Путь. Дневники Путешественника

Глава 1

Вынужден вам признаться, что это вовсе не начало истории, но и не ее конец. Наше Путешествие начинается откуда-то с середины. Там, где утро только забрезжило на горизонте. В тот день, как это заведено во всех достоверных историях, шел дождь. Хотя тут я немного ввел вас в заблуждение, ведь дождь к тому времени уже закончился, и в воздухе висела необыкновенная освежающая прохлада, зовущая за собой.

Если хорошенько приглядеться к крыше обычного в этих местах здания, то можно заметить еле различимые башенки воздуховода. Если же в этот день вам посчастливилось захватить с собой бинокль, то, всмотревшись в черную гладь, вы бы обнаружили на одной из таких башенок человека.

Он сидел неподвижно, и взгляд его был прикован к горизонту. Волосы мерно колыхались под порывами ветра. Увидев его в первый раз, невозможно было сказать, что он чем-то отличается от всех остальных. Правда, было нечто неуловимое в его уверенной позе с подогнутой под себя ногой, в затертых до дыр джинсах и задумчивом взоре, устремленном к небу. Что-то в этом человеке приковывало внимание и заставляло рассказывать именно о нём, а не о ком-то другом. Похоже, на то были причины…

К слову, ему очень нравилась эта освежающая прохлада. Вообще тот момент, когда дождь заканчивался, и будто бы рождался другой мир, вызывал у него детский восторг. Казалось, что этот мир был лучше и, несомненно, чище прежнего. Вдыхая полную грудь пропитанного озоном и влагой воздуха, он чувствовал, как дрожь прокатывается по всему телу. В эти минуты особенно приятно думать, что если у природы выходит сотворить такое чудо за одно мгновение, значит, нечто невероятное может получиться у каждого.

На лице странного незнакомца блуждало выражение то ли глубокой мысли, то ли всепоглощающей тоски. Ему самому трудно было понять, что на душе в этот момент. Ловко спрыгнув с рукотворного возвышения на крыше, он пошел к краю, навстречу поднимающемуся полукругу солнца. Встав у самого обрыва, еще раз глубоко вздохнул и огляделся. Перед ним простирался обычный мегаполис, который так любит засасывать в круговорот повседневности, и с небоскреба хорошо просматривались замысловатые повороты городских улочек.

Покосившись по сторонам снова, он задумчиво закатал рукава и поднял руки к небу. От локтей до плеч они были испещрены символами, которые с первого взгляда казались зловещей клинописью. Присмотревшись повнимательнее, можно было увидеть, как первые из них начинали меняться, превращаясь в понятную всем речь, увлекая за собой остальные. Вскоре наш герой уже мог, особо не напрягаясь, читать оставленную неизвестно кем для него надпись, и она гласила следующее: «Будь осторожен. Всё не то, чем кажется. Если мир обманчиво привлекателен, и ты чувствуешь только хорошее, задумайся. В мире Путешествий нет боли, нет страха и печали. Всё имеет вкус, как в воспоминаниях детства и заветных фантазиях. Чувства обманчиво идеальны. Если это так, то ты спишь, и есть только один способ выбраться. Прыгай!»

Дочитав эти строки на неизвестном языке, человек опустил рукава вниз и огляделся вокруг. Всё было каким-то слишком уж правильным, и это настораживало. Всё так и звало остаться. Еще раз вдохнув свежий воздух, он произнес:

– Ну, была не была! – С этими словами Арсений шагнул в пропасть.

***

Вы когда-нибудь задумывались над смыслом слова «перемены»? Они приходят в жизнь, хочет человек того или нет, создается впечатление, что мы вовсе не имеем над ними власти. Именно так считал наш герой, один из топ-менеджеров крупной корпорации. Если бы читатель увидел его прогуливающимся по улице, то никогда бы не угадал, о чём тот думает в данный момент. Арсений же всеми фибрами души ненавидел размеренную жизнь, которая из одних четырех стен, домашних, гоняла его в другие надоевшие стены, рабочие. «Радоваться бы да благодарить судьбу за такую жизнь», – скажете вы, и будете, безусловно, правы. Правы для себя, но вовсе не для нашего героя.

