Господство тьмы. Перерождение

Глава четвертая

Устало откидываю одеяло и сажусь на постели, смотря в одну точку на стене напротив. Протираю лицо и убираю волосы назад, обратив всё своё внимание на часы. 06:01. Вздыхаю и спускаю свои ноги на пол, касаясь его прохладной поверхности, пальцами цепляю свой тёплый халат, который остался лежать на кровати у ног. Встаю и накидываю его на плечи, и по пути к раздвижной двери завязываю его на поясе, всматриваюсь в рассвет, что яркими бликами разгорается на небе. Стоит открыть дверь и ступить босыми ногами на прохладные деревяшки крыльца, как я ежусь, но тут же забываю обо всём на свете, когда перед моими глазами появляется мой маленький сад. Понятия не имею, почему растения вызывают во мне такой трепет, возможно, моя мама или бабушка любили их, не знаю. Точнее, я о своей прошлой жизни вообще ничего не помню, а всё, что удаётся, – это цепляться за крупицы блеклых воспоминаний, которые иногда всплывают в памяти. И то иногда кажется, что воспоминания не мои, словно мой мозг их сам придумал.

Мой взгляд падает на забор с правой стороны, а ноги сами несут меня на мягкий газон, что ещё сохранил прохладу ночи. К коже касаются мелкие бусинки росы, и я улыбаюсь, расставляя руки и потягиваясь, крепко зажмурившись. А через несколько секунд открываю глаза и продолжаю следить за высаженными цветами по периметру забора. Некоторые из них, словно лианы, расползлись по деревяшкам, а цветы уже готовы к новому дню и тёплым лучам солнца, которые совсем скоро коснутся их.

Прохожусь по двору, рассматривая своё детище, и, стоит снова оказаться около дома, решаю, что уже не усну, и поэтому забегаю домой и быстро переодеваюсь в удобные шорты и спортивный топ, прихватив с собой покрывало. Бегу на кухню и смотрю на окно, что до сих пор не открыла после вчерашнего, когда я не ожидала, что этот кабан заговорит со мной ещё и в таком тоне, как будто мы давние хорошие друзья… Друзья ли? Отмахиваюсь от мыслей и иду к окну, открываю шторы и принимаюсь готовить себе кофе, которое мне не так давно привёз Рэйнард из Сансайда. Аромат заполняет пространство небольшой кухни, стоит залить в кружку горячую воду. Забираю её и неосознанно бросаю взгляд в сторону окна кухни Дейва, но кроме утренних ласковых лучей солнца никого не видно. Отворачиваюсь и ругаюсь на себя! И что, если бы он опять увидел меня, пялящуюся на его дом, словно специально ищу встречи с ним?!

Выхожу на задний двор с кружкой и пледом в руках, первым делом успокаиваюсь и пью кофе, а следом расправляю плед и принимаюсь разминать своё тело. Стараюсь оттолкнуть все свои мысли и приказать им собраться в кучу и сделать вид, что вокруг ничего не изменилось, и что я по-прежнему живу одна, без соседей. И о боже… через пятнадцать минут, расположившись в позе лотоса и с закрытыми глазами, ни о чём не думаю, слушаю звук просыпающегося города. Вот тётушка Мэгги, как всегда, опаздывает на работу, и её причитания на своего мужа, кажется, слышит вся улица – и о том, что он никак не может починить машину, и ей придётся бежать на работу пешком. На моих губах появляется улыбка.

Всё как всегда!

