Любовь на контрасте

Глава 1

Вот, вроде, все и позади. За трапом самолета осталась прошлая жизнь и все то, что она надеялась когда-нибудь позабыть. И она искренне желала, что это действительно будет там, где ему следует быть – в прошлом. И ей больше нечего бояться.

На этой мысли Элла Кригер усмехнулась. Да, конечно, очень эпично об этом думать в еще пока не взлетевшем самолете, учитывая ее огромную «любовь» именно к этому виду транспорта. Быстро, эффективно, вот только летать она так и не привыкла, сколько бы этого ни делала.

Девушка перевела взгляд на свои сжатые руки. Изящные ноготки с безупречным французским маникюром оставляли следы на светлой коже. Несколько минут – и они исчезнут. Жаль, что так быстро не исчезают и душевные шрамы.

Успокоиться не получалось. Все время казалось, что сейчас в самолет войдет тот, кто сможет ее остановить. Скорей бы уже взлетели! Раздражение нарастало, и даже ее хваленая выдержка начинала давать сбой.

– Возвращаетесь домой или в командировку летите? – поинтересовался ее сосед. Элла невольно вздрогнула – на его существование она даже не обратила внимания, пока он не заговорил. Машинально изучила парня взглядом – светлые волосы, торчащие в творческом беспорядке, легкая небритость и удивительно темные для такой внешности карие глаза. Резкий контраст. Свет и тьма. Как и в жизни – даже полутона принадлежат только одной стороне.

– Домой, – кратко ответила Элла, не желая вступать в диалог. Эффект попутчика ей ни к чему – своими проблемами она предпочитала делиться с весьма узким кругом людей. Знакомиться в дороге желания тоже не было. И вряд ли возникнет в ближайшие пару лет. Так зачем время тратить?

– Я тоже домой, – открыто улыбнулся парень. Но эта улыбка, напротив, еще сильнее оттолкнула ее. В искренность Элла теперь верила мало. – Долгое время жил за границей, теперь вот уладил дела в Москве и лечу обратно.

– Понятно, – отозвалась его соседка. И ничего в ответ не рассказала о себе. Вежливость вежливостью, но нервы натянуты, как тонкий канат, который вот-вот порвется. В ее случае счет идет на минуты, а вместо этого приходится медлить. Скорей бы уже приземлиться! Странная, глупая мысль, учитывая, что еще даже не завершилась посадка, но она постепенно становилась навязчивой идеей.

– Меня Матвей зовут, – представился блондин. – А вас?

– Элла, – ответила девушка. – Прошу прощения, но я немного не в том настроении, чтобы сейчас общаться.

Несмотря на вежливые слова, тон сомнений не оставлял – Матвея послали. Культурно, изысканно, но в далекий пеший поход – или полет, учитывая, что самолет вот-вот взлетит.

***

Матвей Рокотов только усмехнулся в ответ на немного жеманный тон своей собеседницы и промолчал. Такие барышни встречались ему не в первый раз. Слишком помешанные на себе и своей внешности – вон как заботливо ноготки свои оглядывает. Рыжие волосы искусно завиты и уложены в прическу. Безупречный макияж. Подчеркнутые тушью длинные ресницы обрамляют изумрудные глаза. Хороша чертовка! Но чересчур манерна. Все в ней слишком. И мнит о себе много – сейчас пухлые губы недовольно поджаты, выражая недвусмысленное отношение к данному знакомству. Ну и фиг с тобой, золотая рыбка. И без тебя можно два часа полета скоротать.

И парень достал телефон и углубился в книгу. До взлета оставалось всего пару минут.

***

И кто только решил, что беседа пилота с пассажирами необходима? Лично ее, Эллу, все время пробирала дрожь, словно объявляют, что сейчас им предстоит окунуться в вязкое гнилое болото. А вот и стюардессы рассказывают о правилах безопасности, но она их практически не слышит – от урчания мотора шумит в ушах и сдавливает желудок. И так каждый раз.

– Вы плохо переносите полеты? – не выдержал и вновь спросил Матвей. И немудрено. Рыжая сидела белее мела и судорожно сжимала руки. Даже глаза прикрыла. Похоже, ей и правда плохо. Тут уж воспитание не позволяет мимо пройти, какой бы высокомерной она ни была.

