Сломанные часы пробили полдень

Пролог

Как сложно быть сумасшедшим. Нужно всегда оставаться собой и иметь собственное мнение. Если твое мнение случайно совпадет с мнением большинства, пиши пропало! Тебя завтра же выпишут домой.

– Как вы себя чувствуете? – раздался знакомый женский голос.

Софи открыла глаза и тихо ответила:

– Хорошо.

– Какое сегодня число? – Врач, поджав губы, сделала пометку в блокноте. В палате раздался тяжелый вздох Софи, и женщина подняла на нее испытующий взгляд.

– Четырнадцатое мая.

– А день недели? – Зеленые глаза врача будто пытались углядеть в поведении Софи что-то ужасно неприемлемое для здорового человека.

– Пятница, – с раздражением ответила Софи. – Вы приходите ко мне каждую пятницу.

Врач открыла небольшую сумочку и еле заметно улыбнулась. Сегодня комнату освещали яркие солнечные лучи, проникающие через окно в деревянной раме. В открытую форточку врывался свежий весенний воздух. Решетку на окне убрали пару лет назад, и потому палата выглядела гораздо уютнее, чем другие.

– Где вы находитесь, Софи? – спросила врач, вглядываясь в лицо пациентки.

– В тюрьме, – вяло ответила она, перебирая тонкими пальцами рыжие волосы.

– Нет, Софи. Это больница имени Юнга.

– Я больна?

– Да, – равнодушно произнесла врач. В коридоре послышались шаги, но вскоре стихли так же резко как и появились. – Почему вы здесь? Вы знаете?

– Но я должна быть в тюрьме, как и все убийцы! – Софи сказала последнее слово чуть громче остальных, и оно с неприятным эхом разлетелось по палате.

Врач тяжело вздохнула и поправила челку, которая постоянно пушилась.

– Выпейте эти таблетки и отдыхайте. Вам нужно много отдыхать.

Софи послушно взяла протянутые врачом цветные капсулы и, запив их водой, продемонстрировала рот.

– Молодец, – сухо заключила врач. – Надеюсь, в скором времени вы пойдете на поправку.

Глава 1. Великолепный мир Вайолет Грин

Часы снова остановились. Вайолет клевала носом, сидя над очередной книгой, распечатанной на обычной белой бумаге.

– Я не сплю! Я не сплю! – отчеканила Вайолет, неожиданно вынырнув из короткого сна. Она зевнула и, сняв очки, навалилась на спинку стула. – Какой бардак…

В кабинете стояла духота. Пасмурная погода проникла внутрь помещения и заполнила собой все свободное пространство. В лучах тусклого света серебрились пылинки. Стол, тумба и шкаф тонули в папках, бумагах и журналах. Несмотря на ежедневную работу Вайолет, завалы публикаций и распечаток никак не разгребались.

Вайолет закрыла дочитанную новеллу и сделала небольшую пометку в блокноте напротив очередной фамилии: «пункт №1, рецензент Грин В.». Затем немного подумала, размяла шею и дописала: «отклонено». Оставалось составить рецензию и перенаправить книгу коллеге.

Вот уже пять лет Вайолет Грин сидела за большим столом, вела колонку в еженедельном журнале «Canet’s Weekly» и писала рецензии на весьма заурядные рассказы местного писателя. Вайолет уехала из родного города, когда ей исполнилось двадцать четыре, сразу после окончания университета. Она получила высшее образование в учебном заведении имени Дьюрена Уилсона по специальности «сравнительная литература» и принялась изучать подходящие вакансии в ближайших городах.

Фолзбридж находился на юге Висконсина. Население города составляло около шести с половиной тысяч человек. Фолзбридж понравился Вайолет длинными узкими улицами, невысокими домами, отсутствием метро и пробок. Именно здесь она иногда встречала рассветы, попивая кофе в ближайшем уличном кафе. В это время из соседней пекарни доносился растворившийся в воздухе аромат свежего хлеба. Когда солнце только-только касалось крыш, и розовый свет разливался по городу, Вайолет чувствовала себя самым счастливым человеком на планете. Эти минуты давали ей сил прожить весь оставшийся день. Возможно, многие люди старались перебраться из Фолзбриджа в более перспективное место. Но потребность в минутах счастья и уединения с собой, желание как можно быстрее вырваться из Нью-Хоупа, свободная вакансия рецензента в местном издательстве подтолкнули Вайолет переехать именно сюда. Изменив свою жизнь, ей не хотелось вспоминать прошлое, а тем более возвращаться в него.

