Тайная стража Караса. Флейта для зверя

Южное Герцогство Карас было раем на земле. Плодородные земли давали по два урожая в год. Казалось, что стоит воткнуть в черную теплую ласковую землю даже сухую палку, и та даст цветы. Виноград, взращенный здесь, имел столь сладкий и терпкий сок, что его необыкновенный вкус можно было сравнить разве что с небесной амброзией. И вина Караса славились во всем мире.

На богатых пастбищах паслись тучные стада. Леса были полны пушного зверя. Черные кедры рощ пели песни странствий, белый песок пляжей спорил с изумрудной морской волной. И по морю на огромных торговых судах везли в Карас редкие диковинки, книги и пряности с Запада. Пестрые легкие ткани и драгоценные камни – с Востока.

Неприступные суровые горы, на вершинах которых вечно спал снег, хранили золотые жилы и серебряные прииски. А главное, в недрах находили редкие кристаллы, полные волшебной силы, что для магов и клириков дороже золота.

Ни в чем не было недостатка у людей юга. Короли всего мира завидовали им. Изящные замки южных сеньоров всегда держали двери открытыми. Музыканты и поэты ходили по дорогам Караса. Ученые и мистики находили здесь покой и понимание.

Карас был раем. И каждый желал обладать им. Много войн видела эта страна. Кровь не раз затопляла ее плодородные земли. Из-за гор приходили герцы – воинственные соседи из страны непроходимых чащ, с севера стремились захватить Карас итрийцы. Когда-то братский, родственный народ. Но теперь – злейший враг из холодных неуютных равнин снега.

Не прошло еще и пяти лет, как закончилась последняя война с Севером. Правил Карасом тогда старый герцог, кто погиб в битве, сражаясь, бок о бок, со своими солдатами. Горько оплакивали его и простые люди, и знать. Но на трон взошел его сын. Достойный монарх, молодой, но мудрый. Он и поднял страну после войны, под его рукой установился быстро прежний порядок. И снова Карас получал богатые дары Природы.

Лишь одна беда оставалась в стране. Сила кристаллов, несущих магию, приманивала на земли Караса нечисть и неверных богам магов, занимающихся темным ремеслом. Герцог Роже Ренар при своей мудрости и любви к порядку, распорядился покончить и с этой бедой. Так, четыре года назад в Карасе появились специальные воины, готовые противостоять нечисти и магии. Так появилась Тайная Стража…

Глава первая

Алан Бежар, более известный как Дюк, лениво вышагивал по засыпающим улицам столицы Караса – Терсы, в сторону Пристанища Стражи. Он раздумывал о том, что в принципе для начала октября погода стоит очень даже приятная. Дождей еще нет, нет злых зимних ветров. Но в тоже время, свежо. Особенно после духоты таверны «Бараний Рог».

Он уже почти достиг казарм, когда услышал позади хлопанье крыльев. И вот на его плечо приземлилась почтовая ворона, вцепившись острыми коготками в плотную ткань плаща.

– Принесла нелегкая, – вздохнув, констатировал ворчливо воин и подставил птице ладонь.

Ворона послушно выпустила из клюва небольшой бордовый квадратик ткани, на котором блеснул золотом герб Дома Ренаров.

Дюк чуть дернул плечом, прогоняя вестницу, и когда птица вспорхнула, спокойно развернулся и отправился в обратную сторону. Снова по той же улице, снова мимо таверны, к купеческому кварталу, а потом дальше, в сторону Дворца.

По дороге он сетовал на то, как быстро закончился его не начавшийся отпуск. С последнего рейда прошло меньше трех суток. Дюк толком выспаться и отъесться не успел, как уже готово новое задание. А ведь он собирался навестить Луиса и Жанет. Не виделись уже с полгода. То он в рейде, то они.

Эту парочку Дюк считал своими друзьями, каковых у него было немного. Бывших сослуживцев хватало, прошедшая война всех превратила в солдат. Приятелей тоже было много, с кем жизнь свела Дюка уже на службе в Страже. Но вот друзей… нет, друзей у него было мало. Только Луис, кто, как и сам Дюк, служил дознавателем-следопытом в Тайных войсках Герцога. И жена друга – Жанет. Боевой маг, на минуточку. С этой парочкой Дюк ходил в свой первый рейд. Досталось им тогда знатно. Нечисть потрепала хуже, чем итрийцы. Все израненные, чудом живые, только трое Стражей и выбрались из той передряги. С тех пор и дружили. Как-то сблизились.

