- -
- 100%
- +
© Тамара Владимировна Злобина, 2018
ISBN 978-5-4493-4797-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Глава 1. Встреча на трассе
Мотоцикл нёсся по трассе не соблюдая никаких правил. Во-первых: на мотоциклисте не было шлема – тот был престёгнут к багажнику, во вторых: водитель умудрялся лавировать между машин даже тогда, когда этого не позволял здравый смысл. Было ещё и в-третьих, и в-четвёртых. Создавалось впечатление, что парень несся на перегонки с самой Смертью.
Впереди по обочине дороги в сторону движения байка шествовала стройная, худощавая фигура чуть выше среднего роста. Узкие бёдра, обтянутые модными джинсами с живописными разрывами на коленях и чуть ниже, короткая кожаная куртка, за плечом рюкзачок. Мотоциклист решил, что это свой брат – байкер и подкатил к путешественнику, Тормоза взвизгнули, а из под заднего колеса полетели мелкие камешки, но путешественник даже не оглянулся.
– Эй, парень! – позвал гонщик. – Подвезти?… Я вижу нам по пути.
Только после этого фигура обернулась на голос:
– Вы это мне!
– О, мадам? – удивился мотоциклист. – Кажется я лажанулся…
– Причём очень сильно, – ответила «мадам».
– Никогда бы не подумал, что передо мной особь женского пола… – усмехнулся парень. – Волосы ёжиком, фигура подростка, одежда, как у нашего брата – байкера… Ну, пацан – пацаном… В крайнем случае – пацанка.
– Умозаключения закончены? – сверкнула глазами «пацанка», не согласная с дурацким определением – особь.
– Почти, – с удивлением выдал гонщик, – понимая, что этой мадам в рот палец не клади: вон с каким достоинством, даже можно сказать вызовом, держится. А смотрит как? Глаза колючие, в которых искрится бездонное синее море. – Вижу, что ошибался. Передо мной не пацанка, а красивая, вполне взрослая женщина, с душой дикой розы.
Взрослая женщина только слегка повела плечом, видимо, не собираясь отвечать на «дурацкое излияния» мальчишки. Лицо женщины в это время было таким далёким и в то же время таким знакомым, словно это был самый родной человек. Только кто он – гонщик никак не мог припомнить. Но едва на это лицо «набежала чёрная туча», ощущение родственности улетучилось, как эфир из открытого флакона.
– Ну, чего рот разинула? – поинтересовался мотоциклист. – Садись. Довезу.
– Мальчик, – засмеялась в ответ женщина, – ты хотя бы для приличия спросил по пути ли нам.
– Зачем? – вполне миролюбиво ответил тот. – Все дороги здесь ведут только по одному маршруту: море.
Он снял с багажника шлем и протянул его женщине с фигурой и глазами подростка.
– Что у вас считается особым шиком гонять на байке вот так – без шлема? – бросила женщина, слегка наклонив голову. – Чтобы все девчонки видели какой перед ними красавчик, и падали в обморок от восхищения?
Парень засмеялся в ответ, слегка откидывая голову назад:
– Просто боюсь испортить причёску! Зря что ли отвалил мастеру 100 баксов?
– Обалдеть! – удивилась женщина. -Многие на такие деньги живут целую неделю… Да, мальчик, нам явно с тобой не по пути – не помню, когда последний раз в моих карманах водились баксы…
– Да, ладно тебе, – слегка смутился парнишка, – я же не за деньги предложил довести, а так – по доброте душевной… Всё равно по пути.
Видя, что женщина колеблется, парень протянул навстречу руку, представляясь.
– Артём!
– Марина Леонидовна, – ответила женщина, словно не замечая его руки.
Глаза парня вспыхнули огнём протеста, но он подавил его.
– Ну, тогда и я Артём Владиленович! – озорно тряхнул кудрями парнишка.
– Редкое имя, – слегка удивилась Марина Леонидовна.
– Это Артём, что ли? – засмеялся а в ответ парень.
– Нет, Владилен, – ответила без тени улыбки женщина.
И добавила:
– Моего сына зовут Владиленом.
– Вот это совпадение! – удивился Артём. – Второй раз в жизни слышу это имя.
– И сколько сыночку? – поинтересовался он.
