Звездные дали

1. Самолет, небо …

Я заехал на стоянку. Притормозил возле большого мотоцикла, точно такого же, как мой. Выключил мотор и прислушался. На взлетной полосе громко рычал двигатель Яка-18Т. Неужели Петр Иванович все же довел до ума третью машину?

Многострадальный самолет, взлетавший лишь дважды за все время моей работы в аэроклубе "Боровик", стоял возле Ан-2. Господина Карасева я увидел в кабине. Двое высоких молодых людей разглядывали обнаженный двигатель, окутанный клубами выхлопных газов.

– Лео! Привет!

Очень похожая на меня лицом девушка в столь же облегающей куртке бросилась в обьятья.

– Здравствуй, Даша. Как Антоша поживает? Еще не запирает тебя?

Моя сестра хмыкнула.

– Пусть только попробует! В окно вылезу и по стене спущусь! Ты сам как? Как там Катя?

Я улыбнулся.

– Нормально. Перезваниваемся … Погоду узнавала?

– Облачность от тысячи трехсот до двух восьмисот. Не очень плотная, но равномерная над всем районом. Летать можно!

– Заказы?

– Петрович по телефону матерится …

– Пошли разомнемся.

К нам подошел худой немного нескладный парень с взъерошенной шевелюрой. Протянул руку для пожатия.

– Привет, Лео. Твой аппарат готов.

– Привет, Федя. Распределитель проверил?

– И клапаны третьего цилиндра заменил!

Дарья пожала ему руку.

– Молодец, Федя!

– Всем бы таких учителей, как вы!

– Остальные восемнадцатые сегодня кто-нибудь осматривал?

– Петр Иванович с развалюхой возится …

– Пошли проверим аппараты.

Двигатель работает без перебоев. Рули и элероны поворачиваются без задержек и заеданий. Бензина в баке на час полета. Масла в моторе достаточно, оно не перегревается.

– Убирай колодки!

Федор нырнул под крыло. Секунду спустя выскочил с парой стальных клиньев в руках. Я закрыл дверь и увеличил обороты двигателя. Самолет медленно покатился по полю. У самого начала взлетной полосы я притормозил.

– Лео Деркович к взлету готов. Цель – пилотаж вокруг аэродрома.

– Дарья Деркович к взлету готова! Цель – пилотаж вокруг аэродрома.

– Взлет разрешаю.

Я увеличил обороты на максимум. Мотор взревел. Самолет покатился по полосе, с каждой секундой все быстрее и быстрее. На скорости в сотню километров в час я потянул рычаг управления на себя. Поля и деревушка впереди ушли вниз.

Скорость двести километров в час. Высота пятьсот метров. Я обошел Задорожье и повернул назад. Но не точно, а чуть вбок – чтобы не мешать взлетающим самолетам. Над рощей двинул ручку вбок и чуть на себя. За две бочки подряд потерял всего двадцать метров высоты. Краем глаза увидел : второй Як-18Т вращается в другую сторону.

Виражи мы сделали я вправо, Дарья влево. Синхронно ушли на боевые развороты. Одновременно прокрутили мертвые петли. Потом были восьмерки – сначала левые виражи, затем правые, потом снова левые и опять правые.

– Дерковичи! На посадку! У нас клиенты на восемнадцатые!

Мы снова обогнули Задорожье и снизились. Теперь уже друг за другом, сбросили скорость, на бреющем подошли к полосе и осторожно коснулись ее колесами. Остановились у самой стоянки. Выключили двигатели – самолеты надо не только заправить, но и осмотреть перед полетами с пассажирами.

– Кто пилотирует?

– Женя и Ваня. А вы займитесь новенькими.

Как скажете, Николай Петрович … Я подошел к высокому, выше меня, молодому человеку.

– Ну что, Леша, продолжим осваивать "кукурузник"?

– Лео Деркович и Алексей Ветер к взлету готовы.

– Взлет разрешаю.

Мой подопечный двинул сектор газа на максимум. Подождал, пока самолет разгонится до девяноста километров в час, и потянул штурвал на себя. Слишком осторожно, и потому мы оторвались от земли не сразу.

– Я тебя вчера запугал?

– Твой самолет с норовом.

Не без этого.

– Любой самолет – индивидуальность … На взлете на себя можно чуть-чуть поэнергичнее. Совсем чуть-чуть.

– Хорошо.

