Семья напрокат

Глава 1

Чертов день! С самого утра не задался. Может, это я виновата, потому что встала не с той ноги? Чертов генеральный директор, который умотал с новой любовницей на острова! Тоже мне, нашел время. Чертов Никифоров! Но обо всем по порядку…

Все смешалось в одну кучу: кони, люди и залпы тысячи орудий. Ладно бы только это, но на носу же было заключение, возможно, главного контракта в истории нашей компании, а Артем, тот самый гендир, решил повеселиться и переложил в буквальном смысле все на мои хрупкие женские плечи.

Доверяет он мне, видите ли, как себе. Да и это вроде не впервой, потому что мой начальник тот еще раздолбай. К такому раскладу за годы сотрудничества я уже привыкла. Но сегодня созванивалась с другим генеральным директором – развелось же их на мою больную голову – фирмы «АртСтрой», и сделала выводы, что у товарища Никифорова не все дома. Точно вам говорю!

Скажите мне, ну кто в здравом уме будет озвучивать в качестве главного критерия для совершения сделки века наличие у руководителя семьи? Лучше с ребенком, а если их будет два, так это вообще зашибись. Видите ли, холостые люди ненадежные и несостоявшиеся личности.

В каком веке мы живем? В девятнадцатом, что ли? Ничего не понимаю. Мои навыки, что ли, от наличия семьи поменяются или работоспособность возрастет? По-моему, у кого-то нелады с головой, точно вам говорю! Хотя это, походу, касается всех гендиров, которых я знаю. У каждого тараканы в голове размером с большого единорога.

Право слово, где семья и где работа? Я вас умоляю, слышали мы не раз эту сказку про белого бычка. Вон Людка из бухгалтерии: вышла замуж, родила, ушла в декрет, потом снова вышла, а теперь постоянно уходит на больничный по уходу за ребенком. А это значит что? Правильно, ее обязанности периодически ложатся на меня и прибавляют лишь головной боли. Потому что, блин, больше работать же некому, как Алле Анатольевне, то есть мне.

Иногда возникает такое чувство, будто в этой компании работаю лишь я одна. Света белого не вижу, целыми днями торчу на работе, даже в свой законный и единственный выходной. Кто бы знал, как меня все это уже достало. А еще этот долбаный Никифоров, пропади он пропадом со своими правилами. Мне больше всех надо, что ли?

А Артем что? Артем ничего! С него все сходит, как с гуся вода. Когда я позвонила, ну как позвонила, еле дозвонилась, раза так с сотого, телефон даже сел, и рассказала про закидоны гендира «АртСтроя», мой сводный братец лишь поржал, зараза. Жениться, конечно же, сам он не намерен. Как сказал Артем, он для этого еще слишком молод, да и зачем ему одна, когда вокруг целыми толпами бабы вьются. А я, блин, прямо туда рвусь, уже валенки шнурую.

– Аллочка, солнышко мое ненаглядное, – тут же стал подлизываться этот подхалим, – ну сходи ты замуж, что тебе стоит? Это же для дела. – Действительно, что тут такого-то, да?! Подумаешь замуж, делов-то! – Получим контракт, и делай ты, что хочешь. Захочешь и разведешься, а нет – совет да любовь.

– Как ты себе это представляешь, Тема?! – взбесилась я.

Посмотрите на него? Чуть что, сразу Алла то, Алла се. Тьфу, зла на него не хватает!

Мне бы уволиться, только вот если я это сделаю, то безбедным дням нашей семьи придет конец. Артем же раздолбай, каких поискать. Нет, он может быть даже где-то умный, не спорю, вот только погулять любит больше, чем работать. И мне приходится все тащить на себе ради собственного будущего, потому что именно Артем наследник папиных активов, а я так, всего лишь девушка без роду и племени, от которой ждут постоянно, что она ошибетя.

Говорят, не бабское это дело – бизнесом заниматься, мое дело детей рожать. Ага, щаз! Я им инкубатор, что ли, по вынашиванию внуков? Вон пусть Артем плодится, один же фиг сношается, как кролик, даже не удивлюсь, если по стране бегает десяток-другой племянников. Да и работу я себе в свои двадцать шесть такую не найду больше. Поэтому улыбаемся и машем! И главное – не сойти с ума! А то будет, как в том мультике про Карлсона: «Я сошла с ума, какая досада!»

