Великая стужа

Глава 1. Совет на Асгарде

Над ледяными шпилями Асгарда, сверкавшими в свете трёх солнц, звучали колокола – вестники великого Совета. В Зале Истин, высеченном из белого кварца, собрались старейшины и хранители мирового равновесия. Среди них были потомки богов, хранители звёздной магии и посланцы древних родов.

На массивном тронном круге, символе союза планет, пульсировало изображение Мидгарда – южной звезды-жизни. Планета, бывшая когда-то очагом гармонии, теперь тревожила.

– Время идёт вспять, – произнёс седовласый Стурмир, верховный мудрец Асгарда. – Ветра Мидгарда несут зловоние Кащеева дыхания. Сломано равновесие.

На голографической карте вспыхнули очаги энергетических сбоев – от северных пустошей Тартарии до магических вихрей у западных границ Атланты.

– Это не случайность, – возразила Альвина, Верховная жрица Луны. – Мрак пробудился. Агентура из Мира Кащея проникает сквозь трещины в эфире. Они ищут что-то… или кого-то.

В зале повисло молчание. Все знали – Мир Кащея, подземное царство древнего холода и тьмы, был заточён много эпох назад. Лишь в легендах сохранилось имя его владыки – Кащей Бессмертный, повелитель мрака и врат смерти.

– На Мидгарде всё ещё живёт Древняя Кровь, – тихо сказал Орун, Хранитель Саг. – Наследники рода Огненного Камня. Если тьма их найдёт первой – Стужа сойдёт с цепи.

– Великая Стужа… – прошептали старейшины.

– Мы должны предупредить Мидгард. В первую очередь – Тартарию. Их ведуны ещё помнят Законы Первозданья.

– И Атланту, – добавила Альвина. – Несмотря на разногласия, если падёт хотя бы одна держава – падёт и вся планета.

Сумерки опустились на Зал Истин, хотя солнца Асгарда ещё не покидали небосклона. Свет внутри погас сам по себе – будто мир застыл в ожидании.

– Мы не можем действовать вслепую, – произнесла Альвина. – Если на Фате действительно действует Кащеев форпост, мы должны знать – насколько глубоко проросла тьма.

– Согласен, – кивнул Стурмир. – Но не каждый выдержит её дыхание. Навь близка к Фате, как кожа к кости. Нам нужен тот, кто пройдёт по грани.

Все взгляды обратились к затенённому краю зала, где стоял высокий силуэт в тёмном плаще, молча наблюдая за Советом с самого начала.

– Агент Велеса, – произнёс Орун.

Мужчина шагнул вперёд. Его лицо скрывала маска из тёмного дерева, вырезанная в образе лукавого духа. Только глаза – янтарные, волчьи – светились под капюшоном.

– Меня зовут, и я иду, – коротко сказал он, и голос его звучал, как скрип замёрзших сосен.

– Ты знаешь, куда отправляешься? – спросила Альвина.

– В пасть Стужи, – ответил он. – И если я не вернусь – значит, ворота Нави уже открыты.

Стурмир передал ему рунический перстень – печать Дозора. Только с ним можно было открыть скрытые эфирные врата, ведущие с Асгарда к Фате.

– Ты не один, – добавила Альвина. – Духи древних родов с тобой. Мы увидим твои сны и услышим твой последний выдох, если дойдёт до того.

Велес не ответил. Он лишь молча поклонился и исчез в эфирной тени, оставляя за собой лёгкий запах ветра и травы – последний отголосок живого.

Совет молчал.

Где-то во тьме, на мёртвой луне, уже открывались чёрные зеркала.

Глава 2. Прибытие

Через огонь звёзд и молчание эфира, скользя на грани света и тьмы, летел одинокий корабль. Его корпус – тёмный, без опознавательных знаков, лишь мерцание древних рун вдоль обшивки. Это был "Навный Странник" – судно, предназначенное для переходов не только сквозь пространство, но и сквозь слои реальности.

На борту – один человек. Агент Велеса.

Он стоял в центре навигационного круга, обведённого рунами, неподвижный, будто статуя. Его мысли были сосредоточены, дыхание ровное, а глаза – закрыты. Он не нуждался в приборах: путь ему показывали нити Времени и зов Земли.

Мидгард уже был близко.

Сквозь иллюминатор проступал силуэт планеты – древняя, живая, исполосованная бурями, затянутая полупрозрачной пеленой облаков. Внутри неё бились старые кости империй, дремали пророчества и медленно поднималась Великая Стужа.

