Апокалипсис, вид снизу. Том III

На крайнем левом пути длинной вереницей застыли открытые грузовые платформы. Как раз на таких чаще и охотней всего они с Ингой любят путешествовать. На этот раз на них грузится боевая техника, но не банальные танки, самоходки или зенитки. Нет. Виант остановился у края металлической площадки.

Это, в натуре, фантастика. Вернее всего боевую технику защитного тёмно-зелёного цвета будет назвать шагающими танками. У каждого из них под вытянутым корпусом шесть стальных лап. Но не паучьи, наподобие шпиона в метрополитене Гаочана, а как у жуков, более короткие и мощные. А вот и то, что делает боевую машину танком – подвижная башня с пушкой. Из квадратного короба выглядывает круглый срез дула. Ну, правильно, Виант машинально кивнул, электромагнитное оружие во всей красе.

Башня на шагающем танке слишком приплюснутая, чтобы в ней мог разместиться хотя бы один живой человек. С боку можно разглядеть тройной чёрный треугольник, эмблема вооружённых сил Лиги свободных наций. Скорей всего, там чистая автоматика для заряжания пушки. Но экипаж у шагающего танка всё же имеется. Как раз напротив Вианта на открытую грузовую платформу вступил очередной шагающий танк. Из раскрытого люка наполовину высунулся пилот в тёмном закрытом шлеме. Назвать этого человека водителем, или мехводом, язык не поворачивается. И, Виант вытянул шею, очень похоже на то, что в экипаже присутствует как минимум ещё один человек. Слева от башни чуть приоткрыт ещё один люк.

Боевая машина, вот уж воистину с машинной грацией, развернулась на открытой грузовой платформе. Вагон заметно качнулся, но не более того. Шагающий танк поджал под себя все шесть лап и опустился брюхом на щербатый пол. Это должно быть транспортное положение. Наверняка конструкторы предусмотрели такую возможность. Ведь на Ксинэе железные дороги продолжают играть очень важную роль. Сразу двое солдат в потёртых камуфляжах принялись поднимать откидные бортики грузового вагона.

– Ну, дела…, – Виант глянул на Ингу. – Ты это видела? Это же…, – сознание не сразу нашло нужные слова, – это же принципиально другой уровень развития техники. На Ксинэе совершили ещё один очень серьёзный прорыв, раз конструкторы решились-таки отказаться от проверенных десятилетиями гусениц и стальных колёс.

– Это ещё не всё, – Инга хитро улыбнулась в ответ. – Ты обратил внимание на лапы этих монстров?

– Э-э-э…, – Виант поморщился, – что ты имеешь в виду?

– Очень похоже на то, что в лапах нет никакой гидравлики, – пояснила Инга. – По крайней мере, я не заметила никаких блестящих штырей и не услышала характерного шума поршней.

– Точно! – Виант глянул на очередной шагающий танк, как раз напротив них. – Раз так, то на Ксинэе совершили очередной ещё более внушительный технический прорыв.

– В смысле? – не поняла Инга. – И прекрати говорить загадками.

– Как? – Виант делано удивился. – Разве ты никогда не читала фантастических романов и не играла в компьютерные игры?

Вопрос риторический, но Виант не удержался.

– Ты прекрасно знаешь, – недовольным тоном начала Инга, – что я предпочитала читать учебники. А из игр предпочтение отдавала тем, что на свежем воздухе. То есть, спорту.

– Экстремальному?

– В том числе, – отрезала Инга.

Как же приятно посрамить дипломированного учёного, Виант с гордым видом покосился на сердитую Ингу свысока. Впрочем, надо знать меру. Посрамлённый дипломированный учёный и покусать может.

– Ладно, – Виант примирительно улыбнулся, – раз ты не заметила гидравлику, значит в местных бродячих танках использована более совершенная технология – искусственная мускулатура.

– А-а-а…, – начала было Инга.

