Trzeba, chcac czucie rozszerzyé,Tworzyé bostwa i w nie wierzyé.Kasimiers Brodzinski.Сон минутный, сон мой милый,Золотой, алмазнокрылый,Юный возраст бытия,Пылкой молодости годы,Идеал любви, свободы,Я приветствую тебя!Рано гибнешь мир мечтаний!Чудной силе волхвований,Этой силе неземнойЯ уж верите не намерен,Я не прост, не суеверен,И Зорины вещ со мной.Нет, не тот я был с Зориной.О! тогда моей судьбинойБыло чудом видеть все;Суеверный прошив водиЯ любил – то мудрено ли,Что и веровал в нее!Кто б бежал её объятий?..Ах! исполнен был заклятийЧародейки разговор.Весела, резва, живая,Как Русалка молодая;Что за щеки, что за взор!Эте жаркия ланитыПухом персика покрыты,Эти дивные глазаКак две звездочки прекрасны,Так черны как ночь, и ясныКак жемчужная роса.«– Бойся!» – мне она твердила:«Мне таинственная силаИ могущество даны.Мать Зорину научала,В молоке меня купалаПри рождении луны.Семь звезд в небе загорятся,Трижды месяц отразитсяНа волнуемом Днепре,Стоит мне махнуть рукою,И я сделаю с тобоюЧто угодно будет мне.Ты едва моргнешь ресницей, –Будешь рыбой, будешь птицей,Будешь всем, чем захочу.» –И в душе моей пугливойМне казалось: вот я рыбой,Вот ужь птицей я лечу.Боязливый и унылойЯ, лобзая руки милойИ припав к её плечу,Молвил: «Сжалься надо мною!»– «Нет! я сделаю с тобоюВсе, что только захочу!» –Ну, твори ж свою ты волю.Я люблю пернатных долю;Пусть же в птицу превращусь.И тогда, как сокол сильный,Как орел ширококрыльный,В поднебесную взовьюсь.Все лететь, но что жь со мною,Если встречу пред собоюСкал высокое чело,Непролетный лес дремучий,Или низко будут тучи,Иль не выслужит крыло?Все лететь…. но кто жь мне скажет,Что еще она прикажет?Может быть велит принестьПурпуровый луч денницы…Все затеи прихотницыКто же может перечесть?И невольно я смутился;Хладный пот с меня катилсяНо – есть в жизни нашей миг,В это чудное мгновенье,Мощной воли вдохновеньеПобеждает нас самих.Я ль, как юноша бесславной,Перед девой своенравнойСтану голову склонять!И питомцу ли природы,Сыну гордому свободы,Цепи рабства лобызать!..Не со мной ли конь мой бодрыйСредь развалин Каффы гордойВ вас полуночный летал;И не я ли, в новь, без страха.Катай-узы и БудзяхаСтепь и дебри посещал?Сыну ль смелому УкрайныБури вой и стон печальныйМогут в сердце робость влить?..Нет!.. не я ль чрез Днепр широкой,Чрез пороги, – одинокойВ челноке дерзнул проплыть?Мне ли, славному в отчизне,Тайной сердца укоризнеВ малодушии внимать?Пред опасностью грозящей,Как осины лист дрожащийЯ ли стану трепетать!Здесь же, кстати, не далекоГай[1] Русалки черноокой,Этот гай заповедной.Наши деды не слыхали,Чтобы выходцы бывалиИз страны чудесной той.Знаю, знаю: мне понятно,От чего на путь обратнойНе выходят смельчаки:Там любовь им изменяет, –Малодушный погибаетОт печали и тоски.Нет!.. я голос сердца внемлю;Я шагну за эту землюТвердой, смелою стопой,Как отважный сын Украйны,И покровы с дивной тайныЯ сорву моей рукой.
