Мой муж – злодей
- -
- 100%
- +
«Что за глупость?! – мысленно возмутилась Ева. – Вот же я, стою и не собираюсь…»
И тут сознание стремительно заполнилось темнотой – густой и вязкой.
– Принцессе тоже плохо! – услышала она. – Скорее помогите!
«Да что б вас! – выругалась она. – Я в обморок отродясь не падала, что бы вы знали!»
– Они не знают, – мягко ответил смутно знакомый голос. – Зато я в курсе. Тем забавнее, правда?
Темнота медленно рассеивалась. В луче света, разрезавшем пахнущую вереском ночь, проступил мужской силуэт. Ева с опаской посмотрела на полностью седую голову шагнувшего к ней старца. Время безжалостно оставило отметины в виде глубоких морщин на его лице, но это не смущало. А вот одежда незнакомца – просторный балахон цвета вечернего неба – вызывала вопросы.
– Вас не было в книге, – уверенно проговорила она.
Старик усмехнулся.
– Конечно. Ведь я – библиотекарь.
– Вот как? – удивленно пробормотала Ева. Новый поворот фантазии ее мозга? – И что это значит?
– Ничего особенного, милая. Просто ты попала в книгу. И не вернешься домой, пока не изменишь ее финал.
Ева рассмеялась. Ее смех разрезал неловкую тишину и показался таким же неуместным и странным, как раскаты грома в погожий день. Она замолчала. Старик продолжал смотреть на нее с легким любопытством.
– Ладно, пошутили, и хватит, – пробормотала Ева. – Господи, когда я уже проснусь?
– Ты не спишь, дитя.
– Я не дитя! – огрызнулась Ева, стараясь не заводиться. Ситуация начинала выходить из-под контроля, а сюрпризы она не любила. – Зовите меня по имени.
– Элизабет?
В голосе старика прорезалась легкая ирония, и только это заставило Еву проглотить новое возмущение. В конце концов, если собеседник хочет поупражняться в остроумии за твой счет, лучшее, что можно сделать – оставаться максимально серьезной.
И все-таки до чего необычный сон.
– Ты не спишь, – повторил старец, заметно скиснув.
Видимо, расстроился, что его сарказм улетел в молоко.
– Да, я надеялся на более непредсказуемую беседу, – согласился он, будто подслушав ее мысли.
Ева удивленно моргнула, а затем устало потерла виски. Голова просто раскалывалась.
– Это потому что тебя пытаются привести в чувство с помощью нюхательной соли, – участливо пояснил старец и скривился: – Ну и гадость же!
Она сложила руки на груди. Все, хватит! Никто не заставит ее разговаривать с собственной фантазией! Принц Уильям был хотя бы милым, и ей не хотелось его обижать. А этот противный старикашка может называть ее ребенком и вздыхать сколько угодно – плевать.
– Я, вообще-то, не старик, – уязвленно откликнулся собеседник. – У меня вообще нет возраста: я могу предстать хоть ребенком, хоть котом. О, кстати!
Ева отступила на шаг, отвернулась, рассматривая низкие своды пещеры, которые нарисовал сражающийся с температурой мозг, а когда вновь посмотрела на старца… На его месте довольно жмурился огромный рыжий кот.
– Ну как? – спросил котяра уже знакомым голосом. – Это лицо тебе нравится больше? У меня много масок в запасе, можем перебрать все.
– Элизабет! Очнитесь!
– Ева дернулась и посмотрела на влажный, покрытый мхом потолок, откуда раздался взволнованный женский голос.
– Да, тебя зовут, – подтвердил котяра. – Так что времени у нас мало. Ты готова к разговору или хочешь еще раз пройти стадию отрицания?
Она сглотнула. Видеть перед собой огромного разговаривающего кота, рассматривающего собственные острые когти, было… Немного страшновато. Предыдущие ее фантазии казались более безобидными.
Котяра оскалился и, выгнув хвост, зашипел:
– Я тебя сейчас покусаю!
Прозвучало угрожающе, и Ева невольно отшатнулась.
– Не стоит, я невкусная, – поспешно заверила она.
– Элизабет!
Новый оклик заставил ее подскочить от неожиданности и снова дотронуться до саднящих висков.
– Ладно, тогда слушай, – решил котяра и вдруг фыркнул. – Меня зовут Библиотекарь. Можешь звать Каром, а вот котярой лучше не надо.
Ева хмыкнула. Ну что ж, не всякий смог бы похвастаться наличием у фантазий чувства юмора. Определенно, мозг – тот еще шутник.