– Двадцать осенью исполнится. – ответила Марина
– Надо же! – восхитился парень, – А мне двадцать будет зимой. Повезло: 31 декабря родился! Вся Россия празднует мой день.
Женщина неожиданно вздрогнула и быстро посмотрела на парнишку, словно силясь что-то или кого-то припомнить. Её лицо в эту минуту стало каким-то потерянным и далёким. Но через пару секунд её чело разгладилось и она сказала:
– Да, уж – повезло.
– Ну, так мы едем, или нет? – поинтересовался Артём с наигранно безразличным видом, давая понять: если попутчица хоть на секунду ещё замешкается, то он рванёт с места в карьер, без сожаления оставляя её на обочине дороги.
В ответ женщина слегка усмехнулась:
– Едем.
Она ещё и устроиться толком не успела, а гонщик уже «надавил на газ». Марина крепко обхватила парня за талию, а байк уже летел по трассе, как на мотогонках, и «объятие» женщины с каждой минутой становилось всё крепче.
Мальчишка захохотал, как в фильме «Призрачный гонщик» с Николасом Кейджем:
– Держись крепче, детка! Я быструю езду люблю: свалишься – подбирать не стану.
Через несколько километров такой гонки Марине стало плохо. Она попыталась дать понять гонщику, чтобы он остановился, но тот уже вошёл в азарт, ничего не слыша и не чувствуя, кроме скорости, ветра в лицо, мелькающего по краям дороги пейзажа.
На повороте, когда Артём слегка сбавил скорость, Марина соскочила с сиденья, сгруппировавшись, как много лет назад, когда работала на Мосфильме каскадёром. Соскок был не совсем удачный и женщина, перекувыркнувшись несколько раз, улетела в кювет.
Кульбит был всё-таки неразумным и весьма небезопасным: даже опытному каскадёру было выполнить его непросто – тем более ей, ведь прошло почти десять лет.
Марина, слегка хромая, поднялась, отряхнула пыль с одежды. Живописные разрывы на коленях джинс увеличились ещё больше, к тому же их украшали зелёные разводы вперемешку с чёрными грязными полосами. На правом колене красовалась большая ссадина. Слегка прихрамывая, женщина поднялась на обочину и устроившись на траве, начала доставать из своего рюкзака баночку с лекарством и бутылку минеральной воды, которой она обычно запивала их.
Первым делом она промыла ссадину на колене, приложила к ней чистую салфетку и только потом высыпала из баночки на руку несколько таблеток и отправила их в рот,.
Сделав несколько глотков воды, она прикрыла глаза ладонью левой руки и так замерла, ожидая, когда начнёт действовать лекарство, и ей станет легче.
Тем временем, Артём, почувствовав, что за его талию больше никто не держится, резко затормозил, выезжая на обочину, и едва не завалил байк, не рассчитав траекторию торможения. Развернув байк в ту сторону, где потерял попутчицу, парень увидел, что та сидит на обочине дороги и что-то пьёт из бутылки.
– Ты что сдурела, мадам?! – поинтересовался он, подъезжая к женщине и едва сдерживая себя. – Тебе, что – жить надоело?! Почему я должен отвечать за твою жизнь?
Марина усмехнулась:
– Мы в ответе за тех, кого приручили.
И добавила почти равнодушно:
– Я просила остановиться – ты не остановился.
– Что, в туалет приспичило? – съязвил парень.
– Лекарство нужно было принять, – отреагировала женщина. – У меня, видишь ли, приём по часам.
– Гомеопатия что ли? – засмеялся Артём.
– Откуда про гомеопатию знаешь? – удивилась Марина.
– Моя маман ею страдает, – скривился парень, словно припоминая что-то не совсем приятное.
– А-а-а, понятно, – отреагировала Марина. -Худеет, наверное, маман?
– Давно и безнадёжно, – согласился парень. -У неё конфигурация испортилась от того, что в своё время меня произвела на свет…
Марина ничего не ответила на его выпад, не давая возможности сесть парню на «любимого конька». Женщина сделала ещё глоток из бутылки, закрыла баночку с лекарствами, и хотела уже спрятать всё в рюкзак.
– Попить не дашь? – сглатывая слюну, попросил Артём, и уселся рядом с Мариной.
Та молча протянула ему бутылку.
– Не заразно? – снова попытался съязвить тот.
– Для тебя – нет, – засмеялась в ответ женщина, и лицо её посветлело, становясь молодым и задорным.