К Задорожью мы подошли в двухстах метрах от земли. Вернее, подошел Алексей – я к штурвалу не притрагивался. Он обогнул поселок и вернулся назад. Раз пять облетел рощу по прямоугольному маршруту – выражаясь языком летчиков, построил коробочку. Сначала на неизменной высоте, потом с ее набором. В конце пятой "коробочки" мы оказались под самыми облаками.

– Все правильно, Леша.

– Куда теперь?

– Изучаем маршрут на Муравку. Лететь на юг час с четвертью. Михалыч, прием. Мы на Муравку. Как там погода?

– Низ облачности на тысяче двухстах. Ветер западный, три метра в секунду.

– Принял. Кстати, там никого не надо забирать?

– Трошин не звонил, если ты об этом.

– Если что – радируй.

Алексей глянул на карту. Затем в окно. Потом опять на карту. Снова в окно.

– Ничего не понимаю!

– Она в излучине.

– ?!

– Слева сзади. Мы ее проскочили.

Он развернул самолет.

– Тут излучин … вижу!

Я вспомнил, как сам первый раз искал деревню Муравка, и улыбнулся. Что карта не совсем точная, это мелочи. С неба разглядеть три десятка домов и сараев среди леса непростая задача даже сейчас, в середине апреля, когда листьев на деревьях еще мало.

– Садиться, наверно, там …

Алексей показал на лужок в излучине рядом.

– Обычно да. Но если вдруг что – резервная площадка в паре километров к востоку.

– Так далеко?!

– У фермера Трошина два десятка коров и около полусотни коз. А здесь сам видишь, хороший лужок. Так что перед посадкой надо пару раз пройти на бреющем и внимательно посмотреть, не прячется ли кто в траве. И вообще, насколько она высокая …

– На Кашки вы летаете?

– Кашки километрах в десяти дальше на юг.

– Понял!

Алексей развернул самолет. Пару минут спустя мы достигли столь же маленького, как Муравка, села, с четырьмя десятками домов по обоим сторонам единственной улицы. Еще семь дворов стояли на отшибе.

– Почему из Муравки сюда не возят? Здесь же столько места для посадки!

– Прямой дороги нет, а через автомагистраль далеко. Да и дорога от трассы до Муравки больше на тропинку похожа. Там даже тракторы застревают!

Алексей молодец. Налетает положенное количество часов и будет ему сертификат пилота легкомоторной авиации. Станет работать у нас в аэроклубе вместе с невестой по имени Мария. Заменит меня, когда придется уйти …

Одним глазом поглядывая на приборы, другим я смотрел вниз. В какой-то степени тренировался – различать только что распустившиеся листики с высоты в километр для меня пока еще подвиг.

Лес сменился полем. Промелькнула лесополоса. Потом еще одна. И еще. Проплыла деревушка в пару десятков дворов вдоль речушки. Из длиннющей фермы на солнышко потянулись коровы. Казалось, я даже слышу их мычание сквозь гул мотора на высоте тысячу метров.

– Подходим к Задорожью. "Боровик", это Алексей Ветер. Прошу разрешения на посадку.

– Посадку разрешаю. А что, Лео спит?

– Контролирую, Михалыч.

Он посмеялся в микрофон.

– Даша уже вернулась?

– Твои сестры скоро весь кофе выпьют!

– Я им дам "выпьют"!

Самолет начал снижаться. Спускаясь на триста метров, Алексей построил две "коробочки" вокруг Задорожья. Вышел на посадочную прямую и снизил обороты двигателя. Выпустил щитки. Чуть приподнял нос самолета. Земли коснулся всеми тремя колесами разом. Полторы сотни метров пробега, и мы остановились в центре летного поля. Чтобы зарулить на стоянку, пришлось поддать газу.

– А теперь бегом в столовую! А то Соня и Даша нас без кофе оставят!

В столовой шумно. Худой, как жердь, Иван Скоков и высокий, почти с меня, Евгений Серый спорят, какая команда победит в завтрашней игре чемпионата по футболу. Коренастый Игорь Андреевич Лазарев молча жует котлеты с макаронами. Дарья, ее сестра-близнец София и высоченная, даже сидя выше моих сестер на целую голову, рыжеволосая красавица Мария щебечут за чашечками кофе. Я подошел к раздаче. Положил себе первое и второе.

– Не будем мешать девочкам. Кофе они все равно не весь выпили …

Все же, сели рядом – столиков в нашей столовой было всего восемь. Обменялись с соседями пожеланиями приятного аппетита и начали есть.

– Антоша … Антоша-а-а!!!