Дюк всегда называл Луиса и Жанет «своими» людьми. Такими, кто близок душой. Сейчас друг возглавлял свой отряд, жена, естественно, ходила в рейды с ним. Вот так и получалось, что вылазки на задания Герцога не оставляли времени повидаться. То Дюк в походе, то его друзья не в городе.

С такими невеселыми мыслями, да с сетованием, что придется сейчас проговорить с Герцогом полночи, а потом и выспаться времени не будет, Дюк добрался до Дворца, до самых покоев своего Командира.

Молодого Герцога Роже Ренара любили все. Дворяне, многие семьи которых состояли с герцогским Домом в родстве. Роже справедливо разбирал земельные и наследственные споры именитых особ, легко раздавал подарки, но только за реальную помощь государству. Он сам не слишком любил праздники и увеселения, но исправно два раза в год устраивал пышные балы для знати.

Купцы хвалили герцога за оставленные им приличные проценты, за возможность свободно торговать. И честно признавали право государя на их деньги, которые полагалось отдавать в казну.

Любил молодого Герцога народ. Потому что Ренар вел гибкую налоговую политику. Он брал больше с богатых земель, и меньше – у бедняков. В голодные года помогал тем, кто нуждается. Весь урожай не просто хранился в закромах Дворца, а распределялся с толком. Для всех, кто мог нуждаться в пище, но не имел возможности добыть ее сам. А после войны таких было много.

А еще Роже был прост в общении и не чурался своих подданных. За это Герцога уважали войска. Ветераны воспринимали его, как заботливого командира, как отважного воина, кто не прятался в бою за спинами других. Смелость свою молодой Герцог в последней войне доказал. Да и вообще, за победу Ренара любили все.

Дюк своего Командира тоже уважал. Роже был старше Алана всего на пару лет. И так же, как и Алан, молодой Ренар был ветераном, умелым опытным бойцом, одним из старших, способным даже на поле боя нести ответственность за юнцов, кто с трудом умел держать меч в руках. Они легко находили общий язык. Похоже, даже доверяли друг другу.

Дюк никогда не чувствовал себя при Герцоге слугой, хотя все приказы всегда исполнял четко. А Ренар уважал Стража за умение думать, за рассудительность, взвешенность решений, за то, что Алан не слепо шагал исполнять приказ, а подходил к любому делу осторожно и спланировано.

В тот вечер Герцог ждал Стража в своем личном кабинете, прямо в своих покоях, а не в той части дворца, где велись официальные встречи, откуда разлетались обычно приказы. Дюк и раньше бывал в этой комнате. Дела Тайной Стражи требовали особого внимания и некоторой секретности. Потому Ренар часто общался с дознавателями с глазу на глаз там, где он чувствовал себя спокойно без чужих ушей.

Комната была небольшой, и обставлена скромно. Герцог не любил лишнего блеска и роскоши. Здесь горел камин, отделанный простыми дубовыми панелями. Роже сидел в кресле с высокой ровной спинкой, рядом с ним на комоде стоял бокал вина. Слева от входа Дюк заметил шкаф с книгами, на стене висели два клинка и старинный щит. Но в этот раз кроме дознавателя и герцога в комнате был и еще один человек. Женщина. Вернее, молодая девушка. Она устроилась на низком табурете, четко ровно держала спину, и при этом умудрялась выглядеть расслабленной. Девушка тоже вертела в руках бокал с вином.

Дюк был удивлен ее присутствием. Нет, это было не в первый раз. Роже далеко не монах, и дознаватель уже видел многих любовниц герцога. И знатных дам, и обычных шлюх. Ренар приглашал в свою постель любую, кто ему понравится, вне зависимости от статуса дамы.

Но эта девушка не походила на любовницу. Она не была одета кокетливо, никаких декольте и пышных, но почти прозрачных пеньюаров. Незнакомка была одета в рейтузы из плотной ткани, какие носят женщины-воительницы, высокие мягкие сапоги, белую шелковую сорочку и дуплет. Только эта дорогая рубашка и добротная обувь выдавали в ней богатую даму.

На лице женщины не было косметики, которую так любили и светские львицы, и все те же продажные девицы. От незнакомки не несло дорогими духами. Вместо замысловатой прически, ее волосы, довольно светлые, были коротко пострижены, спадали до воротника рубашки, и явно выгорели на солнце.