Издательство, в которое устроилась Вайолет, носило гордое название «Великолепный мир Хильды Хаунд». Основала его миссис Хаунд в 1948 году, вдохновившись появлением «Farrar, Straus & Giroux»1. Будучи обеспеченной и талантливой писательницей, она смогла надолго обосноваться в Фолзбридже и со временем передала предприятие внуку – мистеру Кане, который стал начальником Вайолет. «Великолепный мир» являлся основной типографией города и вместе с этим продолжал издавать небольшие сборники стихов и рассказов. Мистер Кане дополнил список возможностей, и в издательскую деятельность вошла еженедельная публикация журнала «Canet’s Weekly». Вайолет была довольна работой, но в середине марта на ее плечи обрушилась еще одна обязанность.

Вот уже полгода издательство переживало трудные времена. Половина сотрудников решила перебраться в более крупные города. Один из лидирующих редакторов убедил людей в том, что за этим решением стоит их собственное будущее. «Накануне пятьдесят пятых президентских выборов необходимо определиться и со своим местом в жизни», – парировал он. Вайолет со страхом воспринимала его слова и не хотела рисковать. Она считала, что судьба не будет благосклонна к ней, как и прежде, и побег из захолустного городка еще больше затянет ее в проблемах. Чем больше город, тем сложнее в нем выжить. В итоге она проводила коллег в Хьюстон, Мемфис и Нью-Йорк и осталась наблюдать за тем, как мистер Кане пытается удержать на плаву свой «Великолепный мир».

Как это и бывает, в душе Вайолет все же затаилось сомнение, правильно ли она делает? Быть может, стоило испытать судьбу и вместе с остальными уехать за другой жизнью? Может, Вайолет смогла бы устроиться в какой-нибудь более известный журнал, стала бы главным редактором и пила кофе по утрам, сидя на веранде собственного дома? Чересчур заманчиво и страшно. Однажды она все равно будет счастлива. Возможно, и не придется больше ничего менять для осуществления этого обычного, на ее взгляд, желания.

Вайолет жила в съемной квартире недалеко от бара, ежемесячно выплачивая хозяйке сумму, немного превышающую стоимость тридцати ночевок в дешевом хостеле на Дель-Аванти. С невысокой зарплатой мечта о собственной просторной квартире оставалась мечтой. Размышления иногда заводили Вайолет в тупик. Появлялась идея найти новую работу, не уезжая из Фолзбриджа. Но ничего, кроме официантки, разносчицы пиццы или талисмана футбольной команды ей не светило. Хотя и талисманом ей не стать. Скорее всего, третий вариант – это какое-нибудь пикантное место в публичном доме, да и то вряд ли. Без работы Вайолет не сможет нормально питаться, прилично выглядеть для новых собеседований и оплачивать квартиру (а если затянуть с оплатой хотя бы на пару дней, миссис Фостер ее тут же выселит под окна вместе со всеми дешевыми пожитками).

После того, как многие сотрудники уволились, мистер Кане устроил общее собрание. На нем было предложено добавить в издательскую деятельность публикацию не только сборников рассказов от местного писателя, но и настоящих книг.

– Для нас важно, чтобы от «Великолепного мира» издалась хотя бы одна книга, которая станет известной по всей стране. Будет еще лучше, если она прославится на весь мир, – говорил мистер Кане твердо и уверенно. – Нам нужно найти этот талант! Я знаю, как вам всем хочется стать успешными, зарабатывать больше денег и исполнять свои мечты, а у многих из вас они упираются именно в деньги. У кого-то просто в работу, в занятие любимым делом. Так как количество сотрудников у нас уменьшилось вдвое, и спрос на журнал постепенно падает, боюсь, если ничего не изменится, работать здесь будет некому. Городская газета нравится людям больше, а сборники рассказов приобретаются все меньше. К тому же, мистер Дживс пишет все реже ввиду своего возраста. Предлагаю тем, кто занимался рецензированием, первыми изучать вдоль и поперек книги, которые будут приносить в наше издательство.

– Но, мистер Кане, на мне еще спортивная колонка! – воскликнул Роб Сполсон. Он прочитывал рассказы после Вайолет и так же, как она, писал рецензии.

