Чужая жизнь. Книга V. Власть.

Глава 9. Племянница Жорика.

– Вернись назад и оденься! – рыкнул я на Элениэль, заметив, в каком виде она последовала за мной. – И захвати мой камзол и шпагу.

Эльфийка смущенно оглядела себя и опрометью кинулась назад в мыльню. Так-то лучше. Нечего свои прелести, которые предназначаются только для меня, демонстрировать всем и каждому. И обстрел моего замка огнешарами недостаточный повод, чтобы этим пренебречь. Тем более, что артефакты защиты в стены вмонтированы мощные и я только вчера проверил, что все они заряжены под завязку.

– Родрик! – окликнул я дядюшку тоже выскочившего во внутренний двор. – Отключи блокиратор магии. Только сначала проверь, чтобы на Руфусе был надет ридитовый амулет.

Поднялся на стену. Плохо дело. На вершинах и склонах гор по периметру трех сторон замка, обращенных к ним, расположились где-то под сто пятьдесят магов. Все они сейчас посылали в защитный купол огненные стрелы, шары и воздушные лезвия. По легкому дрожанию стены под ногами можно было сделать вывод, что среди них присутствуют и маги земли, которые сейчас пытаются эту самую стену обрушить. В общем, хорошо подготовились. Пожалуй, такую магическую мощь в этом мире еще никто никогда на практике не собирал. Пятьдесят магов уже считалось огромной силой, а тут раза в три больше.

И это еще не все. В отдалении, вне пределов действия магии, я заметил группу из четырех человек. По аурам сразу распознал, что трое из них не меньше, чем архимаги, а вот у четвертого аура отсутствовала. Неодаренный. Но чтобы его узнать, мне никаких дополнительных данных было не нужно. Красная сутана кардинала выделялась ярким пятном на фоне традиционно неброских хламид архимагов Совета. Неужели это Гилберт? Но как это возможно? Ведь он под заклятьем «Подчинения» у Дианы? С другой стороны, моей второй жены-дроу здесь сейчас нет, а только ей он не может причинить никакого вреда ни делом, ни словом, ни даже мыслью, чтобы не испытать мучительную боль, которая, если он будет упорствовать, должна завершиться неминуемой смертью.

А вот меня и, желательно, вместе со всем замком Гилберт по вполне понятным причинам уничтожить хочет. Слишком много компромата на него у меня скопилось. Каждое его донесение из Кордобуса грозит ему мучительной казнью. Так что его цель понятна. Освободиться от меня. И последнее его донесение, что в Блазии еще минимум год будет царить неразбериха, и мне нечего опасаться, было, как я теперь понимаю, ложью и должно было просто усыпить мою бдительность. Должен со стыдом признать, что своей цели оно достигло.

И все-таки не понимаю, как он собирается с заклятьем «Подчинения» Диане быть? Она же, как только узнает о произошедшем, немедленно пошлет ему приказ совершить самоубийство. Ладно, потом выясню. Может быть, он решил «для общего блага» пожертвовать собой? Бывает же такое. Хотя поверить в то, что Гилберт на подобное способен, не могу, хоть режьте меня.

Элениэль принесла мне камзол и шпагу, и я, наконец, смог привести себя в надлежащий вид.

– Стена долго не выдержит, – озабоченно произнесла эльфийка, тоже ощутив дрожь каменной кладки под ногами. – У нас мало накопителей, которые ты приказал отправить Элифасу в академию, а с магией земли так и вовсе только три штуки. На сегодня их еще хватит, а завтра тебе придется их подпитывать, или стена рухнет.

– Значит, – ответил я. – Завтра вон тех магов на горах здесь быть уже не должно.

Произнес я это уверенно, но, откровенно говоря, на самом деле довольно смутно представлял, как это можно сделать. То есть, если быть совсем откровенным, то у меня пока вообще ни одной мысли, как победить такое количество магов, не было. Да еще эти архимаги, которые стоят в сторонке и явно ждут, когда я вступлю в сражение с их подчиненными, истощусь, а потом они уже меня раскатают в тонкий блин.

Иными словами, в первую очередь, было необходимо избавиться именно от архимагов. С остальными после этого справиться будет уже гораздо проще. К сожалению, противники это прекрасно понимали и подставляться под мои потоки темной магии отнюдь не спешили. Судьба Люсинды была им известна, и становиться личами они совсем не торопились.

