- -
- 100%
- +
Упущенная возможность
(Пандемия 2020, Миннеаполис)
Когда мы приехали в Америку, эмигранты предыдущей волны, уже успевшие здесь обосноваться, часто приглашали нас в гости, расспрашивали, что делается на их бывшей родине, хвастали своими домами, и щедро давали самые разные советы. Особенно же они отмечали, что нельзя упускать представившуюся возможность, потому что она может не повториться.
Английского я не знал, и перед очередными гостями, взяв наклейку от винной бутылки, опустошённой в предыдущих гостях, пошёл в магазин. Там я показал наклейку молоденькой кассирше и выставил три пальца, уточняя, сколько бутылок мне нужно. Девочка быстро нашла вино, засунула три бутылки в целлофановый пакет, назвала цену и сказала «plus tax» (плюс налог).
Слово plus я понял правильно, а слово tax слышал впервые и решил, что это – целлофановый пакет. В то время в Советском Союзе такие пакеты хоть и не считались роскошью, но были ещё редкостью, и за них надо было платить. Мне же платить не хотелось, и, вынув бутылки из пакета, я сказал:
– No tax [не хочу налог].
Девочка на несколько секунд прибалдела, а, придя в себя, начала что-то эмоционально объяснять. Я, разумеется, ничего не понял, но, не подавая вида, кивал и слушал. Она закончила говорить и вновь засунула бутылки в пакет. Я рассердился, опять вынул бутылки и уже твёрже сказал:
– No tax.
На шум вышел хозяин. Его заведение находилось в районе, где в то время жило много американских евреев. Спиртное там большим спросом не пользовалось, и магазин влачил довольно жалкое существование, но после того, как туда стали приезжать советские эмигранты, торговля расцвела, а хозяин научился очень хорошо распознавать славянский акцент и даже выучил несколько русских слов.
Узнав, в чём дело, он с помощью этих слов и бурной жестикуляции, прочитал мне лекцию о системе налогообложения в Штатах. Я опять ничего не понял, но почувствовал, что спорить бесполезно и платить придётся за всё. Закончив объяснение, он положил бутылки в целлофановый пакет. Я заплатил, вынул бутылки, рассовал их по карманам, с презрением бросил ему целлофановый пакет и пошёл домой.
После этого каждый раз, когда я приходил в магазин, девочка-кассирша, вместо ответа на моё приветствие, говорила «No tax?».
При этом она так многообещающе улыбалась, что я очень хотел пригласить её к себе, но не решался: тогда в Америке, все друг другу улыбались, и я боялся ошибиться, потому что очень не любил, когда мне отказывали.
Потом я купил дом, переехал в другой район и всё забылось. А недавно я вновь оказался в том районе и решил посмотреть, существует ли ещё этот магазин. Он стоял на прежнем месте. Я зашёл, и на кассе увидел ту же девочку, только уже не девочку, а женщину в самом расцвете лет. Она меня узнала, мы разговорились, и снова она мне многообещающе улыбалась. И хотя теперь я уже понимал, что значит эта улыбка, опять я не мог решиться пригласить её к себе. Теперь я уже боялся, что она согласится. И чтобы выйти из неловкого положения, я купил бутылку вина. Женщина сказала мне, сколько я должен, положила вино в целлофановый пакет и туда же опустила свою визитку. Я спрятал визитку, как ностальгическое напоминание о моём американском детстве.
Так бы, наверно, эта история и закончилась, но на следующий день губернатор объявил карантин и самоизоляцию. За последующие шесть недель вынужденного домашнего ареста я так одичал, что решил позвонить продавщице. Я набрал номер, указанный в визитке и стал думать, как правильно представиться, но после второго гудка автомат бесстрастным голосом сообщил, что магазин вышел из бизнеса.
Эмигранты предыдущей волны оказались правы: в Америке нельзя упускать возможность, она может не повториться.
Парасейлинг
(Сарасота, США, 2010-е годы)
Из магазина вышла пожилая женщина, в глазах которой было такое отчаяние, что я невольно спросил её, – что с вами?
Я потеряла мобильник, – ответила она, – а без телефона я, как без рук, не знаю, что мне делать.
– Продиктуйте свой номер, я позвоню, может, его уже нашли.
Она продиктовала, и я позвонил, но мне никто не ответил.
– Наверно, телефон украли, а у меня там всё, – повторила женщина.
– Любой телефон можно отследить, и вор наверняка это знает, – возразил я, вновь набирая номер.
После очередной попытки на той стороне сняли трубку.
– Здравствуйте, – сказал я, – это мой телефон, я потерял его в магазине. Вы где?
– В кафе, – ответил недовольный мужской голос.
– Где оно находится?
– Рядом с магазином женской одежды.
– Как я вас узнаю?
– Я буду около кассы, – сказал мужчина.
Когда мы к нему подошли, он спросил:
– Как выглядит ваш мобильник?
– Он в голубом футляре, на котором стоят мои инициалы Д.Л. – ответила моя спутница.
Мужчина вручил ей телефон и ушёл, а Д.Л. прижала телефон к груди. Лицо её сразу порозовело, и она превратилась из олицетворения безнадёжности в очень привлекательную женщину зрелого возраста. Весьма зрелого.
– Вы даже не представляете, как вы меня выручили, – сказала она, – я должна вас отблагодарить. Я готова выполнить любое ваше желание.
– Прямо-таки золотая рыбка, – подумал я, пожимая плечами.
– Давайте выпьем по чашечке кофе, а вы пока подумаете, – сказала она тоном, который не предполагал отрицательного ответа.
Пока мы выбирали столик, я решил, что она, наверно, живёт одна, общаться ей не с кем, и теперь она замучает меня своими рассказами.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.