Лёгкий порыв ветра приносит запах свежего хлеба и булочек из кондитерской, которая находится вверх по улице. Слышу голоса детишек, которые отправляются на учёбу в школу, которую открыли во всех городах, как и детские сады для совсем маленьких малышей. Открываю глаза и смотрю на небо, а потом моё уединение наглым образом прерывает шорох слева, и моя голова поворачивается туда. Сквозь стебли высоких растений я прекрасно вижу нарушителя, но задыхаюсь от возмущения – оно комом встаёт поперёк горла от того, что мне открывается вид на голый и ооочень мускулистый торс. Моя голова неосознанно наклоняется в бок, когда мой жадный взгляд цепляется за низко посаженные штаны и косые мышцы, которые уходят под ткань. Встряхиваю головой, но глаза ползут вверх по бронзовой коже, прямо-таки облизывая каждый миллиметр кубиков пресса, что плавно и, о боги… рельефно уходят в широкую грудь. Резко отворачиваюсь и делаю над собой усилия, чтобы снова не посмотреть туда, потому что мозг не хочет выгонять картинки мужского обнажённого тела.

Последнее, что я увидела перед тем, как отвернуться, – это мокрые кудрявые волосы, что в беспорядке улеглись на мужских плечах. Тянусь за кружкой и делаю жадные глотки уже остывшего кофе, и быстро бросаю взгляд на соседний участок, а он встречает меня пустотой. Выдыхаю. А в памяти, как назло, появляются картинки, когда я практически точно так же следила за ним, сидя по другую сторону забора, и слышала всё, что не должна была.

Я только помню, что слышала, что к нам в Грэймонд приехали люди из Риверфорда, а кто именно – не понимала, и только поэтому решила проследить за Дейвом. Я в тот день видела, что он приехал вместе с ними, видела двоих мужчин, а чуть позже поняла, кто был третьим человеком. Пришлось последовать до дома, в котором поселили гостей Горана. Там был новенький парнишка, вроде его звали Майкл, который чуть позже ушёл. Так, стоп! Так он же и приехал с Дейвом! Хмурясь, пытаюсь вспомнить внешность того человека из прошлого, сопоставляя его с тем, кого я видела вчера. Вроде это был он.

Так вот! А он… Дейв всё время стоял неподалёку и не сводил глаз с окна того дома, а позже подкрался и залез в него.

Не знаю, какой чёрт дернул меня приблизиться к дому и притихнуть около приоткрытого окна. Я с замиранием сердца просила всех оставшихся святых, чтобы это была не Марана… не девушка, с которой мне довелось познакомиться, ещё будучи в лаборатории Риверфорда, куда я пришла сама, хотя этого не помню. Мне очень хотелось оставить наше знакомство и мечтать, что когда-нибудь эта девушка посмотрит на меня как на возможную подругу. А потом появилось ощущение, оно как яд просочилось сквозь меня, когда я поняла, что человек, который был со мной в лаборатории, по уши влюблён в неё.

Дейв появился в лаборатории спустя несколько недель после меня, и я, как наивная глупая девочка, прикипела к нему – да так, что могла часами смотреть на него, не разговаривая. Моё глупое-глупое, ещё совсем девичье сердце, замирало, когда он смотрел на меня, шутил, отвлекал, жалел, когда было страшно. Когда я не понимала, почему меняюсь и становлюсь не похожей на других людей. Все врачи той лаборатории говорили, что я «бракованная», и было непонятно, превращусь ли я в подобие человека или останусь такой навсегда.

И знаете, тогда мне казалось, что жизнь остановилась, пока не появился ещё один человек, который просто помог пережить этот момент. Марана. Она, словно свет, поддерживала меня вместе с человеком, который запал мне в душу. Пока я не поняла, что между ними что-то было. И то, как они смотрели друг на друга, говорило о многом.

Возможно, мне не стоило бежать с Дейвом из лаборатории, когда он узнал, что Марана вышла замуж за его старшего брата. Но я не смогла оставить его в том состоянии и увязалась за ним, я хотела быть просто рядом, пока нас не нашли люди Горана. Мы оба попали в Грэймонд, и я думала, что мне удастся приблизиться к нему, но всё было напрасно! Дейв видел во мне только маленькую девочку, которая везде ходила за ним хвостиком. А в ту ночь, когда я сидела под окном, я окончательно поняла, что он никогда не посмотрит на меня. До сих пор слышу их голоса…

– Значит, ты считаешь меня ничем иным… как страстью?..

– А что ещё я должна считать тобой, Дейв?