Эх, будь еще Люсинда в замке, было бы легче дышать. Но Элениэль после нашего возвращения из Солбери опять отправила ее в башню в нескольких лигах от Юмиле, где та и до этого находилась. Надо посмотреть, что у нас происходит со стороны города, кстати. Там тишина пока. Может быть, Элениэль сможет за личем-воздушницей и съездить. Никого другого послать за бывшей архимагиней не получится – та послушается только прямого приказа моей жены, своей хозяйки.

Перешли по стенам на противоположную сторону. В Юмиле все было спокойно. То есть, жители, конечно, видели, что на замок императора произошло нападение, но сам город никаким атакам не подвергался, и чужих войск ни в нем, ни рядом с ним видно не было.

Логично. Незаметно провести к моей столице целую армию у Гилберта, или архимагов из Совета никогда не получилось бы. А вот полторы сотни магов проникнуть, не вызывая подозрений, могли. Наверное, с торговыми караванами постепенно проходили через заставы.

– Когда сюда должен прибыть Элифас со своими учениками? – спросила Элениэль, тоже осматривая Юмиле и его окрестности.

– Через декаду, – ответил я. – Так что рассчитывать мы можем только на себя. Других магов в замке нет.

Интересно, можно ли выйти из замка сейчас, прикидывал я. Если да, то Элениэль отправится за Люсиндой, а гонец все-таки помчится в академию. Пусть дорога туда и займет у него не меньше двух дней, а потом еще дня три потребуется на то, чтобы Элифас с группой магов, сейчас их в академии должно быть не меньше полусотни, прибыл сюда, попытаться сделать это имеет смысл. Трудно предсказать, сколько еще вся эта осада продлится. Это я рассчитываю, что все решится за пару суток, но на самом деле все может и затянуться. Помощь не помешает тогда.

Но уж больно мирно выглядит все с этой стороны. Очень похоже на специально оставленный для меня путь к бегству, на котором просто так и просится устроить засаду. И как же мне не хватает моей Рагнхильды. Без нее контрразведка умудрилась проворонить подготовку к нападению на мой собственный замок! И какое нападение! Сто пятьдесят вражеских магов смогли незаметно проникнуть в столицу, а никто ни сном, ни духом. Как только все закончится, сразу отзову новоявленную графиню из ее затянувшихся отпусков – сначала «декретного», а потом и по «по уходу за ребенком». Тем более что здесь таких и не предусмотрено.

– Давай я попробую, – тут же вызвалась Элениэль, когда я изложил свой план посмотреть, сможет ли посланный мною из замка гонец добраться хотя бы до Юмиле.

– Нет, – покачал я головой, уже решив, что рискнуть жизнью придется кому-то из сотрудников контрразведки.

Кто ошибку допустил, тот пусть за нее и отвечает теперь. Как и опасался, едва посланник выехал за ворота замка и отдалился от него метров на триста, как с обеих сторон, с двух скал справа и слева от дороги на него обрушился добрый десяток огненных стрел и воздушных лезвий. Защитные амулеты гонца первые несколько атак выдержали, а потом он одновременно и загорелся, и головы лишился. Мда… Путь из замка перекрыт надежно. Пожалуй, такой шквал заклинаний и мой туманный щит не выдержит долго. До Юмиле точно не доберусь. Ни о ком другом, даже говорить не приходится.

К обеду обстрел замка начал потихоньку стихать. Выманить меня сразу за его пределы нападавшим не удалось, и они, видимо, решили взять тайм-аут, чтобы восстановить силы перед завтрашним днем. Не сомневаюсь, что предпримут главный штурм. Затягивать дело не в их интересах.

Поздно вечером собрались в моих покоях. Родрик, Далгиш, Элениэль и я. Плюс Огюст в своем кристалле на моем столе. Я пока видел только одно возможное решение – ночью мне каким-то образом все-таки выбраться из замка, можно даже спуститься со стены, если за воротами, как выяснилось, следят так бдительно, и к утру подобраться к тому месту, где сегодня располагались три архимага с Гилбертом. И надеяться, что завтра они встанут там же. Ну, а потом внезапно ударить по ним туманом тления. Дальше по обстановке. Например, Элениэль начнет атаковать оставшихся без своих старших товарищей магов из замка, а я с тыла. Если и не перебьем всех, то, по крайней мере, заставим отступить.