– И не спрашивай меня, как она работает, – перебил Виант. – Я знаю другое. Традиционная гидравлика слишком уязвима перед поражением и не может выдать большую скорость. Почему, собственно, на Земле ни одна страна даже не собирается создавать шагающие танки. Другое дело искусственная мускулатура.

Предполагается, – продолжил Виант, – что искусственные мышцы должны работать так же, как и живые, как у тебя и меня. Для сравнения, гепард, житель африканских саван, может развивать скоростью больше сотни километров в час. Так вот, очень похоже на то, что на Ксинэе создали искусственную мускулатуру. Даже больше – она достаточно мощная и надёжная, чтобы побудить конструкторов отказаться от традиционных гусениц и приделать танкам лапы. Ясно тебе?

Инга ненадолго задумалась, а потом резко выдала:

– Надеюсь, ты в очередной раз убедился, что на Ксинэе полно технологий, которые можно и нужно вынести в реальность. И, если ты забыл, это и есть наше главное задание.

– Да пошли все эти начальники со своими…, – сердито было начал Виант.

– Подожди! – Инга выставила перед собой лапы. – Насколько ты «обожаешь» Михаила Владимировича и Николая Павловича, я знаю и так. Речь не о них. Ты хоть когда-нибудь думал, что на этих самых продвинутых технологиях мы, лично мы, можем погреть руки? И очень даже нехило погреть.

Виант задумчиво скосил глаза в сторону. Он и в самом деле никогда не думал об этом.

– Продолжай, – Виант вновь глянул на Ингу.

– Мало вынести в реальность все эти крутые технологии. Пусть даже неким магическим образом нам удастся прихватить с собой подробные чертежи и расчёты. Эти самые технологии ещё нужно воспроизвести и внедрить в производство. В том числе, – Инга подняла указательный палец, – и в коммерческом плане. Так, например, военные сначала изобрели микроволновый радар. А уже потом один из них догадался запатентовать микроволновую печь. А сколько ещё подобных примеров ты можешь вспомнить и сам?

В голове бешеным торнадо закрутились мысли. Виант распахнул рот и тупо уставился на Ингу. Это же… Это же… Виант захлопнул рот, зубы выразительно щёлкнули. Это же выход! Он во второй раз ушёл в «Ядерный конфликт» крысой и тем самым подписался на третью ходку. А вот если бы они выбрали учёного, как они и собирались изначально, то… Голова кругом, Виант прислонился к выпуклому торцу стальной цистерны с водородом. То, глядишь, начальство «Синей канарейки» само не пустило бы его в третью ходку. Это же… Это же… Это же потерять очень ценного специалиста.

Окружающий мир крутанулся перед глазами, Виант несколько раз усиленно моргнул. Как пить дать: его бы оставили в реальности, поставили во главе какого-нибудь жутко секретного научно-исследовательского института и приказали бы эту самую продвинутую технологию воспроизвести в металле, так сказать. Виант повернул голову, да хотя бы ту же самую искусственную мускулатуру. Это был бы отличный шанс вырваться из порочного круга всё новых и новых ходок в «Другую реальность». Да не только выбраться, а ещё и разбогатеть. Искусственная мускулатура пригодилась бы не только для шагающих танков, но и для людей, инвалидов, рабочих. Да мало ли где ещё пригодилась бы. И тогда… И тогда ему стало бы плевать на те злосчастные тринадцать миллионов долларов, что неизвестные злоумышленники спёрли от его имени.

Мысль о тринадцати миллионах долларах, словно ведро холодной воды на голову, в момент отрезвила Вианта. Мечты вещь хорошая, но, как минимум, Инга права в одном – став крысой, он подписался на третью ходку в «Другую реальность».

Толчок и лязг металла. Инерция подло толкнула в бок, Виант стукнулся головой о цистерну с водородом. За разговорами, размышлениями и мечтами оба не заметили, как поезд пересёк маленькую станцию военной базы и укатил дальше. Точнее, Виант поднялся на лапы, остановился возле газозаправки.

