Проходимка в Академии. Уроки истинной привязанности
- -
- 100%
- +
Очутились словно в зарыбленном аквариуме — учебном крыле — адепты смотрели в нашу сторону, толкались и вытягивали шеи. Я чувствовала себя одноклеточным под микроскопом их взглядов.
Маги разрушения, смертоносное ядро Ривенхейма, бомба замедленного действия, вот кто они вместе взятые. С каждым шагом мне хотелось сбежать подальше от этого взрывоопасного места. Мои ладони вспотели, а сердце колотилось как бешеное.
Кассиан шёл быстро, не заботясь о том, успеваю ли я за его шагом, на самом деле едва успевала, у меня не было таких длинных ног, как у него.
— Касс, ты куда? — останавливает один из парней Нокфоера. — У нас тут всё готово уже, тебя ждём.
В его голосе слышалось нетерпение. Кассиан отвернулся от меня, вставая спиной, загораживая от любопытного взгляда своего, судя по всему, приятеля.
— Начинайте без меня, присоединюсь, как разберусь с…
Парень замолк, сжал челюсти и бросил через плечо на свою навязанную спутницу ледяной взгляд, под которым неистово билось пламя.
— Откуда она? — высокий брюнет в академической тёмной форме оценивающе окинул меня взглядом и усмехнулся так пошло и мерзко, что мне хотелось прикрыться, спрятаться и срочно помыться. Такой же испорченный баловень судьбы.
— Это? — снова посмотрел на меня как на кусок грязи, прилипший к его начищенному ботинку. — Недоразумение. Мне нужно её испытать.
Я вспыхнула от досады. На самом деле это я назначила испытание, вызвав его в пару, а не он. Но решила разумно промолчать. Скоро меня здесь не будет, и это самое главное. Но почему его слова всё время будто задевают меня за живое?
— И каким же образом? — брюнет прищурил по-кошачьи зеленые глаза, словно играя с добычей.
— Нужно посмотреть, сможет ли эта мышка выдержать… интенсивный курс “частной практики”.
Лицо словно кипятком обдало, и стыд пятнами покрыл мои щёки до корней волос. Я всё-таки взрываюсь.
— Боюсь, мои таланты могут оказаться слишком… специфичными для “практических занятий”, — заметила я.
В лице Кассиана мелькнуло удивление. На мгновение даже показалось, что он заинтригован. Но тут же это сменилось раздражением.
Вив, ну зачем ты это сказала? Почему бы просто не помолчать? Зачем привлекать к себе столько внимания?
Только уже поздно.
— А она острая на язычок, — сунул в карманы руки брюнет и надул пузырь жвачки, лопнув его, облизал губы.
Я поморщилась и отвернулась.
— Ладно, давай, — отстал брюнет.
До самой лестницы чувствовала на себе пристальный взгляд его дружка. Интересно, что у них за важное событие? Впрочем, какая мне разница.
Не успеваем мы зайти в тёмное помещение, похожее на бокс, Кассиан Нокфоер, воспользовавшись подходящим случаем, хватает меня за локоть и разворачивает к себе так резко, что голова откидывается назад, а на лицо липнут пряди волос.
— Послушай, ты, — цедит сквозь зубы, — как там тебя, думаешь, я ничего не знаю? Ты пыталась достать меня на том вечере, притащилась сюда, чтобы сделать это снова, собираешься встать со мной в пару, для чего? Чтобы стать заметной за мой счёт? Решила быть королевой Ривенхейма, да? Отвечай! — сжимает пальцами до боли мой локоть.
Я хватала ртом воздух под ядовитым градом несправедливых обвинений. От него исходили такая агрессия и вражда, что всё внутри меня сжалось от страха и затряслось. Теперь я понимаю, что сделала всё правильно — с этим надменным мажором я бы никогда не договорилась.
— Мне больно, отпусти, — шиплю в ответ, собрав крохи самообладания, которые могли остаться во мне.
Карие, почти чёрные глаза сузились в хищные щели, и где-то в глубине под тенью длинных тёмных ресниц сверкал холод далёких звёзд.
— Как только войдёт ректор, ты откажешься от испытания, поняла меня? Или… — заскрежетал зубами, — пожалеешь об этом, проходимка!
Глаза защипало. На открытую рану словно соли насыпали, что я ему сделала такого, что он мне вот так угрожает? Злость всколыхнулась кислотой в груди. Я дёрнулась из его хватки.