Проблема была только в том, как незаметно из замка выбраться. Вражеские маги огня устроили такое освещение всех стен, что возможность спуститься с них, не будучи обнаруженным, была под большим вопросом.

– Подземный ход, – произнес вдруг Огюст. – Почему ты не хочешь воспользоваться им?

– Какой еще подземный ход? – уставился я на кристалл. – Мне никто никогда не говорил, что он здесь есть.

– Так его и нет. И не было никогда, – поняв, что я отвечаю предку, отмахнулся Родрик.

– Передай своему дяде, что он тупица, – спокойно парировал Огюст. – Если он чего-то не знает, то это не значит, что этого нет. Ход ведет из подвала, где сейчас камеры и пыточная, в горы. Мне его гномы устроили. Правда, он не доделан до конца. Не успели. Но там чуть-чуть осталось. Выход должен быть по ту стороны горы, на которой твои враги расположились.

Кинулись все в подвал, прихватив с собой и кристалл с Огюстом, чтобы тот показал, где находится скрытая дверь. Она и правда была. Замаскированная под каменную кладку настолько искусно, что, не зная, где искать, обнаружить ее было невозможно. Узкий и темный проход вел на сотни и сотни метров под гору. Только вот заканчивался он не выходом, а ровной скалой. И сколько этой скалы нужно пробить, чтобы выйти, сказать было сложно.

– Тут метров двадцать – тридцать оставалось, когда я в последний раз принимал у гномов работу, – подсказал Огюст. – Маг земли за несколько часов сможет пробить проход. Если маг сильный, конечно.

Увы, но Элениэль магией земли не владела, а если этим займусь я, то растрачу все силы, которые мне потом понадобятся в схватке. Да и сильным магом земли меня назвать было нельзя.

– Пленница! – вдруг встрепенулся Далгиш. – Ну, та магиня, которую захватили тогда в Достере вместе с моей будущей женой. Она все еще здесь в камере сидит. И она была сильной магиней земли. Помните, ваше императорское величество, как она не дала вам разрушить стены замка? Надо ее заставить доделать ход.

Оу! А я, признаться, за всеми заботами и забыл совсем о девушке, которую мы без сил захватили в замке герцога Вийро. Она потом отказалась отвечать на любые вопросы. Даже имя свое не назвала. Мы ее привезли сюда, поместили в камере. Я хотел ее допросить как следует, но так и не собрался, а потом и запамятовал о ней совсем. Вот чем забывчивость императора может обернуться. Если бы не нынешняя ситуация могла бы провести магиня в камере всю свою оставшуюся жизнь. Впрочем, думаю, что Роджер мне о ней все-таки нашел бы возможность напомнить.

– Как!? – воскликнула пленная, когда я объяснил ей, что ее верность присяге Георгу Восьмому и его наследнику больше не имеет смысла в связи с преждевременной и, судя по всему, произошедшей в результате заговора архимагов кончиной вышеозначенных персонажей. – Дядю и моего двоюродного брата убили!?

Вот те раз! Так мы, оказывается, в Достере захватили в плен какую-то неучтенную племянницу Жорика? Откуда она взялась? Никогда не слышал, чтобы у покойного были братья или сестры. Но, пожалуй, так даже лучше. Вряд ли члены Совета архимагов вызывают теперь у девушки какие-нибудь дружеские чувства, кроме желания отомстить. Исходя из ее восклицания, своих не очень симпатичных родственников (про наследника ничего сказать не могу, а вот Георг был порядочной гнидой) она любила.

Глава 10. Интерлюдия. Диана.

По сути, она своего мужа предала. С другой стороны, Диана была уверена, что в той ситуации, в которую она попала, он бы сам ей посоветовал поступить так же. При возвращении домой после встречи с Ричардом ее небольшой отряд подвергся неожиданному нападению.

И такому, от которого никакая охрана уберечь не могла. Ей навстречу в сопровождении полусотни воинов и своих трех мужей выехала Алаисса. Ее двоюродная сестра, после того как Диана отправила ее на окраину Нового Драура, так и не прошло процедуру снятия закладок древних магов и осталась верна традициям дроу. Увидев Диану, Алаисса спешилась и вежливо поклонилась, а ее отряд смешался с людьми Дианы, обмениваясь дружескими рукопожатиями. Когда же Диана свесилась с седла, чтобы обнять сестру, там одним рывком сдернула ее на землю, сразу защелкивая у нее на руке ридитовый браслет. Это было сигналом и для ее воинов, каждый из которых моментально выхватил кинжал и вонзил в грудь ближайшего к нему телохранителя Дианы.