– Не только у вас двойные обязанности. Что ж, предлагаю редакторам включиться в написание статей для журнала.

В тот день на помощь Вайолет назначили Саманту, и они вдвоем начали работать над созданием колонки, в которой рассказывалось о старых и новых фильмах и книгах.

– Как раз, мисс Грин, вам будет удобно рекламировать читателям новую книгу.

– Вам не кажется, что мы будем зашиваться на работе? – спросила Вайолет.

– Тоже верно. Тогда… Как вы все смотрите на то, чтобы выпускать журнал раз в две недели? Возможно, тогда он будет более долгожданным для читателей.

В итоге работу издательства пересмотрели, и Вайолет пришлось читать уйму ненужной литературы с целью найти нечто стоящее. В большинстве своем люди присылали скучные тексты, в которых отсутствовали смысл и хоть какая-то логика. Иногда произведения неизвестных авторов умудрялись надолго засесть в голову Вайолет, и она часами напролет размышляла о том, зачем люди пытаются найти талант там, где его нет.

Чтобы «Великолепный мир Хильды Хаунд» издал книгу, будущий писатель должен принести или выслать по электронной почте свое произведение с синопсисом и аннотацией. Затем книге дадут порядковый номер и отправят рецензентам издательства. Так уж случилось, что Вайолет являлась первым проверяющим. Далее новоиспеченного автора прочтет другой рецензент, и в случае положительного отзыва произведение отправится на проверку к младшему, а затем и к старшему редактору. Если книга с победой пройдет эти четыре ступени, то окажется на столе у директора издательства, а перед самой печатью еще и навестит корректора.

Дни тянулись, как жвачка, которую Вайолет наматывала на палец во время очередного чтения. Клубничный бабл-гам и прочие сладости вызывали у нее зуд, вслед за которым по всему телу разбегалась мелкая сыпь, порой мешающая уснуть. Несмотря на аллергию, на столе Вайолет, рядом с компьютером и желтой лампой, всегда стояла жестяная баночка, полная изжеванных резинок. У стены разместились небольшие часы, стрелки которых приходилось регулярно подводить.

Иногда восьмичасовой рабочий день растягивался еще на пару часов, когда Вайолет хотела поскорее закончить статью или проверку книги. Тогда она погружалась в раздумья, снова вспоминала о том, как она здесь оказалась, и, мечтая, представляла будущее. В момент очередных размышлений в дверь кабинета Вайолет уверенно постучали.

– Войдите! – сказала Вайолет сухо и поспешно взяла ручку, создавая образ серьезного занятого человека.

Слева от девушки открылась дверь, и в кабинет вошла стройная высокая блондинка, одетая в короткое пальто мятного цвета. Ее длинные ноги подчеркивали серые ботфорты с пряжкой. Вайолет свела брови.

– Я принесла сенсационную книгу! По крайней мере, я так думаю, – женщина улыбнулась, и по уголкам ее глаз разбежались крошечные морщинки.

– Как вас зовут? – небрежно бросила Вайолет, продолжая делать вид, что очень занята.

– Меня зовут Элен Подардж, – с улыбкой произнесла вошедшая, разглядывая заваленный стол Вайолет.

– Очередная Элен. С очередной сенсацией.

– Вы, как я вижу, очень заняты, – заметила Элен.

– Да. Как и всегда, – Вайолет начала писать первые, пришедшие на ум слова.

– У вас ручка закрыта. Колпачком, – неуверенно добавила Элен и осеклась.

Щеки Вайолет загорелись. Она остановилась, тяжело вздохнула и всем телом повернулась к посетительнице.

– Чего вы хотите? – спросила она.

– Я написала книгу. Думаю, она вам понравится, и вы ее издадите. Мне так не хочется ждать своей очереди… Это безумно долго. Можно ли как-то ускорить этот процесс? Я знаю, что вы очень ждете хорошую книгу. Я читала ваше объявление в газете и решила рискнуть. Возможно, я слишком высокого мнения о своем романе, но я уверена, он понравится людям.

– И вам станет легче жить. Верно?

– Безусловно!

– Вы видите, сколько книг, – последнее слово Вайолет произнесла с пренебрежением, – лежит вокруг меня? Вы думаете, это все появилось здесь сегодня? Или вчера вечером? Многое просто отправится в ту урну, которая стоит позади вас.

Элен перестала улыбаться и огляделась по сторонам.

