- -
- 100%
- +
Глава 1
Царевич был хорош. Высокий, статный, без капли жира на крепких мышцах. Кожа смуглая, только кое-где расчерчена шрамами от давних схваток. Слева по ребрам шли глубокие борозды от чьих-то когтей, а выше над ключицей белела безобразная отметина от ожога.
Я таращилась на него, как привороженная, и боялась пошевелиться. Вдруг увидит или почувствует? Расстояние между нами немалое, а вдобавок к нему – толстая стена бани, через щель в которой я и подглядывала за царевичем Велемиром.
Он о такой подлости не знал, поэтому спокойно бродил по предбаннику, замотанный в одно полотенце. Потом царевич собрал темные волосы на затылке, то самое полотенце отбросил и вошел в парную, а я сжала кулаки на удачу.
Ради счастья пойдешь на многое, даже если это чужое счастье. Вот меня занесло в малинник, старый и колючий, совершенно недружелюбный к гостям. А что делать, если только отсюда можно было заглянуть в злосчастную баню?
Дело не самое благое, но такая уж у меня работа. В смысле, не в бани заглядывать, а устраивать чужую судьбу. Уже третий год я работаю свахой, чего только не переделала за это время! В какие только дали меня не заносило, каких только невест не повидала… Но эта, Любашенька Укушуева, превзошла всех прошлых. И запросами, и гхм… габаритами. Зато ее папенька обещал столько золота за жениха ее мечты, что пришлось побить голову над планом и торчать под баней.
Царевич Велемир, средний сын царя Ратмира Берендеевича, определенно был мужчина хоть куда. Неудивительно, что стал тайной страстью моей нынешней невесты. То есть пока еще Любаша не была невестой, но это дело наживное. Вот сейчас встретятся, познакомятся поближе…
От ее оглушительного крика я отшатнулась и чуть не полетела в малину. Но устояла на ногах и продолжила наблюдать за происходящим, которое сама же и организовала, растратив немного Любашиных денег.
Просто так познакомиться с царевичем бы не вышло, слишком важная персона и слишком загадочная. Он даже с поддаными общался не как другие братья, чинно сидя в тереме, а рассекал по окрестным деревням без всякой охраны и, что самое печальное, системы. Чем внезапнее проверка, тем надежней результат – вот его девиз. Да и нечисть, которую он гонял между делом, не успевает сбегать и прятаться. А мне что делать в такой ситуации? Он в нашу волость и приехал всего на седьмицу, из которой уже пять дней минуло.
Пришлось тряхнуть всеми связями, чтобы узнать о планах Велемира. Точнее, о том, что сегодня после заката он собирается париться именно в этой баньке и договорился с хозяином ее истопить. Я же убедила доверчивого мужичка, что лучше все подготовлю к приему дорогого гостя. Масла иноземные расставлю, разложу диковинных веников, полотенца красивые развешу по столичной моде. А то сверну какое лебедем, чего в их деревне никто и не видывал.
Я в самом деле все это сделала, а еще к нужному времени усадила в парную Любашу. Которая тоже договорилась с хозяином о бане, но спутала день, ах, какая досада. Дальше встреча, искра, безумство! Не зря же я полчаса заматывала Любашу в простыню так, чтобы подчеркнуть ее выдающийся бюст и утянуть прочие части тела. Стала, можно сказать, мастером пластической мотки!
А неблагодарный царевич вытащил мою Любашу в парную и усадил на полати. Та для приличия покрикивала и пыталась повыше натянуть простыню, но ничего у нее не выходило, я все надежно зафиксировала. Не зря же битый час собирала из ее бюста такую впечатляющую композицию, подчеркивая ее драпировками ткани.
– Кто такая? – налетел на нее Велемир, не думая прикрыться. Видимо, визжащая пышнотелая девица – это не то, что могло сбить его с мысли или смутить.
– Любаша, – призналась моя невеста и попыталась встать для поклона, но царевич ей запретил. Ишь, злой какой! Того и гляди зарычит! Ну кто так обращается с милой, практически голой девушкой? Без седмицы будущей женой, можно сказать?
– Укушуева, – добавила она и потупила взгляд. Еще и ресницами затрепетала, хотя больше потянуло на нервный тик. А ведь мы с ней репетировали!
– Та самая?
Она тяжело вздохнула, колыхнув необъятным бюстом, затем нехотя кивнула.