– «Ну, прямо хамелеон!» – успел подумать парень, не-то с удивлением, не-то с восхищением.
Глава 2. Будем считать, что знакомство состоялось
– «Ну, прямо хамелеон!» – успел подумать Артём не-то с удивлением, не-то с восхищением.
И только тут его взгляд упал на ногу женщины.
– Ты просто сумасшедшая! – недовольно выдал он. – Не двигайся, я сейчас принесу аптечку: нужно обработать рану!
Парень почти бегом кинулся к байку и достал из багажника небольшую аптечку, открывая её на ходу. Достал оттуда йод, небольшой тюбик с какой-то мазью, широкий бинт и лейкопластырь.
Марина попыталась слабо протестовать, заявив, что уже промыла рану минералкой, но парень ответил твёрдо, словно старший в их «компании»:
– Сиди смирно, каскадёрша! Пока я не взбесился…
– Ну-ну, – язвительно ответила Марина, сдерживаясь изо всех сил, чтобы даже не поморщится, пока Артём обрабатывал рану йодом.
Парень открыл тюбик с мазью, выдавил немного на бинт, приложил его к ране и приклеил крестообразно пластырем.
Потом неожиданно поинтересовался:
– Переломов нет? Голова не кружится?
– Нет! – твёрдо ответила женщина, и глаза её подобрели: как давно за ней никто не заботился вот так, словно она маленькая девочка.
Артём подкатил байк поближе, посадил Марину впереди, удивляясь про себя тому, какая она худенькая и лёгкая.
– Почему ты решил, что я – каскадёр? – поинтересовалась Марина, ощущая тепло и силу парня, ровесника её сыну.
– Нормальная женщина никогда бы не решилась на такой кульбит! – низким голосом ответил парень, почти вплотную приближая своё лицо к лицу Марины.
О, этот мальчишка умел кружить голову девчонкам! Только он не взял в рассчёт, что перед ним – опытная женщина. Марина в ответ только криво усмехнулась, и Артём сразу всё понял.
– Теперь ты точно не сможешь соскочить! – сердито заявил он. – Я не позволю.
Артём вёл байк намного осторожнее, словно понял, что теперь он не один, и не имеет право рисковать жизнью другого человека.
Такая езда вполне устраивала Марину: в последнее время она перестала любить скорость и необоснованный риск.
– «Видимо, старею, – усмехнулась она про себя. – Начинаю бояться за собственную жизнь… Хотя к чему теперь этот страх? Снявши голову, по волосам не плачут».
Артём заехал на автозаправку, а Марина зашла в маленький магазинчик, но ничего стоящего там не нашла, кроме жевательной резинки.
Когда она вышла из магазинчика, парень уже собирался подать ей сигнал: вечерело, нужно было успеть поужинать и засветло добраться до ближайшего мотеля – ночью двигаться с пассажиром по трассе не было никакого смысла.
– Через несколько километров будет неплохое кафе – мы сможем там перекусить! – сказал Артём, вглядываясь в лицо женщины.
– Мне нужно попасть в аптеку, – ответила та, давая понять, что ей не нравится такое бесцеремонное разглядывание.
– Заедем! – согласился Артём, отводя взгляд. – Аптека в паре километрах от кафе.
Женщина показалась Артёму какой-то вялой, словно её внезапно начали покидать силы.
– Можно я сяду впереди? – неожиданно попросила она.
– Конечно, – не стал возражать парень. – Мне так будет спокойнее.
Он видел, что Марина держится из последних сил, но никогда в этом не признается – слишком горда.
Первым делом они заехали в аптеку. Марина назвала лекарства, которые ей нужны. Одно из них аптекарь выдала без разговоров, а второе давать отказалась.
– Но они один без другого – бесполезны! – запротестовала Марина.
– Нужен специальный рецепт! – стояла на своём женщина, глядя на заезжую красотку с таким презрением, будто та перебежала ей дорогу в самом болезненном сегменте человеческих отношений – любовном.
Марина достала из рюкзачка рецепт с красной полосой по диагонали.
Сердитая женщина мельком взглянула на бумагу и заявила с ухмылкой:
– В Москве сварганили? У нас такие бумажки не действительны! Много таких хитрожопых колесит по просторам России с такими вот филькиными грамотами!
