Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка

Пролог

– Розмари, вы дрожите. Вам холодно?

– Нет, Ваше Величество.

Просторный кабинет, отделанный в благородных темно-коричневых тонах, огласило мое громкое фырканье. Я закатила глаза, не в силах смотреть в зеркало, которое равнодушно отобразило сладкую парочку. Подглядывать, конечно, нехорошо, но ни я, ни мой вынужденный напарник не испытывали ни намека на стыд или раскаяние.

Мы оба хотели победить и ради этого готовы были на все.

Ну ладно, почти на все.

– Конечно, ей холодно, – не выдержала я. – Она же выперлась гулять в дворцовый парк на ночь глядя в тонком летнем платье без рукавов! И ведь осень на дворе!

– Хороший тактический ход, – меланхолично отметил Макс. Ой, то есть лорд Максвелл Кроуфорд – правая рука короля и его кузен. Собственно, в его кабинете мы и закрылись, чтобы без свидетелей осуществить магическую слежку. – Этот наряд делает ее беззащитной и невероятно милой.

– Вы имеете в виду глубокое декольте этого платья? – вежливо подсказала я и сощурилась.

Солнце, садящееся за горизонт, напоследок заглянуло в высокое окно, оранжевой рябью всколыхнуло полупрозрачный тюль и жадно лизнуло паркет, в центре комнаты прикрытый толстым ворсом ковра. В кабинете ненадолго стало светлее, а затем все накрыл уютный полумрак.

Макс, не оборачиваясь, щелкнул пальцами. В камине тут же вспыхнул огонь. Послышался треск дров. За витой чугунной решеткой весело замелькали красные язычки пламени, и я вздрогнула.

Пламя в последнее время вызывало у меня довольно противоречивые эмоции… По вполне понятным причинам, которые я не стремилась ни с кем обсуждать.

– Верно, леди Морган, – легко согласился Макс и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво потер переносицу. – Ваша соперница достаточно хитра и умна. Вам следует держать с ней ухо востро.

Я с сомнением покосилась на хрупкую невысокую блондинку по ту сторону зеркала. Розмари, или как ее часто называли, Рози, не казалась мне хищной пираньей, рыщущей в поисках добычи. Скорее она выглядела смущенной и немного напуганной. Для старшей дочери торговца попасть на королевский отбор невест – уже подарок судьбы. А уж завладеть вниманием Его Величества…

– Это вам следует держать с ней ухо востро, лорд Кроуфорд, – не упустила я случая вставить шпильку. – Это же вы хотите женить кузена на мне.

Что, к слову, было правдой. Именно Макс предложил мне заключить негласное соглашение. Сложно сказать, почему выбор правой руки короля пал на мою скромную (или не очень скромную) персону… Но в моей ситуации не задают лишних вопросов. От греха подальше.

Кстати, о грехах…

Я краем глаза посмотрела на отрешенного Макса. Даже сейчас, явно витающий мыслями где-то далеко, он был дьявольски красив. Узкое лицо с острыми, ярко очерченными скулами нельзя было назвать классически привлекательным, но оно притягивало взгляд. Так же, как и его темно-карие, почти черные глаза, на дне которых часто мелькала насмешка. Иногда ее можно было заметить и в его тонкой улыбке, но то было скорее исключение из правил. Лорд Кроуфорд слишком хорошо владел собой, чтобы допустить такую явную оплошность как открытое проявление своих чувств.

– Я думал, у нас обоюдный интерес в этом деле, – внимательно всматриваясь в круглое зеркало на противоположной стене, проговорил он и усталым движением взъерошил темные волосы на макушке.

Как маг он носил короткую стрижку, что не вписывалось в местные стандарты моды.

Я механически кивнула, не уловив смысла его слов. Интересно, почему за Максом не увивается толпа придворных дам? Неужели только из-за прически?

Впрочем, как я успела понять, здесь ценится другой тип красоты: более томный. Тот, которым был наделен Николас: мягкие черные кудри, тонкие черты лица и грациозность движений.

Макс же мог похвастаться разве что сомнительной изящностью хищника, загоняющего добычу: те же резкие, вызывающие дрожь и опаску движения, в которых читалась уверенность и неумолимость.

В мои мысли вновь ворвался его хрипловатый голос, и я сосредоточилась на происходящем.

– Так, вот сейчас нам следует быть осторожными…

Я подалась вперед. В зеркале Николас сбросил с себя сюртук и потянулся к Рози.