К моменту начала этого повествования он уже давно потерялся. Потерялся в своем городе, в своей жизни, потерялся в себе. Вроде бы, всё, к чему он так долго и упорно стремился, достигнуто… И что теперь? Ну нет дальнейшего вектора – и всё тут! Застрял на месте, а если человек не движется вперед, значит, он медленно катится вниз. Так считал Арсений, и он имел на это полное право.

Именно в период таких жизненных переживаний в его жизнь ворвались Путешествия. Нет, это были вовсе не те круизы, в которых туристов сгружают в отель, и они валяются под солнышком на пляже, мерно поджариваясь с разных сторон. И даже не умопомрачительные и экстремальные вылазки к дикой природе. Не каякинг, сноубординг или какие-то другие виды спорта. Если говорить откровенно, Путешествия не походили ни на что из того, что уже приходилось Арсению встречать в своей жизни.

Как-то раз, просиживая очередной рабочий день за монитором компьютера, он лениво «серфил» странички в Интернете в поисках хоть чего-нибудь интересного. Но вокруг были всё те же унылые группы с одинаковыми «ржачными» картинками, которые «постили баяны» направо и налево, и столь же унылое множество мотивационных пабликов, рассказывающих ему то, что он давным-давно знал и постоянно делал. Неожиданно он наткнулся на еле приметную ссылку в переписке каких-то почти сумасшедших, которые вовсю обсуждали сны на форуме, посвященном эзотерике и всему, что с этим связано.

На криво слепленном сайте было много действительно интересного, Арсений даже привстал из своего огромного кресла и стал внимательно пожирать каждое слово. Сайт ослеплял неизвестными понятиями: «транссерфинг реальности», «осознанные сновидения», «сталкинг». Что означали эти слова, наш герой даже побаивался предположить, но всё было так увлекательно и необычно, что он сосредоточенно изучал каждую строчку, выуживал информацию по ниточке. Чуть-чуть поднаторев в предмете, он и сам включился в обсуждения. Всё оказалось не таким сложным, каким выглядело на первый взгляд.

На протяжении многих поколений люди пытались проникнуть в тайну человеческого сознания. Удавалось им это с переменным успехом. Многие сходили с ума, но вот наконец наше поколение смогло слегка приблизиться к разгадке. Только к разгадке чего? Вот этого-то никто толком сказать не мог. Было ясно, что в нашем подсознании заложена какая-то тайна, которую пока не познал никто, или почти никто. А посвященные, коих было ничтожное число, простому смертному были недоступны.

Арсений «подсел», как какой-то наркоман. Скупил все книжки на эту тему, скачал всевозможные «учебные» материалы – и вскоре мог утереть нос любому из участников дискуссии, но вовсе не этого он жаждал. Он хотел действовать, хотел присоединиться к чему-то действительно стоящему, и такую возможность давали Путешествия. В теории, не подтвержденной, правда, еще никем, можно было попасть в пространство между реальностями и использовать его для осуществления любых своих целей, для самопознания и самосовершенствования. Для Арсения это были не просто слова.

Через некоторое время после вхождения в эту среду его пригласили на закрытый семинар. Однозначно очень редкий, поэтому и крайне дорогой, но там разочарованию нашего героя не было предела. Семинар больше походил на секту, все улыбались и хлопали в ладоши, а затем лектор с умным видом поведал о том, что Арсений и без того знал на зубок. Правда во время фуршета, изрядно набравшись, этот самый лектор обмолвился, что один раз в жизни он имел счастье лицезреть настоящего Путешественника, но разговор у них как-то не заладился, и тот «испарился в ночи». Эту историю лектор рассказывал как анекдот, но Арсению достаточно было знать, что такой человек существует. Больше ничего и не требовалось.

***

Судьба всегда преподносит нам множество сюрпризов, и невозможно знать наперед, что будет с тобой завтра. Можно верить, конечно, что всё происходящее – лишь цепочка никак не связанных друг с другом случайностей, но судьба всё равно будет плести нить событий, которые приведут человека в нужное время именно в то место, где он должен оказаться. Или быть вовсе не должен.

