Миха Алхим

Глава 1 – Сан Франциско

США. Штат Калифорния. Поздний вечер.

Облокотившись на холодную стену, Миха вместе с наркоманами ждал прихода дилера. В отличие от наркоманов, он ждал не дозы, а самого дилера. Этой ночью придёт "смотритель" этого лагеря. С ним у Михи должна была состояться встреча. Проникнуть в этот лагерь составило некоторого труда. Также пришлось договориться с местными. Кому-то досталась пачка сигарет, а кому-то пинок под зад. После очередной дозы наркоманы перестали обращать на него внимание. Главное, что всем всего хватило.

В Сан-Франциско Миха приехал по работе. А работа у него была необычная. Он решал вопросы, связанные с потусторонним миром. Точнее с Мирами. Словно слоёный пирог, потусторонний Мир делился на слои или обертоны. Каждый слой базировался на своей частоте вибраций. Сперва все Души попадали в Царство Духов. После через Загробную Службу Ямы в Чистилище. А дальше по соответствию в Ад или на Небеса. Были и те, кто миновав Чистилище, сразу поднимались на Небеса или низвергались в Ад. Между этими слоями туда-сюда скользили "челноки". Живые люди с необычными способностями. Шаманы, Боны, Бодхисатвы и такие как Миха, которые не принадлежали к конкретному эгрегору, но принимали все религии. После того, как пропал Наставник, Миха шёл по его следу. И сейчас он привёл его в Сан-Франциско. В место, где некая тайная организация занималась воровством душ в обход Загробной Службы Ямы.

Тихая ночь колыхнулась эмоцией радости. До этого поле над лагерем висело затхлым покрывалом, а сейчас оно изменилось, словно приподняли краешек. "Дилер пришёл", подумал Миха. Кто-то уже получил дозу и по улице пролетела эмоция эйфории. Наркоманы зашевелились. Миха ощутил ещё несколько экзальтированных приливов. Из под тряпок и картонных коробок стали вылезать серые тени наркоманов. Уже не людей, но ещё не духов.

Джек быстро двигался по краю трущобного лагеря. Сегодня ночью решится его судьба. Сможет ли он освободиться или останется прикованным к этой улице наркоманов. За свою жизнь он много сделал плохого. Но сейчас был уже край. Дальше так жить он не мог. Но и умирать с багажом свершённых дел означало скатиться прямо в Ад. Джек скидывал коробки в сторону оживающих наркоманов и бежал дальше. В коробках лежали чётко рассчитанные дозы на конкретное количество "жителей". Этот квартал был под попечительством Джека, неким средством искупления государства перед доведёнными до отчаяния жителями. Правительство штата выбрала большую автомобильную парковку в самом центре наркоманского района. Управляющим поставили Джека, не предоставив ему выбора. Точнее выбор был: работа или пожизненное. Джек предпочёл свободу. Ведь она давала шанс хоть что-то изменить. Он зачистил парковку и перекрыл её заборами. Все на районе знали про это место. Знали, кому оно принадлежит. И знали, что будет с теми, кто нарушит правила. Стоянка быстро обросла умирающими наркоманами. Сюда попадали лишь самые немощные. Без работы, без лица и без сил. Каждый из них брал ровно столько, сколько было отмерено. Воровство было равносильно смерти. Хотя смерти они не избегали, а лишь оттягивали её на потом. "Кормили" жителей трущоб дважды. В обед вместе с глюкозой и витаминами. Ночью в чистом виде. Утром приходили уборщики. Они собирали тела не проснувшихся и увозили их за город, в федеральный крематорий. На их место выбирались новые, еле живые наркоманы. Из тех, которые скапливались на границах квартала. Некоторые так и оставались лежать у забора, пока их не увозили на сжигание.

