Приемный день

Модесту Ильичу Чайковскому

1. Ах, генерал! Какой приятный…

2. Графиня, здравствуйте!

1. Приятный сюрприз! Я не знала, что вы в Петербурге.

2. А я не знал, что у вас приемный день. Ну, приемный так приемный…

1. Да, это удобнее: всех зараз. С тех пор как мои внучки выезжают, Петербург стал так велик, я изнемогаю от количества людей и еще больше от количества слов. Выносить это каждый день я не в состоянии; каждый день слышать, что «сезон в нынешнем году будет очень короткий» и что «придворных балов в нынешнем году не будет», я-не-в-со-сто-я-нии.

2. И вы «взяли день»?

1. И я взяла вторники. Это день Неждановых-Стеклянцевых, а так как мы живем напротив…

2. Вы подумали о ваших ближних?

1. Скажите лучше, о моих дальних.

2. В переносном смысле?

1. О, нет, в самом прямом. В переносном смысле все одинаковы, кроме, конечно, нескольких милых исключений.

2. Этого вы могли бы не прибавлять.

1. Вы не сомневаетесь, не правда ли?

2. А разве я не знаю, что присутствующие – всегда исключение?

1. Особенно, когда так долго отсутствуют. Где вы были?

2. В Москве.

1. Вот как, а я думаю, в Биаррице.

2. Нет, я провел лето у себя в Крупенниках, а в Москве застрял по делам.

1. Значит, вы видели пьесу Толстого?

2. Даже два раза.

1. Скажите мне, для девушек ли это?

2. Позвольте, позвольте… Вы меня застаете врасплох… Я, признаюсь, об этом ни разу не подумал.

1. Старый холостяк!

2. Но, я думаю, Толстой всегда для девушек.

1. Генерал, милый генерал! Да вы никогда не читали «Крейцерову сонату»!

2. Читал, графиня, как же не читать.

1. Ну так у вас никогда дочерей не было!

2. Вот это скорее.

1. А я никак не могу добиться. Никто не может мне сказать, как будто все слово себе дали об этом не думать. А сама читать я положительно не имею минуты: Петербург стал так велик, с тех пор что…

2. Неужели же никто, как вы говорите, об этом не думает!

1. Да никто, уверяю вас. Я больше ничего не понимаю. Я понимаю, что можно не думать, но как можно забыть, вот чего я не понимаю.

2. Виноват, – что забыть?

1. Как может, например, человек, который отец, или та женщина, которая мать, забыть, что у него или у нее есть или были дочери. Вот чего я не понимаю.

2. Как вы сказали?

1. Я сказала, что не понимаю, как можно забыть, что есть или были дети.

2. Нет, вы выразились как-то про женщину, вы сказали…

1. Я сказала, что я не понимаю, как женщина, которая мать…

2. Вот, это тоже есть в «Трупе».

1. Ах, это есть?

2. Да, та женщина, которая мать…

1. Толстой всегда отлично понимает материнство. Но все-таки, пока я не… Ах, идет этот несносный Турусов!

2. Он у вас бывает?

1. Где же он не бывает! Где свечи ни зажгли, – все равно, бал или панихида, – он всегда первый… Как вы любезны, князь…

3. Я так был рад узнать, графиня, что у вас приемный день, а то вас никогда дома не бывает… Генерал, здравствуйте; вы в Петербурге, – можно сказать, что сезон балетный начался. Ведь завтра «Жизель».

2. Ну что ж, «Жизель» так «Жизель». Графиня, будьте здоровы.

1. Вы меня покидаете?

2. У вас начинается съезд, а мой сезон, как вы слышали, начинается только завтра.

1. До свиданья, генерал, не забывайте…

3. Балетный сезон будет дольше, графиня, чем бальный, – в нынешнем году Пасха такая ранняя… Впрочем, кажется, ущерб небольшой – придворных балов, говорят, не будет…

1. Да, мои внучки прямо неутешны… для первого их сезона…

3. Моя дочь мне говорила; она познакомилась с ними на катке, она мне говорила, что они вместе горевали. Я так рад, что моя дочь дебютирует вместе с вашими внучками. Для одинокого отца, знаете, графиня, как трудно…

1. Ах, скажите мне, князь, вы знаете пьесу Толстого…

3. То есть я ее не видел… но…

1. Но вы знаете. Скажите мне, это для девушек?

