Шипы Терновника

Глава четвёртая

Общество Франциска оказалось неожиданно приятным. После того как Мари спела ещё несколько песен, он не поспешил уйти, а продолжил тихо разговаривать с ней. Но в диалоге то и дело мелькала неприятная для Мари тема их неумелой лжи.

– Ваши с Ви разговорчики кажутся странными, даже если верить в то, что вам стёрли память. Несостыковки, странности. Лишний раз ничего не комментируйте, наблюдайте побольше и привыкайте… – посоветовал ей Франц.

– Попытаемся, – нехотя пробурчала Мари. – Если ты такой догадливый, может знаешь зачем мы нужны Амалии?

– Предполагаю, но делиться этим не стану.

– Не честно!

По выражению его аристократичного лица становилось понятно, упрашивать, ругаться или требовать бесполезно. Тогда Мари решила разузнать о другом:

– Про Проекцию я наслушалась. А что насчёт другого мира? Тене… тере

– Тенебрис.

– Почему ты злишься, я ничего не сделала! И на эту тему не хочешь говорить?

Франциск раздраженно вздохнул, изменившись в лице. А Мари прищурилась. Ей стало интересно, расскажет ли парень о том, что она узнала от Александра. Франц отвернулся от Мари и задумался, глядя куда-то в пустоту. Тишина затягивалась.

– Мне, пожалуй, пора, – сказал наконец Франциск.

Мари пожала плечами. Она встала, чтобы проводить парня до балкона и закрыть за ним дверь, как вдруг в комнате погас свет. Оставшись в полной темноте, Мари вздрогнула, схватилась за предплечье Франца, но опомнившись, неловко ойкнула и отстранилась.

– Ты боишься темноты? – с издевкой и открытой насмешкой спросил он.

– И что с того? У всех есть страхи! – не своим голосом прошептала Мари. – Иди проверь, это проблемы в комнате или во всем общежитии?

– Как я это проверю? – прошептал в ответ Франциск недовольным тоном.

– Ты живешь в магическом мире, а не я! Я откуда знаю, как у вас это проверяется? – врать больше не было смысла, Франциска это лишь провоцировало на колкие замечания.

– Ладно, – нехотя ответил Франц. – Тут посидишь или со мной к охране пойдёшь?

– Ой, а проблем не будет? – вдруг спохватилась Мари. – Мы же в женском общежитии, вдвоём. Думаю…

– Слишком много думаешь, а всё попусту. Идёшь или остаёшься тут, в темноте? – сказав это, он двинулся по направлению к выходу. Заметив, что Мари так же нерешительно стоит у балкона, добавил: – Если тебе станет легче, сейчас все находятся не там, где им положено. Станут допрашивать, дашь охране заглянуть в твои последние воспоминания, – Франциск подошёл к ней, взял за локоть и быстро повёл к двери. – Нет. Лучше в мои… у тебя могут увидеть лишнего.

Он шагал решительно, она – боязливо. В темноте коридор общежития показался недружелюбным и ужасно пугающим. Мари старалась не отставать, держась у стены.

– Странно, – тихо сказал Франциск. – Никаких звуков, даже шорохов.

– Это плохо?! Почему нет звуков? Не надо меня сильнее пугать! – воскликнула Мари. – Все просто веселятся, вот никого в общежитии и нет.

– Возможно, – он пожал плечами.

Мари задышала чаще, сердце не желало успокаиваться. Они преодолели лестницу и вышли в холл. Комната охраны пустовала. Снаружи не шумел праздник.

– И… где все? – дрожащим голосом уточнила Мари.

– Вот это точно странно, – озираясь ответил Франц. – Возможно, они пошли проверять что там с энергией. Спустимся в подвал к накопителям или подождём тут?

Она не видела лица Франциска, и не поняла, подшучивает ли он над ней или всерьёз предлагает спуститься в подвал. С некоторых пор подвалы вызывали у неё только ужас, а темнота усиливала его в десять раз.

– Нет уж, давай подождём, – сказала Мари. – Эй! Куда ты? Не отходи от меня!

Мари быстро подбежала к Францу. Парень вышел на улицу. Единственным источником света была луна. Франциск поднял руку и хотел кому-то позвонить через порт, но обнаружил – прибор не работает. Новенький порт Мари тоже не реагировал. Чувствуя, что она начинает бояться сильнее, Франц взял её за руку и быстро повёл через всю территорию к зданию администрации. По пути им никто не встретился. Сердце Мари бешено стучало. Франц чувствовал это, и сам начинал нервничать.

– Возможно это всего лишь чей-то розыгрыш, – бросил он.

