Коридор затмений

Новоселье под Ретроградным Меркурием

Вера Звездина уже третий раз перечитывала договор аренды, словно надеясь, что цифра арендной платы волшебным образом уменьшится при очередном просмотре. Не уменьшилась. Зато за окном риелторской конторы начался дождь, будто бы поддерживая её депрессивное настроение.

– Так что, подписываем? – риелтор Инна, женщина с причёской, похожей на созвездие Кассиопеи, нетерпеливо постукивала ручкой по столу. – Коммуналки сейчас редкость, особенно такие, с историей. Вы знаете, что в этом доме когда-то жил известный астроном?

– Астроном? – рассеянно переспросила Вера, ставя подпись. – Какое совпадение, я как раз перевожу книгу про космос.

– О, значит, вы верите в астрологию? – оживилась Инна.

– Астрономия и астрология – это разные вещи, – сухо поправила Вера. – Одно – наука, другое – гадание на кофейной гуще с претензией на научность.

Инна поджала губы.

– Между прочим, скоро Меркурий будет в ретрограде, так что с переездом лучше поторопиться. Лучше всего сегодня. И оставить двойной залог.

– В гороскопы верят только те, кто не может разобраться в собственной жизни, – отрезала Вера, забирая ключи. – А мне просто нужна крыша над головой после развода. И какой такой двойной залог? Мы так не договаривались. Очень удобно списывать все проблемы на какие-то планеты.

– Ох, Вера, аукнется вам весь ваш скептицизм…

***

Переезд, как и предрекала Инна (хотя Вера ни за что не признала бы её правоту), прошёл кошмарно. Такси с вещами попало в аварию – к счастью, несерьёзную, но достаточную, чтобы задержать Веру на три часа. Навигатор привёл её не к тому подъезду. Телефон разрядился в самый неподходящий момент. А когда она, наконец, нашла нужный адрес, то обнаружила, что ключ от парадной застревает в замке.

Она стояла перед зелёной кованой дверь самого странного здания из всех, которые она когда-либо видела. Этот старый коммунальный дом, затерянный в одном из дворов Санкт-Петербурга, будто сошел со страниц фантастического романа. Его фасад, некогда величественный, теперь был покрыт трещинами, словно карта далеких галактик. Окна, обрамленные ржавыми металлическими рамами, напоминали иллюминаторы космического корабля, а балконы, словно стартовые площадки, будто были готовы отправить своих обитателей в межзвездное путешествие.

На стенах дома, под слоем облупившейся краски, угадывались фрагменты мозаики с изображением планет, звезд и ракет, оставшиеся с советских времен, когда космическая тема была вдохновением для архитекторов. Входная арка была украшена барельефом в виде стилизованного спутника, а над дверью едва читалась выцветшая надпись: "Звездный причал".

– Первое правило новосёла – не переезжать при ретроградном Меркурии, – раздался за спиной низкий голос.

Вера обернулась. Перед ней стоял высокий мужчина лет сорока в твидовом пиджаке с заплатками на локтях. У него была аккуратная бородка с проседью и на каждом пальце – по кольцу разного размера и дизайна.

– Второе правило новосёла – не слушать соседей, дающих непрошеные советы, – парировала Вера.

Мужчина неожиданно рассмеялся и протянул руку:

– Борис Кольцов, но все зовут меня Сатурн. Третий этаж, квартира 28. Судя по вашему багажу и ключам, вы и есть та самая новая соседка, что въезжает в комнату Зои Марковны?

– Вера Звездина, – она ответила на рукопожатие. – И да, я въезжаю в освободившуюся комнату. Зоя Марковна…?

– Улетела к дочери в Австралию. Сказала, что в 82 года самое время начать новую жизнь на другом конце земного шара, – усмехнулся Борис. – Давайте помогу с багажом. У двери в парадную есть свой характер – нужно нежно повернуть ключ, одновременно надавливая на дверь бедром.

К удивлению Веры, метод сработал. Дверь поддалась, издав звук, похожий на астматический вздох.

– Добро пожаловать в "Звёздный причал", – торжественно произнёс Борис, помогая внести чемоданы. – Так его назвали в начале 60-х годов прошлого века. Говорят, архитектор был большим поклонником космоса и спроектировал дом так, что он напоминает космический корабль. Каждый блок квартир – это отдельная капсула, где когда-то жили мечтатели, грезившие о покорении космоса.

