Слабость Нефрита

Пролог

Сегодня я поставила точку!

Почему сегодня?! Почему не вчера или год назад?!

Просто нахлынуло и затопило! Стоя на улице, спрятавшись под навесом от холодного осеннего дождя, я прозрела! Да так, словно со всего размаха лбом в кирпичную стену. Поняла, что с меня достаточно терзаний!

В моём случае любовь исчерпала все свои возможности и скрытые резервы! Любить неидеального ангела вообще было ошибкой с самого начала. Сама придумала, сама поверила… моя любовь была банальна до боли в сердце и слёз на лице.

Я была его половиной лишь краткий миг из бесконечности времени! Я любовница! Я – всё и никто одновременно!

Нефритовые глаза любимого выжгли мой мир до основания, а пепел никто не потрудился развеять даже по ветру, просто бросив в пыль. От меня прежней ничего не осталось!

И теперь, оглядываясь назад, понимаю, что ничего и не было! ЕГО там тоже нет! Кроме дорогих подарков, комфортных условий и ежемесячного содержания в моей жизни, есть только я сама и мои мучения. Дорогая ухоженная болонка в отдельных покоях. Пришёл, приласкал, бросил пару косточек и ушёл. В ответ преданные глазки и бесконечное молчание в ожидании чуда!

Дура! Какие чудеса?! На дворе двадцать первый век, а ты ещё пойди туфельки хрустальные закажи!

Я вернулась домой, в свою золотую клетку! Чемоданы, вещи, украшения мелькали перед глазами. Я ухожу так же, как и пришла! Беззвучно, даже ход стрелки настенных часов слышно.

Единственное – я стала намного богаче. Бедная сиротка, студентка театрального колледжа, первокурсница и девственница в одном флаконе осталась в пятилетнем прошлом. Сейчас мне нужны были деньги, чтобы тихо исчезнуть и затеряться в миллионе человеческих тел. Я прихватила с собой все ценное, что имела, чтобы начать заново. Ничего не умея, без профессии я, по сути, могла только любить всей душой.

Сейчас даже слёз не было! Хотя я знала, что спустя неделю меня накроет. Я буду рваться к нему, проклинать себя, свою любовь, его жену, и только он будет с белыми крыльями за спиной. Это всё уже было, только сил уйти не было. Чистая, как первый снег, зависимость от него. Дышалось, думалось и жилось хорошо только рядом с этим человеком. Мой мир, моя вселенная!

Прошлой зимой одиночество с подружкой тоской посетили меня под Новый год. Это был первый раз, когда мысль об уходе посетила эту буйную темноволосую головушку.

«Я позвонила сама, тем самым нарушая один из выставленных им запретов.

– Привет! Прости, что беспокою, но я решила уйти.

Вот так спокойно и без лишних выступлений. Даже не знаю, чего я ожидала в ответ, но явно чуть большего, чем получила.

– Ди, прекрати! Что за глупые шутки?! Ты же знаешь, что у меня сейчас очень напряжённый график! Я политик и бизнесмен, а не доставщик пиццы, чтобы бежать к тебе при малейшей взбалмошной идее.

– Лучше бы ты был доставщиком пиццы, – пробормотала я, понимая, что вдруг невероятно устала.

– Я не слышу, что ты там бормочешь! И сейчас всё равно не могу говорить, заскочу около семи утра, и мы спокойно всё обсудим. Сладких снов и будь умницей.

Утром он приехал. Весь разговор свелся к страстному шёпоту на ухо, пока его член глубоко вколачивался в моё тело, подводя меня под черту. Он шептал о том, как любит меня, как скучает, и я сдалась, даже не начав борьбы.

К чертям! Согласна на беспросветную тьму, так как даже в ней больше определённости, чем в моей жизни. Главное – это успеть за временную передышку от острой потребности в его запахе спрятаться, как можно глубже, убежать как можно быстрее и дальше!

Аминь!

Глава 1

Спустя полгода

Я не живу.

Моя жизнь – это попытка сделать вдох полной грудью, а выходят лишь жалкие трепыхания. Всего этого воздуха хватает разве что существовать. Ломка по моему нефритовому наркотику продолжалась.

Моя психолог советует так много, что иногда мне кажется – она тоже не знает, что делать с этой болезнью. Хроническая форма, острое состояние, ремиссия не наступает.

А с виду я золотко! И даже не самоварное! Успешная бизнес – леди в небольшом городке, размеры которого позволяют приятно вести ресторанный бизнес, а также скрываться от Него, а точнее, от попыток моего возвращения в свою прежнюю обитель.

Умела я немного, но, слава Богу, мне хватило мозгов и денег, чтобы привязать себя к этому месту крепкими канатами обязательств перед чужими людьми. Спасибо моему учителю, что за эти пять лет тесного общения с политиком он, кроме поз Камасутры, случайно вложил в меня основы этики, маркетинга и привил чувство к прекрасному. А ещё моя любовь к чтению! Долгими днями и одинокими вечерами я читала всё и не только из области «женские романы». Я хорошо разбираюсь в еде, но никогда не готовила ничего сложнее овощного салата. Могу сочетать несочетаемое и отвергнуть нудную банальность. Наверное, поэтому мне удалось за смешную цену перекупить «прогоревший» ресторан, а потом сделать фишкой моего приобретения новое меню в стиле Фьюжен. Я не ошиблась и смогла достичь определенного успеха всего спустя три месяца после открытия «Аромат нефрита».

Что вы знаете о нефрите?

Это легендарный камень, известный с древнейших времён, обладающий прочностью стали и нежной бархатистой поверхностью. Это знаете вы.

Я знаю, что это самые потрясающие глаза моей погибели, моего темно-зелёного, иногда почти черного ада и рая на земле. Он сам как этот камень: сталь и нежность, а я была пять лет между этими слоями. Вот только маленькое уточнение – нефрит всегда холодный.

Темные по моде удлинённые волосы, красивое лицо, безапелляционный взгляд, в меру полные губы. Это не была любовь с первого взгляда. Это помешательство с первой секунды и навечно.

«– Девушка, вы потеряли свою розу?

Мужской и бархатистый баритон вырвал меня из облака переживаний на тему, как совместить вскоре начинающуюся сессию и предложение босса – поработать официанткой не только в ночное время. Одна из девушек дневной смены неудачно спустилась по лестнице морозным осенним утром, как итог – перелом ноги.

– Что?! Простите… – но дальше дар речи пропал.

Его глаза напротив словно приковали к себе железными цепями. Мне казалось, что этот прекрасный мужчина нечто нереальное и сто процентов попало к нам из другой Вселенной.

– Ваша роза… – снова заговорило мое прекрасное виденье.

Я слышала, что от переутомления и недосыпа бывают глюки, но чтоб такие реальные?! Ну, вот не может такой реальный и земной мужчина стоять в подворотне нашего более чем скромного ресторанчика среди мусорных баков, куда я после смены вынесла пакеты с отходами.

Боясь сделать лишний вдох и очнуться от прекрасного сна, я медленно опустила взгляд на его протянутую в мою сторону руку.

Роза. Огромная. Белая. На длинной ножке. Красивая ухоженная рука с нежной кожей. Там, где я выросла, у мужчин таких рук не было.

Очень желая прикоснуться хоть к чему-то в этом сне наяву, я также медленно провела пальцем по краю белоснежного, как первый снег, лепестка. Нежная и бархатистая…

– Как и ты.

– Что?! – снова повторила я.

Наверное, я похожа на слабоумную.

– Ты сказала – нежная и бархатистая.

Вот же блин горелый! Пора отчаливать отсюда, покуда я себя ещё большей дурой не выставила.

– Да, наверное. Но вы ошиблись, это не моя роза…извините, мне нужно работать.

Я практически выдавила из себя это предложение, так как уходить совсем не хотелось.

– Я никогда не ошибаюсь. Роза не твоя, но она для тебя, как и ты для меня!

И меня не отпустили. Нефритовые глаза стали моей погибелью в тот роковой вечер».

Я была готова стереть память, если бы мне могли предложить эту услугу.

Не хочу искать его в толпе. Знаю точно, что он не станет. Никогда. Это его непробиваемая сталь не допустит ни грамма шелухи в адрес его брака. Я всегда это знала. Меня никто не обманывал, не скрывал правды.

Эта моя любовь меня обманула, придавила своей тяжестью и расплющила. Да и мечтать юной дурочке никто не запрещал. Если она смирно выполняет команды: сидеть, лежать, не тявкать, то можно ей многое позволить в знак поощрения.

Теперь же я и моя психолог уже почти шесть месяцев пытаемся выдрать с корнем эту покорность «нефритовой» воле. Наверное, узнай мои сотрудники, какой хренью я занимаюсь на этих сеансах, были бы в шоке. Ведь в «Аромате нефрита» я маленькая богиня и госпожа. Мне иногда кажется, что меня даже наш шеф-повар, мужчина довольно известный своим мастерством и крупными габаритами, побаивается.

По рекомендации любимого психа, когда этот замечательный человек, не страшась умереть на месте от холода моего голоса и бездушия взгляда, пригласил на свидание, я согласилась.

Это было первое свидание в моей жизни. Моя нефритовая любовь на свидание не водил. Нельзя.

Мы с Борисом ужинали в каком-то небольшом ресторане, не моём. Так что всё это время я подсознательно, а, может, где-то и осознанно, изучала потенциального соперника. О чём говорил мой спутник, помню, но это как слушать радио в фоновом режиме. На прощание он даже меня поцеловал.

В первый раз за последние пять лет чужие губы коснулись моих. Наверное, именно в эту секунду моя способность – держать всё в себе дала сбой. Помню, как меня передёрнуло от отвращения, а лицо Бориса скривилось от ужаса или шока. Мы с ним это не обсуждали, только с моим психологом.

Алина Вадимовна Светлая. Умная женщина чуть больше сорока лет, платиновая блондинка с прямым взглядом и железными яйцами.

Я как-то на полном серьёзе спросила у нее, не хочет ли она стать лесбиянкой. Ведь только с ней я могла хоть немного расслабиться и вдохнуть жизнь.

Она задумалась и привычно постучала ручкой по нижней губе.

– Знаешь, Дана, предложение очень интересное, но я как-то больше люблю своего мужа и наших двоих детей. Так что вынуждена отказаться.

Её манера речи и чувство юмора меня окрыляли, и почему-то хотелось смеяться. Только с ней. Может, это потому, что глаза у нее тоже были зелёными. Не такими, как я помню и люблю, а больше напоминающие болотную тину в лучах солнца. Это зелено-жёлтый нефрит был распространённым и не приводил меня в такой трепет.

Моя психолог была непробиваемой сталью, но с нежной душой, желающей мне искренне помочь. И почему она не мужчина?!

На этом псевдо-свидании (пытке), Алина Вадимовна не остановилась. Она требовала новых.

Я же, как послушная овечка, раз в неделю по пятницам выходила в свет в новом сопровождении. Мужчины были разные по возрасту, внешности, характеру. Не каждая женщина в свои двадцать четыре может похвастаться такой коллекцией разнообразных свиданий.

Помню, смотрела такой фильм, где героиня, чтобы забыть свою любовь, встречалась с разными мужчинами. Я ещё пошутила над психологом, что она этот метод взяла оттуда. Воровать чужие идеи – это плохо. Меня красиво послали… на следующее свидание. Говорю же, не женщина, а кремень.

Нет, результаты от этих издевательств над моей бедной и крайне нестабильной нервной системой, конечно, были.

Я училась жить заново, исключая свою зависимость. Вот даже при прощальных поцелуях перестала содрогаться в рвотных спазмах. В одних случаях ничего не чувствовала, как на приёме у доктора, которому надо прикоснуться ко мне. В других научилась контролировать эту реакцию и даже получать подобие приятных ощущений.

Говорю, я крайне способная ученица. Жаль, что Борис был моим первым кроликом в любовных опытах. С другой стороны, теперь на работе в отношении меня он сам сдержан, да и другим более окрыленным поварам не даёт попыток поучаствовать в моём соблазнении. А ведь отличная команда в любом бизнесе – это основа успеха.

Естественно в небольшом городке мои походы с разными мужчинами не могли остаться незамеченными, поползли слухи…… Мне в своё время очень повезло, что, будучи любовницей успешного политического деятеля, я никогда не сталкивалась с общественностью и ее порицанием. Он всегда и всё контролировал.

Так что этот опыт грязного шепотка за спиной и лживых улыбок в лицо тоже был первым. Словно я родилась шесть месяцев назад и теперь огребаюсь по полной программе, пытаясь не захлебнуться в «тараканах» общественного мнения.

Моя «мамочка» Алина Вадимовна чутко руководила этим процессом становления новой личности за среднестатистическую оплату. Она была единственной постоянной величиной в моей жизни, имеющей всегда доступ к моему телу и ресторану. Неудивительно, что вскоре слава «переметнувшейся на другую сторону» женщины меня тоже настигла, а все выходы с мужчинами сочли показным спектаклем в сокрытии истины.

«– Алина! У меня паника, по баллам двенадцать из десяти!

– Продолжай, – спокойный голос из телефона как-то резко разрушил мою волну душевного негодования.

– Я теряюсь в сомнениях. Что лучше – быть практически проституткой нашего славного городка или стать несчастной и бездушной лесбиянкой?!

– Дорогая, от тебя этот выбор всё равно не зависит. Хотя если ты на главной площади придашься развратному сексу с одним из представителей пола, то это может перевесить чашу весов в нужную тебе сторону.

– Да неужели?! Это так обнадёживает.

За пять месяцев общения с этой женщиной я частично переняла её манеру речи и тонкие грани юмора.

– Да, но, к сожалению, не могу дать стопроцентной гарантии этого решения.

Вот же стерва… в голосе ни одной лживой нотки и капли смеха, словно ставки по кредиту обсуждаем.

– А что так? На мой взгляд, всё будет более чем очевидно.

– Ну, во-первых, актриса ты так себе, если не сказать хуже. Хорошо, что твоя актёрская карьера не удалась. В общем, изобразить дико кричащую в неземном оргазме распутницу ты явно не сможешь, а на меньшее публика не согласится.

– Ну, спасибочки. А во-вторых?!

Это женщина была чудо- специалист! Я уже улыбалась, хотя старательно прятала эмоции от редких прохожих, гуляющих в обеденный час по городскому парку. Мало ли чего они подумают об странно хихикающей девушке под большим кустом сирени.

– А во-вторых, чрезмерное выставление своих предпочтений могут и в этот раз посчитать за ширму для отвода глаз. Снова же твоя плохая игра сыграет в пользу очередного вранья истинной лесбиянки.

– Значит, я бессильна перед мнением толпы?! – решила подытожить наш очень любопытный разговор.

– Практически! Есть шанс, но надо счастливо выйти замуж и родить, как минимум, двоих детей, а лучше троих.

– То есть став матерью троих детей и любимой женой, я приобрету силу голоса в обществе?! – уточнила я, продолжая маниакально вдыхать запах недавно распустившихся цветов.

Люблю запах сирени – по-весеннему свежий и сладкий, но с терпкими нотками горячего летнего солнца, а ещё пионы…

– Алло, неудавшаяся лесбиянка, ты где пропала?

– Прости, Алин! Я тут в парке гуляю после отстойной встречи с теперь уже старыми поставщиками кухонного оборудования. Занюхалась, так сказать.

– Ты там аккуратнее, а то ещё станешь известной токсикоманкой.

Наконец, в женском голосе появились нотки юмора.

-Постараюсь не попасться на этом деле. Так что там насчёт варианта стать матерью большого семейства?! Это спасёт мою репутацию?

Короткий взгляд на запястье подтвердил, что я и правда загулялась и могу опоздать на следующую встречу.

– Насчёт репутации не знаю, но свои прекрасные формы и свежий цвет лица вкупе с очарованием больших глаз ты точно потеряешь. А таким могут только сочувствовать, даже если будут считать проституткой, вставшей на путь истины, или несчастной лесбиянкой, скрывающей свои желания».

Помню, я тогда до начала деловой встречи улыбалась как ошалелая и периодически понюхивала небольшую веточку сирени, сорванную тайком в парке.

Наверное, тогда впервые мне пришла в голову эта мысль. Как бы люди ни прыгали в старании стать лучше в глазах других, они всё равно останутся такими, какой ярлык профпригодности им был приклеен суровым общественным приговором. Тогда есть ли смысл так зависеть от их мнения и под него подстраиваться?!

Вскоре пересуды моей личной жизни дали плоды и даже совсем неплохие.

У моего любимого психолога улучшились отношения с мужем и увеличилось количество клиентов, а меня стали ещё больше бояться в моём маленьком мире «Аромат нефрита». Мне тоже грех жаловаться, меня вниманием публика не обделила – запись столиков стала на пару недель вперёд.

В моём случае, моя незаурядность сыграла нам на руку.

И на этом спасибо.

Глава 2

Полгода прошли

На улице конец мая, утром вместе с пением птиц всё больше чувствовались нотки лета. Алина Сергеевна, фактически с моего позволения, ушла в отпуск. Я же собственноручно проводила и помахала ручкой её самолёту, увозящему мою спасительницу с мужем и детьми на тропические острова. Три недели. Мне надо продержаться всего двадцать один день, и она вернётся. Пока из средств экстренного спасения – телефон, социальные сети и прочие премудрости. Картина маслом, конечно, но мне, как подросшему птенцу, было пора покидать спасительное гнездо.

Меня штормило почти два дня, а потом стало отпускать, оставляя за собой лёгкий шлейф нервозности. И всё было ничего, пока мой менеджер по персоналу не принесла с утра пораньше убийственную новость.

– Кира, что случилось?

Моему удивлению не было предела, когда девушка, коротко и громко стукнув в двери, влетела в мой кабинет. Широко распахнутые глаза и сбивчивое дыхание, будто она стометровку сдала на «отлично», наводили панику даже на меня.

Ну, хорошо, я немного приврала! Я часто бываю в состоянии близком к аффекту, но об этом «ни-ни», кроме госпожи Светлой. Ааа! Снова она! Это почти зависимость!

– Дана Юрьевна, там мэр!

Ну, это- то малое, что мне удалось разобрать из её трёх предложений-скороговорок.

Хотя и этой информации было достаточно, чтобы мысленно скинуться с парохода, наплевав на красивый спасательный круг.

Мэр, Василий Иванович Рогожин, был не только известной личностью, но ещё жутким бабником и вдовцом. В свои пятьдесят с хвостиком выглядел на сорок с хвостиком и сводил с ума половину женского населения нашего городка. Наверное, поэтому в очередной раз выиграл на выборах месяц назад.

– Кира, если судить по твоему лицу, то там как минимум апостол Павел вернулся, или ангелы за столиками сидят, а их нимбы мои любимые портьеры портят.

Девушка моргнула и выдохнула.

– Ну, вы как скажете! – её губы тронула улыбка.

– Я очень долго воевала за доставку этой ткани из столицы моей любимой Родины. Естественно я очень за них переживаю.

Менеджер отошла от волнительного трепета. Она была старше меня на четыре года, но порою в её взгляде я видела лишь невинного и прекрасного ребёнка. Хотя с кадровой политикой она справлялась замечательно.

Это всё длительные сеансы с мозгоправом сформировали побочный эффект. Я стала лучше читать людей, вот только в себе ни буквы не могла разобрать.

– Дана Юрьевна, он требует вас. У его дочери свадьба в эти выходные, а в заказанном ресторане прорвало трубу… канализационную.

М-да! Мне искренне жаль того человека, точнее, двух. Я знала, о ком речь, и по чистой случайности – это именно тот ресторан, где состоялось моё первое свидание с Борисом.

– А ты сказала, что у нас уже имеется заказ на этот день? – уже вставая и поправляя воротник строгого пиджака, уточнила я.

– Что вы! Он зашёл с охраной, сели и просили вас.

О! Просили?! Ну, точнее, приказали! В груди метнулся огонёк злости, но костёр был потушен раньше, чем его пламя успело разгореться. Сейчас не до разборок с чужим снобизмом.

– Хорошо, идём. И Кирочка, пожалуйста, меньше паники. Он же такой же человек, как ты и как я!

Девушка утвердительно и очень энергично покивала, но по выражению лица было понятно, что со мной не согласны. Не мне её судить! У меня свой личный бог и судья!

В общем зале было непривычно тихо. Король и его телохранители гордо восседали в жемчужине моего ресторана. VIP-зона, выполненная в зелёных оттенках из бархата с элементами декорации из нефрита. Это было моим местом, из гостей здесь бывала только Алина.

– Здравствуйте, Василий Иванович. Очень рады вас видеть, но боюсь, помочь не сможем. И у меня только навскидку сразу целых две причины моего отказа.