– Думаешь, мне не снились твои губы? Твой запах? Твоё тело?..

– Я люблю тебя… Как же я люблю тебя, дикарка! Прошу… пусть хотя бы сейчас… хотя бы этот миг… пусть он будет моим…

И вот тогда я осела на землю и обняла колени, вслушиваясь в звуки, исходящие из комнаты за стеной. В тот самый момент в моей душе самопроизвольно появилась жгучая, обжигающая ненависть – к ней… к нему. Я ненавидела весь мир! Тогда же в мою глупую наивную голову пришла мысль не сдаваться, наступить себе на горло, заглушить здравый смысл и добиваться его всеми способами, какие только были.

Но сразу скажу – ничегошеньки не вышло!..

Выныриваю из своих мыслей и подрываюсь с места, зацепив ногой кружку, которая летит по траве. Перед глазами всё ещё прошлое, которое болезненно скручивает внутренности, потому что… что? Не знаю!

Смотрю на территорию Дейва, и сердце сбивается с ритма – он стоит и прямо в упор смотрит на меня, а я только сейчас понимаю, что по щекам текут слёзы. Гневно и быстро стираю их со щёк и бегу к дому, а душа рвётся, потому что понимает – она всё ещё рвётся на части от удушающего чувства.

Заставляю себя зайти в душ, а потом, так и не позавтракав, уйти на работу, пообещав себе, что не выйду из кабинета ближайшую неделю.

– Разве ты сегодня не отдыхаешь? – слышу голос Эммы, когда оказываюсь на улице. Я бросаю взгляд на подругу, что стоит у крыльца.

– Не хочу сидеть дома, – отвечаю я и кошусь в сторону дома Шепарда.

– Кайлан не погладит по голове, он отправит тебя домой, – говорит она, а я спускаюсь и оказываюсь около Эммы.

– Кайлан и так знает, что пациентов много…

– С учётом того, что ты работаешь последние полгода без выходных, – она смотрит на меня, а потом на дом брата. – Ты случаем не от него бежишь?

Закатываю глаза.

– Причём тут твой брат? – спрашиваю я, и сердце пускается в галоп, когда слышу детский голос, а затем топот ног.

– Эрия! – Эмма отвлекается от меня и садится на корточки, чтобы поймать девчушку на руки. Видела я вчера, как они ворковали дома у Дейва целый вечер, значит, подружились.

Девчушка попадает в объятия Эммы и крепко держит её за шею, пока её тётя воркует и трогает неровно заплетённую длинную косичку.

– Это твой папа заплетал? – спрашивает Эмма и отстраняется от девочки.

– Да, папа не особо умеет это делать. Меня всегда Мира заплетала, а сейчас она осталась там, где был наш старый дом, – отвечает Эрия, и Эмма приподнимает брови, а потом смотрит на меня.

Эрия тоже переводит взгляд на меня, пока я уже более детально рассматриваю ребёнка. Ей на вид было не больше пяти: хрупкая фигурка, рыжевато-золотистые волосы спадали мягкими волнами до плеч, развеваемые лёгким ветром, местами выбившиеся из не аккуратно заплетённой косички. Кожа – светлая, почти фарфоровая. Лицо округлое, нежное, с аккуратным носиком и чётким, чуть упрямым подбородком. А глаза… большие, зелёные, как листва, с длинными ресницами.

– Эрия, познакомься, это моя очень хорошая подруга, – прерывает наши гляделки Эмма и поднимает ребёнка на руки. Я не знаю почему, но чувствую, как мои губы растягиваются в улыбку, и малышка отвечает мне тем же, смущённо потупив взгляд.

– Я Луна, – говорю Эрии, и она протягивает мне руку. Эмма смеётся, посматривая на меня.

– Эрия.

Мы жмем друг другу руки и не замечаем, что около нас кто-то появляется; я чувствую только тепло тела, которое встало прямо за моей спиной.

– Папа! – улыбается Эрия. – А Луна тоже твоя подруга? – Она склоняется чуть ниже и, улыбаясь, шепчет в сторону Дейва. – Она такая красивая!