– С детства ненавижу, – прошептала Элла. Он не услышал – скорее прочитал по губам. Самолет двинулся вперед по полосе, набирая скорость. Тонкие пальчики мертвой хваткой вцепились в ткань стильной зеленой юбки. Рокотов не думал и действовал исключительно на инстинктах. Иначе что его заставило оторвать ее пальцы от одежды и взять узкую ладошку? В ответ получил лишь изумленный и немного испуганный взгляд, а затем «Боинг» набрал высоту, и соседка неожиданно сильно сжала его руку, словно пытаясь таким образом обрести спокойствие. Что ж, ему несложно. Хочет молчать – черт с ней, но оставлять девушку наедине со страхами не хотелось.

Элла отпустила руку только после того, как самолет выровнялся на высоте. Она по-прежнему оставалась бледной, но в глазах уже не было застывшего ужаса.

– Благодарю, – проговорила она даже без тени улыбки. – Это очень мило с вашей стороны.

– Не стоит, – хмыкнул Матвей. Любая другая на ее месте тут же начала бы разубеждать. Эта барышня промолчала. А затем и вовсе прикрыла глаза – видимо, пыталась уснуть.

Вот только сон к Элле не приходил. Мысленно она отчитывала себя за проявленную слабость и за купленный у иллюминатора билет. Сто раз ведь зарекалась. И все равно ведь каждый раз наступала на одни и те же грабли. Ничего не меняется. Еще, наверное, стоило поспать ночью, но она все время вертелась, волнуясь перед заседанием. Ничего, дома отоспится. В родных стенах непременно станет легче. Осталось лишь до них добраться.

Глава 2

В зале ожидания народу было полно. Кто-то встречал близких, кто-то, наоборот, ожидал регистрации на рейс. И только высокий шатен не обращал внимания на снующий народ. Он сосредоточился на спутнице, которая пыталась смотреть на табло прилета. Ключевое слово – пыталась, молодой человек вовсе не хотел делить внимание любимой с чем бы то ни было. То и дело касался ее, приобнимал, легонько дергал за волосы и получал в ответ лишь насмешливую улыбку.

– Ну ладно ты, – рассмеялась девушка. – Ты встречаешь лучшего друга, который, наконец-то, решил осесть на родине после долгих странствий. Меня-то ты зачем в аэропорт притащил, Глеб?

Глеб Левицкий загадочно усмехнулся и довольно проговорил:

– Ну, а куда я теперь без тебя, Маргошик?

Отреагировать девушка не успела. Их уединение было неожиданно нарушено.

– Глеб? – подскочил к ним взъерошенный парнишка. – А ты кого встречаешь? Или улетаешь?

– Друга, – улыбнулся Левицкий. – Привет, Ромич. А ты сам что тут забыл? Или моя маман выгнала тебя в свободное плавание, то бишь в отпуск?

Роман Верещагин работал дизайнером в фирме матери Глеба, Лилии Левицкой. С этим неугомонным, вечно полным энергии парнем Глеба связывали дружеские отношения. Поначалу, правда, несколько смущало, что Ромка был не от мира сего, но затем это отошло на второй план. Общаться с ним все-таки было довольно-таки интересно.

– Отпуск? Ха-ха, – кратко обозначил свое отношение к отдыху Ромка. – Нет уж, мне проект надо закончить, – он был тем еще трудоголиком, искренне горящим своей работой. – Я подругу встречаю.

– Подругу? Даже не друга? Неожиданно, – ухмыльнулся Левицкий, но Марго его одернула:

– Глеб, хватит!

С Романом она также была знакома, и очень хорошо к нему относилась. Она сама в некотором роде такая же – стоит заняться любимым делом, и все отходило на второй, а то и на десятый план. Если ей комфортно в собственной работе, так почему бы и нет?

– Маргошик, чудо ты мое! – улыбнулся Верещагин. – Как ты этого зануду терпишь?

«Зануда» в ответ лишь крепче стиснул собственную девушку, словно ожидая, что щедрый на комплименты Роман ее уведет.

– Люблю, потому и терплю, – улыбнулась Маргарита. – А мы Матвея встречаем. Он сегодня должен прилететь.

– Опять наскоком или в этот раз надолго? – полюбопытствовал Роман. Волей-неволей он знал всех, кто имел отношение к его собственной работе. А в недалеком прошлом Матвей захаживал к его коллеге, и однажды ему даже пришлось передавать цветы от ее парня. Лицо Рокотова в тот момент стоило видеть!

– Вроде планирует осесть, наконец-то, – сообщил Глеб. Ему не хватало лучшего друга, вечно мотающегося по разным городам и улаживающего дела развивающейся компании отца.