– Каждый автор хочет, чтобы его прочли как можно быстрее. Поэтому, – продолжила Вайолет, снова развернувшись к столу, – ваша сенсация подождет пару месяцев в очереди, после чего, думаю, тоже отправится в урну, с которой вы уже успели познакомиться.

– И все равно, – снова заговорила Элен, убрав за ухо прядь соломенных волос. – Вы не потратите время зря, я вам обещаю. Здесь мой роман и все необходимые документы. Пожалуйста. Я знаю, что вы не одна решаете судьбу произведения, но вы даете шанс на то, чтобы оно обрело новую жизнь. Что вы теряете? Прочитаете вы очередную пустышку или… Если здесь все так же плохо, как и везде, вы можете отказать мне в печати. Только сообщите об этом, чтобы я не ждала. Не обнадеживайте меня. Вот мой номер, – она протянула Вайолет небольшую белую карточку с номером телефона. – Для меня очень важно знать, что вы за нее садились.

– Я ничего не обещаю, – заключила Вайолет и взяла визитку. – Мне уже сейчас не хотелось бы вас обнадеживать.

Элен замерла на пару секунд, а потом облегченно улыбнулась и сказала:

– Спасибо! Я буду ждать! Я буду держать кулачки… – она быстро покинула редакцию.

Вайолет снова осталась в полном одиночестве. После прихода Элен в кабинете появилось какое-то новое послевкусие. Незнакомка привнесла свежести в увядшую комнату. Здесь не так часто улыбались после разгромной критики, редко носили мятное пальто или светлые волосы, которые делали Элен значительно моложе. Хотя, цвет волос – это пустяк. Светловолосые дамы любили приносить сюда убогие мемуары, переписанные сплетни из чайных клубов или что-то настолько неважное или скучное, что могло бы уместиться всего в паре предложений. Часто инфантильные, чересчур наивные, эти писательницы словно опирались на сказки о принцах и принцессах. Писали о любви, в которой только одна грань, и она не знает измен, предательств и боли. Это то, во что всем хочется верить. Книги, в которых нет места полету фантазии и размышлениям. Стопки книг походили на корзины с идеальными персиками, всегда ароматными и сочными, сверху политыми самым сладким и свежим медом. Не страшно заляпаться, ведь фрукты оказывались пластиковыми. Так похожа ли Элен на всех этих блондинок?

Вайолет посмотрела на синюю папку, в которой лежала недавно принесенная «сенсация». Что же не так было в Элен? Почему в Вайолет проснулось любопытство? Разве есть что-то еще, способное заинтересовать ее? После прочтения нелепых историй обязательно появляется разочарование и нежелание заниматься этим дальше.

В кабинет Вайолет вошел мистер Кане и с любопытством оглядел рабочий стол.

– Слышал, к нам приходил новый писатель. Так? – спросил он, поправляя редкие русые волосы.

– Одна девушка с высокой самооценкой, – ответила Вайолет, окинув быстрым взглядом синюю папку.

– Высокая самооценка – не совсем плохо. Вы дали ее книге номер? Сколько у нас уже скопилось произведений?

– Да… – Вайолет потупила взгляд, задумавшись о том, чтобы прочитать книгу Элен вне очереди. Можно ли говорить об этой идее мистеру Кане? – Произведений… Те, что принесли в издательство, лежат в этой стопке. Здесь их штук шесть. Примерно столько же прислали на почту. Плюс три рассказа от миссис Бровски, которые она принесла в течение двух недель.

– Как это она умудряется их так штамповать?

– Вот бы знать.

– Ну ладно… Надеюсь, и на нашей улице будет праздник. Нам нужно привлечь новых сотрудников. Если мы начнем печатать книги, это значительно повысит наш рейтинг. А если народ надумает и дальше уходить от нас, «Великолепному миру» придется закрыться. Не представляю, что мне без него делать…

Вайолет с грустью посмотрела на директора. В воздухе повисла тишина. Мистер Кане еще пару минут постоял возле стола, тяжело вздохнул и ушел к себе в кабинет. Чем он там занимался весь рабочий день, Вайолет не знала. Перед ней все так же лежала синяя папка. Сможет ли роман Элен стать визитной карточкой издательства? Вайолет провела рукой по корешку папки. Наверное, есть смысл утолить любопытство, ведь до сегодняшнего дня так и не появилось ни одного стоящего произведения. Она открыла первую страницу, и перед ней тут же запестрели аккуратные буквы.