– Нет, не сейчас…

«Ты только посмотри, как он переживает за целомудрие брата! Не думаешь, что это нервное, м?»

Я торопливо перевела взгляд на темно-синий ковер с замысловатым рисунком. Среди высокого ворса мелькнул тонкий зеленый хвост Саймона.

«Ты что здесь делаешь? – мысленно возмутилась я и, чтобы успокоиться, сцепила пальцы в замок. – Мало мне мага рядом, так теперь еще и фамильяр в двух шагах! А если я не справлюсь с таким магическим фоном?!»

«Вот поэтому я здесь, – отмахнулся хамелеон. – Чтобы потом не пришлось провожать тебя на костер святой инквизиции!»

Я сглотнула и искоса взглянула на Макса. Тот, кажется, не заметил ни моего хамелеона под письменным столом, ни заминки в разговоре. Подперев подбородок кулаком, один из сильнейших магов королевства, рядом с которым моя истинная природа волновалась и стремилась себя выдать, оценивающе смотрел в зеркало, словно на шахматную доску. Судя по маске, которая снова упала на лицо Макса, он не собирался делиться своими мыслями.

Что ж, ради бога! Я не готова лезть к другим в душу, у меня самой полно секретов. Главный из них заключается в том, что я – ведьма.

– Ох, Ваше Величество! – воскликнула Рози, когда ей на плечи упал тяжелый сюртук Николаса. – Вы так добры! Право, не стоило…

Она так вспыхнула, словно король переписал на нее все недвижимое имущество, и я снова громко фыркнула. Нет, мне определенно противопоказаны романтические комедии…

– Опасный момент, – заметил Макс, и я невольно уловила в его голосе нотки диктора, комментирующего матч.

– Да ладно, что может случи….

Я не успела договорить. Взгляды Рози и Николаса встретились. Маленькая тоненькая Рози закуталась в мужской сюртук и, вскинув голову, замерла. Николас тоже застыл. Его руки все еще были на ее плечах, а в его светло-карих глазах зажегся огонек уже не просто интереса, а куда более сложного чувства. Высокий и стройный, Николас рядом с Рози казался настоящим рыцарем из сказок.

«Дракона только не хватает», – съязвил Саймон.

Я выразительно покосилась на мрачного Макса.

«Сдается мне, все элементы сказки на месте. Кузена короля вполне можно принять за дракона, охраняющего сокровище. Да и злая вредная ведьма тоже сюда чудесно вписывается…»

Саймон хихикнул, а я насторожилась, потому что Макс вдруг резко вскинул руку и повел пальцами. В комнате ничего не изменилось, но я будто почувствовал запах костра – именно так я ощущала силу магов: как обжигающее пламя.

Я невольно отшатнулась, но тут же взяла себя в руки и нацепила на лицо одобрительную улыбку. По позвоночнику пронеслась теплая волна, а пальцы закололо иголками. Так, вдох-выдох, вдох… Нельзя реагировать на изменение магического фона, нельзя!

«Ника! – Саймон позвал меня так громко, что я поморщилась. Мысленная связь фамильяра и ведьмы – та еще подстава. – Держись! Думай о чем-нибудь другом!»

Боже! Как будто я наркоман в завязке и сейчас сорвусь! Ну ясно же, что ведьмовская природа работает не так и…

– Ай! – Рози отшатнулась. Желудь, секундой ранее ударивший ее по лбу, мягко приземлился на пожухлую траву.

– Отлично, – довольно обронил Макс и, положив ладонь на подлокотник кресла, впервые за долгое время взглянул на меня. – Леди Морган, вам нехорошо? Кажется, вы покраснели.

– Это от смущения! – бодро солгала я и посмотрела в зеркало. – Ну и что вы сделали?

По ту сторону зеркальной глади Николас и Рози уже стояли друг от друга на расстоянии, предписанном этикетом. На лицах обоих читалась смесь разочарования и облегчения. Что ж, пока эти двое не уверены в своих поступках, у нас есть шанс.

– Легкий порыв ветра, который сорвал желудь с ветки дуба. Ничего особенного.

– Ну да, ну да, – протянула я. – Вы ждете оваций, или можно обойтись похвалой?

Макс усмехнулся – скупо, уголками тонких губ – и резко поднялся с кресла. Рост у кузена короля был впечатляющий, поэтому мне пришлось задрать голову, чтобы поймать его взгляд. Как обычно, почти нечитаемый. Лишь на самом дне темных глаз сверкало что-то… похожее на веселье?