Миха поднялся и заковылял вместе с остальными потерянными. Спящие трущобы превратились в кишащий муравейник. Миха отошёл в сторонку от образовавшейся очереди и наблюдал, как пришедший Джек раскладывал последние коробки. Закончив, тот кивнул Михе и пошёл в сторону. Миха оторвался от стены и последовал за ним. Зайдя в здание бывшей гостиницы, они молча поднялись на третий этаж в просторный номер с видом на трущобы. Джек закрыл дверь.

– Принёс, что просили? – спросил Миха.

– Да! Всё по списку. Это поможет? – спросил Джек.

– Делай, как я говорю, и всё будет хорошо, – забирая сумку, ответил Миха.

Он посмотрел внутрь: два килограмма соли, четыре свечи, фиолетовые ленты и шаманская тыковка с пробкой. Всё по списку. Миха достал пакет с солью, прошёлся по большому залу и остановился напротив мрачной картины.

– Неси сюда два стула и садись, – приказал он.

– Зачем?

– Заткнись и неси! Один здесь, а второй поставь напротив!

Миха ткнул пальцем в пол. Джек послушно расставил стулья и сел на первый стул. Миха стал сыпать соль вокруг стула. Когда круг замкнулся, Миха произнёс мантру, и та вспыхнула синим пламенем.

– Телефон? – протягивая руку спросил Миха.

Джек достал смартфон и передал его. Миха включил компас и сверился со сторонами света. Достал из сумки четыре разноцветные свечи. Поджёг и расставил их относительно компаса. После этого он подошёл к окну и посмотрел на засыпающих наркоманов.

– Что дальше? – не выдержал Джек. – Мне посоветовали вас как специалиста.

– Боишься? Правильно делаешь! – усмехнулся Миха.

Джек нервно заёрзал на стуле. Миха специально вёл себя вызывающе. Для внутренних перемен Джек должен смирить свою гордыню и довериться. Причём сделать это он должен был искренне. Иначе, чтобы Миха ни предпринимал, результата не будет.

Миха подошёл ближе и встал напротив Джека.

– Выдохни. Раз ты решился! Самое страшное уже позади, – Миха сел на стул. – Расскажи, как ты в это ввязался.

Джек достал сигареллу и затянулся. Выдохнув дым, он начал рассказ.

– Когда-то Сан-Франциско был чистым и красивым городом. Я родился здесь. И для меня этот город всегда был особенным. По малолетству мы с друзьями часто хулиганили. Потом занимались мелкими кражами. Потом "воспитывали" мужеложцев. Гнали их голыми через весь город. – замолчав, Джек снова затянулся. – А после пришли наркотики, образовались банды. Мы тоже создали свою банду. Многое приходилось делать, чтобы отстаивать свои границы и не пускать эту дрянь в город. Правительство тоже пыталось бороться, но с каждым годом проигрывала всё больше территорий. Улицы заполнялись грязью и разлагающимися телами. Тогда на меня вышли ребята в костюмчиках. Всё как в кино. Идея состояла в том, чтобы контролировать поток умерших. Создали на парковке лагерь и свезли туда умирающих… – Джек затянулся, удержал дым и выдохнул, – Вроде как хорошо. Самых страшных бедолаг собрали в одном месте и за счёт государства продлевали им жизнь…

– Но? – спросил Миха.

– Но под крылом правительства этот лагерь оказался пунктом сбора душ сатанинской церкви, – Джек бросил окурок и придавил его ботинком. – Я сначала смеялся, а потом решил сам раздавать "паёк".

Джек нервно посмотрел на стену, где висели часы.

– Примерно в это время раздаются тихие стоны. Они пробираются под кожу. В мозг. Они сводят с ума,  – Джек обхватил голову руками.

– Последние вздохи умирающих, – кивнул Миха.

Джек перевёл дух и продолжил.

– Приходят трое в чёрном. Отрезают большие пальцы. Что-то мычат и уходят. Утром чистильщики собирают тела без пальцев и отвозят в крематорий.

Джек замолчал. Его лицо побледнело, а взгляд  хаотично бегал в воспоминаниях.

