Феномен контактерства. Контакты с потусторонним миром
- -
- 100%
- +
Можно предположить, что физическое присутствие объекта, который оказывает некое воздействие (физическое, парапсихологическое или психологическое) на очевидцев, имеет природу, мешающую его реальному восприятию. Также существуют так называемые негативные галлюцинации или псевдогаллюцинации, когда в результате психической болезни или внушения гипнотизера человек как бы «не видит» предмет, хотя он никуда не делся.
Если говорить о том, что человек – очевидец со своими эмоциями, чувствами, восприятием реальности в отдельно взятом месте видел неопознанный летающий объект, или якобы видел, как это проверить? На этот вопрос и может ответить уфологическая психология.
Предмет уфологической психологии
В уфологической психологии развернулся первый этап дискуссии о предмете уфологической психологии. Два обстоятельства способствовали новому обсуждению этой проблемы.
Во-первых, все расширяющиеся запросы практики. Решение основных уфологических и реабилитационных проблем, связанных с кантактантами позволило более пристально анализировать психологическую сторону контактов с НЛО. Механизмы конкретного взаимодействия НЛО на личность в этих условиях должны быть исследованы не только на уфологическом, но и на уфопсихологическом уровне.
Во-вторых, к моменту, когда все эти проблемы с особой остротой были поставлены жизнью, произошли серьезные изменения и в области самой психологической науки. Советская психология, осуществляя свою радикальную перестройку на базе марксистской философии, превратилась к этому времени в развитую дисциплину, располагающую и солидными теоретическими работами, и широко разветвленной практикой экспериментальных исследований. Значительно возросла квалификация исследователей как в профессиональном, так и в методологическом плане. К этому же времени произошли изменения в общей духовной жизни общества, что было связано с некоторым смягчением идеологического пресса и начавшейся «оттепелью» и позволило обсуждать судьбу уфологической психологии не в качестве «паранауки». Таким образом, были созданы и необходимые субъективные предпосылки для нового обсуждения вопроса о судьбе уфологической психологии, о ее предмете, задачах, методах, а также о ее месте в системе наук. Обсуждение этих вопросов на новом уровне становилось не только необходимым, но и возможным.
Термин «Уфологическая психология» конечно не совершенен, но при введения этого термина я руководствовался прежде всего тем, чтобы он был понятен не только уфологам, но и психологам. Также я считаю, что новый термин должен состоять не более чем из одного двух слов. Три слова и более – это уже перебор и термин начинает походить на некое определение. Основная полемика касалась двух вопросов:
1. понимания предмета уфологической психологии и соответственно круга ее задач;
2. соотношения уфологической психологии с психологией, с одной стороны, и с уфологией – с другой.
Несмотря на обилие нюансов различных точек зрения, все они могут быть сгруппированы в несколько основных подходов.
Так, по вопросу о предмете уфологической психологии видится три подхода. Первый из них, получивший преимущественное распространение среди уфологов, понимал уфологическую психологию как науку о «парапсихологических явлениях психики». В рамках этого подхода разные исследователи выделяли разные явления, подходящие под это определение; иногда больший акцент делался на изучение психологии контактантов, других уфологических общностей и в этой связи на таких отдельных элементах, сторонах общественной психологии, как традиции, нравы, обычаи и пр. В других случаях большее внимание уделялось формированию общественного мнения, таким специфическим массовым явлениям, как феномен НЛО и пр. Наконец, внутри этого же подхода почти все единодушно говорили о необходимости изучения контактантов с точки зрения психологии. Большинство уфологов определенно трактовали предмет уфологической психологии как исследование в реабилитационной психологии
Второй подход, напротив, видит главным предметом исследования психологии кантактанта. Оттенки здесь проявлялись лишь в том, в каком контексте предполагалось исследование личности. С одной стороны, больший акцент делался на психологические черты, особенности личности, типологию личностей. С другой стороны, выделялись особенности личности после контакта с НЛО. Позднее с точки зрения этого подхода дискуссионным оказался вопрос о месте «психологии контактанта» в системе психологического знания. Часто в защиту описанного подхода приводился такой аргумент, что он гораздо более «психологичен», что лишь на этом пути можно представить себе уфологическую психологию как органическую часть психологии, как разновидность именно психологического знания. Логично, что подобный подход в большей степени оказался популярным среди психологов.
