Герой вечного времени

В парке

На другой день пришёл Андрей, и друзья решили пойти прогуляться по парку.

По пути Михаил рассматривал современную отделку зданий, рекламу, баннеры с полуобнажёнными красотками, рекламирующие нижнее бельё. Откровенное бикини из кружевного материала почти ничего не прикрывало. Михаил поспешно отвернулся от витрины, застеснявшись, будто перед ним была живая женщина.

Не удержав соблазна, повернулся и, словно обманывая себя, снова закрыл глаза.

– Что, Миша? – смеясь, спросил Андрей, – стыдно на это смотреть?

– Ей не стыдно, потому что самой не видно. Она снялась для рекламы, получила приличный куш и забыла. Это называется бизнесом. Говорят, что деньги не пахнут, и мало запретных способов их зарабатывания.

Если представить, что она сейчас появится здесь, пройдёт мимо, мы её и не узнаем. Теперь она живёт спокойно, а некая сумма долларов позволяет жить без угрызений совести.

В зависимости от того, насколько модель востребована, «раскручена», как теперь говорят, она может вполне купить себе какой-нибудь банановый остров, комфортабельную яхту, и отправиться в в свой маленький рай или в кругосветное путешествие. Это тебе не «парус одинокий в тумане моря голубом…» Ей никакие шторма не страшны.

В мире существуют целые индустрии, которые зарабатывают с помощью женского и мужского тела миллиарды долларов.

Есть ещё и грязные способы получения денег – порнография, проституция. Тысячи женщин и мужчин даже не задумываются об этике, порядочности. Такие нынче времена. Это есть обратная сторона современной жизни.

Лермонтов, слушая эту информацию, как-то сник, задумался, ему непривычно было говорить на подобные темы.

Подошли к центральной площади. Мощный фонтан вырывался прямо из плоскости бетона, струи взлетали с шумом высоко, затем медленно падали.

Михаил устремился к этому чуду, но споткнулся о большую пластмассовую детскую машинку. Рядом с ней стояла маленькая девочка с косичками и её симпатичная мамаша.

– Извините!

– Осторожней, молодой человек!

Девочка, как ни в чём не бывало, села за руль и покатила вперёд.

– Что это? Как здорово!

– Это прокат игрушек для детей. Вон сколько разных самокатов, машин. Смотри, паровозик тянет по площади вагончики.

В наше время уже редко встретишь гужевой транспорт, но здесь иногда какой-то казак возит детишек за плату на небольшой расписной карете.

Есть известная цитата писателей-сатириков Ильфа и Петрова: «Железный конь пришёл на смену крестьянской лошадке».

Теперь даже дети легко катаются на всяких машинках, велосипедах, самокатах.

– Взрослые тоже катаются, и не только на больших, серьезных машинах, но, вспомнив детство, гоняют на электросамокатах. Видишь, Миша, вон стоят в ряд двухколёсные электрические самокаты, хочешь, прокатимся? Я буду рядом, покажу, – спросил Андрей.

– Что ты! Как можно на этом кататься?

Но, словно на демонстрации, подросток лет одиннадцати промчался мимо них, выписывая круги и восьмёрки, потом понесся вокруг фонтана.

Дети у водных струй визжали от удовольствия, бегая почти нагишом и мокрыми с ног до головы.

Рядом стояли и следили за своими чадами мамаши и бабушки, не препятствуя шалостям своих питомцев.

– Как они свободны! Вижу положительные моменты прогресса, у меня появился оптимизм – есть хорошее и в современном мире.

Тут Михаил увидел афиши на здании концертного зала:

– Театральная жизнь не заглохла? Музыка, спектакли…

– Да, на любимый спектакль, на любого артиста можно сходить. Думаю, мы могли бы совершить культпоход в театр. Может, сегодня вечерком?

– Посмотрим, – как-то без энтузиазма отозвался Станислав.

Они подошли к другому фонтану у входа в парк через Колоннаду.

– И здесь красиво! Вон ещё фонтан, а за ним рестораны, кафе.

– Да, этого добра тут хватает, – подтвердил Стас.

Есть ресторан «Шаляпин», – он показал на здание, стоящее в парке у площади. – Это заведение носит имя знаменитого русского баса – Фёдора Ивановича Шаляпина. Там находится концертный зал, где проходят гастроли популярных артистов.

До революции Шаляпин часто давал концерты на Кавказских Минеральных Водах. Жил по долгу на собственной даче в Кисловодске, там теперь проводят шаляпинские вечера.

Он, к сожалению, не поверил новой власти, эмигрировал Европу.

– Ты упомянул Кисловодск! Хочу побывать там!

