- -
- 100%
- +
Это была правда. Вообще, если немного задуматься, никто из магов особо не любит этот город, и по вполне объективным причинам – он выстроен на островах. Столь плотное окружение водой – имеет свойство рассеивать магию, а местная погода этому способствует как нельзя больше. Частые дожди, штормы, наводнения, они размывают очень многое, но, за счет этого, здесь на порядок спокойнее, чем во многих других уголках мира. А уж с треклятым Васильевским островом, в коллекции самых нелюбимых мной мест города мог поспорить только Кронштадт.
Он вздохнул.
– Надеюсь, что это не частный дом.
Я разделял его опасения.
С частными домами, особенно с жилыми частными домами, всегда есть одна нехорошая накладка. Все дело в Пороге.
Вы когда-нибудь слышали выражение – «Мой дом – моя крепость»? Корнями оно уходит к довольно древним временам, когда человек сталкивался с миром магии, духов и прочего, и оно правдиво на сто процентов до сих пор. Дом, в котором жило не одно поколение семьи – обладает мощнейшим Порогом – естественным барьером, ограждающим от всего сверхъестественного. Физически – любой маг может пересечь Порог, но тот оставит уйму его сил на улице, если, конечно, при входе тот не получил приглашения. Фэйри или духи – в принципе бы не смогли без него войти. Даже современные квартиры обладают Порогом, хоть и более слабым, чем частные дома, но если в ней живет полноценная семья, которой нравится их жилье, и они вкладывают в него силы чтобы сделать квартиру как можно уютнее – мощь Порога возрастает.
С другой стороны – общественные здания, магазины, бизнес-центры и прочее – подобной защиты лишены напрочь.
Но, вернемся к городу.
На наше счастье, здесь полным полно автобусов, потому как с трамваями и метро наша братия не дружит. Уж не знаю в чем тут дело, может в разной полярности энергий, но, в свое время, как только мы сюда прибыли, я попробовал проехаться на метро. Закончилось все тем, что поезд проторчал почти час в тоннеле, а когда Леша сел в трамвай – тот вообще не захотел двигаться, и в этом отношении мы оба безумно завидовали Фае, которая без проблем могла за час оказаться на другом конце города.
– Разбогатеем – заведем машину. Какой-нибудь старый рыдван, которому место в музее. Все ж лучше, чем ничего.
– Мечты… Они сладки. Вот только для начала было бы неплохо выполнить хотя бы первую часть этого плана.
– Выполним.
Рядом чертыхнулся какой-то паренек, чей смартфон неожиданно пошел цветными пятнами по всему экрану. Пусть еще спасибо скажет, что не взорвался в руке. Когда идут двое волшебников, людям, опасающимся за свои гаджеты, лучше обходить их стороной. Впрочем, происшествие в метро и меня отучило садиться рядом с кабиной машинистов.
Нет, если честно, то поезда и корабли для нас самый лучший вид транспорта. Вот только в тот раз поезд был новый, и нашпигованный электроникой по самое «не хочу», а я настолько редко вообще бываю в метро, что разницы не знал.
Говорят, что в Москве вообще заменили большую часть составов подземки, так что там у нас были бы проблемы похлеще.
За неторопливыми раздумьями, мы, все-таки, добрались до острова, и, немного прогулявшись, нашли нужный нам дом.
На наше счастье, Порога здесь не было, так как дом явно был отдан под офисы, но, тем не менее, на дворе была ночь, и двери здания были закрыты, а нам необходимо было попасть вовнутрь.
– Идеи? – поинтересовался я у Лёши.
– Пока только две. Первая – ногой в дверь, и выламывать каждую.
– Не годится. Полиция здесь хоть и не очень любит вовремя почесываться, но, все-таки, не напрасно свой хлеб ест.
– Тогда – тихий взлом с проникновением. Вот только есть небольшая загвоздка. Тут не просто замок на двери, тут изнутри засов, а значит есть дежурная охрана.
Я схватился рукой за лоб.
– Боже… Ощущение, что мы в восемнадцатом веке живем… Засов… Кому-то явно лень тратиться на новые и ультрасовременные технические новинки, вроде сигнализации и ключ-карт. Ладно, отойди-ка немного в сторону. С засовом я справлюсь, а охрана, если появится – на тебе. Только без членовредительства. Давай лучше просто в сон его отправишь. Да, и надень, потом, перчатки, нам не хватало только отпечатков пальцев наоставлять.