– Мне не нравятся такие шутки, – жалобно прошептала Мари. – Это… это ведь как тогда, когда мы с Ви сюда попали, помнишь? Тоже ни ветра, ни шороха.

Он, конечно, помнил. Но молчал. В тот день он так и не выяснил, что случилось и нехорошие подозрения уже имелись.

В административном здании никого не было. Франциск выругался. Он понимал, что это петля. Понимал, что для шутки кого-то из студентов, территория петли слишком масштабная, но молчал, чтобы не пугать Мари.

– Все плохо? Ты знаешь, что случилось?

– Не то чтобы плохо, я могу попытаться вытащить нас отсюда с помощью магии… – но вспомнив о том, как попытка колдовать причинила ему боль тогда, у входа в школу, Франц задумался и не договорил.

– Откуда вытащить?

– Из петли. Мы в замкнутом пространстве. Время стоит на месте и похоже здесь заключены только мы.

– Ну так вытаскивай скорее! Чего мы тут таскаемся?

Франциск раздраженно вздохнул. Его злил её требовательный тон, неопытность и абсолютная глупость в вопросах магии. Он развернулся к Мари лицом и стараясь не грубить, своим самым ласковым тоном попытался разжевать:

– Мари, я не могу сделать это просто так, если ты не заметила, я уставший. Мой магический запас, по моим ощущениям, сейчас недостаточен. Я много колдовал сегодня. А чтобы колдовать, нужны силы. Данная петля просто невозможно огромная и сильная, не знаю, сколько энергии потребуется, чтобы вытащить двоих, – тон его становился всё более раздражённым. Но, на удивление, в глазах Мари не появлялось смущения. Карие глаза блестели в свете луны и неотрывно следили за Франциском. – Давай подождём немного, возможно, это чей-то розыгрыш, тогда петлю не будут держать долго. Слишком энергозатратно.

Нахмурившись, Мари промолчала, хотя хотела возмутиться и съязвить, поставив правдивость его слов об усталости под сомнение. Но всё же, в магии она совсем не смыслила, чтобы спорить. Холодало. Мари пробирала дрожь.

– Идём обратно в комнату.

Мари прислушивалась к своим ощущениям. Когда они шли, то и дело озиралась по сторонам. Среди кустов и деревьев, за углами зданий и в окнах ей мерещились фигуры. За спиной чувствовались взгляды.

– Это уже паранойя, Мари, – прошептала она самой себе под нос.

Франциск её услышал. Он знал, что чувствует Мари. Но молчал. Продолжая шагать в блок, стараясь дойти скорее, потому что тоже ощущал чье-то присутствие. Множество следящих взглядов. Ему страшно не нравилась эта ситуация, как не нравилось и то, что он был безоружен. Эта петля точно не была вызвана учеником – он убеждался всё больше, но теория, которую Франц построил, была совсем безумной. За время тренировок он ни разу не чувствовал себя так странно в петлях, как в тот миг. Делиться подозрениями с ничего не смыслящей в магии Мари он не собирался. Её охватила бы паника и девушка точно не дала бы ему набраться сил. А при попытке вытащить их могла остаться заперта в одиночестве. Тогда ей никто помочь не сумеет.

– Чего мы ждём? – они опять сидели в тёмной комнате девочек. Мари не выдержала затянувшейся тишины.

Сидевший на стуле рядом с кроватью Франциск, раздраженно выдохнул.

– Чуда, – съязвил он.

– Может хоть свет с помощью своей магии зажжешь? Я не знаю, летающий светящийся шарик, свеча или просто сияние? – вспомнив свет, исходящий от мужчины из сна, попросила она.

– Мне нужно экономить силы, даже такая небольшая утрата может сказаться, – Франц внимательно посмотрел на Мари, прищурился. – Это можешь сделать ты.

– Что? Нет! – Мари нервно засмеялась. – Я же… ничего не помню.

Игнорируя её протест, Франциск продолжил:

– Тебе нужно сосредоточиться, представить парящий в воздухе огонёк и… послать энергетический импульс, попробуй почувствовать свой источник. Думай о тепле, огне, о том, что с этим связано. Ищи огонь в себе.

Мари кинула на него скептический взгляд. Но внезапно в ней загорелся азарт, впервые ей предложили поколдовать. Она прикрыла глаза и прислушалась к своему телу.

– А когда всё почувствуешь и представишь, прошепчи «mian» и в тот же момент посылай импульс.

