Аленький носочек, или Рандеву с монстром во вторник

ГЛАВА 1

– Так и будете молчать? – бархатный, чуть раскатистый голос, отвлек меня от моего увлекательного занятия.

А именно от разглядывания его владельца.

А что? Потрясающий ведь мужик! Волосы снежно-белые и длинные, такие я только у фэнтези-принцев в дорамах видела, фигура шикарная, не качковая, но видно было, что тело физически развитое, сильное и крепкое, черты лица угловатые, немного грубые и резкие, и все же, на мой вкус, идеальные. Взгляд – темно-синий и властный. Так может выглядеть только настоящий мужчина, который уверен в себе, обладающий сильным характером и железной волей.

Ах, да. Мужчина этот был явно при деньгах. Даже мне, далекой от местной моды, было ясно, что и рубашка его черная, чуть расстегнутая у ворота, была из настоящего шелка, и штаны из плотной кожаной ткани, и высокие сапоги на шнуровке, стоили далеко не дешево. Даже не так. Дорого. Очень дорого. А еще массивный браслет на его запястье был хоть был из серебра, а не золота, но инкрустирован какими-то очень уж сияющими алыми камнями.

Хоть я провела здесь и совсем немного времени, все же, уже успела насмотреться на местный колорит. В основном все носили серо-коричневые рубахи из льна или хлопка, с вышивкой или без, простые штаны и довольно простую, грубо выделанную, обувь.

Лорд Найт Кайтер сидел в трех метрах от меня, в большом и уютном мягком кресле, впрочем, в таком же сидела и я. Кроме нас в комнате никого не было. Он закинул одну ногу на другую и пристально смотрел мне в глаза. Не разглядывал с интересом, как остальные сегодня, а именно сверлил своим невозможно-синим взглядом. От этого я чувствовала себя неловко. Хотелось спрятаться за во-о-он ту плотную темно-коричневую штору у стрельчатого окна, а лучше вообще отсюда сбежать.

– Ну, я не мастер в знакомствах, – мягко улыбнулась я, отвечая на его вопрос. – И, разве начинать беседу не прерогатива мужчины?

Взгляд темно-синих глаз наполнился насмешкой, а я, облизнув от волнения губы, заправила непослушную кудрявую прядь темно-рыжих волос себе за ушко.

– Вам не следовало сюда приходить, леди Кармери. По крайней мере во вторник, – был мне хлесткий, полный ледяного равнодушия ответ, а мужчина демонстративно посмотрел на висевшие на его шее часы на цепочке, явно давая понять, что здесь со мной он теряет время.

– И чем же я плоха для вторника? – уточнила я, чувствуя, как начинаю раздражаться.

Высокомерная скотина! Сидит тут, развалился, строит неизвестно кого! Зачем ходить на свидания вслепую, если не заинтересован в знакомствах?!

– Тем, что во вторник здесь полно драконов. Серые мышки и стеснительные фиалки совсем не в нашем вкусе. Думаю, вы, как и остальные леди сегодня, изучили этот аспект, прежде чем решились прийти в это заведение сегодня.

Ну да! Весь день и все утро энциклопедию читала о том, как соблазнить ледышку-дракона!

– Вы ошибаетесь! – вздернула я бровь. – Мне в общем-то наплевать на хладнокровных рептилий вроде вас. Я здесь из-за кое-кого другого.

– Хладнокровная рептилия! – ядовито процедил этот мужчина. – Как быстро слетела ваша напускная вежливость.

Стиснула зубы, чувствуя, что мне все труднее держать себя в руках, и с облегчением выдохнула, когда в комнату вошла девушка в длинном красном платье. Свет с приглушенного быстро сменился на более яркий, стало не так интимно, и, кажется, гораздо легче задышалось.

– Десять минут истекли, – она продемонстрировала опустевшие песочные часы в руке. – Согласно правилам, после завершения круга свиданий, вы должны будете написать имя и фамилию понравившихся партнеров на карточке и положить в аленький новогодний носочек на стойке администрации. Если ваша симпатия окажется взаимной, наше кафе организует вам еще одну встречу.

Я с усмешкой кинула взгляд на лорда Найта Кайтера. Вот уж чье имя точно не окажется ни у одной из дам. Что же до меня, то лорд Кайтер точно будет присутствовать в моих симпатиях. Вот только не Найт, а Том, его брат. Совсем не дракон. И известный портальщик. Ведь только он может помочь мне вернуться домой.