– Это не филькина грамота, – слабо запротестовала Марина. – Мне этот рецепт выписывали в известной московской клинике… Там всё написано… Выдайте, пожалуйста, лекарство – мне оно необходимо.
– Ну, да – выдайте! – иронично зашипела аптекарь. – А потом отвечай за это увольнением, или в крайнем случае – зарплатой! Идите, дамочка, подобру-поздорову, пока я в полицию вас не сдала!
– Как вы разговариваете с клиентом, который по доброму просят вас выдать нужное лекарство?! – вступил в разговор Артём.
– И кто тут интересно у нас прорезался?! – уперев руки в бока поинтересовалась женщина. – Любовничек что ли малолетний?!
Лицо Артёма начало краснеть и он быстрым шагом подошёл прямо к прилавку.
– Но-но, не пугай, малолетка! А то я сейчас в полицию позвоню. Она тут рядом – через пару минут будет.
Артём засмеялся своим заразительным смехом, слегка откидывая голову назад.
– Вам знакома такая фамилия: Вероника Игоревна Скворцова? – поинтересовался он.
– Причём здесь Скворцова? – огрызнулась аптекарь.
– При том, что это – моя крёстная. – ответил парень. – И, если до неё дойдёт, что в ваших краях таким образом общаются с больными людьми – на следующий же день здесь будет комплексная проверка. Можете уже сейчас начать искать себе работу… Хотя сомневаюсь, что кто-то вас возьмёт после этого… Ну, разве, что поломойкой.
Парень достал из кармана куртки телефон.
– Ну, так звоню?
Лицо женщины за прилавком начало вытягиваться не-то от удивления, не-то от понимания, что с ней не шутят.
– Я выдам лекарство, – понизив голос, сказала она. – Но за него нужно заплатить – оно дорогое.
– По такому рецепту лекарство выдаётся бесплатно, – отреагировал Артём. – Наживаетесь на больных людях? Так и запишем!
Не говоря больше не слова, аптекарь нырнула куда-то под прилавок и зашуршала коробками.
Возникла через минут пять, вспотевшая, с покрасневшим не-то от напряжения, не то от злости, лицом, и без слов шлёпнула нужное лекарство на прилавок.
– Вы ничего не забыли? – поинтересовался парень.
Аптекарь сделала непонимающую физиономию.
– А извиниться перед девушкой за оскорбление должен я за вас?
– Извиняюсь! – буркнула аптекарь.
– О, Боже, какое бескультурье! – сморщился Артём. – Кто так прощения просит?… Девушка, извините меня, пожалуйста… Ну, я жду!
– Девушка, извините меня пожалуйста! – повторила аптекарь почти со зверским выражением лица.
– А теперь то же самое, но с доброй, тихой улыбкой, – настаивал парень.
– Не нужно. Артём, – вступила в разговор Марина. – Отпусти женщину с миром… Возьми «боржоми» и подай мне, пожалуйста, лекарство.
– Как скажешь, дорогая! – отозвался Артём.
И добавил, обращаясь к провинившейся:
– Пару «боржоми», йод, два бинта – широкий и узкий, и витамины С… Сколько с меня?
Парень расплатился, внимательно посмотрел на аптекаршу, словно запоминая её – та даже съёжилась под его взглядом.
Марина выпила несколько таблеток, запив их минеральной водой и поднялась со стула, опираясь на руку парня.
– Пошли? – спросил Артём, бережно поддерживая женщину и глядя на неё с состраданием. Марина даже не догадывалась, что Артём по названию лекарства уже всё понял, ведь у него вся семья медики, да он и сам учился в медицинском институте.
Артём и Марина сидели в кафе и парень видел, как силы постепенно возвращались к женщине, а её бледное лицо начало слегка розоветь.
Парень заказал бутылочку хорошего красного вина, два мяса с кровью и салаты – овощной и фруктовый.
Женщина пыталась отказаться и от вина, и от мяса, но Артём настоял, чтобы она поела и, непременно выпила вина.
– До следующего утра у нас не будет возможности подкрепиться, – сказал он. -Кафе закроется через пару часов, а больше нигде поблизости ни одного пункта питания… Ну, что, Марина Леонидовна, будем считать, что наше знакомство состоялось?
Глава 3. Врач – это не мужчина
В мотеле оказалась только один свободный номер. Марине это категорически не понравилось.