И если все-таки удастся смириться с этим возмутительным требованием Никифорова и с тем, что придется найти себе как бы мужа, то встает вопрос: где его искать-то?!

Личной жизни у меня нет, ясное дело почему. Откуда ей взяться, когда я целыми днями на работе? Моя жизнь только и состоит из маршрута «дом-офис, офис-дом» и так по кругу изо дня в день с очень редкими перерывами на выходные. Ну а служебный роман? Три ха! Знаете, как меня называют за спиной? Нет? «Три А»! И нет, это не потому, что мое имя Алмазова Алла Анатольевна, а потому что я «адский апокалипсис Анубиса». Вот такие пироги, дорогие мои.

Руководитель я жесткий, не спорю. Но лишь потому, что эти лентяи работать совсем не хотят. Думают, я не знаю, что в рабочее время они только делают вид, что очень увлечены своими непосредственными обязанностями. Ага, на самом деле, как только прохожу мимо, офис сразу оживает, просыпается, блин, от зимней спячки. Кто бумажки с места на место начинает перекладывать, кто усиленно пялится в экран компьютера, делая вид, что читает что-то очень важное, кто по телефону разговаривает, якобы с клиентами. Но вот, смех и грех, был случай: иду, значит, я, грозно глазами по сторонам зыркаю, а Андрюша, менеджер по продажам наш, по телефону с кем-то разговаривает и так увлеченно рассказывает о нашей компании, что можно было бы ему даже премию выписать, если бы в этот самый момент предательски не зазвонил тот самый телефон, который он держал у самого уха, разговаривая сам с собой. Промашка, с кем не бывает. Ну что поделать, Тема раздолбай и на работу принимает себе подобных. Лишь я одно-единственное исключение, и то, это не его заслуга.

Но ничего, я верю в лучшее, что когда-нибудь все наладится. Персонал все же начнет выполнять то, за что им платят деньги, а то уволю нафиг всех и не посмотрю, что кто-то там чей-то родственник, друг, брат, сват. Отец, можно сказать, только-только нам компанию доверил, уйдя на пенсию, и если мы ее просто-напросто просрем, то будет не просто обидно: это будет феерическая катастрофа глобальных масштабов.

Вы только представьте себе, сколько народу в один день может потерять по нашей вине работу. Точнее, не по нашей, а по моей, потому что моему бестолковому братцу, по-моему, просто наплевать на всех, кроме себя любимого. И хоть они работнички так себе, но все же совесть такая штука, которая не даст жить спокойно. Поэтому и тяну эту лямку, как могу. Иногда приходится брать на себя слишком много, порой кажется, что не вывезу. Но ничего, как видите, пока тащу на своих плечах все и не сдохла кобылка.

Так, где там у нас мужья водятся? Интересно, есть ли эскорт для женщин? Хм, а почему бы и нет?! Болтать лишнего не будет, на нервы действовать тоже. Отработает и свалит в закат. Или муж на час? Вот только это все не подходит, потому что детей напрокат никто не дает.

Желудок громко оповестил о том, что пора бы закинуть в него что-нибудь съестное, а не только горький кофе, от которого уже тошнит. С утра так спешила на работу, чтобы не попасть в эти долбаные вечные пробки и не опоздать на совещание, что позавтракать совсем не успела. А теперь вот мучаюсь, даже голова немного кружится от голода. В кафетерий офисный спуститься? Не, там кормят, откровенно говоря, лажей. Уж лучше добежать до торгового центра напротив, там более-менее приличная еда имеется на фуд-корте. На крайняк можно и бургером закинуться, если уж совсем ничего не найду. От пары тоненьких булок лишние сантиметры уж точно не вырастут на ж… боках при моем-то сумасшедшем ритме жизни.

Выглянула в окно: дождь вроде не намечается, хотя с этим делом у нас в городе никогда нельзя быть уверенным на сто процентов, но полагаю, что можно идти прямо так.

Но моему обеду походу было не суждено состояться, потому что на полпути к фуд-корту не смогла пройти мимо двух однолицых белуг, которые завывали в голос, сидя на бортике фонтана.

– Эй, мелкие, а вы чего магазин затапливаете?

– Мы не мелкие! – праведно возмутились эти две идентичные пигалицы. Близняшки? Слезы тут же высохли. Ну вот и славно, а то ревели на весь ТЦ так, что сирены не надо.

