- -
- 100%
- +
– Обычные выстрелы выдержат точно…
– Обычные выстрелы выдерживают и обычные бронежилеты. Более высокие нагрузки?
– Ну… мы не проводили точных экспериментов. Мы знаем, что он выдержит мощную взрывную волну, выстрелы из автоматов… Знаем, что наши костюмы слабее ваших…
– То есть, кот в мешке? Мы можем подорваться на любой мине? Простая граната?
– Нет, это выдержат… Но действительно мощные взрывы…
– Действительно мощные взрывы – это ракеты?
– Ну… Как бы да. Но прогресс не стоит на месте: большие мощности помещаются в меньших объёмах.
– То есть, всё-таки может быть граната, способная нас убить?
– Чисто теоретически.
– А кроме горения?
– А, кстати, долгого нахождения в высоких температурах стоит избегать: костюм выдержит, а вот содержимое… А химикаты… Вообще можно подобрать. Но они будут действовать в долгосрочной перспективе. Ну, убить будет сложно…
– Я понял точно одно: мы не супермены и не бессмертны… Ладно, 201-я, с тебя база, а мы пока в город наведаемся.
***– Это что? – Пётр кивнул в сторону костюма, будто вышедшего из фантастических фильмов, висевшего на чём-то вроде вешалки.
– Последняя модель «ратника», как вы и просили, – растерянно произнёс учёный до сих пор дрожащим ртом.
– Почему он висит?
– Но…
– Надевай. Живо!
Мужчина помучился, но костюм натянул.
– Та-а-ак… Ну-с, приступим… Егор, нож, – командир протянул руку, в которую Олдман положил армейский ножик. – Егор, как костюм противника отреагирует на нож? – хитрым голосом проговорил он.
– Никак. Он его даже не заметит, – холодно ответил парень.
Командир резко кинул нож, который остриём точно попал в грудь учёному, стоявшему на расстоянии нескольких метров. Учёный сделал шаг назад, чтобы удержать равновесие. Пётр подошёл – на груди видно маленькую точку. Он поднял оружие и молниеносно нанёс несколько ударов: два режущих по шее и руке и один рубящий по ключице. Опять – только царапины.
– А если… – мужчина наклонился, сделав вид, что разглядывал ботинок, и схватил крупный камень, который тут же полетел в учёного и попал точно в грудь. – Ну как? – всё та же хитрая интонация и прищурившийся взгляд.
– Я почувствовал, но не больно даже, – учёный чуть не упал, но удержался на ногах.
– Ну, это же нормально? Егор, ты говорил про меч…
– Это не простой меч.
– Да у нас каждый меч простой! Вон, у каждого в кармане! – сыронизировал командир.
– Не-ет. Это что-то новое. Он крепче обычного металла.
– Ладно, пропустим. Оружие, – он выхватил пистолет и сделал три выстрела: в ногу, в грудь и голову. Остались лишь вмятинки.
– Пистолет даже просто плоть выдержит. Автомат, – Олдман протянул последнюю модификацию автомата Калашникова.
Учёный испуганно помотал головой, но командир разрядил в него целую очередь. Когда ветер сдул мелкую пыль, стали видны крупные повреждения.
– Вот. А на их костюмах такого не было.
– «Ратник» – хороший?! – крикнул командир учёному, который уже на большей дистанции.
– Да! Я цел и невредим! – дрожащим голосом прокричал мужчина.
– Ну, ладно… – тихо промолвил Пётр и непонятно откуда взял РПГ, и стал прицеливаться.
– Не-е-е-е-е-е-е-т! Прошу, не надо! – взмолился учёный и упал на колени.
– А как же твой «ратник»? Я считаю до трёх, если ничего нужного не придумаешь, я выстрелю. Раз.
– Нет, нет, нет! Пожалуйста!
– Два!
– Нет! – крикнул Олдман, прыгнув на своего командира. Тот сделал полшага назад, из-за чего Егор попал на РПГ, сбив все настройки и упав. Пётр довольно улыбнулся и протянул руку. Егор отказался от помощи и сам поднялся, презрительно посмотрев в глаза.
***Шум выстрелов. Перестрелка. Полицейские, военные и гражданские стреляли из-за машин, домов, окон. Каргин с Ивановым теперь старались избегать пуль – не испытывать судьбу напрасно.
– Надо из танка лупануть! – прокричал сквозь шум Никита.
– Было бы неплохо… Только куда?! Одним выстрелом лишь два-три человека заденешь!