Я вышла из комнаты первой, даже не попрощавшись. Решительным шагом направилась к стойке администрации, где разряженные и разукрашенные, будто на бал, девушки, вовсю опускали записочки с именами в новогодний красный носочек. У нас похожие тоже появлялись на ярмарках и в магазинах к рождественским праздникам.

За соседней стойкой толпились кавалеры. Один из них, лорд Оскер, бросил на меня полный вожделения взгляд. Фу! Думала, еле досижу с ним свидание!

Когда очередь дошла до меня, я взяла в руки непривычную перьевую ручку.

Мне выдали карточку, где уже было написано золотым мое имя. Осталось чернилами вывести имя Тома Кайтера. Что я и сделала, и передала записку девушке-администратору.

– Только одно имя? – разочарованно вздохнула она. – Что ж, сейчас вы должны будете пройти в комнату ожидания. Направо, а потом снова направо. Дверь с изображением веточки ели. Если ваши симпатии с кем-нибудь совпадут, вам сообщат.

Я кивнула.

– Хорошо.

Отлично. Просто отлично. Осталось скрестить пальцы, чтобы Том тоже написал на карточке мое имя. Потому что если его там не будет, то мне конец.

Неделю назад

– Проходим, проходим, не толкаемся! Не создаем толкучки, кому сказала! – вопли грузной недовольной тетки в приемной заставили меня нервно обернуться на дверь.

Может, я зря сюда вообще пришла? Повелась на шарлатанское объявление с горя, и теперь вляпалась неизвестно во что…

Очередь и правда была огромной. Был забит почти весь немаленький коридор. Здание, похоже, было бывшей поликлиникой, теперь отданной под офисы в аренду. В одном из них и заседала ясновидящая, астролог, гадательница на таро, потомственная гадалка, Карина Гафсанова. В объявлении, что кинули мне в почтовый ящик, было сказано, что женщина решает практически все проблемы. Начиная от приворота и запоя, заканчивая излечением от неизлечимых болезней.

Усмехнулась. Можно ли сказать, что последнее про меня? Занервничала. С одной стороны, оно неизлечимое, но с другой вовсе не смертельное. Тысячи людей с этим живут.

Было немного неловко. Может, все эти люди, что стоят в очереди, больны гораздо более серьезней, чем я? И я, тем, что пришла сюда, отнимаю у них заветное время?

Кто-то грубо толкнул в спину.

– Чего встала, коза? Иди давай, видишь, очередь уже ушла!

– Простите… – машинально извинилась я перед светловолосой девицей в шубе и прошла вперед, а после все же нахмурилась. – Но толкать меня было не обязательно!

– Толкать! – фыркнула она. – Не сахарная, не развалишься! Или, думаешь, за порчу с тебя не спросится? Считай, это аванс!

– Порчу? – удивленно переспросила я.

Мне и в голову не приходило такое.

– Тут все только за тем, чтобы на бывших порчу наслать. Разве не знаешь? В этом Кариночка лучшая! Я вот уже третий раз здесь, – хмыкнула она.

– И как? Помогло? – наивно похлопала я глазами.

– Еще бы! После первого раза Степчик ногу себе сломал. В четырех местах! Фотки из больницы на страничке выкладывал. Я, не удержалась, лайкнула ему.

Я поежилась.

– А во второй?

– Во второй все было ку-у-уда серьезнее, детка! У него сестра умерла. А они очень дружны были. Вечно, пока мы встречались, о ней трепался. Какая она бедная, какая несчастная, как нуждается в заботе и любви! А я будто бы и не нуждалась. Тварь, ненавижу! – выплюнула она. – Меня, кстати, Кира зовут.

– Вика, – ответила я. – Рада знакомству.

Хотя, если честно, от знакомства радости не прибавилось.

– Эй, куда! Куда лезешь без очереди?! – вдруг я услышала крики.

Толпа, которая стояла здесь уже добрых сорок минут, разбушевалась. Вперед, опираясь на старую трость, шла сухонькая старушонка. Маленькая, седоволосая, сморщенная, словно печеное яблоко. Но вот глаза ее были удивительно чистые, светлые такие. Глаза доброго человека, не знаю, как по-другому назвать.

Тетка, что руководила процессом очереди, вылезла вперед.

– Женщина, вернитесь и встаньте в конец очереди!

– Тяжело мне стоять, дочка, – чуть сиплым голосом ответила старушка. – Может, у вас льготы есть пенсионерам?

– Тут у нас привилегированных нет! Что-то не нравится если, уходите!