Чувствуя себя глупо, Мари снова погрузилась в себя. Она представила, как перед ней вдруг возникает маленький парящий огонёк. Пыталась увидеть, как свет этого огонька освещает их лица. Как в этом мягком и тёплом свете красиво смотрится лицо Франциска, как в его глазах пляшут блики…

– Черт! – довольно громко и неожиданно сказала Мари.

– Что случилось? – Франциск даже вздрогнул от неожиданности.

– Ничего… все нормально.

«О чем ты думаешь?! Сосредоточься». – она постаралась отогнать нелепые мысли.

Несмело, Мари попробовала прошептать «волшебное слово». Ничего не вышло. На седьмой раз тоже. После бесчисленных попыток, Франциск, собиравшийся прервать её, тихо ахнул. Полная детского восторга, Мари открыла глаза. В комнате парил маленький, тусклый, совсем крошечный огонёк. Девушка завороженно смотрела на своё творение.

– Это я? Это я сделала? – радостно и недоверчиво спросила она. – Франциск? Или ты специально его создал, чтобы я не расстраивалась?

– Да уж конечно. Я бы позволил тебе удостовериться, что ты ничтожество.

Бросив на него злой, обиженный взгляд, Мари смутилась. Франц улыбнулся. Но чудо длилось не долго. Неожиданная, резкая боль заставила ее вскрикнуть. Огонь погас. Мари схватилась за запястье левой руки, ругаясь и причитая. Франциск подскочил.

– Вот дерьмо! Почему так больно? – Мари почти плача, шипела и скулила.

Франциск взял её запястье и поднёс его к лицу, констатируя:

– У тебя ожог.

– От чего? Я ведь не касалась огня. Или это из-за того, что я применила магию?

Франциск аккуратно выпустил её из своих рук. Покачал головой и задумчиво отвернулся к окну.

– Нет, такого от магии не бывает, – возникающие предположения ему совсем не нравились. – С ожогом разберёмся позже… Мари, не могла бы ты принести воды?

– Я? Ты совсем уже? Мне больно! Сам иди.

Франциск бесцеремонно взял декоративный стаканчик, в котором Мари хранила ручки и карандаши. Резко перевернул его, высыпая содержимое на стол, а затем протянул Мари, готовой задохнуться от возмущения.

– Не пойду я!

– Ладно, – пожал плечами Франциск.

Он встал и пошёл со стаканчиком в ванную комнату, оставшись в одиночестве под таким предлогом. Прикрыв дверь, Франц включил воду. Сомнения и жуткие догадки мучили его. Он тихо прошептал «mian» и на секунду над его ладонью вспыхнуло пламя, осветившее всю комнату и тут же погасло. Франциск вскинул руку, хватаясь за шею и зашипел от боли. На шее саднил болью ожог. Тихо выругавшись сквозь зубы, Франц выключил воду и вышел, делая вид, что всё в порядке.

– Дело дрянь, – несколько обречённо сказал он.

Мари сдвинула бровки и накрылась одеялом сильнее, словно оно могло защитить её от напастей.

– Что это значит? – плохо маскируя свою панику под безразличие, уточнила она.

– Я не смогу нас вытащить, даже если мне хватит энергии.

– Почему?

Франциск прошёлся по комнате, подбирая слова, взвешивая риски. Реакция неподготовленной Мари заставляла его напрягаться. «Но всегда можно убрать неудобное…» – мелькнула мысль. С каждой секундой затягивающегося молчания Мари хмурилась сильнее. Она не выдержала и повторила свой вопрос:

– Почему, Франциск? – её голос выдавал испуг, но пока не сильный. – Ты можешь мне доверять…

– Нельзя чтобы ты паниковала.

– Я паникую сильнее, когда ты молчишь и обречённо смотришь в пол, скажи мне!

– У меня есть некоторые подозрения, – медленно начал Франц. – Но я не могу себе представить, как такое возможно провернуть и, что самое главное, кто и зачем мог это сделать. Я просмотрел несколько книг после нашей первой встречи и…

– Ну?

– Чего ты нукаешь? Ничего ведь не поймёшь, иномирка, – Франц усмехнулся, но вздохнув, всё же объяснился: – В нашем мире существует такое явление как Аномалия. Это лишь моё предположение, и по сути, то, что я предположил вообще невозможно, всего один факт схож с ней…

– Франциск, я всё ещё ничего не понимаю. Раз уж догадываешься, что я не из здешних, говори понятнее!