– По центру надо! У них оружие вроде в участке всё. Не знаю, что там у них на самом деле, но я заметил, что они его яростнее охраняют и заходят безоружными, а выходят вооружённые.
– Логично… А может, по газу? Зажигательной по газу!
– Рванёт…
Ярослав выскочил из-за угла и помахал перед танком руками, указывая в сторону компрессорной станции.
Танк выстрелил туда зажигательным снарядом, по факту являвшимся коктейлем Молотова, только сделанным под танк, и быстро ретировался. Через томительные пятнадцать секунд прогремел взрыв, а затем и другие – местные власти не сильно заботились о безопасности. Теперь наступать стали революционеры. В основном холодным оружием и колёсами с гусеницами. Взрыв очень сильно помог – через пару часиков город умер…
***– Стреляй, стреляй по этой твари! – кричал солдат другому. Они бежали к лесу, периодически выстреливая из автоматов.
– Щас я её на тот свет отправлю…
– Я попал-попал!
– Да мимо! Убегает!
– Зуб даю – попал!
– Смылась, сука!
Они остановились, огорчённо взмахнув руками.
– Надо вышестоящим сообщить.
– Что ты им сообщишь? Что тут демоны ходят?
– Если не сообщим, то с демонами лично будем иметь дело. Не тут, так на том свете.
– Ладно, я с тобой. А то скажешь ещё, что это ты попал. А попал я!
– Да промазал ты! Убежала же!
– Убежала… Но я попал – отвечаю. Её пуля не взяла.
– А ты что, не серебряной стрелял? – солдат сделал наигранно удивлённое лицо. Они вместе посмеялись, идя в штаб.
***– Эй! Приём! Да чтоб вас! – командир кинул трубку устройства и плюхнулся на стул. В дверь постучали.
– Пётр Саныч, тут к вам двое, – дверь приоткрылась, и в комнату заглянул Олдман.
– Чего им?
– Не знаю. Говорят, важно.
– Ладно, пусть заходят…
– Я крики слышал. Что-то случилось?
– В городе жопа. Но, похоже, уже конец.
– Плохо… А можно, я с вами посижу? Послушаю, чего они там несут.
– Да, конечно.
Егор сначала удалился, а потом вернулся с двумя солдатами. Олдман встал справа от командира, а солдаты перед ним, а точнее, перед его столом.
– Ну-с, ребятки. Чем порадуете старика?
– Мы обход совершали. А там тварь какая-то: на лысую собаку похожа, а сверху что-то чёрное сидит.
– Да это лиса лысая с горбом была!
– Какой горб, блин? Ты совсем сплепошарый? Сидел кто-то на ней!
– Погодите-погодите. Кто-то один. Так. Какого размера была?
– Как небольшая собачка.
– И лысая?
– Да. Розовая такая, как сфинкс.
– Ага… Кто-то сидел? Это как?
– Ну, как на лошадях сидят, так и на ней.
– Человек? – удивлённо протянул командир.
– Что-то похожее, только маленькое. Ну, сантиметров двадцать.
– Двадцать сантиметров? Человек высотой в двадцать сантиметров? Что за бред.
– Ты забыл сказать, что я попал!
– Да, он утверждает, что попал, но тварь убежала.
– Ладно, свободны!
Солдаты развернулись на сто восемьдесят градусов и удалились.
– Вам ничего не напоминает? Чёрный… пули не берут…
– Да, аналогия есть… но двадцать сантиметров!
– Не знаю, что это было, но я уверен процентов на восемьдесят, что это как-то связанно с войной.
– Знать бы как…
– Я мог бы предположить, что это роботы. Но для роботов слишком чёткие движения…
– Идея интересная. Допустим, полноразмерные – люди. А вот всадник – вполне мог быть роботом.
– Да, логично, ведь он не делал сложных движений. Только зачем он тут?
Глаза Петра округлились:
– Разведка!
– Чёрт…
– Они придут сюда! Срочно, тревога!
***– О, 201-я, ну как? – спросил Каргин, не снимая шлема.
– Нашла, – микродевушка в костюме подъехала на чупакабре. – Я через лес – так быстрее. Но нам придётся в обход.
– Ладно. Хоть мы и потеряем внезапности. Тебя заметили?
– Двое. Стреляли.
– Попали?
– Да, Оне досталось.
– Кому-кому?
– Оне. Я так чупакабру свою назвала. Оне, ударение на «о».
– Что за имя?
– Цифра один по-английски one. Она первая.