Дюк посмотрел вопросительно на Герцога. Обычно Роже отправлял своих женщин прочь, когда начинался серьезный разговор. Но в этот раз, похоже, отсылать незнакомку Ренар не собирался. Поняв легкое замешательство дознавателя, герцог только весело улыбнулся.

– Привет тебе, Дюк, – добродушно поздоровался он. – В такой вечер красное вино южной провинции будет особенно подходящим к случаю. Налей себе, если пожелаешь.

– Привет и тебе, командир, – ответил дознаватель, подходя к комоду, где стоял графин и еще один пустой пока бокал. – После рагу из барашка от Лорки, любое вино будет кстати.

Ренар задорно усмехнулся.

– И не стыдно тебе, – шутливо укорил он Дюка. – Все знают, что никто в стране не умеет готовить это рагу лучше жены кабатчика «Бараньего Рога». Только даже мне она не всегда предлагает это лакомство. А вот тебя балует регулярно!

– Есть за что, – напомнил Страж.

Они воевали вместе с Веселым Лью. И Дюк на себе вытащил его немалую тушу из окружения. Раненого, но живого. Лорка получила мужа назад. Почти целого. Только без правой кисти. Ранение стоило Веселому Лью службы. Но Лорка мужем кабатчиком была намного более довольна, чем мужем военным. Герцог это знал. Он сам был в том бою на равнине. Он прорывался к своим войскам бок о бок с Дюком.

– Ладно, хвастун, – продолжил Роже уже чуть более серьезно. – Прежде чем мы приступим к делу, хочу представить тебе мою кузину Алику. Которую я очень люблю, и которой я обязан жизнью.

Дюк чуть склонил голову в знак приветствия. Алика кивнула в ответ. Только теперь дознаватель отметил некую родственную схожесть ее лица и внешности Ренара. Герцог тоже был светловолос, только еще на оттенок светлее кузины. И лицо у него было пошире, покруглее, черты крупнее, и естественно, мужественнее. А вот глазами они были сильно похожи. И Алика, и Роже, оба синеглазые, с чуть заметными зеленоватыми крапинками по радужке.

При этом четко чувствовалось и различие. Герцог всегда казался немного беспечным. Ему нравилась такая маска. А вот его кузина выглядела спокойной и серьезной.

– Не возражаешь, если она тоже послушает мой рассказ? – по тону герцога было понятно, что вопрос на самом деле ответа не требует.

Дознаватель улыбнулся.

– Вот и славно, – продолжал уже совсем серьезно Ренар. – Я помню, что ты только два дня назад вернулся в город. Я все понимаю, Дюк. Ты хотел бы немного отдохнуть. Но… Когда ты выслушаешь мой рассказ целиком, уверен, протестовать против этого задания не станешь.

Дюк понимал, что ответа от него снова не требуется, а потому спокойно продолжал попивать терпкое вино. Немного демонстративно. Только герцог даже не улыбнулся на эту выходку.

– Есть у меня один родственник, – продолжал Роже с напускной беспечностью. – Толи троюродный дядя, толи какой-то кузен. Граф Симон Монтебан. Его земли лежат в лесах, почти в предгорье Утренних Гор. Знаешь эти места?

Дознаватель немного подумал. Владения этого графа не входили в состав вечно неспокойного пограничья Гор Вечерней Зари. Утренний массив не приносил такого большого урожая волшебных кристаллов, только руду и уголь. В целом, спокойное место. Горя плавно спускались до Срединных Изумрудных равнин.

– Вроде бы, – заметил Дюк. – Не самые плохие там места. Пушнины много, дичи. Да и целебных трав хватает.

– Согласен, места там отличные, – охотно поддержал его герцог. – Как-нибудь выберемся туда на охоту. Но вот с урожаем пушнины в этот год как-то не ровно выходит. Видишь ли, положенная казне часть с тех земель дошла до нас не в должном количестве. А мой родственник почему-то на письма не отвечает. Месяца два молчит.

Дознаватель отставил бокал и чуть вопросительно приподнял брови.

– Согласен, дружище, – отреагировал на это Ренар. – В принципе, это не повод для беспокойства. Я так сначала и считал. Вот только вместо ответов на мои письма граф вдруг начал посылать мне очень странные вести. Все больше с помощью ворон. Но ты же знаешь, птицы не слишком умны. И ленивы. Больших донесений с ними не передашь. Приходят короткие записки. Странноватого и зловещего содержания.

– Например? – поинтересовался Дюк.