Если он думает, что сможет запугать меня, то ошибается, я не серая мышь, как он думает, не позволю со мной обращаться так, как, видимо, привык со всеми. Надменный заносчивый папенькин любимец.
Кассиан удивлённо вскинул брови, когда я с вызовом посмотрела на него.
— Я уйду сама, если ты исправишь что сделал!
— Ты ещё и полоумная.
Слишком больно, оставляет жгучую обиду в душе.
— Но в одном ты права, — вдруг усмехнулся он, — не надо было вытаскивать тебя из того озера. Может, мне это исправить?
Я сглотнула, во рту резко стало сухо, аура разрушителя подавляла, раздавливала меня как насекомое.
— Хорошенько подумай сейчас, у тебя есть время, после его не будет, поверь мне, — склоняется надо мной скалой, приближает лицо, так близко, что горячее дыхание опаляет мою щёку. Вблизи он ещё опаснее и безумно притягательнее, нет, невозможно иметь такую поистине мужскую красоту и столь испорченный характер! — Я тебя опозорю на всю академию, ты сильно пожалеешь.
Меня бьёт дрожь, мысли лихорадочно мечутся, колени подгибаются, инстинкты кричат бежать подальше от этого смертельно опасного дракона. Но что будет, если я это сделаю, разве не та же цена? Мне не справиться с магией самой. Понятно, что он считает меня самозванкой и не поверит мне. Даже пытаться не следует.
— Я вижу, вы уже всё хорошо обсудили и подготовились, — Алистер заходит в бокс. — Вы готовы, мисс Джемильтон?
Дышу часто, знаю, что если сейчас посмотрю на дракона, то струшу, просто не смогу. Поэтому не раздумываю.
— Да.
И всё-таки, не удержавшись, бросаю взгляд на него. Тьма, настоящая, опасная, смертоносная и разрушительная, обещающая расквитаться со мной сполна — вот что было в его взгляде.
— Тогда прошу, — Кромвель приглашает в зал.
Мы расходимся с Нокфоером, как борцы на ринге.
Кассиан бросил на меня последний уничижительный взгляд и первым двинулся к залу. А перед моими глазами сыпались искры, стены расплывались, меня всю трясло.
Тренировочный зал встретил меня своим прохладным дыханием и величием, напоминая нутро огромного чудовища. Устроенный так, что просторную середину окружали трибуны со скамьями, ровными рядами поднимающиеся под высоченные своды. Кажется, здесь проходили не только тренировки, но и состязания.
Я поёжилась, страшно представить, что тут происходило, но в воздухе явно витал дух соперничества, чуждый мне. Захотелось сразу в свою тёплую уютную скромную усадьбу, желательно под тёплый плед.
Здесь уже находились адепты, парни и девушки, одетые в облегающие костюмы, слишком подчёркивающие изгибы тела. Я бы себе такого не позволила, но девушки, кажется, чувствовали себя вполне комфортно. Увидев пришелицу в юбке и с голубой ленточкой в волосах, глаза представительниц женского пола заискрились задором и весельем, понимая, что намечается вполне любопытное и неординарное состязание. Но это оказалось только началом. К моему ужасу, в зал начали подтягиваться другие ученики академии Равновесия, и уже вскоре трибуны со стороны входа наполнились.
Смущало это только меня одну, ректор был вполне спокоен. Он указал мне встать за отметину на полу, я встала, растерянно сжав в руках сумочку.
От меня не ускользнуло, как Кассиан в очередной раз закатил глаза и поморщился.
— Давайте я подержу, мисс, — предложил мне Кромвель, забрав мешающую вещь.
Он отошёл, и я тут же почувствовала себя беззащитной.
Вивьен, что ты наделала?! Уж легче было с достоинством встретить свою участь лицом к лицу, чем оказаться в центре внимания адептов, отсчитывая вдохи под точным прицелом ставших чёрными глаз Кассиана Нокфоера.
— Начнём, — объявляет Алистер, и моё сердце пропускает удар, рухнув куда-то в бездонную пропасть.
Пульс зашкаливал, сердце с бешеной скоростью качало кровь, сделалось так страшно, что дыхания не хватало в груди.
Нужно выдержать. Если мне удастся снять привязку, я больше никогда не увижу этого высокомерного и грубого гордеца.
