- -
- 100%
- +
Полуэктов был уверен, что любит ее. Не один раз он говорил ей об этом. В ответ она лишь улыбалась и как-то очень по-взрослому целовала Сергея в лоб или гладила по голове. Полуэктов ревновал Наташу к ее гипотетическим поклонникам, хотя она ни разу не давала повода для ревности. Правда, и со своими друзьями она его тоже не знакомила. В самом конце лета Полуэктов добился секса с Наташей. Верней, это она снизошла до секса с Полуэктовым. У Сергея она была первой женщиной. Полуэктов ошибочно думал, что теперь их отношения перейдут на новый качественный уровень.
Летом родители Наташи почти месяц жили на даче. Полуэктов иногда по два дня проводил у Наташи. Она любила выдумывать различные представления. Однажды она соорудила туники по типу древнегреческих. Нарядившись в эти туники, они изображали пир и даже пили разбавленное водой красное вино, как настоящие греки, а не варвары. Наташа писала Полуэктову записки и письма, которые имели причудливые адресаты: от кого – Наташи, откуда – Кровать, кому – Сергею, куда – Диван. Одно такое письмо до сих пор хранилось где-то в старых бумагах у Полуэктова. Там была только одна фраза: «Я счастлива».
Осенью начались занятия в университете. Наташа и Полуэктов учились в разных корпусах. Видеться удавалось все реже и реже. У Наташи был миллион причин для ее занятости: лекции, встречи с подружками, подготовка курсовой работы, домашние дела, плохое самочувствие и даже забота о Полуэктове, чтобы он не пропускал занятия. Сергей постоянно ждал от нее звонка. Звонил сам, но она редко бывала дома, чаще трубку поднимали родители. Случающиеся, однако, встречи обычно заканчивались упреками Полуэктова, переходящими в извинения. В то время Полуэктов очень увлекался поэзией Бродского. В голове постоянно вертелось несколько строчек из его стихотворения «Postscriptum»:
Доведенный своими переживаниями до отчаяния, Сергей решил сделать предложение Наташе выйти за него замуж. Он тогда думал, что женитьба может что-нибудь изменить.
В воскресенье утром Полуэктов договорился с Наташей, что он приедет к ней домой. Она сперва пыталась сослаться на занятость и подготовку к очередному зачету, но Сергей настаивал. Он пообещал, что не успеет ей надоесть, и она согласилась.
По дороге Полуэктов зашел на рынок и купил огромный букет роз. На букет ушла половина стипендии. Он шел по улице к Наташе и чувствовал необычную решимость. Думал, что скажет все, что так долго хотел сказать, и у него было легко на душе от этого.
Дверь квартиры открыла Наташа. Она изобразила на лице удивление, как будто Полуэктов принес не букет цветов, а как минимум удава.
– Сегодня праздник? – спросила Наташа.
– День защиты мужчин от плохого настроения, – попытался пошутить Полуэктов.
– От кого защиты? Ну ты проходи, что в дверях стоишь.
Полуэктов неловко отдал цветы Наташе и сразу прошел в ее комнату. Через пару минут в комнату вошла и она сама с вазой, в которой огромным веником стояли розы.
Полуэктов, пять минут назад уверенный в том, что надо говорить, не мог вообще открыть рот. Подходящие слова исчезли совершенно. Молчание становилось неприличным. Наташа села на диван рядом с Сергеем.
– Ты что-то хотел? – она заговорила первой.
– Да. Я хотел тебя видеть. День сегодня хороший, – изменившимся голосом нес чепуху Полуэктов.
– Давай по существу, у меня еще много работы.
– Если по существу, то… – Полуэктов сделал небольшую паузу и совершенно буднично сказал: – Выходи за меня замуж.
Наташа немного опешила. Чего-чего, а предложения выйти замуж она явно не ожидала. Подмечено, что среднестатистическая женщина хочет выйти замуж гораздо больше, чем среднестатистический мужчина. И любое предложение замужества – это как орден, подтверждающий высокие качественные характеристики девушки, которой такое предложение делают.
Наташа молчала. Полуэктов тоже не знал, что еще надо говорить в таких случаях.