– Сейчас, процитирую парочку, – пообещал герцог. – Ну, вот хотя бы. «Луна в полночь окрасилась кровью». «И брат станет недругом». «Флейта поет о смерти». Что скажешь?

– Пока не знаю, – честно признался Страж. – Конечно, наводит на неприятные мысли, но… А сколько накопилось таких посланий?

– Штук семь, – послушно ответил Роже. – Вот.

Он протянул дознавателю папку, отделанную бархатом и тесненную серебром. Дюк открыл ее. Лежащие внутри жалкие и грязные клочки бумаги казались какими-то ненастоящими на фоне богатой отделки.

– Ты уверен, командир, что это почерк графа? – задал дознаватель новый вопрос.

– Уверен, что нет, – серьезно отозвался Ренар. – Посмотри дальше. Там есть последнее послание. Оно пришло с обычной почтой. Вот его точно писал Монтебан.

Дюк достал нужный листок и прочел вслух.

– Нет сил бороться, не могу даже умереть. Помоги… – он нахмурился. – Это вообще никак не проясняет ситуацию.

– С тобой трудно спорить, – заметил герцог. – Но все же вызывает беспокойство. А потому я распорядился, чтобы смотритель Восточной провинции узнал, в чем там дело. Но и тут меня постигла неудача. Смотритель написал мне лишь о том, что его посланцев в замок графа не допустили. Ворота закрыты. Правда, в местном кабаке на Тракте посыльный узнал еще одну неприятную деталь. В одной из самых больших деревень, подчиненных Монтебану, исчезли все жители.

– Ого! – отреагировал дознаватель.

– Вот и я тоже подумал, что дело принимает серьезный оборот, – согласился с ним Ренар. – И потому две недели назад отправил туда отряд Стражи. Отряд твоего друга, Дюк. Но не сам Луис, ни его жена-маг Жанет, никто из их отряда не вернулся.

Дюк нахмурился. Это ему совсем не понравилось. Он не ждал таких новостей, и заволновался. Нет, все-таки Луис один из самых опытных дознавателей. Луис знает Герцогство, как свои пять пальцев. Луис был в таких переделках, что труднее не придумаешь. Жанет одна из лучших магов страны. Даже учителя Школы Тайн могут ей позавидовать. Нет, не существует такая сила, которая может победить этих двоих… Но… Отряд исчез. Прошло две недели.

Дознаватель отставил бокал. Вино потеряло вкус. Беспокойство стерло последнее очарование вечера. Дюк не хотел верить. Упрямо гнал от себя дурные мысли. Но факт оставался фактом. Его друзья не вернулись с задания.

– Послушай, – чуть мягче обратился к нему Роже. – Я понимаю. Мне самому тоже это не нравится. И не верится, что… Да не хочу я верить! Давай пока просто не будем спешить с выводами.

Дюк просто угрюмо кивнул.

– Я поеду, – решил он.

– Конечно, – кивнул герцог. – Я понимаю. Я потому и позвал тебя. Возьми столько людей, сколько посчитаешь нужным. И Алика тоже поедет с тобой.

– Я тоже хорошо знаю те леса, – впервые вступила девушка в разговор. Она говорила спокойно и уверено. Но без заискивания. Будто доказывая свою ценность в будущем походе, и без излишней самоуверенности. – Симон Монтебан приходится мне дядей. Я часто бывала у него в гостях в детстве.

– Что ты о нем помнишь? – спросил ее дознаватель.

– Он отличный боец, – сразу выдала Алика. – Он со своими людьми в течение полутора месяцев удерживал итрийцев, пока наши войска собирались на равнинах.

– Да, – подтвердил Ренар. – Симон лет на десять старше меня. Он был близок с отцом.

– А еще? – Дюк не любил длинных и цветистых фраз.

– Я была тогда еще ребенком, – с некоторой досадой заметила кузина герцога. – Мы с ним мало общались. Я лучше помню его дочь от первого брака. Рози. Нет, ее звали Софи! Ей сейчас должно быть около 18 лет…Подождите!

Алика вдруг нахмурилась.

– Я тоже читала те послания, – она указала на папку, теперь лежащую на коленях дознавателя. – Там было одно… «Зло открыло себя, спустя почти 20 лет». А ведь тогда, при родах умерла его первая жена. Как раз 18 лет назад.