3. Считайте, что учитесь здесь
И всё же это было всего лишь испытание, если он такой сильный, с чего бы ему переживать? Напротив, большая возможность самоутвердиться за счёт какой-то девчонки с улицы.
Раздумывать дальше мне не дали шёпотки за спиной. Определённо, адепты за Кассиана, вот и сейчас кучка девушек в первом ряду посылает всевозможные сигналы восхищения дракону, уверенные, что я испытание заведомо провалила, как только переступила порог академии.
Впрочем, все разом смолкли, когда свет стал меркнуть. Нет, на улице по-прежнему ясный день, но вот на арену будто опустились поздние сумерки, пролились, будто чернила в воде, тени со всех сторон, погружая всех в полумрак.
«И обязательно нужно нагонять столько жути? Мне и так было безумно страшно».
Но самое страшное оказалось впереди: когда глаза Нокфоера начали заполняться густой чёрной смолой. Повеяло ледяным дыханием смерти.
Как я и предполагала, один за другим разрушитель начал выставлять барьеры, слои, состоящие из различной магической субстанции.
Я вязко сглотнула. Из рассказов отца я знала, что обычный маг с разрушающей энергией имел, как правило, сине-фиолетовый спектр, обычно состоящий из десяти слоёв, не более. Они, как годичные кольца, плотно наслаивались на ауру. Количество слоёв зависело от генетики, врождённых и приобретённых способностей, личной силы и возраста.
«Зрители» затихли, а моё дыхание застряло где-то в лёгких, глаза расширились от ошеломления.
У Кассиана имелось больше десяти слоёв. Гораздо больше.
Сине-фиолетовый переходил в красный спектр, что говорило о безмерной силе, и к этой силе прибавлялась драконья ипостась.
Что ж, сама ведь вызвалась, стоило думать.
— Ваша задача, — Кромвель завёл руки за спину, — нейтрализовать хотя бы внешний спектр. Если сделаете это, считайте, что учитесь здесь.
Я сжала и разжала похолодевшие пальцы. Алистер занизил планку для видимости, ведь мы оба знаем, что пройти я их должна все, чтобы стать свободной.
Литые плечи Кассиана напряжены, взгляд нечитаем, лицо озаряет алое свечение, отражаясь в тёмной бездне красными всполохами, тяжёлые челюсти плотно сжаты, брови сведены, бешеная энергетика давит, глаза гипнотизируют и не выпускают. Взгляд, от которого не хватает воздуха в лёгких.
Я всё-таки сдаюсь. Невольно делаю шаг назад. Мне не справиться, это же ясно как белый день, и на что я рассчитывала? Вивьен, очнись и брось эту безумную и опасную затею.
Ожидание затянулось, воцарившееся молчание давило на уши. Сердце, казалось, разорвётся от напора.
Соберись, Вив! Ты же прошла сюда, так что же теперь? Что тебе терять?
Миг слабости отпустил. Делаю глубокий вдох и приступаю. Первый слой нейтрализовать мне непросто.
Моя собственная природа ощущалась свежей прохладой, как молния в ливне, она медленно потекла по венам, отзываясь на мой призыв. Я направила силы к первому, самому внешнему слою Кассиана — его называли защитной капсулой, состоящей сразу из пяти слоёв — ощущая, обволакивая его словно пузырь.
Отец учил меня, что нейтрализация — это не разрушение, хотя между ними есть некоторые сходства, но это не одно и то же. Это перенаправление энергии, поиск слабого места в структуре и деликатное смещение магических масс, хотя, по сути, такое же устранение чего-либо.
Магия Кассиана сопротивлялась, пульсировала словно живая. Я чувствовала, как его сила пытается оттолкнуть мою.
Облизала пересохшие губы, стараясь не обращать внимания, как ему не нравится, как меня сильно лихорадит от смеси чувств, страха и сомнения, сместила сразу всю капсулу и продвинулась.
Второй спектр слоёв представлял собой более плотную магическую оболочку, я начала нейтрализовывать центры один за другим, нежно, как будто боясь разбудить спящего зверя. Мои пальцы слегка подрагивали, пот выступил на висках. Концентрация требовала всех моих сил. Я не собиралась вставать к нему в пару, но если барьеры пропустят, то это будет определено. А они пропустят, потому что есть эта проклятая привязка. Каким-то образом это случилось на том озере без усилий.