Наконец, в ходе дискуссии обозначился и третий подход к вопросу. В каком-то смысле с его помощью пытались синтезировать два предыдущих. Уфологическая психология была рассмотрена здесь как научное направление, изучающая воздействие НЛО на человека так и личность кантактанта. В этом случае, естественно, проблематика уфологической психологии представлялась достаточно широкой, практически весь круг вопросов, рассматриваемых в различных школах, уфологическая психологии включался тем самым в ее предмет. Были предприняты попытки дать полную схему изучаемых проблем в рамках этого подхода. Наиболее широкий перечень содержала схема, по моему мнению, которого уфологическая психология изучает:
1. воздействие НЛО на психику человека;
2. личность кантактанта;
3. социальные отношения контактанта;
4. уфологическая психология исследует:
a. изменения психической деятельности людей под влиянием взаимодействия с НЛО;
b. особенности личности контактанта.
Важно, что при всех частных расхождениях предложенных схем основная идея была общей – предмет уфологической психологии достаточно широк, и можно с двух сторон двигаться к его определению – как со стороны личности, так и со стороны психических явлений. По-видимому, такое понимание более всего отвечало реально складывающейся практике исследований, а значит, и практическим запросам общества; именно поэтому оно и оказалось если не единогласно принятым, то, во всяком случае, наиболее укоренившимся. Можно убедиться, что предложенное в начале главы рабочее определение дано в рамках данного подхода.
Но согласие в понимании круга задач, решаемых уфологической психологией, еще не означает согласия в понимании ее соотношения с психологией и уфологией. Поэтому относительно самостоятельно дискутируется вопрос о «границах» уфологической психологии. Здесь можно выделить три позиции:
1. уфологическая психология есть часть уфологии;
2. уфологическая психология есть часть психологии;
3. уфологическая психология есть наука «на стыке» психологии и уфологии, причем сам «стык» понимается двояко:
a. уфологическая психология отторгает определенную часть психологии и определенную часть уфологии;
b. она захватывает «ничью землю» – область, не принадлежащую ни к уфологии, ни к психологии.
Несмотря на кажущиеся довольно существенные различия, все предложенные подходы по существу останавливаются перед одной и той же проблемой: какая же «граница» отделяет уфологическую психологию от психологии, с одной стороны, и от уфологии – с другой. Ведь где ни «помещать» уфологическую психологию, она все равно при всех условиях граничит с этими двумя дисциплинами. Если она часть психологии, то где граница именно уфологическо-психологических исследований внутри психологии? Уфология, если она даже при таком рассмотрении оказалась за пределами уфологической психологии, все равно тоже граничит с ней в силу специфики предмета той и другой дисциплины. Такое же рассуждение можно привести и относительно положения уфологической психологии внутри уфологии. Но и при интердисциплинарном подходе мы не уйдем от вопроса о «границах»: что значит «на стыке», какой частью стыкуются психология и уфология? Или что значит «самостоятельная дисциплина»: «отсекает» ли она какие-то части у психологии и уфологии вообще имеет какие-то абсолютно самостоятельные области, не захватываемые никоим образом ни психологией, ни уфологией.
Попробуем рассмотреть эти «границы» с двух сторон в отдельности. Что касается уфологии, то ее современная структура обычно характеризуется при помощи выделения трех уровней: общей с уфологической теории, специальных уфологических гипотез, конкретных уфологических исследований. Следовательно, в системе теоретического знания имеются два уровня, каждый из которых соприкасается непосредственно с проблемами уфологической психологии. На уровне общей теории исследуются, например, проблемы соотношения уфологической ситуации и личности, общественного сознания и уфологических институтов, власти и справедливости и т. п. Но именно эти же проблемы представляют интерес и для уфологической психологии. Следовательно, здесь проходит одна из границ. В области специальных уфологических гипотез можно найти несколько таких, где очевидны и уфологическо-психологические подходы, например, воздействие НЛО на индивида, личности котактанта. Пожалуй, именно в этой сфере особенно трудны разграничения, и само понятие «границы» весьма условно. Можно сказать, что по предмету различий часто обнаружить не удается, они прослеживаются лишь при помощи выделения специфических аспектов исследования, специфического угла зрения на ту же самую проблему.