– Точно, – закивал Роже. – Помню, с этим была связана какая-то история. Трагедия… Да. Мне что-то такое рассказывала кормилица. Она любила собирать такие слухи. Кажется что-то про ту ночь, когда родилась Софи. Первая жена Симона умерла в родах. И… Точно! Говорили, что в ту же ночь погибли его родители!

– С чего такой повальный мор? – удивился Дюк.

– Понятия не имею, – пожал герцог плечами. – У меня слишком много родственников. А у них много всяких тайн, трагедий и сплетен. Я как-то и не интересовался. Мне самому-то тогда было около шести лет. Но, конечно, кормилица моя была уверена, что дело не обошлось без темного колдовства.

– В этом случае это похоже на правду, – заметила Алика. – Хотя в Софи я ничего такого не замечала. Обычная девочка. Милая, хрупкая. Ну, может, чуть более серьезная. Мы с ней виделись, но не много общались. Я только раз смогла уговорить ее улизнуть из замка. Тогда мы шли искать сокровища Священной Горы.

– Точно! – с почти детским восторгом воскликнул Ренар. – Уж эти сказки я помню. А ведь гора точно во владениях Симона.

– Гора, где скрыт источник, вода из которого излечивает любые раны, придает ума и исполняет любые желания? – усмехнулся Дюк. – А! Главное, дает неограниченную власть и великую магию. Ну, да. Я тоже знаю эти сказки.

– И кто-то, – уже серьезнее заметил Роже. – Очень хочет нам о них напомнить. Там среди посланий есть что-то об этом.

Дюк кивнул и снова залез в папку.

– Священную гору покинут птицы, – прочел он вслух. – И снова почерк не принадлежит графу. Как-то слишком много странностей для одного места.

– Или ложных следов, – заметила Алика.

Дознаватель чуть приподнял брови. Ее замечание приятно удивляло своей разумностью.

– Хорошо, – сказал он. – У графа в прошлом темная история и живое продолжение страшной тайны. Его дочь. Что-то еще можете о нем вспомнить?

– Ну, лично я могу только упомянуть его новую жену, – с чисто мужской усмешкой ответил Ренар. – Она всего года на два старше своей падчерицы. И очень хороша! Симон привозил их обеих на последний праздник зимой. Кстати…

Он вдруг стал серьезнее.

– А ведь было что-то еще! В ночь после бала… Да! У дверей покоев Монтебана умер какой-то юноша.

– Умер? – заинтересовался дознаватель. – Неужели роковое несварение желудка?

– Ты сейчас обидел моих поваров, – усмехнулся герцог. – Нет. Магия. Вот только вопрос в том, кто из дам постарался таким решительным образом избавиться от навязчивого поклонника? Помню, мы тогда не разбирались особо. Симон тем же утром покинул Дворец вместе с обеими красотками. А! Кстати, вроде бы его жена на сносях.

– Это важно? – поинтересовался Дюк.

– Не знаю, – пожал герцог плечами. – Но это все, что я смог вспомнить.

Дознаватель чуть иронично улыбнулся.

– Если остальные сведения так же значительны, то я уверен, ты можешь прислать их с письмом, командир, – сказал он. – Мы отправимся утром. Тебя это устроит?

Вопрос был адресован Алике.

– Ты дознаватель, – совершенно серьезно и даже почтительно отозвалась девушка. – Я буду готова к тому времени, которое назовешь.

– На рассвете у казарм Стражи, – распорядился Дюк.

Она коротко, по-военному кивнула.

– И славно, – удовлетворенно заметил герцог. – Кузина, желаю тебе успеть хоть немного поспать. Дюк? Я думаю, ты не откажешься посетить перед отъездом склад магов.

– От такого предложения я никогда не откажусь, – иронии дознаватель не скрывал.

Склад Магов, или официальнее, хранилище артефактов, располагалось, конечно же, на территории Дворцового Квартала. Хотя на самом деле, Резиденция Герцогов Караса занимала не малую часть самого центра столицы. Здесь был самый настоящий Дворец, где Ренар проводил праздники для знати, в огромной богато украшенной зале, освещаемой сотней волшебных кристаллов. На верхних этажах Герцог принимал послов соседних государств, решал проблемы своей страны. Там работала целая армия чиновников, на постах стояла личная стража государя в парадных ливреях, сновали тысячи слуг, посыльных, курьеров.