Кар страдальчески вздохнул и раздраженно дернул пушистым хвостом.
– Поразительно, с каким упорством люди отрицают очевидное, – досадливо пробормотал Библиотекарь. – Зато с удовольствием верят в полную бессмыслицу! Например, в любовь с первого взгляда.
– Я не из их числа, – деликатно вмешалась Ева, решив поднять свой статус в глазах Кара. – Я вообще в любовь не особо верю.
Все хотят нравиться котикам, и она не исключение.
Кар крякнул (кто бы знал, что коты так умеют!) и выразительно зевнул, продемонстрировав остры белые зубы.
– Давай к сути? – предложил он. – Ты попала в книгу и теперь не вернешься обратно, пока не проживешь эту историю и не исправишь финал. Ты же этого хотела, верно? Видишь, мечты сбываются!
Ладно, почему бы и не выслушать эту точку зрения? В конце концов, Ева всегда была корректна и толерантна к чужому мнению.
Судя по вздыбленной шерстке на загривке, Кар по-прежнему слышал ее мысли. Она мило улыбнулась ему и развела руками. Мол, моей вины тут нет. Котяра протяжно вздохнул.
– Дал же автор героиню…
– Что?
– Ничего, слушай, говорю, внимательно. А то упустишь из вида детали, а они – самое главное. – Он сел на задние лапы и, выпустив коготки, принялся рассматривать переднюю лапку, будто любовался маникюром. – Автор и сама была недовольна тем, как в итоге сложился сюжет. Ее нереализованное желание изменить историю и затащило тебя в книгу.
– Так это не твои проделки? – зачем-то уточнила Ева.
В самом деле, ну не верить же в эту чушь!
– Нет. Я храню истории, оберегаю их от забвения, но не могу менять ход повествования. Я же не автор и даже не герой. В отличие от тебя.
– Прости, я тоже не герой. – Ева раздумывала, насколько неприличным будет почесать Кара за ушком.
Ей всегда нравились кошки, но сначала заводить животных не разрешала мама, а затем – комендант в общежитии и хозяйка съемной квартиры.
Кар вдруг потянулся вперед, подставляя голову, а потом, словно одумавшись, резко отпрыгнул назад и с неудовольствием воззрился на нее.
– Правильно, ты не герой, а героиня. Так что в твоих силах переписать эту историю и остановить войну.
– А иначе я навечно тут застряну, да? – прозорливо уточнила Ева и усмехнулась. – Заманчиво, но, спасибо, не интересует. Я не вступаю в переговоры с шантажистами.
Кар чуть пожал плечами.
– Ну смотри. Жаль, конечно. Ведь если ничего не предпринять, сюжет пойдет по накатанной. А мы знаем, что случилось с Элизабет.
Ева сглотнула. Котяра, бросив на нее наигранно равнодушный взгляд, направился куда-то в темноту. Его шаги сопровождал звук срывающихся с потолка капель.
– Элизабет! – снова раздалось откуда-то сверху.
Ева сжалась. Все это выглядело слишком реально: ее туфли промокли: на полу было полно луж. Из-за влаги в пещере царил холод, и Ева, замерзнув, обхватила себя руками. Возможно, стоит выслушать Кара? Просто выслушать?
– Стой! – крикнула она. – Подожди!
Котяра обернулся, будто только этого и ждал. На его морде застыла хитрая улыбка наглеца, сожравшего крынку сливок.
– Что такое?
– А если Элизабет погибнет… Что станет со мной?
Кар мотнул хвостом из стороны в сторону.
– Учитывая, что вы с ней одно целое… Как думаешь?
Ева молчала, лихорадочно обдумывая услышанное. Нет, конечно, она сейчас лежит в горячке дома, но что если все происходящее правда?
– Ты героиня книги, Ева, а не игры, – мягко сказал Кар, уловивший ее замешательство. – У тебя нет кнопки «сохранить» и трех жизней в качестве бонуса. Смерть – значит конец. Финита ля комедия.
– Звучит не очень оптимистично, – хрипло сказала Ева.
В душе медленно поднималась паника. Она ущипнула себя за руку, но это не помогло: пещера не исчезла.
– Твой единственный шанс – довести героиню до ее «долго и счастливо». Тогда книга перевернет последнюю страницу и захлопнется, выплюнув тебя обратно. Неважно, сколько времени пройдет здесь, но в свою реальность ты вернешься в тот же миг, что ушла из нее. Ты не потеряешь ни минуты из своей настоящей жизни. Справедливо, верно? Авторы такой привилегией не располагают.
