Война 1812 года. Английский след

Русских слишком часто «разыгрывали втёмную», пользуясь их готовностью к самопожертвованию, удалью и природными воинскими качествами. За это их хвалили, всячески подпитывая слепой ура- патриотизм. Русская кровь проливалась за всевозможные интересы, кроме собственных.

«Хуже вражды с англосаксом может быть только одно – дружба с ним».

А.Е. Едрихин-Вандам, русский геополитик

«Я ненавижу Англию не меньше Вас и готов Вас поддержать во всём, что Вы предпримете против неё».

Александр I – Наполеону во время встречи в Тильзите. Цит. по: Б. Башилов «Александр I и его время»

Документ, который вы видите, никогда не фигурировал в учебниках истории ни царской, ни советской, ни нынешней России. Это – декларация об объявлении войны России Англией, датированная 1807 годом. Она была заготовлена сразу после переговоров русского царя с Бонапартом в Тильзите. Александр склонялся к поддержке «континентальной блокады» островного государства, что было смертельно опасно для Англии.

Тильзитский мир был заключён в 1807 году между Александром I и Наполеоном после войны 1806 и 1807 годов. 14 июня 1807-го Наполеон разгромил при Фридланде русскую армию Беннигсена. (А до этого 2 декабря 1805 года разгромил при Аустерлице объединённую русско-австрийскую армию тоже британской коалиции.) Александр I, получив это известие, приказал князю Лобанову-Ростовскому ехать во французский лагерь для переговоров о мире.

По сути дела, этот документ в известной степени стал сигналом к войне 1812 года. Глубинным источником её возникновения стала именно английская политика. В год 200-летия Первой Отечественной вряд ли кто вспомнит о кознях Англии против России…

Испанский писатель Бальмес (1810-1848) писал об англичанах (точнее, о тех, кто остался после кромвелевского геноцида): «Пользуясь своим выгодным положением, эта нация следит за движением других народов, чтобы запрячь их в свою колесницу, если они будут иметь наивность следовать её голосу. Она старается, по крайней мере, ставить преграды их развитию, если чувство независимости изымет их из-под её влияния.

Всегда стремясь расширяться посредством своей торгашеской политики, она умеет накинуть покрывало на грубые интересы, руководящие ею. Религии и политические идеи, когда дело касается другого народа, ей совершенно безразличны…»

«Об Англии, как античеловеческом государственном образовании в истории человечества» (название статьи А. Самсонова), о Британской империи, которая была (и остаётся!) одним из самых кровожадных государственных образований за всю историю человечества, пишут многие авторы, начиная от нашего классика Ивана Гончарова и кончая нашими современниками – историком В. Карпецом и «королём Интернета» Д. Галковским.

В редчайшей книге «Путь агрессора, или «О сути политики Англии» американца Дж. Михаэла, изданной в США в 1941 году, перечислены основные вехи английской экспансии.

Вот лишь часть из них:

1560-1600: пираты Елизаветы воюют с Испанией, Португалией, Германией.

1558-1604: елизаветинская Испанская война. 1583-1733: захватнические войны в Северной Америке. 1623-1797: захватнические войны в Ост-Индии.

1625-1630: Испанская Война, Стюарты.

1652-1654: первая Датская Война, Кромвель.

1654-1659: третья Испанская война, Кромвель. 1665-1667: вторая Датская война, Бредский договор. 1672-1674: третья Датская война, Вестминстерский договор.

1688-1815: третья Столетняя война против Франции. 1701-1713: война за Испанское наследство. Утрехтский договор.

1745-1760: война против французов в Северной Америке.

1756-

1763: семилетняя война с Францией, завоевание Канады и Индии.

1757-

1859: столетняя война за завоевание Индии. 1776-1782: Американская война за Независимость. 1788: Австралия, коренные жители вытеснены. 1795: Цейлон, коренные жители уничтожены. 1804: Тасмания, коренные жители вытеснены. 1814: Новая Зеландия, коренные жители вытеснены. 1841-1842: опиумная Война против Китая, присоединение Гонконга.

1848-1849: вторая Сикхская война в Индии.

1857-1859: война против сипаев.