– Слышите, рейс объявили, – сообщила Маргарита. – Значит, Матвей скоро появится.

– Тоже из Москвы? – усмехнулся Роман. – Готов поспорить, появится он быстрее, чем моя подруженция.

Так и оказалось. Уже минут через десять Рокотов с небольшим чемоданом на колесиках подошел к компании. Лицо его почему-то было не очень довольным. Поздоровался с друзьями, приобнял Марго под недовольным взглядом Глеба, не жаждущего отпускать собственное сокровище.

– Как долетел? – заботливо поинтересовалась Маргарита.

– Отлично, – улыбнулся Матвей. – Если бы не одна зараза, не переносящая полеты и собеседников, вообще замечательно бы было.

– Если бы не собеседники, я бы подумал, что она весь полет трещала, как ненормальная, а так… Чем она тебе не угодила? – удивилась Маргарита.

– Судя по всему, Мэта отшили, – заржал Глеб, слишком хорошо знающий приятеля. И ответный взгляд показал, что он попал в точку.

– Зараза, случайно, не рыжая? – почему-то спросил Роман, каким-то шестым чувством догадываясь, с кем столкнулся Рокотов.

– А ты откуда знаешь? – подозрительно прищурился Матвей, а Верещагин в это время изучал народ, выходящий в зал встречающих. Его подруга все не появлялась. И он бы начал беспокоиться, если бы не рассказ знакомого. Хотя…Кто знает, что даже здесь может случиться? Неприятное предчувствие холодило кожу, но тут, наконец, появилась и она. Как всегда, безупречно-идеальная. Пышная зеленая юбка до колен, кружевная белая блузка, элегантная прическа, переброшенный через руку бежевый плащ. И вежливо-ледяное выражение лица. Ничего, сейчас он ей все подпортит.

***

Мерный стук каблуков в этом шуме был ее персональным успокоительным. Как и всегда. Пришлось немного задержаться из-за неполадок с багажом, но это не столь важно. Все позади. Во всяком случае, она на это надеялась.

Элла остановилась в середине зала, оглядывая встречающих. И где это чудо запропастилось? Очень странно.

– Эльфеныш! – вопль, почему-то раздавшийся сзади, едва не оглушил. А потом на нее налетел вихрь, который сгреб в охапку и закружил на месте. Неугомонный! Тысячу раз просила так не делать. И все равно Верещагин поступает по-своему.

– Тихо, Рома, тихо, опусти на землю, – скомандовала она и в то же мгновение оказалась на кафельном полу. Из объятий ее, впрочем, не выпустили.

– Зануда! – притворно-обиженно надулся ее самый лучший персональный кошмар в этой жизни.

– Какая есть, – не стала отрицать Элла и тихонько спросила. – Все в порядке?

Молчаливый кивок заставил ее облегченно выдохнуть. Господи, как же она опасалась, что тут что-нибудь случится! Но, кажется, обошлось. Только узнав ответ на самый главный для нее вопрос, она смогла расслабиться и поцеловать непосредственного друга в щеку.

– Здравствуй, дорогой, – запоздало вспомнила о правилах приличия. Впрочем, они друга никогда не волновали. Перехватил ее чемоданчик и потащил куда-то в сторону. К компании, в которой она с удивлением заметила своего случайного попутчика.

Тот буквально пожирал ее взглядом, но уловить эмоции, что бушевали за этими карими глазами, она не могла. Да и не хотела.

– Знакомьтесь, ребята, это мой Эльфеныш! – торжественно представил Ромка и ойкнул, когда она словно ненароком наступила острым каблучком на его ногу. – В смысле, Элла. Моя подруга детства. Это сын моего босса – Глеб, его девушка – Марго и друг – Матвей.

– Очень приятно, – вежливо улыбнулась Элла. Но ничего, кроме вежливости. Слишком устала, слишком хотелось домой, слишком все бесило… Слишком много слишком. И даже Ромка это почувствовал и, перебросившись парой реплик, утащил ее к машине.

***

Вся троица провожала их недоуменными взглядами.

– А еще говорят, что рыжие – страстные, – задумчиво проговорил Глеб. – Меня словно в прорубь окунули. Б-р-р-р…

Маргарита на его выпад возмутилась:

– Как можно судить о человеке по паре минут общения и делать выводы о темпераменте только по цвету волос? Право, Глеб, иногда ты невыносим.

– Только иногда? По цвету – нельзя, – ухмыльнулся ее парень. – Ты у меня всех рыжих переплюнешь.