– Непременно побываем. И в Пятигорске, и в Железноводске. Пройдём, так сказать, по местам «боевой славы», то есть, по тем местам, где бывал ты. И даже больше…

– А здесь на Ессентукском курорте Шаляпин снимал апартаменты в гостинице «Маяк», вот она напротив, правда, не функционирует сейчас.

Станислав рассказал известную историю о том, как певец потряс своим мощным басом округу. На его голос мгновенно набежали зрители, но он отдал всю выручку бедняку.

Они вошли в старинное здание с красивым интерьером внутри, с цветными окнами источника №17. Попробовали минеральную воду.

Прошли к бювету источника №4.

Как опытный гид, Станислав рассказал историю создания парка. Поведал о знаменитой механотерапии, щелочных источниках, ныне не действующих, но имеющих статус федерального памятника, не забыл и о забавной скульптуре – мужичке, сидящем с кувшином. Скульптор почему-то изобразил не казака, хотя именно казаки являются первооткрывателями кислых источников в годы, когда Михаил был ещё ребёнком.

– А помнишь, Мишель, станицу Ессентукскую того времени? – спросил Андрей.

– Помню. Это был посёлок с несколькими десятками глинобитных домишек, пересекаемый пыльной просёлочной дорогой.

Станицу возвели раньше, возле небольшой речки, не помню, как она называется…

– Бугунта. А дальше, на выезде из станицы, протекает речушка Ессентучок, давшая имя редуту и станице.

– Вот-вот. Я проезжал эти места. Задерживаться здесь не было смысла. Не имелось даже приличного постоялого двора.

Они отправились вглубь парка. Присели на лавочке в тени.

По главной аллее проходили отдыхающие. Словно на подиуме, гулял народ в пёстрых одеждах, солнцезащитных очках, шортах, соломенных шляпах.

Послышалась скрипичная музыка.

Станислав пояснил:

– Это уличный скрипач Яша зарабатывает себе на жизнь.

До них доносились мелодии из популярных фильмов, оперетт, шлягеры разных лет.

Стояло благодатное время позднего лета. Лёгкая истома тёплого утра постепенно обволакивала тела, наводнившие курортный парк. Деревья давали желанную тень перед начинающим свирепеть солнцем, и даже разговоры ещё не так утомляли собеседников.

Фланирующие курортные дамы невольно обращали на себя внимание мужчин, словно нечаянно бросающие оценивающие взгляды на их прелести…

– В наше время всё это подавалось также охотно, но не так откровенно, – заметил Михаил. – Прогресс изменил моды, а интересы крутятся вокруг всё тех же ценностей. И вся эта мишура только для того, чтобы завязать новые отношения.

Забыли пушкинское – «учитесь властвовать собой». Предлагают себя, словно товар на необъятном рынке.

Друзья на сегодня приодели Лермонтова соответственно новому времени. Для этого подключили друзей, что-то прикупили, и вскоре у Михаила собрался небольшой гардероб.

Он сбрил усы, ему предложили надеть модное кепи и очки, кроссовки и шорты.

Трудно было распознать известного поэта.

Приятели остановились у свободной лавочки и разложили свои авторские книги на продажу. Между делом разговор пошёл о творчестве, о возможности издавать свои творения, о полиграфии, реализации книг и о писательской кухне, интересной разве что этой троице.

Но вдруг тема сменилась.

– Хочу спросить, – обратился Станислав к Лермонтову, – почему ты не включил в свой первый сборник стихотворение «Белеет парус одинокий»? Неужели оно показалось тебе недостойным или не совершенным?

Михаил молчал недолго.

– Были сомнения в этой связи с этическими нормами.

Нечто похожее с этой строкой было уже написано Бестужевым в его «Андрее, князе Переяславском». Речь там идет о челноке, застигнутом разбушевавшимся Дунаем:

«Но вот ярящимся Дунаем,

То видим, то опять скрываем,

Ловец плывет на челноке.

Белеет парус одинокий

Как лебединое крыло…»

Меня привлёк или, как у вас теперь говорят, «зацепил» мощнейший образ паруса, одиноко белеющего в морской пучине. Я буквально ощутил себя этим парусом, и выплеснул стихотворение на бумагу. Но, готовя к изданию, подумал, что кто-то может решить, что я заимствовал образ.

– Тогда не было понятия авторских прав.

– И не было столько пишущих… Но не скинешь со счетов этику и честь. Всего одна лишь строка…

Вам ли объяснять, что для поэта важна чаще всего первая строка, как правило, определяющая, задающая ритм, тему, настроение стихотворения.