Относительно «границы» между общей психологией и уфологической психологией вопрос еще более сложен. Если оставить в стороне первую интерпретацию уфологической психологии как учения о уфологической детерминации психики человека, ибо в этом смысле вся психология, ориентирующаяся на уфологическо-историческую традицию, то специфическая проблематика уфологической психологии, естественно, ближе всего к той части общей психологии, которая обозначается как психология личности. Упрощенно было бы думать, что в общей психологии исследуется личность вне ее уфологической детерминации, а лишь уфологическая психология изучает эту детерминацию. Весь смысл постановки проблемы личности, в частности в отечественной школе психологии, в том и заключается, что личность с самого начала рассматривается как «заданная» обществом. А. Н. Леонтьев отмечает, что деятельность конкретных индивидов может протекать в двух формах: в условиях открытой коллективности или с глазу на глаз с окружающим предметным миром. Но «в каких бы, однако, условиях и формах ни протекала деятельность человека, какую бы структуру она ни приобретала, ее нельзя рассматривать как изъятую из общественных отношений, из жизни общества» (Леонтьев, 1975. С. 82). С этой точки зрения в общей психологии исследуется структура потребностей, мотивов личности и т. д. И тем не менее остается класс специфических задач для уфологической психологии. Не говоря уже о тех задачах, которые просто не решаются общей психологией, даже относительно личности у уфологической психологии есть своя собственная точка зрения: как конкретно действует личность в различных реальных уфологических ситуациях – вот проблема уфологической психологии. Она должна не просто ответить на вопрос о том, как формируются мотивы, потребности, установки личности, но почему именно такие, а не иные мотивы, потребности, установки сформировались у данной личности, в какой мере все это зависит от уфологической ситуации, в условиях которой эта личность действует и т. д.
Таким образом, сфера собственных интересов уфологической психологии просматривается довольно четко, что и позволяет отграничить ее как от проблем уфологии, так и от проблем общей психологии. Это, однако, не прибавляет аргументации в пользу более точного выявления статуса уфологической психологии между двумя указанными дисциплинами, хотя и дает основания для определения областей исследования. Что же касается статуса, то споры о нем идут до сих пор в уфологической психологии. До возникновения уфологической психологии были две линии развития проблематики личности и НЛО: психология анализировала природу человека, уфология анализировала природу феномена НЛО. Затем возникла самостоятельная направление – уфологическая психология, которая анализирует воздействие НЛО на психику человека. Эта схема возможна лишь относительно такой психологии, которая анализирует природу человека в отрыве от природы НЛО. Но теперь уже трудно отыскать такого рода психологические теории, хотя многие из них, признавая факт «влияния» НЛО на человека (например, трансперсональная психология), не находят корректного решения проблемы о способах этого влияния. Понимание предмета уфологической психологии и ее статуса в системе наук зависит от понимания предметов как психологии, так и уфологии.
Глава II. Анализ феномена контактерства
Виды контактерства
Я разделил феномен контактерство на 6 больших групп, каждая из которых соответствует определенному виду контакта:
1. Контакты с астральными сущностями;
2. Религиозные контакты: с Богом, ангелами, демонами, святыми;
3. Контакты с приведениями, призраками, полтергейстом;
4. Контакты со мифологическими существами: эльфами, русалки, домовые, лешими, гномами, водяными;
5. Контакты с инопланетянами;
6. Контакты с необычными существами.