Маленькая стация, на которой на грузовые платформы забирались шагающие танки, предназначена для разных грузов. А вот жидкий водород, как топливо для самолётов, на ней не сгрузишь. Для чего нужна специальная газозаправочная станция. Недалеко от железной дороги, за привычным забором из колючей проволоки, расположились круглые и широкие цистерны. Разнокалиберные трубы с блестящей изоляцией опутали их со всех сторон. Часть железных ниток протянулась к железной дороге. Вагоны остановились точно напротив гусаков с гибкими стальными рукавами. Чуть подальше небольшое двухэтажное здание без окон. Наверняка там расположилась компрессорная станция.

Со стороны электрического тягача показались двое солдат в потёртых камуфляжах. Тот, что впереди, принялся натягивать на руки рабочие рукавицы. Военные почему-то не выдают солдатам рабочие спецовки.

– Нам туда, – произнесла Инга.

Пока Виант рассматривал газозаправочную станцию, Инга успела развернуть внутренний интерфейс игры и уточнить направление.

– Туда, это куда? – спросил Виант.

– Вон, в те ангары, – Инга ткнула пальцем в сторону взлётно-посадочной полосы, возле которой выстроились в ряд полукруглые ангары. – Если поторопимся, то, не пройдёт и половины местного часа, как мы найдём точку выхода.

Наивность восьмидесятого уровня. Виант печально улыбнулся.

– Нет, я туда не пойду, – заявил Виант. – «Босс локации», не забывай. Сперва нам нужно как следует подкрепиться и отдохнуть. Кто знает, какое финальное испытание устроит нам «Другая реальность».

– Но ведь мы рядом совсем, – Инга сердито надула губки. – Подкрепиться и отдохнуть мы сможем уже в реальности.

– Иди, – Виант махнул лапой.

Спорить с Ингой нет ни желания, ни сил. Виант развернулся на месте. По другую сторону железной дороги, как раз недалеко от газозаправочной станции, нашёлся так называемый военный городок. Иначе говоря, ряд трёх-четырёх этажных кирпичных зданий. Большая часть из них предназначена для семей военных. Но два из них с широкими окнами очень похожи на казармы для нижних чинов. В стороне выделяется здание с большой спутниковой тарелкой на крыше. Не иначе, это штаб. В глубине, среди жилых домов, едва-едва можно различить стадион.

Лапы не казённые, беречь надо. Виант не поленился спуститься на землю по маленькой металлической лестнице и лишь после шмыгнул в стриженную траву возле насыпи. За спиной раздались металлический лязг и грязная ругань солдат. Заметили Ингу? Виант обернулся. Нет. Напарница, хмурая как грозовая туча, семенит следом.

Путь до военного городка не занял много времени. Виант обогнул угол жилого дома. В лицо тут же пахнул во истину армейский порядок. Чисто, аккуратно и тихо. Во дворе детский городок, прямоугольная песочница, качели и цветные горки. Однако не видно и не слышно ни одного ребёнка. Да и лавочки возле игровой площадки пусты. Хотя сейчас, в разгар дня, здесь должно быть полно детворы и молодых мам с колясками.

Виант перескочил через асфальтированную дорожку и нырнул в кусты. Вот ещё один очень неприятный признак запустения – трава успела отрасти. Пусть осенью она растёт не так бойко, как весной, но вряд ли господам офицерам понравилась лохматая лужайка у себя под окнами. И мусор. За стеной зелёных кустов в художественном беспорядке валяются пластиковые бутылки, коробки, стаканчики. Рваные детские штанишки сиротливо повисли на ветке. Чуть в стороне валяется старый ботинок с треснувшей подошвой. Да и урна возле ближайшего подъезда, мягко говоря, забита с горкой. Синий связанный пакет сполз на деревянную скамейку возле урны. Всё это очень, очень плохой признак.

– Нам туда, – голос напарницы вовремя отвлёк от мрачных мыслей.

– Куда? – Виант повернулся к Инге. – Снова к точке выхода?

– Принюхайся, – вместо ответа предложила Инга.