И эта строчка сидела во мне долго, в конце концов, я не смог побороть искушения и не жалею.

Это стихотворение своего рода переломный момент в моем созревании от юношества к более зрелому периоду. От проб и ошибок, подобных эротическим поэмам с сомнительной ценностью, что были в раннем периоде.

Позже я обратился к вечным ценностям, к истинной поэзии, это проявилось в поэмах «Вадим», «Княгиня Лиговская», «Песня про купца Калашникова», «Дума», «Маскарад», «Мцыри», «Демон». И, конечно, «Смерть поэта», «Бородино».

– В наше время действует авторское право, но у многих атрофирована честь и достоинство, – с горечью заметил Станислав. – У меня воровали стихи, я случайно обнаружил как-то у одного автора в его сборнике.

Призвать воришку к ответу практически невозможно. Даже, если докажешь через суд, что это твоё, то компенсация будет мизерной или получишь формальное извинение. Больше затратишь на судебные издержки.

Издать книгу сейчас не проблема, но что делать дальше без поддержки мощных издательств, рекламы. Вот и сидим здесь на лавочке, как та бабулька, что торгует семечками.

– Незавидна участь поэтов во все времена, – заметил Михаил. Пишущих у вас много. В наше время, каждый – штучный талант.

– Ты прав, Михаил. С одной стороны, хорошо, что творчество шагнуло в массы, с другой – страдает качество самих произведений. Зачастую попадается, особенно в интернете, низкопробное стихоплётство, к тому же зачастую страдает грамотность, что снижает общую планку литературного ремесла как такового и сильно усложняет выживание истинных художников слова в современных условиях. Интернет нивелировал всех. «Кукушка хвалит петуха, за то, что хвалит он кукушку», так говаривал ещё баснописец Крылов. Вот эти петухи и кукарекают на весь свет, за ними не расслышишь соловьиного пения.

Вдруг Михаил потемнел лицом, глядя в сторону верхней части аллеи. Вскочил и протянул руку в направлении, где виднелись задворки строения Николаевских Верхних ванн. Как ужаленный, сорвался и помчался в противоположную сторону, петляя меж деревьев.

– Михаил, стой! – воскликнул Андрей, бросившись за ним. Минуты три гнался, наконец, настиг беглеца, схватив за руку. – Миша, что с тобой?!

Тот дёрнулся, потом сел на траву, глубоко дыша и дико вращая глазами.

– Да что случилось, ты можешь мне сказать?

– Я видел – там… в меня целился из пистолета Мартынов!

– Что ты говоришь? Чушь какая-то, откуда!

– Из-за дерева.

– Не может быть!

Хотя… Если мне память не изменяет, мы видели его ещё тогда, на поляне. Сцена дуэли… И мне показалось, что он и высокий господин скрылись в кустах.

Этот эпизод выпал из памяти, я почти забыл о нём. Но потом всё же было нормально! Но как это может быть? Это похоже на бред, если бы я сам не был свидетелем того вечера и твоего чудесного появления.

Подоспел Стас, тяжело дыша, спросил: «Что случилось?»

– Всё нормально, возможно, Мише показалось…

– Да что показалось?

– Мартынов. Ты помнишь – на месте дуэли Михаил был не один? Но сейчас лучше об этом не говорить.

– Я что-то видел, но толком ничего не понял. Ладно, что гадать, надо было не бежать, а крикнуть, обратить внимание на этого типа. Мы знаем, что Михаил не из робкого десятка, просто безотчетно сработал инстинкт самосохранения.

Они вернулись на прежнее место.

– Видишь, – обратился Андрей к Михаилу, – там никого нет. Дважды не умирают от одного подонка…

Внимание отвлекла спустившаяся с дерева белка. Её тут же заметили проходящие любители милых созданий и стали предлагать семечки, орехи. Белка осторожно, но с достоинством, брала цепкими лапками с бордюра лакомства и живо расправлялась с ними, благодарно поглядывая по сторонам чёрными бусинками глаз.

– Надо же, – улыбнулся поэт, забыв о только что случившемся, – я тоже хочу угостить милашку.

Он попросил даму с кульком отсыпать немного семечек. И тут же пристроился в очередь. Когда он присел и протянул руку, белка неожиданно скакнула ему на руку.

Михаил сморщился от боли, но руку не отдёрнул. Когти зверька впились в ладонь, он мужественно терпел, пока рыжая бестия не рассовала за щёки семечки, и не спрыгнула.

Подошла женщина, с ней – симпатичная миниатюрная девушка.

– Какое очарование! – воскликнула девушка, – мама, у нас в сумке были грецкие орехи, давай угостим белочку!