1878-1879: вторая Афганская война.

1885-1886: Бирманская война.

А вот и раздел «Революционные и наполеоновские войны»:

1793-1802: первая война коалиции против Франции. 1803-1805: вторая война коалиции против Франции. 1801 и 1807: набеги на Копенгаген и датский флот. 1808: испанская кампания Веллингтона.

1813-1815: третья война коалиции против Франции, Ватерлоо, о. Св. Елены.

За сухими датами – нечеловеческая жестокость. Англичане сегодня не любят вспоминать, что, например, в 1769-1770 годах в разграбленной ими Бенгалии разразился голод, который унёс треть жителей – до 10 млн человек. В 1780-1790-х трагедия в Бенгалии повторилась: на этот раз от голода вымерла половина оставшегося населения – снова 10 млн человек. Заметим, что с 1945 по 1950-й в англо-американских концлагерях было уничтожено до 9 млн немцев, в основном тех, кто не брал в руки оружия во время войны. Тех же, кто брал, Черчилль берег сначала для планируемого нападения на СССР (план «Немыслимое»), а потом в качестве потенциального «пушечного мяса» для превращения «холодной войны» в «горячую».

Главным инструментом политики Англии вот уже свыше трёхсот лет является масонство. Это орудие расширения и поддержания её могущества и ослабления и разрушения тех государств, которые служат ему преградами.

Цель этого общества была сформулирована давно, ещё английским канцлером Фрэнсисом Бэконом (1561-1626). Кратко она формулируется так: «Достигнуть всемирного владычества, завладеть всеми тронами и сделать государей орудиями своих целей» (из меморандума графа Гаугвица Священному Конгрессу, 1822 год).

Действиями отдельных, пусть даже и гениальных, злодеев успешность трёхвекового пути к заявленной цели не объяснить. Такая задача непосильна для отдельных личностей. Лишь целая нация, стремящаяся к «всемирному владычеству», видящая гарантию этого владычества в ослаблении других народов, могла создать столь грандиозный план и неуклонно проводить его.

Деятельность масонства изначально направлена на разрушение государственности, религии, патриотических и семейных начал тех государств, где оно распространено. Но это – деятельность «на экспорт».

В самой Англии масонство всегда являлось ревностным хранителем всего, на чем зиждется прочность государства.

Всюду первыми основателями масонских лож являлись англичане.

В Голландии это лорд Честерфильд (1725), в Швейцарии – сэр Джордж Гамильтон (1737), в Испании – герцог Вортон (1728). То же в Италии (1739), в Швеции (1736), Дании (1747), Турции (до 1748-го), Германии (1733).

Первую ложу во Франции в 1721 году основал герцог де Монтегю, Великий Мастер Великой ложи Англии (по книге прекрасного черносотенного автора начала ХХ века Г. Бутми «Кабала или свобода»).

Для подрывной деятельности во Франции были мобилизованы за немалые средства французские «просветители» Вольтер, Дидро, Кондорсе, д'Аламбер, а потом и непосредственные сокрушители французской монархии, начиная от Дантона и Мирабо и кончая несчастным Робеспьером, которого убили мучительной казнью за то, что он озвучил правду об английских корнях французской революции. Тогда Робеспьер опрометчиво заявил: «Я не доверяю всем этим иностранцам, чьи лица прикрыты маской патриотизма и которые стараются предстать большими республиканцами и активистами, чем мы сами… Они являются агентами иностранных государств».

И знаменитый Калиостро заполучил от масонов огромные суммы денег на пропаганду; сектой иллюминатов ему были даны указания, и он послушно отправился в Страсбург, во Францию.

При Людовике XVI Франция имела первый флот в мире, которому давно завидовала Англия. После революционного погрома Наполеон нашёл флот в таком состоянии, что был вынужден от него совсем отказаться.

С Наполеоном у масонов произошел «облом». Он сознавал свою силу и не имел надобности служить оружием других. Он хотел восстановить Францию, а не погубить её во имя чуждых ему интересов.