Виант послушно втянул ноздрями воздух. Рот тут же наполнился слюной, а желудок затрясся от предвкушения. Ветерок донёс обалденный запах еды. Где-то совсем рядом варят перловую кашу с тушёнкой.

Голод по-особенному обостряет обоняние. Виант, словно служебно-розыскная собака, побежал на запах. Жилой дом. Ещё один жилой дом. Длинное здание казармы с широкими окнами. А за ней раскинулся почти квадратный плац. Как же без него. На дальнем конце то самое здание, что Виант принял за штаб базы. Но это ладно. Прямо на плацу, возле высокой стены ещё зелёных кустов, развернулась полевая кухня. Четыре котла на колёсах дымят трубами. Четверо поваров с белыми колпаками на головах, но в обязательных камуфляжах, колдуют над варевом. Рядом, под навесами из знакомого малахитового брезента, расставлены столы и складные стульчики. Человек двадцать-тридцать склонились над тарелками. Издалека трудно разглядеть погоны, но очень похоже на то, что здесь сидят как рядовые и сержанты, так и капитаны с майорами.

– Почему полевая кухня? – раздался над ухом голос Инги. – Если я не ошибаюсь, то вон то здание слева очень похоже на столовую.

– Это ещё один хреновый признак, – хмуро пояснил Виант. – Военные покидают базу. Семьи вывезли в первую очередь. Теперь идёт погрузка военной техники и прочего ценного имущества. Сама должна понимать: здесь может оказаться какой-нибудь очень важный объект. Шагающие танки тому порука. Плюс лесная глушь и аэродром. Вплоть до того, что под этим плацем может найтись особо секретная лаборатория, где изучают обломки НЛО. Ты сама говорила, что на Ксинэе и на прочих планетах всё же нашли материальные следы пришельцев. К тому же…

– Подожди, – Инга подняла переднюю лапу, Виант послушно умолк.

– Ты чего? – осторожно поинтересовался Виант.

– Во! Опять! Смотри! – Инга ткнула пальцем.

Виант повернул голову.

– На повара смотри, – подсказала Инга.

Виант послушно уставился на ближайшего повара. И что с ним не так? Вот служитель ножа и ложки опрокинул в котёл содержимое большой, литров на пять, консервной банки. И-и-и… Виант пригнул голову. И пустая жестянка улетела в кусты.

– Офигеть, – лишь сумел выдавить из себя Виант.

– Вот, и я о том же, – Инга кивнула. – Бежим.

Пустой желудок жаждет и требует рвануть кратчайшим путём прямо через плац, но так лучше не рисковать. Виант припустил в обход под прикрытием стены казармы.

Высокая стена всё ещё зелёных кустов как на заказ. За ней нашлась зона отдыха. Тропинки, газоны, клумбы, беседки. Виант на миг остановился и приподнялся на задних лапах. Как будто здешним военным дикой природы вокруг базы мало. Хотя, с другой стороны, здесь природа ручная и ласковая. А за пределами двойного периметра из колючей проволоки природа дикая и кусачая. В смысле, наверняка в тайге полно всякого противного гнуса.

Где именно за ещё зелёной стеной кустов находится полевая кухня, гадать не нужно. Не одна или две, а десятки и десятки самых разных консервных банок, упаковок и коробок грудами и россыпью валяются на чуть жухлой траве. Ещё один дурной признак: база сворачивается не только поспешно, а ещё и окончательно. Военные явно не планируют здесь оставаться или возвращаться, раз начальству стало наплевать на самую натуральную свалку мусора в зоне отдыха, да ещё недалеко от штаба.

Виант поднял голову. А вот и подтверждение самых мрачных мыслей. Шелест веток, на землю бухнулась очередная консервная банка литров на пять.

Еда! Последние тормоза вон. Виант с ходу запрыгнул во вскрытую консервную банку. В нос тут же шибанул обалденный запах свежей тушёнки. Конечно, большую её часть повар вывалил в котёл, но он же счёл ниже своего достоинства как следует почистить консервную банку. На дне и стенках прилипло немало ароматных кусочком мяса. А ещё полупрозрачная подливка и полоски жира.

