась там? Нужно было ее забрать!

– Ты реально не понимаешь да, о чем я тебе говорю? – Боря злился всё сильнее.

– Понимаю, – я вытерла слезы, – а родители, они знают?

– Нет, я ничего им не сказал.

– Спасибо, Борь.

– Засунь ты, знаешь, куда свое спасибо!!! Что теперь про меня пацаны будут говорить? Что моя сестра Таймановская подстилка?! Рита, ты же девушка и должна думать о последствиях! Что если ты окажешься беременной? Ты хоть представляешь, что все это для нас значит?

Я заплакала. Я просто не могла и не хотела верить в то, что со мной произошло. Да ещё и в день моего совершеннолетия.

– Хотя бы в душ сходи! Помойся после этого…, – Боря не договорил и вышел из комнаты, покачав головой.

Брезгливость в его тоне меня обижала, но я понимала, что заслужила это. Душ мне и самой очень хотелось принять, но первым делом я решила позвонить Соне. Дотянулась до сумочки, достала телефон и набрала ее номер.

– Алло, – в телефоне послышался сонный голос подруги.

– Соня! Ты где?

– Ритка? Ты чего так рано? И что значит где?

– Уже двенадцать часов дня! И ответь, где ты сейчас?

– Дома, – задумчиво протянула подруга. – А как я здесь оказалась?

– Ты даже не представляешь, как я рада, что ты дома! Так ты тоже ничего не помнишь?

– Рит, так голова болит, давай потом поговорим.

– Нет, Сонь, это важно.

Я рассказала подруге о том, что узнала от Бори. Она слушала молча, не перебивала, мне даже показалось, что она заснула. Но напротив, Соня все поняла с первого раза.

– Рит, ну тут все просто! У тебя между ног дискомфорт ощущается?

– Где дискомфорт?

– Ну, ты же девственница! Была! – уточнила подруга и усмехнулась.

– Сонь, а мне вот сейчас не смешно, и, кажется, у тебя голова болела?

– Ай, зачем ты мне напомнила? – застонала она.

– Так что там с дискомфортом? – уточнила я.

– Ну… может жжение какое-то ощущаешь, между ног, конечно. Боль в мышцах? Ты вообще осмотрела свое тело, в душе была?

– Нет, я еще не успела! Жжения вроде никакого не чувствую. А мышцы, сложно сказать, у меня сейчас такое состояние, что я не могу толком шевелиться.

– Короче, идешь сейчас в душ, осматриваешь себя на наличие разных там повреждений, вроде синяков, а потом звонишь мне.

– В смысле синяков? Ты, что думаешь, что он мог…, – слово «изнасиловать» я вслух сказать не смогла.

– Да нет, конечно!!! Рит, ты его видела?! Да ему любая дать готова!

– Я не любая!!!

– Да я не об этом! Если бы ему нужна была девка для «перепихона», то любая бы согласилась, и смысла бы не было ему тебя насиловать.

Слова Сони успокоили меня лишь на несколько секунд, так как она не знала всего того, что связывало нашу семью с Таймановым. Но я-то знала, и понимала, что я слишком хороший шанс для него, чтобы отомстить моему брату.

– Я всё поняла, Сонь, но, если он меня не насиловал, то откуда могут взяться синяки? – я понимала, что сейчас смешно выгляжу в глазах своей более опытной подруги в этих вопросах.

– Рит, Тайманов создаёт впечатление очень горячего парня! А горячие парни как правило в сексе бывают грубыми. И это многим нравится.

– Как такое может нравится? – озвучила я вслух свои мысли и снова услышала Сонин смешок. – Хорошо, сейчас пойду в душ и проверю. Пока.

Только ни синяков, ни чего-то еще, что могло указывать на занятие сексом вчера, я не обнаружила. Опыта в этом деле у меня никакого не было, и было глупо делать выводы только на основании этого. Поэтому на следующий же день мы с Соней отправились к гинекологу. Нужно было видеть лицо врача, когда я сказала, что хочу знать, девственница ли я еще. Было очень стыдно, но отступать было некуда, в голове звучали слова брата о том, что я могу оказаться беременной от этого ублюдка. Врач побурчала немного про безответственную молодежь, про беспорядочные связи, и выписала мне оральные контрацептивы, подтвердив, что я всё ещё в рядах девственниц.