Тайна планеты Мону

Глава 1

Дора

За окном была полночь. Синее, усыпанное бусинками звёзд небо освещала полная луна. Где-то вдалеке пели ночные птицы, разливая свои трели на все улицы полусонного городка Лобар.

В маленькой уютной комнате стоял полумрак. На постели, освещённой лунным светом, спала маленькая и хрупкая девочка по имени Дора. Кожа у неё была болезненно бледной, а волосы – пушистыми и белыми как снег.

Дора жила в большом и красивом доме ухоженного городка Лобар вместе со своей любимой тётушкой Мариндой. Родителей своих девочка совсем не помнила: их не стало очень давно, ещё в её младенчестве. Со слов тётушки Дора знала только то, что они были прекрасными людьми.

Будучи малышкой, Дора мало задумывалась о том, кто она и откуда. Но по мере взросления всё чаще и чаще в голове её рождались вопросы, ответы на которые она очень хотела узнать. Однако тема происхождения девочки была неприкосновенна и для неё самой категорически закрыта. Иногда Дора возвращалась к этой теме, но тётушка Маринда, считая, что Дора ещё слишком мала, чтобы посвящать её в таинственное прошлое её семьи, была непреклонна: «Ты всё однажды узнаешь, мой друг, не торопи время, оно и так слишком быстро течёт».

Своих детей у тётушки не было, и Дора, которую она воспитывала с пелёнок, была её единственной радостью. Женщина всецело окружила девочку теплом и заботой, заменила ей мать, и отца, и бабушку с дедушкой. В общем, была единственной её опекуншей и самой близкой родственницей.

…Дора тихонько посапывала под мелодичное тиканье больших Часов, стоявших на полу возле кровати. В комнату к девочке они попали не случайно: Часы были единственным напоминанием о её родителях. Об этом как-то намекнула ей тётушка Маринда, впрочем, тут же спохватившись, что сболтнула лишнее. И как ни приставала к ней Дора, больше не сказала ни слова.

Нужно отметить, что это были не обычные Часы, а очень даже удивительные! Вторых таких не было во всём Лобаре и даже на всей Земле. Часы предсказывали погоду, знали всё о настроении людей, входящих в комнату, умели радоваться и огорчаться, а иногда даже давали советы.

С тётушкой Мариндой Дора жила вполне счастливой жизнью. Возможно, она росла бы обычным ребёнком, если бы не эти Часы. До того как их перенесли в комнату Доры, Часы стояли в большой гостиной и очень смущали пришедших в гости знакомых. Чувствуя злых и завистливых людей, Часы вели себя в их присутствии крайне недоброжелательно: начинали стучать и звенеть так громко, что ни один из них не мог выдержать такого шума. Такая особенность Часов очень пугала людей, и со временем гости всё реже и реже стали появляться в доме. Был, например, даже такой вопиющий случай: однажды тётушку Маринду посетила одна из почтеннейших жительниц города. Часы, стоявшие в гостиной, спустя полчаса поведали о том, что она глупа и напыщенна и что в кармане её пышной юбки лежит серебряная ложечка с обеденного стола тётушки Маринды! Понятно, что их дом почтенная жительница покинула не в лучшем настроении. А как расстроилась сама хозяйка – просто не описать!

Единственная, при ком Часы мелодично и спокойно тикали, была Дора. Часы желали ей доброго утра и спокойной ночи, а иногда, когда были в хорошем настроении, рассказывали удивительные истории, от которых захватывало дух. Впрочем, об этой их особенности не знала даже тётушка. Это была великая тайна девочки о трогательной дружбе с Часами.

Дора посещала обычную гимназию и в общем-то училась неплохо. Она была бы лучшей ученицей, если бы не её прямолинейность и бунтарский нрав. Дора слишком много времени своей недолгой жизни провела в собственной спаленке, наедине с принципиальными и проницательными Часами. А, как говорится, с кем поведёшься…

И с друзьями девочке не очень везло. В гости к ней почти никто из детей не приходил по той же причине, что и взрослые – к тётушке Маринде. Никто не хотел встречаться с её проницательными Часами и быть уличённым во лжи и лицемерии. Ведь Часы «на раз» раскрывали секреты истинного отношения ребятишек к Доре. Впрочем, и сама она остерегалась таких моментов, ведь не раз – именно по этой причине! – она теряла друзей. Впрочем, теряла таких друзей, которые не очень-то и дорожили дружбой с нею.