– Перчатки – это уже потом. Здание офисное, здесь столько людей бывает за день, что и не пересказать. Меня больше волнуют камеры.
Я лишь рукой махнул.
– Либо сами сдохнут, либо запись будет испорчена, но на крайний случай – можно и из строя вывести, если уж совсем древние.
Он отошел на пару шагов от двери, а я, порывшись в карманах, извлек маленький магнит.
Как вы помните, я уже говорил, что тонкая работа – это мое призвание. Приложив магнит к внешней стороне двери, я направил в него совсем немного энергии, но его мощь от этого выросла, и я почувствовал всю тяжесть старого, килограммового, засова, которым была закрыта дверь.
Закрыв глаза и прислушиваясь к ощущениям, я оценил ситуацию, и смог понять всю форму, и ее точную позицию, после чего, сфокусировавшись, направил свою волю уже на сам засов, и пробормотал слово Motus, начиная пальцами выполнять зеркальные манипуляции, как если бы я открывал его со своей стороны.
Несколько секунд прошли быстро, но проклятая железка все же лязгнула напоследок.
– Открыто. Вперед.
Да будут прокляты нерадивые хозяева, которые не заботятся о своем имуществе. Долбанная дверь смазывалась, наверное, еще во времена Второй Мировой, и скрипела так отчаянно, что работала не хуже любой сигнализации.
Услышав шаги заинтересовавшегося охранника, Лёша сделал жест, и пробормотал Suimin.
Да, у всех свои причуды. Лично мне помогает направлять энергию латынь, ему же – японский. Вообще, я очень редко видел чародеев, которые использовали бы для своих заклинаний родной язык. Ну, говоря точнее – не видел ни разу, но теоретически предполагал, что такие есть. Каждый из нашего роду-племени знает как минимум два или три языка, а самые уникумы – не меньше дюжины. Впрочем, это неудивительно, при нашей продолжительности жизни.
В общем, так или иначе, но свою задачу мой товарищ выполнил, и охранник улегся вздремнуть, даже не успев нас разглядеть. Отволочь его на стул было делом несложным, после чего мы неторопливо отправились в прогулку по зданию, выводя из строя камеры одну за другой, и справляясь с нехитрыми замками на офисных дверях.
В общем, это было больше скучно, чем утомительно, до тех пор, пока, в одном из помещений, явно в директорском кабинете, нам не попался на глаза сейф вполне подходящего размера, чтобы в нем можно было спрятать шашку.
– Пять евро, что она здесь – хмыкнул я.
– Открыть сможешь?
– Не уверен. Если бы хорошо знал какой тут замок – можно было бы попробовать…
– А твой фокус с магнитом?
– Не сработает. Слишком много металла. Он будет ощущаться как единое целое… Точнее, я бы смог разобраться, но у меня бы несколько дней ушло, а если замок сложный – месяцев.
Алексей внимательно осмотрел сейф.
– Толстый, зараза. Петли смахнуть не вопрос, но остальной механизм может удержать дверцу. Ладно, если есть консервная банка – всегда хорошо, когда найдется и нож. Пригляди, чтобы никто не мешал, тут работа не быстрая.
Я отошел к двери, а он извлек свой жезл и начал накачивать в него энергию.
– Faiya rei!
Честно говоря, это производило впечатление. Из навершия жезла вырвался тончайший луч, который, в первую секунду, был красным, но в следующую уже раскалился добела, и Леша аккуратно повел жезлом, по краю, прорезая его.
Чтобы вы знали – сейфы, особенно огнеупорные, сделаны так, чтобы выдерживать температуру около восьмисот пятидесяти градусов в течение получаса. Если вы посмотрите на пламя свечи, то это, примерно, его оранжевая часть. В верхней точке пламени – температура будет где-то вдвое выше, но то, что творил сейчас мой коллега – приближалось к трем тысячам градусов, и это было действительно круто. Даже многие опытные маги не рискнули бы работать с такой температурой из-за того, что энергии уходило просто море, а уж его фокусировка – я даже не предполагал, что он так умеет.
В учебниках, конечно, рассказывалось об одном из магов древности, который мог делать то же самое, да еще и без вспомогательных инструментов, вроде посоха или жезла, но я даже боюсь себе представить ту степень безумия, которая позволит тебе превращать собственные руки в газовый резак.