Документальным подтверждением проникновения масонства в Россию может служить свидетельство исследователя истории «вольных каменщиков» Г.В. Вернадского. Его перу принадлежит капитальная книга «Русское масонство в царствование Екатерины II» (Пг., 1916). Вернадский писал, что среди рукописей масона Ланского есть обрывок серой бумаги, на котором записано: «Императоръ Петр I и Лефортъ были В Голландш приняты Въ Темпшеры».

Согласно другой версии, Петра посвятил Великий Мастер британского масонства Кристофор Рен (архиерей собора Св. Павла). Состоялось это за два десятилетия до срока, который официально считается датой создания английских лож (24 июня 1717 года).

Между тем масонский сборник «Символы и емблемата«, составленный Даниэлем де ла Феем в конце XVII века, был издан на русском языке в Амстердаме в 1705 году.

Особо надо отметить, что с посещением Петра Англии в 1698 году и его контактами с англиканскими епископами, которые приставили к нему богословов-консультантов, совпадает по времени возникновение Банка Англии – финансовой организации, созданной иудейскими и протестантскими работорговцами, перенесшими свои капиталы из Банка Амстердама.

Собственно, Англия начала проникать в Россию ещё со времен Ивана Грозного и основания «Московской Компании» Лондона. С тех пор она воспринимала «Московию» как свою сырьевую базу, а также как таран против Османской, Шведской, Польской, Китайской, Германской, Австро-Венгерской империй.

Для разгрома восточных империй «хитрый остров» начал снаряжать и науськивать Россию, начиная с Петра Первого. Поэтому Пётр – единственный из всех русских императоров, который удостоился памятника в Лондоне.

Русских слишком часто «разыгрывали втёмную», играя на их готовности к самопожертвованию, на их удали и природных воинских качествах. За это их хвалили, всячески подпитывая слепой ура-патриотизм. Когда надо было его умерить – гасили. «С удивительной прозорливостью, – с горечью пишет военный историк Керсновский, – Россия спасала всех своих будущих смертельных врагов. Русская кровь проливалась за всевозможные интересы, кроме русских»…

Но «наш народ – не тетеря, чтоб кормить его с ложечки», говоря словами поэта Вознесенского. Мы должны и можем взглянуть на собственную историю, не вслушиваясь ни в змеиное шипение, ни в звуки льстивых речей.

Мы имеем право с высоты исторического опыта критически взглянуть даже на «святая святых» русской литературы – графа Л.Н. Толстого, чей роман наряду с фильмом «Гусарская баллада» является основным источником информации о войне 1812 года. Хотя есть масса материалов (например, истории гусарских полков), которые были проигнорированы как царской, так и советской историографией.

Мы погружены в «промасоненную» литературу и трактовки исторических событий. Поэтому нам трудно выбираться из морока хитроумных построений, антирусских в своей сущности. Но надо. Иначе нас вновь и вновь «наступят» на те же самоубийственные грабли.

Так вот что писал о Толстом бывший офицер русской армии: «Сколько тонкого хлада, развращения, отравы, неустойчивости проливается в человеческую душу… При авторитетности Толстого, при широкой распространённости его книг, при русской покорности пишущим талантам – в этом разлагающем смысле «Война и мир» стоила хороших тысяч революционных прокламаций».

«Школой отрицания и унижения истории под видом новой её оценки» назвал роман друг Пушкина Пётр Вяземский, проживший долгую жизнь (1792-1878). Роман Толстого, как известно, был закончен в 1869 году. В январе 1871 года Толстой отправил Фету письмо, в котором признавался: «Как я счастлив… что писать ДребеДени многословной вроде „Войны" я больше никогда не стану».

«Толстовская мораль обезоружила Россию и отдала её в руки врага» – к этому выражению Бердяева нечего добавить: тонкие искажения, талантливые извращения и злобная мелочность были продиктованы не только человеческими качествами «матёрого человечища», но и БОЛЬШИМ ЗАКАЗОМ внутренних и внешних врагов России. А иностранцы раздувают его потому, что и представить себе не могут, что человек может так искренне ненавидеть свою родину и свой народ, а потому смотрят на Россию «толстовскими» глазами и радуются в своих «прекрасных франциях» и «старых добрых англиях».