– Вряд ли я дождусь первого или второго, – рассудительно сказал он и протянул мне руку.

Магический фон еще не пришел в норму, и физическая близость Макса все только усугубляла. В груди медленно разрастался пожар. Он волнами разливался по телу и оседал в кончиках пальцев. Я вцепилась в собственную юбку, будто в спасательный круг.

– Это еще зачем? – поинтересовалась я, рассматривая его ладонь с таким же выражением, с каким, вероятно, смотрела бы на водяного ужа – без опаски, но с подозрением.

– Потренируем ваши женские чары, – многозначительно ответил Макс и уже суше продолжил: – Леди Морган, право слово, мне еще готовиться к совещанию в палате лордов. Вы собираетесь подняться с этого кресла или сразу отдадите корону Розмари?

Я бы, может, отдала, но, к сожалению, не имею на это право. Моя жизнь зависит от того, стану ли я женой короля или нет.

– Тяжела для Рози корона, – буркнула я и неохотно приняла руку Макса. – Еще свалится с ее макушки.

– Да, вполне вероятный исход событий, – серьезно согласился Макс и потянул меня наверх. Пришлось распрощаться с креслом и встать на ноги. – Именно поэтому мы с вами…

– Здесь сегодня собрались, – закончила я, теряя терпение. Затылок и шея сзади уже горели от фантомных зыков пламени. По позвоночнику пробежала волна мурашек. – Как именно вы собрались тренировать мои женские чары? Надеюсь, не так, как это делают с охотничьими собаками на псарне?

Макс снова усмехнулся, в этот раз уже не таясь. Я часто переходила тонкую грань в общении с ним, и мои словесные выпады можно было иногда назвать откровенным хамством, но почему-то мне это сходило с рук.

– Интересные у вас метафоры, леди Морган. Не волнуйтесь, вам не придется загонять зайца или оленя.

Я вспомнила породистое лицо Николаса и усилием воли проглотила очередную колкость. Аналогия напрашивалась сама собой.

– Тогда чего вы от меня хотите?

Макс отпустил мою руку и сделал шаг назад. Я незаметно выдохнула от облегчения. Жар, расползающийся по телу, стал немного тише, не таким нестерпимым. Саймон под массивным письменным столом застыл. Я не видела его, но ощущала тревогу, царящую в голове хамелеона. Перед глазами запрыгали картинки взмывающего к небу ярко-алого костра, но принадлежали они не мне. Я поморщилась.

Спасибо, Саймон, подбодрил!

Впрочем, парализующий страх фамильяра передался и мне. Огонь внутри будто сковало льдом. Нет, моя ведьмина сила не потухла, но немного потускнела.

«Я же говорил, что нужен тебе».

Это правда. Без Саймона я бы уже давно выдала себя.

– Вы заметили, на чем строится тактика Розмари?

Я моргнула и с трудом сконцентрировала свое внимание на Максе. Скинув сюртук, он остался в узких темных бриджах, подчеркивающих его длинные мускулистые ноги, и светлой рубашке. Закатанные рукава обнажали крепкие сильные руки, на которых проступали вены. Отблески огня падали на его лицо, играя на нем зловещими тенями.

Довольно притягательными зловещими тенями, если уж начистоту.

– А у нее есть стратегия? – сглотнув, уточнила я.

– Конечно, есть, – с легкой досадой ответил Макс. – Она строит из себя невинную и беззащитную овечку, а кузен ведется на это. Ему всегда хотелось кого-нибудь оберегать.

– Комплекс Спасителя, – глубокомысленно заключила я, радуясь, что внутренний огонь почти унялся. – Наверное, он в детстве и зверушек домой таскал?

– Как вы сказали? – внезапно заинтересовался Макс и, обернувшись, посмотрел на меня более внимательно. – Комплекс Спасителя?

Саймон страдальчески вздохнул, а я мысленно чертыхнулась. Вот так и погорю на мелочах! Ясно же, что в этом мире едва ли слышали о психологии и основных ролевых моделях.

– Да, я где-то прочитала об этом термине, – мимоходом обронила я и тут же предпочла увести разговор в сторону. – Вы предлагаете и мне сыграть эту роль?

Взгляд Макса снова оценивающе прошелся от моей макушки до носочков туфелек. По выражению его лица стало ясно, что он запомнил мою оговорку. И непременно подумает о ней, но на досуге.

Вот же черт!

– Это будет легко, – равнодушно согласился он и повернулся к зеркалу, в котором вместо Рози и Николаса теперь отражалась я. – Вы красивы, гораздо красивее Розмари.