Впрочем, друзья у девочки всё-таки были. Их было немного, но это были настоящие, истинные друзья, такие как Тиль.

Глава 2

Тиль

Мальчик с соседней улицы Тиль, пожалуй, единственный настоящий друг Доры, был озорным и весёлым. В отличие от Доры у него было много друзей и всяческих повседневных забав.

Отец Тиля, Карнэус, слыл лучшим кондитером не только в Лобаре, но и во всём королевстве. Его чудесные торты и пирожные были любимым лакомством всех местных богатеев. Но и для бедняков в лавочке Карнэуса находились лакомства не хуже: под самым потолком висели карамель, пастила и другие вкусности. Таким образом сласти сушились и распространяли свои чудесные ароматы на всю округу. У лобарцев, проходивших мимо кондитерской, начинала кружиться голова от всевозможных запахов. Это были фруктовые, ванильные, пряные и шоколадные ароматы. К творениям лобарского кондитера, к тому же доктора кондитерских наук, не было ни одного равнодушного человека. Ни один званый ужин не мог обойтись без большого шоколадного торта, который был особенно хорош.

Тётушка Маринда каждый день заказывала в кондитерской вкуснейшие ванильные булочки, а по праздникам и выходным баловала Дору шоколадными кексами. Иногда девочка приходила в кондитерскую за покупками сама, а иногда Тиль приносил им заказ на дом, поэтому Дора знала его довольно-таки давно.

Во время визитов мальчика Дора просила его задержаться и угощала вкусным малиновым чаем. Так они и подружились. Тилю нравилось бывать в гостях в доме тётушки Маринды, но больше всего его привлекали большие умные Часы, стоящие в комнате Доры. Сначала Часы совсем не реагировали на мальчика, но со временем они подружились. Иногда Часы здоровались с Тилем и расспрашивали его о делах. Конечно, это было только из вежливости, так как Часы знали о жизни мальчика гораздо больше, чем он сам, и видели его, что называется, насквозь.

Однажды Тиль, расшалившись в комнате Доры, долго и заразительно смеялся. Потом, встав на стул, попытался достать с массивного шкафа старые запылённые книги. Если на громкий смех мальчика Часы только устало вздыхали, то, когда он полез за книгами, они, не выдержав, предостерегающе заявили:

– Ты слишком любопытен, Тиль! Мы бы посоветовали тебе не совать свой курносый нос не в свои дела! Иначе он может очень пострадать!

Тиль в это время пыхтел и никак не мог достать книгу, которая лежала ближе всех.

– Что-что-что, простите? – спросил мальчик, поворачиваясь в сторону Часов.

Но Часы замолчали: они были недовольны его поведением.

Мальчик слез со стула и пробурчал себе под нос:

– Простите, я не буду больше без спроса брать вещи, честно-честно! Я только хотел посмотреть.

Тиль вместе с Дорой скрылись за дверью гостиной. Они пили чай, а затем решили прогуляться по саду, а заодно выполнить поручение отца Тиля. Знатный кондитер попросил сына собрать пару сотен свежих розовых лепестков, и Дора, конечно же, вызвалась ему помочь.

Дети гуляли по большому саду и весело болтали. Вдруг Тиль обратил внимание на осиное гнездо. Оно давно висело на большом розовом кусту, и ничего необычного в этом гнезде не было. Но сегодня из него торчала… большая палка!

– Посмотри, Дора, кто-то закинул палку в улей, – проговорил Тиль и, недолго думая, устремился к розовому кусту.

Одним резким движением он выхватил палку и забросил её далеко-далеко, за забор сада. Не успел Тиль опомниться, как осиный рой, яростно и сердито жужжа, вылетел из улья и устремился в его сторону.

Тиль кричал и прыгал как ужаленный – в прямом смысле этого слова. А как ему было не кричать, когда добрая дюжина ос атаковала его любопытный нос!