– Я… – Ева помедлила. Она не могла поверить, что все это происходит на самом деле. – Не уверена. И не понимаю, что должна делать.
Кар вздохнул, как учитель, вынужденный разжевывать бестолковому ученику элементарный урок.
– Подари истории счастливый финал, – сказал он. – Тебе нужны глобальные изменения в сюжете, а не просто косметические правки. Иначе Элизабет умрет. Пусть не в собственном дворце, а как-то иначе, но в целом…
Он не закончил фразу. Ее возможный конец многозначительно повис в воздухе.
Вдруг Еву подкинуло вверх и потащило куда-то под потолок.
– Но как это сделать? – закричала она. – Как?!
– Не знаю, – откликнулся Кар, стремительно уменьшающийся до крошечной рыжей точки. – Героиня здесь ты!
Еву закрутило в вихре сильного ветра, перед глазами заплясали цветовые пятна. Мгновение, и она ухнула в темноту, гостеприимно распахнувшую свои объятия.
Глава 3
В нос ударил тошнотворный, выворачивающий желудок наизнанку запах, и Ева закашляла и скривилась.
– Что за… – пробормотала она и распахнула глаза.
– Слава Богам, ты пришла в себя! – всплеснула руками незнакомая светловолосая девушка в нежно-розовом платье с корсетом. – Ты так долго была в обмороке… Я уже не знала, что делать!
– Полно, Ваше Высочество, – добродушно проговорил стоящий за ее спиной низенький мужчина средних лет. На его корпулентной фигуре довольно забавно смотрелись узкие бриджи и салатовый камзол. – Я же говорил, что ваша сестра очнется. Прошу простить меня, но сейчас я больше нужен вашей матери.
Откланявшись, он исчез за дверью. Ева прошлась взглядом по обстановке просторной спальни. В высоком камине с чугунной решеткой, несмотря на жару за окном, шипел огонь и потрескивали дрова. Рядом с камином стояло уютное мягкое кресло со столиком, на котором высилась стопка книг. Чуть дальше виднелись туалетное зеркало и дверь, ведущая в ванную комнату или гардеробную. Подняв глаза, она оценила высокий потолок и хрустальную люстру. Кровать, на которой Ева лежала, тоже была прекрасна: деревянная, с резными столбиками под полупрозрачным балдахином – настоящая постель принцессы. Она о такой мечтала. В детстве. Откинув в сторону мягкий плед, она приподнялась и, свесив ноги на пол, мрачно уставилась на незнакомку – молоденькую девушку, смутно вызывающую едва угадываемые ассоциации.
– Хорошо, что лекарь ушел, – вздохнула та. – Ты и правда сносно себя чувствуешь?
Ева напряглась. Врач (очевидно, это был он), сказал что-то о сестрах.
Ну конечно! Светлые волосы, голубые глаза… Да перед ней младшая сестра Элизабет – Маргарет!
Нужно срочно проверить догадку.
– Да, мне уже лучше, – проговорила она и попросила: – Дай, пожалуйста, зеркало.
Маргарет удивленно посмотрела на нее, поколебалась, а затем взяла с туалетного столика ручное зеркало и протянула ей.
– Принцессе не пристало быть такой тщеславной, – заметила она. – Отец был бы разочарован.
– Угу, – согласилась Ева и взволнованно взглянула на дно посеребренного стекла.
Отражение (не такое четкое, к которому она привыкла) равнодушно продемонстрировало точеное личико классической красавицы: яркие синие глаза, пухлые губы, роскошные золотые волосы… Наверное, именно так и должна выглядеть принцесса из сказки. Впрочем, Еву интересовало не это.
Она снова покосилась на незнакомку. Да, та на нее (вернее, на Элизабет) походила, но обладала более приглушенной, скромной красотой. Про таких говорят «хорошенькая». Память ненавязчиво подкинула мысль, которую постоянно подчеркивал автор книги: сестра была и вполовину не так прелестна, как главная героиня. И вообще завидовала Элизабет, потому что и сама была влюблена в Уильяма.
– Как ваш разговор с принцем? – словно желая подтвердить свою роль в этой истории, с жаром спросила Маргарет. – Он сделал тебе предложение?