Именно в таком месте не должен был находиться человек, стоящий посреди улицы в китайском квартале со скомканной бумажкой в дрожащей руке. Он был там только благодаря нелепому случаю, но, наткнувшись в Интернете на разговор посетителей одного ресторанчика, где, по слухам, можно было встретить старого мудреца-китайца, он машинально записал координаты на бумажке и, не обращая внимания на пристальные взоры коллег, вышел из офиса. Совпадение, что нужный человек сейчас находится именно в этом городе да еще чинно рассуждает о Путешествиях с посетителями какого-то ресторана, казалось нелепицей, но лучше всегда проверить. Да и ноги сами несли нашего героя вперед.

«А почему если мудрец, то обязательно китаец? Да еще старый? – думал он, пока ехал, а точнее двигался в сплошной пробке из пункта А в пункт Б. – Наверняка у него к тому же длинная белая борода и дебильная шапочка! Как этот мир предсказуем…»

Тем не менее ресторан производил достаточно приятное впечатление, всё было аккуратно и вполне благопристойно. В столь ранний час внутри никого не было, и персонал заботливо расставлял столы и стулья, готовясь к приходу посетителей. Когда Арсений вошел, все участливо прекратили свою работу и поклонились, на секунду застыв в свойственном китайским ресторанчикам приветствии.

«Да и на что я надеялся, придя в столь ранний час?» – подумал Арсений и, опустив плечи, поплелся к выходу, но выйти оказалось не так-то просто.

С ловкостью беснующейся макаки к двери задом подкралась уборщица, совершенно не вписывающаяся в интерьер. Ей удалось перегородить не только дверь, но и все подходы к ней между столиков, так что ничего другого не оставалось, как просто подождать, пока она отойдет.

– Чего тут стоишь? Что смотришь? – Она обернулась так резко, что наш герой от неожиданности даже слегка отпрянул.

– Да и не смотрю я вовсе, просто хотел выйти. Слышал, что у вас тут один старый мудрец бывает, да, видимо, рано еще, зайду после.

– Аа-а, так бы сразу и сказал, а то топчется тут… Ты это, наверное, про Василя говоришь? Бороду отрастил, значит, и мудрецом себя мнит, тоже мне еще… Да тут он, тут! Ты за угол загляни, он всегда там сидит. Кстати, и не припомню, чтобы его там не было. Странно это всё, чертовщина какая-то. – Уборщица, видимо, задумалась о чём-то своем и молча ушла в подсобку.

За углом, приютившись в прохладной тени, действительно сидел старый китаец, и вид его был до безобразия знакомым. Да, он, и правда, был похож на ходячий, а если быть уж совсем точным, сидячий стереотип: «старый мудрый китаец». Всё было при нём – и длинная белая борода, и оранжевый халат, и даже вытянутая трубка, из которой ввысь клубами уплывал дым. Разве что шапочки, которую так неистово клеил на этот образ наш герой, не было, но это не портило общей картины.

– Садись, – тихо, медленно и приветливо сказал он.

– Ээ-э… здравствуйте! Меня зовут Арсений, Арсений Товстолуцкий. Я к вам, собственно, вот по какому делу… Смотрел я тут Интернет… – быстро жестикулируя под пристальным взглядом китайца, стал тараторить наш герой.

– Не нужно лишней суеты, я знаю, зачем ты пришел. Я существую сразу в нескольких мирах, они по какой-то причине пересекаются, и в одном из них у нас уже был этот разговор, – не спеша продолжил китаец.

– Как это в нескольких мирах? Вы имеете в виду что-то наподобие матрицы? Несколько миров одновременно… я не понимаю… Это связано с миром сновидений? – ошарашенно затараторил Арсений и осел на стуле. Столь резкой откровенности он не ожидал даже от такого собеседника, и первая мысль была о том, что этот человек сумасшедший.

– Тебе не нужно понимать. Чтобы постичь таинство, нужно пройти не одну ступень обучения. С миром сновидений это связано мало, хотя и имеет к нему непосредственное отношение. Это отдельный путь, но узнать у кого-либо о «Пути» крайне сложно. Истинный Путешественник находит себе одного ученика за свою жизнь, от силы – двух, но, так как этот разговор уже был у нас, я знаю, что твои мысли чисты, и расскажу тебе о ступенях.