Задав стрекача, друзья укрылись от преследовавших их ос. Когда они уже были в безопасности, Тиль, почесав распухший от укусов нос, недовольно проговорил:

– Это всё твои Часы! «Не суй свой нос, не суй свой нос!» – передразнил он. – А то, что мой нос пострадает от ос, твои Часы не могли сказать? Тогда бы я уже наверняка не полез туда!

Глава 3

Откровенный разговор

Однажды вечером, когда Дора уже ложилась спать, Часы завели разговор. Они часто беседовали с Дорой и давали советы. Но сегодня разговор был особенным, необычным.

Часы вздохнули и заговорили:

– Милая Дора, ты взрослеешь. Нам нужно поговорить о твоём будущем.

Дора засмеялась:

– Ах, милые мои Часы! Вы говорите со мной так, будто являетесь моими родителями!

Часы тяжело вздохнули:

– Об этом мы и хотели с тобой поговорить…

– О моих родителях?

– Почти… О твоём происхождении.

– Тётушка Маринда говорит, что это закрытая тема, – печально вздохнула Дора.

– Тётушка Маринда многого не знает. Да и не нужно ей это знать.

– Но почему же? Тётушка – единственный родной мне человек. Она ведь так любит меня!

– Конечно-конечно, и мы очень признательны ей за это. Но есть вещи, которые не стоит рассказывать никому, даже тётушке Маринде. И мы уверяем тебя: это в её же интересах. Ты достигла того возраста, когда можешь самостоятельно решать вставшие перед тобой задачи и отвечать за свои поступки.

– Но… Мне кажется, я ещё слишком мала для ответственных шагов. Да и от меня никто не требует этого! Напротив, тётушка говорит, что я ещё совсем ребёнок.

– Ребёнок? Нет! Ты давно уже не ребёнок. Но мы не требуем от тебя многого. Того, чего ты не смогла бы сделать! Однако ты должна знать, что ты – особенная, и должна вести себя соответственно. Много лет мы были твоими хранителями, оберегали тебя от злых и опасных людей и учили справедливости. Ты же понимаешь, что всё это не просто так?

Дора заворожённо смотрела на Часы и слушала.

– Много лет назад, когда одна маленькая девочка появилась на свет, а вернее, вне света, многое во Вселенной изменилось. Это дитя, появившись на большой розовой планете под названием Мону, должно было изменить всю её историю.

– Розовая планета? Мону? Милые, добрые мои Часы, вы, как всегда, увлекаете меня своими рассказами, но о розовой планете от вас я слышу впервые.

– Ты слышишь этот рассказ, потому что пришло время. Всему своё время, милая Дора, всему своё время. Кому, как не нам, знать об этом… Так вот, моны – обитатели розовой планеты Мону, они очень дружелюбны и добры. Когда-то, много лет назад, и мы жили на этой планете.

Часы вздохнули с такой грустью, что Дора подбежала к ним и обняла холодный металлический корпус.

– Ах, милые мои Часы! Не вздыхайте так печально, вы навеваете на меня тоску. Так что же произошло с этой девочкой, рождённой на розовой планете?

– На планете Мону дети у владык не рождаются. Они появляются после хрустального дождя, который идёт один раз в тысячу монулет.

– После дождя?! Как грибы?! – рассмеялась Дора.

– Не совсем как грибы, но в твоём сравнении есть доля истины. Иметь ребёнка может позволить себе не каждый мон – этой привилегии удостаиваются только лучшие. Далеко в горах Розовой долины один раз в тысячу лет идёт дождь. Он роняет крупные кристаллы в тёплый розовый песок, а лучи звезды Локу, которая сопутствует планете Мону во Вселенной, согревают их. Что вырастет из заветных кристаллов, не знает никто. Быть может, это будет новый владыка Мону, а может, тот, кто принесёт планете погибель. Выращивать кристаллы позволено монам, обладающим добрым сердцем и чистым разумом.

– Кристаллы – это дети? Так?

– Именно так! И эти кристаллы – не что иное, как великое богатство планеты Мону.

– Девочка, о которой вы говорили, тоже появилась из кристалла?

– Да. А иначе и быть не могло.

– Это грустно.

– Почему же?