И ведь говорила ей Изабелла, когда узнала, что Диана простила Алаиссу, чтобы была теперь с ней крайне осторожна.

– Прощенный, но не смирившийся враг бывает очень опасен. Учти это, Диана, – сказала она тогда. – Пусть за Алаиссой постоянно следят. Не доверяй ей.

А она не послушала.

Потом ее связанную доставили в какой-то скрытый в лесу дом, где она провела двое суток, пытаясь предугадать, что будет дальше. А на третий день к ней пришла Алаисса.

– Что, сестренка, не ожидала такого? – глумливо усмехнулась Алаисса. – Больше я не допущу такой ошибки, как тогда, когда шавкам твоего мужа удалось меня захватить и держать в той омерзительной каменной башне вместе с личем. Теперь все будет по-другому. Дроу вернутся к своим древним традициям. Всех эльфийских шлюшек, которым ты позволила поселиться у нас и плодить омерзительных полукровок, мы истребим. И твой муж нам в этом не помешает. Знаешь почему? Потому что он очень скоро сдохнет! – и она радостно засмеялась.

– А сейчас, – продолжила Алаисса, наклоняясь с высоты своего роста к лежавшей на полу связанной Диане. – Ты освободишь кардинала Гилберта от заклятья «Подчинения». Сейчас я разрежу эти веревки, и ты это сделаешь.

– Нет, – покачала головой Диана. – Не сделаю. И ты очень пожалеешь, что снова решила выступить против Ричарда. На этот раз он тебя не простит. Даже ради твоей матери.

– Сделае-ешь, – растягивая последний слог, возразила Алаисса и крикнула, поворачиваясь к двери. – Занесите!

В комнату вошел один из мужей Алаиссы. У него на руках была Риана.

– Сейчас я у тебя на глазах сверну твоей дочке шею, – угрожающе произнесла Алаисса. – Она родилась порченной. Без метки нашей расы. Она никогда не сможет удовлетворить нескольких мужчин подряд. Но я, так и быть, сохраню ей жизнь. Если ты сейчас же не освободишь кардинала Гилберта. Ну?

И Диана сняла заклятье. Риану после этого оставили с ней. И вот уже добрую декаду они сидят в этом лесном домике под стражей. Алаисса с тех пор зашла только один раз.

– Я бы тебя с удовольствием убила, сестричка, за все, что ты сделала с дроу, – сказала она.– Но я пообещала отдать тебя целой и невредимой Гилберту. Он сейчас с армией магов уничтожает Юмиле, твоего мужа и его мерзкий замок. А потом приедет за тобой. У него к тебе большой счет. Видела бы ты, как его корчило, когда он пытался написать мне, что надлежит сделать с тобой. Говорить он от боли не мог. Чуть не умер. Но справился. И теперь горит желанием причинить тебе такие же страдания. Так что сиди здесь и жди расплаты.

Глава 11. Победа.

Думаю. То есть, план на завтра есть и изменениям не подлежит. Надо срочно отправляться спасать Диану. Меня еле-еле все дружными усилиями убедили не помчаться в Новый Драур сразу же, как только я узнал о том, что моя вторая жена была захвачена Алаиссой, и та принудила ее снять заклятье «Подчинения» с Гилберта. Так что выдвигаемся рано утром, но заснуть я, понятное дело, не могу, так что вот сижу и думаю.

Главный вопрос – что мне делать со ста тридцатью девятью пленными боевыми магами? Всего в напавшем на мой замок отряде их было сто пятьдесят три человека, но остальные погибли в сегодняшней схватке. На всех даже ридитовых браслетов и ошейников в замке не хватило бы. Не говоря уже о камерах в моем подвале. Поэтому пока разместили их всех в трех каменных сараях, для чего убрали оттуда разный нужный и ненужный хлам, и включили в замке блокиратор магии. У ворот и дверей импровизированных тюрем дежурят мои гвардейцы, так что никуда эти маги не денутся. Но вот что дальше с ними делать?