Зазвенели даже тарелки в мойке. Дарья вылетела в коридор. Назад вернулась в обьятьях молодого господина почти моего роста и весьма ладного сложения.

– Как ты здесь? Почему?

– Взял отпуск на недельку …

Дарья проследила за взглядом любимого человека и стала перед ним.

– У нее жених есть! Вон, с Лео обедает!

Я улыбнулся.

– Знакомься, Леша – Антон Логинов. Жених моей сестренки.

– Что-то в них есть общее …

– Рост и телосложение …

– Черты лиц …

– До сих пор он с честью проходил через все испытания, уготованные ему судьбой и Дашуней.

Антон тем временем оправдался перед моей сестрой и даже сел за ее столик. Правда, на Марию нет-нет, а поглядывал. Она же всем видом показывала, что ее не интересуют другие мужчины, кроме Алексея.

– Чем думаешь заняться?

– Хочу вспомнить, как держать штурвал.

– Во! Наш человек! Правда, Маша?

– Такое раз попробуешь – и на всю жизнь! Сама не могу без полетов!

Вечером я повез группу туристов на север области. Алексей полетел вторым пилотом и больше запоминал, чем что-то делал.

– У тебя еще не было посадок на неподготовленные площадки. Как говорится, смотри и учись.

Летели мы полтора часа. Еще минут двадцать я кружил на бреющем, выбирая подходящее место для приземления. Пару раз примерился на показавшуюся ровной площадку. Заодно посмотрел, не попадет ли под колеса что лишнее. Наконец, приземлился. Остановился у самых деревьев. Помог туристам вытащить из самолета рюкзаки, после его попросил помочь развернуться. Ребята впряглись в стабилизаторы и быстренько повернули Ан-2 хвостом к лесу.

– Спасибо, парни.

– Тебе спасибо! Закинул нас в такое место!

– Как здесь красиво!

Туристы попрощались и ушли. Мы взлетели. Я вышел на связь.

– Михалыч, прием.

– На связи, Лео. У нас все спокойно.

Хорошо. Полчасика можно потренировать зоркость.

– Взял.

– Отдал. Михалыч, запиши путь назад за Лешей.

– Принял …

Самолет замер в каком-то метре от деревьев. Сестры и Антон выскочили из кабины. Впряглись в хвост. Развернули Як-18Т на сто восемьдесят градусов и помахали на прощание. Я газанул. Пару сотен метров спустя взмыл в небо.

– Лео, прием.

– На связи, Михалыч. Лечу домой.

– Загляни в Щукино. Там что-то случилось.

Щукино – деревенька в два десятка дворов на берегу речки. Вокруг огороды и маленькие луга вперемешку с рощицами. Радиотелефон есть у местного фермера Егора Андреевича Колесова. Его хозяйство не в самой деревне, а дальше в лес, на краю самой большой на всю округу рощи. Там мы обычно и садимся.

Перед посадкой я сбрасывал скорость возле деревушки. Глянул на нее и увидел суету. Показалось даже, мне помахали рукой. Но возле деревни слишком мало места для посадки даже Ан-2 с его коротким пробегом!

Я приземлился на поле перед фермами. Зарулил в сторонку. Не успел выключить мотор, в дверь постучал сын хозяина.

– Лео! Здоров! Ты чего на таком маленьком самолетике?!

– Ради влюбленной парочки незачем "кукурузник" гонять. У вас лежачий больной?

– Галка из деревни не родит никак! А скорая к нам сам знаешь!

– Она у вас?

– В доме! Повезло, мама медсестрой работала!

Повезло.

– Скажи, чтобы выводили, а я к крыльцу подъеду.

На заднее сиденье посадили бледную девушку с огромным животом. Рядом устроилась полненькая дамочка в почти что домашнем халате.

– Ты лети тихонько! Не растряси Галюшу!

– Постараюсь.

Разбег. Взлет. Высота пятьсот метров. Скорость двести километров в час.

– Алло! Римма! Это Таня! Не узнала?! Богатой будешь! Слушай! Помнишь, я вчера про анемию беременных спрашивала? Да, да, да! Примете ее? Да прямо сейчас везем! Летим! Лео, давай в облцентр!

Не факт, что мне и туда бензина хватит.

– Михалыч, прием.

– На связи!

– Готовьте заправщик.

– ?!

– В Щукино оказалась беременная с осложнениями. До облцентра я не долечу.

Сзади заорали так, что я чуть в штопор не свалился.

– Как это не долетишь?!