И действительно, внутри дом словно застыл во времени. Лестницы, ведущие вверх, извивались, как спирали галактик, а на стенах коридоров сохранились фрески с изображением космонавтов и созвездий.

– Сегодня дом кажется немного заброшенным, но его обитатели до сих пор чувствуют себя частью чего-то большего, – продолжал Борис хорошо поставленным голосом экскурсовода. – По вечерам, когда зажигаются окна, "Звездный причал" оживает, превращаясь в маленькую вселенную, где каждый житель – это звезда, а дом – их общий космический дом. Это место, где прошлое и будущее переплетаются, а космос становится ближе, чем когда-либо.

– А вы, я смотрю, тоже увлекаетесь этой… темой? – дипломатично поинтересовалась Вера, разглядывая его кольца.

– Преподаю философию в университете, – ответил Борис. – Но да, астрология – моё хобби. Каждое кольцо символизирует планету. Это, – он указал на массивное серебряное кольцо с тёмным камнем на безымянном пальце, – Сатурн. Отсюда и прозвище.

Вера решила промолчать. День был слишком утомительным для дискуссий о псевдонауке. Её больше интересовал лифт, который, судя по табличке "НЕ РАБОТАЕТ С 1998 ГОДА", не собирался облегчать подъём на пятый этаж.

– Лифт иногда работает, – заметил Борис, проследив за её взглядом. – Обычно в полнолуние и когда Юпитер входит в знак Льва. Только никогда не угадаешь, на каком этаже он остановится.

Вера закатила глаза и начала подниматься по лестнице, волоча за собой чемодан.

***

Квартира 28 оказалась именно такой, как Вера и представляла себе старую питерскую коммуналку: длинный тускло освещённый коридор, высокие потолки, скрипучий паркет, запах варёной капусты и старых книг. На стене висел план эвакуации, превратившийся от времени в абстрактную живопись, и список дежурств, датированный 2019 годом.

– Ваша комната третья по правой стороне, – указал Борис. – Между моей и комнатой Маргариты Степановны. Она преподаёт музыку, так что готовьтесь к Шопену по утрам.

– А что там дальше? – спросила Вера, указывая в глубину коридора, который, казалось, продолжался за поворотом.

– О, это… – Борис замялся. – Это просто ещё один коридор. Технически он ведёт к чёрному ходу, но мы им не пользуемся. Там всегда перегорают лампочки, и…

Из глубины коридора раздался странный звук – нечто среднее между звоном колокольчика и смехом подростка.

– …и там водится эхо, – быстро закончил Борис. – Старые дома, сами понимаете. Идёмте, покажу вашу комнату.

Вера бросила ещё один взгляд в сторону таинственного коридора. На мгновение ей показалось, что в полумраке мелькнуло что-то голубое – как будто хвост экзотической рыбы в тёмной воде. Но, должно быть, это просто играли тени.

Комната, к счастью, оказалась лучше, чем можно было ожидать. Просторная, с окном на тихий двор-колодец и встроенными книжными полками. Обои с выцветшим рисунком созвездий (серьёзно, что за астрологическая мания в этом доме?) придавали помещению уютную атмосферу старой обсерватории.

– Располагайтесь, – сказал Борис, ставя чемодан у кровати. – Ванная комната по графику, который висит на двери. Вам досталось время Зои Марковны – с 8 до 9 утра и с 9 до 10 вечера. К счастью, она была жаворонком.

– Спасибо за помощь, – искренне поблагодарила Вера, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. – Думаю, дальше я справлюсь сама.

– Всегда пожалуйста, – кивнул Борис. – И, кстати, если услышите странные звуки из того коридора… просто игнорируйте их. Особенно в ближайшие три недели, пока Меркурий не выйдет из ретрограда. Всё возвращается… особенно неприятности и плохие решения.

С этими загадочными словами он удалился, оставив Веру наедине с чемоданами и смутным ощущением, что в этой квартире что-то не так.

***

Вера проснулась от звука, который напоминал скрежет металла по стеклу. Она открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок, на котором плясали тени от проезжающих за окном машин. Часы на тумбочке показывали 3:33.