В общем, я не отвлекал его, но…
В коридоре раздались тихие шаги, и я аккуратно выглянул.
Какая-то невзрачная фигура в плаще неторопливо шла по коридору, постепенно приближаясь к двери именно того офиса, в котором мы сейчас находились. Ей оставалось каких-то десять метров, когда из кабинета, где трудился мой напарник раздался грохот упавшей части сейфа.
Ну вот какого, спрашивается, я взял с собой на работу этого медведя, который даже не озаботился делать все тихо? Впрочем, по его мнению в здании никого не было, так что мы имели право шуметь, но это не отменяло того, что шуметь все равно не стоило.
Быстро закрыв дверь, я отскочил от нее, вытряхивая из рукава куртки жезл, который направил на офисные столы.
– Motus! – скомандовал я, и повел жезлом к двери.
Стол сдвинулся, заблокировав проход, а я рванул в кабинет.
– Есть – сказал Лёша, держа в руке шашку.
– Посетитель. В окно, здесь других дверей нет.
Он рванулся к окну, и, пока он распахивал его настежь, я успел подкачать в жезл энергии, после чего обхватил его, выталкивая нас обоих наружу.
– Penna! – успел крикнуть я, высвобождая магию уже в падении.
Нет, более идиотского решения я принять, конечно, не мог, хотя в тот момент мне это казалось здравой мыслью.
Да, я хвастаюсь, что я маг, и даже сильный. Вот только – ты можешь быть сильным как бог, но не обладать ни его опытом, ни навыками. Сила решает далеко не все, и далеко не всегда.
По хорошему счету, мне бы сделать какое-то подобие воздушной подушки, или чего-то в этом духе, вот только…
Ладно, в общем, мне не хватало знаний. И я сделал то, что знал. Точка.
Мое заклинание уменьшило наш вес до веса птичьего пера, совершенно не затрагивая общий объем, а налетевший порыв ветра подхватил нас, и, закружив, понес над домами прямиком в сторону Большой Невы, где довольно сильный ветер начал кружить, до тех пор, пока я не понял, насколько глупой была идея. После чего – ударили капли очередного дождя, смывая магию, и мы со вкусом плюхнулись в реку с высоты метров в двадцать.
Вы никогда не прыгали с трамплина в бассейн, не успев сгруппироваться?
Удар о поверхность воды вышиб из нас весь дух, да еще и оставил на теле один огромный синяк. Но даже это было бы не слишком большой бедой, если бы мы не оказались прямиком посреди реки, в холодную ночь сентября.
Когда мы смогли вынырнуть, возникло ощущение, что под водой мы проторчали уже вечность.
Мокрая одежда крайне стесняла движения, и даже держаться на воде было трудно, не говоря уже о том, чтобы плыть.
То, что Лёша разозлился, я понял по вступительным словам его литании, способной обогатить словарный запас даже крайне опытного ландскнехта, в особенности потому, что я смог разобрать не только русский, но и старонемецкий языки.
Когда он закончил, то сумел поймать меня за ворот.
– Ты что, твою мать, творишь, дебил? Нам надо было вниз спуститься, а не в реку улетать!
– Зато мы быстро и нераспознанными ушли с добычей.
Сплюнув в сторону, он зарычал, повернулся на спину, экономя силы, и поплыл к берегу.
Глава 4
Когда мы прибыли домой, было уже утро, и, в кои-то века, мы смогли без проблем воспользоваться метро.
Объяснение этому было простое – хоть мы и отжали, насколько это было возможно, всю одежду, но дождь зарядил по полной программе, транспорт не ходил, машин было мало и никто не собирался подвозить двух мокрых настолько, что с нас текло, магов, поэтому, дождавшись открытия, и рискуя пневмонией, мы вошли в вестибюль, рассчитывая на то, что наше жалкое состояние поможет рассеивать магию, и не воздействовать на электронику.
Расчет оказался вполне успешным.
Сестренка, увидев нас, охнула, и отправила нас по очереди в ванную (пусть небеса будут добры к тем, кто придумал газовую колонку, благодаря им мы могли немного поотмокать в горячей воде).
Пока я приходил в себя, Лёша успел рассказать про наши злоключения, и мне оставалось добавить лишь несколько штрихов, к его повествованию.
– Братец, он прав. Ты идиот.