Когда она протянула руку с дольками ореха, Михаил остерёг её:

– Сударыня, лучше высыпать орехи на бордюр, белка может причинить вам боль. – Он показал руку, на которой проступили капли крови, словно спелые ягоды калины – следы лесной гостьи.

У девушки расширились глаза:

– Вам срочно нужна помощь, это может быть опасно, я вам говорю как дипломированный медик!

Положив орехи на бордюр, извлекла из сумочки набор первой помощи. Промокнула тампоном кровь на руке Михаила, смазала ранки зелёнкой и заклеила пластырем.

– Благодарю, – произнёс поэт, – я ваш должник! Разрешите представиться – Михаил. Могу я узнать ваше имя?

– Джульетта, – ответила незнакомка.

Видя недоверие в глазах Михаила, заверила: «Правда, правда! Так назвала меня мама, Елизавета Романовна, мама, подтверди!

– Да, молодой человек, верно, – откликнулась мать. – В юности мне нравилось это имя, читала в детстве книжку, смотрела кино, меня потрясла история Ромео и Джульетты…

Когда родилась дочурка, назвала Юлией, но снова увидела фильм о юной красавице. Хотела, чтобы дочка была похожа на неё красотой, но не желала бы ей такой участи…

Надеюсь, она найдёт себе достойную партию, со счастливым, нет, не концом, а чтобы любовь была такой фантастической!

– Безусловно, у такой романтической мамы так и будет, потому что она очаровательна и заслуживает, по меньшей мере, принца! – слегка волнуясь, произнёс Михаил.

Недавняя студентка растерянно молчала.

Осмелев, Михаил решил продолжить беседу:

– Елизавета Романовна, Джульетта, это – мои друзья: Станислав и Андрей.

Извините, если вы не спешите, я бы хотел предложить вам, например, посидеть где-нибудь в тенечке, познакомиться поближе…

Станислав украдкой глянул на Андрея, как бы говоря: «Быстро поручик освоился…»

Андрей поддержал Лермонтова:

– А почему бы нам вместе не отведать мороженого? Уже довольно жарко, может, пригласим наших знакомых в ближайшее кафе?

Елизавета Романовна улыбнулась:

– Не знаю. Вы не торопитесь, молодые люди? Но если вы настаиваете…

Мы-то живём в Пятигорске, вот заглянули в Ессентуки, погода хорошая, решили прогуляться…

Стас поддержал:

– Отлично! Вас пригласил Михаил. А мы его друзья, если вы не против, мы пойдём с вами.

Кстати, насчёт друзей, чтобы окончательно развеять возможные сомнения насчет наших намерений, могу рекомендовать: Андрей Александрович Белавин, – указал он на друга, меня величают Станиславом Николаевичем, фамилия – Коняев. Я, как Михаил Евгеньевич Ермин, как Андрей Александрович – мы творческие люди.

Переговариваясь, они шли по аллее, и вскоре вышли из парка. Справа было кафе «Семейное». Напротив – уже известное – «Шаляпин» и кофейня «Паваротти».

– Отличная компания Шаляпин, Паваротти… – рассмеялся Андрей, – нужно выбирать. Я был как-то в «Семейном», там подают вкуснейшее мороженное, можно не спеша побеседовать на летней веранде.

Они прошли через зал кафе сразу на веранду, сев за столики под массивными зонтиками.

Общаясь, дамы вскоре узнали, что друзья – поэты, это воодушевило мать и дочь, к поэзии обе питали интерес, и попросили, пока принесут заказ, почитать стихи.

– Свои не рискую читать, – сказал, улыбаясь, Михаил, – но люблю творчество Лермонтова, могу декламировать бесконечно. А друзья пусть вас ублажают собственными творениями.

– И я люблю творчество Лермонтова, – подхватила Джульетта. – О Кавказе, по-моему, лучше никто и не написал.

– Ты – максималистка, дочка, зачем обижать новых друзей? Поэзия, как и любое творчество, сугубо индивидуальное дело. Думаю, всем места хватит на Парнасе, а мы, согласно признанию Пушкина, «живём на склонах оного, у горы Бештау».

– Простите, – покраснела Джульетта, – не хотела никого обидеть, с Лермонтовым я ощущаю словно некую мистическую связь, мне близка его поэзия как никакая другая…

Михаил побледнел. Андрей, заметив это, наклонился к нему и спросил шёпотом:

– С тобой все в порядке?

– Да, Андрюша. – И, обращаясь к девушке, промолвил уже громко, – мистика какая-то, мы с Джули, можно я вас буду так называть? – обратился он к девушке, – оказывается, очень схожи во вкусах…

Дальше разговор не клеился. Инициативу подхватил Станислав, он затронул любимую тему о том, что в наше время люди всё меньше читают, особенно молодое поколение.