"Классическое время для мистических совпадений," – подумала она с иронией. Вера не верила в потусторонние силы, магию чисел и особенно в астрологию. Работая переводчицей научной фантастики, она привыкла отделять выдумку от реальности.

Звук повторился. Он исходил откуда-то из коридора. Вера накинула халат и осторожно выглянула из комнаты.

В тусклом свете ночника, который всегда горел в коридоре коммуналки (кто-то из соседей панически боялся темноты), она увидела высокую фигуру, склонившуюся над чем-то у стены.

– Борис Николаевич? – неуверенно позвала Вера.

Фигура вздрогнула и выпрямилась. Это действительно был её сосед, Борис Кольцов, затворник и чудак, которого она видела всего пару раз с момента переезда.

– А, Вера Андреевна, – произнёс он с какой-то странной торжественностью. – Не спится в полнолуние?

– Причём тут полнолуние? – Вера поморщилась. – Меня разбудил этот ужасный скрежет.

Борис виновато улыбнулся и показал на стену. Только сейчас Вера заметила, что он прикреплял к обоям небольшую металлическую пластину с выгравированными на ней странными символами.

– Простите, не рассчитал силу. Это… защитный амулет, – сказал он, поправляя очки в тонкой оправе. На каждом пальце Бориса блестело по кольцу, что сразу бросалось в глаза и делало его похожим на эксцентричного ювелира или цыганского барона.

– Защитный амулет? – Вера скептически подняла бровь. – От чего, позвольте узнать?

– От влияния Меркурия, конечно же, – Борис говорил так, словно объяснял очевидное. – Он всё ещё ретроградный, и следующие три дня будут особенно сложными для коммуникаций.

Вера едва удержалась от того, чтобы закатить глаза. Её новый сосед оказался из тех, кто верит в астрологическую чепуху.

– Борис Николаевич, я с уважением отношусь к вашим… увлечениям, но не могли бы вы заниматься этим днём? Сейчас почти четыре утра.

Борис внезапно посерьёзнел и понизил голос:

– Именно в это время граница между мирами наиболее тонка. Особенно в этом доме, – он сделал паузу и пристально посмотрел на Веру. – Вы ведь ещё не заметили, верно?

– Не заметила чего? – Вера начала раздражаться.

– Странностей. Они повсюду, стоит только внимательно присмотреться, – Борис говорил с такой убеждённостью, что Вера невольно поёжилась. – Вы когда-нибудь замечали, как ведут себя электроприборы во время ретроградного Меркурия? Или как меняется настроение людей при полнолунии?

– В гороскопы верят только те, кто не может разобраться в собственной жизни, – отрезала Вера.

Борис не обиделся. Наоборот, он улыбнулся так, словно услышал именно то, что ожидал.

– Всё возвращается… особенно долги и плохие решения, – произнёс он загадочно. – Вы ещё поймёте, Вера Андреевна. Особенно когда услышите стук в стене.

С этими словами он развернулся и ушёл в свою комнату, оставив Веру в недоумении стоять в коридоре.

***

Утро выдалось на редкость неудачным. Сначала у Веры сгорел тост, потом отключился интернет, а когда она попыталась позвонить провайдеру, то обнаружила, что телефон разрядился, хотя она точно помнила, что ставила его на зарядку.

– Ретроградный Меркурий, – пробормотала она с сарказмом, вспомнив ночной разговор с Борисом.

Выйдя на общую кухню, Вера обнаружила там миниатюрную старушку с удивительно живыми глазами. Это была Алла Марковна, старейшая жительница коммуналки, которая, по слухам, жила здесь ещё с советских времён.

– Доброе утро, Верочка, – приветливо кивнула старушка. – Чай будешь? Я заварила с чабрецом, хорошо помогает от сглаза.

– Спасибо, Алла Марковна, но я просто кофе, – Вера начала готовить своё обычное утреннее эспрессо. – Скажите, а давно Борис Николаевич увлекается… астрологией?

Алла Марковна хитро улыбнулась:

– Боренька? Он не увлекается, деточка. Он «знает». Это большая разница.

– Знает что? – Вера не выдержала и спросила прямо.

