Заблудившийся в мирах
- -
- 100%
- +
–А вдруг гости?
–Здесь в гости ходят только по приглашению!
–Хорошо! Хорошо! – сказал я и снял платье.
Я только снял платье, когда в дверь вбежал сынишка, двое мальчишек и девочка, примерно одного с ним возраста.
–Вот, мой папа! Он – король, видите?
Он подбежал ко мне и ткнул пальчиком в татуировку и железного дракона висевшего у меня на шее.
–А можно его потрогать?
От неожиданности я сразу разрешил. И в следующие мгновение дети окружили меня. Они разглядывали и вертели дракона со всех сторон, едва не поцарапав мне грудь его острыми крыльями. Набитый на руке цветной рисунок тоже не остался без внимания. Его даже терли, пытаясь, убедится, что краска не стирается. Дети засыпали вопросами, на которые я не мог ответить, но в этот момент вмешалась Лилия. Она сразу сказала, чтобы они приходили чуть позже. И что мы сейчас будем кушать. Дети убежали во двор.
Вскоре прибежал Сема-младший, и мы все вместе уселись есть. После завтрака я отправился на Агору, к торговцу артефактами. Отыскав его в глубине лавки, я попросил его съездить со мной в Вейлинвиль после Мархаира. Он любезно согласился, сказав, что всегда рад помочь сыну своего друга.
Попутно зашел в гостиницу «Золотой век». Встретив Антона Юрьевича, спросил его, как далеко находится Вейлинвиль.
–А что ты там забыл? – спрашивает он. Я ему вкратце пересказал то, что со мной приключилось.
–Да, это парадокс! Мда-а, такой невероятной истории, я еще не слышал. Но этот мир сам по себе необычный, а значит в нем все возможно, даже самое невероятное. Мы же попали сюда. Но раз это случилось, то я, парень, тебе не завидую!
–Почему?!
–Это трудно объяснить, но если начнутся возмущения полей, ты -первый, кто станет жертвой зеркальной болезни. Так что советую поторопиться с обустраиванием своей жизни.
–Что это за болезнь и почему ее называют зеркальной?!
–Я не знаю, как она протекает, но как мне рассказывали, человек раздваивается, как бы перерождается.
–Это как?
–Это, если бы ты, глядя в зеркало, увидел, как твое изображение вышло к тебе навстречу и поздоровалось за руку, но, как правило, это убивает обоих. Бывает, люди переболеют и все. Этот урон проявляется в разной степени тяжести: у кого на теле, у кого на лице или руках. Ну, типа сиамских близнецов.
–Но это связанно с генетикой или это не так?
–Сходство есть, но протекает оно иначе. А еще рассказывали, что если человек в момент критического момента зеркальной болезни не перерождается, то он может ходить по мирам, как мы переходим из одной комнату в другую. Но лично я считаю это вздором чистой воды. Еще не было таких людей. Тела находили в разных частях мира. Я, к счастью, не видел, но говорят зрелище не для слабонервных,– закончил Антон Юрьевич, протягивая мне бокал с вином.
–А замок Вейлинвиль, все-таки, где находится?! – не унимался я.
–Вейлинвиль находится в двух днях пути к северу отсюда, за «перевалом ветров». Советую взять теплую одежду, если не хотите, чтобы вас просквозило.
Тут я услышал голоса друзей, спускающихся по лестнице.
–О дружище, Сема, или тебя теперь зовут Ваше величество?! – спросил иронично улыбающийся Денис.
Я поднялся с кресла и по-дружески пожал им руки.
–Ребята, перестаньте, вы же знаете, из меня такой же король как из вас космонавты!
–Ну, как доберешься до своего дворца, ты и нас на тепленькие местечки пристрой по-дружески, ладно? – с иронией сказал Денис.
–Да ладно вам измываться, вы про судью не забывайте!
–Ну, Сема, сегодня праздник такой, а ты с утра настроение портить начал. Ты лучше расскажи, как брачную ночь провел, женишок! Может, ещё в каком мире семью завел? и помалкиваешь?!
–Ай, да перестаньте. Вы-то как провели время?!
–Сперва выпили вина, а потом пошли молоденьких девушек кадрить со всеми вытекающими отсюда последствиями. Отдохнули по полной программе. Кроме этого, нам работу предложили. Мы и тебе тоже подберем. После праздника уже начнем, если не удастся вернуться в наш мир, хотя и здесь здорово жить можно. Кстати, с праздником Мархаир!