– Логично. Ладно, надо наведаться на базу.
***– Может, подкрепление? – спросила 201-я сквозь шум моторов.
Техника уже очень близко к базе, пехота слезла с БТР, а микродевушка на чупакабре металась вокруг.
– Пожалуй… Сами не помрём, а вот танки… – взволновано ответил Ярослав. – Так, ты езжай за подмогой. А мы с Никитосом пока там побалуемся. Когда вы с обратной стороны налетите, со спины, мы отсюда технику пустим. Всё понятно?
– Да! – 201-я ударила пятками по бокам животного и понеслась в лес.
– Так, глуши моторы! – крикнул Каргин. Его услышали. – Мы с Никитой сейчас в атаку. Когда увидите голубые вспышки, отсюда будет видно, наступайте. Погнали. – Ярослав вытащил меч из ножен, крутанул его и пошёл дальше по дороге.
Никита взял нож и тоже попытался его повертеть – на самом деле, это несложно, просто с короткими клинками (или предметами) не так красиво получается. Чуть не уронив оружие, он убрал его в ножны и немного ускорил шаг, чтобы догнать товарища.
***– Идут! – крикнул солдат, подбежав к командиру.
– Сколько? – он поднял взгляд.
– Двое.
– Двое? – Пётр удивлённо посмотрел на Егора, а потом вернул взгляд на место.
– Всего два человека?
– Да. Со стороны главного въезда.
– Вот. Тут что-то не то: их двое и с главного. Значит, основные силы будут нападать с других сторон. Так, открывай ворота и выстави снайперов по периметру. И настрой связь – попытаемся провести переговоры.
– Есть!
Командир подошёл к окну, аккуратно выглянул в него и взял в руки трубку аппарата. Из окна видно въезд, а в нём уже двух людей в чёрных костюмах. Олдман заметно занервничал: челюсть застучала, коленки затряслись, даже в глазах на пару мгновений потемнело. Командир взволновано сглотнул и заговорил спокойным голосом, его слова транслировались на въезд:
– Добрый день! Могу ли я узнать цель вашего визита? – он прикрыл трубку и шёпотом спросил Егора: «Не слишком мягко ли?».
– Ну, добрый. Вам действительно интересна цель? – раздался ответ.
– Да. Хотелось бы узнать, зачем вы прибыли.
– Прибыли, чтобы убить вас.
– За что?
– За то, что вы есть.
– Чем мы вам помешали? Хотя бы конкретно я.
– Конкретно Вы – ничем. Мы просто сокращаем род людской.
Пётр немного опешил – он имел дело с разными людьми: и террористами, и маньяками, и просто сумасшедшими. Они называли разные причины: и «смерть неверным», и «кровь такая приятная», и «вы инопланетяне». Но тут – простое истребление. Заинтересовавшись, слова попросил Егор:
– Сокращаете? Зачем? Вопрос веры?
– Ни о какой вере речи не идёт. Разве что, веры в светлое будущее. Просто людей стало лишком много – надо сократить.
– Не через чур ли радикально?
– Увы. Мир докатился до этого. О мягких мерах надо было думать раньше…
– А…
Связь оборвалась: в окно стало видно, что говоривший, с мечом, ногой снёс динамик с микрофоном, провода испустили последние искры, и люди двинулись в сторону одного единственного корпуса.
– Огонь! – крикнул командир.
Два снайпера выпустили по пуле из мощных винтовок, попав точно в голову. Но на шлемах остались лишь царапины, которых накопилось уже немало.
– Ракету! – крикнул Пётр, а потом повернулся к Егору. – На складе есть «ратник» последней модели, тот самый – из испытаний. Надень и попытайся свалить отсюда. Сообщи другим – люди должны знать.
– А Вы?
– Я уже многое сделал. Попытаюсь что-то и тут сделать. Повезёт – хорошо, но надо быть готовым и к обратному… А у тебя ещё всё впереди – тут от тебя всё равно толку больше не будет. Моя фамилия – Клинов. Может, где пригодится…
Егор выбежал.
Пётр Клинов подошёл к стене и открыл шкаф, спрятанный в ней. Оттуда он достал костюм, весьма похожий на «ратник». Похож он потому, что им и являлся, только из старых моделей. Он натянул весь комплект, кроме шлема, и подошёл к зеркалу – давно он в него не смотрелся, хотя мимо проходил очень часто.