– Дом… – прошептал Велес.

Система сближения активировалась. Прозвучал мягкий гул, и корабль вошёл в верхние слои атмосферы. Воздух Мидгарда обнял обшивку с глухим трением – как вздох давно покинутой земли.

На горизонте проступили горные хребты, раскинувшиеся над туманными равнинами, озёра и реки, переливающиеся серебром. Среди них, как сердце – Белояр-град.

Город древний, укоренённый в камне и духе, построенный на склоне потухшего вулкана. Его башни – будто клыки великана, улицы – тропы рун, вплетённые в плоть земли. Над ним витала великая защита – эфирный купол, сотканный из древней магии родов, мерцающий, как северное сияние.

С кораблём связались.

– Говорит Белояр-град. Идентифицируйтесь.

Велес провёл рукой над печатью перстня. Она вспыхнула, и в ответ эфир дрогнул. Стражи узнали его… и замолчали. Молча открыли воздушные врата.

Корабль плавно вошёл в купол. Спустился на нижний уровень, к Западной площадке Дозора – где принимали только своих. Где не задавали лишних вопросов.

Посадка прошла мягко. Люк открылся с шипением, и ступени опустились на старую каменную плиту.

Агент Велеса вышел – как тень, сгустившаяся в форму человека. Местные воины поклонились, не поднимая глаз. Он был не просто гость – он был предвестник.

Слева его уже ждал старший жрец рода Дажьбожичей – Кудар, седой, с глазами цвета грозы.

– Ты вернулся, волчонок, – хрипло произнёс он. – Я знал, что придёт время, и ты снова ступишь на эту землю.

– Она зовёт, – ответил Велес. – Но голос её дрожит. Что случилось в моё отсутствие?

Кудар медленно развёл руками:

– Ветра перемен замерзли. Кровь земли стынет. Великая Стужа уже чувствуется в дыхании детей… И кое-кто говорит, что тени с Фаты уже скользят по границам снов.

Велес кивнул. Он чувствовал то же. Что-то было не так. Мидгард дрожал, как струна перед разрывом.

Он поднял взгляд на древние башни Белояра – и знал: это был только начало. Впереди – дорога во мрак. А после… либо Звезда Смерти, либо Рассвет.

Глава 3. Зов духов

Белояр-град спал под завыванием ветров, и только одна дорога не знала сна – Тропа Камня, ведущая к древнему Храму Велеса, высеченному в склоне горы ещё до падения первого царства. Она была усыпана костяными плитами с выбитыми рунами: кто шёл по ним – слышал в шепоте камней слова, давно забытые живыми.

Велес шёл босиком.

Его плащ трепал ветер, но он не чувствовал холода. С каждым шагом становилось всё тише – не только снаружи, но и внутри. Город, прошлое, страх – всё отступало. Он возвращался в себя. В древо, из которого был вырезан.

Храм был прост. Внутри – круглый зал с девятью опорами, символизирующими миры. В центре – черное зеркало, гладкое, как застывшее озеро. На стенах – фрески: Волк, медведь, вороны, древо жизни, змея, солнце, пронзённое молнией. Всё, как было при закладке.

Здесь Велес был один. Или… почти один.

Он подошёл к зеркалу, опустился на колени. Из-за пазухи достал лист Глумень-травы, вложил его под язык и провёл пальцем по своему лбу, нарисовав руной Вѣдъ.

Шепнул:

– Велесе Великий, хранилище душ и ключник Нави. Открой мне тропу.

Зеркало задрожало. Воздух в храме сгустился, как смола. Веки сами опустились, и сознание унеслось вглубь – туда, где начинается настоящее видение.

Он стоял в поле. Вокруг – снег. Бесконечный. Белый и чёрный одновременно. В небе – не было солнца, только зияющая пустота. Земля под ногами дышала холодом.

Издалека раздался хруст.

Он обернулся – и увидел Фату. Мёртвую луну, как зияющее око в небе. Но теперь она была живая – не в смысле природы, а в смысле проклятия. Внутри её изломанной оболочки полыхал свет, похожий на внутреннее пламя гниющего тела.

На Фате была башня. Чёрная. Бесконечная. Она поднималась в эфир и прорастала в другие миры. Из неё вылетали тени – как вороньё, как дым, как боль. Велес почувствовал их прикосновение – и кожа покрылась инеем.