–А вы, кажется, уже совсем обвыклись?! – спросил я.
–У нас наставник хороший! – и они посмотрели на Антона Юрьевича.
–Ну что, господа студенты, поехали на праздник?!
–Поехали! Только я своих ребят возьму!
–Да, сейчас заедем!
В этот момент пришел слуга и сообщил, что у дверей стоит женщина с ребенком и спрашивает Сему.
«Твоя семья пришла. Иди к ним и пригласи войти»,– сказал Антон Юрьевич.
Я поднялся и пошел к выходу. Лилия и Сема-младший стояли в праздничных платьях и рассматривали гостиничный парк. Когда я появился в дверях, Сема-младший побежал мне навстречу, будто не видел меня вечность, а не несколько часов. Он так быстро бежал, что я за него испугался и пошел к нему навстречу. Когда на последней ступеньке он запнулся, я нагнулся и, поймав налету, поднял на руки. Маленькие ручки крепко обвили мою шею. Я посмотрел на Лилию, которая стояла внизу, и заметил на ее красивом лице слезы. Я сбежал со ступенек и обеспокоенно спросил, почему она плачет, ведь все обошлось. Она, всхлипывая, ответила: «Я впервые так счастлива как никогда». Я взял ее за руку и повел по ступенькам в гостиницу. Представив ее Антону Юрьевичу, я поднялся в номер, взял оттуда часы, что привез из своего мира и вручил их ей, сказав: «Когда сын подрастет, подаришь эти часы ему».
–Ты сам подаришь! – сказала Лилия.
Я замялся, и сказал, что у меня весьма велики шансы, заболеть этой зеркальной болезнью.
Я увидел, как в ее глазах сразу потух огонек, она взяла часы и поцеловала меня.
–Эй, голубки, вы идете на праздник или как?! – раздался снизу Денискин голос.
–Почему они к тебе так обращаются, ты же Владыка?! – спросила Лилия.
–Любимая, что я – Владыка, я узнал только вчера. Что за замок, я даже понятия не имею. Может, это все ненастоящее, подделка? – показывая на дракона, сказал я.
–Но флаг в ларце, он настоящий, я сама его в руках держала. Я видела карету с твоим гербом два года назад, она проезжала мимо моего дома. Это все настоящее. Я знаю.
–Ну, хорошо, пускай будет так. Только поехали на праздник, я ведь еще не был на религиозных праздниках в этом мире.
–Ну, вы едете или нет?! – раздался голос на этот раз уже Максимки.
–Едем! Конечно, едем! – откликнулся я.
Как только Лилия спрятала часы в мешочек с деньгами, мы быстро стали спускаться по гранитной лестнице вниз. Через десять минут все уже сидели в коляске и ехали по направлению к тоннелю. По всем дорогам, ведущим к тоннелю, ехали повозки, коляски и кареты. Целая вереница их исчезала в чреве горы. Часа через три мы выехали с другой стороны горы и, миновав башню дорожных рыцарей, проследовали в сторону Ериркара.
Мархаир
Много ли, мало ли ехали, не знаю, но вскоре мы остановились перед огромным полем, заставленным рядами повозок, колясок, простыми телегами и двуколками. Мы оставили коляску, и пошли в город уже пешком, как и все остальные. Только кареты владык могли проехать в город. Вдоль дорог стояли рыцари порядка и много дорожных рыцарей. Наконец мы вышли на главную площадь. Перед дворцом Мирового судьи собралась огромная толпа народа. Все жаждали увидеть императора, настоящего, живого императора.
«У нас президента так не встречают, как здесь императора»,– шепнул я на ухо Дениске. Он улыбнулся. Тут я заметил вопросительный взгляд Максимки и Лилии. Я шепотом объяснил Лилии, что у нас тоже есть свой император, но у нас его так торжественно не встречают. Денис также шепотом на ухо повторил мои слова своему брату.
