Истории о котопёсах и их хозяевах

© Галина Волкова, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Лихо и Беда

Лешка Беданов рос без отца. Точнее, отец у него был, но, когда Лешке исполнилось четыре года, он погиб.

Служивший в МЧС Беданов Михаил Алексеевич погиб при разборе завалов после землетрясения в одной из азиатских стран. Вместе с ним погиб и Бой, немецкая овчарка, которую Беданов-старший вырастил со щенячьего возраста.

Мать Лешки, Светлана, оставшись вдовой, так и не вышла замуж и растила сына одна.

В четырнадцать лет мальчишка записался в детскую кинологическую секцию при клубе собаководства. Светлана одобрила решение сына, но в душе боялась, что Лешка пойдет по стопам отца и свяжет свою жизнь с опасной профессией. В шестнадцать лет Лешка принес домой щенка немецкой овчарки и долго не мог подобрать ему кличку.

Как-то он вернулся из школы домой и услышал, как мама говорит щенку:

– Ох, лихо ж ты мое, опять чего-то набедокурил, разбойник.

Мальчишка улыбнулся. В детстве, когда он куда-нибудь залезал или приходил с улицы грязным поросенком, мама, вздыхая, произносила те же самые слова.

Лешка зашел в комнату и, смеясь, сказал:

– Вот и кличка появилась. Будет он у нас Лихом.

За два года Лихо вырос в красивого, мощного и дисциплинированного служебного пса. Лешка гордился и своей работой, и талантами собаки.

Подошло время идти в армию, и Лешка написал в военкомате просьбу идти служить вместе с собакой. Втайне от мамы он готовил Лихо к такой службе и надеялся успешно пройти экзамен уже в армии. Их отправили в учебный центр, где три месяца Лешка и Лихо доказывали, что готовы к службе.

После учебки их направили на границу с Таджикистаном. Парочку встретили на заставе душевно, и сразу же за ними закрепилось словосочетание «Лихо и Беда». Так и говорили, когда солдат и собака выходили в патруль: «Лихо и Беда пошли на дело!»

Служба шла своим чередом, пока однажды на одном из очередных ночных патрулирований не случился трагический инцидент. Встреча с нарушителями закончилась перестрелкой, в которой один из бойцов был ранен, второй убит, а Лешка пропал.

Лихо тоже был ранен. Поднятая по тревоге застава прочесала весь участок, но парня не нашли. Целый месяц командование обеих стран вело поиск солдата, но положительного результата не было.

С тяжелой вестью в дом к Светлане пришел офицер из военкомата, он же привел с собой Лихо. Пес оправился от ранения, но заметно прихрамывал на переднюю лапу.

Слушая рассказ офицера, женщина тихонько плакала и поглаживала Лихо по голове, а тот жался к ее ногам, положив голову ей на колени. Военный что-то говорил о надежде, чуде и продолжении поисков, но Светлана не слушала его. Она посмотрела в глаза собаки и сказала:

– Ох, лихо ж вы мое.

С этого дня в парке прохожие каждое утро и вечер видели интересную пару. Женщина средних лет медленно шла по дорожкам, ведя на поводке прихрамывающую немецкую овчарку. Было в них столько спокойствия, благородства и какого-то внутреннего достоинства, что многие оборачивались вслед. Каким-то подсознательным чувством люди ощущали, что этих двоих объединяет не связка «хозяин – собака», а что-то большее.

Женщина отдавала команды тихим голосом и много разговаривала с псом. Пес же не суетился, внимательно слушал хозяйку и никогда не гавкал.

– Лихо, сегодня пирожков напечем с грибами и капустой. Тесто как раз подойдет. Завтра выходной, сходим на речку, поплаваешь.

Прошел год. К Светлане вновь пришли из военкомата. Принесли какие-то продукты, корм для собаки. Объяснили, что, если через год никаких известий о сыне не будет, его можно будет признать умершим.

Женщина спокойно выслушала офицера, поблагодарила за внимание и, странно улыбаясь, закрыла за ним дверь.

– Ты его не слушай, Лихо. Лешка жив, я чувствую.

Однажды в квартиру позвонил незнакомый молодой человек. Светлана растерялась, но Лихо не зарычал, а почему-то завилял хвостом.

– Здравствуйте, Светлана Андреевна. Я Никита Павлов, служил вместе с Бедой… ой, с вашим сыном, – видя замешательство женщины, быстро проговорил парень. – Привет, Лихо, узнал, чертяка, – улыбаясь, добавил он, глядя на пса.