– То, что не все пути в нашем доме ведут туда, куда кажется, – загадочно ответила старушка. – Ты новенькая, ещё не освоилась. Но ты наблюдательная, скоро заметишь.

Вера мысленно застонала. Похоже, не только Борис, но и другие соседи были помешаны на мистике. Что ж, в Петербурге это не редкость, особенно в старых домах.

– Алла Марковна, а что вы можете сказать о коридоре? Том, что ведёт к чёрному ходу?

Старушка внезапно замолчала и пристально посмотрела на Веру.

– Ты там ещё не была?

– Нет, но собиралась исследовать. Риелтор показывал мне только основную часть квартиры.

– И правильно делал, – кивнула Алла Марковна. – Не ходи туда без необходимости, особенно когда Меркурий ретроградный. Можно заблудиться.

– В коридоре? – Вера усмехнулась. – Он настолько длинный?

– Длиннее, чем ты думаешь, – серьёзно ответила старушка. – Гораздо длиннее.

***

Вечером Вера всё-таки решила исследовать загадочный коридор. Её забавляло, как серьёзно соседи относились к обычному проходу в старой коммуналке.

Коридор действительно был длинным и тёмным, с высоким потолком и стенами, оклеенными выцветшими обоями. Вера шла вдоль него, рассматривая старые фотографии в рамках, которые висели на стенах. На многих из них были изображены люди, смотрящие куда-то вверх, на звёзды.

Внезапно Вера услышала странный звук – будто кто-то постукивал по стене изнутри. Она замерла. Звук повторился, теперь чётче, словно кто-то отбивал определённый ритм.

– Есть кто-нибудь? – позвала Вера, чувствуя себя глупо.

Стук прекратился. Вместо этого из-за угла коридора донёсся тихий голос:

– Ареввв… Зидев… Зидев…

Вера напряглась. Голос звучал странно, словно запись, проигрываемая задом наперёд.

– Кто здесь? – она сделала шаг вперёд.

Из-за угла выглянула растрёпанная голова с ярко-синими волосами. Это был мальчишка лет четырнадцати, одетый в странную одежду, напоминающую античную тунику. На его ногах были сандалии с маленькими крылышками, которые, казалось, слегка подрагивали.

– Привет, – сказал мальчишка, теперь уже нормальным голосом. – Ты новая жительница?

– Да, – осторожно ответила Вера. – А ты чей?

Мальчишка рассмеялся, и его смех эхом разнёсся по коридору, словно многократно отражаясь от стен.

– Я не "чей", я "кто". Меня зовут Мер… – он запнулся. – Макс. Просто Макс.

– Ты живёшь в этой коммуналке? – спросила Вера, не помня, чтобы риелтор упоминал о ребёнке среди соседей.

– Я прихожу и ухожу, – загадочно ответил Макс. – Сейчас я здесь чаще обычного. Ретроградность, знаешь ли.

Опять эта астрологическая чепуха. Вера начала подозревать, что попала в какую-то секту.

– Ты, наверное, сын Бориса? – предположила она.

Макс снова рассмеялся:

– Боря? Он мой хороший друг. Но нет, я не его сын. Я… как бы точнее сказать… – он сделал паузу. – Я не говорил этого… или говорил? Что-то точно говорил.

Вера почувствовала растущее беспокойство. Что-то было не так с этим мальчиком. Внезапно она заметила, что коридор за спиной Макса выглядел иначе: обои были другими, а на полу лежал странный узорчатый ковёр, которого она раньше не видела.

– Что там дальше? – Вера указала за спину мальчика.

– Дальше? – Макс обернулся. – О, это просто другая часть коридора. Любопытно, что ты её заметила. Обычно новички видят только то, что готовы увидеть.

– Что ты имеешь в виду? – Вера сделала шаг вперёд, но Макс внезапно оказался перед ней, преграждая путь.

– Пока рано, – сказал он. – Ты ещё не готова. Сначала нужно дождаться, когда я выйду из ретроградности. Иначе всё пойдёт наперекосяк.

В этот момент где-то в глубине коридора раздался женский голос:

– Меркурий! Где ты? Нам пора на совещание!

Макс вздрогнул и обернулся:

– Иду, Венера! – крикнул он, затем повернулся к Вере и прошептал. – Я не говорил своего имени, ясно? И вообще, забудь, что видела меня.