Разъяренно-грозный взгляд очень плохо сочетался с заалевшими щеками и уж точно не возымел требуемого действия. Матвея эта «сладкая парочка» забавляла еще с момента знакомства с Марго – слишком необычной была девушка, но в глубине души он другу завидовал. Ему пока не встретилась та, которая могла бы зацепить его так же сильно.

– Эльфеныш, – хмыкнул он вслух. – Надо же.

Прозвище совсем не вязалось с его нечаянной соседкой. Впрочем, с ней не ассоциировался и Ромка. Они были очень разными – этот раздолбай и гламурная дива. Но точно близкими. Даже удивительно.

– Зато теперь я точно уверен, что она тебя отшила, – заржал вдруг Глеб. – Сто процентов.

– Это мы еще посмотрим, – по губам Рокотова скользнула коварная ухмылка, не предвещающая ничего хорошего.

***

Всю дорогу Элла мучила Романа расспросами, на которые он стоически отвечал. Каждую мелочь припоминал, за что ему стоило целый памятник поставить. Самый лучший друг в ее жизни. Искренний, настоящий, терпеливый. А теперь и единственный. Такому можно простить даже дурацкого «эльфеныша».

Затем инициативу разговора перехватил Ромка:

– Ты мне лучше скажи, как все прошло.

– Как-как, – вздохнула Элла. – Много криков, оскорблений, свидетельств… В общем, если бы не твой приятель-адвокат, ничего бы не получилось.

– Да уж, это не совсем профиль Кира, но он лучший, – согласился Роман. – Тем более, он понимает твои мотивы. Почему вернулись не вместе?

– Он к жене улетел сразу, – улыбнулась Элла. – Я же себе такого позволить не могла, сам понимаешь.

Роман лишь молча кивнул – понимал. Прекрасно понимал. Все, кроме того, как его маленький эльфеныш умудрился вляпаться в такую историю. За что ей это?

Вот и приехали. И спокойную, размеренную Элку как подменили. Быстрый шаг, едва не срывающийся на бег. Раздраженный взгляд в сторону тормозящего лифта. Но вот дверь и открыта. Практически сразу послышался топот детских ножек и радостный вопль:

– Ма! Плиехала!!!!!!! – и маленький растрепанный ураган радостно повис на безупречной Элле Кригер.

Глава 3

– Приехала, приехала, – рассмеялась Элла, прижимая ребенка к себе.

– Я кучала, – зеленые глаза, так похожие на ее собственные, на мгновение стали грустными. – Ты бойше не уедешь?

– Не уеду, – девушка опустилась на корточки и поправила спутавшиеся кудряшки дочери. – Никуда больше не уеду, Златка!

– Уля! – радостный ребенок получил поцелуй в нос и тут же переключился на другое. – Ма, смотли, какую мне куклу Йома купил! – и она потащила Эллу в комнату.

– Тетя Оля, здравствуйте, – мимоходом поздоровалась родительница с матерью Романа, которая и присматривала за маленьким цунами.

– Здравствуй, Эллочка, – улыбнулась женщина. – Все в порядке? Злата, дай маме хоть разуться.

– Сейчас! – заулыбалась девочка. – Я помогу, – и тонкие пальчики потянулись к застежкам на маминых туфлях. Элла закатила глаза, встретив смеющийся взгляд Ольги Евгеньевны, но промолчала – подавлять детскую инициативу было, по меньшей мере, непедагогично. Пришлось дождаться, когда мелкая справится с обувью, бурча себе что-то под нос.

– Рассказывай, маленькая леди, как ты себя тут вела? – деловито поинтересовалась Элла.

Впрочем, вопрос был глупый. И так понятно, как. Маленький генерал поставил на уши весь дом. Пленных не брал – все сразу поддавались обаянию ребенка.

– Мы гувяви! Много-много! – зеленые глазки светились неподдельным восторгом. – Уф, усе, – выдохнула она. – Ма, идем! Смотли! – и она протянула Элле красивую куклу Белль из старого мультика.

– Какая красота, – улыбнулась та и вполголоса пробормотала. – Ну, Верещагин!

– А я что? – сделал невинное лицо Ромка. – Принцессам надо играть с принцессами, правда, золотко?

Злата лишь что-то согласно пискнула, соглашаясь с крестным. Но Элла была неумолимой:

– А что здесь тогда делает железная дорога?

– Это для меня, – гордо взял на себя ответственность Роман, надувшись, как павлин.