– Сколько за сутки? – спросил Миха.

Джек вздрогнул.

– От пяти до десяти.

"Целый ручеёк утекает мимо Службы Ямы. Боюсь представить, как он рассердиться, когда узнает об этом", подумал Миха. В этой жизни он не встречался с Владыкой, но по рассказам Наставника имел представление. Миха встал и подошёл к окну. Темнота сгущалась. Жители трущоб расползались по коробкам, чтобы предаваться своим грёзам. Миха вернулся к Джеку и посмотрел на него в упор.

– Чего ты хочешь ? – резко спросил Миха.

Джек нервно закрутился на стуле.

– Сохранить жизнь? Разорвать контракт? Или продлить на новых условиях? – Миха сел на стул, – Говори искренне. Что тобою руководит?

– Не знаю! – закричал Джек, – Мне страшно! Я хочу, чтобы это мракобесие прекратилось. Хочу перестать слышать эти стоны. Хочу исправить, что смогу.

Его порыв был искренним и шёл из глубины.

– Уверен? – переспросил Миха.

Джек взял себя в руки и собрался с мыслью.

– Моя жизнь состоит из сплошного дерьма. Этот лагерь перевернул мою голову. Я больше не могу видеть, как жалких торчков, прошедших через адские страдания, забирают на ещё большие страдания в мире демонов…

Миха задумчиво почесал подбородок.

– Я тебя услышал, – сказал он и достал из сумки фиолетовые ленты. – Положи руки на ручки стула!

Джек покорно положил руки. Миха обмотал их лентой и привязал к ручкам.

– Ноги подтяни к ножкам! – повелел он.

Джек пододвинул ноги. Миха примотал их второй лентой. Встал и подошёл к шкафу с зеркальной дверью. Вырвал её и установил напротив Джека.

– Чтобы не происходило, не покидай круга. И не смотри в зеркало, пока я этого не прикажу.

Джек кивнул. По его бледному лицу капал пот.

С улицы послышался вздохи. Души покидали свои тела, словно лопались пыльные мешки. Миха подошёл к окну и посмотрел на лагерь. В полумраке появились три худых сатаниста в чёрном. Миха схватил сумку, выскочил из пентхауса и побежал по лестнице вниз. "Это нелюди не ожидают нападения. Тем более они дохлые, как сами наркоманы. С ними я справлюсь без труда", думал он. Если эти сборщики не добудут пальцы наркоманов, то их души не попадут в приёмную к демонам, а зависнут в этом лагере. Демон на той стороне занервничает и отправит Беса разобраться. А если бес не вернётся, то разбираться придёт сам "Кукловод". Миха выбежал из здания. Трое в чёрном разделились, что ещё больше облегчило задачу. Через пару минут все трое лежали в большой коробке без сознания. Арсенал Михи пополнился тремя ножами. Изогнутое лезвие из особого металла, похожее на короткий серп. Рукоятка из кости с демоническими печатями. Вложив их в руки живых наркоманов, Миха спрятался среди них. Он сел в асану и стал удлинять дыхание. Полностью расслабив тело, он замедлил пульс до минимума и стал созерцать происходящее своим Духом. Пока было рано выходить из тела. Шесть блеклых душ склонились над своими замершими телами. Было видно их недоумение. Они ещё не поняли, что умерли. Раздался двойной выдох и седьмая душа оторвалась от тела. Души остальных ещё живых наркоманов зависали в самих себя. Их глаза были наполнены мелькающими картинками, в которые они уставились, как в телевизор. Пространство всколыхнулось, разверзлось и из огненного портала вышел красный Бес. Он был похож на большую кровавую жабу. Только вместо глаз у него были две большие ноздри. С клыкастой пасти капала бурая слизь. На шее висела связка из мелких черепов, а передние лапы заканчивались когтями. Портал за его спиной схлопнулся. Бес жадно втянул воздух. Его пузо раздулось. На шее застучали черепки. Он искал запах ножей. В первую очередь ему надлежало разобраться с непослушными исполнителями. Сам он не мог воплотиться в физический мир и отрезать пальцы. Заметив Беса, семь душ в ужасе забились кто куда. Почуяв ножи, Бес направился в сторону Михи. Он приблизился к месту и остановился. Один из наркоманов с ножом очнулся. Он вытаращил глаза, показал пальцем на Беса и замычал. Бес пошёл на него. Махая ножом по воздуху, наркоман пытался прогнать злое видение. Бес раскрыл свою лягушачью пасть и длинным языком вышиб душу из тела наркомана. Нож звякнул об асфальт. Душа отлетела в сторону и осталась лежать на земле. Бес схватил языком нож, проглотил его и замер. Миха достал из сумки шаманскую тыковку. Южно-Америкие индейцы применяли их для ловли Голодных Духов. А после подчиняли себе и использовали для перемещения по злачным областям Ада. Миха открыл пробку и стал свистеть, имитируя пение ночной птицы. Из тыковки вырвался смерч. Он окутал собой Беса и всосал внутрь. Миха заткнул отверстие пробкой. Сердце ускорило свой темп. Голову охватила боль. Такие переходы вызывали резкое повышение давления. Миха достал из кармана капсулу и проглотил её. Голову моментально отпустило. В руках появился жар. Забрав у наркоманов два оставшихся ножа, Миха поспешил в гостиничный пентхаус. Тело Джека безмолвно свисало на стуле. Миха просканировал комнату внутренним взором. В комнате не было духов. "Попался" улыбнулся Миха. Он поставил стул сбоку от Джека, тем самым освобождая зеркало от преград. Сел на него и пихнул Джека ногой.