Глава 2. Грандиозная мечта Элен

Первый понедельник июня оказался теплым. Элен пила свежезаваренный кофе с молоком, сидя на кухне, залитой солнечным светом. Не отрываясь от газеты и чашки, она время от времени сдувала непослушную прядь волос, что лезла в глаза. Как обычно, у Элен было приподнятое настроение, и она включила один из любимых музыкальных альбомов Брайана Адамса «One a day like today»2. Когда заиграла песня «When you’re gone»3, к Элен подошел муж.

– Ты же не собираешься от меня уходить? – спросил он и стянул с тарелки печенье.

– Кошмар какой! Что за мысли? – возмутилась Элен.

– Я же просто спросил, – он засмеялся и ретировался с кухни, провожаемый неодобрительным взглядом жены. – Это ты сейчас уйдешь от меня на целый день… – заключила она.

Разве это честно: быть рядом лишь один день в неделю? Всего двадцать четыре часа выходного дня. А может, такая маленькая разлука нужна всем время от времени? Она дает возможность соскучиться и с нетерпением ждать встречи. Возвращаться домой, чтобы поскорее оставить все заботы за дверью и утонуть в объятиях любимого. Это умозаключение вышло приторно-сладким, но куда уж от этого деться, когда ты влюблена?

Уже десять лет Элен была замужем за Питером Подардж, а их любовь оставалась в самом расцвете, как это бывает у подростков. Такое случается очень редко. То, как будет складываться дальнейшая совместная жизнь, зависит от обоих влюбленных, но чаще всего кто-то один работает на отношения, а кто-то думает, что уже сделал все, что от него зависело. У Элен и Питера все совсем не так. Они дополняли друг друга и были очень похожи, если говорить о вкусах и точках зрения. Даже мысль о том, что стоит отложить рождение детей, пришла в их головы одновременно, и больше они к этому вопросу не возвращались. Почему? Муж открыл небольшую фирму по борьбе с вредителями, и такой бизнес отнимал у него много сил и времени. Еще Питера пугали ночные концерты детского плача, хождения на родительские собрания и переживания за ребенка каждый раз, когда тот снова упадет с велосипеда, дерева или качели. Питу не хватало уверенности в том, что он справится с непоседами и преодолеет страх нести ответственность за кого-то еще, помимо себя и жены. Элен же иногда мечтательно поглядывала на молодых мам с детьми, а потом снова возвращалась в реальность, где есть только она и Питер.

Продолжая пить кофе, Элен наткнулась в газете на рекламу книжного магазина, где работала продавцом-консультантом. Она с удовольствием рассказывала покупателям о книгах, отвечала на все вопросы, советовала произведения для каждого желающего. Элен по определению была доброжелательна и обходительна со всеми, поэтому нравилась людям. Ей вспомнилось, как недавно она заговорила с постоянной покупательницей о своей мечте написать книгу.

– Здравствуйте! – радостно поприветствовала Элен. – Наконец-то к нам пришла подарочная серия книг Спаркса. Вы так ждали ее.

– Не верю своим ушам, дорогая! Кузина будет в восторге от подарка! – Элен направилась к стеллажу с книгами, а полная женщина последовала за ней. – Спасибо, что выполнила мою просьбу. – Она расплылась в улыбке.

Элен улыбнулась в ответ, обошла полки с классикой и стихами, завернула за высоченный шкаф и остановилась. Что самое приятное в атмосфере этого магазина? То, что Элен сама решала, как его оформить. Она подходила к этому вопросу очень серьезно со всей своей педантичностью, что досталась ей от матери, прожившей в Германии от рождения и до замужества.

– Не за что. Всегда рада помочь! – Элен достала синюю коробку, в которой лежали книги.

– Ты так хорошо разбираешься в литературе, – заметила покупательница, усевшись в кресло. – Сама не пробовала что-нибудь написать?

Элен ненадолго задумалась, провела пальцами по глянцевой коробке и, поставив ее на журнальный столик рядом с креслом, ответила:

– Не хочу вас обманывать. Да, я пишу. Правда, все книги уходят в стол.

– Отчего же? Неуверенность в себе?

– Может, и так.