Подчиняясь взгляду Макса, я тоже покосилась в зеркало. Оно продемонстрировало невысокую стройную девушку с точеными чертами лица и гривой каштановых волос, убранных наверх в сложную прическу. Платье вызывающего алого цвета подчеркивало белизну кожи и достоинства фигуры. Вот только… Это была совсем другая красота: смелая, даже чуть агрессивная. Не чета трепетному очарованию скромницы Розмари.

– Вам всего лишь понадобится немного поработать над гардеробом и своей манерой вести разговор, – словно подвел черту Макс. – Ничего сложного.

Из горла вырвался смешок. Ничего сложного! Перекроить себя под представления другого человека! И правда, что уж тут такого…

– Полагаю, не сложнее, чем вам стать милым и улыбчивым поклонником поэзии.

«Ника! – тоном опытной гувернантки вновь одернул меня Саймон. – Ну хоть иногда вспоминай, с кем говоришь…»

Огонь в камине согласно зашипел, словно намекая о моей судьбе в случае всего одной ошибки.

Я прикусила язык, но было уже поздно. Макс определенно не испытывал проблем со слухом.

– К счастью для меня, – он улыбнулся – насмешливо, немного свысока, – я не участвую в отборе невест. Так что ломать себя придется вам, а не мне.

– А, то есть вы все-таки понимаете, что это издевательство, – буркнула я и смирилась. – Что ж, с гардеробом все примерно ясно. Я поищу более… пастельные тона. А что вы имели в виду под манерами?

Макс снова взмахнул рукой, и на зеркало упала черная бархатная ткань. Отголоски магии коснулись моих ноздрей, и я втянула носом воздух, пытаясь успокоиться. Тщетно.

Ладони сжались в кулаки. Костяшки пальцев заныли.

– Заметили любимую уловку Розмари? Девушка часто взывает к помощи.

Макс сделал шаг ко мне, и я невольно отступила. В носу запах магии смешивался с ароматом его туалетной воды. В ней отчетливо чувствовались горькие нотки полыни.

– Предлагаете мне начать обременять Его Величество неожиданными просьбами?

«Главное – не проси в долг. Это будет уже перебор».

Я бы рассмеялась, но была занята тем, чтобы успокоить свою ведьмину силу. Она уже начала выходить из-под контроля. В окно ударил порыв ветра, а пламя в камине снова зашипело: на этот раз отчетливо и громко. Черт, это волнение может сказаться на общем магическом фоне! А любой толковый маг его непременно уловит.

Я не смотрела на Макса, поэтому вздрогнула, когда он сделал еще один шаг и сократил и без того небольшое расстояние, разделяющее нас.

– Нет, лучше начать с чего-то попроще. Будьте неловкой.

Я замерла и, вскинув голову, взглянула на Макса с прищуром. Он иронизирует?

– Я серьезно, – уловив мое возмущение, проговорил он и терпеливо пояснил, будто недогадливой ученице: – Я сейчас не о том, чтобы неловко шутить. Уверен, в этом вы сильны.

– Благодарю, – выдавила я. – Но кажется, это не комплимент?

Макс дернул уголком губ, будто сдерживая улыбку. Его темные глаза смотрели на меня неотрывно, словно изучая.

– Констатация факта, не более, – вежливо сказал он и снова вернулся к теме, интересующей нас обоих. – У вас, у женщин, есть множество уловок, чтобы дать мужчине почувствовать себя….

– Дураком?

– Героем.

– Я была близка к истине!

Макс снова усмехнулся и покачал головой.

– Не отвлекайтесь. В общем, не упускайте любую возможность сблизиться с Николасом. Например, вы можете упасть в обморок. Или сделать вид, что край вашей юбки зацепился за каблук, и весьма эффектно рухнуть в его объятия. О, не смотрите на меня так скептично!

Я послушно отвела взгляд. К потолку. Какая, оказывается, красивая в кабинете люстра с огарками свечей вместо рожков!

– Просто не могу отделаться от мысли, что вы издеваетесь.

Макс тяжело, как-то измученно вздохнул. Его дыхание обожгло мне щеку и заставило ведьмину силу снова заинтересованно приподнять голову.

«Нет-нет-нет, Ника! Держись!»

Угу, было бы за кого…

– Я просто слишком хорошо знаю кузена, – серьезно ответил Макс и вдруг резко отступил назад. – Делайте, как я говорю, и станете королевой.

Тишину кабинета разрезал шорох его уверенных шагов. Он отошел на другую сторону комнаты и, повернувшись на каблуках, бросил:

– Давайте.

Мои брови поползли вверх. Определенно, я не всегда улавливала ход мыслей этого странного человека.

«Если начнешь понимать мага, тебе конец. Ведьма и маг – это огонь и вода».

– Что давать? – вслух спросила я.

Макс досадливо дернул щекой.

– Попробуйте разыграть это мини-представление. Я буду Николасом, вы – собой.

Я пару секунд потрясенно переваривала эту информацию, а затем страдальчески покосилась на часы на каминной полке. Ладно, чем быстрее отделаюсь от Макса, тем лучше. Он ведь настойчивый, не отстанет, пока не добьется своего.

Вздохнув так громко, чтобы это не укрылось от внимания Макса, я продефилировала мимо него и, уже оставив его за спиной, вдруг охнула и, сделав вид, что споткнулась, полетела назад. Страшно было – жуть: так же, как в групповых занятиях на доверие. Но, к счастью, у Макса оказалась хорошая реакция: он подхватил меня, не позволив упасть.

Его руки обвили мою талию, а мои – его шею. Он оказался так близко – теплый, пахнущий костром, – что по телу прошла дрожь. Его лицо застыло напротив моего в паре миллиметров. Я могла рассмотреть в подробностях и складку между нахмуренных бровей, и пульсирующую венку на виске, и огонь, вспыхнувший в карих глазах. Меня окутал аромат его туалетной воды. Мы смотрели друг на друга так, будто чего-то ждали. Мир подернулся дымкой и….

Порыв ветра все-таки распахнул окно и ворвался в кабинет. Паркет задрожал, словно в предвкушении десятибалльного землетрясения. Макс ослабил хватку и, не выпуская меня из объятия, резко оглянулся на зашатавшийся стол. В магическом фоне промелькнуло что-то новое – плетения, не свойственные классической магии.

Судя по напряженной шее Макса, он тоже почувствовал что-то не то.

«Ника! Сделай что-нибудь! Отвлеки его!»

Интересно, как? Что может отвлечь мага со стажем от явно творящейся чертовщины?

Решение пришло мгновенно. Не тратя времени на сомнения, я положила ладонь на щеку Макса. Тот обернулся и взглянул на меня с недоумением.

В этот миг я притянула его к себе и поцеловала.

Глава 1

Наверное, я не с того начала. Я влипла в неприятности задолго до злополучного поцелуя с лордом Кроуфордом. Возможно, еще в тот момент, когда только появилась на свет в семье двух психологов, искренне решивших, что они заполучили в свое пользование уникальный образец для экспериментов… Хотя нет, думаю, все же позже. Что ж, немного промотаем мою жизнь, оставив за бортом детство и юность.

Возможно, все пошло не так тогда, когда меня сократили с работы? Ведь именно из-за этого я зашла в магазин и купила бутылку дорогого вина, которое в принципе не пью.

Да нет, вряд ли, ведь я едва пригубила алкоголь, и то больше для храбрости, необходимой в разговоре с мамой. Нет-нет, мама ни словом не дала понять, как недовольна тем, что ее двадцатисемилетняя дочь оказалась на улице в разгар пандемии. Но в ее вежливо-нейтральных интонациях (мама никогда не повышала голоса) так и угадывались нотки профессионального психолога, разбирающего интересный случай.

Все бы ничего, но в этот раз мне не хотелось ложиться на кушетку и копаться в собственных эмоциях. Некоторые вещи нужно просто прожить, а не анализировать.

– Все хорошо, мама, – бодро лгала я, наливая вино в красивый большой фужер. – Сокращение – отличный повод взять паузу и подумать о том, чего я действительно хочу. – Я, прикрыв динамик рукой, после небольшой заминки бахнула в фужер еще вина. Не иначе, чтобы оптимизм в голосе был более искренним. – Ты же не зря назвала меня Никой. Я обязательно побежу… победю… Тьфу, в общем, справлюсь!

– Конечно, милая, – отозвалась она тоном врача, сообщающего родственникам безнадежно больного человека, что тот скоро пойдет на поправку. – Непременно.

Кто знает, может быть, именно тот бокал вина и стал последней каплей на чаше весов, где решалась моя судьба? Ну не зря же говорят, что алкоголь – это зло!