– Сестренка, каждый пользуется тем, что лучше помнит. Ну не моя вина, что меня не учили выбрасываться из окон.
– И это говорит мне тот, кто всю мою жизнь хвастается своей предусмотрительностью… Вот скажи, почему ты не заготовил парочку эликсиров? Почему не засел за разработку заклинания, которое могло бы пригодиться в такой ситуации? Почему, в конце концов, завесу на вас не выставил? Если бы этот тип вас не увидел, вы бы спокойно ушли так же, как и пришли.
Я протестующе поднял руки.
– У меня не было времени на эликсиры. Сама знаешь, их полдня готовить, как минимум. Я и так перевыполнил свою норму по заклинаниям. То фэйри поймай и допроси, то треклятый засов сдвинь, то замки взломай, то камеры снеси… Сил было немного, времени еще меньше, вот и сделал первое, что в голову пришло. На завесу бы точно не хватило, и это работа кропотливая. А что касается разработки заклинания – то вот так оно не делается. Многие годами сидят, оттачивая процесс, а у меня ничего такого нет, чтобы этим заняться. И опять же, нельзя предусмотреть все, что может понадобиться в жизни. Вон, на Лёшу посмотри… Думаешь он знает как спрыгнуть с третьего этажа и не разбиться?
– Кинетический удар прямо под собой. Или взрыв огня.
– И тебя отдачей бы на крышу унесло, если только не шарахнуло бы об нее снизу, а потом ты бы не упал на асфальт. Короче, хватит на меня злиться. Главное, что дело сделано, и что все живы.
Фая долго смотрела на нас, сидящих и прихлебывающих обжигающий чай, после чего отошла к столу, и, сделав телефонный звонок, вернулась.
– Дали адрес. И хотят видеть нас всех.
– Когда?
– Вечером, так что – марш отсыпаться, чтобы быть в форме. Надеюсь, что ваше купание обойдется без последствий.
Хмыкнув, я удалился в свою комнату.
Организм любого мага намного крепче, чем у обычного человека, и мы очень редко болеем из-за этого, но даже у нас есть свои пределы.
Когда я проснулся, у меня болело даже в тех местах, о существовании которых я и не предполагал. Удар об воду и переохлаждение – не могли не сказаться на самочувствии, но с этим вопросом, спасибо чародею Шакши, я мог справиться.
Загнав при помощи медитации боль и прочее, что мне мешало, в глубоко спрятанный комок внутри себя, я вздохнул.
Восстановиться было нужно, как и отлежаться, но сейчас нужно было решить более насущные вопросы, а потом уже браться за другое.
Выйдя из комнаты, я увидел картину, которая была достойна пера.
Алексей гладил.
Да, понимаю, для вас нет ничего удивительного в процессе глажки одежды, но вы представьте себе, как человек немного не дотягивающий до двух метров в росте, с комплекцией профессионального пловца, стоит посреди квартиры в чем мать родила, и голой рукой гладит одежду, выпаривая из нее даже последний намек на влагу. Никаких утюгов или прочих приспособлений – он делал это рукой.
Я в который раз отметил чересчур бурную растительность у него на спине, и поинтересовался:
– У тебя точно медведей в роду не было? Ну, или, хотя бы, Йети?
– Нет. Одевайся. Фая уже ждет внизу, и такси скоро должно приехать.
Шутки шутками, но дети у Йети (или как они себя называют «Лесного Народа») и людей – в принципе быть могут. История знавала нескольких таких, выносливых как черт знает что.
Кстати говоря, потомков от смешения разных видов – обычно называют «отпрысками», если только не случается такого, что их становится слишком уж много, и им не придумывают отдельного названия.
Немного порассуждав об этом, я оделся, и вышел на улицу к сестре, как раз в тот момент, когда она взмахом руки привлекла внимание таксиста.
Пока мы ехали на встречу, я понял, что Лёша меня уже простил, но все еще был недоволен. Эх, русский… Быстро закипающий, быстро прощающий, но с очень хорошей и долгой памятью. А зная моего товарища – так еще и когда я сам уже думать об этом забуду – он найдет способ отыграться.
Игорь встретил нас в дверях очередного офисного здания, которые расплодились в последние годы как грибы, и повел нас по одной из тех великолепных лестниц, которые еще остались в некоторых домах города. Эта лестница была еще и отреставрирована, да так, что полностью демонстрировала, каким должно было бы быть все остальное здание в свои лучшие времена.