– Да я за сына попросить! Сынок у меня в опасности большой…

– Тут у всех свои проблемы, женщина! – нетерпеливо высказалась распорядительница. – Вернитесь в конец очереди.

– Мне не достоять… – вздохнула старушка. – Пойду, спрошу у вашей главной ведьмы, может, ее сердце не такое черствое? Примет она меня?

Она продолжила идти вперед, и это было фатальным.

– Нет, ну ты глянь, какая борзая! – девица, вроде Киры, с которой я познакомилась, выпрыгнула ей навстречу, словно черт из табакерки. – Совсем берега попутала, старуха?! Я тут два с половиной часа отстояла! Не нравится стоять – тащи складной стул и сиди, читай газетку!

Но бабуля, как заведенная, повторяла: «Да мне только за сыночка попросить…”.

– Пошла отсюда! Попрошу Карину заодно тебя проклянуть, старая! – рявкнула девица и толкнула ее.

Я кинулась к бабушке, наплевав на все, и еще твердо решив, что точно отсюда уйду. Помогла подняться.

– Вы в порядке? Не ушиблись? Пойдемте, не нужно тут стоять. Тут вам точно не помогут, – сказала я, а после оглянулась на очередь.

– Ишь, сердобольная! – захохотала одна из девиц, а другие ее поддержали.

Я поморщилась. Было ощущение, что я попала в какую-то дыру, в которой не осталось ничего человеческого.

– Пойдемте, меня Вика зовут. Выйдем на улицу, расскажете про своего сына…

– Спасибо, дочка. Да, я уж и сама думаю, нечего мне тут делать… – скрипучим голосом ответил она. – Да и нашла я то, что искала. Вернее, ту.

– Кого вы нашли?

К этому времени мы уже вышли на улицу. Я помогла бабуле застегнуть верхние пуговицы ее старенького серого пальто. Сама обмоталась шарфом и зачпокнула на кнопки свою дутую куртку.

Декабрь. Уже было морозно, улицы были украшены цветными гирляндами к новому году, а я вот тут. Совсем не думаю о празднике. Да и не с кем мне теперь отмечать, после того, как с Игорем мы развелись. А родители… Их и не было никогда.

– Я – Георгина Афанасьевна, – улыбнулась бабушка и с улыбкой посмотрела на меня. – Чего, дуреха, пошла в такое место? Думаешь, ребеночка тебе бы помогли здесь здорового зачать?

Я от удивления даже забыла, как дышать. Я никому об этом не говорила…

– Как вы узнали? Вам… Игорь как-то сказал, что я…

– Да куча навозная этот твой Игорь! – махнула рукой бабка. – Ишь, такую девочку светлую пустоцветом обозвал! Да он еще не представляет, какие детки у него вырастут от Светки-то его! Нахлебается!

– Откуда вы все это знаете? – прошептала я.

– А мне вообще много известно, но я не со всеми делюсь, – легко ответила бабуля.

– А зачем сюда пошли, если сами все знаете?

Старушка лукаво заулыбалась и, вдруг резво подхватив меня под локоть куда-то потащила.

– Сюда, вот зайдем на чай. Сын-то у меня совсем один-оденешенек, как и ты, золотоко. Помоги уж мне, старой, весточку ему передать.

– Какую весточку?

– Да зайдем со мной на чай, я недалеко живу. Вот в этом доме.

Сама не знаю, как оказалась дома у этой старушки. Старая пятиэтажка, а в квартире светло и чисто. На полочках много икон, а на подоконниках ухоженные цветы. Она провела меня на кухню, усадив за стол. Сама засуетилась с чайником, напрочь отвергая мою помощь. Очень скоро мы оказались друг напротив друга, попивая вкусный чай.

– Что произошло с вашим сыном? – спросила я какое-то время спустя, после разговоров о прошлом Георгины Афанасьевны, оказалось, она была врачом когда-то, работала в больнице, но несколько лет назад ушла на пенсию.

– Видишь ли, он живет далеко от меня, – сказала женщина. – А я, благодаря своему дару, точно знаю, что он в беде. Квендри очень скоро обвинят в преступлении, которого он не совершал. Но это можно предотвратить!

В глазах женщины появился какой-то огонек.

– Но как?

– Ты предупредишь его! Скажешь, чтобы он не ходил в то место, где все произойдет! – с воодушевлением сказала она.

– А вы сами не можете ему позвонить, например?

Старушка покачала головой.

– Увы. Мы не общаемся. Он даже не знает о моем существовании. И, к тому же, он далеко.