«Меня очень радует, – писал Л. Толстой 7 марта 1905 года некоему Верксхагену, – что я, сам того не зная, был и есть масон по своим убеждениям. Я всегда, с самого детства, питал глубокое уважение к этой организации и думаю, что масонство сделало много добра человечеству».

Заметим, что «матёрый человечище» не мог не знать, сколько «добра» «эта организация» принесла в лице Н.С. Мордвинова, которого декабристы прочили в будущее временное правительство и который очень не любил Русь и очень любил Англию, в лице министра просвещения А.К. Разумовского (1748-1822), друга каббалиста Сен-Мартена, в лице руководителей московского масонства и Ордена Розенкрейцеров, соратников матёрого врага России Новикова – князей Трубецких, А.Ф. Лабзина, О.А. Поздеева, московского почт-директора Ф.П. Кючарова, замешанного в распространении французских прокламаций в Москве в 1812 году.

А иностранцы раздувают в основном только тех, кто наносит вред нашей стране, – от «промасоненного» классика до Солженицына, лагерного сексота, отправившего не менее двадцати человек под расстрел и известного под кличкой «Ветров»; от «Кузьмича» (завербованного германским Генштабом в 1915 году В.И. Ульянова – см. докладную НКВД РСФСР тов. Сталину от 25 декабря 1922 г. № 14270) до бешеных дурочек из панк-группы «Сумасшедшие Вагины» (помните ещё о «PUSSTb СЯДУТ»?

2.

Уже в начале XVIII века, когда Россия Петра I выходила в Балтику и на Каспий, английская секретная служба в лице своего петербургского резидента Джеффериса вышла к королю Георгу I с официальным предложением о проведении в 1719 году разведывательно-диверсионной операции под чужим флагом по захвату и физической ликвидации участников Аландского мирного конгресса.

Операция была приурочена к приезду Петра. Пётр не приехал…

А в самом начале следующего столетия, в ночь на 12 марта 1801 года, в результате заговора был убит император Павел I. Это произошло после того, как он достиг соглашения с Наполеоном Бонапартом о «континентальном союзе», направленном против Англии. В связи с этим Павел планировал начать освобождение Индии (где он предполагал установить дружественную России местную монархию) силами казаков-старообрядцев. За кулисами заговора стоял английский посол Уитворт, одновременно выполнявший и функции резидента британской разведки.

В отношениях с Россией Англия всегда была, как минимум, себе на уме. Но чаще непринуждённо становилась на путь откровенного предательства.

В совместной борьбе против наполеоновской Франции в 1798-1799 годах Россия Павла I была готова воевать за принцип легитимизма монархии, то есть за идею. Англия же была озабочена необходимостью любой ценой сокрушить очередного опасного соперника в Европе и укрепить свои стратегические позиции. В антифранцузскую коалицию были вовлечены Австрия, Турция и Королевство Обеих Сицилий. Павел I распорядился послать армию Суворова в Италию, а Черноморский флот под командованием Федора Ушакова – в Средиземное море.

Согласовали с англичанами даже крупную десантную операцию в Нидерландах против французов. Мы послали туда корпус в составе 17 тысяч человек, англичане же обязались обеспечить эти силы транспортом, продовольствием и прочим. Суворов, одержав ряд побед, намеревался вторгнуться в южную Францию, заняв Ривьеру и Марсель, Ушаков, освободив Ионические острова и взяв штурмом Корфу, был готов штурмовать Мальту, где засели французы. Тут-то союзники, не желая ничьего возвышения, в том числе и России, начали мухлевать.

Под давлением англичан Австрия предложила гибельный для армии Александра Суворова план отступления через Швейцарию, а хваленый адмирал Нельсон категорически отказался от помощи русского флота в штурме Мальты. Англичане не выполнили своих обязательств по операциям в Нидерландах и обрекли их на неудачу. Когда после долгой осады Мальта сдалась англичанам, то они просто присоединили ее к Англии, наплевав на то, что Павел I был Великим Магистром Мальтийского ордена.

Павел, благородное сердце которого только в этих обстоятельствах прозрело английские козни, приказал всем своим вооружённым силам вернуться на родину, вышел из антифранцузской коалиции, разорвал отношения с Англией и задумал поход на Индию. Возможно, уже совместно с Наполеоном.