Иначе как еще объяснить, что в ту ночь я оказалась в очень странном месте? Нет, сначала я решила, что все происходящее – результат моей разыгравшейся фантазии. Но чем больше времени проходило, тем меньше оставалось уверенности в том, что я просто сплю. Все было слишком… настоящим.

Я стояла за зеркальной дверью в бесконечном коридоре с такими же дверями. За каждой из них пряталась девушка. Они не были похожи: возраст, внешность и даже выражение лиц – все разнилось, но вместе с тем в них ощущалось что-то общее. Странное, пугающее чувство сюрреализма.

Помню, как я дотронулась до стекла и вздрогнула: преграда обжигала холодом. Я неуверенно постучала, а затем забарабанила ладонями, но тщетно: дверь и не подумала открыться. Я была в ловушке. В звуконепроницаемой ловушке.

Губы девушек шевелились, но я не могла разобрать ни слова, будто барахталась в толще воды.

К тому моменту, когда я уже запаниковала, полумрак длинного коридора озарил огонек свечи в тонком высоком подсвечнике. Раздался шорох тихих быстрых шагов: их, в отличие от голосов девушек, я расслышала вполне отчетливо. В пляшущий круг света шагнула фигура в длинном темном балахоне. Возле меня свеча в ее подсвечнике зашипела и едва не погасла. Незнакомка остановилась и повернулась ко мне. С ее головы упал глубокий капюшон, и я смогла разглядеть лицо: тонкие благородные черты, пухлые губы и огромные зеленые глаза делали девушку настоящей красавицей.

– А вот и ты, – остановившись возле моей двери, сказала она. Голос у нее оказался под стать внешности: мурчащий, грудной. – Наконец-то я тебя нашла.

Она с презрением окинула взглядом ряд прозрачных дверей, словно те ее разочаровали одним своим видом.

– Мы знакомы? – осторожно уточнила я.

Если вам попался на пути маньяк, попытайтесь отвлечь его светской беседой. Так всегда советовал папа. А он как клинический психиатр знает толк в обстоятельных разговорах.

– Можно сказать и так, – отмахнулась незнакомка. – Твой долг – помочь мне.

Я задумчиво куснула губу. Должна я только банку, и то за ипотеку. А вот всем остальным – точно нет.

Видимо, на моем лице отразилось все то, о чем я подумала, потому что незнакомка вдруг припала к стеклу и, едва не расплющив нос о прозрачную преграду, жарко зашептала:

– Ты поможешь мне, а я выпущу тебя отсюда. По рукам?

Я с сомнением оглядела свою темницу, затем – возможную спасительницу. Интуиция отчетливо говорила, что лучше ни на что не соглашаться. И ничего не подписывать.

Здесь же темно, как ночью! Точно пропустишь мелкий шрифт, которым печатают все важные детали договоров.

– Возможно, – осторожно ответила я. – А что нужно сделать?

– Ах, пустяки! – нарочито беззаботно отмахнулась та. – Значит, согласна помочь мне?

Ее тонкие пальцы легли на изящную ручку с той стороны двери. Я как завороженная посмотрела на ее сжавшуюся ладонь и допустила главную ошибку, с которой и начались мои проблемы – кивнула.

Признаться, я не собиралась никому оказывать услугу. Просто надеялась потянуть время и разобраться в происходящем. Вот только недооценила степень опасности. Незнакомка хищно улыбнулась, а затем рывком распахнула дверь. Я рванула вперед, намереваясь пробежать по темному коридору и выбраться наружу, но вихрь налетевшего ветра выцарапал меня из камеры, словно ядро ореха из скорлупы. С криком я полетела в пахнущую костром и цветами темноту.

Очнулась уже в незнакомой комнате на высокой кровати с балдахином. Я торопливо, будто за мной гнались, перекатилась по простыни и, запутавшись в одеяле, рухнула на пол. Тот, к счастью, оказался покрыт мягким пушистым ковром с каким-то сложным рисунком-орнаментом, так что я только глухо охнула, но скорее от испуга, чем от боли. Так и оставшись замотанной по подбородок в одеяло, я с изящностью восставшей мумии приподняла голову и с опаской обежала взглядом место, в котором оказалась.

Просторная комната с большим окном и лимонными портьерами явно принадлежала не мужчине. Об этом кричало буквально все: и обои в нежный цветочек, и светлая, словно воздушная, мебель, и обилие безделушек на каминной полке… На кресле лужей алого шелка растекся женский пеньюар. Чуть поодаль я заметила туалетный столик, заставленный многочисленными стеклянными баночками. Ни намека на мужское присутствие.