Лицо с мужественными чертами лица, чувственными глазами, большим ртом, но тонкими губами. Морщины иссекли его всего, отобрали естественную красоту. А шрамы вдобавок сделали его страшным. Над левым глазом тонкая полоска – армейский нож крысы; полоса, начинавшаяся под правой скулой и заканчивавшаяся слева от подбородка, кухонный нож психа; неровная линия на левой щеке – коготь медведя.
Пётр вздохнул и надел шлем. Прямо как в фильме про космос, только окрас камуфляжный, в коричневых цветах, в основном.
Разглядывая себя в зеркале, он забыл об окружающем мире. В реальность его вернул взрыв – ракета, направленная в нападавших. Он подбежал к окну – на месте взрыва воронка и дым с пылью, а противник увернулся и сейчас поднимался на ноги в нескольких метрах по обе стороны от воронки.
Командир выбежал:
– Десять человек – в атаку. Палите из автоматов, сокращая дистанцию.
На улицу по очереди выбежали десять солдат в форме – примитивнейшем «ратник эконом». Это базовый «набор»: каска с крупными очками на пол-лица, бронежилет и укреплённая одежда, способная спасти от режущих ударов или слабых выстрелов. Они выстроились в немного изогнутую линию – дугу, направленную внутренней стороной к противнику, и принялись стрелять, не очередями, но часто.
– Что, их положить автоматом, или так? – спросил Никита, но его даже Ярослав едва услышал.
– Экономь. Так их сделаем, – с этими словами Каргин убрал меч в ножны, упал набок, прокатился так несколько метров, потом вскочил, поймав равновесие, и побежал против пуль. Последние полтора метра он преодолел прыжком, в момент которого время будто замедлилось – бывает такое ощущение, когда мозг начинает воспринимать зрительную и слуховую информацию в замедленном виде. А приземлился, ударив когтями по головам, и принялся крушить, казалось, хаотично размахивая руками. На оставшихся четырёх солдат поспел Иванов, сразу двумя ножами ювелирно пробираясь под очки в глаза и при помощи такого рычага сдирая шлемы, протыкая глазничные кости.
Командир схватил кувалду, которая явно стояла не на своём месте, отдал приказ: «На них тратьте не больше половины: помните, их будет больше», и вылетел на улицу.
– Этот мой – один на один. А ты всех остальных вали, – сказал Ярослав Никите и плавно вытащил меч.
Они принялись ходить по кругу в полной напряжённости, как разъярённые тигры. Каргин прокрутил меч. Его внутренняя тяга к красоте сыграла против него – этот момент Клинов выбрал для атаки, весьма логично. Он взмахнул кувалдой и резко обрушил её, но мимо – боёк ударил асфальт, раскрошив его. Взмах мечом и клинок уже летел в голову. Но вовремя поднятая кувалда остановила смертоносное оружие, встретив его своей крепкой металлической частью. Новый удар. И опять блокировка. И ещё. И ещё. Ярослав взял короткий перерыв – прекратил наступление. Это дало возможность наступать Петру: с большими взмахами он наносил страшные удары. Сверху вниз – блокировка мечом. Через верх справа – отскок. С разворота слева – попадание в бок. Каргин отлетел в сторону. Если бы такой удар нанесли без защиты, человеку пришлось бы не сладко – молот раздробил бы рёбра, чьи осколки воткнулись бы во внутренние органы. Но крепкая защита спасла – почувствовался удар, боль, будет синяк, но энергия, передавшаяся от оружия, должна куда-то уйти. Вот она и ушла – парень отлетел на несколько метров, врезавшись в асфальт спиной.
Это происшествие привлекло внимание Никиты, который уже нацелил автомат на Петра.
– Нет! – прохрипел Ярослав. – Один на один!
Иванов, пожав плечами, продолжил отбиваться от всё наступавших солдат, половина из которых почти ничего не могла.
Клинов сделал несколько шагов для разгона и в прыжке нанёс жесточайший удар в грудь. Каргин закашлял, но следующий удар встретил мечом. На этот раз клинок не взвизгнул о крепкий боёк, а рассёк не столь крепкую рукоять.
– Хорош. Опыт опытом, но я тоже не последний лох. А ещё и с технологиями, – прорычал парень, медленно поднимаясь. Но командир не дал ему это сделать – снёс ударом ноги.
Ярослав опять упал на спину и немного расслабился – надо отдохнуть. Он прикрыл глаза, и тут перед ним всплыло важное правило из мирной жизни: когда просыпаешься, ни в коем случае нельзя валяться, прикрывать глаза – точно заснёшь, надо резко и быстро вставать, экстренно пробуждая организм. Он испуганно распахнул глаза и поднялся на ноги рывком.