Тот очнулся и поднял взор на Миху. Его глаза были затянуты чёрной плёнкой.

– Освободи меня! – прорычал Джек.

Его голос был низким и гулким.

– Сначала назовись, – спокойно ответил Миха.

Дух дёрнулся в попытках освободиться.

– Ты кто такой? – зарычал он.

– Назовись! – Миха поднял тон и придавил волей.

Джек пыхтел и тужился пытаясь освободиться.

– Давай я тебе помогу, – с ухмылкой произнёс Миха, – Скинем с тебя одежды! Джек! Посмотри в зеркало!

Захваченное тело замотало головой.

– Дже-е-к. Посмотри в зеркало! – Миха прибавил к словам свою ярость. – Я знаю, ты меня слышишь!

Голова Джека стала медленно подниматься.

– Смотреть! – рявкнул Миха.

В зеркале отразилась сущность, захватившая тело Джека. Она поспешно выбралась из тела, но оказалась заперта в магической решётке. Тело Джека обвисло. Теперь сущность не могла сбежать и не могла вселиться обратно. Она была серой, тощей, с длинными руками и большой головой. Два чёрных глаза смотрели со страхом.

– Зорг! – выругался Миха.

Представитель не человеческой расы, которая давно находится на нашей планете. Сущности, которые в ходе своей эволюции отказались от эмоций и развивали исключительно интеллект. При их огромной вычислительной мощи обмануть их было несложно. Они не способны просчитать нелогичное поведение. А человек на эти дела первый во Вселенной. Особенную сложность для них представляли женщины. В двадцатом веке они часто похищали их для исследований. Но ни сами женщины, ни генетические опыты не смогли объяснить их поведение. Вместо того, чтобы захватить человечество, они сами стали рабами демонов.

Миха был недоволен. Не эту шестёрку ловил он. Он рассчитывал на демона или на чёрного мага. Миха достал два ножа и показал их.

– Ты передал людям два запрещённых артефакта, а также занимался контрабандой душ в обход службы Ямы… Ты же понимаешь, чем это карается? – Миха уставился в пустые чёрные глаза.

– Человек предлагает торг? – спросил Зорг.