Укушуевых знали не только в нашей волости, но и по всему царству. Богатая купеческая семья, у которой из наследников одна Любаша. Если так разобраться, то она была неплохой кандидатурой в жены царевичу, пусть и неподходящего происхождения.
К Любаше, с ее слов, и принц из соседнего королевства сватался. Правда, она не уточнила, какой именно. Так-то и не слишком достижение. Забава «И полцарства в придачу» с многими правителями сыграла злую шутку. Теперь на обжитой земле, что лежит перед грядой, было не счесть государств размером с небольшой город, в которых треть жителей принцы с маркизами.
Это наше, Тридевятое, было велико, месяц будешь из края в край ехать, и то, не успеешь. Недаром же добрые соседи раз за разом пытаются отщипнуть от него кусочек, но царь наш тоже не лыком шит, исправно дает всем отпор. И царевичи ему помогают. Если Дмитр, старший из них, уверенно правит царскими ратями, младший Иванир, все больше в столице, рядом с отцом, то Велемир – в одиночку разъезжает по отдаленным волостям, наводя порядок там, куда другие не добираются.
Могучий чародей по слухам, не зря Любаша на него позарилась.
– Кто надоумил сюда прийти? – недобро спросил он у своей будущей невесты.
Что еще хуже – совершенно не спешил ей очаровываться, срывая мне все планы. В декольте не заглядывал, длинными волосами до талии не любовался, даже состояние купца Укушуева его не трогало, что совсем уж странно.
– С-сама, – пролепетала Любаша.
– Говори правду, а то в крысу превращу! – рявкнул он.
На это Любаша ойкнула и без зазрения совести сдала меня.
Велемир тут же оглянулся, ровнехонько на то место, где скрывалась я. Глазами сверкнул недобро, за малым челюстью не клацнул, будто настоящий зверь. Мне от этих пантомим тут же захотелось сбежать куда подальше, желательно – за границу Тридевятого. Но это малодушно и непрофессионально. А я, вообще-то, уже взяла часть оплаты от Укушуевых.
Но я все же дрогнула: сделала шажок назад, тут же зацепилась за десяток шипастых побегов и чуть не завопила от боли. Проклятая малина! Нельзя, что ли, высаживать рядом с банями более дружелюбные растения? Васильки, лютики, лопухи в конце концов! Здесь же люди работают!
Мысли о том, что окажись я внутри, тоже предпочла бы, чтобы вокруг бани шли не просто малинники, а трехаршинные заросли терна, пронеслась и исчезла. В конце концов, я простая скромная девушка, а царевич… Ну… Ох ладно, перед царевичем мне тоже стыдно, но я же по службе, а не разврата ради! Хотя уж если за кем и подглядывать, так только за ним. Больно зрелище приятное.
– Вам помочь? – раздался рядом приятный мужской голос, выдергивая меня из мыслей.
Пришлось окончательно отлепиться от стены и изобразить скучающую девицу на сборе ягод. Где-то здесь у меня и корзинка для них была, только в листве затерялась. У Любашеньки, кстати, купленная, из бересты плетенная, и с красивой ягодкой на боку.
– Нет, что вы, все в порядке, – пролепетала я и улыбнулась незнакомцу.
Этот выглядел полной противоположностью Велемиру. Тонкий, изящный, с копной длинных серебристых волос и такими синими глазами, будто их зельем подкрасили. А за спиной у парня болталась лютня. Вроде бы видела этого красавчика рядом с Велемиром, он изредка сопровождал его в поездках. И имя у него еще такое, с зимой связано. Лед, Наст, Снежок… Нет, не вспомню.
– А я настаиваю, – на этом мерзкий Морозец схватил меня под локоть и потащил ко входу в баню.
Я пыталась вырываться и ворожить, но он был сильнее, а магия рядом с ним будто рассеивалась. Паршивец дотащил меня до двери, затем втолкнул в предбанник к спорящим Велемиру и Любаше.
– Поклонницу твою привел, – белобрысый ухмыльнулся царевичу и подпихнул меня вперед.
Делать нечего, пришлось выпрямиться, поправить прическу и протянуть ему руку для приветствия.
– Василиса Деева, – представилась я, – кудесница.
– И чем же я тебе не угодил, Василиса Кудесница?
Мою руку царевич проигнорировал, а свои скрестил руки на груди. Еще и магический ранг произнес на манер прозвища. Значит так? Ладно, будем выкручиваться.
– А может как раз угодил, – ухмыльнулся Снежок, – не зря же наша красавица за тобой через щель подглядывала. Наверняка сама и расковыряла, не жалея ногтей и кинжала.