Я улыбнулась.

– А далеко, это где?

Я думала, что сейчас Георгина Афанасьевна скажет, что сын за границей, или в Америке, ну, в Африке, на худой конец, но ответ был шокирующим.

– Он в другом мире, – сказала женщина, чуть понизив голос.

Ну вот. Другой мир. Конечно же! Чего я еще могла ожидать от пожилой женщины? Конечно же она не в себе!

– А адрес у него? – все же нужно было попытать счастья, вдруг она вспомнит что-то, и я смогу съездить к нему.

– Три тысячи сто семьдесят пятый год. Государство Радасс, город Элагер, улица Треку, дом пять.

Я так и открыла рот. Вот это фантазия!

Но старушка, вдруг нахмурилась и звонко ударила по столу ладонью.

– Да ты не веришь мне!

– Почему же, я… – попыталась оправдаться я, но Георгина Афанасьевна не спешила менять гнев на милость.

– Не веришь! – сказала она с нажимом. – Вот же, смотри! Вот мой сын!

Она вдруг взмахнула рукой и в тяжелом зеркале, что висело напротив, отразилась вовсе не кухня, в которой мы пили чай. А какое-то другое помещение. Мне только и оставалось, что удивленно смотреть за тем, что там происходило.

Внутри все было очень старинное. Мебель, окна, ковер… А посреди той, зазеркальной комнаты, стоял мужчина в одежде, которую я определила, как подходящую нашему веку девятнадцатому. Странная рубашка с широкими рукавами, штаны. Мужчина был шатен, высокий, подтянутый. Я бы назвала его красивым, если бы не его повязка на глазах.

– Он… Слеп?

Георгина Афанасьевна кивнула.

– В детстве кое-что напугало его. И он ослеп. И хотя он может позаботиться о себе, все же, он отличается от остальных. Живется ему куда хуже.

Я молчала. Вообще трудно было во все это поверить. Однако, судя по старушке, она была явно непростой бабулей.

– Как вы думаете, я смогу его предупредить? – спросила я. – Если это действительно другой мир, то мне туда не попасть.

– Ошибаешься! Попасть! И очень даже! Прямо через это зеркало! – заверила женщина. – Вот только есть одна проблема… Туда-то я смогу тебя переместить, а вот обратно…

Я покачала головой.

– Простите, но на ПМЖ в другой мир – это для меня слишком, – вздохнула я. – Но, хотите, я приведу вам свою подругу, она всегда мечтала куда-нибудь уехать!

Подруга у меня и правда такая была. Инна Осипова. Она тоже, как и я, была детдомовской. Ни семьи, ни детей. Жизнь у нее не очень сложилась, и она копила на билет в Австралию. Хотя, мне кажется, ей было вообще все равно куда. Главное – подальше.

– Нет! – заявила Георгина Афанасьевна. – Подругу не надо! Ты сама хорошо справишься. А вот с билетом назад, я знаю, что делать!

Старушка с деловым видом подошла к подоконнику, где у нее была почти что оранжерея и, задумчиво побродив мимо горшков, вдруг достала совсем небольшой, почти миниатюрный, с малышом-кактусиком внутри.

– Какой замечательный, – улыбнулась я.

– Растения очень привязаны к земле. И к миру, в котором произрастали. Если ты возьмешь его с собой, то сумеешь вернуться назад. Спросишь у Марджи, где найти опытного портальщика, и он обязательно вернет тебя назад.

Я лишь удивленно приподняла брови, а старушка уже всунула мне горшок с цветком в руки.

– Спасибо, но…

– А теперь слушай меня, – перебила меня старушка. – Я перемещу тебя к Марджи, это моя сестра. Скажешь ей, что от Георгины, попросишь приюта на несколько дней. Она не откажет. У нее же узнаешь о портальщике. А к сыну моему придешь и скажешь вот что: “Не ходи во вторник в полночь на площадь Этте”.

– Хорошо…

Если честно, я вообще плохо понимала, что происходит. Старушка своими разговорами о параллельных мирах и своем сыне, которому грозила беда, словно заворожила меня. Я лишь слушала ее, раскрыв рот, и опомниться не успела, когда Георгина Афанасьевна вдруг со всей силы толкнула меня.

– Здесь же зеркало…! – только и успела крикнуть я, перед тем как упасть, закрыла лицо руками, а в следующий миг провалилась в какую-то темноту.

