Социология мировых цивилизаций: Западно-христианская цивилизация

Не оправдалась и другая цель вхождения этих стран в Евросоюз – укрепление самого союза, повышения его совокупной конкурентоспособности перед США в рамках Западно-христианской цивилизации и в целом в мировой вертикальной цивилизации. Ключевая для Евросоюза проблема – глубочайшая внутренняя дифференциация из-за не только уровней развития национальных экономик, но и культурных факторов, – не только не сгладилась, но ещё больше усилилась. Принятие в ЗХЦ представителей Восточно-христианской православной цивилизации потерпело провал из-за цивилизационного несходства культур и образа жизни.

Неоколониализм.

В Евросоюзе образовалось весьма своеобразное, давно забытое для европейского континента явление – внутренний неоколониализм. Сложилась характерная для колоний двухсекторная экономика: 1) то, что осталось после приватизации Западом национальных отраслей экономики; западный сектор, целиком находящийся в собственности иностранного капитала. Итоги интеграции В странах-новоделах Евросоюза произошли исключительно негативные явления. Деиндустриализация, чему способствовала ориентация экономик этих стран на внешний рынок Евросоюза. Венгерские «Икарусы», чешские «Шкоды», румынские «Дачи» и прочие аксессуары индустрии Восточной Европы, годные для экспорта в СССР, для Западной Европы оказались никому не нужными. Утрата финансовой независимости. Перепрофилирование банковских систем под контроль банков Германии, Франции и др. значительно превосходящих местные банки финансовых организаций Евросоюза. Перенос в страны-новоделы экологически грязных и вредных производств. Миграция квалифицированного рынка труда в Западную Европу. Например, из Румынии уехало до 30 процентов (2-3 млн) экономически активного населения. Превращение промышленности в сборочный цех примитивных и несамостоятельных технологий. Жизнь в долг. Без кредитов Западной Европы невозможно обеспечение элементарного прожиточного уровня населения.

Выводы

№ 1. Так называемое восточное партнёрство ЕС со своими новыми членами на практике оказалось примитивной неоколониалистской политикой их привязки, или правильнее – привязки их элит к экономике Западной Европы. Цель весьма тривиальна – обеспечение экспансии европейского бизнеса на Восток. Современный вариант давней программы «Дранх нах остен».

№ 2. Утрата культурных ценностей всем Евросоюзом. Неспособность активно противостоять так называемой американизации европейской культуры. Её переориентация на низкопробную в духовном отношении массовую культуру.

№ 3. С учётом этого неудачного опыта европейской интеграции в Евросоюзе сложилась удручающая своей примитивностью внутренняя дифференциация его членов:страны-доноры, развитые экономически и финансово ГПЦ Евросоюза – Германия, Франция, Великобритания; самообеспеченцы, своего рода западноевропейские трансферты – это государства-карлики плюс середнячки вроде Голландии, Швеции, Норвегии (за счёт продажи энергоресурсов), Швейцарии (по-прежнему функция мирового банкира); крупные получатели помощи – Италия, Испания, Португалия; экономически слабо развитые страны, не располагающие политическим ресурсом для выбивания значительной помощи – Польша, Венгрия, Чехия, Румыния, Болгария, все бывшие республики Югославии, вступившие или мечтающие вступить в Евросоюз.

№ 4. Конечно, никто не собирается хоронить Европейский Союз со дня на день. Но не надо забывать, что и похороны Советского Союза во времена существования казались всем откровенным идиотизмом. Именно так воспринимались прогнозы диссидента Буковского, считавшего в 70-е годы, что СССР рухнет в 1984 году. Ошибся на 7 лет. Вообще в геополитических прогнозах погрешность в 10-20-30 лет считается вполне допустимой. Слишком большие величины, чтобы их можно было более или менее конкретизировать. Поэтому, как говорил поэт, будем жить и платья шить из веселого ситца. Они точно будут носиться. В ближайшие 30-40 лет. Россия и Европейский Союз Политическая география Это прежде всего граница в 2200 км, 50% внешней торговли нашей страны, 40% энергоресурсов для Европы. Счёт не на миллиарды, а на триллионы рублей и евро. Игры в «краник» (закрыл-открыл) тут не пройдут. Цель расчёта сделана (уже сделана!) на 25-30 лет. То есть тут не одна повседневность. Здесь реальная, просчитанная до копейки и цента перспектива. Не будем забывать, что до 1941 года вся советская инновационная экономика была построена на немецких технологиях. И если бы нас не столкнули лбами, кто его знает, как бы развивались события в дальнейшем.

Два взгляда на Европу Исторически в России на отношения с Западной Европой существовали 2 точки зрения – западническая и славянофильская. Обе они отнюдь не антагонистического, т.е. диаметрально противоположного свойства. Западники никогда не отрицали самобытности России, а славянофилы технического развития Западной Европы. Но что характерно, ни западники, ни славянофилы никогда не пытались совместить Россию с Западом. Бесполезно. Слишком разные география, климат, природа, этнич- ность, вера, культура. Разные, обоюдоострые, но без поножовщины. По крайней мере со стороны России. Инициатором поножовщины всегда выступала Западная Европа. И всегда получала по полной. Поэтому предостережения канцлера Бисмарка германским и всем западноевропейским правителям не задирать Россию актуальны и по сей день.

Как актуальна и вся историософия отношений России к Западной Европе. Дуализм, чтобы не сказать дихотомия этих отношений, действует и сегодня. Но при этом все страхи и фобии исходят не из России, а из Западной Европы. С одной стороны, считается вполне необходимым и возможным курс на всемерное сближение ЕС с Россией. Не отрицается даже в перспективе тесный экономический союз. В Римском и затем Маастрихтском договорах дипломатично сохраняется возможность за любой европейской страной вступить в ЕС. Пожалуйста. Как, впрочем, и в НАТО. Хотя надо напомнить, что когда СССР в начале 50-х гг. захотел вступить в НАТО, ему отказали. В ответ появился Варшавский договор. Так что на словах одно, а когда доходит до дела, верх берет другая этногеополитика – присоединение России к ЕС приведет к его гибели, потери управляемости и даже растворению. Цивилизационная константа Масштабы России всегда завораживали Европу, будоражили в ней стремление урвать от России кусок пожирнее. Но одновременно и пугали её. Вряд ли что-то всерьёз могло измениться в XXI веке. Поэтому наша цивилизационная константа сводится к следующему постулату.

Отношения РФ и ЕС – это яркий пример межцивилизационного общения-диалога. Пример в целом позитивный после 1945 года. Так как даже в холодную войну не было конфронтации, а тем более военных сценариев. ВХПЦ в лице своей этнодоминанты СССР-России и ЗХЦ в лице ЕС, второго после США западного центра, показывали образец политики мирного сосуществования. И поныне эти два субъекта мировой политики находятся в приемлемых взаимоотношениях. Сошлемся на опубликованный в 2005 году ситуационный анализ (рук. С.А. Караганов) «Отношения России и Европейского Союза: современная ситуация и перспектива». Наверняка как до, так и после этого были и ещё будут другие сообщения и мнения. Но вряд ли они внесут нечто принципиально новое. В этом анализе компактно собрано почти всё основное, что можно собрать. Причём нужно иметь в виду, что это пишут «западники», люди, которые всей душой за вхождение РФ в ЕС. Авторы доклада констатируют: Чем больше роль ЕС во внешнеэкономических связях России, тем меньше степень взаимопонимания элит России и Европы. Это особенно заметно по деятельности Европарламента, в котором чуть ли не ежегодно принимаются анти- российские резолюции.

Отношения России и ЕС находятся в противоречивом и даже кризисном состоянии, при котором серьёзные расхождения в политической сфере и жёсткая конкуренция в области экономики сочетаются с программой сотрудничества, нацеленной на восприятие Россией европейских правил и норм, называемой «стратегическим сотрудничеством». Россия может пойти по пути повторения ошибок прошлого, заменяя конкретные проекты широковещательными декларациями, за которые партнёры могут к тому же потребовать односторонних уступок. Всё это свидетельствует об уникальном месте отношений с ЕС в системе внешних связей РФ.

Тем не менее, эта уникальность не является формальным препятствием для вступления РФ в ЕС. Отсутствует политическая воля с обеих сторон. Плюс ценностные различия между обществами и элитами, недееспособность Европы начать реальный интеграционный процесс с Россией, а также недееспособность российской бюрократии на европейском направлении.

Мирное сосуществование. Безусловно, ни Россия, ни ЕС не рассматривают друг друга как противников на международной арене, стремятся выявить позитив в любой, даже самой конфликтной ситуации. Но при этом отсутствует совместное понимание термина «стратегическое партнёрство», который применяется для официального определения отношений. Такое партнёрство подчас подменяется со стороны ЕС самой жёсткой и мелочной конкуренцией по конкретным экономическим вопросам. Это ведёт к тому, что усугубляется с обеих сторон чувство взаимного разочарования и даже раздражения. Сужается повестка двусторонних саммитов и содержательная часть принимаемых на них документов. Участники диалога всерьёз задумываются над вопросом сокращения регулярности встреч на всех уровнях в пользу повышения их содержательности. Современные тенденции развития ЕС также характеризуются разнонаправленными процессами. Укрепляется внутреннее единство за счёт перетекания всё новых полномочий к наднациональным органам ЕС в Брюсселе. Но по-прежнему неясны перспективы сотрудничества стран ЕС в сфере внешней политики, безопасности и обороны. Масштабное расширение делает ЕС более рыхлым и трудноуправляемым. Множатся соперничающие группировки. США играют на разногласиях, чтобы не допустить превращения ЕС в единого игрока на мировой арене. Процессы согласования в Брюсселе съедают внешнеполитическое влияние наиболее мощных субъектов ЕС. Поэтому ждать от таких государств, как Великобритания, Франция, ФРГ или Италия отказа от суверенных прав преждевременно. Не произойдет этого и в обозримой перспективе.

Евробюрократия и малые страны-члены, в особенности среди «новичков» заинтересованы в углублении наднационального характера интеграции, повышении роли Комиссии ЕС (КЕС) и Европейского парламента (ЕП), централизации процесса принятия решений. Официально Евросоюз идёт по этому пути. Однако такое движение сталкивается с объективными трудностями, главная из которых – расширение ЕС, подрывающее единую нормативно-целостную основу интеграции. Нынешнее и дальнейшее расширение ЕС (Балканы, Турция, Украина), а также трудности институциональной реформы и введение Конституции приведут к тому, что Евросоюз будет развиваться в рамках формулы «общий рынок плюс». Это на руку России. Безусловно и другое априори в отношениях с ЕС на сегодня – европейский проект жизнеспособен. Он будет развиваться вглубь и вширь. Законы, правила и новая политическая культура Евросоюза будут оказывать влияние на соседей и в долгосрочной перспективе на все республики западной части бывшего СССР. Это изменяет контекст внешней и внутренней политики России, требует понимания, реакции и приспособления к новым реальностям. Тем более, что возможности Москвы влиять на реализацию того или иного сценария в ЕС близки к нулю. Это не исключает поиска союзников среди стран-членов, институтов Евросоюза, формирования «коалиций желающих» для принятия выгодных РФ решений. Важно, чтобы подобные «коалиции» выстраивались при первоначальных обсуждениях в ЕС, а не на стадиях вынесения итоговых решений.

Как и углубление процессов налаживания механизмов взаимодействия с центральными органами ЕС – КЕС и Европарламентом. Сотрудничество Очевидно, что если в ближайшей перспективе вопрос о возможности присоединения России к ЕС не актуален, то значительно актуализируется выполнение соглашения о партнёрстве и сотрудничестве между Россией и ЕС, подписанного и ратифицированного ещё в 90-е гг. По общему мнению, эти соглашения создают устойчивый режим на основе международного права, экономического взаимодействия. Он охватывает всю торговлю, услуги, движение капиталов, учреждение и деятельность компаний. ЕС, как и до второй мировой войны, для России – главный источник современных технологий. Тогда как Россия для ЕС – главный источник энергоресурсов. Справочно можно отметить следующее. Нефть Минпромэнерго РФ считает основным рынком сбыта российской нефти Европу. Сюда идет 93% всего экспорта нефти из России. По рынкам: Северо-Западная Европа, Средиземное море и страны СНГ. Экспорт нефти постоянно растёт и в абсолютном выражении, и в виде доли на рынке, увеличившись с 94 млн т в 2000 г. до 144 млн на сегодня. Экспорт нефтепродуктов – с 26 до 32 млн т. В суммарном потреблении в странах ЕС доля импорта из России увеличилась с 22 в 1999 г. до 30%, к 2020 г. основные поставки составят 64% Газ До 2030 года потребление природного газа в мире увеличится от 30% до 50%, а то и 60%. К 2015 г. газ опередит уголь по объёмам потребления и станет мировым топливом номер один для индустриально развитых стран. Россия зависит от экспорта газа так же, как Европа зависит от его импорта. Более 70% экспортных поставок приходится на страны ЕС.

Нефтегазовая промышленность в России является ключевым звеном экономики, а экспорт газа – важнейшим источником доходов федерального бюджета. На экспорт приходится 20% общего промышленного производства и 40% государственных доходов от сбора налогов. Доля Газпрома в поступлениях в государственный бюджет составляет 25%. Большая ресурсная база для поставок газа по Nord Stream составляет 25%. Энергодиалог В книге «Русская колонна» (М., 2008 г.) социолог Виктор Милитарев, на наш взгляд, очень верно и ёмко проанализировал суть газовой составляющей энергодиалога Россия – ЕС. На сегодняшний день рынок газа является рынком покупателя, а не продавца. Пока ЕС постоянно увеличивает долю газа в энергопотреблении, это с одной стороны. А другой, все газопроводы из России ведут в Европу. Из-за системных ограничений на механизмы транспортировки как раз поставки газа наиболее привязывают друг к другу потребителей и поставщиков. Эта привязка – основа региональных альянсов. Опять наш Газпром лучше МИДа и Минэкономразвития выполняет функцию европейского дипломата. Именно энергодиалог с ЕС в ближайшую четверть XXI в. и следует рассматривать как борьбу за определение параметров этих вынужденных альянсов. С точки зрения технологии ЕС стремится развить поставки газа в Европу по трём рукавам: Северное море и Россия (уже действуют) плюс Каспийский регион (хотят запустить,но пока одни слова). Второй элемент технологии: из России – не более 36-40% газа. Третий – либерализация ценовой политики и уход от долгосрочных контрактов. Замена их на биржевую торговлю, как с нефтью (центр Лондон – марка Brent и Нью-Йорк – WTI). Что это им даёт? Конкуренцию между поставщиками и перекладывание на их плечи рисков от поставок, прежде всего политических связанных с транзитными территориями.

Выводы

№ 1. С учётом того, что в ближайшие десятилетия поставки газа с постсоветских источников составят до 70%, главная задача – максимально ограничить российское участие. В европейской политике и дипломатии это означает одно – политика сдерживания России. Никто с нами целоваться не собирается. Исключительно голый расчет. Как по Райкину: мы вам телевизор, вы нам патефон. В итоге – противодействие любым формам консолидации и интеграции стратегических поставщиков и транспортировщиков энергетического сырья. В этом как раз и состоит коренное противоречие в энергодиалоге с ЕС. А если конкретно – между декларациями об общеевропейском энергетическом пространстве (никто его строить не собирается) и реальным построением Единого экономического пространства – Россия – Белоруссия – Казахстан с возможным подключением Украины.

№ 2. Под эту стратегию подготовлен и реализуется проект энергополитической десуверенизации в энергодиалоге ЕС с Россией и Востоком в целом. Со стороны ЕС этот проект сводится к положениям или, если без политкорректности, то к 6 требованиям. Перечислим их: 1) больший доступ к добыче энергоносителей в формах прямого или международного контроля над местонахождениями; 2) выравнивание внутренних цен в России на энергоносители с общеевропейскими; 3) недопущение или хотя бы максимальное сокращение российских энергопоставок в Азиатско- Тихоокеанский район; 4) вахтовый подход к энергодобывающим районам в России, что приведёт к свертыванию хозяйственной инфраструктуры Сибири; 5) актуализация права коренных народов, а ими объявляются все кроме русского, чтобы размыть государственный суверенитет России над своими недрами; 6) создание нероссийской структуры энергопоставок в ЕС. Очень чёткий и весьма продуманный проект. В случае его реализации на 100% ЕС станет не только энергосвободным. Он просто разрушит основы независимости российской экономики. Что и говорить, гуманизма Западу занимать не приходилось никогда. Всегда всё политкорректно. В гроб положат очень даже аккуратно. И песенку споют про европейскую Атлантиду.

№ 3. Подавление энергоёмкого промышленного развития России как естественный императив (в переводе на русский – должный) энергетической безопасности Западной и Восточной до границ с Белоруссией и Украиной Европы. Чем этот проект отличается от плана «Барбаросса», сразу и не скажешь. Наверное, тем, что в нём прямо не предусмотрена физическая ликвидация русского населения. Хотя кто его знает. Ведь в энергоотраслях, призванных стать придатком европейской экономики, в России трудится лишь пятая часть трудоспособного населения. А зачем ЕС остальные 4/5? Наш «ответ Чемберлену» Конечно, у современной экологической политики России есть свой ответ на «ноту Чемберлена». Выделим несколько ключевых положений: 1) госмонополия на проведение мировой энергополитики; 2) приоритет внутреннего энергопотребления; 3) энергетическая интеграция на постсоветском пространстве; 4) собственность государства на недра и сырье. Пока преимущества России в энергодиалоге с ЕС очевидны. Это отмечают даже сторонние наблюдатели. Только один из многих примеров последнего времени. «Россия перекраивает энергетическую карту Европы» – под таким названием в 109 газете «Asia Times» (Гонконг) (публикация на сайте «Война и мир» 12.05.2011) поместил аналитику М. К. Бхадракумар (М.К. Bhadrakumar). Он кадровый индийский дипломат, был послом Индии в Узбекистане (1995-1998) и в Турции (1998-2001). По его сведениям, Газпром увеличил объём газовых поставок в Европу на 21%. В 2011 году общий объём его доходов от экспорта достиг умопомрачительного показателя в 72,4 миллиарда долларов. Предвидя рост поставок в Европу, российская компания начала реализацию планов по увеличению ёмкости своих подземных хранилищ почти в 2 раза. В 2015 году их объём должен составить около 4,9 миллиарда кубометров, а уже в следующем – 6,5 миллиардов кубометров.

Газпром является оператором газовых хранилищ в Австрии. Арендует ёмкости для хранения в Британии, Франции и Германии. Эта работа проводится в ожидании крупного увеличения поставок российского газа по новым трубопроводным системам «Северный поток» и «Южный поток», которые войдут в строй в недалёком будущем. Увеличение объёмов хранения в Австрии обеспечит рынки в Словении, Хорватии, Словакии, Венгрии, Германии и Италии. Новое газовое хранилище «Катрина», которое Газпром сооружает в рамках совместного предприятия с компанией VNG в Германии, будет обеспечивать экспортные поставки газа западноевропейским потребителям. Газпром построил ещё одно газовое хранилище в партнерстве с Сербией, которое предназначено для обеспечения газового экспорта в Сербию, Боснию-Герцеговину и Венгрию. Разработка технико-экономического обоснования ведётся по аналогичным совместным проектам газовых хранилищ в Чехии, Франции, Румынии, Бельгии, Британии, Словакии, Турции и Греции. В связи с этим «газовая карта» Европы, сформировавшаяся в основном в советскую эпоху, наверняка претерпит глубочайшие изменения. По мнению дипломата-аналитика – и не только одного его – закрепление России на позициях доминирующего и превосходящего всех остальных поставщика энергоресурсов (сегодня она обеспечивает более 41% газовых потребностей Европы) наверняка приведёт к трансформации отношений между Востоком и Западом в среднесрочной и долгосрочной перспективе, а также станет ключевым фактором в политике трансатлантизма США. Nabucco – Южный поток Происходит это на фоне провала попыток ослабить энергозависимость Запада от России, в частности, посредством строительства газопровода Nabucco, ставшего главным проектом США в каспийской энергетической дипломатии, нацеленным на снижение европейской энергозависимости от России. Проект откладывается до 2017 года – т.е. его осуществление начнётся на 3 года позже, чем планировалось изначально. Строительные работы будут отложены на год, т.е. как минимум до 2013 года. Согласно замыслу Nabucco, по трубопроводу длиной 3900 километров газ должен подаваться из Турции в Австрию. Объём перекачиваемого с Ближнего Востока и из Каспийского региона на рынки Европы природного газа должен составить 31 миллиард кубометров в год. Трубопровод должен пойти в обход России через Болгарию, Румынию и Венгрию к распределительному центру под Веной. Далее газ будет распределяться по странам Евросоюза. В консорциум Nabucco входят немецкая энергетическая компания RWE, австрийская OMV, венгерская MOL, турецкая Botas, болгарская Energy Holding of Bulgaria и румынская Transgaz. Перенос сроков реализации проекта наверняка приведёт к повышению его стоимости как минимум в 2 раза – с 11,2 до 21,4 млрд $, что может сделать этот проект нерентабельным. Но и это ещё не вся проблема.

Под вопросом поставки газа для Nabucco из Туркмении. Иран как поставщик отпадает из-за противоречий с США. Остаётся Азербайджан с месторождением Шах-Дениз – 2, эксплуатация которого может начаться в 2017 году. В сравнении с Nabucco российский проект «Южный поток» продвигается вперёд на всех парусах. По 900-километровому газопроводу, который проложат по дну Чёрного моря, можно будет перекачивать 63 миллиарда кубометров газа в Центральную и Южную Европу. Проект может быть реализован к концу 2015 года. «Южный поток» и «Северный поток» (также носящий название Nord Stream) – это детища и завоевания Путина. Они станут его жизнестойким наследием, залогом развития российской экономики и возвращения России на мировую арену в качестве сверхдержавы. Сланцевый газ как средство политики Безусловно, США понимают, что энергетика – это тот рычаг, при помощи которого Россия подрывает американскую стратегию. Поэтому они тоже держат в рукаве несколько козырей. Активно строят терминалы сжиженного природного газа, чтобы к 2015 году начать экспорт американского газа на зарубежные рынки, где его можно продать дороже. При этом Европа является главной целью. Но при этом важно отметить, что США разрабатывают залежи сланцевого газа. Мало кто знает, что такое технология его добычи. Financial Times пишет: «Сланцевый газ находится в горных породах на большой глубине, составляющей тысячи футов. Высвободить его можно за счёт дробления этой породы водой, подаваемой под большим давлением. Эта технология носит название гидроразрыв пласта. Жидкость и другие компоненты, такие как песок, подаются под давлением в буровую скважину, чтобы высвободить газ из слоёв скальных пород. Самую серьёзную обеспокоенность у экологов вызывает воздействие такой технологии на уровень грунтовых вод». Вот такой нешуточный газовый триллер. Чем он завершится, никто предсказать не может. Но кое-что видно и сейчас. В отличие от США в Европе нет детальных и заслуживающих доверия результатов геологических исследований, в связи с чем довольно трудно оценить запасы сланцевого газа.

С любой точки зрения вырисовывается следующая картина. Сторонники Nabucco стоически приспосабливаются к реалиям всё более неустойчивого мирового энергетического рынка, на который оказывает своё воздействие множество самых разных факторов, таких как перспективы добычи сланцевого газа, беспорядки на Ближнем Востоке и, конечно же, цунами-убийца в Японии, которое поставило знак вопроса на атомной энергетике. И все эти факторы играют на руку России. Европейцы понимают, что лучше держать в руках русскую синицу, чем мечтать об американском журавле в небе.