Они проговорили до позднего вечера. Никита рассказывал о службе, Светлана поила его чаем с печеньем, показывала Лешкины детские фото, вспоминала смешные случаи.

Неожиданно Никита замолчал, с лица его сошла улыбка, он как будто собирался с духом.

– Светлана Андреевна, вы только не примите меня за сумасшедшего, – тихо, практически шепотом проговорил парень.

Женщину насторожили его слова:

– Что такое, Никитушка?

– Лешка просил передать вам, что обязательно вернется домой.

Мать ойкнула, прикрыла рот рукой, по щекам полились слезы. Встрепенулся Лихо – пес поднялся с лежанки и подошел к Никите, ткнулся носом в колено и гавкнул.

– Вы только не волнуйтесь. Нет, я не видел Беду и не знаю, где он, но… Лешка приснился мне две недели назад и просил передать вам его слова.

Она плакала, не стесняясь гостя, Лихо лизал ей руку. Никита сидел, не двигаясь, боясь вмешаться в счастье двоих. Он понимал, что сон не может быть гарантией чуда, но не приехать к матери друга не мог, да и просьбу его выполнить обязан был.

Прошел еще один долгий год. И снова по парку гуляла странная парочка. Женщина и собака, прогуливаясь по аллеям, о чем-то говорили и не замечали никого вокруг.

Стояла золотая осень. Солнце пробивалось сквозь поредевшую листву яркими сполохами и освещало лица прохожих, заставляя щуриться.

Они дошли до конца аллеи и повернули обратно. А с другого конца аллеи к ним приближался высокий мужской силуэт. Окутанный солнечной дымкой, он шел, прихрамывая, и шаги его все замедлялись.

Лихо насторожился, остановился и, тоненько заскулив, дернулся вперед. Светлана спустила петлю поводка с руки, и пес, почувствовав свободу, забыв о хромоте, понесся к тому, кого так долго ждал.

Она стояла, безвольно опустив руки, и плакала. А там, вдалеке, стояли, обнявшись, ее Лихо и Беда.

Решение

В каждом дворе найдется два-три одиноких мужичка, любящих, как вездесущие бабушки, посидеть на лавочке, поговорить за жизнь. Их же деятельные фигуры можно встретить возле соседа, копающегося в своем автомобиле.

В нашем дворе в категорию «великих политиков» и «мудрых советчиков» входил дядя Сережа. Дожив до сорока двух лет, он успел похоронить родителей, развестись с женой и остаться в гордом одиночестве.

Было в его жизни два увлечения: рыбалка и лещина. На первую он регулярно выдвигался по выходным, благо речка в пятнадцати минутах ходьбы от дома. Вторая росла под окном его первого этажа. Осенью дядя Сережа начинал «охоту» на дворовую ребятню, пытавшуюся угоститься созревшими орешками. Его зычный голос раздавался на весь район:

– А ну-ка, пошли отседова! Щас я вас!

Как-то летом хранитель орехов копался на любимой клумбе. Неожиданно к нему подбежал щенок, дворняжка. Худенький, ярко-рыжий, с подведенными черным глазами, он мило скалился и пытался напасть на руку мужичка.

Что-то дрогнуло в душе дяди Сережи при виде нескладного малыша, и он несмело приласкал его. Обрадованный вниманием человека, щенок взвизгнул и стал прыгать вокруг большого хозяина.

– Ну что, мелкий, потерялся? Пойдем, покормлю.

Рыжий постреленок как будто понял сказанное. Он смело побежал за дядей Сережей, но в подъезд зайти побоялся, остался ждать на улице.

Отрезав кусок колбасы, мужчина вернулся и протянул его щенку. Несмотря на малый возраст, пес не схватил подачку, он бережно взял ее передними зубами и мотанулся за угол, чтобы по-быстрому слопать и вернуться за следующей.

Дядя Сережа сразу не взял щенка домой, но и тот не уходил от подъезда. Днем он ждал большого хозяина, лежа под лавкой. Теплые летние ночи проводил, свернувшись в клубочек у самой двери подъезда.

Мужики посмеивались над дядей Сережей. Мол, нашел себе другана али в сторожа определить его собрался. Тот, отмахиваясь от их насмешек, между тем постепенно привязывался к рыжему вихрю. Он даже дал щенку имя. Дядя Сережа назвал его Лисом.

Подросший и осмелевший Лис стал провожать любимого хозяина до двери квартиры, но войти внутрь не решался, хотя мужчина и приглашал его.