Я краснею.

Эмма смеется и отпускает племяшку на землю, а я не могу пошевелиться, потому что знакомый запах мяты, принадлежащий только этому человеку, проникает в меня, заставляя замереть. Миллиарды воспоминаний и эмоций наполняют мой мозг, когда в голове проносятся очень старые картинки, где он меня обнимал и успокаивал. Как я прижималась к нему и закрывала глаза от того, что ощущала себя в его объятьях как дома. И сейчас, спустя столько долгих лет, это ощущается так волнительно, что подкашиваются ноги.

– Луна и моя подруга, – отвечает его бархатный с хрипотцой голос, и я возвращаюсь в реальность, поворачиваю к нему голову и утыкаюсь взглядом в широченную грудь под черной футболкой.

Господи, какой же он высокий!

Поднимаю голову и встречаюсь с неизменной за столько лет пеленой на глазах. Его кудрявые волосы в полнейшем беспорядке подбрасывает ветер, а чувственные губы едва заметно расплываются в улыбке.

Отворачиваюсь.

– Мне нужно на работу, ты идешь? – обращаюсь к подруге, и та, пряча улыбку, становится серьезной.

– Я позже приду, я обещала Дейву показать, где у нас открыли садик. Эрия пойдет играть с детьми, правда? – Она убирает волосы с лица племяшки и улыбается ей.

– Пошли тоже с нами, – вдруг меня за руку берет теплая маленькая ладошка, и я опускаю глаза на девчушку.

– Эрия, не приставай к людям, что мы обсуждали? – подключается Дейв, и я захлопываю рот.

– Я бы с удовольствием, но мне нужно на работу, – нахожу я ответ.

– А кем ты работаешь? – спрашивает Эрия и не выпускает мою ладонь. Боковым зрением вижу, что к нам кто-то идет.

– Я врач, лечу людей.

– Ого… – вздыхает ребенок и отпускает мои пальцы.

– Всем привет!

Около нас появляется Майкл, и рядом с ним девушка с ребенком на руках, высокая блондинка с длинными распущенными волосами, которые мягко ложатся на плечи. Она улыбнулась Дейву, пока Майкл здоровался с другом рукопожатием.

– Здравствуй, Лилу, – переводит взгляд Майкл и тепло улыбается.

– Привет.

– А ты изменилась, – сказал он, и я улыбнулась, не зная, что сказать. – Кстати, это моя жена Алесия и дочка Лаура.

– Луна, – я протянула руку, и девушка ее пожала, ответив приветливой улыбкой.

– Раз все познакомились, пора ехать, Горан уже звонил, – Майкл указал на браслет на руке.

Я подошла к Эмме и коснулась ее локтя.

– Я пошла, увидимся в больнице.

– Поехали с нами, – вдруг вклинилась Алесия, мы как раз подбросим.

Я собиралась уже отказаться, как Эмма, схватив меня под руку, потянула вслед за остальными. Пришлось вздохнуть и плестись за всеми, а стоило загрузиться во внедорожник Майкла, как я поняла, что около меня слева сидит Дейв с Эрией на руках, а справа Эмма. Тесное пространство салона прямо-таки придавило к боку Шепарда, а его рука ушла за мою спину, устроившись на спинке сидения.

Придвинувшись к Эмме, я бросила взгляд на Дейва и отвернулась, потому что он смотрел на меня, и от этого у меня по рукам бегали мурашки. Хотелось вжать голову в плечи, а вообще выйти из машины и бежать без оглядки.

– Рассказывай, Лилу, удалось тебе устроиться в безопасники Грэймонда? Или как раньше просто убегаешь из города, – спросил меня Майкл, и я подняла взгляд, встречаясь с его глазами через зеркало заднего вида.

– Удалось, но это не для меня, – отвечаю я. – После войны с дифекторами ушла оттуда, отдав предпочтение врачебному делу.

– Ого, значит, будешь и нас лечить?