– Спокойно, Татьяна Викторовна. Ничего с вашей Галей не сделается. Михалыч, прием. Вызови-ко врача на всякий пожарный.

Пассажирка начала ругаться матом. Я отключил слух и сосредоточился на управлении самолетом.

Доктор осмотрел Галину и заявил :

– Вы ненормальная, госпожа Колесова! Ее нельзя было везти! Тем более на самолете!!! Лучше бы хорошего врача привезли к себе!

– Ты акушер?! Знаешь, что делать в этом случае?!

– Вам любой врач скажет, что с такими осложнениями ни возить, ни летать нельзя!!!

– Да вы ее в своей машине больше растрясете, чем Лео в небе! Пока мы летели, я ничего не чувствовала! Никаких перегрузок!!!

Дальше они заговорили на медицинском жаргоне. Я понял только, Татьяна Викторовна лекарствами немножко облегчила состояние Галины и потому решилась на ее транспортировку. Врач скорой ей не поверил, обругал последними словами и под конец заявил, что смерть беременной и ее детей будет на совести госпожи Колесовой. Ко мне тем временем подошла Мария.

– Я сделала все, что можно, но ей надо рожать как можно быстрее. Знаю, у вас есть методики и препараты по искусственному вызыванию родов …

– По-твоему, кто прав?

– Татьяна Викторовна сделала невозможное. Если бы не она, у Галины был бы выкидыш …

Ругались они долго. Звонили каждый своим друзьям – консультантам. Наконец, решили : Галину в областной центр везти, но лежа на носилках и в сопровождении врача. Потому дальше мы полетели на Ан-2. И приземлились не на травяном поле аэродрома "Широкий", а на заасфальтированной дороге к нему.

… Скорость сто восемьдесят километров в час. Высота шестьсот метров. Самолет чуть-чуть покачивается. Внизу проплывают леса и поля, деревни и фермы, дороги и реки. Облаков на небе немного и солнце разыгралось. Даже сбоку светит так, что я жмурюсь. Алексей улыбается.

– Деркович! Ветер! Прием!

– На связи, Михалыч. У нас все нормально.

– Успеваете в Ромашки?

– Точно по времени. Передайте Сысоеву : пусть не волнуется. Живы его телята.

Из грузовой кабины послышалось мычание. Алексей глянул на дверь и улыбнулся.

– Не отвяжутся?

– Не должны … пойду посмотрю.

Я поднялся. Открыл дверь и вышел в салон. Поморщился от непривычного запаха. Проверил ремни, державшие четверых полугодовалых телят на настилах из сена и веток. Вернулся в пилотскую кабину.

– Будешь рассказывать прапраправнукам, как домашних животных возил на далекой планете.

– На аэродинамическом летательном аппарате!

– Которому не требуются специальные ВПП и который ремонтируется на коленке с помощью кувалды и такой-то матери!

Мы посмеялись.

– Садитесь, пан пилот.

– Так точно!

Алексей двинул рычаги. "Кукурузник" пошел вниз. Плавно затормозил и коснулся колесами земли. Полторы сотни метров спустя остановился точно перед коренастым господином с обветренным лицом. Он подскочил к самолету и распахнул дверь в грузовую кабину.

– Как вы долетели?

Я заглушил мотор.

– Надеюсь, им понравилось.

Телята промычали, кто жалобно, а кто и недовольно. Сысоев отвязал крайнего и вывел на волю. Маленькая коровка радостно запрыгала. Глянула на солнце и зажмурила глазки …

Мы помогли фермеру вывести телят из самолета. Все вместе отвели их в загон. Затем развернули самолет и взлетели. Алексей набрал высоту и выровнял машину. Откинулся в кресле. Прикрыл глаза.

– Знаешь, Лео, я ведь не хотел сюда. Чтобы я после звездолета пересел в пилотское кресло хоть какого-нибудь досветового летательного аппарата? Думал : что может быть интереснее нестись от звезды к звезде! Но вот я здесь, вожу … да кого только не вожу! Кур, коз, удобрения, туристов, беременных женщин … телят! Каждый день что-нибудь новенькое!

– Знаешь же, что я из ВВС не по своей воле ушел? Ну вот. Вернулся домой. Что делать? Неба уже вкусил и понял : мое. Не могу без него! Пришел сюда, в "Боровик". Думал : перекантуюсь годик – полтора – два и назад, в ВВС. Потом втянулся. Поначалу было, что и клиентов искал … и да, кого мы здесь только не возим! В ВВС такого не будет …

– Не хочешь туда?