– Сереженька, ты очень хороший, – удивительно спокойным голосом сказала Наташа, – мне очень приятно от тебя слышать эти слова. Но понимаешь… Я сейчас не могу выходить замуж.
– Ты меня не любишь? – совершенно по-идиотски спросил Полуэктов.
– Ты очень хороший, и я очень тебя ценю. То, что между нами есть, – это не любовь, а, может, гораздо ценнее.
Полуэктов чувствовал, что еще чуть-чуть и у него начнут капать слезы. Чтобы как-то справиться с эмоциями, он встал и подошел к окну. Сергей смотрел в окно, но видел лишь расплывчатый квадрат пасмурного дня.
Не поворачиваясь к Наташе, он начал говорить:
– Мне плохо без тебя. Я не знаю, как без тебя жить. Я не знаю, как проводить время, когда тебя нет рядом. Мне нужно видеть твои глаза. Мне очень ты нужна.
– Сереженька, я же твой друг. Я никуда не собираюсь деваться. Давай останемся друзьями. Мне тоже очень хорошо с тобой. Я совсем другая, я отличаюсь о той, которую ты придумал. Тебе нужна девушка, которая сможет тебя любить просто за то, что ты такой необычный и надежный. И ты, я уверена, найдешь такую девушку. Только посмотри вокруг.
– Мне никто, кроме тебя, не нужен, – обреченно отвечал Полуэктов.
– Это ты сейчас так говоришь. Пройдет месяц или два, и ты будешь смеяться, вспоминая этот разговор.
– Мне очень плохо. Я пойду.
– Может, чаю выпьем?
– Нет, мне тоже надо готовиться к зачету, – совершенно убитым голосом сказал Полуэктов и решительно пошел к двери.
Всю следующую неделю Сергей не мог найти себе места. Он ходил в университет, общался с друзьями, но все происходило словно в каком-то забытьи. В мозгу постоянно пульсировала мысль: «Как я буду жить без Наташи?» Как назло, дело шло к сессии, и Сергей уверенно двигался к ее провалу.
Полуэктову не хватало точки опоры. Он просто не знал, что делать, а все действительно важные и значимые занятия казались тщетными. Ничего не могло приблизить Наташу. Сергей начал писать ей письма. Каждый день с того воскресенья он исписывал по два-три листочка и отправлял по почте. Несколько раз он ходил к ее дому и бросал письма в почтовый ящик. Со стороны Сергей выглядел жалким.
Все закончилось бы хроническим неврозом и отчислением из университета, если бы не Зайчиков. В середине второй недели страданий Влад зашел к Полуэктову в гости. Причем инициатива исходила от Зайчикова. Влад где-то достал оригинальный виниловый диск «On Every Street» любимой его группы Dire Straits. Он притащил его, чтобы переписать на кассету и послушать в компании Полуэктова.
Перед тем как приступить к задуманному, Зайчиков предложил сходить за пивом. Влад, кроме всех своих талантов, мог еще выпить неограниченное количество этого напитка. Его он мог пить в любое время года. В ближайшем гастрономе они купили шесть литров разливного. Влад хотел купить еще, но деньги у Полуэктова кончились.
Пиво и музыка – отличное лекарство от многих проблем. После первых трех литров на двоих Сергей почувствовал, что должен все рассказать Владу о своей, как ему казалось, безвыходной ситуации.
Сергей рассказал о том, что сделал предложение, об отказе, о своих переживаниях.
– Тебя опасно с девушками знакомить, – совершенно несерьезно заметил Влад, выслушав «плач» Полуэктова. И продолжил: – Ты просто находка для женщин, мечтающих выйти замуж. Я же тебя предупреждал, что Наташа – это заноза. Застрянет, потом все вокруг нарывать начнет.
– Я же серьезно, а ты все шутишь, – попытался обидеться Полуэктов.
– И я серьезно. Ты вот сейчас убиваешься, только чтобы ничего не делать. И все тебя должны за несчастную любовь жалеть. Можно жалостью некоторых женщин склонить к краткосрочному сексу. Ну, как вариант… Налей мне еще пива.