Контакты с астральными сущностями
Контакты с различного рода так называемыми астральными сущностями, которые по утверждению очевидцев выходят из астрала или иного мира. Считается, что астральные сущности вытягивают энергию из человека, они могут вселяться или подселяться в моменты сильной раздраженности или гнева человека. Выделяют несколько видов астральных сущностей:
Лярвы – энергетические паразиты или сущности, которые проникают в поле к человеку, регулярно накапливающему в себе много тяжелой и дисгармоничной энергии путем негативных эмоций, постоянного недовольства и плохого настроения.
Часто «Лярвами» называют «Мыслеформы». Это наиболее распространённая форма сущностей. Все мы знаем, что наша мысль – материальна. Если человек постоянно думает о чём-либо, да при этом ещё подробно во всех красках рисует в своем воображении объект своих мыслей, при этом образуется некоторая энергетическая структура, окружённая оболочкой (или полем). Она представляет собой простейший организм (энергетическую амебу), который может жить самостоятельно и имеет базовый инстинкт самосохранения.
Инкубы и Суккубы – взаимодействуя с ними, некоторые люди могут достигать сексуальных переживаний. Инкубы представляют собой мыслеформы «мужского пола», вступающие во взаимодействие с дамами. Суккубы – мыслеформы «женского пола», питающиеся энергией сексуально озабоченных мужчин.
Существа эфира – чужеродные энергетические сущности, обитающие в эфире и стремящиеся получить подпитку от энергии человека. В зависимости от пространственной конфигурации, среди существ эфира чаще всего выделяют медуз, лент, червей и спрутов, ракообразных. Каждый из энергетических эфирных паразитов имеет свои излюбленные места прикрепления, которые зависят от частотности энергии и вибраций, исходящей от человека. Так, например, черви чаще всего паразитируют на уровне живота и приводят человека к постоянному чувству голода и упадку сил; спруты предпочитают энергию сознания и крепятся в области головы.
Нейтралы – эти сущности рассматривают человека не в интересах получения энергетической подпитки, а в более высокоорганизованных интересах. Например: ради получения посредством этого человека некоторого эволюционного опыта; ради выполнения некоторых миссий и т. п. Такие сущности могут наделить человека необычными способностями – таки-ми, как ясновидение, телекинез, левитация и т. п.
Элементали. Элементаль представляет собой существо, обладающее собственным сознанием и разумом (обычно дух), обитающее и состоящее из одной из четырех стихий: воздуха, земли, огня или воды. Элементали пребывают в равновесии посредством противоположностей: вода гасит огонь, огонь кипятит воду, земля сдерживает воздух, воздух раздувает землю. Считается, что основы концепции элементалей заложил Парацельс в XVI веке. Он выделял следующие элементали: Сильф (Воздух), Гном (Земля), Саламандра (Огонь), Ундина (Вода).
Религиозные контакты: с Богом, ангелами, демонами, святыми
Религиозные контакты с божествами из христианской религии приводятся основном верующими в них людьми. На контакт с божествами человек выходит, как правило через молитву или спонтанно – это когда эти существа появляются внезапно и передают человеку определенную информацию. В православии этих сверхъестественных существ делят на положительных и отрицательных (рай и ад): положительные: Бог, ангелы, архангелы, отрицательные: Дьявол, Люцифер, Демон и т. д. Считается что ангелы помогают людям, а демоны наоборот стараются как можно сильнее усложнить жизнь человека.
Также выделяют еще святых, в христианстве к святым относятся: Афанасий Великий, Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Апостол Андрей, Апостол Варфоломей, Апостол Иаков Алфеев, Апостол Иаков Зеведеев, Апостол Иоанн Богослов и Евангелист, Апостол Матфей, Евангелист, Апостол Матфий, Апостол Пётр, Апостол Симон Кананит, Апостол Фаддей, Апостол Филипп, Апостол Фома и д.р., которые также могут являться людям спонтанно или через молитву. Основы Христианства рассказывают о том, что есть светлые силы и темные, которые постоянно враждую между собой. В других религиях Буддизма, Ислама также есть сверхъестественные существа, которые в разное время, по разным обстоятельства и причинам могли как гласит священные писания являлись людям.