С этими словами он сорвался с места и побежал вглубь коридора, его крылатые сандалии мелькнули и исчезли за поворотом.

Вера стояла, ошеломлённая. Мальчишку звали Меркурий? Как планету? И он говорил с кем-то по имени Венера?

Она решительно направилась вслед за странным мальчиком, но за поворотом обнаружила только тупик с обычной стеной, покрытой теми же выцветшими обоями.

Вера протянула руку и коснулась стены. Обычная, твёрдая стена. Никаких следов двери или прохода.

– Что за чертовщина? – пробормотала она.

Возвращаясь к своей комнате, Вера столкнулась с Борисом, который как будто специально поджидал её у поворота.

– Нашли что-нибудь интересное? – спросил он с загадочной улыбкой.

– Нет, – соврала Вера. – Просто изучала планировку.

Борис кивнул, явно не веря ей:

– Странные звуки бывают в старых домах, правда? Особенно когда планеты меняют направление.

Он поднял руку в прощальном жесте, и кольца на его пальцах тускло блеснули в полумраке коридора.

Вера вернулась в свою комнату, заперла дверь и достала ноутбук. Она открыла браузер и вбила в поисковую строку: "Ретроградный Меркурий".

Десятки сайтов предлагали информацию об этом астрологическом явлении. "Когда планета движется как бы в обратном направлении… Нарушения в коммуникациях… Сбои в электронике… Возвращение нерешённых проблем из прошлого…" – Вера быстро просматривала страницы.

"Бред какой-то," – подумала она, но продолжила читать. "Меркурий – планета связи, информации и путешествий. В ретроградной фазе возможны путаница в общении, проблемы с транспортом, потеря вещей…"

Вера вспомнила мальчишку с синими волосами. "Меркурий? Не может быть…"

Она перешла к изображениям и начала искать античные изображения бога Меркурия. На многих из них он был изображён с крылатыми сандалиями, точно такими же, какие она видела на ногах странного мальчика.

Внезапно экран ноутбука мигнул и погас. Вера попыталась включить его снова, но безуспешно.

– Ну конечно, – пробормотала она с раздражением. – Ретроградный Меркурий.

Она сама удивилась тому, что сказала это всерьёз, без обычной иронии. Что-то странное творилось в этой коммуналке, и Вера была полна решимости выяснить, что именно.

Внезапно компьютер включился сам по себе, затем браузер внезапно страница загрузилась, открылся сам собой и нужная страница загрузилась,.

– Очень смешно, – пробормотала Вера. Но смешно ей не было.

На этот раз поисковик выдал результаты, но все ссылки вели на странные сайты с предупреждениями: "Не стричься в полнолуние", "Как защитить квартиру от влияния Сатурна" и "Почему нельзя заключать сделки при ретроградном Меркурии".

Вера фыркнула и захлопнула ноутбук. Она предпочитала надёжные, проверенные факты. Если в коридоре её коммуналки происходило что-то странное, то этому обязательно было рациональное объяснение.

Она решила переодеться в домашнее и сняла с вешалки свой любимый халат. Из кармана выпала маленькая записка, которой там точно не было раньше. Вера развернула бумажку и прочитала написанное детским почерком синими чернилами: "Твой шкаф иногда ведёт не туда. Не заходи в него, пока я не вернусь в прямое движение. Просто дружеский совет!"

Вера усмехнулась и покачала головой. Ну конечно, теперь ещё и шкаф-портал. Кто-то из соседей явно решил подшутить над новенькой. Она скомкала записку и бросила в мусорное ведро.

– Очень смешно, – повторила Вера, широко открывая дверцы шкафа… и тут же отскочила назад.

Внутри шкафа, между вешалками с одеждой, сидела большая серая кошка с необычно длинным хвостом, обёрнутым вокруг неё спиралью. Кошка смотрела на Веру огромными глазами цвета расплавленного золота.

– Кыс-кыс, – неуверенно позвала Вера. – Ты чья? Как ты сюда попала?

Кошка моргнула и ответила человеческим голосом:

– Я ничья. И я не кошка, я – комета Галлея. Просто сейчас я в ретроградной фазе, поэтому выгляжу так.