Я решила не комментировать то, как точно он угадал. Хозяин баньки был, возможно, не великого ума, но имущество свое держал в порядке, пришлось его немного попортить. Но я же не со зла, а ради Любашиного счастья!
Сама будущая невеста сидела тише воды и на царевича особенно не смотрела. Видимо, вблизи мужчина мечты ее разочаровал. Хотя я не особенно понимала чем. Вроде все при нем, все на месте… Отвлекают даже его стати, сбивают с мысли.
Или дело в его характере? Вон как недобро царевич на нас зыркает, а Любаша девушка нежная, чувствительная.
– Отчего же сама тогда в парной не затаилась? – обратился ко мне Велемир.
– А она пыталась, – снова влез Снежок, – но этакие мощи не переборешь, – кивнул он на Любашу. Тебе просто не повезло.
Моя невеста жалобно всхлипнула и потерла глаза пухлым кулачком. Царевич недовольно дернул углом рта и кивнул дружку.
– Ты бы извинился перед девушкой.
– Извини, – бард тут же уселся на полати рядом с Любашей и обнял ее за плечи. – Царевич у нас недоверчив и зол, меня бы на всех поклонниц хватило, не пришлось бы за местечко бороться, как и в парной засиживаться. Хочешь расскажу, где мы домик сняли? А ты туда ночкой прокрадешься?
– Иней! – рыкнул царевич. – Выйди ненадолго.
А вот, значит, как его зовут! Хотя Снежок этому умнику подходило куда больше. Не дорос он до Инея. Обидел мою Любашу, та до сих пор всхлипывает, хотя этот прохиндей и шепчет ей что-то на ухо.
Договорив, он взял ее под локоть, укутал еще одной простыней, как шалью, и вывел наружу, оставив нас с Велемиром наедине.
– Ты не отвлекайся, Василиса Кудесница, – царевич сделал несколько шагов ко мне, до неприличия сократив расстояние. – Рассказывай, какие такие пути привели тебя к моей бане? Кто-то из братьев подослал? Кощей?
– Не могу не отвлекаться, – честно ответила я. – Погоди немного.
На этом я сгребла ближайшее полотенце и неловко набросила его на бедра царевичу, стараясь его не касаться. И все равно щеки загорелись, даже страшно подумать, как выглядят со стороны. Закрепить край полотенца не вышло, оно тут же поползло вниз, но Велемир сжалился надо мной и нормально его подоткнул.
– Все? Теперь расскажешь, кто ты такая и что за странные идеи с девицами в бане?
– Я лучшая сваха в Тридевятом, – нескромно ответила я. – Нахожу женихов, организую смотрины, провожу невест через самые сложные отборы. Более пяти десятков девушек стали счастливыми женами под моим руководством.
– Что-то я о тебе не слышал, – Велемир с сомнением потер висок и оглядел меня с жадным интересом. Притом, каким-то странным, совсем не плотским. Тоже сваху ищет, что ли? Оно и понятно: мужчина холостой, характером скверный, все время в разъездах. Где ему с девушками знакомиться?
– На то я и сваха! – я подвигала бровями. В конце концов, у меня есть оплаченный заказ, надо его отработать. И что, что Велемиру Любаша не слишком понравилась? Возможно, он ее еще плохо рассмотрел! – Мы из тени устраиваем чужое счастье!
– Как-то зловеще звучит.
Я пожала плечами. Это не входило в заготовленную часть моего слогана. Да и вообще, кому надо, все меня знают и находят, на отсутствие невест не жалуюсь.
– Вы наверняка слышали об устроенных мной свадьбах, просто не знали, кто приложил к ним руку. Я тоже не могу разглашать имен, но то, что купец Укушуев обратился ко мне, само по себе рекомендация.
Велемир задумался еще сильнее, выразительно хмыкнул и пошел кругом, осматривая меня точно лошадь перед покупкой. Я старалась не дергаться и не двигаться вслед за ним, но было сложно. Особенно когда царевич остановился сзади и уставился на мою гхм… спину. Хотя кто его знает, может и вправду на нее, Велемир странный. Потом он завершил круг и снова поглядел мне в глаза.
– И что же, Василиса Кудесница, ты в самом деле знаешь все испытания для невест? И капризных родственников обхаживать умеешь?
– Лучше всех в Тридевятом! – решительно ответила я. – Кого хочешь смогу убедить, что эта девушка – лучшая избранница для их ненаглядного сыночка.