Старик начал свой рассказ, но речь его была витиевата и непонятна. Познавший иную реальность редко заботится о том, чтобы его поняли. Говорили они весь день и всю ночь. Теперь после работы Арсений мчался в этот ресторанчик, подсаживался за крайний столик, к столь необходимому ему источнику знаний. Старик говорил, а его ученик писал, стараясь не упустить ни слова из сказанного, чтобы потом попытаться осознать всё. Они беседовали почти до утра каждый раз, иногда спорили. Иногда даже ругались, не сойдясь в точках зрения, но неизменно на следующий день встречались, пока однажды старик попросту не пропал.

Как выяснилось, ни Арсений, ни кто-либо из персонала ресторанчика не знали даже его имени: кто-то говорил, что это бывший пьяница, в один момент «словивший» просветление, кто-то – что это нелегальный мигрант, приехавший из Монголии. Но точно никто не мог назвать ни его имени, ни адреса, ни тем более номера телефона.

Много времени наш герой убил на поиски и уже начал впадать в отчаяние, пока сам не нашел ответ на то, что произошло. Ответ был выписан в его блокноте, куда каждый день после работы он кривоватыми загогулинами записывал мудрые слова своего наставника. Дочитав блокнот до конца, Арсений понял, почему старик его покинул. Просто всё, что нужно, уже было сказано и осмыслено, и можно было приступать непосредственно к практике.

***

Старик разделил обучение на несколько ступеней, которые как лестница вели юного Путешественника от одного измерения к познанию чего-то нового. Первая ступень, по мнению Учителя, была самой простой, он называл ее «Создание собственного мира» и говорил об этом так: «Первое, чему учится молодой Путешественник, – это то, что наш мир не монолит, он состоит из великого множества частей – «Миров одного человека», которые в совокупности создают нашу реальность. Сложно понять, а тем более поверить в это, но стоит увидеть один раз мириады идущих по улице разноцветных сфер, как понимаешь, насколько до этого ты был слеп. Именно это послужило тому, что в разных культурах возникли понятия ауры и кармы. Эти полусферы и составляют «Мир одного человека», но природу их понимаешь позднее. Затем Путешественнику предстоит самое сложное: научиться видеть свой мир, а после – стать его хозяином. Для этого необходимо войти в особое состояние, находящееся между сном и бодрствованием, которое позволяет созерцать «свой мир». Некоторые используют для этого различные препараты, но истинному Путешественнику это ни к чему, он может видеть, а точнее – учится видеть сквозь слои реальности. Когда это становится частью его жизни, можно сказать, что Ученик познал первую ступень».

Арсению всё давалось как-то слишком просто. Внемля мудрым словам Учителя, он быстро постигал все азы и вскоре уже чувствовал себя, что называется, в своей тарелке в этом заново открытом им мире. И вот он уже мог расширять свое сознание, переходить из одного состояния в другое, и это доставляло ему огромное удовольствие. Он как фантом выходил из тела и бродил вокруг своей кровати, но далеко отходить боялся. Связь ослабевала, и он тут же просыпался.

Затем шла вторая часть обучения, а соответственно, и вторая ступень. Китаец называл ее «Принятием мира других». И Арсений не сразу понял, что именно это означает. Как ни парадоксально, сложнее всего даются не тренировки и вовсе не крушение обычной картины мира. Сложнее всего осознать, что ты не всемогущ. Все проходят через это, но ни у каждого хватает сил противостоять собственной натуре, алчущей власти… Именно это и является вторым испытанием.

Во время тренировок, а затем и свободных Путешествий по этому причудливому миру, порой приходит ощущение всесилия. Ты среди людей, но невидим, или видим по своему желанию. Этот мир одновременно и существует, и не существует. Возникает что-то вроде параллельной реальности рядом с нами, что непостижимым образом может влиять на вещи в реальности общей. К примеру, можно передвигать предметы, не прикасаясь к ним. Наверняка вы слышали о феномене полтергейста? Скорее всего, это были проделки Путешественника.

Со временем и вовсе удается изменять окружающий мир согласно своим желаниям: путешествовать на край Вселенной и вытягивать время как заблагорассудится. Самое поразительное, что ты при этом находишься в своей комнате и возвращаешься обратно, когда пожелаешь. Тело во время таких Путешествий отдыхает, а это значит, что с утра ты будешь чувствовать себя бодрым и выспавшимся, но забыть то, что происходило во время Путешествий, невозможно. Однако всё это чревато тем, что со временем вырабатывается «комплекс Бога».

Ничего уже больше не имеет значения, кроме этих Путешествий, мир кажется таким маленьким, а люди в нём – никчемными по сравнению со знаниями, которые ты постиг. На замечания отвечаешь грубостью, замыкаешься в себе, а с недоброжелателями разделываешься в другом мире. Поразительно, насколько неразрывно связанным оказывается в иной реальности всё то, что мы воспринимали как данность. Карма, аура или просто энергетические токи земли в этом Межмирье становятся вполне понятными и логичными: они призваны обозначать и связывать разные миры, пронзая насквозь реальность.

Каждый человек связан с природой невидимыми нитями. Если немного с ними поработать в состоянии злости, то выходит непредсказуемый результат, и редко он позитивен. В основном человеку начинает тотально не везти, вплоть до того, что он может провалиться в люк по дороге на работу и сломать шею. Пользуясь именно такими возможностями своего положения, начинаешь ощущать себя Богом: никто не может остановить тебя, ты сам себе хозяин, можно сказать, хозяин жизни. Так может продолжаться очень долго, пока не осознаешь, что ты такой не один.

Арсению повезло, ему помог Учитель, тот самый старый китаец. Просто однажды, когда Путешественник экспериментировал, кто-то постучал в дверь, и когда Арсений ее открыл, его с легкостью припечатали к стенке.

– Что ты творишь? – спросил Учитель. – Неужели не понимаешь, что они обычные люди? Такие же обычные, как и ты. В тебе нет ничего выдающегося, раз ты так поступаешь, даже не освоив третью ступень.

Приведя Арсения в чувство и напичкав нравоучениями в стиле восточных мудростей, наставник поведал, что на двух ступенях обучение не заканчивается, это всего лишь его начало. Самая главная ступень для Путешественника – третья, завершающая обучение.

– Тебя не удивило, что в твой мир беззастенчиво вторгся я, хотя ты считал его своим? – снисходительно спросил старец.

– Да, это кажется немного необычным, хотя я уже перестал чему-либо удивляться, – потирая ноющее от удара о стену плечо, ответил Арсений.

– И боль чувствуешь? Хотя раньше такого не было с тобой здесь, – улыбнулся китаец.

Это действительно казалось странным, раньше боли и неудобств в этом Межмирье Арсений не ощущал и всеми своими эмоциями управлял сам, а теперь, как он ни старался, плечо ныло всё сильнее, и боль разрасталась.

– А всё потому, что ты меня не слушаешь! Ты, макакоподобное субсущество! У тебя были планы и стремления, желание помогать людям, а сейчас ты на кого похож? Нашел конфетку – и бегает, хвастается всем! А вот что ты сделал хорошего за всё это время? Да ничего! Ходишь и портишь людям жизнь, хотя им и так несладко. Думаешь, они грубят по доброте душевной? Ан нет! Такими их сделали другие люди, точно такие же, как ты! – Наставник ткнул тонким крючковатым пальцем прямо в нос Арсению, и лицо старца в первый раз исказила гримаса злобы.

– Я, я, я думал… – внутри молодого Путешественника всё менялось, он осознавал свое положение и вообще тот круговорот неприятностей, которому стал причиной. Как понимал и то, что в итоге эти неприятности должны были дойти и до него самого.

– Думал он! Индюк тоже думал! Не для того я рассказал тебе тогда всё то, что ты знаешь. Не для того привел из обычного мира к воротам Пути. Тогда в этом ресторанчике я видел перед собой личность, я видел человека, а ты умудрился его испортить, да как тебе не стыдно! – Старец качал головой, но его нравоучения теперь звучали скорее шутливо, чем серьезно. – Тем не менее, – продолжил он, – я почему-то всё еще верю в тебя, и мне кажется, что Путь должен быть открыт тебе. Третья ступень – это и есть дорога к Пути, и не надо меня спрашивать, что это такое. У каждого свой Путь. Понять, что это, и пройти его нужно самому. Только тогда ты станешь настоящим Путешественником. Путь – это помощь, как бы глупо сейчас это ни звучало, никогда не забывай этого, – сказал китаец и протянул Арсению старый затертый до дыр фолиант. – Тут ответы, желаю удачи. – Затем Учитель резко вскочил и вышел в дверь, не дав сказать Арсению ни слова.