Наконец, поднявшись на пару этажей, мы прошли через пустой, в текущий момент, офисный зал, уставленный компьютерами, и явно напрашивающийся на стиль open space, и подошли к массивным дверям, выполненным из дуба.
– Подождите минуту, сейчас вас примут – произнес Кавиц, и скрылся за дверьми.
Спустя некоторое время, впрочем, недостаточное для того, чтобы мы успели заскучать, дверь приоткрылась, и мы вошли.
Мда, подумалось мне, если я когда-нибудь разбогатею настолько, чтобы завести собственный особняк – я хочу чтобы моя библиотека выглядела похожим образом.
Все было отделано благородным деревом, массивная мебель, которая прослужит века, равномерное освещение, приятные и уютные оттенки…
За столом восседал явно хозяин всего этого богатства, который сделал нам приглашающий жест, указав на кресла.
– Чай, кофе, или что-нибудь покрепче? – поинтересовался он.
– Кофе будет в самый раз – спокойно ответила Фая.
Он кивнул, и сделал знак Игорю, который немедленно поставил наполняться две кружки в кофемашину.
– Итак… Давайте знакомиться. Вы, как я понимаю – «Алфавит».
– Алексей.
– Фаина.
– Витторио.
Он рассмеялся.
– Да мы почти тезки с вами, молодой человек. Меня зовут – Виктор Фран. Кстати, название у вас действительно «говорящее», молодцы. Игорь рассказал мне, что вы смогли выполнить наше тестовое задание… Продемонстрируете?
Лёша развернул ткань, и положил шашку на стол.
Фран привстал, разглядывая ее, и я понял, что не такой уж он и высокий.
Нет, среднего роста, обычной, даже довольно щуплой, комплекции, темноволосый и с лицом, которое заставляло вспомнить о куньих. А заодно задуматься о том, что все куньи – хищники по природе своей.
– На первый взгляд – действительно она. Игорь, будь добр, отнеси ее эксперту, и если он подтвердит подлинность, то пусть передаст ее назад в музей, где ей и место, а сам – возвращайся к нам. Мы тут пока с молодыми людьми кофе попьем.
Невозмутимый помощник раздал нам две наполненные чашки ароматнейшего, явно итальянской обжарки, кофе, поставил наполняться еще пару чашек, и, прихватив наш трофей, удалился.
– Вот как? – удивился я – В музей?
Виктор кивнул.
– Я, конечно, коллекционер, но этот предмет – меня не особо интересовал. Просто так уж случилось, что нужно было найти достойную команду, которая бы взялась за весьма интересную задачу, и вы, возможно, прошли проверку. А шашка… Это наследие этой страны. Пусть остается ее же наследием.
Он прошел к кофемашине, и передал одну из чашек Алексею, а со второй вернулся за свой стол.
– Расскажете, как вам удалось ее найти? Остальные топтались на месте, даже не зная как подступиться к вопросу. Лично у меня была информация только о том, что она где-то в городе, а вы… Я бы назвал это безошибочным чутьем. Выполнить подобную работу за сутки – это дорогого стоит. Либо у вас прирожденный талант и куча связей во всех возможных кругах, либо…
Я улыбнулся.
– Считайте это магией, или профессиональной тайной, но, с вашего позволения, мы воздержимся от рассказа. Достаточно того, что мы нашли и вернули, а как – это уже оставьте нам. Вы платите – мы ищем, и не задаем вопросов, кроме тех, что помогли бы нам найти предмет.
Я сделал глоток кофе.
Боже, как же хорошо быть богатым… Хотя бы ради такого вкуса.
– Ну, что же, ваше право, – согласился он – хотя, мне бы все равно хотелось знать. Но и вы правы, я платил не за рассказ, а за то, чтобы дело было сделано.
В этот момент вернулся Игорь, который коротким кивком подтвердил подлинность шашки, и протянул Фае конверт с деньгами. Хвала небу, а то я уже начинал думать, что нам не заплатят.
– Прекрасно, молодые люди. Дело сделано, все довольны… Как вы смотрите на еще одну работу? Поверьте, она будет не только хорошо оплачиваемой, но и интересной.
– Насколько оплачиваемой? – с улыбкой поинтересовалась Фая, как всегда – самая практичная из нас всех.