Ева поморщилась. Прямо перед глазами, пачкая дымом стену, запрыгали слова, написанные в уже надоевшей пафосной манере:
«Маргарет смотрела на нее с надеждой и легкой обидой. Маленькие ладошки, сжатые в кулаки, подрагивали о волнения. Она затаила дыхание, безмолвно молясь услышать от сестры «нет». Той всегда везло! Она получало все, чего хотела Маргарет. Неужели так будет и с ее любовью?»
– Мы не дошли до этой части разговора, – уклончиво ответила Ева.
Ей, в отличие от автора книги, было жаль младшую сестру Элизабет. По сути, ту даже не попытались раскрыть как персонажа, сразу наклеив на нее ярлык «соперница». Еще во время чтения Еву не покидала мысль, что автор был несколько предвзят ко второй принцессе, будто боялся, что та затмит главную героиню. Ведь всем известно, что в любом приличном любовном романе только героиня может обладать красотой, умом и добротой, а все остальные женщины должны лишь выгодно оттенять ее добродетель.
– Жаль, – выдохнула Маргарет, но, как показалось, не особо искренне. – Впрочем, это лишь вопрос времени, – с грустью добавила она.
Ева промолчала. Мозг лихорадочно работал. В версию с собственной фантазией верилось все меньше и меньше. Неужели она и правда попала в книгу? Разве такое бывает?
– Мы не знаем, как все обернется, – рассеянно откликнулась Ева, поймав взгляд Маргарет.
– Ты имеешь в виду смерть папиного крестника? – уточнила она. – Да, никто не думал, что все зайдет так далеко. Война не за горами.
Ева куснула щеку изнутри. Сцены кровавых битв, подчерпнутых в книге, ярко встали перед глазами. Ее замутило. Что-что, а кровь и боль автор описывала очень достоверно.
В дверь постучали.
– Войдите! – разрешила Маргарет.
Порог переступил незнакомый мальчик и, низко склонившись, проговорил:
– Его Величество просил передать, что ждет принцессу Элизабет в своем кабинете.
Ева напряглась.
– Зачем? – с подозрением поинтересовалась она.
Мальчишка растерялся.
– Не знаю, Ваше Высочество.
Маргарет подалась вперед и сплела пальцы в замок.
– Принц Уильям там тоже будет?
– Мальчишка кивнул.
Маргарет обессиленно откинулась на спинку кресла. Ее взгляд потух.
– Иди, ты свободен, – горько проговорила она и посмотрела в окно.
Ева проследила за ее взглядом, но ничего интересного не обнаружила. Окно как окно. За тюлем и портьерами пейзажа толком и не видно.
– Думаю, тебя ждет та часть разговора с Уильямом, что ты пропустила, – не глядя на нее, сказала Маргарет.
Предложение руки и сердца? Ева мысленно застонала.
«Сердце сжалось от сладостного предвкушения. Элизабет знала, что ответит, и с нетерпением ждала этого момента».
Ева отвернулась от внезапно возникшего прямо в воздухе текста, скрипнула зубами и решительно поднялась с постели. О да, она знает, что ответить назойливому принцу!
При виде спешившей Евы слуги расступались, а придворные ненадолго замирали, чтобы склонить голову в приветствии, но она почти не обращала внимания на эти реверансы. Все, что ее волновало, – длина дурацкого платья! Господи, ну как в нем ходить, не путаясь в подоле? Нет, со стороны все выглядело очень мило, но почему никто не озаботился комфортом принцессы? Или это чтобы венценосная особа никуда не убежала?
Особенно в тот момент, когда наследный принц соседней страны намеревался предложить ей руку и сердце (и наверняка прочие важные органы – нужно будет уточнить условия договора). Мальчик проводил ее до дверей кабинета короля, которые тут же услужливо распахнули лакеи, и ретировался. Ева мрачно фыркнула, как норовистый жеребец, вынужденный взять высокое препятствие, и решительно переступила порог.
– Дорогая, проходи, – едва глядя на нее, проговорил Его Величество. Он сидел за массивным столом из красного дерева. – Мы ждали тебя.
Уильям, сидевший в кресле, торопливо поднялся. Его лицо окрасил румянец, а глаза сверкнули обожанием. Еве стало не по себе. Влюбленность – это, конечно, чудесно, но с таким взглядом одинаково хорошо произносить клятвы о верности и выслеживать несчастную жертву. Маньяки и прекрасные принцы из сказок вообще местами очень похожи.
Ева уже почти поверила, что действительно попала в книгу. В конце концов, это было единственным логическим объяснением. Не считая комы, конечно. Но лучше уж стать героиней романа, чем валяться в реанимации. Мышление формирует действительность, или как там говорила ее соседка?