Вера молча захлопнула дверцы шкафа. Затем медленно открыла их снова. Шкаф был пуст, если не считать её собственной одежды.

– Так, – Вера потёрла глаза. – Похоже, я не выспалась. Или этот Борис что-то подмешал мне в чай.

И тут она услышала странные звуки…

Странные соседи и странные звуки

Утро началось с апокалипсиса местного масштаба. По крайней мере, так это выглядело на общей кухне коммуналки.

– Как это произошло? Я хочу знать, как это произошло! – кричала дородная женщина в цветастом халате, яростно размахивая руками. Это была Зинаида Петровна, школьная учительница биологии и обладательница самой большой коллекции специй в коммуналке.

– Я клянусь, я ничего не трогал! – оправдывался Борис, стоя посреди хаоса из рассыпанных по всей кухне трав и специй. – Я просто хотел достать перец, а все баночки… словно сами попрыгали с полки!

Вера замерла в дверях, ошеломлённая. Обычно безупречно организованные специи Зинаиды Петровны были разбросаны по всему полу. Хуже всего было то, что они перемешались, образуя странные узоры, подозрительно напоминающие… созвездия?

– Доброе утро, – осторожно сказала Вера. – Может, помочь?

– А, Верочка! – тут же переключилась на неё Зинаида Петровна. – Представляешь, этот… этот астролог-любитель превратил мою кухню в планетарий!

– Я бы никогда! – возмутился Борис. – Мои методы научно обоснованы и не включают разбрасывание корицы по полу!

– А это что? – Зинаида ткнула пальцем в особенно чёткий узор из рассыпанного кардамона и имбиря.

– Это… – Борис замялся, – похоже на Кассиопею.

– Вот! – торжествующе воскликнула учительница. – Сам признался!

Вера оторвала от рулона бумажное полотенце и присела, чтобы начать собирать специи.

– Может, сквозняк? – предположила она миролюбиво.

– Сквозняк в форме Кассиопеи? – скептически уточнила Зинаида Петровна. – Ты ещё скажи, что это ретроградный Меркурий виноват!

– Вообще-то, – серьёзно кивнул Борис, – очень может быть.

Зинаида закатила глаза так сильно, что Вера испугалась, как бы они не остались в таком положении навсегда.

– Вы знаете, – неожиданно для самой себя сказала Вера, – я вчера видела странного мальчика в коридоре. С синими волосами. Он представился как Макс, но потом…

Она замолчала, заметив, как изменились лица соседей. Зинаида побледнела, а Борис, наоборот, заинтересованно подался вперёд.

– Ты его видела? – воскликнул он. – И что он сказал?

– Ничего особенного, – Вера почувствовала себя неуютно под их пристальными взглядами. – Что-то про ретроградность. И потом его позвал женский голос, назвал его…

– Меркурием, – закончил за неё Борис. – И голос принадлежал Венере. Она всегда его так зовёт.

Вера недоверчиво посмотрела на Бориса, затем на Зинаиду. Учительница решительно закрыла дверь кухни.

– Так, – сказала она строгим голосом, каким, вероятно, отчитывала нерадивых школьников. – Раз уж ты их увидела, придётся тебе рассказать. Борис, твоя очередь объяснять. Я в прошлый раз объясняла Николаю из пятой комнаты, и он всё равно сбежал.

– Николай был слабым звеном, – пожал плечами Борис. – Вера крепче, я сразу это почувствовал. Венера сказала, что в её натальной карте…

– Избавь нас от астрологических подробностей! – перебила Зинаида. – Просто скажи ей правду.

Борис глубоко вздохнул, взял Веру за руку и усадил за стол. Его кольца холодно коснулись её кожи.

– Вера Андреевна, что вы знаете о планетах?

– То, что они вращаются вокруг Солнца, а не бегают по коридорам коммуналок в образе подростков? – саркастически ответила Вера.

– Верно, но не совсем, – Борис выглядел совершенно серьёзным. – Иногда, при определённых условиях, планеты могут… как бы точнее выразиться… материализовать свою сущность в нашем мире. Особенно когда они ретроградные.

Вера молча смотрела на Бориса, ожидая, что сейчас он расхохочется и скажет, что это розыгрыш. Но он продолжал: