Академия Хозяйственных ведьм, или Осенний отбор для генерала

ГЛАВА 1

– Эй! Смотри, куда едешь! – я посигналила белому фургону, едва не въехавшему мне в бок, и, включив любимую музыку погромче, нажала на газ, улетая по трассе вперед.

Боги! Как же это невероятно приятно – ехать куда-то и наслаждаться одиночеством! Сегодня я могла себе это позволить… У меня, можно сказать, праздник – первый день после развода.

Никакого тебе мытья тарелок, вилок, кастрюль с подгоревшей кашей и – о ужас! – сковородок! Никакого надраивания полов до блеска, глажки мужских маек, рубашек и носков! Никто пальцем не ткнет, если шарлотка вдруг подгорит в духовке…

Я свободна!

Нет, это ж надо было додуматься выйти замуж в восемнадцать! Три года коту под хвост! Ну ничего, я еще наверстаю упущенное, поживу для себя! Мне еще только двадцать один, и впереди – целое море возможностей!

А что? Хорошая работа у меня уже есть – папа устроил меня на хорошо оплачиваемую должность в своей конторе, пока я еще заканчивала учебу в институте.

– Уверена, что твоя мама теперь в восторге! Все трусы ее сыночка будут отфильтрованы по цвету и повешены на сушилке в порядке новизны и изношенности! – стараясь перекричать музыку, крикнула я в никуда.

Все-таки хорошо, что я одна. Стас бы сейчас, будь рядом, сказал, что я сошла с ума – так орать…

– А вот хочу и ору! – новый вопль свободы вырвался из грудной клетки.

И именно в этот момент я поняла, что слишком отвлеклась и потеряла контроль над дорогой, а еще хуже – сошла с ума, потому что прямо на меня летел… большой пушистый и явно очень довольный жизнью заяц. Летел на собственных ушах, вращающихся, словно лопасти вертолета!

– Что за ерунда?.. – прошептала я, а в следующий миг уже смогла отчетливее рассмотреть зайца, которому до моего лобового стекла остались всего пара метров.

Сам беленький, носик торчком, усики в сторону, в лапке – морковка…

Удар чудовищной силы, совершенно не соответствующий габаритам сбитого животного, отбросил машину на соседнюю полосу. Кажется, я ударилась о что-то головой…

Последнее, что запомнила перед тем, как потерять сознание – довольную физиономию зайца.

– Привет от мамы помпусика-Стасика! Наслаждайся! – пропищал он.

И все вокруг укрыла звенящая темнота.

– Ива… Ива Фокс, вы меня слышите? – кажется, кто-то хлопал меня по щекам.

Ива Фокс… Какое дурацкое смешное имя. Наполовину дерево, наполовину лиса. У меня имя красивое – Евгения Александровна Колокольцева. Папина фамилия! Дворянская… Когда-то в далеком прошлом родственники эмигрировали в Америку, а позже мой отец вернулся и развернул очень прибыльный бизнес в России.

– Ива! – снова этот настойчивый голос.

Я попыталась открыть глаза, однако увиденное заставило меня сомневаться в реальности. Я что… в сумасшедшем доме? Или в театре? Почему у всех такие странные костюмы?

Две женщины в пышных платьях с кружевами стояли рядом со мной, а мужчина в белых одеждах – очевидно, лекарь – держал в руках пенсне!

– Ива, вам лучше?

– Но я не Ива… Я…

– Боже! Похоже, что подтвердилось самое ужасное! – возопил мужчина, не дав мне больше ничего сказать. – Она потеряла память!

– Ах! – всплеснула руками одна из женщин – брюнетка с высокой прической, в которой, словно по морю, плыли кораблики. – Но как же нам быть, ведь осенний отбор уже на носу! На Иву уже многие лорды положили глаз! Мы сможем хорошо ее прода… Выдать замуж! Выгодно!

Чего?! Замуж?! В смысле – замуж?! Я только развелась!

Где я, вообще?! Что это за дурацкое шоу?!

Внезапно всплыли последние воспоминания: трасса, мое невероятное счастье и заяц, летевший на собственных ушах. После удар… И… «Привет от мамы Стасика».

О нет… Похоже, я попала в аварию. Ведь я ничего не помню после! А если так, то я… Я умерла?! Я на том свете?!

– Вы ангелы? – зачем-то спросила.

– Девочка моя, ну приходи же в себя скорее! Ты очень сильно ударилась головой, потеряла память, но тебе нужно взять себя в руки! От этого зависит твоя судьба! – наклонилась ко мне дама с корабликами, а я закашлялась от резкого запаха ее духов, ударившего мне в нос.

Так… Что мы имеем… Я попала в аварию и, вероятно, сейчас нахожусь в коме или умерла. Я совершенно точно не на Земле. Или на Земле, но не в своем времени. На Рай или Ад это не похоже, скорее, на какую-то фэнтезийную реальность. Может, это особенности моей комы? В любом случае, если я сейчас начну рассказывать о том, кто я и как сюда попала, мне вряд ли поверят. Поэтому надо хотя бы немного здесь осмотреться, а для этого сделать то, что от меня хотят.

– Кажется, мне уже лучше, – пробормотала я, приподнимаясь на подушках. – Правда, я совершенно ничего не помню…

– Ох, хвала богам! Девочка моя, я все-все тебе расскажу! Ты еще сможешь стать счастливой даже после этого нелепого несчастного случая!

Я заняла чье-то место? Та девушка – Ива Фокс – пострадала от несчастного случая?

– Что произошло? – попыталась я выведать хоть немного информации.

– Ох, ты готовилась с Юливенной к экзамену по бытовой магии в библиотеке – вы убирали пыль, но что-то пошло не так, случился ужасный взрыв, и стеллаж упал на тебя, дорогая…

Отлично. Только такую же несчастную, как я сама, могло придавить шкафом! Что они там сказали? Бытовая магия? Если это загробная жизнь, то похоже, что я не заслужила рая. Моя персональная огненная сковорода уже пышет жаром! Потому что я ненавижу уборку! Вернее, ненавижу делать ее!

Нет, дело вовсе не в моей патологической лени. Просто кому-то дано, кому-то нет. Быт и все такое – не для меня. Вот работать я люблю, учебу тоже. Но все эти стирка, глажка – мне проще кого-то нанять для этой работы, что я и собиралась делать в будущем.

– А моя магия? – спросила я. – Она не пропала?

Лекарь прошептал какие-то слова, и меня окружило золотистое сияние.

– Нет, все в порядке. Думаете, Ива, что кто-то специально все это подстроил? Хотели покуситься на вашу совершенную магию?

Я вздохнула.

– Мало ли…

– Нет, с ней все в порядке. Что ж, думаю, мои услуги пока не нужны, раз леди Фокс пришла в себя. Я оставлю вам рекомендации по ее лечению, леди Визар, – обратился он к женщине с вавилонами на голове.

Та кивнула. Кораблики чуть качнулись. Интересно, как их крепили? Их хваленой магией? Или нет?

– Думаю, мне надо поговорить с бедняжкой наедине.

Все присутствующие в комнате вышли, и мы с леди Визар остались вдвоем.

– Ты правда ничего не помнишь? – враз посерьезнев, спросила женщина.

– Правда.

– Что ж… Думаю, что тебе повезло все забыть, потому что я не верю в то, что произошедшее в библиотеке было нелепой случайностью. Юливенна, к сожалению, уже ничего нам не расскажет. Но тебе… Тебе я советую быть осторожней. Не высовываться лишний раз. Смиренно ждать, пока на осеннем отборе какой-нибудь лорд выберет тебя.

– Вы говорите об отборе… О замужестве? Но разве выходят замуж не по любви? – осторожно прощупывала я почву.

– Что за чушь?! Все вы – студентки одной из лучших ведьмовских академий! Факультет бытовой магии всегда славился невестами, ведь именно в жены вас и готовят.

– Разве не горничные должны убирать, стирать и готовить? Зачем благородным лордам такая жена?

– Глупая! В первую очередь вы нужны, чтобы подпитывать своей магией дом и основные артефакты мужа. Мужчины подпускают к себе только тех, кто связан с их родом если не кровью, то узами брака. Но, разумеется, бытовая магия включает в себя много разделов, поэтому отбор и становится таким интересным, милая. Ты была одной из лучших на курсе! И я возлагаю на тебя особые надежды!

– Но я ничего не помню…

– Я помогу тебе освежить память.

– А мои родители? Кто они?

– Ты даже это забыла?

– Да.

– Они умерли. Много лет назад. Ты – моя воспитанница и живешь в этом заведении с рождения, Ива.

Отлично… Похоже, что до моего попадания сюда у девушки была весьма невеселая жизнь. С возраста крохи вся в тарелках, сковородках и нестиранных платочках…

Кто-то постучал в дверь.

– Леди Визар! Срочное сообщение! Осенний отбор решили перенести! – крикнули с той стороны.

– Как?! – тут же подскочила женщина. – Ива, мне нужно идти! Отдыхай…

Она умчалась, а я осталась наедине со своими невеселыми мыслями. Разумеется, первым делом слезла с кровати и кинулась к висевшему на стене зеркалу в тяжелой оправе, чтобы убедиться в том, что внешность моя… изменениям не подверглась. Разве что волосы стали чуть длиннее, а в носу не было привычного колечка-пирсинга. Ну правда, откуда ему взяться тут, у Ивы Фокс?..

– Ну как?! Съела, да?! Подарочек от Виолетты Глебовны получила?! – раздался знакомый визгливый голосок прямо над ухом.

Я в зеркале никого рядом с собой не увидела, но обернулась подтвердить свои самые смелые мысли. Заяц. Гаденыш, паря на ушах, был здесь! А в его лапках на шнурках болтались мои кеды! Те самые, которыми я перед разводом зашвырнула в Стасика!

– Откуда они у тебя?! – прошептала я.

– Ты, свинюшка ленивая, их оставила, не стала забирать. А вот Виолетта Глебовна применение им нашла полезное – отнесла ведьме! Очень мощной! Хе-хе! К этим кедам она меня привязала, чтобы я жизнь тебе изгадил! А потом кеды в машину к тебе подбросила! Ну как? Довольна моей работой?

– Ах ты, ушастый засранец… – прошипела я, не зная, кому больше были адресованы эти слова – зайцу или Стасику из-за его маман. – Быстро говори мне, где я и как отсюда выбраться?!

Заяц отвратительно заржал. Лопасти-уши завращались с утроенной силой.

– Так я тебе и рассказал, хрюша неблагодарная! Стасик плакал, когда ты его бросила! Даже супчик Виолетты Глебовны не ел.

– Ага! Давился кровавыми слезами, похоже… – прошептала я, все еще отходя от шока.

– Ты слишком язвительна для той, которая попала в большие неприятности! Даже не будешь умолять меня?

– Сейчас бухнусь на колени просить о милости и буду биться головой об пол!

– Эй!

Мой «благодетель» не договорил – в дверь постучали, и заяц молниеносно пропал вместе с моими кедами.

– Леди Фокс… Это ваша горничная Шира. Могу я войти?

– Да! Конечно!

Спустя мгновение на пороге показалась изящная, приветливо улыбающаяся блондинка с глазами сияющими, словно два голубых топаза. Невольно я ей даже позавидовала, ведь мои глаза были самого непримечательного карего оттенка, а я всегда мечтала о голубых или зеленых.

– Доброе утро. Ой, вы уже встали! Как вы себя чувствуете? Леди Визар сказала, что вы потеряли память и еще очень слабы.

– Память потеряна, а я сама в относительном порядке. Только кушать хочется.

– Леди Визар уже распорядилась, чтобы вам принесли горячий бульон. Слуги из кухни доставят его с минуты на минуту. А еще она велела, чтобы вы надели свое лучшее платье, потому что через час придет художник.

– Художник? – удивилась я.

– Ну да. Осенний отбор решили провести чуть раньше ввиду того, что принц Андриэс готовит масштабную военную кампанию на востоке страны. Вы же знаете, на отборе будут присутствовать и лорды, связавшие свою судьбу с военным делом… Художник будет писать ваш портрет, которым они впоследствии смогут вдоволь любоваться…

Перед глазами тут же промелькнула картинка, как какой-нибудь жирный старикашка лобызает мой портретик или вешает его в рамочку у себя на стене, шепча признания в вечной любви.

– Может, обойдемся без портрета?

– Вы что?! Конечно же нет! Леди Визар будет в ярости! А с ней и ее магией лучше не шутить, сами знаете.

Подобные заявления насчет леди Визар заставили меня нервно сжать и разжать пальцы. Похоже, ситуация вообще не складывается в мою сторону. Пока я буду осматриваться здесь, меня уже выдадут замуж стараниями любительницы корабликов на голове. Что вот теперь делать? Может, сбежать?

Я томно вздохнула.

– Ах, Шира… Я совсем ничего не помню… Скажи, как девушки живут здесь? В смысле, где они могут работать?

Служанка распахнула рот, а ее нижняя челюсть устремилась по направлению к полу. Ясно-понятно: с работой тут у женщин напряженка…

– Но вы же леди! – вырвалось у нее. – Работают только женщины из низших сословий, и то для этого нужно благословение родственника мужчины или ее хозяина! Если же леди опускается до работы, ее клеймят позором, а потом ссылают в Унгу!

– В Унгу? – заинтересовалась я. – Где это?

А что? Тихое и уютное захолустье, деревушка какая-нибудь. Там я и смогу в спокойствии разобраться со своими проблемами или продолжать тихо жить. Ну, это если я в своем мире совсем умерла и вернуться туда возможности не представится.

– О-о-о… – протянула девушка. – Унгу – это страшное место! Там с людьми делают жмякуш!

У меня нервно задергался глаз:

– Прости, что делают? Не расслышала…

– Ну жмякуш… Это… Как бы вам объяснить…

Пока Шира пыталась подобрать подходящие слова для объяснения, моя фантазия уже представила пирог «жмякуш» с начинкой из невыгодных людей. Почти что курник, только жмякуш…

Тем временем Шира продолжала:

– Это тоже самое, что «всмякиш», но не совсем…

– Шира!

– Да я пытаюсь объяснить… Это когда все встают в круг каждый день и проводят особый ритуал по отъему энергии… Понимаете? Жмякуш, потому что люди эти уже не могут сами ничего. Его так – этот ритуал – в народе прозвали.

Нет. В Унгу не поеду. Решено!

– А всмякиш – это что?

Будь проклято мое любопытство, зачем мне это знать…

– Это тот же ритуал, но после него люди восстанавливаются, хоть и долго болеют…

Моя рука сама потянулась к графинчику с водичкой. Я попила прямо из горлышка, сунув хрустальную пробку в руки просветительницы Ширы. Ей бы сценарии для ужастиков писать!

Стук в дверь немного разрядил обстановку – принесли бульон.

– Ешьте, леди Фокс, а я пока подготовлю ваше платье. Вы будете очень-очень красивой!

ГЛАВА 2

С бульоном я расправилась быстро, а вот с платьем – не очень. У нас возник идеологический спор с Широй насчет корсета и степени его затягивания.

– Печень, почки, селезенка – все эти органы страдают, понимаешь?! Нужно быть гуманнее! Добрее, что ли… – с надрывом пыталась я втолковать служанке, но она продолжала затягивать тесемки корсета с упорством маньяка.

Воздуха оставалось все меньше, надежды на спасение тоже. Глядя на свое отражение в зеркале, я смотрела, как моя талия натурально приближалась к размеру осиной. Я просто недоумевала, как и куда в это время расползлись мои внутренности и как их удалось поделить ровехонько на две части.

– Красота требует жертв, леди! – сказала Шира, рывком затягивая последнюю тесьму.

– Я уже умерла, да? – полузадушенным баском просипела я. – А как я сидеть буду? А кушать?

– Да что там кушать? Приличная леди поклюет, как птичка, и все…

Отлично. Похоже, в этом изуверском мире меня пытаются лишить еще и еды! Эй! Вселенское зло, сюда меня отправившее! Я отказываюсь держать голодовку! И одним бульоном сыт не будешь!

Когда Шира завершила свою пытку номер один, за ней последовала вторая – макияж. Как оказалось, с мейкапом тут полный швах. Вернее, вместо него магия. Но ее используют только в исключительных случаях. Во всех остальных местные красавицы использовали что-то вроде штукатурки.

– Прощай, моя беленькая чистая кожа… – пропела я тихонечко, уже представляя, как вечером я это все смою и обнаружу под тонной сомнительной краски ужасные волдыри и фурункулы. Все-таки местная косметика – весьма сомнительная вещь!

– Вы очаровательны! – подбодрила меня Шира, а я недобро так уставилась на свое преобразившееся отражение. Моим портретиком, похоже, будут потомков пугать…

– Что там дальше? Железный сапожок? Пояс верности? – нервничая, спросила я.

– Конечно же – парик, леди Фокс! Для портретов невесты он всегда используется. Давний обычай!

Служанка кинулась куда-то к шкафу и достала оттуда…

– Какое животное пострадало от вынужденного облысения в процессе изготовления данного шедевра?! – ужаснулась я, разглядывая в руках у Ширы нехилый такой кусок слипшейся белой шерсти.

– Ой, немного примялся! Не беспокойтесь, сейчас мы его расчешем… Это натуральные волосы! Женщины из бедной части населения часто сдают свои…

– Там вшей, случайно, нет?!

– Вы что? Конечно, нет! Мы его специально замачивали в растворе из отрыжки киккистбуса – восточного медведя! Вы же знаете, какими полезными и чудодейственными свойствами она обладает!

Мама! Верните меня обратно! Заяц, ты – покойник! Я это не на-де-ну!

С прытью молодой оленихи я подорвалась со стула, на котором сидела.

– Так, Шира, обойдемся без париков и киккистбусов! Давай надевай на меня то самое красивое платье, и я пошла фотогра… то есть портретироваться! Материализовываться в красках!

– Но, леди Фокс! Леди ди Визар будет недовольна! Она…

– Я после болезни очень чудная стала – спишешь на это. К тому же времени уже почти не осталось. Давай просто мне красиво волосы завьем и все? Ладушки, да?

Шира тяжело вздохнула, с надрывом так… И все же пошла мне на уступки. Волосы мы просто завили и сцепили на затылке в хвост, выпустив несколько локонов ниспадать, дабы дать волю воображению мужчин.

– Думаю, вы готовы! Пойдемте скорее за мной! – сказала девушка.

И я пошла. Вернее, попыталась. Почти поползла, если быть честной. Вдоль стеночки. Корсет придавил кишки к позвоночнику, туфельки по моде моей пра-пра-пра-прабабушки сжали ножки в нежные тиски, каркас платья угрожающе покачнулся, а я сама судорожно чихнула и захлебнулась, ибо дышать было нечем.

– Шира… – пропищала я. – Постой… Мне… Мне, кажется, нехорошо. Можно, вы меня в постели нарисуете? Я обещаю приветливо улыбаться и делать ручкой.

– Леди Фокс!

– Я в этом не могу… Не хочу… Мне все трет, жмет и жутко раздражает!

– Но это же привычная вам одежда! Вы словно с того света сбежали, где все ходят в одной сорочке…

– Почти… Мне снились удивительные сны во время моего забвения…

Договорить не дали. К нам стремительной походкой приближалась мегера – так я окрестила леди Визар. Ну а что? Похоже. Коротко и ясно.

– Вы еще не в красной комнате?! Чем вы занимались?! И где твой парик, Ива?!

– У меня голова от него зачесалась…

– Что за вздор?! Быстро пойдем! Мастер Петроус очень занятой человек! Ты – последняя из всех моих девочек! Он не будет долго ждать… – грубо схватила за руку и потащила по коридору. Конечно, так я шла быстрее, правда, все время норовила завалиться на шипевшую змеей мегеру. – Сюда, Ива. Заходи… – и буквально втолкнула в узкий дверной проем.

А там меня принял в свои крепкие объятия… кто-то.

– А вот и она! Вот наша последняя звездочка! – меня оторвали от пола, закружили, а потом посадили на трон.

На трон – потому что большущее позолоченное кресло цвета бордо с множеством финтифлюшек очень его напоминало.

– Располагайтесь поудобнее, – нежно пропел портретист, очень импозантный мужчина средних лет. С бородкой. Похож на итальянца.

Я расположилась поудобнее, насколько это вообще в этой одежде было возможно. Чуть вытянула ножку, да.

Леди Визар, вошедшая следом за мной, устроилась на диванчике у двери. Караулить, наверное, чтобы я не сбежала.

– В каком стиле будет портрет Ивы? – спросила мегера.

– О-о-о… Я как раз обдумываю это! – мастер Петроус подошел к мольберту и, взяв несколько кистей, старательно их обслюнявил.

Наверное, ему так думалось лучше. И рисовалось тоже. А что?! Особенная нано-технология! Экологичненько…

– Хочу сказать, что Ива у нас очень особенная девочка… Именно она должна понравиться лордам больше всех. Мы рассчитываем получить за нее большое… м-м-м… пожертвование.

– О не-е-е-ет! Никакого навязывания ваших желаний, леди Визар! Вы же знаете, как я знаменит?! Все девушки выходят красавицами! Даже если они в жизни уродины. Я для каждой нахожу свой подходящий образ! И для этого дикого цветочка тоже что-то подберу… Хм-м-м-м… Сегодня у меня все ассоциируются с цветами… Но кто же ты, ласточка моя?..

Петроус подошел ко мне вплотную, склонился, нависая и разглядывая. После выпрямился и обошел по кругу.

– …Скажи, ты – незабудка?..

Я, начиная нервничать, покачала головой.

– …Не незабудка… – вздохнул Петроус. – Может, тогда колокольчик?

Садовод несчастный, у меня сейчас воздух закончится окончательно! А ты со своим дендрарием!

– Я – розочка! – попыталась я ускорить процесс ассоциирования меня с цветами.

– О не-е-е-ет! Не розочка определенно! Ты – цветочек дикий… Чертополох! Точно!

Я мысленно застонала. Быстрее! Рисуй уже! Слюнявь свои кисточки и портретируй.

– А долго еще? – наивно спросила я тоненьким ангельским голосочком.

– Я очень быстро рисую, всего-то пять часов… Можешь не благодарить!

– Сколько?!

– Не дергайтесь, голубушка… Иначе ваше прелестное круглое личико получится немного квадратным…

– Да хоть параллелепипед там рисуйте вместо головы, я не против абстракции! Только пять часов я точно не высижу! – взмолилась я.

– Сидите ровно… Улыбайтесь! – художник сделал вид, что не заметил моих пламенных просьб.

Я вздохнула и сотворила на лице улыбку, больше похожую на оскал.