Затем – голос. Старый, как скала, хриплый, как песок, режущий, как лёд.

– Ты поздно, волчонок. Мы уже рядом. Ты идёшь ко мне… но сам ведёшь свой след.

Велес обернулся. Перед ним – человек в маске, точь-в-точь, как его собственная. Только глаза – не янтарные, а чёрные. И в этих глазах – он узнал брата.

– Ты забыл меня, Велей. Но я помню. Я – тот, кто остался. Я – голос Кащея. И твоя плоть скоро будет моей.

Он протянул руку. С неё падал снег. Из пальцев росли волчьи когти.

Велес резко вдохнул и открыл глаза.

Храм был холоден. Зеркало – покрыто инеем. На груди – лежал след чёрного пепла, будто чей-то палец прикоснулся к нему сквозь сны.

Он встал, дрожа. И понял: враг знает о нём. И это личное. Фата – это не просто база. Это ворота, и ключ к ним – он сам.

Глава 4. Предвестие Войны

Храм Велеса был пуст. Но сердце Велеса – нет.

Откровение, что пришло к нему в трансе, не отпускало: Фата – не просто форпост врага, а вратарь тьмы, и тот, кто стоит за этой дверью, знает его имя… и кровь.

Он стоял у западной арки храма, глядя на город. Белояр-град ещё спал в лунном свете, будто не ведал, что каждое дыхание – может быть последним из спокойных. Небо над ним казалось обычным – звёзды, редкие облака, эфирное мерцание – но Велес знал, что за этой тишиной собирается буря.

– Это будет война. Галактическая. Великая, как быль, которую боялись записывать летописцы.– Это не будет стычкой. – Не будет скрытым ударом. И он знал – Мидгард не готов.

А ведь враг не ждал. Он уже действовал.Ни Атланта, с её сияющими башнями и заносчивыми Архонтами. Ни Тартария, впавшая в забытьё, пуская корни в землю и забывая небо. Ни Советы Асгарда, где за богоподобными лицами скрывались усталость и страх. – Зов предков. Велес к Совету. Я прошу не разрешения. Я прошу щит.Велес зажёг огненную спираль на ладони – знак тревоги – и поднёс к губам перстень Дозора. Из эфира раздался гул. Ответ был сдержан:

– Принято. Что ты видел?

Он медленно прошёлся вдоль зала, будто расставляя тени:

– Стужа началась.– Я видел Фату. Башню Кащея. – Я видел брата. Его душа мертва, но тело живо. – Я видел тьму, и она не остановится на Мидгарде. – Это не локальное вторжение. Это – восход Второго Ледника. На том конце эфира долго молчали.

Наконец, прозвучал голос Верховного Стратега Асгарда – Яр-Тура:

– Ты утверждаешь, что Фата – это портал?

– Не просто портал. Это клин. Если он прорежет эфирную ткань – Тьма прорвётся во все миры, связанные с Мидгардом. Первые падут те, кто доверяют магии, ибо её слои первыми заразятся. А потом… начнётся Сгиб.

– Что ты предлагаешь?

– Скрытая война окончена. Это станет явной битвой.– Созыв всех Родов. Возвращение древнего союза. Мобилизацию. Пророческий сигнал. – И ты готов возглавить подготовку?

Велес на миг замолчал. Потом сжал кулак – по ладони хлынула кровь, стекавшая по линии жизни.

– Я уже в ней.

Глава 5. Предостережение и война на горизонте

Дворец Белояра – древний, как сама Тартария. Камень, из которого он вырезан, не поддаётся датировке. Его стены хранят отголоски голосов Первых. Он стоит на семи пересечениях силовых линий земли, окружён садами, где растут травы, давно исчезнувшие с поверхности Мидгарда.

Сюда Велес шёл пешком, без почёта, без охраны. Его шаги эхом отдавались по рунной мостовой, и эфир вокруг гудел от напряжения.

Верховный Правитель Тартарии, князь Светослав Радогостович, ждал его в Зале Совета – высоком, сводчатом, украшенном барельефами побед, свершений и… забвения.

В зале собрались и бояре Великих Родов, и старшие волхвы, и военные наместники. Все знали, кто такой Велес. Все знали, что он не возвращается без причины.

– Волчий сын вернулся в родной лес, – произнёс он. – Говори, Велес, что несёт тебя сюда: весть или беду?Светослав встал, как вошёл Велес. Высокий, седой, с глазами цвета стали. – Беда, – коротко ответил Велес. – Грядёт война. Не просто война за земли или власть. Это – война за душу Мидгарда.