Он замолчал, затем прищелкнул пальцами, и над теми само сотворилось неприметное серебряное колечко с изумрудным камешком в центре. Царевич повертел его и бесцеремонно натянул мне на палец.
– Ну что, поздравляю, Василиса Кудесница, теперь ты моя невеста.
На этом он криво ухмыльнулся, а я временно потеряла дар речи.
Глава 2
Кольцо выглядело так себе. Простенькое, тоненькое, грубой ковки, да и камешек в нем тусклый. Не то чтобы я ждала сапфиров или изумрудов от внезапного жениха, но Велемир мог бы найти что поприличнее. Это будто в придорожной канаве повалялось, там же и потемнело от времени.
Я потянула кольцо, чтобы снять с пальца, но оно держалось прочно, точно приросло к коже. А царевич как ни в чем не бывало развернулся и отправился в парную.
– А моего согласия спросить? – крикнула ему в спину.
– Надо было раньше думать, когда решила подбросить мне укушуевский подарок, Василиса Сводница.
Так и не обернувшись, он нырнул за пыхнувшую паром дверь, оставив меня в предбаннике. Очень милое поведение, вот о таком женихе я всегда и мечтала! Спасибо, что снова раздеваться не стал, так и пошел в полотенце. Но Кудесница мне нравилась куда больше Сводницы.
Я потопталась на пороге, собираясь с мыслями, затем снова попыталась стащить кольцо. В отличие от Любаши, меня царевич совершенно не привлекал. Хотя и насчет нее не уверена, одно дело – эфемерный образ Велемира, созданный из рассказов о нем и портретов, другое – этот бесчувственный чурбан во плоти.
И, главное, какой нелогичный! Ему нужна невеста, я привела ему невесту. Зачем было все портить? Надо бы поговорить с ним, но выходить царевич не спешил, а я не решилась лезть к нему.
Моя одежда пусть и легкая, но в парную в ней не пройдешь. А снимать верхние слои, чтобы остаться в одном белье, я посчитала распутством. Конечно, какие секреты между женихом и невестой? Но я еще не свыклась с новой ролью и планировала отговорить Велемира от этой дурной идеи.
Пока же я выглянула наружу, заметила, как Любаша увлеченно болтает со Снежком, удостоверилась, что с невестой все в порядке, и вернулась в баню. Тут налила себе чашку прохладного чая и приготовилась ждать царевича.
Вышел он нескоро, порозовевший и будто подобревший. Я решила не сбивать его настрой, налила еще чая и пододвинула к нему. Велемир благодарно кивнул и выпил все залпом.
– Чувствую, мы поладим, – кивнул он.
– Точно! – ухватилась я за его идею. – Тебе нужна невеста, не так ли? Я подберу лучшую! Взять хотя бы Любашу…
– Тебе надо, ты и бери.
– Но это несерьезно! – продолжала я, пока Велемир невозмутимо уминал приготовленные мной пироги. – Нельзя просто так надеть девушке на палец кольцо и назвать своей невестой!
– Подсовывать голых девиц царевичам тоже нельзя, а ты сделала. Считай, отворила дорогу злу.
– Но почему я?
– Отец сошел с ума, сказал, оставит корону тому, кто представит лучшую невесту. И как снег на голову с этим заявлением, с прошлой мы не поладили, новую найти за седмицу тоже не просто. А ты просто не такая страшная, как остальные кандидатки. К тому же хвасталась, что с любыми родственниками сладишь. Вот, лучший шанс проявить себя.
– А если я не хочу? – задала я резонный вопрос, но царевич только фыркнул и набросился на следующий кусок пирога. – Если я несвободна?
– И вспомнила об этом только три лучины спустя? Не смеши, Василиса Кудесница. А деваться тебе все равно некуда. Колечко не позволит.
На это я не нашлась, что ответить, но из вредности забрала у царевича оставшиеся пироги. Вот нечего набивать ими живот, не для того были заготовлены!
Велемир проводил блюдо долгим взглядом, но вернуть не попросил, видимо, это было ниже его достоинства. Затем выпил еще одну чашку чая и отправился одеваться за ширму, оттуда же бросил:
– Ты собирайся, завтра с рассветом выезжаем в столицу.
– Я до обеда спать привыкла.
– Ну так поедешь не собранной, – равнодушно ответил он.