– Дя! – важно поддержала своего заступника Златка, вскинув подбородок. – Ма, ты не селдишься?

Элла только расхохоталась, настолько уморительное ей предстало зрелище. Спелись, заразы. Впрочем, неудивительно. Последние несколько месяцев Роман был лучшим другом мелкой, всегда с ней играл и во всем поддерживал. Так почему бы и нет?

– Не сержусь, – Элла схватила ребенка в охапку и начала щекотать под радостные визги. А сама поверх плеча дочери шепнула одними губами. – Спасибо.

– А теперь шустро моем руки и идем кушать тортик! – скомандовал Ромка.

– Уля!!! Тотик! – Злата вывернулась из рук матери и устремилась в ванную.

– Сначала обед! – строго крикнула ей вслед Элла, но дочь это волновало мало.

– Не стоило столько на игрушки тратиться, – упрекнула друга девушка.

– Стоило, – Ромка был неумолим. – Она мне как племянница. Зарабатываю я достаточно. Мне несложно, эльфеныш, честное слово.

– Ты – чудо, – чмокнула его в щеку Элла. Он ей тоже был как брат. Неудивительно, они знакомы почти двадцать лет. Жили на одной площадке, сидели за одной партой. Такие разные, но все равно дружные. И только с ним она могла временами быть настоящей, без всех оков воспитания, которые вбивались в нее еще с пятилетнего возраста.

Всегда быть вежливой. Элегантно одеваться. Постоянно подбирать выражения. Быть леди – в этих двух словах содержался основной смысл ее воспитания. Бабушка учила ее всему, что знала сама. Вот только так и не смогла научить ее выживать в этом мире, где хорошие манеры не то чтобы сошли на нет, но уже не являлись главной ценностью. Так и осталась она с малых лет идеальной. Безупречной. Замороженной. Именно последним эпитетом ее и называл бывший муж.

– Ма! Я помыва уки! – мелкая выбежала из ванной и обрызгала родительницу, выдирая ее из липких лапок прошлого. – Идем к тотику!

– Идем, золотко, тортик нас явно заждался, – улыбнулась Элла.

Тортик заждался так сильно, что кусок прикончили неимоверно быстро. И Злата снова убежала играть под присмотром Ольги Евгеньевны.

– Эльфеныш, – Роман внимательно изучал подругу, которая задумчиво вертела нагретый фарфор в руках. – Скажи-ка мне, что ты будешь делать дальше. По-любому, уже думала. Или я тебя не знаю от слова «совсем».

– Конечно, думала, – Элла заправила за ухо локон, который утром специально выпустила на свободу из идеальной прически. – Но пока не знаю. Честно.

Сейчас она была без маски. Без неизменной улыбки. Усталый взгляд зеленых глаз, на дне которых затаилась печаль. Напряженное постукивание идеальными ноготками по столу. И полное непонимание того, куда ей двигаться дальше и что делать. Знала только, что нужно жить. Хотя бы ради дочери.

– Ты же понимаешь, что искусствовед в декрете сейчас никому особо не нужен, хотя таких специалистов, как ты, днем с огнем не сыскать? – прямо спросил Роман, не желая увиливать и подводить подругу к этой истине постепенно. Леди Кригер лишь кивнула в ответ. Она думала об этом, и не единожды. В Москве или за рубежом у нее еще был шанс найти работу. В родном городе – вряд ли, каким бы миллионником он ни был. Не в музей же идти работать! В принципе, можно, конечно. Вот только это опять будет до жути нестабильный график, а у нее Златка… Не может же она вечно оставлять ее на Ольгу Евгеньевну и Ромку.

– У тебя есть варианты? – поинтересовалась она. Знала, что просто так он бы эту тему поднимать не стал. Раз начал говорить – значит, давным-давно уже все продумал.

– Лилии Константиновне требуется личный помощник, – сообщил Роман. – С делами ты справишься, специального образования не требуется, мозги у тебя есть, а вкус идеальный.

Он перечислил все эти качества обыденно, будто через запятую, не пытаясь польстить или убедить. Но невольный смешок, так не стыкующийся с безупречной Эллой Кригер, все равно сорвался с губ:

– А твоя начальница об этом знает?

– Знает, – не опустил глаз Роман. – И готова тебя взять, если вы поладите. Я с ней уже говорил. Плюс она прекрасно осознает, что у тебя ребенок, и готова делать небольшие поблажки. Знает, что потом это вернется сполна.

– Прямо сказку какую-то описываешь, – скупо улыбнулась девушка.