Ева опустилась в кресло рядом с Уильямом и внимательно посмотрела на короля. На разделяющей их столешнице высилась стопка бумаг, виднелась чернильница с пером и какая-то шкатулка. Его Величество поглаживал малахитовую крышку задумчивым, рассеянным движением.
– Как вы себя чувствуете, любовь моя? – с тревогой спросил Уильям.
– Я…
– Хорошо, что это всего лишь обморок, – ответил вместе нее Его Величество. – Дорогая, я рад, что ты уже оправилась.
Ева хмыкнула. Ладно, вопросы здесь задает не она, это понятно. Забавно, что с ответами тоже не сложилось. Похоже, отца Элизабет совершенно не интересует ее мнение.
– Принц Уильям попросил у меня твой руки, – будто между делом, буднично сообщил Его Величество. – Позволь выразить свою радость от вашего союза чуть позже. Сейчас мне нужна твоя помощь.
Ева потрясенно распахнула рот. Ее что, только что выдали замуж? Она с подозрением воззрилась на серьезного Уильяма. Тот нежно ей улыбнулся. Ну прям как судья преступнику при оглашении приговора на пожизненное заключение!
– Но я… – начала Ева.
– Да-да, – перебил Его Величество, – все детали свадьбы мы обсудим позже. Я понимаю, как для тебя это важно.
– Наше венчание запомнится всем! – с воодушевлением вставил Уильям, и Ева метнула на него убийственный взгляд. – Оно состоится в храме Солнцеликого, где венчались все предыдущие поколения королей Ристонии.
Ева словила мощное дежавю. Ее последний клиент на протяжении двух недель, что она работала над заказом, регулярно спрашивал ее мнение по поводу цветовой гаммы и композиции, но каждый раз, не дослушав, делал по-своему.
Видимо, ей везет на таких мужчин. Не иначе как в прошлой жизни она подпортила себе карму. А как еще объяснить тот факт, что два положительных героя книги попросту игнорируют ее?
– Чудесно, – поддакнул Его Величество и без перехода попросил: – Элизабет, открой, пожалуйста, шкатулку.
Ева тут же перестала вспоминать бывшего заказчика дурным словом и насторожилась.
– Зачем?
Его Величество пожал плечами.
– Мы не можем ждать венчания. Отряд призраков нужен нам уже сегодня.
На противоположной стене вновь появился текст, сотканный из дымчатых колечек, и Ева сощурилась.
«Элизабет содрогнулась. Она надеялась, что до этого не дойдет. Война… Неужели их ждет именно это? Если так, то она обязана использовать древнюю магию крови и призвать к жизни тех, кто томился в темнице, так похожей на обычную малахитовую шкатулку».
Ева перевела взгляд на безобидную вещицу, о которой шла речь. Память услужливо подкинула несколько фактов. В книге Элизабет была принцессой, но не наследной. Женщины королевского дома в принципе не могли править самостоятельно. Власть над страной всегда переходила в мужские руки. Но было кое-что важное. Венценосная семья обладала древней магией, подаренной им, по преданию, самими Богами. Каждый выходец королевского дома мог похвастаться каким-либо даром. Например, Элизабет обладала исцеляющей магией. А еще, как первенцу, ей досталась власть над древним родовым артефактом. Та самая шкатулка хранила в себе огромную силу. И именно с нее все началось.
– Нет, – твердо ответила Ева и подняла глаза. – Я не стану этого делать.
Повисла пауза. Уильям и Его Величество переглянулись.
– Любовь моя, – тихо сказал Уильям, беря ее за руку. – Я понимаю, что вы не желаете пятнать себя темной магией. Я бы сам это сделал, но время на исходе. Наше венчание состоится завтра, но сейчас каждая секунда на счету.
– Мы должны отправить бесплотную армию призраков в бой уже сегодня, – подтвердил король и пододвинул к ней шкатулку. – Открывай.
Ева сглотнула. Сцены из романа вновь всплыли перед глазами. Кровавая резня, что устроят призраки на чужой территории, лишь спровоцирует врагов на новую жестокость. Так и была развязана война.
– Нет, – снова повторила она и скрестила руки на груди, откинувшись на спинку кресла.
Его Величество нахмурился, а Уильям вмешался:
– Ничего страшного, любовь моя. Я понимаю, вам, как целительнице, претит мысль об обращении к этой магии. Завтра мы станем мужем и женой, и я сам сделаю это.
Шах и мат. Крыть было нечем. Древняя магия и правда признавала лишь первенца королевского дома или того, с кем он связал жизнь. Таким образом, шкатулка действительно перейдет к Уильяму. Желая защититься, он откроет врата в ад.
Мысли Евы лихорадочно заметались. Если она и правда оказалась в книге, единственный способ вернуться домой – изменить ход повествования, остановить войну. И в этом случае последнее, что стоит делать – открывать шкатулку. Или доверять ее тому, кто думает, что с ее помощью решит все проблемы.
– Я не выйду замуж за принца Уильяма, – тихо, но твердо сказала Ева.
Повисла такая напряженная, почти зловещая тишина, что казалось еще немного, и станет слышен скрип шестеренок в голове у Его Величества. Уильям побледнел и воззрился на нее с обидой ребенка, у которого вырвали из рук игрушку прямо перед кассой.
– Но… почему? – с удивлением спросил он. – Разве между нами не все решено?
«Между вами с Элизабет, возможно, – мрачно подумала Ева, но вслух этого не сказала. – А вот мы с тобой едва знакомы».
– Я попросила немного времени на обдумывания вашего предложения, – напомнила она.
– Но это было до объявления войны, – нахмурившись, парировал Уильям.
С его лица не сходило растерянное выражение. Похоже, его система зависла и дала сбой.
– Оставьте нас, пожалуйста, с дочерью наедине, – попросил Его Величество с той лаской, с которой живодер обращается к ничего не подозревающей животинке. – Нам нужно поговорить.
Ева сглотнула и посмотрела на Уильяма, безмолвно умоляя не бросать ее. Куда там! Принц напоследок ободряюще сжал ее плечо и размеренным шагом вышел за дверь.
– Элизабет! – Имя в устах Его Величества прозвучало как ругательство. – Что это сейчас было?
Ева лихорадочно размышляла, насколько уместно будет признаться, что она вовсе не его дочь. С одной стороны, ей безумно хотелось расставить все точки над е, с другой… Если бы кто-нибудь в реальной жизни ляпнул, что он – герой книги, какова была бы ее реакция? Да она бы сочла этого типа либо шутником, либо сумасшедшим! Так что и ей не поверят, надумай она сказать правду.
И хорошо если только так. А то ведь и в местный аналог дурдома сдать могут. Особенно после отказа выйти замуж за принца. Это ж какая девушка в здравом уме так поступит?
Ева прикинула, как прозвучит: «Дорогой отец, вы ненастоящий! И проблемы ваши тоже вымышленные», и тяжело вздохнула. Ладно, тогда план Б.
– Я не люблю принца Уильяма и не хочу связывать с ним свою жизнь.
Неужели она и правда пытается изменить сюжет? Эта мысль едва не оглушила Еву. До этого момента она воспринимала происходящее как забавную игру.
Его Величество откинулся на спинку кресла и устало прикрыл глаза.
– Это все твоя мать виновата, – пробормотал он. – Все эти годы она внушала тебе глупые мысли о счастье быть с любимым.
– Но…
Его Величество распахнул глаза, потер виски и выпрямился.
– Ты принцесса, Элизабет. И у тебя есть долг перед страной.
– Я как раз об этом и…
– Ристония имеет с нами общие границы. Ты догадываешься, что принесет союз с ними?
– Да, а как же…
– Мы с отцом Уильяма обо всем договорились еще тогда, когда вы были детьми. Вы грызли погремушки, а мы уже знали, что вы будете вместе. Иначе, как думаешь, зачем ты каждое лето гостила в его дворце?
– Чтобы дышать свежим ристонийским воздухом? – безнадежно предположила Ева.
Она уже поняла, что в этом споре сила не на ее стороне.
Его Величество помрачнел. Его ладонь, лежащая на крышке шкатулки, сжалась в кулак.
– Элизабет, ты выйдешь замуж за Уильяма. Даже если мне придется сказать «да» в храме за тебя.
Ева захлопнула рот. Мысли заметались, как испуганные птицы, а память услужливо подкинула нужный абзац из книги. Элизабет, как совершеннолетняя, могла принимать решения самостоятельно, но в этом мире власть была в руках мужчин. Сочти отец необходимым отдать дочь замуж, и мнение той не имело особого значения.
– Я не хотел, чтобы до этого дошло, – уже мягче добавил Его Величество. – Я искренне желаю тебе счастья, моя девочка. Но сейчас не время для женских капризов.