– Не только Лилу, но и я, если вы забыли. С того момента, как Коул вывез меня сюда, я тоже являюсь врачом! – подключается Эмма.

– Правильно сделал, – говорит Дейв.

Эмма не успевает ответить брату, как начинает вибрировать ее браслет, она бросает взгляд на него, а потом смотрит на меня.

– Кайлан?

– Доброе утро, Эмма, – через динамик браслета слышится мужской голос. – Я не дозвонился до Луны, хотел передать ей, что я принудительно отправляю ее в отпуск.

Я приподнимаю брови от шока и смотрю на подругу.

– Только что смотрел списки тех, кто не был в отпуске, поэтому передай ей, как увидишь.

– Хорошо.

– Стой! – возмущаюсь я, но Эмма кладет трубку, и я издаю стон.

– А я говорила, что он не допустит тебя до работы.

– Ну а если я не хочу отдыхать… – бурчу я и вздыхаю.

– Пап, я, кажется, нашла того, кто будет забирать меня из садика! – вдруг говорит Эрия, и мы втроем смотрим на ребенка. – Раз у тебя каникулы, ты же сможешь меня забрать вместе с Алесией?

– Э-э-э… – тяну я и смотрю на Дейва, тот убирает пряди волос с лица дочери, и потом, словно почувствовав мой взгляд, смотрит на меня.

– У Луны другие планы, доченька, – произносит он, не отрывая глаз от моих.

Я опускаю взгляд на свои руки на коленях и сжимаю их в кулаки, но так, чтобы никто этого не заметил, а все потому, что я, кажется, все еще до безумия его люблю.

Черт!

Мне хочется выбежать из машины и избавиться от пристального внимания Эммы, которая обожает следить за людьми и считывать их эмоции. Она сто процентов уже догадалась, что моя нервозность рядом с ее братом что-то да значит. А вот ни за что не признаюсь в этом даже самой себе, нежели подруге.

Майкл тормозит около трехэтажного здания, где располагается школа, совмещенная с детским садом. И если мне не изменяет память, это учреждение построили около шести лет назад, совместив малышей и детей школьного возраста.

Мы оказываемся на улице, и я осматриваюсь по сторонам. Здание перед нами выглядит аккуратным – ровные стены из светлого камня, широкие окна на каждом этаже, за которыми то и дело мелькают силуэты. На стекле первого этажа кое-где висят поделки, – нарисованные красками ладошки, яркие вырезанные солнца и какие-то нелепые рожицы. Перемещаю взгляд на главный вход, и, замечаю, – широкие ступени, по краям – перила, чуть поодаль – кованые ворота. А у ворот – двое мужчин в форме Грэймонда, в тёмно-синей одежде, состоящей из штанов и футболки, поверх которой накинута тонкая ветровка. Оба мужчины при полном вооружении. Один стоит, сложив руки за спиной, и рассматривает проходящих по улице людей, другой наблюдает за нами.

Отвлекаюсь от мужчин и быстро пробегаюсь по двору. Чуть правее – детская площадка: горка, качели, маленькие домики. На резиновом покрытии бегают дети – малыши в ярких футболочках. Один мальчик крутится на месте и так громко смеётся, что я невольно улыбаюсь. Рядом на скамейке сидит воспитательница, которая следит за ними, иногда подзывает кого-то по имени. Слева – небольшая аллея с молодыми деревьями, а под ними – клумбы с цветами. Простые, скромные, но ухоженные. Тут же несколько скамеек, и я замечаю женщину с девочкой – та поправляет ей волосы и нежно улыбается.

– Это миссис Смит, она будущая воспитательница Эрии, – отвлекает меня голос Эммы, которая остановилась около Дейва и показывает в сторону женщины. – Это учреждение охраняется практически так же, как и Лидер города. И за шесть с половиной лет не было никаких проблем в безопасности детей.

– Пап, я хочу туда, – тянет Эрия отца.

Дейв присаживается около дочери на корточки и улыбается ей. Майкл и Алесия рассматривают двор, о чем-то переговариваясь.