Тишина.

Велес шагнул вперёд, глядя каждому из них в глаза:

– На луне Фата воздвигнута крепость Кащея. Она не просто база. Это – ключ к порталу. Башня пробивает эфир и может заразить собой всё сущее. Если мы промедлим – Мидгард падёт.

Среди бояр раздалось недовольное шипение. Один из них – Горазд из рода Остромировичей, поднялся.

– Ты много лет был вне Совета, Велес. Мало кто слышал о тебе. А теперь ты врываешься сюда с притчами о тенях и башнях? Может, ты сам – носитель заразы?

Гул одобрения прошёл по залу. Велес не дрогнул.

Он поднял руку – огненное клеймо на коже вспыхнуло, и в воздухе проступил образ: Фата, и башня, и тени, и фигура в маске. Зал содрогнулся от энергии.

– Это не видение. Это память, – произнёс Велес. – Я говорил с тем, кто носит мою плоть, но не мою душу. Он часть Кащея. Он близко. И он знает нас всех по имени.

Светослав молчал, сжав кулаки. Потом он обернулся к волхву Кудару.

– Что скажешь, старший?

Кудар склонил голову:

– Истинна речь Велеса. Земля дрожит. Сны молодых – полны холода. Травы высыхают. Даже птицы стали летать тише. Это знак.

После паузы Светослав произнёс:

– Если ты прав, – он поднял взгляд, – то мы стоим на пороге не просто бедствия, а конца мира, каким мы его знали.

Он подошёл к Велесу и положил руку ему на плечо.

– Я верю тебе. Тартария не отступит. Мы начнём подготовку. Я созову АрхиСовет Родов. Будут разбуджены хранилища времён Первых. Ты поведёшь нас, Велес, туда, где начнётся конец… или зародится спасение.

В то время как Велес ступал на землю Тартарии, в сверкающем городе Атланта, столицы могучей державы, заседал Высший Совет.

Зал был огромен, куполообразный, стены украшали голографические карты Мидгарда и звездных систем, а воздух был наполнен напряжённой энергией. Собрались представители всех родов Атланты, включая Архонтов – правителей, что правили миром магии и технологий.

Во главе заседания стоял спикер Варун Велемирович, известный своей жёсткой позицией и амбициями расширения власти Атланты.

– Великий Совет, – начал Варун, голос которого звучал как раскат грома, – времена перемен требуют решительных мер. Тартария, в своих древних замках и забытых свитках, плетёт интриги и строит планы, которые угрожают не только нам, но и всему Мидгарду.

Он жестом указал на голографическую карту, где Мидгард светился разными цветами, а границы Тартарии были выделены кроваво-красным.

– Они говорят о приближении войны… Но кто остановит их первым? Если мы не нанесём удар, то скоро война придёт к нам – но на чужих условиях! Мы должны быть первыми!

Шёпоты пронеслись по залу, кто-то кивнул, кто-то хмурился.

– Наши разведки подтверждают, – продолжил Варун, – что на луне Фата враг уже укрепляет свои позиции. И что же делает Тартария? Они молчат, будто слепы. Я предлагаю начать операцию "Гром" – превентивный удар на базы Тартарии и полное подавление их влияния на Мидгарде.

– Но война между Атлантой и Тартарией – это конец для нас всех, – возразила одна из Архонтов, Элина Морозова, мудрая и прагматичная. – Враг из темных миров не дремлет. Если мы откроем фронт между собой, мы ослабим весь Мидгард перед лицом общей угрозы.

Варун лишь усмехнулся:

– Слабые всегда так говорят. Но сильные – действуют.

Совет начал переходить в горячие дебаты. Два лагеря, два видения будущего.

За пределами зала, в тени, стоял незаметный человек в темном плаще – посланник из мира Кащея. Его глаза светились холодом, и в его руках горел маленький кристалл – эмиссар тьмы, который сеял раздоры и войну.

Дебаты в зале Совета Атланты длились часами. Споры накалялись, голоса сливались в лавину аргументов и контраргументов. Лидеры разделились на два лагеря – одни жаждали решительных действий, другие призывали к осторожности.

И вот, когда казалось, что Совет уже навсегда останется в тупике, тишину нарушил холодный шёпот.

Вдруг у главного входа в зал появилась фигура в темном плаще. Его появление заставило всех присутствующих замереть.