– Потому что у этих детей нет мамы и папы, как и у меня… Хорошо, что у меня есть тётушка Маринда и вы, мои милые Часы! Всё-таки я счастливей, чем дети-кристаллы. Так что же эта девочка?

Глава 4

Жаки и Рон

– Девочка выросла в прекрасное и умное создание… Но сейчас не об этом. Когда-то, много лет назад, двое достойных монов, Жаки и Рон, отправились в Розовую долину. Они были избранными. Жаки была дочерью владыки Розовых пещер, а Рон – сыном владыки Розовых садов. Королевство Розовых пещер было огромным, вся его территория была испещрена глубокими туннелями и тайными ходами. Обитатели Розовых пещер жили в удобных, комфортных жилищах, высеченных в огромных розовых скалах. Королевство Розовых садов находилось в самой тёплой стороне планеты Мону, где вся территория покрыта прекрасными садами. Жители размещались в домах из розового кирпича, украшенного белыми розами, – это был их особенный знак. Огромная белая роза украшала и герб Королевства Розовых садов.

И тем, и другим королевством правили справедливые владыки. Этим владыкам было дозволено вырастить свои кристаллы. Из кристалла, выращенного в Розовых пещерах, появилась Жаки; из кристалла, выращенного среди душистых роз, – Рон. Эти два прекрасных мона полюбили друг друга. Да-да, и на планете Мону существует любовь! Это чувство не чуждо монам…

Союз Жаки и Рона был скреплён тайной печатью Мудрецов, и спустя какое-то время юные моны удостоились чести получить свой кристалл и вырастить его по своему образу и подобию. Конечно же, наполнив его своей любовью и добротой. Их путь за кристаллом к Розовой долине был длинным и нелёгким, но никто, кроме них, не мог преодолеть его. Это был только их путь! И только от них самих зависело будущее их большого соединённого королевства.

Жаки и Рон были сильны и выносливы. Они с достоинством преодолели путь и прошли великие врата Хранителя Времени. Хранитель пропустил Жаки и Рона в долину. Видя любящих друг друга монов насквозь, Хранитель удостоверился, что в их сердцах нет злости и фальши. Сердца обоих были так же чисты, как тогда, когда они сами впервые покинули Розовую долину, будучи маленькими кристалликами.

Войдя в великие врата, Жаки и Рон увидели множество кристаллов, мерцавших на розовом песке. Со слезами на глазах смотрела Жаки на россыпи мерцающих разноцветных камушков, которым не суждено было превратиться в прекрасных и добродушных монов. Как ни жаль, но закон Розовой долины неумолим. Выпавшие дождём на розовый песок планеты Мону кристаллы, если их не выбирали для дальнейшего взращивания, с заходом звезды печально таяли и превращались в маленькие лужицы. Лужицы быстро испарялись и лёгким розовым облаком растворялись в пространстве. Так планета оберегала себя от губительных войн и распрей.

Выбрав самый красивый кристалл, Жаки и Рон отправились в обратный путь. Жаки заботливо опустила кристалл в тёплый пух и завернула сокровище в шёлковую ткань. Затем Жаки передала кристалл любимому, ведь по старинной традиции именно мужчина должен был хранить доверенное сокровище.

Рон спрятал кристалл за пазуху и впервые почувствовал несмелое биение маленького сердца – сердца Доры.

Глава 5

Великие войны

– …Доры?! – девочка удивлённо-вопросительно посмотрела на Часы, а в глазах её стояли слёзы. – Её звали так же, как и меня?

– Да, дитя моё.

– Какая чудесная эта планета! Наверное, там очень красиво. Как бы я хотела взглянуть на её розовые пески и великолепные королевства! Если я правильно понимаю, два королевства – Жаки и Рона – объединились?

– Да, ты всё правильно поняла. Только на планете Мону не одно и не два королевства… Когда-то, так давно, что даже невозможно сосчитать это время, государств на планете было большое множество. Моны жили в мире, а долгожданные кристаллы были доступны не только владыкам, но даже простым монам. Но многие владыки не смогли жить в мире, они начали растить множество кристаллов, соперничать. Так начались хаос и войны.

– Это же, наверное, так страшно – война, смерть?! – воскликнула Дора.