– Поменьше перебивай, может и понимать начнёшь. В любом магическом мире существуют чистилища, здесь оно зовётся – Аномалия. И здешнее чистилище умеет сводить с ума. Поэтому информации мало… Изучать Аномалию можно только издалека, она нестабильна и работает не так, как должна. Когда ты попадаешь в Аномалию – не можешь находиться в ней, не теряя рассудка, но и покинуть её не способен, нужны специальные заклинания. Аномалия путает тебя, сводит с ума, показывает самые большие страхи, создаёт лабиринт из иллюзий, которым нет конца, – Франциск говорил тихо. По коже Мари бегали мурашки. – Из Аномалии можно выбраться, но это будет чего-то стоить. Заклинания, которые ты применяешь в этой зоне, причиняют тебе ужасную боль… единственный способ выбраться это заклинание «Спасения». Оно создано на основе заклинания «Помощи», но тебе это ни о чем не говорит… – Мари вздрогнула и хотела сказать о том, что использовала заклинание «Помощи», но вовремя закрыла рот рукой. – Из-за особенности Аномалии, после любого заклинания на теле остаются «последствия». И какой будет цена неизвестно. Одни выходят почти невредимыми на вид, но навсегда теряют рассудок. Других собирают по частям. Это всегда воля судьбы, – Франц потёр лицо руками. – Я лишь предполагаю. Нет ничего связывающего петлю, где мы находимся с Аномалией, кроме боли во время использования магии.

– Тогда почему ты решил…?

– Потому, что я не знаю ничего другого, что вызывало бы такую реакцию наших тел на магию. А я, уж поверь, знаю многое.

– Но не всё ведь! Неужели только Аномалия такая особенная? Я вообще не представлю, что это.

Глянув на Мари пренебрежительно, Франциск отвернулся и пояснил:

– Даже если это что-то другое, остаётся только ждать. Не думаю, что у меня, а тем более у тебя, хватит сил и самоотверженности вытащить нас отсюда.

– То есть, мы ничего не можем с этим сделать? – Мари недоверчиво нахмурилась.

– Ничего.

– Ну должен же быть способ.

– Нет!

– Нам тут что всю жизнь сидеть?

– Мари, я не знаю!

Он раздраженно встал и вышел на балкон, впустив в комнату ночной холод. Мари выругалась ему в спину, как вдруг по её телу прошла странная волна трепета и мурашек. Словно горячим воздухом обдало.

– Мари, иди сюда!

– Боже, что там?

– Просто подойди.

Недавно пустая и жуткая территория школы оживилась, обрела свет, звуки и краски. Студенты паниковали, куда-то бежали. Слышался чей-то плачь.

– Это что? Всё так просто закончилось? Петля исчезла?

– Да, и как я вижу, не только мы попали в петлю.

Франциску на порт начал звонить Александр. В этот момент словно из ниоткуда раздался голос директора, разлетающийся на всю округу:

– Убедительная просьба, сохраняйте спокойствие. Просим вас не находиться по одиночке этой ночью, соберитесь в группы. Если ситуация повторится, вам будет легче перенести её, не в одиночку. Администрация разбирается с произошедшим. Пострадавшие – пройдите в медпункт. Мы работаем над ситуацией. Сохраняйте спокойствие. Если вы вновь окажетесь в петле, просим вас, не используйте магию! Убедительно просим, никакой магии!

Голос замолк. Спешка и паника студентов усилилась. Несмотря на просьбу сохранять спокойствие, не всем это удавалось. Франциск и Мари, стоящие на балконе, переглянулись. Раздался окрик, это Александр увидел их и взяв Ви за руку, уже спешил к ним. Оказавшись в комнате, Ви напугано прильнула к Мари, радуясь, что она в порядке. А Франциск отвёл Алекса в сторону для разговора.

– Ты пытался использовать магию?

– Да. Пошла кровь из носа.

– Скверно. Что говорят другие?

– Пока мы шли сюда, я услышал, что кто-то из пятикурсников покалечился. Вроде бы парень сломал кисть, когда попытался выбраться из петли обычным заклинанием, оно не сработало. Некоторые уже успели позвонить родственникам. Не представляю, как Амалия выкрутится.

– Даже интересно, что будет дальше… – Франциск хмыкнул себе под нос, проигнорировав недовольный взгляд друга.

Рассудив, Франц и Алекс решили, что безопаснее всего девушкам будет в их блоке. Мари и Ви такой расклад не слишком радовал, они неловко отнекивались: «Мы всё понимаем, но это неправильно!» Но Александр был настойчив и убедителен. Пообещал взять у Марго официальное разрешение на «защиту» девушек. Под таким напором они согласились. Когда спустя время они вышли из женского блока, у выхода их встретила Марго.

– Вы с девочками? Как хорошо. Ласточки мои, прошу, скажите мне, что в петле вы были не одни?