Миха поморщился. Не любил он серых. Меланхоличные создания без чувства юмора и каких либо других чувств. Холодная логика без творческих способностей. Дотошные исполнители без угрызений совести. Единственное, что они не смогли побороть – это чувство страха.

– Расскажи мне, Кто тебя сюда послал?

Зорг молчал. Страх перед "хозяином" был сильнее, чем перед наказанием.

– Думаешь, я сдам тебя Владыке? – Миха злобно усмехнулся. – Бывают наказания и похлеще, чем в Загробной Службе. Видишь этот нож? Пентаграммы на нём интересные такие. – Миха поднял один из серповидных ножей и посмотрел на него. – Видишь этот символ? Он означает покорность Сатане. А вот этот – бессрочность договора. И ещё вот здесь Примечательная печать! Она говорит, что будет оборван цикл перерождения на родной планете.

Миха лукаво посмотрел на Зорга. И без того огромные глаза стали ещё больше. Миха впервые увидел, как моргает Зорг. Нож в руках Михи был способен не только обрезать его жизненную нить, связывающую душу с его настоящим телом. Но и превратить в безвольного раба до скончания времён.

– Говори, – сухо произнёс Миха.

– Я мало что знаю, – быстро ответил Зорг. – Приставлен к этому пункту. Собирают люди и передают мне…

– А ты кому?

Зорг молчал. Миха тяжело вздохнул и влил в нож силу. Пентаграммы вспыхнули алым светом.

– Я оставляю души на Перевале Страданий.

– То есть искать тебя некому? – Миха направил нож на сковывающее поле. Оно стало медленно расползаться.

– В крупных городах есть подобный этому пункту. Раз в лунный квартал все руководители ячеек собираются для отчёта, – выпалил Зорг.

Миха убрал нож.

– Кто вас собирает? Имя демона!

– Не знаю. Мы видим его как столп красного пламени. Любопытных он сразу поглощает, – оправдался Зорг.

– Когда следующий сбор?

– На чёрную луну. В Денвере.

– Сколько ячеек?

– 13.

Зорг замолчал и уткнулся в стену. Он сказал больше, чем мог себе позволить. И сейчас собирался провести обряд стирания памяти. Миха не мог ему этого позволить.

– Вернёмся к наказанию и искуплению, – произнёс он.

Зорг очнулся.

– Что предлагает человек?

– Все души должны быть возвращены!

– Это невозможно, – холодно ответил Зорг.

– В таком случае, точка сбора переходит во владение Света до тех пор, пока души не уравняются. Согласен?

– Моя какая роль?

– Будешь как и раньше решать вопросы с людьми из правительства и отсчитывать души обратно. Согласен?

Зорг задумался вычисляя наилучший вариант. Прогнав все варианты через свой мозг, он согласился.

– Согласен, – подтвердил он.

– Вот и хорошо! – Миха встал со стула и поднял два пальца, – Призываю Ангела Свидетельствования из Царства Небес. Призываю Жнеца из Загробной Службы Ямы.

Комната осветилась двумя вспышками, из которых вышли Ангел и фигура в чёрном балдахине в маске Льва. Не опуская пальцев, Миха обратился к пришедшим,

– Призываю вас стать свидетелями нарушения Кона Равновесия и передачи запрещённых технологий.

Миха указал на ножи и передал мыслеформу содеянного. Ангел кивнул, а Жнец гневно зашипел.

– Я. Миха Алхим, – продолжил Миха, – Выношу свой приговор, – пальцы Михи осветились нимбом. – Да будет передано в Чистилище столько же Душ, сколько было отдано Тьме. Зорг посвятит свою жизнь выполнению данного условия до тех пор, пока последняя Душа не перешагнёт порога Света!