– Да, милая девочка. Но на планете Мону страдали в случае войны только обычные моны, так как сами владыки отсиживались на тронах, отправляя очередные полки монов в бой. А затем на смену погибшим подданным взращивали новую армию из кристаллов. Войны шли много тысячелетий, розовая планета полностью погрязла в них. Увлечённые битвами владыки и не думали о мире. Война грозила уничтожить всё живое на планете.

– И не было никакого выхода из этой ситуации? – спросила Дора.

– К счастью, выход нашёлся. Вмешались Великие Мудрецы, жившие на самой высокой горе планеты Мону – Вершине мудрости. Ты, наверное, поняла, что жизнь монов очень отличается от жизни других обитателей Вселенной. И если говорить понятным тебе языком, моны – долгожители. Вернее, сколько тысячелетий проживёт мон, зависит только от него самого. Жизнь каждого мона заключена в кристалле, который изначально дал ему жизнь.

– Как сердце – у людей? – уточнила Дора.

– Да, это правильное сравнение: именно сердце! Ведь не зря говорят: «доброе сердце», «злое сердце». Так и у монов: злость и гнев разрушают их, а доброта и милосердие укрепляют и дают силы. В те времена, идя друг на друга войной, моны проживали короткую жизнь, потому что навсегда разрушали свои кристаллы и погибали от злости, жадности, высокомерия и тщеславия. Мудрецы же розовых гор бессмертны, потому что полны мудрости и добра. Их сердца-кристаллы сильны и могущественны. Несмотря на свою силу, Мудрецы редко использовали её, только в крайних случаях.

– И когда же этот случай наступил? – спросила Дора.

– Так случилось во времена Великих войн. Мудрецы долго ждали благоразумия от владык розовой планеты, но, не дождавшись, решили всё по-своему. А именно: лишить монов кристаллов навечно. Простые моны рождались так же, как обычные люди на нашей Земле. Ну а владыкам на планете Мону пришлось подумать над своим поведением и исправиться, чтобы суметь продолжить свой род. С тех пор Розовую долину стал оберегать Хранитель Времени, который ни за что не допускает недостойных монов к заветным кристаллам.

– Но ведь владыки могущественны, они же могли пойти войной на Мудрецов? – возразила умная девочка Дора.

– Нет! Перед Мудрецами владыки бессильны. В тот день, когда Мудрецы избавили планету от войн, сердца владык рассыпались и превратились в мелкую розовую крошку.

– Откуда же взялись новые моны?

– По образу и подобию своему Мудрецы вырастили новые кристаллы…

– Они уничтожили старый мир?

– Да, дитя моё. Но это было совершенно необходимо! Ведь сердца монов ожесточились, и ничто не спасло бы их от погибели.

Глава 6

Чёрный мудрец

– Значит, на розовой планете навсегда воцарился мир?

– Воцарился, но не навсегда, а лишь на какое-то время. Много тысячелетий Мону процветала и набиралась сил. Но мир так создан, что добро и зло всегда незримо граничат и постоянно соперничают друг с другом. Один из великих мудрецов розовой планеты покинул Вершину мудрости навсегда. Это был Чёрный Мудрец – Варан, внутри него мерцал огромный чёрный кристалл. Силы его были так могущественны, что одним только взглядом он поднимал в воздух целые королевства. Кстати, именно таким образом во время Великих войн и появилось одно из королевств – Королевство Розовых пещер.

– Куда же ушёл Чёрный Мудрец?

– Он отправился на далёкий север планеты Мону. Туда, где не может существовать ни один из монов. Туда, где холодные снега сливаются с розовым светом Локу. Чёрный Мудрец оставался очень могущественным, даже несмотря на то что потерял часть своей силы, когда, обуянный гордыней, покинул Вершину мудрости. Шло время, проходили тысячелетия, а вместе с уходящим в бездну временем уходили и силы чёрного кристалла в груди Чёрного Мудреца.

– Но он мог вырастить свой кристалл! – воскликнула Дора.

– Нет! Как бы ни был могущественен Чёрный Мудрец, сила шести Мудрецов, оставшихся на Вершине мудрости, превосходила его могущество. Покинув Вершину, он больше не мог создавать монов по своему подобию, так как оставшиеся Мудрецы лишили Чёрного Мудреца этой возможности, наложив на него печать заклятья. Переступить границу Розовой долины, охраняемую Хранителем Времени, он не мог. Но у него оставалась другая возможность – отобрать кристалл у монов за границей Розовой долины.