3. О, да.

1. Кто вам сказал?

3. Моя дочь была.

1. Да разве… Ах, Мария Ивановна, как я рада!

4. Здравствуйте, милая графиня, привезла вам моих девочек.

1. Очень рада, надеюсь, что вы будете много веселиться… Вы знакомы? Князь Турусов.

3. Я имел честь быть представленным Марии Ивановне в прошлый раз у Неждановых-Стеклянцевых.

4. Как же… Я сейчас оттуда. Город и окраина!

3. А я сейчас туда. Графиня, имею честь… Мария Ивановна…

1. До свиданья, князь.

4. Какой несносный.

1. Ах, какой несносный! И представьте, его дочь… Я думаю, вашим барышням веселее будет за чайным столом.

4. Ну разумеется. Марш в ту комнату.

1. Пойдите, мои милые; вы мою Марианну знаете?

5. Нет, не имела…

1. Марианна, вы там?.. Это ничего…

6. Я здесь, графиня.

1. Это ничего, вы познакомитесь… Они обворожительны.

4. Мы вчера представлялись. Они об-во-ро-же-ны.

1. Ну еще бы… Какое воспоминание… Когда перед тобой жизнь…

4. Я решила им давать от жизни только одни светлые, хорошие впечатления.

1. Чтоб было что вспомнить? Как вы правы!

4. Не правда ли? А у нас теперь не любят вспоминать.

1. Не говорите, дорогая: «Старые годы» много сделали.

4. А вы, графиня, по обыкновению, «всегда в курсе», как говорит наш милейший генерал. Где он пропадает?

1. Приехал, сейчас был здесь, завтра будет в балете.

4. Как и следовало ожидать.

1. Не всегда «в курсе», Мария Ивановна. Совсем даже не в курсе относительно пьесы… Толстой.

4. Le «Живой труп»?

1. Mais oui. Я не могу добиться, si c'est pour jeunes filles[1].

4. He знаю.

1. Никто не знает! Я сейчас спрашивала Турусова, а он… Да, я же забыла, что я вам хотела сказать… Мы с вами всегда так, начнем, и потом…

4. Как говорил мой покойный Gregoire: «с ветки на ветку».

1. А мой сын всегда говорит: «У мама сердце ни с места, а воображение порхает».

4. Это то, что придает очарование вашей беседе; вас всегда находишь – вы повсюду.

1. Да и с вами, дорогая, не разминешься. Так о чем же мы говорили?

4. О пьесе Толстого, кажется…

1. Да, конечно. Вы видели?

4. Ох нет! Разве можно смотреть такое название. Мои дочери все пристают…

1. Да, вот же что я хотела сказать. Оказывается, la petite Турусов… Вот вся семья Кегельгоф… Беседовать невозможно.

4. Кегельгоф?

1. Да, прелестные балтийцы, она урожденная Тюриссаль… Милая баронесса, как я рада; здравствуйте, барон, позвольте вас представить Марии Ивановне Досецкой.

4. Я очень рада.

7. Мы отчень рады.

1. Милая баронесса, ваша молодежь, может быть, пройдет в ту комнату, там чай… Встречается молодежь.

4. И они познакомятся с моими дочерьми.

8. Мы будем отчень рады.

1. Садитесь, баронесса. Приятно смотреть на ваших дочерей и сыновей, – они воплощение здоровья.

9. Это следствие морского воздуха.

1. А также хорошего воспитания, баронесса. Надо сказать, что у них семейная жизнь сохранилась гораздо больше, чем у нас. Правда, барон, у вас…

7. У нас патриархальный образ жизни сохранился в надлежащих рамках.

1. Да, но вы соединяете патриархальность с культурой. В вас ведь это сильно развито, баронесса.