Зловещую роль в истории России начиная с конца XVIII века играли князья Воронцовы. Говоря об «английском следе» в истории войны 1812 года, о них невозможно не упомянуть.

В 1785 году назначенный послом России в Англии граф Семён Романович Воронцов приезжает с детьми в Лондон. Сыну Мише было 3 года. В Россию юный князь вернётся только сразу после убийства Павла I, то есть через 16 лет. Папа, деятельно поучаствовавший в заговоре против Павла I, сразу же отправит сынишку, уже фактически англоязычного джентльмена, занимать государственные позиции. Надо отметить, что в Англии Михаил, как и сестра его Катерина, с ранних лет были вхожи в высшее английское общество и бывали при дворе. Надо понимать, были при английском дворе отнюдь не как гости, а как его полноправные члены!

Родная сестра Миши – Катерина (Кэтрин) – так в Россию и не вернулась никогда. Она вышла замуж лорда Пембрука. «Этот брак стал возможным благодаря заслугам Семёна Романовича перед английской короной и долгим годам нахождения в Англии», – подчёркивает в своём исследовании М.Г. Муравьёва («Потомки графа Семёна Воронцова в Англии». Петушки, 1996). По сей день в память о ней в одном из помещений дворца Пембруков сохраняются русские сани «Кэтрин Воронцовой».

Сын Екатерины Семёновны Воронцовой – имя которого Сидни Герберт, 1-й лорд Герберт Ли (1810-1861) – стал военным министром британского правительства аккурат в Крымскую войну.

Таким образом, Михаил Воронцов – наместник Новороссии и Крыма – во время Крымской войны был дядей военного министра Англии – государства, напавшего тогда на Россию с целью отобрать Крым! В высшей степени пикантная ситуация!

Исследователь О.Ю. Захарова в своей монографии «Светлейший князь М.С. Воронцов» (Симферополь, 2008) сообщает: «Отдельные исторические документы содержат факты о дружеских отношениях между герцогом Веллингтоном и Михаилом Воронцовым».

С 1814 года Михаил Воронцов был командующим оккупационными русскими войсками. Он находился в подчинении герцога Веллингтона, который был командующим всеми войсками английской коалиции, в которую входила и Россия.

Россия всегда входила в английскую коалицию, таскала англоязычным каштаны из огня, русский солдат использовался в качестве пушечного мяса, а жар загребали англоязычные. Когда же России что-то перепадало, позднее подгребали англоязычные и разгоралась, например, та же Крымская война.

Захарова сообщает: «Свадьба Михаила Воронцова состоялась В Париже. Граф Семён Воронцов тоже был В Париже. Посажённым отцом невесты Воронцова был сам герцог Веллингтон».

Папа Миши – Семён Романович Воронцов – так и не вернулся в Россию. Он 47 лет прожил в Англии и не вернулся! То есть он работал на неё. Он и похоронен в Англии. Таким образом, де-факто, – это безусловный признак того, какой родине на самом деле служили Воронцовы. Посол России в Англии граф Семён Романович Воронцов стал невозвращенцем и перебежчиком, таким же, как тогда и Герцен, и многочисленные советские невозвращенцы столетием позднее.

Кроме Семёна Воронцова – Полномочного Посла России в Англии, – просто некому было другому быть главным звеном в убийстве одного из самых подающих надежды русских императоров – Павла I – и разнесении слухов по всему миру, что, дескать, тот был дебилом от рождения и, дескать, что о нём жалеть! А Павел I всего-то собрался в союзе с Наполеоном отобрать у Англии Индию. Естественно, что для англичан это была сумасшедшая идея, вот они Павла I в дебилы от рождения и записали. Но это английская точка зрения. Объективно для России это была блестящая идея. Но, как и всегда случается с Россией, в критический момент её с потрохами продали англоязычной империи.

С английской стороны во время убийства «франкофила» Павла I послом Англии в Петербурге был, как уже упоминалось, Чарльз Уитворт – на известном портрете они с Семёном Воронцовым внешне как близнецы-братья и в одинаковой форме. Они оба несут с Семёном Воронцовым основную ответственность за убийство российского императора. Однако Уитворту простительно – он английский подданный.