Игорь положил перед боссом папку, которую тот открыл и быстро просмотрел.
– Я выкуплю для вас в собственность вашу съемную квартиру, тот подвал, который вы для чего-то снимаете, и… Ну, скажем, куплю вам небольшой домик за городом. Так у каждого из вас появится место ему по душе.
Мои брови поползли вверх, не особо мне подчиняясь.
– Помимо этого – три тысячи евро всем вам на накладные расходы. Но учтите, я совершенно не представляю, откуда вам начать поиски, как их вести, и сколько это займет времени. Как и прежде – мне интересен результат. И, если вы потом решитесь мне рассказать обо всем – я готов буду обговорить цену этого рассказа отдельно. Вас устроит?
Быстро оглядевшись, я понял, что не единственный сижу тут с глупым видом.
– Пока – это напоминает «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». – прокомментировал ситуацию Алексей – Нам необходимо знать, что вы планируете разыскивать, чтобы мы могли оценить соразмерность оплаты.
Виктор улыбнулся.
– Вы слышали когда-нибудь о городке в Германии, под названием Гернсхайм? Ну, или, хотя бы, об одном английском исследователе крайнего севера, по фамилии Уолтон?
Фая и Алексей отрицательно покачали головами, а я, чуть более начитанный, чем эта парочка, рассмеялся.
– Бросьте, господин Фран. Это же художественная литература. Вы же не считаете всерьез, что…
– Что Мэри Годвин могла совершенно случайно что-то узнать из того, что потом описала в своей книге? Вообще-то могла. Как я и говорил – я коллекционер. И моя страсть – заключена именно в этом. Я почти полностью воссоздал ту лабораторию, которая когда-то была в замке неподалеку от Гернсхайма. Я добыл почти каждый фрагмент этой истории. Чего у меня нет – так это судового журнала Уолтона, а меж тем – он отправлялся в путь отсюда. Найдите мне его, и я выполню все, что я пообещал.
– Позвольте вопрос?
Виктор усмехнулся.
– Который может помочь вам найти предмет?
Твою ж мать. Терпеть не могу, когда против меня выставляют мои же аргументы.
– Хорошо. Мы можем взяться. Но, поскольку мы имеем дело с художественной литературой, учтите, что результаты могут быть вовсе не те, что вы хотите.
Вместо ответа он положил на стол старый реестр судов, и указал на одну из строк.
– Это – был корабль Уолтона. И он действительно побывал здесь.
Благая ночь… Нет, я не против подзаработать, но искать ошметки истории Франкенштейна?
Глава 5
Домой мы вернулись задумчивыми.
Говорить – было о чем, кусок был лакомым, и основным вопросом становилось – не был ли он чересчур лакомым, для поиска судового журнала двухвековой давности.
Когда все расселись по своим рабочим местам, то есть Фая нырнула за компьютер, а мы расположились на другом конце комнаты в креслах, Леша вопросительно посмотрел на меня.
– Ладно, к черту, – проворчал я – давайте обсудим.
Немного собравшись с мыслями, я продолжил:
– Дано. Слегка двинутый на теме истории о Франкенштейне коллекционер, который собирает все, что могло бы иметь к ней отношение. Уверен, что если у него достаточно денег, он либо уже купил, либо ведет переговоры о покупке замка Франкенштейн, близ Гернсхайма.
– Это легко проверить, – сказала сестра, и нырнула в мир интернета.
– Предположим, что часть истории реально имела место быть. Допустим, что даже Уолтон действительно существовал, вел корабль на исследование Севера, и при этом бывал в Санкт-Петербурге и Архангельске… Кто сказал, что судовой журнал не утонул где-то? Кто сказал, что он вообще в этом городе, а не вернулся на родину мореплавателя? Не сгорел? Кроме того, отплывал он из Архангельска, если я правильно помню книгу, а не из Санкт-Петербурга. Что указанный корабль мог делать здесь? Это было до того, или после, как на него сел Уолтон? Сестренка, ты можешь открыть текст книги? Давай хотя бы с датами определимся. Запись, которую нам показал Виктор – датирована апрелем тысяча восемьсот первого года…
– После, – подала голос Фая – в книге первые письма – тысяча семьсот неизвестные.
– Уже хорошо. Значит, корабль вернулся. Вот только мы не имеем ни малейшего понятия о том, как поступали русские с судовыми журналами тех времен.