– Он захотел похитить кристалл у Жаки и Рона? – догадалась Дора.

– Именно так! Какая ты смышлёная, Дора!

– Ну, догадаться было не сложно. Ведь не зря свой рассказ вы начали с них.

– Уже за полночь! Тебе пора спать, милое дитя!

– Ну, пожалуйста, расскажите! – взмолилась девочка. – Чёрный Мудрец сумел похитить кристалл?

– Ты всё узнаешь, но не сейчас. Спокойной ночи, милая Дора.

Часы умолкли. А Дора, заинтересованная рассказом, ещё долго не могла заснуть. Когда наконец сон её одолел, ей снились большие розовые птицы, которые несли её куда-то далеко на своих сильных крыльях. Вдаль, к лучам ослепительной звезды Локу. А внизу раскинулись необъятные просторы, покрытые розовыми песками планеты Мону…

Глава 7

Удивительный день

Утро наступило раньше, чем обычно. Дора недовольно поморщила маленький носик и лениво натянула одеяло на голову. На что неугомонная тётушка Маринда заявила:

– Наверное, кто-то забыл, какой сегодня день?

– Какой? – Дора с интересом высунула голову из-под одеяла.

– Какой-какой! Удивительный, солнечный! Вот какой!

Довольная тётушка рассмеялась.

Дора встала с кровати и направилась умываться, на ходу пританцовывая и напевая нелепую детскую песенку, которую любила с детства:

– Теперь я вижу, что ты окончательно проснулась! – тётушка с умилением посмотрела на Дору.

– Это всё оттого…

Дора хотела было рассказать об удивительной истории, услышанной накануне вечером, но вдруг замолчала, вспомнив, что Часы строго-настрого наказывали ей ничего не говорить тётушке.

– Так отчего?

– Оттого, что день сегодня особенный!

– Какой же?

– Удивительный, солнечный!

Девочка обняла любимую тётушку, и они рассмеялись, глядя друг на друга.

– А почему бы в этот удивительный день не полакомиться чем-нибудь вкусненьким? Например, клубничным пудингом! – предложила тётушка Маринда.

– Обожаю клубничный пудинг! – ответила Дора, поцеловав тётушку в пухлую и румяную щёчку.

– Я предлагаю тебе сходить в кондитерскую и заказать его к обеденному чаю. Да, и непременно пригласи своего неподражаемого друга!

– Тиля? – уточнила Дора.

– Конечно, его! Другого такого мальчугана не найдёшь во всём королевстве.

Нужно сказать, что тётушка Маринда очень любила этого задорного веснушчатого мальчишку. Там, где был Тиль, было шумно и весело, и тётушке это очень нравилось.

Дора не заставила долго упрашивать себя и немедленно отправилась в кондитерскую.

Кондитерская доктора кондитерских наук Карнэуса была совсем не далеко – на соседней улице, за углом дома. И через несколько минут Дора уже стояла возле витиеватых ворот кондитерской. Как и подобает дому доктора кондитерских наук, всем своим видом он напоминал огромный вкусный пирог. Стены были выкрашены в разные цвета, и со стороны казалось, что весь дом покрыт вкуснейшей кондитерской глазурью. Ворота были украшены кренделями и бубликами, а во дворе росли пряные травы и фруктовые деревья.

Дора вошла в ворота и позвала:

– Тиль! Это я, Дора!

Наконец из окна второго этажа мастерской, где Тиль проживал с доктором кондитерских наук, а по совместительству – отцом, появилась растрёпанная голова. Конечно же, это был Тиль! Он только проснулся, в отличие от своего отца, который к этому времени успел накормить выпечкой добрую половину Лобара. Кондитер, услышав голос Доры, тоже выглянул, только из окна первого этажа.

– Дора! Здравствуй, милая девочка! Наконец кто-то сумел разбудить этого лежебоку!

– Здравствуйте, уважаемый доктор Карнэус! Тётушка попросила меня заказать вам клубничный пудинг на обед, если, конечно, вы будете так любезны.