Рай! Крысиный рай! Виант сорвал с ребристой стенки кусочек мяса и бросил его в рот. На языке взорвался букет вкуса. Это же человеческая еда! Без всяких средств для мытья посуды и поролоновых губок Виант вычистил консервную банку едва ли не до зеркального блеска. Хорошо, но мало.

В траве, если слегка поискать, в изобилии разбросаны почти свежие куски хлеба, сосисок и прочие объедки. Военные хоть и понимают, что вот-вот наступит грандиозный бабах, ценить продовольствие на вес золота ещё не научились. Тем лучше. Виант подхватил почти целую, даже ещё теплую, сосиску.

В других банках и коробках нашлись манная крупа, чуть гнилая морковка, листы капусты, да и много чего ещё. И, конечно же, консервы, как самый надёжный способ хранить еду. Виант натрескался до отвала, пока последний кусок плавленого сыра едва не вылез из ушей. Лапы едва держат враз потяжелевшее тело, Виант едва-едва дополз до кустов. Не удивительно, что он нашёл Ингу в подобном состоянии. Напарница по самые уши перепачкалась мясной подливкой, а ко лбу прилипли хлебные крошки.

– Ты всё? – Инга с трудом оторвала голову от земли.

Виант молча кивнул.

– Вода…. Есть? – спросила Инга.

Виант отрицательно мотнул головой. Чего, чего, а воды действительно нет. Между тем шикарный ужин просто необходимо залить максимально возможным количеством влаги. Как бы не хотелось, как бы не тянуло в сон, пришлось отправиться на поиски водопоя.

К счастью, полевая кухня выручила и в этом. Ближе к штабу, возле самой стены ещё зелёных кустов, нашлась металлическая колонка. Водопровод ещё работает. Кто-то подпёр спусковой рычаг. Струя прозрачной воды без остановки хлещет в низенькую стальную ванну. Таким образом, оказывается, работники кухни моют посуду. Отсутствие мыла и горячей воды с лихвой компенсируется обилием холодной воды. Самое приятное, от металлической колонки под кусты убегает маленький ручеёк. Виант с Ингой напились по самое не хочу. И не важно, что в этой самой воде двое солдат, вроде как, моют посуду.

Лапы дрожат от тяжести тела, набитый под завязку живот тащится по земле. От усталости прямо на ходу слипаются глаза. В таком состоянии не может быть и речи, чтобы куда-то там идти. Всё равно не получится, пусть до точки выхода и осталось чуть больше километра.

– Давай, заляжем прямо в кустах, – предложил Виант.

– Зачем? – Инга сытно рыгнула. – У меня есть идея получше – сделаем себе домик.

– Отличная идея, – Виант тут же согласился.

Пластиковый мешок из-под манной крупы стал полом. Инга как можно более ровно расстелила его возле куста. Виант, между тем, приволок достаточно просторную картонную коробку. Осень на дворе. А так у них будет реальная возможность хорошо отдохнуть и не замёрзнуть.

Напарница плюхнулась на пакет и тут же вырубилась. Женщина, Виант недовольно поморщился. Ну и ладно. Последнее усилие… Виант почти аккуратно накрыл себя и напарницу картонной коробкой. Удачно получилось. Тут же включилось крысиное ночное зрение, хотя сейчас снаружи всего лишь вторая половина дня.

Шелест веток и глухой удар рядом совсем. Виант лениво дёрнулся, но сразу успокоился. Понятно, где-то рядом приземлилась ещё одна консервная банка. Так что щедрый завтрак после пробуждения им обеспечен. А это очень даже хорошо. «Другая реальность» – коварная штучка. Как знать, может, для последнего и самого решительного рывка, им потребуется много сил, очень много сил.

Ещё миг, голова упала на импровизированный пол, Виант уснул, будто нырнул в небытие.