Из книги Захаровой: «Все члены ближайшего окружения Александра Первого были в свою очередь хорошо знакомы с С.Р. Воронцовым и в разное время находились под его началом в Англии».

То есть убийцы Павла были бывшие сотрудники российского посольства в Лондоне.

«Семён Романович выбирает Лондон, потому что в своё время посланником в Лондоне был его старший брат Александр Романович и в Англии сохранились значительные знакомства и связи».

То есть Воронцовы работали на Англию не первым поколением.

Интересная ситуация сложилась в России начала XIX века. Вся российская аристократия говорила по-французски. Это было, как говорится, «тяжёлое наследие» подражания эпохе французского «короля- солнца» Людовика XIV.

Но до «расейской» элиты всё всегда доходит «как до жирафа», с большим опозданием. Эпоха Людовика закончилась уже столетием раньше, а в России все пытались брать пример с Франции XVII века. Естественно, что наиболее ушлые предатели России в начале века 19-го уже переориентировались на работу в пользу новой мировой империи – империи англоязычных.

Воронцовы, Зубовы, Толстые и т.д. были в числе самых ушлых русских аристократов, которые быстро сориентировались. Эти ушлые назывались скромно англофилами. Вот «Википедия» отмечает: His son Michael continued his father's Anglophile ways… (Михаил продолжил быть англофилом как и его отец…). Так что Александр I был окружён людьми, которые прошли подготовку в Англии.

Понятно, что у Александра I было мало оснований уважать высшие слои денационализированного русского общества, на которое ему приходилось опираться при управлении обширным государством. Он рано, ещё юношей, хорошо узнал нравственную нечистоплотность русских «вольтерьянцев» и масонов, составлявших двор Екатерины II. Они тогда не стеснялись: в 1789-м в Петербурге знатные особы иллюминировали свои дома по поводу взятия Бастилии, а молодые и не очень молодые люди открыто насвистывали «Марсельезу».

Ещё меньше стал уважать Александр I это «высшее» общество после того, как представители его вовлекли Александра I с помощью ряда провокаций, против его желания, в заговор против отца, клятвенно уверяли, что к отцу не будет применено никаких насилий, а затем зверски убили его.

Намеченная Павлом I политика сближения с Францией, в которой Наполеон начал подавление революции, вполне отвечала национальным интересам России. Павел I не хотел таскать каштаны из огня для Англии, главного политического конкурента Франции и России. В ответ Англия истратила миллион рублей на организацию заговора…

В первые годы царствования Александр I шёл по пути сближения с Наполеоном, но основа сближения тут была иная, чем та, которой руководствовался Павел I, правильно угадывавший стремление консула Бонапарта превратиться во французского императора. Бонапарт вполне устраивал Александра I и в роли консула французской республики, это вполне импонировало республиканским настроениям Александра.

На войну с Наполеоном Александра I толкнули круги дворянства, заинтересованные в торговле с Англией.

Были, конечно, и другие поводы к войне, но эта причина была решающей. Материальным интересам дворянства наносился сильный удар блокадой Англии, установленной Наполеоном.

Вернувшись в Россию после переговоров в Тильзите, Александр I встретил ожесточённое сопротивление со стороны широких кругов дворянства. Произошло объединение масонов английской ориентации и англофильствующей аристократии с консервативными кругами дворянства, которые были настроены против Наполеона, потому что в их глазах он продолжал быть французским якобинцем и потому, что прекращение торговли с Англией больно било их по карману.

Назначенному в Петербург новому французскому послу Сельвари Наполеон сказал: «Я дам Вам письмо к Императору Александру, которое заменит Вам верительную грамоту. Вы исполните там мои поручения: помните только одно – я не хочу войны с Россией, и пусть это послужит основанием ваших действий. Если возможно сохранить этот союз мой с этой страной и создать что-либо прочное, ничем не пренебрегайте для достижения этой цели. Я доверился русскому Императору, и между обоими народами нет ничего, что могло бы помешать полному их сближению: поработайте же для этого».