Здание дворца было высоким, белокаменным, с резными арками окон, с лепниной и тончайшими колоннами. Справа от него высилась серая башня военного корпуса, где заседали командиры действующей армии. А справа тянулось длинное, украшенное портиками и рядами уже более мощных колонн здание Школы Магии. Если обойти Дворец и все прилегающие к нему пристройки, можно было попасть в личные покои Герцога. Небольшой двухэтажный дом с круглой башенкой. Сюда-то вечером и пришел к Ренару Дюк. А через двор от жилища Герцога стояло еще одно неприметное и не нарядное здание. Оно и было складом.

Сюда попадали уже заряженные заклятиями небольшие магические кристаллы, которые использовали военные и Стражи. Здесь же хранились свитки и мелкие магические защитные артефакты. Все то, что маги могли, скрепя сердце, пожертвовать на нужды простых смертных, но только с целью служения государству.

Когда бы Дюку не приходилось заходить на склад, тут всегда дежурил маг. Вечно сонный и несчастный, одетый в фиолетовую мантию Школы. Наверное, они сменяли друг друга. Но все были одинаково обижены на судьбу, закинувшую их в это скучное помещение.

– Ну, что? – в своей обычной беспечно веселой манере заявил Герцог, чуть кивнув дежурившему в ту ночь очередному магу. – Осмотримся?

Вопрос, естественно, был обращен к дознавателю, следующему за своим командиром.

– Наверняка нам тут что-то уже подобрали, – без энтузиазма отозвался Дюк.

Если Ренар считал, что на задании поддержки обычного боевого мага Стражи отряду будет недостаточно, он заставлял хранителей этого склада выдать своим подчиненным несколько заклятий, запечатанных в кристаллы, причем таких заклятий, которые точно могли бы принести Стражам пользу. Маги этому никогда особенно не радовались и раздавали свои сокровища совсем не щедро. Максимум три кристалла на отряд.

– Порадуйте нас, уважаемый, – истинно королевским тоном изрек Роже, глядя на дежурного по складу.

Маг стал выглядеть еще более несчастным. Отдавать волшебные кристаллы ему совсем не хотелось, но противоречить Герцогу тоже небезопасно.

– Вот, – нехотя выдал он, выкладывая на стойку три небольших вощеных мешочка. – Три заклятья. Первое это чтение и управление мыслями. Действует на любое количество существ любых видов на расстоянии в 50 шагов. В течение минуты.

– Живых существ? – деловито уточнил Дюк.

– А каких еще? – с дознавателем маг особенно не считался, тон у служителя был надменным.

– Отлично, – пробормотал Дюк. – Можно подумать, Стража с такими много дел имеет.

Но все же мешочек он в поясной кошель прибрал.

– Кстати, да, – согласился с ним герцог. – Не самый удачный выбор. Есть что-то более подходящее? Вам же передали суть задания?

–Конечно, передали, – тут же поспешил заверить Ренара маг. – Второе заклинание Поиск мага или источника магии. Действует до часа. И третье, это антимагическое поле. Снимает любое магическое воздействие в радиусе опять же 50 шагов. Действует до 3х минут.

– Последнее – это нормально, – дознаватель уже убрал и этот мешочек.– А вот второе, это обычный детект. Я и сам могу чувствовать магию. И еще в отряде есть боевой маг.

– Тогда, если вас это не устраивает, – с затаенной радостью, предложил служитель склада. – Можете два не нужных заклинания вернуть.

– Не нужного, когда дают, не бывает, – веско возразил Дюк.

– Я так предполагаю, если уж маги не слишком хорошо выполнили свою работу, – с некоторой угрозой выдал герцог. – Мы можем выбрать еще два заклятья на свое усмотрение. Что предпочитаешь, дружище?

Дознаватель чуть помолчал, обдумывая. А потом отступил подальше от мага, жестом позвав Ренара за собой.

– Командир, – почти шепотом, обратился он к герцогу. – Кто был в отряде с Луисом и Жанет?

– Везунчик, Кривой и Верзила, – тут же выдал ему Роже.

– Везунчика я знаю хорошо, – размышлял дознаватель. – Он сам с Предгорья.

– Потому Луис его и взял с собой, – подтвердил герцог. – Бывалый боец.

– И реально везучий, – кивнул Дюк. – Прошел почти всю войну всего с парой царапин. Хотя за чужие спины не прятался. Только… С такой удачей он горяч и несдержан. Кривой и Верзила совсем зеленые. Они если и застали войну, то лишь под столицей. Так, отметились. Я думаю, если там все серьезно, Луис явно прикрывал новичков.