– Не попробуешь – не узнаешь. Нужно преодолевать все свои страхи. Идти через критику напролом. Это не должно тебя останавливать. Это может только подталкивать тебя к совершенствованию. И все. Как я всегда говорю: лучше сделать и пожалеть, чем пожалеть, что не сделал. Будет обидно узнать, что ты упустила хорошую возможность заявить о себе.

«Да, это было бы очень обидно», – подумалось тогда Элен. Стоит набраться смелости, чтобы мечта обернулась реальностью. Смыслом жизни Элен стал поиск вдохновения для новой книги. Ей хотелось отыскать удивительную историю, которая могла бы заинтересовать читателей. А что интересовало людей, которых она знала? Деньги, сплетни, любовь, путешествия. Возможно, стоит писать об этом? Элен верила, что рано или поздно столкнется с чем-то невероятным. Она надеялась на правдоподобность редкого сюжета и искала тот рычаг, который помог бы перенести историю на бумагу. Каждое утро за завтраком Элен перечитывала заголовки газет в надежде наткнуться на то, от чего бы ёкнуло собственное сердце.

Элен написала много разных рассказов, романов и повестей, которые не рассматривала всерьез. В каждом творении она находила множество недочетов и складывала рукописи в стол. Питер много раз уговаривал ее отнести хотя бы что-то в редакцию, ведь ее работу могли бы оценить по достоинству. Но Элен ждала, когда, наконец-то, напишет такое произведение, от которого сама будет в восторге.

Питер поцеловал Элен перед уходом на работу. На кухне продолжала играть музыка, а кофейный аромат растворялся в воздухе по всему дому. Элен считала, что ее жизнь сложилась весьма удачно: занятие любимым делом, отношения с любимым человеком и постоянное стремление к исполнению мечты. Элен хотелось написать книгу, увидеть ее на книжной полке и в старости осознать, что прожила жизнь не зря.

Когда Питер ушел, Элен допила кофе и снова взяла в руки газету.

«Футбольная команда «Энд-Спикс-Уэллс» на неопределенный срок потеряла свой талисман – веселого Кролика Роджера. Вчера вечером его госпитализировали с переломом левой лапы».

«В Баре «Ночной койот» во время потасовки были уничтожены двадцать три бутылки крепких спиртных напитков и одна десятилитровая бочка пива. Завсегдатаи этого заведения обеспокоены новой поставкой алкоголя».

«Издательство «Великолепный мир Хильды Хаунд» ждет новые произведения талантливых людей. Еще совсем недавно эта компания являлась одной из самых известных в городе и его пригородах. Но на сегодняшний день удача покинула ее, и корабль Хильды Хаунд терпит крушение. Мы ждем тебя, талантливый человек!»

– О, если бы мне было, с чем пойти к вам, – задумчиво произнесла Элен, перелистывая газету, – то я бы обязательно пришла…

«Несколько лет назад город потрясла загадочная гибель двух человек. Полиция списала это на несчастные случаи, но очевидно, что следствие зашло в тупик. Между тем, до сих пор ходят слухи, что в убийстве замешана влиятельная личность, которую на неизвестных основаниях задержали и отправили на лечение в психиатрическую клинику. Дело закрыли. Почему горожане до сих пор помнят об этом? Эта история не дает покоя и, скорее всего, уже через пару лет превратится в легенду, полную богатых вымыслов. Нужно остановить это и завершить расследование! Но почему полиция бездействует? Как жить в городе, где помощь не придет даже после смерти?..»

Элен перечитала небольшую статью еще пару раз, отложила газету в сторону и снова заварила кофе. На улице щебетали птицы, солнце играло лучами на крышах домов, но среди всей безмятежности затаилась какая-то трагедия. Человек умирает, а вокруг ничего не меняется. Автобусы продолжают ездить, магазины каждое утро открывают двери покупателям, а солнце все также встает, чтобы освещать улицы после долгой ночи. Никому нет дела, почему человек умер, и кто виноват. Будто его и не было совсем. Только родные не находят себе места и оплакивают утрату. От бездействия полицейских у людей появляется чувство незащищенности. Элен слегка передернуло. Она смотрела в окно, попивая кофе, с интересом следила за каждым прохожим и незнакомцем, что проезжал на велосипеде, и думала, как вытянуть информацию из такой короткой заметки в газете. Разве не странно, что убийца еще может быть на свободе, а помощи в решении этой проблемы ждать неоткуда? Почему СМИ должно постоянно ввязываться в подобные дела? Возможно, у них получится привлечь к этому простых граждан.