– Идя в Армавирское училище, я думал защищать небо России, как папа, дедушка, прадедушка и прапрадедушка. Но сейчас все поворачивается так, что служу Родине я больше на земле. А в небе – помогаю ее отдельным гражданам. Тому же Сысоеву – по земле он своих теляток через неделю получил бы … сейчас я чувствую, что нашел свое призвание. Не убивать людей, а помогать им – и на земле, и в небе. В любом случае, я сначала к вам в гости слетаю, а потом уже буду поступать куда бы то ни было здесь, на Земле.

– С радостью подменим вас в "Боровике"!

Кстати. Что-то больно тихо в эфире. Я включил микрофон.

– Михалыч, прием. Это Лео и Алексей. Мы уже освободились. Летим назад.

– Принял.

– Что тихо в эфире?

– В небе только вы.

Самолет дрогнул – колеса коснулись земли. Короткая пробежка, поворот, еще немного движения и пятитонный "кукурузник" замер рядом с другими самолетами. Алексей выключил двигатель.

– Полет окончен.

Я открыл дверь и спрыгнул на молодую травку летного поля. Алексей спустился с другой стороны. Потянулся. Глянул на солнышко и пошел к конторе. Я махнул Федору.

– С движком все нормально. Клапаны не стучат.

– Хорошо!

Он убежал за стремянкой. Я вытащил мобильник и набрал номер папы.

– Здравствуй, Лео.

– Здравия желаю, пан полковник! Как успехи вверенной Вам части в строевой и политической подготовке?

На другом конце провода посмеялись.

– Выше всяких похвал! Как поживают "кукурузники"?

– Проявлют чудеса изобретательности! Сегодня, например, телят возили.

– Что, правда?!

– Им понравилось. Сами сказали!

– Ну молодцы, молодцы!

– Визы в Польшу уже почти готовы …

Показалось, или папа вздохнул?

– Удачи вам, дети …

– Подключим вас по Скайпу! У пана полковника планы на майские праздники не изменились?

– С третьего по шестое я свободен …

Следующий звонок – в Польшу. На другом конце провода ответили после пятого гудка.

– День добрый, Лео!

– Добрый, Катаржина. Как ты? Как учится?

– Ой, не спрашивай! Столько поназадавали! Голова кругом идет! Даже в выходные не могу никуда выбраться! Девчонки уже обижаются!

Пани Ченстокова взялась за ум?

– Меня чуть не отчислили … папа бы убил, если бы отчислили!

Серьезный повод сесть за учебники.

– Ты сам как?

– Сегодняшний рейс прошел успешно. Груз доставлен. Ученику в зачет пошли все три часа в небе.

– Сам-то летаешь?!

– Утром и вечером по полчаса высшего пилотажа!

– О-о-о! Жаль, я этого не вижу!

– На майских увидишь. Я уже знаю, где самолет взять полетать на часик.

– Класс!!!

– Тебе тоже достанется.

– А-а-а! Лео! Жду не дождусь!

– С тебя все пятерки.

– Обязательно!

Прощался с Катаржиной я уже при Софии.

– Ух, втюрилась девка!

– Сам удивляюсь, как ее так долго по телефону хватает.

– Ну если каждый раз говорить такое …

– А ты Мишелю что говоришь?

Она слегка покраснела.

– Да всякое … он тоже в Польшу прикатит на майские!

– Смотри, не упилотируй его.

– Миша парень крепкий!

– В небе перегрузки по другим векторам.

– Не хуже тебя знаю! И вообще, я сейчас экскурсию на озеро повезу!

Я обернулся и увидел двух молодых парней на полпути от конторы к нам. Мальчики высокие, ладно сложенные. И весьма разговорчивые. Ой, смотри, София …

– У меня был хороший тренер по моральной устойчивости!

– Удачного полета!

Меня чмокнули в щечку.

– Спасибо, братик! Да, Лео! В лесу возле заброшенных садов колхоза "Комсомольский" появились туристы – я сегодня дым видела! Тебе на заметку …

2. Учлеты

Я вошел в столовую. Увидел, что Алексей сидит с Марией. Взял обед и сел за свободный столик. Неожиданно Ветер подсел ко мне.

– Возьмешь еще учеников?

– Это запросто … что-то случилось?

– Наших всех переводят сюда.

– А говорили, будут по очереди …

– Сам теряюсь в догадках. Только что сообщили …

Если он и врет, я этого не узнаю.