Ангел поднял два пальца, оповещая согласие. Вокруг них осветился нимб. Нехотя Жнец также подняла два пальца. Осветился чёрный нимб. Нимбы вспыхнули и потухли. Жнец забрал ножи. Гневно зыркнул на Миху, исчез. Ангел оСвидетельствования остался. Миха снял защиту и Зорг пропал. Миха отвязал ленты и нейтрализовал круг из соли. Джек стал приходить в себя. Он посмотрел на Ангела, потом на Миху.

– Джек! Ты готов подтвердить делом свои слова? – спросил его Миха. – Согласен ли ты стать паромщиком и сопровождать заблудшие души на тот Свет?

Джек кивнул.

– Подними два пальца вверх!

Джек встал и поднял два пальца вслед за Михой. Ангел поднял свои пальцы. Вспыхнуло три нимба. В Джеке блеснул и погас голубой кристалл. Ангел пропал. Джек еле держался на ногах. Его всего трясло. Он упал на колени и его стошнило чёрной жижей. Миха поднял его.

– Поздравляю! Договор переписан! – Миха обнял Джека.

Тот заплакал на его плече. Миха посадил его на стул и дал прорыдаться. Когда Джек успокоился. Миха стал объяснять, что с ним будет происходить дальше.

– Через пару дней станут приходить видения. Записывай их. Ещё через некоторое время ты начнёшь видеть Духов. Старайся не обращать внимание на тех, за кого ты не отвечаешь. Если узнают, что ты их видишь, прилипнут и будут доставать. Поэтому научись создавать защиту из своего Кристалла. Доверяй своему чутью. Через него на тебя снисходит Божье Разумение. Души умерших передавай напрямую Жнецам Загробной Службы. Они пройдут очищение в Чистилище и переродятся в животных по Кону Соответствия. Не переживай за них. Таким образом, их Души смогут отдохнуть и подготовиться к перерождению в человека. В крайних ситуациях призывай Жнецов.

Миха показал ему, как это делать. Но попросил не призывать по пустякам, а стараться всё решать самому. Напоследок Миха обнял его. Джек снова зарыдал.

– Не волнуйся. Ты теперь на светлой стороне! – успокаивал его Миха.

Миха летел из Сан-Франциско в Токио. Наставника найти не удалось. По тем крупицам, которые Миха смог собрать, стало ясно, что Наставник покинул пределы США. Была надежда, что он вернулся в Россию. Поэтому из Токио Миха собирался в Ташкент и оттуда отправится на Алтай. Миха очень надеялся, что Наставник находится там, в избушке лесника. Прошло уже более пяти лет, как тот ушёл. Без слов прощания. Без намёков. Был обычный вечер обычного дня. Он просто ушёл и не вернулся. Все пять лет Миха пытался понять почему. И все пять лет искал куда. Кусочки пазлов неохотно складывались в смутную картину. Идя по следу и походу выполняя задания, Миха двигался от точки к точке. Пришло сообщение на пейджер. Миха включил свой телефон и ввёл код с пейджера. Это было сообщение от Махи. Маша или просто Маха выполняла роль менеджера Михи. Она решала все вопросы, связанные с матричным миром. Подкидывала высокооплачиваемые задания, с доходов которых решала все финансовые вопросы. Миха одел наушники и включил голосовое сообщение. "Ты сейчас в Токио летишь. Так совпало, что там пустяковое дело. На днях умер Глава большого холдинга, а завещание не известно куда положил. Предлагают хорошую оплату! Забронировала тебе капсулу на первое время. Дальше сам разберёшься. Накинула тебе денег на карту. Напиши список, что нужно будет. А пока ты там разбираешься, я поищу более удобный маршрут в твои горы. Ну всё. Я побежала. Сегодня девичник у подруги". На этом сообщение закончилось. Миха пролистал данные. Написал список необходимого. Снял наушники и посмотрел на монитор. До Токио ещё 7 часов лёту.