9. Но у нас нет ощущения, что мы живем в провинции.

1. А вы надолго в Петербург?

9. Ах, мы сами не знайем. Сезон такой короттткий. Я не знайю. Мы хотим познакомиться… И кроме того, наш старший сын вступает на дипломатическую стезю.

1. Ну, я надеюсь, что вам в Петербурге понравится… Ах, Сергей Константинович, здравствуйте… Баронесса, позвольте вам представить – Сергей Константинович Макоцкий. Мария Ивановна…

4. Я знаю, я знаю… Вы издатель «Персея».

10. Редактор.

4. Ах, извините… Графиня, я, кажется…

1. Вовсе нет, дорогая. Редактор, это же намного больше, чем издатель. Барон, я вас, кажется, не познакомила…

7. Я отчень рад познакоммиться с вами. Ваш журнал у нас в Реввеле, в клубе, всегда на столе.

10. Я очень счастлив.

8. Мы так жалейем, что выставка в Царском Селе уже закрытта.

10. Может быть, вы мне сделаете честь посетить выставку «Персея»?

7. Ах, обязательно. Она уже открытта?

10. Через десять дней.

7. Обязатттельно.

10. Графиня, я вам привез билет на открытие.

1. Как мило, что вспомнили. Мы поедем вместе с баронессой.

9. Я рада – у меня страсть к выставкам.

1. Сергей Константинович, вы, может быть, пройдете в ту комнату… Это не то, чего мне будет не хватать в Петербурге этой зимой… вы встретите молодежь… это очень достойные молодые люди из «Старых годов».

4. А я думала, что это «Персей».

1. Это одно и то же.

7. Эмилия, полагаю, нам следует проститься…

9. Прощайте, мадам.

1. Au revoir. До свидания, молодые люди. Где вы остановились, баронесса?

9. У нашего дяди, сенатора.

1. Я вам расскажу о выставке… Я очень люблю балтийцев. Воспоминание детства. И потом, для внучек это такой чистый элемент – эти маленькие Кегельгофы.

4. Однако, я у вас всех пересидела…

1. Останьтесь, дорогая. Вы меня поддерживаете… А, наш депутат! Здравствуйте, Михаил Александрович. Мария Ивановна, вы знаете Михаила Александровича Стаховича…

11. Здравствуйте, графиня. Могу вам сообщить, что в ваших владениях все обстоит благополучно.

1. А когда вы оттуда?

11. Третьего дня.

1. И что же?

11. Ваши зеленя прекрасны, но вообще скверно.

1. Что ж делать! На Бога надежда.

11. Конечно, когда человек плох, то другого не остается… А, Сергей Константинович! Как поживаете? Чем заняты?

1. Спросите у него, чем он не занят… Это невозможно. Михаил Александрович, скажите ему, что так нельзя. Много желать – добра не видать.

11. А если наоборот? Много видать – добра не желать?

1. Не острите, господин депутат. А лучше скажите Сергею Константиновичу, что так нельзя. Теперь выдумал выписывать какой-то балет в купальных костюмах.

10. Во-первых, это не я выдумал, а Волконский.

1. Ну все равно – «Старые годы».

11. Не старые, графиня, а, смею вас уверить, самые молодые.

1. Я надеюсь, что запретят этот балет. Михаил Александрович, вы должны употребить ваше влияние.

11. Это не балет, графиня, это Далькроз. Это гимнастика.

1. Тогда зачем же на нее смотреть?

11. Говорят, это поразительно красиво. И потом, в смысле воспитания…

1. Уж это пожалуйста! Я только знаю одно: мои внучки ни через такое воспитание не пройдут, ни на такое представление не поедут. Для купальных костюмов есть свое место и свой сезон. Не правда ли, Мария Ивановна?

4. Это какое-то сумасшествие. Я удивляюсь, как вы, Михаил Александрович, такой положительный человек…

11. Я лично ничего не могу сказать – я не видал. Но вы знаете, что в Москве уже начинают с ума сходить. Весь Художественный театр занимается ритмической гимнастикой. На днях сам Станиславский «пошел».