– Отлично! Просто отлично! У вас такой пылающий взгляд! – кинулся скорее зарисовывать меня Петроус.

А я пожелала самой себе терпения. Огромного терпения, ну а мужчине долгой и счастливой жизни. Лучше бы желала долгую жизнь себе, потому что то, что произошло после, полностью вышло из-под моего контроля.

Сижу я, значит, уже пятый час, не чувствуя собственного тела, и размышляю о том, как возвращаюсь в свой мир и со вкусом мщу Виолетте Глебовне, оставляя ей в подарок целую корзину с мышами, которых она так любит, как вдруг перед моими глазами появляется парящий на своих ушах зубастый гад-заяц!

Висит прямо перед моим носом, хрюкает от собственного ржача, еще и успевает через трубочку какую-то оранжевую жижу попивать из пластикового стаканчика. И самое главное, что никто – ни художник, старательно выписывающий на холсте мое изображение, ни леди Визар – его не замечает!

Заяц молчит, продолжая на меня пялиться, и пьет свое пойло, периодически подхрюкивая. Я тоже молчу – понимаю, что если начну разговаривать здесь сама с собой, меня могут не понять. Поэтому я решаюсь поговорить с художником.

– Простите, а еще долго?

– О… Я уже как раз закончил! Последние штрихи!

Он делает несколько легких мазков и поворачивает ко мне картину. Я в шоке смотрю на нее. Эта девушка – я? Получилось очень здорово! Невероятно красиво, у Петроуса действительно талант! Разве что выражение лица у меня не очень… Хмурое. Или, скорее, злодейское. Ну, так правильно – я же про Виолетту Глебовну и ее подарочки думала!

– Так красиво…

– Весьма недурно, – заметила подошедшая леди Визар, а я ей невольно посочувствовала. Все-таки женщина вместе со мной отсидела здесь пять часов.

– Мымра! – заявляет пушистый гад, подлетая на ушах к картине. – Как есть мымра!

И снова сок тянет через трубочку. Бесконечный у него он там, что ли?!

– Я не мымра… – решаюсь сказать тихо.

– Мымрятина! Щеки хомячьи, глаза – стекляшки, волосы – куцые, нос…

Я не выдерживаю, хочу поймать зайца, но сдерживаюсь из последних сил, лишь подхожу ближе к портрету и дышу. Нервно. А что, дыхательная гимнастика помогает…

– Только Стасик тебя кикиморушку и любил… Кстати, у тебя небось еще и ноги кривые…

– И волосатые! – огрызнулась я и ойкнула, поняв, что это было вслух.

– Что?! – тут же среагировала Визар, а Петроус принял все на свой счет. – Волосатость… Где здесь волосатость?! Волос достаточно, милочка! Не больше, не меньше. А если свое не устраивает, так носите, как и все, парики, они для этого и придуманы…

– Я не…

Заяц вновь злобно ржет, хряпает своей оранжевой отравой, а во мне вдруг вскипает какая-то волна. Сама не понимаю, как это произошло, но стаканчик в его руках вдруг взрывается и на картину вдруг брызжет прямо с моих раскрытых от ужаса ладоней морковный сок…

– МОЯ КАРТИНА! Мой шедевр! – заголосил Петроус, а я поняла, что все, кранты мне.

Генерал Алексэндр Ника

Дворец принца Андриэса

– Вот эта, – я отложил портрет в сторону. – Кто она?

Андр широко улыбнулся, обращая внимание на портрет девушки, белокурого ангела, с глазами наивными и чистыми, словно горный хрусталь.

– Леди Изольда Миршал, дочь лорда Миршала, помнишь такого?

Прикрыл глаза, вспоминая высокого и немного худощавого мужчину. Вечно он слишком много болтает.

– С таким не хочется родниться… Пожалуй, леди Изольда мне не подойдет.

– Ха! Разумно! – засмеялся принц. – Ну а эта?