– Не факт, конечно, я-то все равно больше, ну да ладно, – внаглую втиснулась между двумя девчонками и присела на край бортика. – Чего слезы льем?

– Мы немножко потеря-а-а-лись! – в один голос выдали они и снова завыли.

Я невольно поморщилась.

– Эй, а ну бросьте мне это дело, а то я тоже сейчас как начну плакать, и тогда мы все точно утонем. Немножко потеряться нельзя, вы либо теряетесь, либо нет.

– Папа не обращал на нас внимания, он с Грымзой разговаривал, а мы хотели поиграть в прятки. – Видимо, доигрались. – Вот мы и спрятались, а папа нас найти все никак не может. А мы-то уже и не прячемся совсем.

– Ясно все с вами, барышни. Пойдемте, смочим это дело молочным коктейлем и обсудим, что нам делать с вами дальше.

– А можно нам еще бургер и картошку фри? – А барышни-то вообще ни разу не робкого десятка. – Мы тебе денег дадим.

– Деньги мне ваши не нужны, своих полно. А папа ваш разрешает вам есть такое? – на всякий случай уточнила я.

– Да! – тут же синхронно закивали. Но блин, что-то эти лисицы темнят. Переглядываются вон как хитро между собой, будто общаются мысленно.

Ну да ладно, мне-то что?! Пожала плечами и повела кормить детей, заодно и себя, ведь именно за этим сюда пришла. Вздохнула, глядя на двух мелких человечков, которые вприпрыжку бежали рядом. Вот кем-кем, а нянькой мне быть еще не приходилось. Да и с детьми я на «вы». Что я о них знаю? Они срут, плачут, все время орут, играют, в перерывах между этим постоянно что-то требуют и спят, наверное, но это не точно, судя по Людкиным огромным синякам под глазами. Может, когда-то я и заведу себе такое орущее существо, но точно не в ближайшие лет так «дцать». Я, походу, как это говорится… чайлдфри, во. Одной спокойней как-то. Свобода – наше все! Даже кошку себе заводить не буду, за ней убирать надо временами хотя бы, к ветеринару таскать, а у меня на это просто нет времени. Да, уж, на самом деле, недалеко ушла от брата. Только вот он потаскун еще тот, а я просто… Не хочу пока, и все тут. Рано мне еще.

– Как вас зовут то хоть? – решила ради приличия узнать хотя бы их имена.

– Вера.

– Надежда.

– Я Алла, и не сметь называть меня тетей, просто Алла пойдет. Так, значит, сидите здесь. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Усекли?

– Ага, – закивали девчонки в унисон, но их шкодливые мордашки не давали расслабиться. Кажется, стоит только отвернуться – и они снова что-нибудь да выкинут. А мне бы горе-папашке сдать их на руки целыми и пока невредимыми и выдохнуть спокойно. Будь она неладна, эти врожденные ответственность с совестью. Вот не было печали, так нашла себе приключения на нижние девяносто. Или это они меня нашли в количестве двух штук? Следи теперь за ними.

Огляделась по сторонам в поисках поста охраны, чтобы после того, как сделаю заказ, непременно сообщить о находке. Наверняка этот горе-папаша уже обыскался их, если вообще начинал это дело. Интересно, что там за мужик такой, раз собственных детей потерял? Скорее всего, жена доверила ему, а он, как и я, совсем в них не понимает ничего.

Ох ты ж е-мое! В подсознании, конечно, пронеслись куда более цветистые выражения, когда я обернулась и увидела, что две мои приблуды в этот самый момент вцепились в стол, не желая его покидать. Это еще мягко сказано, потому что на шум уже начали оборачиваться люди и просто глазеть. Капец, вот добрые самаритяне. На их глазах девочек пытается кто-то уволочь, а они сидят все, ни слова не проронив.

– Эй, а ну отпустил детей. Быстро! – Я уже галопом неслась обратно к столику, чтобы не случилось ничего непоправимого, а то мне и возвращать-то некого будет.

– Нет. Я не пойду!

– И я не пойду!

Недолго думая, размахнулась и заехала сумочкой по голове этой маньячине аккурат промеж ушей, так, чтобы искры из глаз посыпались. Мужчина тут же отпустил девчонок и нет, не побежал, куда глаза глядят, так как был пойман на месте преступления, а наоборот, негодующе так уставился в мою сторону, скрестив руки на могучей груди. Брови вон как грозно свел, жуть. Совсем охамели маньяки нынче!