– Послушай, – я решила тоже не церемониться и не играть с ним в вежливость. – Ты же не собираешься на мне в самом деле жениться? Как же будешь дальше выкручиваться? Обручение – это же не шутки!
– Как-нибудь выкручусь.
***
Было бы царство, а с невестой он разберется. Подумаешь, еще одна девка, пусть и симпатичная. Глаза голубые, улыбка милая, ямочки на щеках. И темные волосы ниже талии, которые Василиса собирала в две косы, по низу украшенные лентами. Вообще вся ее одежда была нарочито простой, почти деревенской, видимо для того, чтобы не затмевать невест. Даже сарафан, надетый поверх рубашки, у нее был однотонным, с мелкой вышивкой. Хотя Василисе определенно пошли бы платья более изысканного кроя, да и украшения посолиднее, чем подаренное им колечко. Но тут уж выбирать не приходилось.
Василиса тоже косилась на его подарок без всякого воодушевления и даже пыталась стянуть, но безуспешно, не зря же Велемир его зачаровывал. Серебро там было особенным, из далеких восточных гор, да и камешек непростой, чары он держал прочно и на чужие не откликался.
Вот это и избавило его от перспективы получить этим же кольцом в лоб. Судя по лицу Василисы она именно это и собиралась сделать, но стащить злосчастное украшение так и не смогла, потому просто сверкала глазами. Но куда больше Велемир жалел о ее пирогах. Когда он там последний раз ел? Точно не сегодня, вроде бы вчера перед закатом. Потом как-то забегался и забыл о еде. Сейчас же раззадорил аппетит парой укусов, отчего желудок отчаянно ныл.
Но унижаться перед этой сводницей и просить о добавке не собирался. Много чести. Да и вообще, не с ее подходом к знакомствам злиться за насильно надетое кольцо. Она ему тоже без всякого спроса девку в баню подсунула! Еще и какую! Такая если в кровать ляжет, то мужу только на полу спать и останется.
«Потому что другую ты не заслужил», – шепнул внутренний голос с отцовскими интонациями. – «Только эту, чтобы взглянул и думал, не подсунул ли ее братец старший ради очередной забавы».
«Нет уж!» – также мысленно ответил ему Велемир. – «У меня будет такая невеста, что все онемеют от зависти!».
Пока же Василиса Кудесница сурово поджимала губы и уже в открытую тянула с пальца кольцо. Даже не поленилась его намылить, только то все равно не двигалось с места.
Не то чтобы Велемир ждал ее счастливого обморока, но и на такую злость не рассчитывал. В конце концов, сам царевич замуж позвал и обещал золота!
Или нет?
– Когда все закончится, обещаю отсыпать тебе золота по твоему весу, – бросил он. – А если царство отойдет мне – то и по Любашиному.
Василису его предложение не обрадовало. Она глотнула воздуха, покраснела, затем подбоченилась и бесцеремонно тукнула Велемира в грудь.
– Вот взял бы его и… – Василиса явно подбирала более пристойное применение золоту, чем то, которое она хотела бы посоветовать, – отлил себе невесту. Хорошая бы вышла, молчаливая. А главное – нужной степени красоты, чтобы затмить всех местных девиц.
На «не такую страшную» обиделась, точно. Но комментировать это Велемир не стал, просто ухмыльнулся.
– По росту бы мне не подошла. Сколько там в тебе веса? И палец не руби, от кольца так не избавишься!
Она снова ахнула и опрометью выскочила из бани, еще и дверью так хлопнула, что косяк чудом не вылетел. Зато спешила так, что забыла пироги. Если в самом деле сама их пекла, то не врала насчет того, что может любой родне понравится.
Велемир подхватил блюдо и тоже вышел наружу. Там полной грудью вдохнул свежий вечерний воздух и отправился вверх по дорожке, к тому дому, где они с Инеем остановились на постой. Вообще-то стоило бы договориться не только о ночевке, но и об ужине. Но хозяйка, почтенная вдова, так смущалась и бледнела, когда с ней заговаривал сам царевич, что Велемир отбросил эту затею. Еще в обморок грохнется, если тот попросит еды, а когда согласится на простое рагу, то бедную и вовсе не эликсирами не отпоят.
Хотя горячего хотелось. Он столько дней гонялся по местным лесам за нежитью, что даже не помнил, когда нормально и полноценно обедал. Да и ужинал чем-то отличным от сухарей и вяленого мяса.