Глава 2 – Токио

Токио встретил Миху поздней ночью. Городской транспорт уже не работал и добраться до отеля можно было только на такси. Сняв наличку с банкомата, Миха сел в такси и поехал в район Окубо. Капсульный отель хоть и находился в Корейском квартале, но обстановка была чисто в японском стиле, максимум практичности и ничего лишнего. Получив вещмешок, Миха сходил в душ и поднялся на капсульный этаж. Яйцевидные капсулы в два ряда, словно находишься в космическом корабле с барокамерами. Миха не был в настоящем космическом корабле и этот вид его не вдохновил. Он лишь печально вздохнул. Надев пижаму и устроившись в капсуле, он достал свой телефон и перечитал задание. Почти три дня назад, в возрасте 108 лет почил Глава, владеющий большим холдингом “Хосю”. У старика осталось шесть дочерей и куча внуков, но ни намёка на завещание. Дети начали делить, спорить и ругаться, в результате чего было решено найти завещание любой ценой. Миху наняла старшая дочь, госпожа Хината, которой уже было за 80 и она практиковала буддизм. В 9 утра у отеля будет ждать транспорт, который отвезёт его на встречу. Прочитав приложенные документы об этикете, Миха вытянулся и уставился в потолок капсулы. “Когда я был в Японии в последний раз?” задумался он. В этой жизни только транзитом. А последние перерождение здесь было в эру Мэйдзи, во времена русско – японской войны. Тогда Миха был юным подростком, воевавшем на стороне Японской империи. С приходом иноземцев в Японию, эпоха гордых самураев прекратило своё существование и в моду вошло стрелковое оружие. Кодекс “Бусидо” трещал по швам. Нравы шатались, а правительство втянуло страну в бессмысленную войну. Та жизнь не была наполнена глубоким смыслом. Самым ярким моментом стала героическая смерть. Миха вытащил с поля четверых сослуживцев и был убит русским офицером, пытаясь спасти пятого. А сейчас Миха родился на русской земле. Вот такой забавный казус. Миха помнил несколько своих перерождений. В сновидениях некоторые проживал вновь. Но любое его воспоминание обрывалось на моменте смерти. Засыпая, Миха вспомнил вечер, когда видел Наставника в последний раз. Он каждый раз прокручивал эту сцену перед сном. Раз за разом, чтобы найти очередную зацепку.

Заиграла музыка будильника, загорелся тёплый свет. Капсульный отель снимался только на 9 часов. Эта сеть так и называлась – 9h. Японцы посчитали: один час на душ, семь часов на сон и час на сборы. Более девяти часов может негативно повлиять на психику. Для Михи, прожившего неделю в колодце сирийской пустыни, это показалось смешным. Внизу у гостиницы стоял японец в дорогом костюме и держал лист бумаги с надписью Mixa. Судя по тому, как тот стоял, он отлично владел боевыми искусствами. Глаза ничего не выдавали, но чувствовалась сильная воля. Миха замедлил шаг и выдохнул. Остановив дыхание, он запел про себя Спас Сергия Радонежского. «Господи помилуй, Господи, спаси». С каждым шагом видение Михи крепло и обретало форму. Под манжетами японца проявились татуировки. Две лапы дракона переходили в хребет и сходились на спине в скрученный хвост, на котором сидел Будда. На лопатках красовалась клыкастая пасть, склонившаяся к его голове. Миха вернул дыхание, подошёл и поприветствовал японца.

– Амито Фо, – произнёс он буддийское приветствие и немного склонил голову.

– Амито, – улыбаясь ответил японец и также склонил голову.

Он открыл дверь машины, приглашая Миху сесть. Закрыв за ним дверь, японец сел на место водителя, и они поехали. За стеклом замелькали вывески. Над головой зашумел монорельс. Люди, как всегда, куда-то торопились. Японцы сами по себе очень исполнительные люди. Как муравьи, они чётко выполняют предписанные обязательства. С шести лет им прививают коллективизм. К шестнадцати они готовы нести пользу. Звучит очень сладко, но в действительности в Японии один из самых высоких показателей самоубийств. Не все могут вынести жёсткую иерархию.