1. Куда?

11. Кругом пошел, вместе с другими.

1. Ах да, это я знаю, ведь «круги» – это его система… Что, Сергей Константинович, вы бежите?

10. До свидания, графиня, – дела.

1. Все «Персей»? Ну что ж, до свидания.

10. До свидания, Мария Ивановна, позволите и вам билет привезти?

4. Очень буду рада. Вы же знаете, что искусство – это моя страсть.

10. До свидания, Михаил Александрович. А что толстовская выставка?

11. Подвигается, интересный материал поступает.

10. Неужели?

11. Почему «неужели»?

10. Простите, я с своей, слишком субъективной точки зрения.

11. Ну да, я знаю, у вас, эстетов, это называется рухлядью. Но эта рухлядь, батенька, пронизана гением!

10. В том-то и дело, что не пронизана, а гений сам по себе, рухлядь сам по себе.

11. Это хула на историю!

10. Это хула на искусство!

11. Мы не претендуем на то, чтобы создавать искусство.

10. Тогда уж лучше и историю не писать.

1. Господа, господа…

11. «В вашем доме»? Мы всегда так, как сойдемся, графиня, не беспокойтесь.

10. Это не имеет никакого значения.

1. Я никогда не могла понять, как можно из-за вопросов искусства так ссориться, как некоторые. Не все ли равно, что одному нравится одно, а другому – другое. Не правда ли, Мария Ивановна?

4. Еще бы! В искусстве надо быть терпимым.

1. Ну вот видите, господа. Михаил Александрович…

11. Не волнуйтесь, графиня, ничего не произошло. Я его на минуту задержал и отпускаю. Летите, юный герой, Андромеда вас ждет.

10. Улетаю.

1. Это очень достойные молодые люди из журнала «Старые годы».

11. «Персей», графиня, не «Старые годы».

1. Разве это не одно и то же?

11. Совсем не одно и то же.

1. Да? Но они одни и те же. И я нахожу, что они очень хороши, не как другие некоторые, кто из-за искусства плохо закончит. Когда у вас Дума начинается?

11. Послезавтра.

1. Уж в нынешнем году я не попаду.

11. Отчего так?

1. Мои внучки выезжают! Вы и не знали?

11. Поздравляю, графиня.

1. Если б вы знали…

11. Что за комиссия?

1. Если б вы знали… Вы бы не поздравляли… Впрочем, когда будет председательствовать Родзянко, я поеду. Поедем, Мария Ивановна?

4. А вы больше любите Родзянко? Я предпочитаю Волконского.

1. Ах, chere, ну как же можно сравнивать! Михаил Александрович, вы человек с убеждением: кто из нас прав?

11. Я думаю, что в данном случае разногласие не столько вопрос убеждения, сколько вопрос вкуса.

1. Вы не депутат, вы дипломат.

11. Вот слово, которое всегда говорится как упрек, а принимается как похвала.

1. Я не знала, что вы такой оптимист.

11. А я не знал, что Мария Ивановна интересуется Думой, я думал, что она принципиальный противник выборного начала.

4. Да, в глубине души мне не нравится избирательный принцип, но когда графиня меня везет…

1. Уж я знаю, Мария Ивановна… Она только не признается, но она это любит гораздо больше, чем приемные дни… Ах, Долли! Как я рада вас видеть!

12. Наконец я к вам попала! Если б вы знали, что за жизнь… Мария Ивановна, здравствуйте… Ради всех святых, графиня, чашку чаю…

1. Марианна, чаю Дарье Федоровне!

12. Если бы вы знали! Я в десяти местах была… Мария Ивановна, я вас видела вчера в театре… Ах, депутат, мы с вами не виделись целую вечность.

11. На первом представлении «Трупа». Это не так давно. 12. Время так быстро идет и так полно впечатлений, что все кажется давно… Спасибо, Марианна, вы ангел.

11. Но со мною, Дарья Федоровна, вы не успели обменяться впечатлениями. Как вам понравилось?