Мы стояли в самом конце площади, когда Сема-младший начал всхлипывать из-за того, что не может увидеть императора, а отойти от нас боится. Я вспомнил, как меня на своих плечах носил отец моего мира, когда я был маленьким. Не задумываясь, я поднял Сему-младшего и посадил себе на плечи. «Папа, я его вижу!» – сказал Сема- младший и стал рассказывать, как он одет и как выглядит. Над толпой пробежал ропот, и я услышал, как из громкоговорителей раздался твердый голос: «Его величество император Фридрих Второй!» Где-то запели гимн. Все без исключения склонились до земли. Я понял, что я тоже должен поклониться. Но, едва стал наклонять голову, почувствовал, как Сема-младший стал соскальзывать с плеч и я остановился. Только сейчас я увидел самого императора. Он стоял на верхней площадке дворца Мирового судьи в окружении свиты. Фридрих Второй стоял прямо перед лестницей в сверкающей на солнце золоченой одежде и золотой короне, усыпанной драгоценными камнями и переливающейся как цветомузыка, лучами всех цветов радуги. Люди буквально легли на землю. Остались стоять я с Семой-младшим на плечах, гости, которых мы видели в первый день своего прибытия и еще несколько человек в странных одеждах. Те люди, что стояли в первых рядах, только наклонили голову. Судя по всему, они представляли аристократию или были Владыками. Еще остались стоять в полный рост дети, которые смотрели на императора с широко раскрытыми глазами.
–Эй, ты, с ребенком на плечах! – раздался голос из громкоговорителя.
–Подойди сюда и сними ребенка!
–Господи, Сема! Ты не можешь куда-нибудь не вляпаться?! – раздался голос Дениски снизу.
–Парень, ты попал в немилость императора, я тебе только посочувствовать могу! – сказал еле слышно Антон Юрьевич.
Я тяжело вздохнул и побрел к лестнице, стараясь придумать, что ответить императору на вопрос, почему не сделал так, как все остальные. Осторожно ступая среди людей, я подошел к лестнице, присел, спустил с шеи Сему-младшего. Дракон больно царапнул грудь и выскочил на внешнюю сторону платья. Я был в некоторой растерянности и не успел убрать его обратно.
Взял сынишку за руку и медленно стал подниматься по мраморным ступеням дворца. В воздухе витала напряженная тишина. Только тихий ропот доносился с площади. «Остановись!» – приказал Фридрих Второй, когда мы почти достигли последней ступени. Я остановился и поклонился императору, цепочка звонко звякнула и дракон, раскачиваясь, отделился от груди.
-Я вижу у тебя знак властителя, но почему ты не поклонился сразу?! – спросил император.
–Ваше императорское величество, на моих плечах сидел мой сын. А дети – будущее Объединенного королевства. Он может быть рыцарем порядка или хранителем справедливой власти, которая будет надежной опорой вашего трона,– не знаю почему, но про детей и все остальное говорить как-то само собой получилось.
–Ты смел и честен! – произнес Фридрих Второй.– «Поднимись выше и подойди ко мне». Я выполнил его приказ и заметил, что суровый тон императора смягчился, и он громогласно объявил: «Я рад, что в Объединенном королевстве есть честные и смелые люди!»
–Мои подданные, праздник начинается! Гуляйте во благо Объединенного королевства и помните, что только честность и доброта должны править нашим миром.
После краткой речи император попросил меня остаться. Он прекрасно видел, что я с радостью скрылся бы с его глаз вместе с сыном, думая; «Чего только не наговоришь со страха».
На площади заиграла музыка веселье и празднество началось.
–Что-то я тебя не вспомню, юный властитель?! – сказал Фридрих Второй.
Вопрос был поставлен ребром, и выкручиваться было просто опасно, но и всю правду говорить было тоже рискованно.
–Вы правы, ваше величество, я не был у вас на приемах, так как наследство получил только вчера! – и, вспомнив, что говорил торговец, показал свою татуировку.
–Так ты, значит, из старинного рода Саттэров. Я слышал его печальную историю и мне очень приятно впервые увидеть наследника дома Саттэров и его верных традиций!
Император явно вспомнил что-то веселое, связанное с родом Саттэров, и рассмеялся.
–Ты честен и это мне нравится. Мне нужны при дворе честные Владыки.
–Я почту за честь быть при дворе! Вот только я еще не был в своем имении. Позвольте мне уладить дела, прежде чем прийти к вам на службу?!
–Мне хотелось бы видеть при дворе такого молодого и честного Владыку, не искушенного роскошью и богатством!
–Ваше императорское величество, не гневайтесь, но при дворе любой не устоит от искушения!
–А ты умнее, чем кажешься! – произнес Фридрих Второй, усаживаясь на трон.