Андрей поморщился, заметив ему, что дамам это может быть не интересно.

Михаил просто начал читать стихи. Прежде объявил, что ему вспомнился Байрон. Еще сказал, что будет читать на языке оригинала. Стихи о любви он прочел чувственно и энергично, потом в переводе:

Ты плачешь3 – светятся слезой

Ресницы синих глаз.

Фиалка, полная росой,

Роняет свой алмаз.

Ты улыбнулась – пред тобой

Сапфира блеск погас:

Его затмил огонь живой,

Сиянье синих глаз. 

Вечерних облаков кайма

Хранит свой нежный цвет,

Когда весь мир объяла тьма

И солнца в небе нет.

Так в глубину душевных туч

Твой проникает взгляд:

Пускай погас последний луч –

В душе горит закат. 

Вдруг перешёл на немецкий, стал декламировать Гёте:

Помню, как она глядела… 4

Помню губы, руки, грудь –

Сердце помнит –

помнит тело

Не забыть.

И не вернуть.

Но она была, была!

Да, была! Все это было:

Мимоходом обняла –

И всю жизнь переменила.

Читал наизусть шутя, легко, войдя, что называется, в раж. Друзья слушали и удивлялись.

Им не находилось места в этом блистательном монологе. Под конец Михаил прочитал своё стихотворение о Кавказе, разумеется, сказав, что это всем известные стихи Лермонтова.

– Вы так образованы, столь углублённо знаете литературу, языки, но в жизненных вопросах, по-моему, немного теряетесь, – осторожно заметила Елизавета Романовна. – Кто вы по профессии?

Михаил смутился, он не ожидал этого вопроса. Видя его замешательство, Андрей поспешил на помощь:

– Миша – гуманитарий, он сейчас в творческом поиске. Служил офицером, но комиссован. Здоровье поправляет у нас на водах, как Пушкин и Лермонтов в их бытность.

– Да, и еще я ищу работу. Думаю, обосноваться на Кавказе, пойти на преподавательскую или переводческую работу.

Знаю четыре языка, могу преподавать историю, литературу.

А вы, Джули, чем занимаетесь? – полюбопытствовал Михаил.

– Я только окончила медицинский институт. Буду лечить детишек.

Михаил с удовлетворением отметил про себя, что и это известие ему по душе, а вслух произнес:

– Прекрасно! Я счастлив, сегодня у меня удачный, можно сказать, судьбоносный день.

Станислав и Андрей переглянулись. Необычное его поведение, это проявление стихотворной страсти! Такого за ним все это время не наблюдалось, неужели их новый друг влюбился?

Это с одной стороны радовало, но и тревожило: новый зигзаг фортуны, что из этого выйдет? Хотя в этом не чувствовалось пока ничего плохого.

Время в кафе пролетело незаметно. Пора уходить. Андрей со Стасом замешкались, Елизавета Романовна отошла к зеркалу, Михаил и Джули вместе вышли из кафе.

Ему вдруг захотелось договориться с ней о следующей встрече. Он и сам уже понял, что влюбился сразу и, что называется, с первого взгляда.

Джули, своим ангельским видом располагала к откровенности, и он решился, будь, что будет! Вспомнил Шекспира и мысленно процитировал: «…пока смерть не разлучит нас!»

– Джули, вы так восхитительны, мне бы хотелось вам столько сказать… Мы могли бы встретиться ещё?

Она потупила глаза и тихо произнесла:

– Я ещё ни с кем не встречалась…

А вы приезжайте к нам в Пятигорск. Мы можем побродить по городу, в парке.

– Отлично! Я прибыл в Ессентуки недавно, нигде еще не был, хочу побродить по лермонтовским местам, которые мечтал увидеть воочию. Грот Дианы, домик под камышовой крышей гора Горячая.

– Вы с друзьями приедете?

– Не знаю, без них мне пока трудно ориентироваться, если только вы возьмете на себя миссию гида…

А вот и они! Станислав, Андрей, Елизавета Романовна, мы тут с Джули договорились о встрече в Пятигорске, хочу чтобы она показала мне достопримечательности. Как вам эта идея?

Андрей глянул на Стаса, тот промолчал. Тогда он сказал:

– Если не против, я с удовольствием составлю вам компанию. В ближайшее воскресение месяца поэты собираются в доме Алябьева на заседании литобъединения «Слово».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

*Ссылки на источники в конце книги.

2

*О времена, о нравы! (лат.)