Он шагнул вперёд, и свет зала будто потускнел, словно чёрная туча заслонила солнце.

– Великие правители Атланты, – произнёс незнакомец низким, уверенным голосом, – я пришёл с предложением, которое изменит ход войны.

Он поднял руку, и в воздухе возникло мерцание – обрывки видений, хранящихся в кристалле, что он держал.

– Война с Тартарией неизбежна. Но я могу помочь вам не только победить, но и уничтожить врага навсегда.

Многие из совета переглянулись. Некоторые с подозрением, некоторые – с жадным ожиданием.

– Кто вы? – спросил Варун, сжимая кулак.

– Я – посланник из мира Кащея. Мир тьмы, который давно наблюдает за вашим конфликтом. Моя помощь не бескорыстна. Взамен я требую доступ к Фате и ваше союзничество. Вместе мы сокрушим Тартарию и приведём Мидгард к новому порядку.

Шёпоты снова раздались, но теперь они были иные – полные страха и соблазна.

Архонт Элина Морозова сжала руку в кулак.

– Вы играете с огнём, посланник. Мир Кащея – это не союзник. Это пожиратель. Он придёт, чтобы поглотить всех.

– Именно так, – улыбнулся незнакомец, – и только те, кто пойдут со мной, смогут остаться в живых.

Совет на минуту замолчал. Перед ними – выбор, который определит судьбу Мидгарда.

Глава 6. Мобилизация

Утро было ясным и солнечным. Лучи рассвета золотили крыши провинциального городка Атланты, мягко освещая узкие улочки и тихие дома. В воздухе пахло свежестью и обещанием нового дня – обычного, спокойного, как тысячи таких же прежде.

Таран проснулся с первыми лучами. Ему было уже за тридцать, и он знал цену каждой прожитой минуты. Его жизнь была простой: небольшой дом на краю города, труд на земле и забота о семье. Молодая жена – Лада – еще спала, обняв подушку, и он осторожно закрыл за собой дверь спальни, чтобы не разбудить ее.

Жили они скромно, но на всё хватало. Работы хватало, урожай был хорош, и хоть иногда приходилось считать каждую монету, они были счастливы вместе.

Но этого утра обычное спокойствие было нарушено.

На площади собрался люд – жители города, крестьяне и ремесленники, все с любопытством и тревогой смотрели на возвышение, где стоял глашатай. В руках у него был свиток, украшенный гербом Атланты и печатью Верховного Совета.

Таран, держа Ладу за руку, подошёл ближе. Волнение поднималось в груди, хотя голос глашатая был ровен и спокоен:

– Жители Атланты! – громко объявил он. – Верховный Совет постановил начать мобилизацию всех способных к службе для защиты наших земель и мира Мидгарда. Война с Тартарией и тёмными силами неизбежна!

Глашатай поднял свиток выше:

– Это время испытаний и единства. Каждый долг перед Родиной – быть готовым к защите. Всем мужчинам от двадцати до сорока лет явиться к ближайшему сборному пункту. Пусть дух предков ведёт нас к победе!

В доме Тарана воцарилась тишина, нарушаемая только шорохом его собираемых вещей. Он аккуратно складывал одежду, поправлял пояс и завязывал мешок, который должен был стать его единственным багажом на время службы. Каждая вещь напоминала ему о доме – о том, что он оставляет.

В душе Тарана бушевала буря. Волнение и страх смешивались с гордостью и долгом. Он знал – впереди неизвестность, битвы и опасности. Но кто, если не он, защитит тех, кого он любит?

Лада вошла в комнату. Ее глаза были полны слёз, но голос оставался твердым:

– Ты должен вернуться, – прошептала она, – ради нас, ради будущего. Обещай, что вернёшься.

Таран подошёл и крепко обнял её, чувствуя, как сердце сжимается от боли разлуки.

– Обещаю, – ответил он. – Я вернусь, Лада. Ради тебя, ради нашего дома.

Они долго стояли в объятиях, словно пытаясь запомнить каждый момент перед долгой разлукой.

Таран вышел из дома, тяжело закрыв за собой деревянную дверь. На улице уже собиралась толпа – мужчины разных возрастов, с усталыми и напряжёнными лицами, с неуверенностью и тревогой в глазах.

Шум разговоров, смешанный с топотом шагов, наполнял воздух. Люди обменивались короткими фразами, пытались поддержать друг друга, но скрыть страх не удавалось никому.