Полуэктов наполнил бокалы, и они выпили. Оставалось всего около литра. Зайчиков продолжал философствовать:
– Знаешь, что я больше всего ценю в женщинах? Я в них ценю свободу. Если я чувствую себя свободным, мне хорошо, да и ей неплохо. А вот если отношения превращаются в тюрьму, то это плохо для всех. Наташа ищет и найдет себе еще какого-нибудь урода. А ты просто слишком хороший для нее. Ей надо мучиться. А она мучает тебя. Мой тебе совет – забей.
– Не могу. Я пытался забыть, но не могу.
– А ты не забудь, а забей. Это две большие разницы. Давай я тебя познакомлю с подружками Яны. Ты даже не представляешь, сколько красивых и вполне вменяемых девушек не могут найти себе парня. А ты еще приличный и малопьющий. Само то.
– А как забить? – задал дурацкий вопрос Полуэктов.
– Очень просто. Надо жить как раньше, до Наташи. Ты все зачеты уже сдал?
– Ни одного.
– Клиника! Вот с зачетов и начни. Чем больше будешь заниматься конкретными делами, тем меньше будет времени для страдания. Можешь по утрам бегать, а по вечерам пить со мной пиво. Главное – движение. Какая музыка классная! – резко изменил тему разговора Зайчиков.
– А мне «Аквариум» больше нравится, – не согласился Полуэктов.
– «Аквариум» – это с другой планеты. Разливай остатки.
Они допили пиво и еще некоторое время крутили диск. После того как Влад ушел, Полуэктов завалился на диван в своей комнате и, как был в одежде, проспал до утра. Как всегда, рецепт Зайчикова оказался действенным. И через месяц Полуэктов окончательно переболел зависимостью от Наташи.
Как жаль, что тем, чем стало для менятвое существование, не сталомое существованье для тебя…7
Домой от Жени Сергей Сергеевич приехал уже далеко за полночь. Спать не хотелось. Он чувствовал такую энергию, которая могла бы помочь совершить что угодно. Правда, делать Полуэктову ничего не хотелось. Он ходил по квартире и раз за разом прокручивал в голове события прошедшего вечера.
Женя удивляла и очаровывала его одновременно. Ее непредсказуемость и непосредственность не имели границ. Полуэктов ощущал, как рыба ощущает воду, что неотвратимо растворяется в чувствах к Жене. Эти чувства можно называть любовью, но вряд ли одним словом можно описать то безумие, которое охватило Полуэктова.
Сергей Сергеевич был счастлив, как ребенок, которому подарили игрушку, о которой он давно мечтал. Дни без Жени теперь казались лишь досадным фактом географии. Две точки – Полуэктов и Женя – наконец существовали в одних координатах. Теперь он надеялся, что будет видеть Женю каждый день и каждый день будет создавать новое ощущение счастья и возможности для создания чего-то большего, о чем можно только догадываться и о чем так трудно сказать с помощью слов и букв.
Полуэктов даже хотел выпить пару рюмок джина, но вспомнил, что его ждет работа, взятая из офиса. Желание напиться усилилось в несколько раз. Но сразу реализовать этот порыв не получилось, и через пять минут Сергей Сергеевич уже сидел за компьютером и с прилежностью хорошего ученика щелкал по клавишам.
Завершить работу над отчетом удалось только к трем ночи. Голова гудела, но факт окончания пусть рутинного и нетворческого, но все же дела положительно сказывался на внутренней самооценке. Мысли о Жене постепенно заполнили все освободившееся пространство мозга Полуэктова. С ними, с этими мыслями, он прилег на диван и сразу провалился в глубокий сон без сновидений.
Проснулся Сергей Сергеевич в семь утра. Все тело ломило, голова раскалывалась от ноющей боли. Полуэктов сразу сообразил, что заболел и, видимо, у него высокая температура. Он долго не мог собраться с силами, чтобы встать с дивана. Наконец, побрел за градусником на кухню, где в шкафу спряталась импровизированная аптечка. Его сильно шатало, в ногах чувствовалась чудовищная слабость. От страха потерять равновесие Полуэктов несколько раз прислонялся к стене коридора, ведущего на кухню.