Красивое лицо мэра вытянулось, кажется, даже рот приоткрылся в изумлении. Хотя не буду себе льстить, может, он просто что-то хотел сказать, а я его перебила.

Подошла к единственному там столику и села напротив. Глаза в глаза.

– Александр, почему такая тишина в зале. Гости сейчас уснут за завтраком.

Мой пианист встрепенулся и начал играть что-то скромно бодрое. От напряжения, необходимого для контроля собственных эмоций, я даже музыку разобрать не могла. Гостей, слава Богу, было немного, и те чинно уставились в свои тарелки и чашки. Это хорошо, когда кругом порядок, несмотря на жёсткий кавардак в голове.

– Может, и вы желаете отзавтракать? И ваши спутники? – продолжила свой монолог тоном моей Алины.

– Нет, недавно после завтрака, – ожил наконец мэр. – Хотелось бы сразу услышать причины вашего отказа.

Да бесите вы меня! Вот какая причина! И первая, и вторая, и даже третья!

Так что прежде, чем заговорить, пришлось немного выдохнуть и дать себе хороший пинок под зад, а ещё лучше сразу фильтр глубокой очистки на рот поставить.

– Во-первых, наш зал не в состоянии вместить всех приглашенных на свадьбу вашей дочери. Мы скромное учреждение, больше подходящее для вечеринок и небольших семейных банкетов. Во-вторых, до дня икс осталось три с небольшим дня, а вы просите совершить меня чудо в его подготовке. Чудес, сами знаете, не бывает, значит, уровень мероприятия будет на порядок ниже, а это уже плохо как для меня, так и для вас, – я откинулась на спинку стула, заправляя выпавшую прядь волос за ухо.

Главное – это спокойствие, правильное дыхание и установка на «сильные женщины могут всё»! Я продолжила, пока дали право выговориться.

– В-третьих, суббота уже расписана, и в случае принятия вашего лестного предложения мне придётся отменить уйму заказов и получить кучку обиженных клиентов. Обидятся не только на меня, но и на вас. В свою очередь, в знак глубокого к вам уважения я могу порекомендовать список достойных мест для замены. Конечно, если пожелаете, – быстро добавила я, дабы никоим разом не обидеть «главного».

Мужчина, в свою очередь, пытал меня своим знаменитым взглядом, но его мутно-серые глаза были далеки от прожигающего нефритового. Мне от его «телепатического» было совсем … «никак». Василий, бедняжка, сдался и даже как-то жалобно нахмурился.

– Моей дочери вас порекомендовала подруга. Она отмечала здесь своё двадцатилетие и осталась довольна. Лизок загорелась этой идеей, но на тот момент уже всё было оговорено, и я не позволил сменить проверенное место на новинку.

– Намекаете, что прорыв трубы с какашками, простите, не случайность?

Мой голос и выдержка заслужили по пятёрке. Я само спокойствие.

– Нет! Слава Богу, это действительно жёсткое совпадение.

Я замолчала. Ссориться с мэром – это верная гибель моему едва окрепшему бизнесу. Вот только ждала предложений от мужчины. Рогожин – политик, значит, попытается договориться. Эти пирожки с тухлой начинкой мы кушали.

– Давайте, Дана Юрьевна, поступим так! Я сокращаю список гостей до пригодного числа людей, даю информацию в СМИ о моих искренних извинениях в необходимости отказать честным горожанам в брони вашего ресторана на эту субботу.

Я продолжала молчать. Мэр вздохнул и продолжил вещать.

– Также оплачиваю примерную прибыль с несостоявшихся посетителей и по двойному тарифу весь банкет. Как вам такое предложение?

Мэр очень хочет мой ресторан! Или не только ресторан…???

Причина мне пока не очень ясна, хотя угодить любимому чаду – это порой ещё тот квест. Алина иногда делилась своими мучениями о хотелках своих девочек. Так сказать, в психотерапевтических целях, чтобы мне не думалось, что я тут одна страдаю на земле и всех приближенных к ней планетах.

Так что его предложение – это одна большая шоколадная с нежной карамелью и маленьким кусочком миндаля конфетка. Только дебил бы отказался, и мы оба это понимали.