– Все просто. У нас работают идейные. Хоть и получают за это неплохие бабки, – Роман смотрел с каким-то даже превосходством. – Или становятся идейными, начав работать у нас.

Элла знала, он не врет. Слишком хорошо помнила, с какими горящими глазами друг возвращался с работы, когда только устроился. И этот огонь в глазах, о чудо, до сих пор не погас. Но способна ли на такое воодушевление замороженная вобла вроде нее? Вызов в Ромкиных глазах не давал пойти на попятный.

– Ну что ж… Давай попробуем.

Глава 4

К вечеру квартира опустела. Роман обнял на прощание Эллу и попросил ее хорошенько отдохнуть. Ольга Евгеньевна удалилась еще раньше. И девушка осталась в трехкомнатной квартире наедине с собственным ребенком, который порядком умаялся за день. А еще ни в какую не хотел отлипать от уезжавшей на пару дней матери. Впрочем, у Эллы были схожие чувства.

Несколько часов она усердно потратила на то, чтобы искупать маленькую чумазую принцессу и уложить ее спать, рассказав на ночь очередную сказку. Злата так и уснула, одной ладошкой обнимая плюшевого медвежонка, а другой держа мать за руку. Осторожно высвободившись из хватки дочери, Элла подоткнула ей одеяло и направилась на кухню. Ей необходимо выпить чаю с мятой, чтобы привести эмоции в порядок и прочистить мозги. Ах да, усмехнулась она про себя, словно наяву услышав голос собственной бабушки, леди так не говорят. Вот только как бы она себя ни вела, ее мысли крайне редко соответствовали тому, что пристало истинной леди.

Первый же глоток мятного чая отозвался прохладой на языке. Итак, что у нее сейчас на руках? Жизненная необходимость найти работу, защитить себя и дочь. Конечно, квартира бабушки – то еще укрытие, ее здесь очень легко найти. Один лишь плюс – закон на ее стороне. Вот только бывшего мужа вряд ли это остановит.

Устроиться в дизайнерскую компанию Лилии Левицкой – выход. Пусть и временный, но она сейчас не в том положении, чтобы довольствоваться большим. Если, конечно, не собирается просить помощи у родителей, выслушивать их упреки и бесконечные разговоры о репутации.

На самом деле это почти забавно. При всех великих возможностях, которыми обладали ее родственники, помощи она попросила именно у Романа Верещагина, ни секунды не сомневаясь, что он сделает все возможное и невозможное. Особенно невозможное.

Говорят, друзья познаются в беде. Раньше она, Элла, об этом как-то даже не задумывалась. Просто всегда знала, что соседский мальчишка ее защитит, придет на помощь, спасет. Впрочем, как и она сделает все, чтобы поддержать такого непохожего на остальных парня.

Они оба были белыми воронами среди одноклассников, соседей. Это и заставляло их первое время держаться вместе. А потом все переросло в крепкую, искреннюю, настоящую дружбу, по которой последние три-четыре года Элла откровенно скучала.

Адриан, ее муж, никогда не понимал, что общего у нее может быть с этим «субъектом». Почему она так упорно цепляется за эту дружбу, когда вокруг есть море куда более подходящих кандидатур – холеных, успешных девушек ее круга. Таких идеальных с фасада и таких же испорченных, пустых и равнодушных внутри. Иногда она, Элла, и сама себе казалось такой. Наверняка и тот парень в самолете посчитал ее такой же. Как там его, Матвей?

Еще один глоток мятного чая, согревающего пальцы и охлаждающего душу. Этот парень чем-то напомнил ей мужа. Наверное, той же уверенностью, непрошибаемостью. Хотя, надо отдать ему должное, он поддержал ее, когда ей стало страшно в самолете и подкатил очередной приступ дурноты. Адриан себя подобной ерундой не утруждал никогда.

Приглушенный звонок телефона едва не заставил ее выронить чашку из рук. Но многолетняя привычка сдерживаться – не черта характера, именно привычка – заставила ее практически мгновенно обрести спокойствие. Хотя бы внешнее. Почти не дрожащей рукой она взяла смартфон в руки, нажатием кнопки убирая звук – еще не хватало, чтобы ребенок проснулся. И только потом прочитала имя звонившего. Ну кто бы сомневался! Он никогда не умел проигрывать!

А она не умела показывать свои слабости. Ни перед кем. И не собиралась начинать.

– Я слушаю, – спокойный, ровный голос, словно не было секундного замешательства. Словно не было застывшего в груди комка.