Проблема в том, что эти придурки (я имею в виду трех архимагов и Гилберта, руководивших всей этой оравой), чтобы собрать такую подавляющую, как они считали, силу, призвали всех боевиков с границы и с проклятыми землями, и с Кортией. Не всех, конечно, но больше половины оттуда отозвали. Да еще и самых сильных. И, по уму, их необходимо туда вернуть.

Безопасность Блазии, как это ни забавно, это и моя безопасность тоже. Прорвутся измененные твари и куда они кинутся? Да всюду. И до моих земель тоже без труда доберутся. А у меня тут и деревенек, и городков беззащитных в том же Турвальде десятки и сотни. До Достера им далековато, но через территорию империи могут и там объявиться.

А если еще и кортийцы в это время в наступление перейдут? Что мне тогда от Блазии, которую я уже считаю почти своей, останется?

Но и отпускать их просто так нельзя. Усилят они отряды трех оставшихся архимагов Совета, и мне с ними же и придется в ближайшем будущем опять воевать. Трое их теперь только. А было семеро. Но одного, самого сильного, остальные сами из-за страха перед ним дружно извели. А еще троим я сегодня в мир иной проездные документы выписал.

Похоже, что придется мне все-таки становиться в полном смысле этого слова темным магом. И поступать так же, как в таких случаях и древние действовали. Нет, не в личей я этих магов, конечно, собираюсь обратить, а вот привязать их через девушек-дроу ритуалами «Подчинения», видимо, придется. Хотя и с ними, как продемонстрировал мне Гилберт, стопроцентной гарантии лояльности добиться нельзя.

Его сейчас в допросной как раз лекари в относительный порядок приводят. Пострадал внешний вид кардинала слегка в процессе моей с ним задушевной беседы, активное участие в которой принимал Роджер. Подкинул он работенки целителям. Ничего, к утру будет выглядеть вполне презентабельно. Ему сейчас замковые швеи даже новую красную сутану подготовят. Старая пришла в негодность, когда я его высокопреосвященство по камням с горы за шиворот волочил.

Да, мы вчера отбились. И не просто отбились, а одержали, как говорится, «решительную победу». Виола, так зовут племяшку Жорика, оказалась действительно очень сильной магиней земли. Подземный ход она, когда узнала, что он поможет мне уничтожить архимагов, доделала часа за три. И у нее после этого еще даже силы остались. Теперь понимаю, почему мы стены замка Вийро никак обвалить не могли.

Георг Восьмой, кстати, и на самом деле ей дядей приходился. Только с одним нюансом. Незаконным дядей. То есть, о их родственной связи все были прекрасно осведомлены, но официально ее не было. Виола – дочка незаконнорожденной сестры Георга. Ну, не был особо разборчив в связях папаша Жорика. Заделал дочурку на стороне. Потом выдал ее замуж за мага то ли второй, то ли третьей женой, а там и Виола появилась. И магию унаследовала. Сильную, с перспективой до уровня архимагини дорасти со временем.

Тут уж Георг вспомнил, что она ему племянницей приходится. Заполучить для себя или своего наследника родственницу в Совете магов ему показалось не самой плохой идеей. В общем, поддерживал, помогал. В Достер Виола попала не по его воле. Ее туда Совет отправил. Вот там, похоже, от преданной императорской семье сильной магини да еще и с королевской кровью в жилах решили в преддверии готовившегося заговора избавиться. Что архимагам и удалось. С моей помощью.

Вообще, особой симпатии у меня эта Виола, хотя и помогла, чего скрывать, и внешне вполне симпатична, не вызывает. Впрочем, об этом чуть позже.

Утром я прошел через доделанный племянницей покойного императора Блазии проход, и началось самое сложное для меня – восхождение на гору без помощи моих разведчиков и без магических подъемников, которыми гномы оснастили наш горный курорт. Но справился. Зато дальше все развивалось, как по маслу.

Архимаги и Гилберт опять устроились на той же площадке, что и накануне. С комфортом, надо сказать, – установили им четыре кресла и столик, позаимствованные в одном из заботливо устроенных Изабеллой для наших гостей шале, оттуда же, подозреваю, вытащили пару кувшинов вина и разной снеди. А я, между прочим, не завтракал. Сидят, выпивают и закусывают. Ждут, пока остальные маги распределятся по тройкам вокруг моего замка.