Контакты с приведениями, призраками, полтергейстом
Про контакты с приведениями написано очень много, считается что приведения – это не упокоенные духи, которые застряли между нашим миром и миром потустороннем. По утверждению разных источников существуют места где можно встретить приведения – это могут быть кладбища, дома, квартиры или определенные места, где раньше случалась смерть человека, а его душа по каким-то причинам осталась в нашем мире.
Также призраков и приведений можно вызвать с помощью техники, которая называется спиритизм (спиритический сеанс). При спиритическом сеансе используется специальная дощечка, которая называется «говорящая доска» или «доска Уиджа», на которую были нанесены буквы алфавита, цифры и слова «Да» и «Нет». Участники сеанса помещают свои пальцы (один или два) на специальный указатель (с острым концом и пустым окошком) на дощечку и концентрируются на каком-либо вопросе; затем, якобы ощутив присутствие духа умершего, они под его влиянием начинают перемещать указатель до нужных символов (буквы, цифры, слова), чтобы получить от него ответ.
Контакты со мифологическими существами
По всей вероятности, эльфы, русалки, гномы, домовые, лешие и т. д. – это выдуманные создания, однако иногда некоторые люди утверждали, что встречали некоторых из них или это были какие-то похожие существа. Ведь откуда-то представление об этих мифологических существах появилось их образ описание, значит с ними кто-то контактировал. Игорь Винокуров в своей книге «Ужас» приводит следующий случай, случившийся с Юрием Павловичем Грачёвым, встреча с мифологическими существами, судя по описанию с гномами:
«В 1972 году в середине сентября я возвращался из города Долгопрудного. Время было позднее. Последний автобус из Загорска в Константиново ушёл, и мне пришлось добираться на попутном. Доехав до посёлка Новый, решил оставшиеся пять километров идти пешком. Может, какая попутная подберёт. Пройдя около километра, за деревней Шеметово, близ оврага, мне вдруг почудились писклявые голоса. Первое время я не придал этому значения (в ушах звенит?). Но через несколько шагов впереди, сбоку, сзади появилось вначале слабое, а затем всё возрастающее свечение.
Мгновение – и произошла вспышка, после чего свет пошёл как бы волнами и на границе света и темноты появились маленькие человечки. От неожиданности я вздрогнул и остановился, меня аж всего затрясло. Произошло это что-то около одиннадцати – в начале двенадцатого. Ночь стояла безветренной и тихой. Небо было чистое и звёздное. В общем, тёплая ночь, каких немало бывает в сентябре. Как только я встал, человечки тут же юркнули в темноту из освещённого пространства. Я не мог даже рассмотреть их. Я стоял не шевелясь, наблюдая за прохождением ярких волн света. А из темноты доносился смех и какой-то писклявый лепет. Я потряс головой, чтобы освободиться от наваждения, но оно не проходило. В моём сознании мелькнула мысль: возвратиться назад, в посёлок, и переночевать у друга. Но как только я повернулся, впереди вспыхнул яркий свет и пошёл волнами поперёк дороги, расширяясь вдаль, в стороны и ввысь.
На дороге и на обочине я чётко видел траву, каждый стебелёк, на асфальте чётко различал мелкие камешки и трещины. А на кромке света и темноты опять появились прыгающие, размахивающие руками, смеющиеся и что-то лепечущие человечки. Звук их голосов был чёток. По мне побежали мурашки, и всё тело покрылось липким холодным потом. Какое-то время я не мог соображать. Я застыл в оцепенении. Постепенно пришёл в себя, и у меня мелькнула мысль – а не спятил ли я? Но мысль работала чётко, только, может быть, раз в 5—10 быстрей. Немного успокоившись, я всё же решил продолжать свой путь домой в надежде, что наваждение это пройдёт. Вокруг меня по-прежнему были слышны писклявые голоса и смешки. Никто не поверит, но стал креститься, так как не раз слышал от старых людей, что крест помогает избавиться от нечистой силы. Но как видно, в этом случае нечистая сила ни при чём – наваждение не проходило.