– Все в порядке, Марго. Я была с Алексом и ещё некоторыми ребятами, а Мари была с Франциском.

– Слава Руфель! Я так испугалась за вас. Вы можете пойти со мной, я буду отвечать за группу новичков.

– Девочки переночуют у нас, Марго, – сказал Франциск.

– О, как хорошо, Франц. Первокурсников и так много на меня одну, – Мари и Ви с сомнением переглянулись, слишком уж легко наставница согласилась. – Только следи за Алексом.

– Ну хватит, Марго! – простонал Алекс.

– Не беспокойся, – Франц ей улыбнулся.

Обеспокоенная Марго торопливо кивнула и быстрым шагом продолжила свой обход.

Вокруг царил хаос и наконец оказаться в спокойной обстановке было приятно. Новоиспечённые «друзья» привели Мари и Ви в свою комнату. В отличие от их комнаты, юношеская могла похвастаться единым стилем и тёмными, благородными тонами. Франциск задернул тяжёлые шторы и присел на широкую кровать.

– Вы двое ляжете здесь, – он показал на одну из кроватей.

Они рассеяно кивнули, разглядывая интерьер. Мари первым делом заинтересовал большой книжный шкаф. Она подошла к нему и дотронулась до одного из книжных корешков.

– Это твоё? – не глядя на Франциска, она задала ему вопрос.

– Да. Не ожидал, что тебя заинтересуют книги.

Скривившись, но стараясь сохранять самообладание, Мари вдохнула и выдохнула. Ви постаралась разрядить обстановку и, заметив колчан, висящий на стене, обратилась к Алексу:

– Алекс, ты говорил, что стреляешь из лука. Я вижу колчан со стрелами, но где сам лук?

Александр улыбнулся, радуясь интересу, наконец проявленному к его персоне. Он подошёл к стене, где висел колчан и взял его.

– Лук сейчас не у меня, один человек одолжил его и порвал тетиву, на днях должен натянуть новую и вернуть.

– Жаль, я хотела посмотреть. Можно тогда хоть стрелы потрогать?

Вынув одну из стрел, Алекс протянул её Ви. Бережно взявшись за древко и покрутив красивую стрелу в руках, она сказала:

– Легкая… – Ви пальчиком коснулась наконечника. – И острая.

Она передала стрелу заинтересовавшейся Мари. Опасная и интересная вещица попала ей в руки. В свете люстры блеснул наконечник и золотой узор. Мари задумчиво любовалась стрелой. Вернув её Александру, она оглянулась на Франциска.

– Ты, если я правильно помню, мечник. Покажешь?

Нехотя, Франц встал, подошёл к подставке, стоящей рядом со столом. Из трёх мечей Франциск взял тот, что лежал выше остальных и протянул Мари оружие, не вынимая его из ножен. Она заворожённо приняла тяжелую вещь. Взявшись поудобнее, неуверенно глянула на Франциска.

– Можно? – спросила Мари, берясь за рукоять.

Франциск неоднозначно качнул головой, проводя при этом рукой в воздухе. Мари медленно вынула меч. Показался серебряный клинок, его холодная поверхность была зеркальной. Полностью достав оружие, она взяла его чуть увереннее.

– Тяжёлый, – подытожила Мари. – И красивый. Стоит, наверное, ух! Как девушке справляться с этим? Рука уже устала.

– Будешь тренироваться, когда-нибудь привыкнешь, – ухмыльнулся Франциск. – Ну, а вообще, существуют более лёгкие варианты. Например, под твою комплекцию можно изготовить шашку, которая будет весить около килограмма…

Мари ещё раз осмотрела оттягивающий руку вниз меч. Он её неожиданно, страстно понравился. Ухмыльнувшись, Мари резко, но неумело махнула клинком и направила острие на Франциска.

– Ну все, поиграла и хватит, – сказал он, отодвигая наставленный на него меч. – Давай обратно.

Расстроенно, Мари вернула меч хозяину. Ей хотелось побаловаться ещё немножко.

– Час поздний… Я что-то сильно устала, вы не против, если я пойду спать? – спросила Ви.

– Конечно, Ви, не спрашивай, – Алекс улыбнулся.

– Я в ванную, – заявила Мари и не дожидаясь разрешения ушла.

Под тихий шелест страниц книги и негромкий, прерывистый разговор Александра и Франциска, Ви быстро провалилась в сон. Удивление скользнуло в мыслях только раз, перед самым сном: «Как подобное возможно? Я ложусь спать в компании незнакомцев и чувствую себя неестественно спокойно!»