12. Игра бес-по-доб-на! Вы знаете, я люблю реализм – в искусстве! В жизни нужен идеал, но в искусстве… и потом, это гораздо труднее. Когда, например, человек некурящий на сцене курит так, как будто всю жизнь курил, – ведь это то же, что они называют переживание, и гораздо труднее, чем переживать какие-нибудь чувства, которые он в жизни уже чувствовал. Не правда ли, Мария Ивановна?

4. Да, я понимаю; вы находите, что для актера труднее создавать, чем повторять. Это очень тонко замечено, графиня.

1. Да ведь она у нас такая умница. Ну а пьеса?..

12. Нет, не спрашивайте. При Михаиле Александровиче не буду говорить.

11. Я вижу, что мне надо уходить.

1. Зачем же, Михаил Александрович?

11. Затем, графиня, что вы жаждете узнать то, что при мне не может быть сказано.

1. Почему же жажду? Это было бы негостеприимно.

11. Потому что Дарья Федоровна законодательница, а вы закон ставите выше обычаев. Нет, право, мне пора.

1. Мне очень жаль, что вы так скоро. Это все Долли. И это второе неудовольствие в моем доме.

11. Второе? А первое?

1. Макоцкий.

11. О, графиня, когда я поверю в первое, тогда будем говорить о втором. До свиданья.

1. Ну а теперь, что он ушел, я вам скажу, что он и сам не знает, как близок к истине. Я жажду слышать ваше мнение, Долли.

12. О чем?

1. Об этой пьесе.

12. О какой?

1. О пьесе Толстого!

12. «Живой труп»?

1. О какой же еще!!

12. Почему же вам это так нужно?

1. Долли, вернитесь в себя! Вы слишком рассеянны. Ну как же вы не понимаете, что та женщина, которая мать…

12. Не сердитесь, милая, я действительно… иногда… рассеянна. И потом, понимаете, ведь я была в десяти местах…

1. Правда?

12. Невозможно.

1. Что невозможно?

12. Я только знаю одно, что, если бы у меня была дочь, я бы никогда ее не повезла.

1. А! Наконец!

12. Что – наконец?

1. Наконец ясное суждение.

12. Невозможно, невозможно. Этот Протасов…

1. Только та и идея, чтобы взять всем известную фамилию…

12. Не правда ли? Но потом, поведение этого человека и та святость, в которой это поведение выставляется. Я вам говорю – невозможно.

4. Не правда ли, там развод?

12. Без развода, Мария Ивановна, без развода!

4. А как?

12. Уступка.

1. А приличия?

12. Соблюдены, до поры до времени.

4. Чем же?

12. Симуляция самоубийства.

1. А потом?

12. А потом, когда всплывает, – уже настоящее самоубийство. Но я должна сказать, что самое ужасное, это все разговоры в промежуток времени между двумя самоубийствами.

4. И что же?

12. Только подумайте. Он говорит, что любил по-собачьи!

1. Как! Он это говорит?

12. Именно так. Но по-русски!

1. Понимаю.

12. Ну а теперь, что вы узнали, что вам нужно, я должна, должна бежать. Прощайте. Не прощайтесь, не провожайте… и не забывайте!

1. Сумасбродка, но масса здравого смысла.

4. Ну а теперь и мне пора. Маруся! Катуся! Прощайтесь с графиней.

5. Прощайте, графиня.

1. Я очень была рада вас видеть. Я надеюсь, мама вас отпустит ко мне в пятницу вечером.

4. Разумеется… Поблагодарите графиню…

5. Благодарствуйте, графиня, мы так будем рады.

4. Разумеется… По крайней мере поболтаем.

1. Да, уж эти приемные дни, это невыносимо… И кто их вьщумал… Я изнемогаю… До свиданья, спасибо, chere, вы меня поддержали… Марианна!

6. Графиня?

1. Я буду обедать в своей комнате, я больше не могу.

6. А вы хотели, чтобы я после обеда прочитала вам «Живой труп»?

1. Я уже прочитала.

6. Когда же вы успели?

1. Скажите, что можно гасить.

1

годится ли это для барышень.