Я вновь поклонился. Сема-младший не упустил момента коснуться парчового одеяния императора. Я пригрозил ему пальцем, но императору это видимо доставило невероятное удовольствие.
–Разрешите, ваше величество, с вашего позволения, повеселиться в этот чудесный праздник?!
–А ты не прост, наследник дома Саттэров,– благосклонно произнес император.
–Празднуйте, славный род Саттэров.
Я откланялся. Сема-младший тоже нечто похожее изобразил. Отходя от императора лицом к нему, мы дошли до ступеней, и я заметил странные улыбки у придворного окружения. Придворные дамы смотрели на меня как кошки на сметану. Только дойдя до первой ступени, я повернулся, и стал быстро спускаться с лестницы, стараясь не поддаваться панике, которая охватила все мое существо. У меня было такое чувство, какое, наверное, испытывает муха, попавшая в паутину к голодному пауку. Но дружественные похлопывания по плечу и радушное одобрение моих слов развеяло мое смущение, и я присоединился к всеобщему веселью. Когда я добрался до своих друзей, они с чувством похлопали меня по плечу и похвалили.
–Сема, ты молодец. Такую речь замутил, я даже не ожидал! – сказал Максимка
–Молодец, за словом в карман не полез! Я бы обделался от страха, а ты молодец, всем нос утер! – сказал Денис.
–Я сам не понял, чего со-страху наговорил, все-таки как ни как император!
Вокруг царило всеобщее празднование и ликованье. За площадью расположился бродячий цирк, который приехал на праздник со слонами и всяким зверьем.
Представление было великолепным. Я смотрел на акробатов и скоморохов, чувствуя себя маленьким. Сема-младший просто прыгал от радости на моей шее, столько у мальчишки было восторга от праздника. Лилия, стоя рядом со мной, просто светилась от счастья.
Когда на арену вышли борцы, я впервые увидел, как фанатично болели мои друзья за понравившегося им борца. Праздник захватил меня и всех остальных горожан своим весельем и понес по улицам, пестрившим праздничными разноцветными красками. Такого праздника даже в моем мире не бывало. Праздник, подобно бразильскому карнавалу, привносило все новые и новые выступления с прославлением императора и поздравлением друг друга со светлым праздником Мархаир. Гуляли весь день и ночь. Всю ночь городскую площадь освещали фейерверки и салют. Представления шли по всему городу и на любой вкус: начиная от бросания колец на колья и кончая петушиными боями. Под самое утро место на поле перед городом, где оставляли коляски и телеги, прибывшие на праздник жители, стало заметно свободней. Люди постепенно возвращались по домам, чтобы отдохнуть до следующего дня. Мы сели в коляску и отправились в обратный путь.
До решения Светлого совета оставалось пять дней.
Я решил воспользоваться этими днями и съездить с другом отца посмотреть на неожиданно свалившееся наследство. Лилия боялась моего исчезновения больше, чем я сам. Она не хотела меня отпускать от себя и отправилась вместе со мной. Я же боялся за Сему-младшего, за то, как он перенесет дорогу. Но потом подумал и решил, что мужчину надо воспитывать из мальчика, а не из подростка. Проснулись мы рано и сразу отправились на встречу с торговцем артефактами. Когда я подошел к лавке, она была еще закрыта, а позади нее фыркала лошадь. Я подошел к повозке и увидел спящего торговца. Немного потормошив его, я дождался, когда он откроет глаза.
Увидев меня, он радостно произнес: «Со священным праздником вас, молодой господин!»
–Извини, забыл как твое имя? – растерянно спросил я.
–Назир, молодой господин! – ответил торговец.
–Назир, не зови меня так. Чтобы быть господином, мне еще многому научиться надо. Я тоже тебя поздравляю со священным праздником Мархаир!
–Благодарю вас, молодой господин!
–Назир?!
–Ну, а как мне вас называть?!
–Семен, просто Семен! Ну что, отправляемся или как?!
–Сию минуту, а девушка с Вами? – спросил Назир.
–Теперь это моя семья! – ответил я.
–Семион! – пытался произнести Назир. Я понял, что к таким сложным именам тут не привыкли. Я сказал Назиру, пусть он просто зовет меня Семой или наследником, как ему проще.
–Наследник Сема, ты женат?! -спросил Назир.