– В номере большая двухспальная кровать! – уверял её администратор Николай, не понимая, что хочет эта странная женщина, путешествующая с молодым спутником.
Он думал озадаченно:
– «Если это молодой любовник, то какой смысл сейчас устраивать „показные выступления“? Если это сын – тем более не стоит вставать в позу. А, если просто попутчик? Ну и что? Можно лечь с двух сторон кровати – оба достаточно худые и стройные, ещё и в середине кровати места останется достаточно!»
Вслух же Николай сказал:
– Больше ничем вам помочь на могу. Или берите то, что есть, или, как говорится, ауфвидерзеен майне кляйн…
– Берём! – твёрдо отреагировал на его слова Артём. -Тебе нужно отдохнуть, Марина, иначе завтра не сможешь продолжить дорогу.
Марина прекрасно понимала, что Артём прав, но она боялась, что глазастый мальчишка, выведет её на чистую воду – держалась просто на морально-волевых, следуя своей жизненной привычке: стоять до последнего, даже тогда, когда давно пора упасть.
Пришлось согласится: иного жилья нигде поблизости не наблюдалось.
Артём взял у администратора ключ от номера, сказав, что как только устроится подойдёт к Николаю, чтобы тот смог заполнить журнал «посещения».
– Паспорт не забудьте! – предупредил его Николай.
– Не бойся, приставать не буду! – буркнул по дороге Артём. – Ни сил нет, ни желания.
– Не хами, мальчик! – парировала Марина. – Кажется, я не давала тебе никакого повода для этого.
– Прости, – отреагировал мальчик. – Не переношу, когда мне не доверяют.
Марина ничего не ответила: у неё, действительно, не было ни сил, ни желания.
Номер был небольшим, но вполне чистым и уютным. Главным украшением интерьера была кровать – огромная, почти белоснежная, под балдахином.
– Как в знатных домах ЛондОна! – воскликнул Артём, тихо присвистнув.
– Приходилось бывать в таких домах? – автоматически поинтересовалась Марина.
– Приходилось, – согласился парень, даже не пытаясь объяснить как, зачем и почему.
– Ну-ну, – привычно отреагировала Марина, и добавила:
– Интересно кроме кровати тут есть ещё хоть что-нибудь?
– Например, что? – вопросительно поднял бровь парень.
– Например, ванная. – ответила женщина. – Или хотя бы душ.
Артём проверил, куда ведут две двери в глубине номера.
– А вот тебе и ванная с душем… И туалет… Что ещё нужно для простого человеческого счастья?… Ты первой в душ, или я?
– Давай ты, – ответила Марина. – Я обычно долго плещусь.
– Хорошо, – согласился парень. – Принять освежающий душ после долгого дня – самое то!… Первый – пошёл!
– Иди-иди, мальчишка, – улыбнулась в ответ женщина. – Не задерживай очерёдность.
– Не боись, Леонидовна, – отвязано отреагировал Артём, – Минут десять – и я, как огурчик!
– Зелёный и в пупырышках? – засмеялась та, устраиваясь в одном из кресел возле журнального столика.
– Ну-ну?! – с ноткой недовольства отозвался Артём, не желая признавать себя зелёным, да ещё и в пупырышках.
Пока Артём быв в душе, Марина успела принять лекарство и попыталась расслабиться: отдых ей был сейчас просто необходим, как воздух. Она явно переоценила свои силы и сейчас сожалела, что не стала ждать друзей, которые только через неделю собирались отправиться в Сочи на своей машине, и приглашали её ехать с ними. Если честно, Марина не знала есть ли у неё в запасе эта неделя.
Как сказал её лечащий врач: разговор идёт о сутках, если не о часах, уверяя, что он сделал всё, что мог.
– Вот, если бы вы, Марина Леонидовна, согласились на операцию, то я ещё мог вам обещать год-другой… Возможно, даже больше, если операцию провести в ближайшие дни.
– Вы же знаете, Пётр Петрович, что у меня никогда не будет такой суммы, которую вы озвучили, – ответила Марина, не выказывая ни капли сожаления.
– А друзья? Спонсоры? В крайнем случае кредит? – спросил Пётр Петрович, всё ещё надеясь, что сможет уговорить эту упрямую женщину не оставлять борьбу с коварной болезнью.