ГЛАВА 2

Марджи была прекрасна. Ровно настолько, что я бы никогда в жизни не подумала, что в теле юной черноволосой красавицы скрывается очень древняя родственница Георгины Афанасьевны.

Конечно же, после того, как я внезапно переместилась на пол ее небольшого одноэтажного дома в центре столицы Радасса – Элагере, шок был у нас обеих. Минут пять мы друг на друга смотрели, а после Марджи решила, что я явилась, чтобы ограбить ее дом, и потому решила, что самое правильное будет меня укокошить и прикопать в саду под раскидистой сосной.

Делать она это собралась при помощи магии, пулялась какими-то огненными шарами, синими жгутами и даже накинула на меня какую-то липкую сверкающую паутину, выбравшись из-под которой, я мечтала только об одном – о душе с чистой водой.

– Так ты что, явилась от Георгинки?! – выдохнула, наконец, Марджи, перестав закидывать меня всякой магической всячиной.

– От Георгины Афанасьевны. Она сказала, что здесь живет ее сестра, и она мне поможет…

– Вот стерва! – выплюнула брюнетка, а после присела на корточки, протягивая мне руку и помогая подняться. – Прости! Просто столько лет не объявлялась, и на тебе! Прислала весточку!

Я поднялась, а после, присев, подняла горшок с кактусом, который, по счастливой случайности, пережил магическую атаку Марджи.

– Вы не будете больше пытаться меня убить?

– Нет, что ты! – заверила меня женщина. – Теперь я буду тебя пытать!

– П-пытать? – я, верно нашарив взглядом дверь, попятилась к ней.

– Пытать! Какого лешего она сама не пришла?! Что это значит все вообще?! Исчезла столько лет назад и не собирается даже носу показать! Родственница! Рассказывай, давай все от начала и до конца!

В общем, дальше я рассказала Марджи подробности своего сегодняшнего дня. О том, как решила пойти к гадалке, как встретила там бабушку-одуванчика, как помогла ей, и в итоге, наслушавшись слезливых уверений про сына, оказалась здесь. С кактусом.

– Бабуля! – расхохоталась брюнетка. – Да знаешь сколько лет этой старушке?! Уже пять тысяч! И если бы она захотела, выглядела бы хоть ребенком, хоть девицей-красавицей. И все же, странно, что она послала тебя ради Квендри.

– Почему?

– Она его терпеть не могла всегда, слышать даже не хотела. Собственно, сынок-то о ней вообще не знает, только все удивляется, откуда у него способности к магии, да нехилые. Приглядывала я за ним…

– Тогда, может, вы и скажете ему о том, чтобы он не ходил никуда во вторник?

– Нет, – покачала головой брюнетка. – Если сестрица поручила это тебе сделать, я вмешиваться не буду. Со своей стороны, могу сказать, что можешь оставаться у меня, сколько хочешь. У меня племянница есть, Джейн Кармери, но она давно уехала. Так что можешь пользоваться ее именем и фамилией. Это тебе, думаю поможет.

– Спасибо!

– От нее осталась одежда и украшения. Ты можешь ими распоряжаться по своему усмотрению, я все равно это все собиралась выкинуть.

Я кивнула.

Я искренне была благодарна этой женщине. Она выделила мне комнату, чистую и светлую, хоть и небольшую. Но там было все, что необходимо каждой девушке двадцати пяти лет. Мягкая постель, шкаф с платьями по местной моде, душевая, зеркало и большое окно, которое выходило на городскую улочку.

Я, наверное, больше часа провела, просто таращась в него, и глядя, как там, по брусчатой улочке снуют туда-сюда экипажи, люди в довольно старинных одеждах, медленно едут торговые обозы…

Оторвалась только когда вспомнила, что хотела посетить душ. А когда чистая выползла в комнату, то, забыв обо всем, завалилась спать. Сил совсем не осталось. И, если честно, мне начало казаться, что все происходящее было одним затянувшимся довольно-таки странным сном.

– Просыпайтесь, леди Кармери, – услышала я приятный женский голос и распахнула глаза.

Рывком сев на кровати, я увидела полноватую и добродушную женщину с подносом в руках. На подносе были чашка с ароматным кофе, тосты, джем и фрукты. Она переставила все это на маленький журнальный столик на колесиках.

– Спасибо, – только и улыбнулась я, не привыкшая к подобной заботе.

– Не за что. Меня зовут Файти. Леди Марджи Гаус не держит других слуг, кроме меня, так что, если что потребуется, можете смело сообщить мне. Я почти всегда дома.

– Хорошо, спасибо, – поблагодарила ее я.