Василисины пироги пришлись к месту, но их было маловато. А вообще у дорогой невестушки наверняка есть припасы, чем-то же она кормит свою многопудовую невесту! Но пока Велемир не настолько оголодал, чтобы идти к ней на поклон. К тому же подозревал, что за вопрос об ужине таки схлопочет по лицу и чем потяжелее кольца.
Но куда больше голода его смущал бредущий навстречу грустный Иней.
Шел друг медленно, смотрел себе под ноги и пинал камешек. Тот весело катился с горки, пока не застревал в траве и не попадался под сапог Инею. Вот глянешь – чисто мальчишка, а на деле – ровесник Велемира, если не старше. Но иногда как выкинет чего, так сразу сомневаешься в его душевном здоровье.
– Слушай, тут такое дело, – Иней остановился и поскреб затылок, старательно отводя взгляд.
– Выкладывай, – резковато бросил Велемир. Но он уже знал, что такие разговоры ничем хорошим не заканчиваются.
– Одолжишь сотню сребров? – выпалил Иней и сделал виноватое лицо.
Помогло слабо, Велемир все равно хотел дотащить его до мелкой речушки внизу и пару раз окунуть в нее с головой. Иней прекрасно знал, что у них осталось не больше десятка монет до самого возвращения в столицу. Не от хорошей жизни они остановились в этой деревне, а не отправились на постоялый двор дальше по тракту. Даже баня была излишеством, но Велемир так устал за последние дни, что завидев ее уютный сруб на берегу реки, не удержался.
– Как ты мог потратить сотню сребров в этой глуши? – спросил он, едва не срываясь на рык. – Тут вся деревня столько не стоит! Даже если бы начал играть во что с местными, они бы не наскребли сотню на ставки.
Иней сделал виноватое лицо, опустил угол рта и задумчиво почесал затылок.
– Купил себе новый кафтан и перчатки. Голубые, по последней моде, с серебряным шитьем.
– Где? – Велемир обвел рукой заросший травой пригорок. Где-то там наверху вдоль дороги вытянулась деревенька, но в ней не было ни золотошвеек, ни лавки готового платья. Только Иней мог в таком месте найти, куда спустить сотню сребров. Для такого дела нужен особый и редкий талант. Тем более за те пару лучин, что они не виделись.
– Все Любаша виновата, – покаялся друг. – Мне надо было ее утешить, не каждый же день бедной девушке царевичи отказывают!
Велемир хмыкнул. Отказывают не каждый, но и соглашаются, поди, тоже. Их на все Тридевятое всего трое, как ни крути, а недополучивших внимания девиц куда больше. Да и вообще, вряд ли утешение от смазливого барда – это то, чего не хватало расстроенной Любаше. В конце концов, к ее обиде он тоже приложил руку.
– Мы разговорились, – продолжал Иней, – одно за другое…
– Она сидела в простыне! – едва не взревел Велемир. – Где бы она спрятала кафтан и перчатки?
– Так я ее до дома проводил, а там сундучок бездонный… Кстати, хоромы у них с Василисой – просто царские. Давай по-родственному к ним переедем? Так надоело спать на этой соломе и завтракать сухарями. Заодно Василису утешим.
– Ее-то почему? Потому что не каждый день царевичи замуж зовут? Ты просто мастер утешения: одну за то, что я ей отказал, вторую – потому что проявил интерес!
– Не складывается у тебя с женщинами, м-да, – сочувствующе протянул Иней, затем похлопал Велемира по плечу. – Слушай, так займешь сотню? Честное слово, в столице все верну. Меня там в трех кабаках выступать звали, как раз все соберу.
В это Велемир не слишком верил. Если у него, возможно, не все ладилось в личной жизни, то у Инея – с деньгами. Как только те попадали к нему в руки, тут же исчезали, как роса по утру. Хуже того, он ухитрялся тратить те деньги, которых не имел, и те, которые в принципе не мог заработать. Велемир потому и утащил его с собой в поход, что в этой глуши спускать сребры сложнее. Но истинный талант везде пробьется!
– Пошли, утешим всех, – царевич вернул Инею хлопок по плечу и шустрее пошагал по пригорку.
Глава 3
Василиса Сводница действительно хорошо обустроилась. Их с Любашей дом располагался в отдалении от прочих и был куда больше, чем тот, в котором жил староста. Даже удивительно, что Велемир его раньше не заметил, чары какие-то, не иначе. Раз десять ходил мимо этого места и видел здесь только поле и пасущихся коз, а сейчас – целые хоромы.