Её пребывание в нирване, прервал возглас Артёма:
– Душ свободен. Второй пошёл?
– Сейчас, – ответила Марина, всё ещё с закрытыми глазами.
– Марин, не засиживайся! Пока горячая вода есть. Каждую минуту может закончится… Это же не Москва.
Марина пересилила себя, и отправилась в душ, А Артём меж тем улёгся на постель поверх покрывала, наслаждаясь тишиной и лёгкостью.
День начавшийся так хреново – с нравоучений отца и истерики матери, заканчивался даже ничего себе: чистая постель, душ, прекрасная попутчица совсем рядом – за дверью душа.
– Странная она всё таки женщина – эта Марина! – восхищённо подумал Артём, – То перед тобой озорная девчонка-ровесница, то светская дама, то повидавшая жизнь женщина… И главное: не известно, что ожидать от неё в следующий момент… Нет, с такой не скучиваешься!… Маман в сравнении с ней – пресная, однообразная, скучающая дама, которая всё уже видела, всё знает и ничего от жизни не ожидает. Да и отец ей под стать… А ведь они – приблизительно одного возраста.
Прошло полчаса и Артём заволновался:
– Что она там утонула что ли?…
– Марина, ты как? – позвал он.
Но из душа доносился только слабый шум воды.
Парень соскочил с постели, как ошпаренный, и кинулся к двери.
– Марина, – постучал он в дверь, – ты, что заснула что ли?!
Но ответа не последовало.
Тогда он толкнул двери ногой. Дверь распахнулась, и парень увидел, что худенькое тело женщины лежит в ванной без движения, а душ льёт на неё струи воды, стекая затем через открытый сток.
– Марина! – кинулся к ней парень, даже не задумываясь о том, что перед ним совершенно нагая женщина, и, что ей будет не совсем удобно, когда она очнётся.
Но женщина не отзывалась, и Артёму пришлось доставать её из ванной и нести на кровать. Он уложил Марину на подушки, прикрыл её банным махровым халатом и, торопливо натягивая джинсы, соображал, что нужно делать в случае потери пациентом сознания.
Пришлось бежать к байку за аптечкой, ведь там был и нашатырный спирт, и китайская «звёздочка», и ментоловое масло, которое может пригодиться для того, чтобы растереть пациентке стопы и ладони: их преподаватель по пресловутой гомеопатии как-то говорил, что это помогает в случае упадка сил или понижения давления.
– Придётся использовать подручные средства, – с сомнением произнёс парень, – не особенно доверяя гомеопату. – Всё равно ничего другого нет.
Перед тем, как начать процедуры, Артём, переборов своё интеллигентское воспитание, залез в рюкзак Марины и нашёл там несколько листов, исписанных привычным почерком медработника, понятным только ему самому. Тут была и выписка из знакомой Артёму клиники в Бутово, заведующим которой был его отец.
Из этой выписки стало ясно, что пару дней назад Суворова Марина Леонидовна была выписана из отделения онкологии, после проведённого курса лечения, с перечислением всех мероприятий и средств.
– Так вот почему у неё такие короткие волосы! – сделал вывод Артём. – После химиотерапии… «Хронический лейкоз 4-ой стадии. Рекомендовано проведение трансплантации костного мозга»…
Артём отложил выписку и взглянул на женщину: чрезмерная худощавость, бледное лицо, синие ногти, небольшие трещинки в углах губ, обширные синяки от падения с мотоцикла, носовое кровотечение.
– Как же я раньше не обратил внимания на все эти симптомы? – удивился он. – Ведь видел, что с Мариной не всё в порядке… Может права мать, что я равнодушный и бессердечный тип, не думающий ни о ком?
– Хватит рассуждать, Артём Владиленович! Ты же будущий врач… Давай «оживляй» пациентку, пока не поздно.
Первым делом он поднёс к носику Марины ватку с нашатырным спиртом, и та, наконец, открыла глаза.
– Что со мной? – поинтересовалась она слабым голосом.
– Ты потеряла сознание прямо в ванной, – ответил Артём, – и я перенёс тебя сюда.
Лицо Марины начало предательски розоветь, покрываясь краской стыда.
– Не красней! – строго отреагировал Артём. – Как говорит наш профессор: на службе врач – не мужчина. Мужчиной он становится только поле окончания своего служебного долга.