– Победа будет за нами! – проорал он, сделав несколько стремительных ударов мечом. Голова противника упала, а за ней и тело.
Никита успел посмотреть эту сцену, усмехнулся у себя в шлеме и стал ещё яростнее наступать на итак сломленных потерей командира солдат.
Внезапно где-то на другой стороне вспыхнуло что-то голубым светом. И ещё, и ещё. Со стороны главного въезда появились два танка, БТР и автомобили.
– Теперь отходим! – крикнул Каргин Иванову, и они вскарабкались на БТР.
Загадочные вспышки и огнемёты сожгли базу.
***– Ты нормально? – поинтересовался Никита.
– А что случилось? – спросила Виктория.
– Да его так отмутузили, – посмеялся Иванов.
– Живой, – Ярослав отвёл стыдливый взгляд. Он сидел на камне, снова и снова переживая битвы.
– Там с кувалдой мужик был… – начал Иванов.
– С кувалдой?.. – Клинова задумчиво опустила глаза.
– Серьёзно? С кувалдой? – улыбнулся Никифоров.
– Ну. С кувалдой, – улыбаясь, продолжил Никита. – Он ей так махал. А один раз так зафинтилил, что Ярика аж отбросило!
– Так! Нам всего хватает? Топливо, боеприпасы? – перебил Каргин.
– Пока всего, но надо было их склады почистить. А чего ты с темы соскакиваешь? – прищурился Никита.
– Не соскакиваю. Достойный соперник, было весело. Просто действительно надо всё проверить и дальше работать. И да, со складами верно… Ладно, я хавать, а вы как хотите. Что там у нас дальше?
***В нескольких километрах от павшей базы.
Из леса к грунтовой дороге вывалился человек в костюме, принявшем цвет окружающей среды: в основном белый с серым, немного желтоватого и коричневого (сухая трава и деревья). Он прополз в сугробе и уже попытался подняться, но услышал голоса.
– Ну чего ты там копаешься? – проговорил немного скрипучий женский голос.
– Да щас-щас. Подожди.
– Говорила, не надо в объезд ехать. Нет, блин, ты же у нас самый умный!
– Да не ворчи. Сейчас подкопаю и нормально.
– Подкопает он. А что там за дым?
– Какой к чёрту дым?! – мужчина начинал выходить из себя.
– Да вон, в лесу.
– Ёк-макарёк… Пожар, походу.
– А лес зимой горит?
– Ну, почему бы нет. А может, деревня какая. Ладно, садись в машину, поехали.
Но не тут-то было. Бордовые жигули уже рванули, подняв много снега.
***– Сейчас этот город, а потом будет база. Там и припасов наберём, – прокомментировала 201-я, когда все остановились на въезде.
– А город крупный, да? – ответил Ярослав.
– Там больше ста тысяч человек. Сто пятьдесят с чем-то, вроде.
– На повышение идём! – Каргин горько усмехнулся и проверил присутствие меча. – Вперёд!
Техника двинулась по неровной дороге, миновав указатель с названием города. На удивление, безлюдно. Ожидалось увидеть машины, людей. Но всё тихо. Неужели, уже все в боевой готовности? Не успела армия подъехать к многоэтажкам, как из частного сектора и рощицы началась стрельба.
Ярослав жестами показал, что он пойдёт в лесок, а Никите стоит направиться в сторону домов. Технике же следует продолжать ехать по дороге.
***Роща.
Небольшая берёзовая рощица, припорошенная снегом. Летом здесь было бы приятно прогуляться, но сейчас тут перестрелка. Даже не перестрелка, а односторонняя стрельба. Пули получали в основном деревья, но некоторые попадали в цель, только зря. Они не возьмут костюм. А вот тот, кто надел этот костюм, мог весьма жестоко ответить: голова с плеч, пронзённое сердце, перерезанная глотка, вскрытая грудная клетка.
***Дачи.
Частные дома, большие и маленькие участки завалены снегом, и лишь тонкие тропинки протоптаны. И по этим тонким тропинкам умудрялись незаметно передвигаться солдаты. Для Никиты это очень похоже на охоту, хотя на ней он ни разу не бывал. Бегай, догоняй, убивай. Вот только в отличие от предыдущих неумёх, эти бойцы гораздо профессиональней: их трудно заметить и трудно подстрелить. А если пуля и попадала, то не всегда убивала, а застревала в бронежилете.