–Можно и так сказать! У меня и наследник, как видишь, есть! – и я с удовольствием потеребил Сему-младшего. Тот только посмотрел своими блестящими детскими глазами из-под челки на меня.
–Когда мы приедем в замок, хранитель вам все подробно расскажет о традициях дома Саттэров.
Мы ехали по утреннему сонному поселку, отдыхающему после первого дня праздника, чувствуя как жаркое, палящее солнце, безжалостно печет нам спины.
Проезжая много поселков и деревень, я замечал в некоторых еще недостроенные дома как из камней, так и из красного кирпича. Значит, у Антона Юрьевича дела, в самом деле, пошли в гору. Неслучайно он ребятам предложил места «смотрящих». Они должны приглядывать за строительством объектов и вовремя отправлять материалы. Строительную компанию Денис как-то шутливо назвал именем «Золотой век» и за это Антон Юрьевич налил ему целую кружку вина и сказал: «За идею!»
Вскоре появились белые шапки гор. Их склоны были покрыты густым лесом. «Вот за той горой начинается земля Саттэров. Она принадлежала им с незапамятных времен. Когда еще великий воин Саттэр бился с треглавым змеем, державшим в страхе все горные племена. Он влюбился в девушку, похожую на Аларис, которая должна была стать жертвенной данью для треглавого змея. Он в одиночку, при помощи ловкости и мудрости, победил змея, снял проклятие с этих гор и женился на черноволосой красавице Аир. Он объединил под своим щитом все горные племена по ту сторону «перевала ветров» и тем самым положил начало новому королевству.
Много веков прошло с тех пор, много всего произошло. Но символ щита и рвущегося из него саблезубого тигра, ставший гербом древнего рода Саттэров, всегда спасал от бед это великое королевство.
Были великие битвы и поражения, королевство постепенно стало частью других королевств, став с веками северной крепостью. Но она, как и прежде принадлежит Саттэрам».
–Назир откуда ты столько знаешь о роде Саттеров? – спросил я.
До великой войны я был одним из хранителей. Наша обязанность искать и находить пропавших или похищенных наследников. Мы с Лилией переглянулись и посмотрели украдкой на Сему-младшего, который сидел и с широко раскрытыми глазами ловил каждое слово из рассказа Назира.
–И как часто похищают наследников?! – спросил я, чувствуя, что на душе появляется тревога. Раньше часто похищали, но с целью выкупа. Род Саттэров очень богат. И многих нашёл? Двоих, первого я искал из рода Барталомью, его похитили прямо с его дня рождения черные лорды, но этот мальчишка много попортил им крови. Мне удалось его вернуть, после этого я получил хорошее вознаграждение. Потом ко мне обратился ваш отец, жаль он не дожил до вашего возвращения.
–Как часто?! – повторил я свой вопрос, чувствуя, что подкатывается нешуточная боязнь.
–Трудно сказать на моем веку только дважды! – ответил Назир. После этих слов тревога отпустила, но на душе все равно остался неприятный осадок. Мы подъехали к ущелью. Между гор дорога стала хуже, и нас стало сильно трясти. Мы уже ехали между двух гор, когда прохладный ветерок ослабил солнечное пекло. Плечи уже так не жгло и даже стало свежее.
г
Горы стали подступать друг к другу все ближе и ближе, а ветер из легкого и приятного превратился в холодный и промозглый. «Мы подъезжаем к «перевалу ветров», вот накиньте!» – сказал Назир, и показал на мешки, что лежали в телеге. Я достал дорожную одежду, в которую мог закутаться просто как в одеяло. Лилия достала одежду для себя и Семы-младшего. Назир также оделся. Затем мы продолжили свой путь, сразу почувствовав, почему перевал получил такое название. Ветер, казалось, дует со всех сторон одновременно. Если бы не теплые платья, то в своих легких одеждах мы наверняка схватили бы воспаление легких.
Уже стемнело, когда впереди мы увидели светившийся огонек.
–Нам надо отдохнуть и набраться сил. Завтра утром самый тяжелый отрезок пути,– сказал Назир и направил лошадь на огонек. Мы подъехали к постоялому двору, возле которого ветер превратился в легкое дуновение, отчего показалось немного теплее. Назир позвонил в колокольчик, висевший перед воротами, и вскоре в маленьком окошке появилось круглое лицо хозяина.