И вот наконец почувствовала едва заметный сдвиг в сторону красного, самого опасного спектра. Время будто исчезло, тишина оглушала.
И там, где я должна была остановиться, двинулась вперёд. Спектр дрогнул, пропуская беспрепятственно. Кассиан, не ожидая от меня такой прыти, напрягся, но поздно.
…Я его почувствовала.
Ошеломление сменилось восхищением, а вместе с ним что-то невообразимо мощное хлынуло на меня, окутало белоснежным жидким сиянием. Я бездумно поддаюсь этому потоку, позабыв и об осторожности, и о том, что должна была сделать. Разум затопило экстазом. Но тут сознание и позвоночник внезапно обожгло словно раскаленным железом, правую лопатку обдало жаром.
Я беззвучно вскрикнула и рухнула на пол, хватаясь за грудь. Лихорадочно тяну воздух, но не могу сделать вдох. Меня закрутило в водовороте паники и страха.
— Лекаря сюда, немедленно! — раздался громогласный голос Кромвеля, когда я в безуспешной попытке пыталась оживить лёгкие.
Наконец в лёгкие влился воздух, и я задышала. Кто-то приблизился, попытался помочь подняться.
— Не нужно лекаря, со мной всё в порядке, — оправилась я, оглядывая обступившую меня толпу.
В зале стало вновь светло. Ищу его, не знаю, зачем это делаю, но взгляд будто примагничивается к литой фигуре дракона. Даже не могу прочесть его мысли, они также мне недоступны, но совершенно точно замечаю тревогу в его взгляде, она была короткой, как просвет солнца за облаками, пока вновь его не заволокло тучами оглушительной злости.
— Вы уверены, мисс Джемильтон? — уточняет ректор.
— Да.
— Что ж, испытание вы прошли… И мне не остаётся выбора, как поставить вас в пару с Кассианом, мисс Джемильтон. Вы продемонстрировали не только удивительную стойкость, но и редкую магическую способность.
Нет! Ошеломление и страх обрушились стеной и придавили. Я не собиралась здесь оставаться! Я надеялась, что…
— Господин Кромвель, я…
— Кассиан, примите свою подопечную и проведите инструктаж.
Это было как удар обухом по голове. Разинула шокированно рот. Нет, я не хотела! Не хотела и не думала об этом, я была уверена, что смогу всё решить сразу!
Медленно поворачиваюсь к замершему как кусок глыбы Нокфоеру.
Убийственный взгляд дракона обещал не только провести инструктаж, он обещал, что я пожалею о том, что вообще родилась. Мне не продержаться и пары дней. Предупреждения Алистера небезосновательны.
А ведь так обидно, у меня ведь почти получилось, но что-то пошло не так…
— Вивьен Джемильтон будет посещать занятия вместе с остальными студентами в стандартном порядке, — объявляет в завершении ректор. — Прошу всех вернуться к своим делам. Испытание окончено.
Взгляды липнут ко мне как паутина, я действительно чувствую себя бабочкой, угодившей в эту паутину, и чем больше пытаюсь вырваться, тем сильнее запутываюсь. Каждый взгляд — нить, стягивающая мои крылья, лишающая свободы. Дыхание сбивается, в горле пересыхает, а внутри нарастает паника. Потому что самый опасный хищник сейчас выжидает момента, чтобы наброситься на меня.
Толпа расходится неохотно, но не все… несколько фигуристых девушек бросают на меня оценивающие взгляды, зеленоглазый брюнет что-то говорит Кассиану и пошло ухмыляется. Кассиан не двигается, не сводя с меня глаз. Его лицо — лёд, непроницаемое, но я чувствую, как внутри этой горы бушует вулкан и вот-вот взорвётся.
— Кассиан, проводите свою подопечную к женскому общежитию и зайдите ко мне в кабинет. Нам нужно кое-что обсудить.
Ректор, вернув мне сумочку, покидает арену.
Показалось, что сумерки снова начали сгущаться.
С замиранием проследила, как Кромвель скрылся в глубине выхода, поёжилась, ощущая на себе прожигающий взгляд Кассиана в окружении своей свиты. Страшно представить, что он сейчас думает. Но какая разница. Важно понять, что меня ждёт впереди и как справиться с этой внезапно свалившейся на меня новой реальностью. Что я скажу опекуну? Как мне быть дальше?