Ну ничего-ничего. Я и орать громко умею, если что. Охрана тут какая-никакая должна же быть?!

– И не надо меня так сверлить взглядом, я и ответить могу. Меня таким не проймешь! Отошел от детей на десять метров, а иначе…

– А иначе что? Это мои дети!

– Чем докажешь? Документы есть? Показывай! – Он лишь нехорошо так прищурился. – Нет? На нет и суда нет. Иди давай, мужик, эти, – кивнула на притихших малявок, – со мной. Ясно!? В обиду не дам, так что ноги в руки и пошел. И вообще, то, что вы пытались проделать – уголовно наказуемо. Охрана-а-а-а! – завопила во всю мощь легких.

– Совсем сдурела?

– Это я-то?

– Нет, я, – усмехнулся мужчина.

– Ага, ты! Полностью с тобой согласна! На все сто. Нормальный человек разве будет воровать детей?

– Я не воровал!

– Доказательства? Нет? Охрана, – снова завопила я.

Да где, черт возьми, эта самая охрана?

Оттеснила мужика от столика, нацепив на лицо самое грозное выражение. Пусть знает, что со мной шутки плохи.

– Так, козявочки, подъем! Ходят тут всякие, понимаешь ли, – зыркнула на мужика так, что он невольно отшатнулся. – Охрану не дозовешься. – Не поленюсь и в другой раз и накатаю им «чудесный» отзыв в книге жалоб и предложу… Пока не знаю что, но обязательно придумаю нечто очень запоминающееся. – Нам лучше отсюда уйти. Ничего-ничего, сейчас полицию вызовем, и этого увезут куда надо, – кивнула на непробиваемого маньячину, – и папку вашего найдем. Не ссыте, прорвемся.

– Не надо полицию, – неожиданно заскулили девочки в один голос.

– Это еще почему? – посмотрела на мелких, потом перевела взгляд на мужика, а тот победно улыбался.

Прищурилась, ища подвох.

– Это наш папа,– с тяжелым вздохом признались малявки, опуская виновато моськи.

– Та-а-ак, уважаемый, документики предъявите, пожалуйста!

– А деньги не сказать, на какой полке лежат, и ключи от дома вам не дать?

– Спасибо, обойдусь. Своего добра хватает. Одних детских слов маловато, чтобы я вот так просто отдала вам детей. Им задурить головы – как нефиг делать. Уж не знаю, что вы им там наобещали, но никуда они с вами не пойдут просто так.

– Вера, Надежда, вы где ее откопали? – Мужик устало растер лицо ладонями, присев на стул, который стоял около нашего столика.

– Это не мы ее нашли, а она нас, когда ты, кстати, потерял! – важно изрекли дети.

У-у, у нас здесь маленький, но гордый и почти храбрый народец. Уважаю.

– Все с вами ясно, папаша! – присела на другой стул напротив нерадивого отца.

– И что вам ясно?

– Что премии «отец года» вам не видать, как собственных ушей. Чем таким важным нужно было заниматься, чтобы умудриться проморгать собственных детей? Вы совершенно безответственный тип!

– А мы слышали, как Грымза говорила, что хочет проверить его трусы, – сказала то ли Вера, то ли Надежда, фиг различишь этих однолицых бледнолицых.

Отец детей поперхнулся воздухом и грозно зыркнул на них.

– Причем тут мои трусы? И сколько можно раз вам повторять, Люба не грымза!

– Мы слышали, как она говорила по телефону с кем-то о тебе. Она хочет проверить содержимое папиных трусов. Зачем ей его трусы, мы так и не поняли, но, наверное, папа их ей показывал, пока мы прятались. А нам говорит всегда, что это неприлично.

Я хрюкнула совершенно некрасиво, стараясь сдержать рвавшийся наружу хохот. Ясно-понятно, какое содержимое она собралась там проверять. Надеюсь, эта Люба вообще хоть что-то там нашла, а то бывает, знаете, эго большое, а то самое содержимое и с микроскопом не найти. Фиг с ним, хорошо, что эти две малявки не поняли, что вообще только что сморозили. Отец их вон, как покраснел, даже уши пунцовыми стали.