С трудом отыскав градусник, минуты две мерил температуру. Термометр показывал тридцать девять и восемь десятых. Стало страшно: такой высокой температуры он у себя не помнил. Надо было срочно ее сбить. Выпив две таблетки парацетамола, Сергей Сергеевич, шатаясь, поплелся к дивану, на который упал, и забылся в полусне примерно на час. Очнулся весь мокрый: температура понемногу снижалась.
Надо было отправить отчет и позвонить на работу. Полуэктов, плохо соображая, включил «железного друга», нашел нужный файл и нажал «доставить». Начальник, которому он тут же позвонил, дал добро не приходить на работу и пожелал выздоровления.
Сергей Сергеевич чувствовал, что температура возвращается горячей, душной волной. Надо было вызывать врача. Участковым врачам из районной поликлиники Сергей Сергеевич не доверял. Все бесплатное вызывало у Полуэктова устойчивое недоверие, особенно здравоохранение, где результат имеет значение. В редких случаях недомогания он обращался к своему знакомому преподавателю медуниверситета Александру Васильевичу, которого он не то в шутку, не то в серьез называл семейным доктором. Александр Васильевич всегда был рад попрактиковаться.
Телефон Александра Васильевича не отвечал. Полуэктов опять провалился в полусон. Ему снились голоса то ли сослуживцев, то ли соседей. Может, это за стенкой работал громко телевизор? Зазвонил телефон. Полуэктов нажал кнопку приема, звонил доктор.
– Здравствуйте, Сергей Сергеевич. Вы звонили? Извините, не мог ответить, был на лекции.
– Да, я звонил. Кажется, я заболел. Температура высокая.
– Какие еще симптомы?
– Никаких, лишь в горле немного скребет.
– Выпейте что-нибудь от температуры с витамином С и постарайтесь уснуть. Я могу приехать часа через полтора.
– Жду, – сказал Полуэктов и нажал отбой.
Сергей Сергеевич очень хотел позвонить Жене, но сомневался, стоит ли грузить ее своими проблемами. Полуэктов не любил ныть. Звонок больного и плохо соображающего человека, по его мнению, не очень уместен в рабочее время. Сергей Сергеевич улегся дожидаться доктора с твердым намерением позвонить Жене вечером.
Александр Васильевич приехал почти минута в минуту, как и обещал. Он тщательно осмотрел Полуэктова и жизнерадостно заявил:
– Жить будете, милостивый государь, банальная ангина, – доктор любил использовать старорежимные словечки, от этого он иногда напоминал докторов из чеховских рассказов. – Я выпишу вам лекарства. Через три дня вы сможете бегать, как мустанг по просторам прерий.
– Мне бегать не надо, мне на работу надо: завал, – обреченным голосом сказал Полуэктов.
– Если хотите вылечиться, минимум дня три надо побыть дома. Работой можно заниматься и по интернету. Больничный вам нужен?
– Наверное, нет. В нашей конторе к этому относятся либерально. Главное – не злоупотреблять.
– Звоните мне каждый день. Я думаю, уже завтра станет гораздо лучше.
Александр Васильевич нехарактерным для доктора красивым и разборчивым почерком написал список необходимых лекарств и периодичность приема. Деньги для врача Полуэктов обычно складывал в конверт. Александр Васильевич говорить о деньгах считал моветоном, просто брал приготовленный белый прямоугольник и клал в портфель. В этот раз Сергей Сергеевич конверт приготовить не успел. Пришлось идти за бумажником. Доктор уже оделся и ждал Полуэктова в дверях.
Торопливо пряча в портфель полученную сумму, Александр Васильевич погрозил пальцем:
– Еще раз прошу вас: три дня – соблюдение режима, прием лекарств и процедуры. И больше отдыхайте, от работы себя плохо чувствуют не только кони.
После ухода доктора Полуэктов сразу почувствовал себя лучше. Он порылся в аптечке, нашел и нужные таблетки, и сироп для полоскания горла. Таблеток не хватало на весь прописанный курс, но на один день – достаточно. Выпив все, что нужно, Сергей Сергеевич лег на диван и почти мгновенно уснул.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.