Наступила осень. Погода портилась. Жалкий вид Лиса после проливного дождя или первых заморозков заставил дядю Сережу задуматься. Он все-таки решил завести пса в дом.

Сам по натуре свободолюбивый, мужчина не стал резко ограничивать свободу Лиса. Мягко и ненавязчиво мужчина завлекал пса кусочками лакомств, пытаясь растворить недоверие вольного сердца к ограниченному пространству.

Дядя Сережа сам себе удивлялся. Оказалось, что единственный настоящий друг в его жизни появился только сейчас. И он не считает деньги в его кошельке, всегда ему рад, умеет выслушать, никогда не перебивает. Единственное, что он позволил себе, это надеть тоненький ошейник, обозначив домашний статус пса.

Прошло два года. Дядя Сережа и Лис жили душа в душу. Они ходили вместе на рыбалку, сидели на лавочке у подъезда. Но однажды что-то надломилось в душе дяди Сережи, и он стал прикладываться к бутылке.

Лис часто оставался в подъезде, не успев заскочить в квартиру за шатающимся хозяином. В эти моменты он чувствовал себя ответственным за большого друга и страстно оберегал его покой звонким лаем и рычанием на проходивших мимо людей. Особенно яростно Лис бросался на незнакомцев.

Соседи начали выговаривать дяде Сереже, требовали следить за псом, грозились вызвать участкового.

Мирный по натуре, мужчина растерялся. Лис привык к самостоятельным прогулкам, что устраивало и дядю Сережу. В деревне, куда можно было бы передать собаку, у него родни не было. Просто отвезти подальше и бросить друга он не мог. В очередной раз залив в себя водку, мужчина додумался до отчаянного шага: он решил усыпить пса.

Одолжив у кого-то из соседей поводок, дядя Сережа отправился с Лисом в ветеринарную лечебницу. Рыжий хитрец радостно прыгал вокруг хозяина, ему нравилось идти с ним по городу, ведь они так давно не ходили на рыбалку.

А хозяин старался не смотреть в глаза псу и не разговаривать с ним. На подходе к лечебнице они встретили моложавую женщину, несущую на руках шпица.

– Ой, а вы тоже к врачу? – поинтересовалась она у дяди Сережи.

– Ну да, – хмуро ответил он.

– На прививку?

– Нет! – Мужчину раздражала назойливость женщины.

В этот день в ветеринарной лечебнице собралась приличная очередь. Дядя Сережа поневоле оказался рядом с хозяйкой шпица.

Лис, как ни странно, благосклонно отнесся к женщине и ее собаке. Он даже пару раз лизнул ей руку. Мужчина удивленно поднял глаза на женщину, а та в ответ мило улыбнулась и сказала:

– У вас очень ласковая собачка. И ей повезло с хозяином.

Дядя Сережа слушал ее голос, смотрел в глаза, и ему казалось, что мир вокруг замер. Он что-то ответил, она что-то сказала. О чем они проговорили все то время, что ожидали приема, пусть останется их маленькой тайной.

Только вот в тот день Лис получил свою первую прививку, а через несколько недель из подъезда нашего дома выходила счастливая четверка. Ухоженный и приосанившийся Сергей Иванович, милая и добрая Ольга Николаевна и два безумно рыжих пса, довольных жизнью.

Хорошие руки для Боньки

Бонька родилась поздней осенью. Свои первые шаги она сделала под дружное толкание трех сестер и четырех братьев и теплое поглаживание влажного языка матери. Огромный мир входил в ее жизнь семимильными шагами.

Вот только что она открыла глаза и увидела добрый взгляд мамы, а теперь уже носится с братьями и сестрами, рыча и покусывая их. Еще вчера самой вкусной едой было молоко матери, а сегодня она с удовольствием уплетает творог и мясной фарш. Бонька не знала названия еды, она просто наслаждалась ее новым вкусом.

Ряды семейства постепенно редели. Сначала куда-то пропал брат, потом исчезли две сестры.

«Наверное, они пошли погулять и заблудились», – думала Боня.

Потом и ее куда-то понесли. Укутанная в мягкий теплый шарф, Бонька впервые попала на улицу. Высунув любопытную мордочку, она зафыркала и быстро убрала ее обратно. Кто-то злой и холодный схватил ее за нос, да еще и сыпанул чем-то белым и влажным в глаза. Так, спрятавшись в шарфе, она и просидела до того момента, как ее поставили на пол в большой комнате.