–Отворяй-ка нам двери, хозяин! К тебе гости на постой!
И вот зашумели засовы и заскрипели петли раскрываемых ворот. Мы въехали во двор. Спускаясь с телеги, я осторожно взял на руки, Сему-младшего и направился к входу. Лилия последовала за мной.
–Хозяин, подскажи куда идти?!
–Минуточку, милые господа, только ворота закрою.
–Назир, через, сколько времени к нам присоединишься?!
–Очень скоро, мой господин!
–Назир! Я же просил?!
–Простите, молодой Саттэр! Ну, вот совсем другое дело, Назир! – произнес я, поймав себя на мысли, что так Назир меня еще не называл. «Ну, какой я господин имея среднее специальное образование и профессию слесаря, по которой даже не работал»,– рассуждал я, входя в дверь постоялого двора.
Хозяин, услышав, как меня назвал Назир, едва не кинулся мне ноги целовать и прославлять Всевышнего, вернувшего Владыку землям Саттэров. Я убедительно попросил показать комнату, где бы мы могли с женой расположиться на отдых и уложить малыша. Он буквально побежал впереди нас, показывая куда идти. Внизу располагалась небольшая харчевня, в которой люди продолжали отмечать Мархаир. Мы поднялись по каменной лестнице наверх, и хозяин показал нашу комнату. В этом номере всегда любили останавливаться ваши предки»,– сказал хозяин. «Сколько стоит этот номер?!» – спросил я.
–Цена осталась неизменной. Десять форинтов за сутки. Торговаться я не стал. Вручил хозяину десять фериссов и он удалился. Мы вошли в хорошо обставленную комнату, с неким подобием обоев на стенах. Я сразу положил спящего сына на кровать и прикрыл одеялом. Дождавшись, когда Лилия ляжет спать, я поцеловал ее и спустился в харчевню. Сев за стол, заказал себе немного еды и вина. Меня так растрясло дорогой, что спать не хотелось.
Вскоре в харчевне показался Назир. Я жестом позвал его за свой столик, заказал еще вина и еды и мы с ним не спеша поужинали. В харчевне было тепло, уютно и достаточно многолюдно. Перед тем как отправится спать, я всех присутствующих поздравил с праздником Мархаир.
Вейлинвиль
Проснулся я от того, что немного озяб. Видимо ветер переменился и дул прямо в окно. За цветными стеклами было светло. Только сейчас я присмотрелся к комнате и к своему удивлению обнаружил, что комната вырублена в горе, а не сложена из камней, как в поселке. Я вышел из комнаты, и лишний раз убедился в изысканном художественном вкусе и удивительном терпении каменотесов, превративших холодную гору в теплое и красивое жилище и пристанище путников. Вскоре проснулся Сема-младший. Пока мы приводили себя в порядок, он буквально обежал весь постоялый двор, заглянув в каждый закуток скалистого дома. Ему разрешили побывать буквально везде. Я старался умерить его чрезмерное любопытство и удержать его возле нас с Лилией.
Завтрак у нас тихим не получился. Не знаю, что там еще рассказывал про меня Назир накануне или кто-то из присутствовавших в харчевне вспомнил обо мне, стоящим перед императором, но на утро меня с Лилией встречали, как настоящих королей. Такой прием, не скрою, вогнал меня в краску. Когда мы зашли в харчевню, нас вдруг стали все узнавать, раскланиваться и поздравлять. Сему-младшего просто задарили калачами, фруктами и пирожными. После того, как мы поели и собравшись в дорогу, вышли из комнаты, все вышли нас провожать. Меня даже вынесли из харчевни на руках и усадили на повозку.
Мы продолжили свое путешествие через «перевал ветров». Голая каменистая долина выглядела совершенно безрадостно. Дорога по перевалу все время куда-то виляла, огибая рельеф гор, пока мы не увидели две полуразрушенные башни, стоявшие впереди, и обвалившуюся арку.
«Древние укрепления»,– не дожидаясь вопроса, ответил Назир. «Они служили пограничной заставой, никто не мог пройти мимо этих башен незамеченный. В суровые для королевства Саттэров времена здесь всегда стоял гарнизон».
Когда мы миновали башни, я спросил у Назира: «А почему их не отстроили заново?»
«После великой битвы миров в них полностью отпала необходимость. Хотя угроза королевству может появиться в любой части нашего мира, из ничего, просто из воздуха».