Оказалось, что фолиант можно прочесть только между мирами, в реальности его попросту не существовало. А когда Арсений оставлял его на тумбочке у кровати, утром там было пусто. В книге подробно разъяснялось, что представляет собой третья ступень, и как достичь ворот того самого Пути, о котором говорил наставник. Столь необычное знание манило юного Путешественника, и он не уставал применять прочитанное на практике.

На третьей ступени приходило знание о том, что, кроме мира людей, есть еще одно измерение. Измерение общее, в которое может попасть каждый страждущий после определенной подготовки. Процесс этот требовал неимоверных усилий и, как ни странно, денежных средств на реквизит.

Это измерение представляло собой отражение нашей действительности, было целым миром, созданным коллективным сознанием людей. На бумаге всё действительно казалось слишком заумным и путаным, но на практике это должно было выглядеть как дверь, за которой непрерывно идет сводка новостей. И в этом круговороте событий можно поучаствовать, увидев всё – от небывалого ужаса Вселенной до снизошедшей благодати – на свой выбор.

Тем не менее в фолианте было множество непонятных слов и запутанных предложений, которые можно было трактовать и так, и эдак. В частности, там говорилось, что в этом «Срединном мире» – как он там назывался – нужно найти дорогу, которая приведет к тому самому Пути. Сам Путь рассматривался чуть ли не как высшее благо: «Только благодаря Пути Путешественник может изменить реальность. Скроенная из обрывков реального и нереального, она склонна трансформироваться, но грани размыты. Недосказанность и отсутствие действий делают ее серой и обыденной. Именно сквозь эти грани и пролегает Путь страждущего. Каждая грань – свой мир, и каждый мир – лишь отражение мира реального. Эта связь не утеряна и соотносится друг с другом как часть с целым».

– Даже не знаю, что сказать по этому поводу, – думал вслух Арсений, – в этих мудреных фразах сам чёрт голову сломит, какая-то адская смесь буддизма с оккультизмом. Теперь понятно, почему Учитель отрастил эту смешную бородку. Видимо, придется, как всегда, всё познавать на практике. – И наш герой демонстративно щелкнул пальцами, знаменуя тем переход к следующей ступени.

***

Солнце, скрывая алый полукруг за почти неразличимой гранью горизонта, пыталось отдать земле последние лучи, всё более багровея и приковывая взгляды тех романтиков, которые с упоением смотрели на это чудо природы. Тем временем сама природа напряженно ждала вечера, а за ним и ночи – излюбленного времени Путешественников. И ожидание это было столь томительным, что даже непосвященному было бы понятно: должно произойти нечто нетривиальное.

Это нечто шепотом ветра проносилось по просторам необъятных полей и океанов, и шепот возвещал во всеуслышание:

– Путь. Путь! Нашелся человек, готовый вновь пройти Путь…

И было в этих словах что-то настолько привлекательное и завораживающее, что обычный человек, услышав этот шепот и не различив слов, ощущал радость. А этот вечер, вечер начала Путешествия, становился одним из великолепнейших дней в году, о которых вспоминаешь, даже не понимая причины своей радости.

Глава 2. Мир Срединный

У каждого человека на земле есть свой ограничитель: страхи и надежды, принципы и обещания. Но мало кто знает, что они – не просто каприз. За это отвечает целый раздел головного мозга, который призван не дать нам узнать слишком многого. Не приблизиться вплотную к тому, что может навредить и разрушить созданную нами же картину мира. Именно такой «ограничитель» и не пускает Путешественника в Срединный мир, ведь если ты не посвящен в тайны этого крайне непростого места, то можешь испугаться до смерти, а то и попросту сойти с ума.

Попадая в этот мир – мир грез и стенаний, мир, созданный и загаженный самим человеком, – ты уже не ощущаешь, что находишься вне реальности. Ты живешь в нём, чувствуешь, действуешь и можешь умереть. Страх и боль будут точно такими же, за одним исключением – ты проснешься, или, по крайней мере, должен проснуться…