– Мы с тобой вчера разговаривали насчёт садика и как ты должна себя вести, – девчушка сразу кивает и топчется на одном месте, – ей не терпится зайти внутрь.

– Я всё помню, пап! Только отведи меня туда, я обещаю, что буду вести себя хорошо!

– Тогда пошли знакомиться с твоим воспитателем, – Дейв подает ребенку руку и встает, она цепляется за его пальцы и, вместе с Эммой и Майклом, проходят через ворота. Охрана на пару минут останавливает их, а затем отпускает.

Боковым зрением замечаю, что ко мне подходит Алесия, держа на руках дочку, которая мирно сопит на ее плече.

– Боюсь, вечерами я не смогу забирать Эрию с садика, – она просто не захочет возвращаться домой, – говорит мне девушка и наблюдает за Эрией, которая, ступив на зону детского сада, понеслась к горке.

Я улыбаюсь.

– У вас такого не было? – спрашиваю я и перевожу взгляд на Алесию, та качает головой и отвечает:

– В нашем поселении Грэймонда было больше взрослых, нежели детей. Родители сами берутся за обучение.

– Насколько я знаю, помимо Грэймонда во всех городах открылись школы, и наша была первой из всех.

– А как с преподавателями? – Алесия смотрит на меня.

– На эту должность берут всех, кто способен обучить детей. Многие метисы перебрались в разные города, чтобы помогать с этим, так, как нас больше.

Алесия приподнимает брови, и я усмехаюсь.

– Да, сейчас не принято называть нас такими, но я привыкла к этому, и мне легче изъяснять свои мысли.

– Прости за такой вопрос, но сейчас же можно избавиться от этого, почему не сделаешь?

Я несколько лет задумывалась над этим, даже подумывала стать подопытным, которым предоставляли услугу бесплатно, под полным наблюдением специалистов. Но я опоздала с этим. Группу набрали. Сейчас же это всё стоит денег, которые вернулись в наш мир, и этому поспособствовал Эмбервуд, где, собственно, открылся первый банк. Ну, как банк, – это люди раньше его называли таковым, а там – отделение, которое платит деньги за работу. Ходят слухи, что Дэймон Черн нашел залежи этих бумажек, которые когда-то хранил у себя какой-то там Кристиан Рэй. Вроде как в Риверфорде пытаются начать печать купюр, которых уже не хватает на всех выживших.

– Сейчас это стоит денег, а на роль подопытных, которые проходят процедуру бесплатно, стоят километровые очереди, – отвечаю я, ни капли, не настроившись на заданный вопрос Алесией.

– У тебя, как и у Дейва, тоже есть способность? – задает девушка следующий вопрос, и я улыбаюсь и качаю головой. – Что? А почему? Насколько мне известно, Шепард умеет вызывать щит… А еще после…

Девушка мигом замолкает, словно сболтнула лишнего, и смотрит на Дейва, а я слежу за ее взглядом и вижу, как он разговаривает с воспитателем, а Эмма и Майкл увлеченно их слушают.

– У него появилась еще одна способность? – любопытствую я, тем самым привлекая к себе внимание. Алесия бросает на меня взгляд и кивает.

– Не знаю, насколько вы близки с ним…

– Мы никогда не были близки, – сразу перебиваю я. Алесия осматривает мое лицо, будто ищет на нем эмоции, которые я пытаюсь скрыть ото всех. – Впрочем, мне не интересно.

Я прислоняюсь к машине спиной и опускаю взгляд в землю, продолжая чувствовать то, как на меня смотрит жена Майкла.

– Прости. Не следовало мне говорить о нем.

– Все нормально, – я слегка приподнимаю уголки губ и поднимаю голову.

– Нам нужно обязательно встретиться и посидеть девочками, если, конечно, ты не против моей компании.

– Не против.

Перевожу взгляд на идущих к нам Майкла и Эмму, они весело о чём-то разговаривают, а следом за ними, попрощавшись с воспитателем, следует Дейв. Эрия весело машет ему рукой и уносится играть с детьми.