А он вообще ничего так. Привлекательный. До этого не было времени рассмотреть его. Я как-то не имею привычки заглядываться на маньяков. Но вроде это и правда их нерадивый папашка-потеряшка, да и мордахи, если уж говорить откровенно, похожи, только в женской версии. Не прям конкретно так, конечно, похожи, как две капли воды, но неуловимо угадываются схожие черты лица, форма ушей и градус оттопыренности, и нос. Да что говорить, они даже хмурятся похоже. Хотя он статный брюнет с волевым подбородком, глазами цвета выдержанного коньяка, прямым носом и бородкой. Да, хорошо, что у девчонок нет бородки. Она им бы точно не пошла, ведь они истинные ангелочки. Миловидны, белокуры, с глазами цвета лазурного моря и вообще просто неотразимы. А может…

Я еще пыталась отмахнуться от бредовой идеи, которая уже обосновалась в голове, ведь это так неправильно. Но почему бы и нет, правда? Что я потеряю? Да, собственно, ничего. Как говорится, одним залпом сразу двух зайцев, хм, поймаю.

Хищно оглядела жертвенные тела, которые еще даже не подозревали, что уготовила им судьба в моем лице. Ох, не зря мы встретились. Точно говорю, не зря. Неужели жизнь начинает налаживаться?

Как бы невзначай взглянула на безымянный палец мужчины. Хм, мне определенно везет! Кольца не было. Хотя это тоже такой себе показатель. Как бы выяснить поподробнее такой интересующий меня факт? А то если там грозная мамка имеется в наличии, то я пролетаю. Тут же чуть ли не стукнула себя по лбу при всех, когда вспомнилась одна любопытная Любочка. Так, Любочку на фиг, мне и самой этот папашка позарез нужен. Не навсегда, лишь на пару часиков. Так сказать, напрокат!

Но сначала бы не мешало поесть, а то голова совсем не варит. Я даже представить себе не могу, как преподнести такое предложение совершенно незнакомому мужчине, да и не решаются такие пикантные вопросы на голодный желудок. Сначала еда, потом дела.

Обернулась, чтобы посмотреть на экран, где обычно пишут номер заказа и готов ли он. Сверила номер по чеку и, попросив новых, так сказать, почти знакомых, подождать меня и никуда не уходить, направилась добывать еду. Все-таки девочки тоже очень ждали этот заказ, нетерпеливо ерзая на стуле и поглядывая на экран за моей спиной. Не могу же я не сдержать своего обещания. Да и не съем я столько одна, если вдруг нерадивый папаша надумает их увести. Хотя что-то мало верится, что у него это получится. Они те еще строптивицы. Если честно, я ему не завидую. Маленький ребенок – это та еще головная боль, да и большой тоже, а тут их два. Бр-р, жуть!

Забрав заказ, вернулась к нашему столику. Правда, по пути чуть все не уронила. Вот не могли они положить все на один поднос, нет, надо было разделить заказ на два, а я вот мучайся, тащи все это.

– Эй, папаша, может, поможете? – встала напротив столика, балансируя, как заправская балерина, чтобы не уронить стаканчики с напитками. Ждала, пока он уберет со стола мою сумку. – Как видите, я кормлю детей, когда должны были вы. Почему они у вас голодные? Хотя, у кого я спрашиваю, если уж вы за ними самими не способны проследить, молчу уж о питании.

– Вы такая…– закатил глаза, оборвав фразу на полуслове, а затем все же продолжил: – Без тормозов…

– Вы, наверное, хотели сказать «молодец»?! Вообще, вам со мной крупно повезло…

– Что-то я в этом сильно сомневаюсь. Этим вы собрались кормить детей? – указал он на бургеры и картошку фри брезгливо. Ишь ты, эстет выискался.

– А что такого? – невинно пожала плечами, а сама, грозно прищурившись, зыркнула на двух тихушниц. То-то, я смотрю, они притихли, когда я к столу вернулась. Получается, соврали, заразы мелкие? А они в ответ на меня так умоляюще посмотрели, надув губки, что я, тяжело вздохнув, сдалась. Не выдам, ладно уж, пусть живут. Но сколько мы знакомы, минут двадцать-тридцать? А они уже из меня веревки вьют, так надо уметь, поэтому снимаю шляпу.

– Это детям нельзя! – категорично отрезал мужчина, отодвигая поднос от девочек подальше, а те чуть не заскулили от обиды.

– Угу, от одного разочка ничего не будет. Так что давайте, налетайте. Вы сами попробуйте, – схватила одну палочку фри и поднесла к мужским губам. – Это очень вкусно. – От его постной мины так и хочется скривиться. – Я знаю, о чем говорю. Ну же, открывайте ротик и скажите «а-а-а-ам»!