Нервно сжимаю сумочку, отвожу взгляд и морщусь, чувствуя, как основание позвоночника и лопатки что-то жжёт.
— Иди сюда, — грозный рык в затылок и очередной рывок стальной хваткой за локоть заставляют вздрогнуть.
4. И зачем мы сюда?
Пальцы впиваются в локоть капканом. Мы идём, точнее, я бегу, едва успевая за мужским шагом. Мне катастрофически нужно обо всём подумать, всё осмыслить, но Нокфоер не дал даже короткой передышки.
Я сама виновата, разинула рот и упустила момент, когда нужно было действовать, но эта странная сила, которая ворвалась в меня, она во всём виновата. Я не собиралась проводить с ним большую часть времени — это испытание похуже метаморфоз, происходящих со мной!
Я же не виновата, что удалось зайти так далеко, но теперь он вымещает на мне злость вместо того, чтобы поработать над своей защитой. Хотя здесь я не совсем права, защита его мощнейшая, но ни одна сила не может стать преградой для нейтралов при таком совпадении. Даже не верится, что это вообще возможно с ним.
Мы миновали коридор, прошли под сводами высокого потолка какого-то помещения и повернули в открытую дверь. Пустые столы и доска говорили о том, что это одна из аудиторий.
— И зачем мы сюда?
В ответ Кассиан Нокфоер грубо толкает меня к стене.
Возмущение захлестывает, но я не успеваю открыть рот. Дракон резко разворачивает меня спиной к стенке, в которую я упираюсь выставленными вперед ладонями. Да что он, чёрт возьми, делает?! Ректор велел дать мне инструктаж, или это он и есть? Тогда я требую объяснений!
Я не успела ничего осмыслить, Кассиан собрал мои волосы и отбросил со спины.
— Что ты…
Рванул мой жакет с плеч. Распахиваю от ужаса глаза, дергаюсь, но слух оглушает треск блузки, дракон бесцеремонно оголяет мою спину, несчастные пуговицы сыпятся на пол, прохладный воздух обдает кожу, поднимая волоски на затылке. Вздрагиваю от прикосновения горячих пальцев, они уверенно скользят по моим позвонкам от основания шеи по руслу вниз, с напором гладят лопатку. Это слишком… порочно, откровенно и нахально, что у меня пересыхает во рту и икрит в глазах.
Стук сердца отдаётся в голову шумом, окружение плывет, мир сужается до следа от пальцев его рук и…
Горячий толчок дыхания обдаёт шею и тут же сменяется твёрдым прикосновением чувственных губ, они оставляют влажный след. С жарким поцелуем в шею Кассиан толкается бёдрами в мои ягодицы.
Жгучие искры скользят по всему телу, жар приливает к лицу. Шок, оцепенение, наслаждение, собирающееся томительной свинцовой тяжестью внизу живота.
Веки тяжелеют и я закрываю глаза. Здравомыслие приказывало очнуться, но тело давало совсем другие сигналы. Это неправильно и возмутительно, и…
Сильные руки обхватывают мою талию, вплотную притягивая к твердому телу.
— Нет! — резко разворачиваюсь, вжимаясь спиной в стену, грудь вздымается в частом дыхании. Кассиан тоже дышит тяжело, в его взгляде туман, он смотрит так, что меня бросает в лютый жар.
— Ты ведь этого хотела? В чём проблема? Или тебе ещё и денег надо?
ЧТО?! Слова как пощёчина, снова теряю воздух в лёгких. Искры из глаз.
— Знаешь что, — зло шиплю я, — ты глубоко ошибаешься, у меня уже есть жених, и я ему верна.
— Верна? — глаза дракона сужаются, в них клубится густая тьма, раскалённая огнём. — Интересно, что скажет твой… — нагло оскалился, — когда увидит метку. Боюсь, он разочаруется.
— Метку? Какую ещё метку?! — это заявление отрезвляет в секунду, разбивая вдребезги. Инстинктивно хватаюсь за шею, пальцы шарят по коже, ищут то, чего не должно быть. — Ты лжёшь! Нет никакой метки!
С ужасом замечаю, что в распахнутом вороте блузки виден край кружевного лифа, только поздно спохватилась. Нокфоер делает шаг вперед.
— А это что? — поддевает кулон на цепочке, протягивая свою наглую лапищу, прежде чем я успеваю хоть как-то прикрыться.