– Честно!

– Кардинальное изменение планов редко бывает от хорошей жизни. Это не интуиция, Леша. Это опыт.

– А интуиция твоя что говорит?

– Молчит, как партизан на допросе в гестапо … Вы ждали звездолет. Он не задерживается?

– Хм. Сейчас узнаю …

В наших ушах зазвучал голос Поркаасйаоушасы. От неожиданности Алексей вздрогнул.

– Какой же ты подозрительный, Лео Деркович! Нет, "Звездный Ветер" будет в срок! На связь он выходил полчаса назад! А ученики наши провалили все последние тесты!

Всех бы так наказывали.

– Не может быть!

– Представь себе! Так что пусть поживут среди людей! Им запрещено использовать Сияние. Только в крайнем случае.

Надеюсь, документы у пяти новых граждан России в порядке.

Парень и четыре девушки. Все высоченные. Иван – коротко стриженый голубоглазый блондин в ослепительно-белой рубашке и коричневых брюках. Елена – пышноволосая блондинка в цветастом платье по колено. Анна – русая сероглазая красавица в светло-светло-голубой блузке и брючках по колено. Валентина любит зеленые тона в одежде и относительно короткие, но обьемные стрижки. У Татьяны наоборот, толстенная коса ниже пояса.

– У меня нет столько самолетов!

– Будут учиться по очереди.

– А летать на чем?! Вы же у нас останетесь?

– Давайте сначала научим их летать …

Начальник аэроклуба Николай Петрович Дерябин вскочил.

– Ты что опять придумал?!

– Что нам мешает хотя бы еще один Ан-2 прикупить?

– Ты вообще представляешь, сколько самолет стоит?! Это не автомобиль! Его где попало не купишь!

Это я знаю. Также знаю, что найти самолет не проблема. Даже снятый с производства Ан-2 – их тоже время от времени продают. Например, беднеющие аэроклубы. Или уже развалившиеся машины на запчасти …

– Хорошо, ищи!

Николай Петрович подписал договоры об обучении еще пяти будущих пилотов. Я повел молодых людей на аэродром. Показал им самолеты. Познакомил с людьми. Затем мы вернулись в здание конторы и прошли в учебный класс.

– Кто-нибудь из вас до этого уже пилотировал летательные аппараты?

– Нет …

– Получается, в вашей группе только один профессиональный пилот …

Иван усмехнулся.

– То, что водил Алексей, управляется совершенно не так, как то, на чем вас возили к нам в гости.

– У вас все и летает, и управляется не так, как у нас. Но не думаю, что скорость реакции и понимание, куда лететь, у вас не играет никакой роли … ладно, нет – значит нет. Будем учиться с нуля …

Рассказал я все, что знал. И что вообще такое самолет, и как он держится в воздухе, и как им управлять. Что такое рули и элероны, шаг винта, вираж, глиссада … лекция растянулась на пять часов. Взрослые люди, не только выше, но и старше меня, слушали, как маленькие дети – в полной тишине затаив дыхание. Вздохнули только когда я закончил.

– Вопросы? Вопросов нет. Ты все понятно рассказал. Теперь бы потрогать это чудо техники … нет, правда! Месяц назад кто сказал бы, что алюминиевый аппарат, управляемый рычагами и тросами, может летать, я бы его высмеял! Вы до скольки летаете?

– Если взлетим сейчас, успеем до темноты слетать на Синее озеро.

– Как романтично …

– У него вода время от времени становится синей – синей. Особенно часто это видно с самолета … Аня?

– Давай мы тебя в воздухе поспрашиваем!

Дельное предложение. Я вывел будущих пилотов на летное поле. Подвел к самолетам.

– Цессна-182. Неплохой аппарат. Достаточно быстрый и в меру маневренный. Но – только пассажирский, грузы в нем не повозишь. И ремонт непростой : оригинальные запчасти дорогие, самоделки нужны очень высокого качества и точности изготовления. К счастью, ломается американец редко …

– Цессна-172R. Аналог сто восемьдесят второй. Летает немного дальше, рычит малость потише. Главное – они все три новые, выпущены от пяти до семи лет назад. А сто восемьдесят второй ровестник Даши с Соней …

– Як-18Т. Единственный из наших аппаратов с убирающимся шасси! Их три – второй сейчас в воздухе, третий в ремонте. Самолет не только пассажирский, но и пилотажный благодаря довольно мощному для такого малыша двигателю. Ну и плюс в том, что ремонтируем его своими силами …