Новый дом оглушил и ослепил щенка. Шесть любопытных рук пытались погладить, потискать, потормошить Боню. От страха она описалась.

– Ой, мама-а-а, она лужу сделала! – закричала тоненьким голоском пятилетняя девочка.

– Что ж, я вас предупреждала. Щенки писают и какают где придется, их надо приучать ходить на улице, – сказала всем троим детям мама.

– Мы будем, будем! – дружно ответила вся троица.

Через месяц уверенность детей в желании ухаживать за щенком прошла. Как-то отец в очередной раз наступил в неубранную вовремя кучку и разозлился. Мужчина собрал всех троих детей и сердито начал:

– Я вас предупреждал! Вы не услышали! Собаку придется вернуть!

– Нет, папочка, не надо! – заплакала младшая из детей.

В разговор вмешалась мама. Она попросила мужа не рубить сгоряча, пыталась смягчить ситуацию. Отец семейства немного успокоился, но принял свое решение. Поскольку семья жила в частном доме, он решил сделать будку для щенка и держать его на улице.

Вскоре Боньку перевели в новый дом. Он был небольшим и темным, стоял на очищенной от снега земле. Небольшая оградка, сделанная из проволоки, отделяла его от двора. Внутри домик был обит войлоком, а на полу постелили старую меховую шубу одного из детей.

Боню всунули в круглое отверстие и ушли. Когда хлопнула дверь и голоса стихли, она высунула нос на улицу. На дворе стоял февраль.

Днем дети выходили с ней поиграть, побегать по пушистому снегу, а к вечеру уходили в свой дом. Бонька оставалась одна. Съежившись на своей меховой подстилке, она мечтала о том, когда наступит утро и с ней снова поиграют.

Однажды ударил сильный мороз, и дети не вышли на улицу. Щенку было одиноко и холодно. В домик задувало снег. Боня забралась в самый угол и заснула. Ей снился замечательный сон, в котором все ее любят. А потом она заболела.

Поездка к ветеринару, расходы на лечение, необходимость снова держать щенка дома привели к тому, что в семье поняли: идея завести собаку была большой ошибкой. Ни дети, ни родители не были готовы к содержанию и уходу за животным. Кучки на снегу, оказывается, тоже их не устраивали.

На семейном совете решено было дать объявление в интернете. Вскоре на одном из сайтов появилось такое сообщение: «Щенок, лабрадор, девочка, возраст – пять месяцев. Отдадим в хорошие руки». Что ж, если свои десять кривые, действительно, может, у кого-то найдутся хорошие.

Буквально через два дня им позвонили и сказали, что готовы взять собаку. В тот день Бонька, оклемавшись от болезни, снова сидела возле будки. Она щурилась от зимнего солнца и иногда поглядывала на крыльцо дома, ждала, может, кто-то из детей выйдет с ней поиграть.

Раздался звонок в калитку. Боня встрепенулась, забегала, виляя хвостом. На крыльцо вышел мужчина. Запахнувшись в длинную куртку, он быстро пробежал до калитки и впустил во двор трех человек: мужчину, женщину и мальчика лет одиннадцати.

Проходя мимо будки, мальчик спросил:

– А как ее зовут?

– Боня, – сухо ответил хозяин.

– Мам, я побуду с ней?

Женщина посмотрела на хозяина щенка. Тот кивнул. Мальчишка радостно подбежал к импровизированному вольеру и что-то начал тихо приговаривать щенку, который не менее радостно кинулся к мальчику.

Родители недолго пробыли в доме. Они забрали документы на собаку, о чем-то переговорили с теперь уже бывшими хозяевами, вышли на крыльцо. Мальчишка вопросительно посмотрел на отца.

– Забираем, – улыбнулся тот.

В новый дом Бонька ехала в машине, сидя на заднем сиденье вместе с мальчиком. Она вертелась, пыталась лизнуть и мальчишку, и сидевших на передних сиденьях родителей. Все смеялись и называли ее почему-то егозой.

Новый дом встретил щенка желанным теплом, вкусными запахами и удобной лежанкой…

Наступило лето. Жаркие деньки выгнали людей на пляжи, поближе к речной прохладе. Немного в стороне, по небольшой песчаной косе шла семья из трех человек и собаки. Едва они выбрали место, где можно расположиться, мальчишка скинул одежду и побежал в воду.

– Боня, догоняй! – закричал он на весь берег. И за ним, взлетая лапами и ушами, понесся упитанный палевый лабрадор, на морде которого сияла широкая улыбка.

Байки от хозяйки