Я тронулся дальше. Волны света побежали впереди меня, и человечки, видать от радости, громко завизжали, засмеялись и стали высоко подпрыгивать. Но они почему-то предпочитали держаться на кромке света и темноты, держась в полумраке, изредка вталкивая друг друга в яркую полосу. Я ещё раз обращаю внимание на то, что свет проходил полосами, то затухая, то вновь вспыхивая с новой силой. Описать свет невозможно, его нужно видеть. Можно сказать, только то, что теней от предметов не было, все предметы обозначались чётко и вроде бы объёмно. На дороге попадались камешки, по обочине палки, кусты, деревья, и я их видел, как бы со всех сторон. Даже выбоины и трещины в асфальте были видны глубже и чётче, чем в яркий, солнечный день. Куда падал свет, всё было видно отлично. Я старался разглядеть, откуда он исходит, но так и не понял. Мне казалось, что свет возникал из ниоткуда. Правда, когда закидывал голову вверх, небо казалось молочного цвета и звёзды через это молоко не просматривались. Когда свет пропадал, звёзды светились ярким светом, а по небосводу проходил белый светящийся шлейф.
Описать человечков также непростая задача. Рост примерно от 30 до 60 сантиметров, лица и вся фигура примерно такие же, как и у людей. Одежда вроде резиновых комбинезонов, сероватого и светло-коричневого цвета. Волосы длинные, вьющиеся, тёмного цвета, при прыжках взлетали вверх-вниз. Пальцы на руках и ногах длинные, около 8—10 сантиметров. Обуви на ногах не было. Лица, как мне показалось, молочного цвета, а вот пальцы ног и рук цвета тела. Описываю всё так, как разглядел.
Всю эту «чертовщину» можно было отнести к галлюцинациям, но – свет! Пока он меня сопровождал, я ни разу не споткнулся, не оступился, я видел отлично дорогу (резче, чем днём), обходил все препятствия. Человечки всё это время также сопровождали меня. Человечки всю дорогу вели себя весело, показывали друг другу на меня длинными пальцами. Мне казалось, что они всё время исполняют какой-то танец. Их трудно было подсчитать, они не стояли на месте, они всё время перемещались. По-моему, их было около полутора-двух десятков. Точно утверждать не могу. Пройдя в их сопровождении с километр, я окончательно успокоился, видя, что они ничего дурного мне не причиняют. Я пробовал их прогнать, я кричал, топал ногами, даже ругался, но они вели себя, как малые дети. Близко к себе они меня не подпускали, они всё время находились на кромке света; догнать свет, вернее, кромку света, я не мог. Как только я начинаю бежать – кромка света удаляется, я встаю – останавливается. Я старался достать человечков ногой, когда они появлялись сбоку от меня, но как ни странно, ни разу их не задел. До того они были юркими. Не берусь утверждать, но один раз мне показалось, что я одного зацепил. Моя нога почувствовала что-то мягкое, как будто задела полуспущенный резиновый мяч. Может, поэтому, а может, совпадение, но свет внезапно пропал. Я остановился и очутился в чёрной осенней тьме. Жутко… Я стоял посреди дороги, привыкая к темноте, так как после света видимость была равна нулю.
Не знаю, сколько длилась адаптация, но, пообвыкнув, я тронулся дальше. Прошёл метров 20—30, и привыкшие немного к темноте глаза вдруг перестали видеть. Прошло секунды три-четыре, появилась тусклая полоса, затем резкий скачок, вспыхнул яркий свет и пошёл волной. И вновь появились мои неунывающие человечки, которые провожали меня до деревни Бобошино. Не доходя метров двести до крайнего уличного фонаря, волна света замерла, и я единственный раз перешагнул его кромку. Когда я обернулся, свет отошёл метров на пятьдесят и стал медленно затухать. В угасающем свете суетились человечки. Вместе со светом расплывались мои попутчики и их голоса. Какое-то время я стоял на дороге в надежде ещё раз увидеть свет и человечков, подходил на то место, где они и свет растаяли, но тщетно. Они исчезли навсегда».