– Я похож на идиота? – Он отодвинул мою руку в сторону. Ну и ладно, мне больше достанется.

– Если только чуть-чуть, самую малость. – Про «малость» я определенно преуменьшила.

Так, надо завязывать с мужиком враждовать, а то длинный язык только настроит его против меня. Мило улыбнулась, растягивая губы, по выражению лица мужчины, сразу стало ясно, что моя улыбка больше похожа на оскал. Но что поделать, не умею я улыбаться, когда не хочется.

Может, пофлиртовать с ним? Хотя нет, точно решит, что у меня не все дома. Блин, как бы привлечь его внимание?

Вот если бы дело касалось работы, то уж точно как-нибудь выкрутилась бы и нашла общий язык. А во флирте я полный профан, что уж тут скрывать, практики-то давно не было, да и то, что было, вообще практикой особо не назовешь.

Может, ну его, голову себе еще ломать, сказать, как есть? Прямо в лоб? Ну а что? Хуже-то уже не будет, наверное.

Эх, была не была!

Но для начала надо узнать конкретно про вторую половинку, ту, что в паспорте записана, всех остальных подвинем на пару часиков. Тьфу, делов-то.

Приободренная собственными позитивными рассуждениями, выпалила:

– Вы женаты?

– Не-е-ет, – опешил мужчина от такого вопроса и даже взял один стаканчик с колой и отпил.

Значит, уже можно?! Дети, глядя на отца, тут же схватили бургеры, пока тот не видит, и принялись быстренько все это дело закидывать в себя.

– Отлично, тогда притворитесь моим мужем?!

Глава 2

От такого заявления мужчина закашлялся и выпучил на меня глаза, когда я задала очередной свой каверзный вопрос. Странно еще, что у него эта самая кола носом не пошла. Да-да, вот такая я вся… Внезапная.

– Не смотрите так на меня. Нормальная я, с головой все в порядке. – Чаще всего, но это совсем не точно. – Крыша пока не течет.

– Зачем вам это?

– Понимаете, даже не знаю, с чего начать и как объяснить, чтобы вы поняли. Но такая необходимость имеется всего на один вечер. Клянусь.

– Говорите уже, как есть.

– Ладно. Уф, – тяжко вздохнула. – Может, знаете фирму «АртСтрой»? – Мужчина в ответ неоднозначно кивнул, и я поняла, что он как минимум о ней слышал. Отлично. – Я являюсь заместителем генерального директора фирмы «A&N». – Брови папашки на мгновение дернулись. Неужели думает, что слишком молодая для занимаемой должности? Если что, то не очень уж и молодая, потому что в нашем дурдомике год за три идет. А за вредность накидывают еще пяток сверху. – И нам сейчас позарез нужен контракт с «АртСтроем», но гендиректор той фирмы настоящий самодур, – начала вываливать информацию на мужчину скопом, не давая вставить и слова. – В общем, он поставил очень специфичные условия, что заключит сделку только с семейным человеком. Понимаете? Ну бред же?! Считает, что не семейные люди совершенно безответственные. Вот вы, кстати, как вас зовут?

– Виктор, – коротко ответил мужчина после некоторой запинки.

– Я Алла. Так вот, Виктор, вы семейный человек, двое детей, в конце концов, но вы, как мы уже выяснили, совершенно нерадивый и безответственный тип. Не обижайтесь, пожалуйста, – заметила, как мужчина начал хмуриться с каждым произнесенным мной словом, поэтому решила смягчить немного ситуацию и не перебарщивать. Только вот мне, кажется, что не очень удачно я это сделала. – Но это же правда?! К чему я все это говорю? А к тому, что совершенно не важно, есть ли у человека семья или нет, ответственности не прибавится, и лучше работать он не станет. Но этот Никифоров уперся и все тут, подавай ему семью и детей. Помогите, а? Всего на один вечер. Вы с девочками сходите со мной на ужин в ресторан, побудете часок-другой моим мужем, и все. Большего и не надо. Могу даже заплатить за это. Сколько вы хотите? – Мужчина аж подавился воздухом от последнего предложения и очень уж ошарашенно уставился на меня. Что? Что-то не то сказала? Вроде все по делу и без воды. – Девчонки, вы как? Не против?