Таран шёл рядом с Петром – соседом, который в мирной жизни был кузнецом.

– Слышал, – сказал Пётр, сжимая ремень на сумке, – что враг использует тёмную магию. Нам предстоит не просто воевать с людьми, а с силами, которые нам не понять.

– Нам придётся держаться вместе, – ответил он, – иначе тьма поглотит всех.Таран кивнул, думая о знамениях, которые видел Велес. Вскоре они подошли к центральной площади города, где уже стояли офицеры с пергаментами, сверяющие списки и дающие указания.

Таран ощутил, как сердце сжимается: впереди – дорога в неизвестность, где каждый шаг может стать последним.

На рассвете следующего дня Таран и остальные новобранцы выстроились в строгие ряды на плацу неподалёку от сборного пункта. Воздух был прохладным, но напряжённым – каждый чувствовал, что начинается нечто важное.

Командир – высокий мужчина с пронзительным взглядом и рубленой бородой – вышел вперёд и громко прокричал:

– Воины Атланты! Вы призваны защищать наш дом! Сегодня вы начинаете путь, который разделит слабых и сильных! Тренировка – ваша первая битва!

Из-за стен тренажёрного комплекса к новобранцам подвезли компактные лазерные винтовки – оружие будущего, способное метить с невероятной точностью и наносить мощные энергетические удары.

Таран взял винтовку в руки, её лёгкий корпус и холодный металлический блеск вызвали воодушевление и тревогу одновременно. Он занял боевую стойку.

Инструкторы отдавали команды, требуя скорости, меткости и выносливости. По команде прозвучали первые выстрелы – красные лазерные лучи рвались по мишеням и целям.

Звуки выстрелов и крики команд наполняли воздух. Таран сосредоточился, дыхание учащалось, пальцы инстинктивно нажимали на курок.

Мышцы горели от напряжения, но в груди росло новое чувство – сила, готовность защищать.

С каждым выстрелом он приближался к своей роли – защитника Атланты и всего Мидгарда.

Глава 7. Послы мира

В зале Совета Тартарии, украшенном барельефами древних героев и мозаиками, изображающими звёзды и великие битвы прошлого, вновь собрался Верховный Круг. Велес сидел рядом с военачальниками и мудрецами, слушая ожесточённые споры.

– Если Фата действительно захвачена слугами Кащея, – говорил седобородый стратег Даромир, – нам не выстоять в одиночку. Это не просто угроза – это начало разрушения всей звёздной системы.

– А что Атланта? – спросил один из жрецов. – Их флот – один из сильнейших. С ними мы могли бы объединиться.

Велес встал, его голос был спокоен, но в нём звучала решимость:

– Я видел знамения. Враг пришёл не просто разрушить Мидгард – он стремится поглотить всё живое. Мы обязаны искать союзников, даже если сердце подсказывает обратное.

После короткого обсуждения Верховный Правитель Тартарии, Старейшина Радогор, склонил голову в знак согласия:

– Мы пошлём послов в Атланту. Пусть скажут: Тартария протягивает руку. Пусть услышат, что в нас говорит разум, а не страх. Велес, ты поведёшь их?

– Нет, – ответил Велес, – я должен завершить исследование в храме Сварога. Я чувствую, что враг готовит шаг. Пусть послы будут из числа дипломатических братьев – пусть идёт Драгомир и Милада. Им доверяют по обе стороны океана.

Так было принято решение: вместо военных действий – призыв к союзу. Пока Атланта втайне стягивала войска, Тартария ещё надеялась на разум и мир.

Летательный аппарат послов Тартарии – обтекаемый, сверкающий серебром челнок – прорезал ночное небо над океаном, оставляя за собой едва заметный след света. Внутри царила напряжённая тишина. Драгомир сидел прямо, его лицо было сосредоточенным, глаза – полны тревоги.

– Они могут не принять нас, – проговорила Милада, глядя в иллюминатор, где уже мерцали огни столицы Атланты. – Особенно сейчас, когда тьма начинает разрывать ткань реальности. Люди становятся жестче… подозрительнее.

– Тем важнее, чтобы мы попытались, – ответил Драгомир. – Пока ещё не поздно.

Их челнок получил разрешение на посадку, но сопровождался двумя военными дронами до самого терминала. На аэродроме их уже ждали. Не было ни ковров, ни торжеств – только несколько офицеров и представитель дипломатического отдела Совета Атланты.