— Не трогай меня, — рыкнула, запахиваясь.
Дракон сводит брови и перехватывает меня, рывком притягивая, моя грудь упирается в его твердую грудь. Чувствую, как вершинки становятся чувствительными и твёрдыми, хочу остановиться, но не могу: всё тело стало ватным и слабым под его напором. А аромат его тела, свежий цитрус на морозе, окутывает, заполняет голову и впитывается в кожу. Взгляд карих глаз прожигает насквозь, будто видит все мои тайные страхи и желания.
— Просто посмотри в зеркало. И расскажи своему «жениху», как сильно ты хранила ему верность, когда… — Он делает паузу, наслаждаясь моим смятением. — Когда дрожала в моих объятиях.
Я задыхаюсь от ярости. Да как он смеет! Хочется стереть с его лица эту самодовольную ухмылку.
Меня трясёт, пульс зашкаливает, колени подкашиваются, но самое ужасное — по телу растекается сладкое желание, оно опускается по бёдрам к самым стопам ног. Это обескуражило, ошеломило и напугало.
Я бью его по плечам и отталкиваюсь, ринувшись к двери, на ходу запахивая жакет. Вылетаю в прохладный коридор. Щёки пылают, губы горят, меня всю лихорадит. След от его губ всё ещё горит на коже, в волосах запутался его запах.
Хотелось исчезнуть, раствориться, сгореть. В груди бушует, меня ещё никто не касался так и не целовал. Как я могла позволить ему это сделать? Но я не ожидала, всё произошло слишком быстро. Нужно убираться из этой чёртовой академии и держаться подальше от него. Глаза запекло от досады. Получается, чем больше я пытаюсь от него отделаться, тем больше вязну в этих зыбучих песках по имени Кассиан Нокфоер.
Прикрываю веки, делаю судорожный вдох.
Нет, побег не решит моей проблемы, если я сейчас покину эти стены, то путь будет навсегда закрыт, нельзя так горячиться и идти на поводу у эмоций. Он ведь просто хочет меня запугать! Что ж, почти получилось, больше я на такое не поддамся.
Позади послышались шаги. Хватаюсь за пуговицы жакета, начиная быстро и решительно застёгиваться, скрывая лихорадочную дрожь в пальцах.
5. А ты и с ним тоже?
Кассиан
Я буравлю взглядом стену, ярость прожигает насквозь, кислотой заполняет вены. В голове пульсирует один лишь зверский инстинкт — разорвать, уничтожить, превратить в кровавое месиво того, кто посмел…
Вдох-выдох. Сквозь зубы. Бессмысленно. Ничто не вернет назад то, что произошло на площадке. Эта дрянь… Эта чертова шлюха пробила броню, вторглась в личное пространство.
— Гадина… — рычу, сжимая кулаки до хруста костей.
Внутри бушует ураган ярости, смешанный с грязным животным возбуждением?
Резкий разворот. Чёткий шаг.
Девчонка ждет. Стоит как ни в чем не бывало. Наглая самоуверенная выскочка, посмевшая полезть в мою жизнь. Я не верю своим глазам, этому фарсу. Метка на ее шее — это доказательство. Откуда? Как? Всё ложь! Подделка. Она её просто нарисовала! Только почему её вкус, которой обжигает язык до сих пор — вкус дикой ягоды, вкус гибели — был более чем реален?
Вивьен Джемильтон…
Шаг. Она вздрагивает. Глаза как у испуганного олененка, пальцы судорожно сжимают разорванную ткань блузки.
Скриплю зубами, желваки ходят ходуном.
Проходимка прикидывается невинной жертвой. Я же прекрасно помню ее на том вечере — извивалась словно змея вокруг меня, а потом прыгнула в озеро, чтобы привлечь моё внимание. А я, идиот, поверил, полез спасать. Подстава. Все это подстава.
Разворачиваюсь, направляясь к выходу.
— Ты куда? — в спину жалобное. — А как же инструктаж?
Да как она смеет? Дрожь пронизывает тело, нервы на пределе, еще секунда — и взорвусь. Где выдержка? Где контроль над зверем внутри? Все насмарку! Какая-то дешевка смогла вывести меня из себя, довести до белого каления.
Но пусть не радуется. Она поплатится. Я лично позабочусь о том, чтобы эта проходимка вылетела из академии, как пробка из бутылки. А сейчас…