***Военная техника продолжала движение по неровной дороге. Да, уже давно город, уже давно двадцать первый век, но дороги до сих пор плохие. Как говорится, в России две главных проблемы: дураки и дороги. Но, как по мне, дороги – это вообще не проблема. Это так, неприятность. А вот дураки… Дураки – это проблема всего мира.
Иногда на броню обрушивались пули, что, всё-таки, выглядело весьма забавно: всё равно, что закидывать качка вишнёвыми косточками. Ещё реже находились умельцы, которые кидали одну-две бутылки с зажигательной смесью, типа коктейля Молотова. Но уже несколько лет в мире существовала отличная защита от этого «напитка», так что он терял всякий смысл против техники.
По началу, бойцы, находившиеся внутри, даже растерялись – что делать? Ведь, по сравнению с предыдущими поселениями, это целый городище! Но свои разработки, технологии йети придали уверенности – крушим дома и другие здания, только заправки надо немного ограбить – нужно топливо для огнемётов.
Сегодня они решили начать использовать уже упомянутые технологии йети в большей мере. До этого они выступали лишь в качестве топлива: кристаллы – почти бесконечный источник энергии. Но теперь пора их применить и как оружие: если это энергия, то почему нет? Сами снежные люди умели запускать различные процессы в кристалле силой мысли (посох только для удобства, и то, кому как). С одной стороны этому есть логическое объяснение: в нашем (и других живых существ) организме много биоэлектричества, существующего, в основном, в нервах. Вполне возможно, что эти нервы как-то связывались с кристаллом. Это довольно трудное для человеческого разума явление. Сами йети воспринимали это, скорее, как магию. Да и люди, когда верили в паранормальные явления, тоже считали это магией. Так вот, человеческих технологий хватает, чтобы запускать эти кристаллы, но не с точки зрения биоэлектричества, сотрудничества живого и неживого, а со стороны именно техники. Эффект почти такой же.
Выстрел. Из дула танка вылетело нечто, похожее на шаровую молнию. Оно оставляло за собой хвост, как комета, только светилось, как мощная лампа. Это летело быстро, журча, шелестя и шипя. Вот оно врезалось в основание дома. Он затрясся и рухнул, сложившись, будто построен из игральных карт.
Второй, третий. И это бесконечный источник энергии…
***Немецкий, в костюме, но без шлема, натирал тряпочкой тёмно-тёмно-серый истребитель. К нему подошла микродевушка. Где-то её он уже видел: голубые глаза, короткие светлые волосы… 539-я!
– Привет, – Сергей ей улыбнулся.
– Да, добрый день, – она улыбнулась в ответ. – Мне передали, что можно задействовать авиацию.
– Круто! А как?
– Просто выкидывать всё что есть на крупные города. Так как сейчас просто зачистка…
– М-да… Стратегия не наш конёк… Но с другой стороны тоже верно. Ну, допустим, две мощные ракеты, одна маленькая ядерка, а остальное по мелочам – только воздух-воздух.
– А можно с тобой? – с горящими глазами спросила микродевушка.
– Ну… Мы так не планировали… Но мы сами себе цари! Конечно, можно. Там же места под эмчей есть? Есть. Значит, можно. Погнали. На Европу скинем несколько ракет…
***– Сука, – процедил Никита и вскинул РПГ, выдвинув прицел. Этот гранатомёт очень похож на классические, только немного меньше и намного легче. Из-за обманчивой миниатюрности его хочется взять одной рукой, как пистолет. Вот этого делать не стоит – чрезвычайно сильная отдача. Вообще, этот РПГ не приняли на вооружение государственные армии. Почему? Да потому, что очень сильная отдача легко травмировала бойца. Чтобы этого избежать, нужна специальная установка, которая полностью противоречила компактности. Прошипел выстрел – Иванова отбросило на несколько метров прямо в забор, который не выдержал удара и развалился.
Один-единственный заряд угодил точно в цель – вражеский танк. Вот только их больше.
На краю рощи Ярослав увидел этот выстрел, который наши не могли просто так произвести. Он устремился туда, а точнее, за дачи. По пути он ухватился за танк, которому жестом показал маршрут. К сожалению, остальная техника уехала дальше, и искать её – только терять время.
Танк, плохо вписываясь в узкие дачные дороги, посносил заборов, переехал немало стоявших легковушек и даже уронил пару домиков, которые в действительности сделаны чуть ли не из картона.