Впрочем, ее помощь потребовалась почти сразу же. Я попросту запуталась в завязках к корсету. Файти, к счастью, оказалась очень отзывчивой женщиной, и помогла мне.

Итак, я оказалась в другом мире. Полное осознание этого до сих пор не пришло, и все же, привыкая к произошедшим в моей жизни изменениям, я сделала для себя несколько открытий. Во-первых, все здесь действительно напоминало наш девятнадцатый век. Экипажи, мода, этикет, уклад, в общем-то все было хоть и понятным и самую капельку привычным, я все же это видела в кино и читала об этом в книгах, но все равно выбивающим из колеи. Не нужно было быть провидцем, чтобы, немного пообщавшись со мной, сказать сразу, что я – чужачка. Странная.

Второе – язык здесь был конечно же не мой родной. Но каким-то образом, я без труда его понимала, могла говорить и объясняться на нем сама, а еще умела читать и писать.

И третье, совершенно удивительное открытие было в том, что на меня совершенно не действовала магия. Никакая. Как объяснила это Марджи, на мне стояло какое-то очень сильное защитное заклятие, которое, очевидно поставила ее сестра, перед тем, как сюда меня отправила. И хорошо или плохо это объяснить она мне так и не смогла.

– Сын Марджи живет на улице Треку, дом пять, – сказала Марджи за обедом. – Когда планируешь его навестить?

– Сейчас вот и планирую, – сказала я. – Чем раньше справлюсь, тем лучше. Не думаю, что мое присутствие здесь нужно затягивать. Я ничего не знаю, ни этикета, ни правил, могу легко себя выдать. И потом, я не хочу обязывать вас. Ведь вы тратите на меня свои средства.

Женщина засмеялась.

– У меня нет в них недостатка. Если тебя так заботит, что ты живешь нахлебницей, то можешь помогать на кухне Файти, а я буду платить тебе жалование в три сребрушки в день. Устроит?

Я улыбнулась. Это было весьма кстати! Я не любила быть кому-то обязанной.

– Спасибо.

Когда разговор о работе был закончен, я спросила про портальщиков. И вот тут Марджи нахмурила лоб.

– Их почти не осталось. Ума не приложу, чем руководствовалась моя сестра, когда отправляла тебя сюда! Дай-ка подумать… Эшли сейчас у орков, туда не доберешься… Маркус пропал… Единственный, кто сейчас остался в городе и может тебе помочь, это Том Кайтер.

– Том Кайтер?

– Да. Портальщик. Единственный в городе, очень богатый и очень занятой. Встретиться с ним почти нереально. Разве что только в кафе “Аленький носочек”. И разве что во вторник. Он всегда посещает его вместе со своим братом, Найтом Кайтером. А тот дракон. Впрочем, это не важно…

– Драконы это такие полуоборотни-полулюди-полуящеры?

Все же, пару книг романтического фэнтези я читала, и современные веяния не обошли меня стороной.

– Да. А еще их очень мало. И все они весьма влиятельны и составляют верхушку власти в Радассе.

– А Том Кайтер не дракон?

– Нет, он полукровка. И, к сожалению, или к счастью, ему досталось все от его матери, а не отца. Так что он человек, – пояснила женщина.

– Понятно.

Мы еще немного поговорили, я спросила, как пройти на улицу, где жил сын Георгины Афанасьевны. Марджи подробно мне все объяснила, снабдила авансом на всякий случай, и я отправилась выполнять поручение, ради которого оказалась невероятно далеко от дома.

Конечно же мне было очень интересно! Это было в сто раз круче, чем отправиться в самое головокружительное путешествие! Потому что здесь все было по-настоящему. Вот она, живая история! Замки, старинные домики, люди, совершенно другие, или все же такие же, но… Все-таки другие.

Я улыбалась, глазея на все подряд, и стараясь запомнить. Там, в моем мире, я хорошо умела рисовать, а потому хотела обязательно воплотить все это в будущем на холсте.

Я думала, что у меня будут какие-то проблемы или сложности, но оказалось, что я довольно быстро дошла и до нужной улицы, и до нужного дома. Чем-то, он был похож на тот, в котором жила Марджи. Тоже одноэтажный, немного неприметный.

Оказавшись у калитки, я позвонила в подвесной колокольчик, не слишком рассчитывая, что меня услышат. Однако, калитка распахнулась спустя несколько секунд, и я прошла через небольшой заросший палисадник внутрь. Толкнула приоткрытую дверь.