День Прояснения

Сегодня утром мне пришло письмо:

«Уважаемая Карина, мы получили Ваше портфолио и весьма впечатлены. Хотели бы пригласить на личную встречу со специалистами нашего агентства. Контракт с нами откроет Вам большие возможности, наш профессиональный многолетний опыт позволит в короткие сроки раскрыть Ваш яркий талант…».

И дальше в том же духе. Пробежавшись глазами по тексту, я взглянула на адрес отправителя. Какая-то Viktoria. Это мне ни о чем не сказало. Еще раз перечитав письмо, я удалила его в корзину. Было приятно, но незаслуженно. Наверное, стоило ответить, хотя бы поблагодарить за теплые слова. Или развеять иллюзии по поводу «яркого таланта». Причем развеять так, чтобы это не было похоже на ложную скромность, или истинную скромность, скромность тут ВООБЩЕ ни при чем.

У меня нет никакого таланта, совсем. Я не занимаюсь творческой деятельностью, никуда не отправляла свое портфолио, у меня его сроду не было. Работаю товароведом, учусь заочно на археолога. Должно быть, Viktoria ошиблась адресатом, непонятно только, откуда угадала мое имя.

Стрелка часов уже приблизилась к критической отметке. Вихрем вскочив и натянув на себя первое попавшееся платье, я выбежала на улицу и спустя десять минут ворвалась в магазин.

Охранник на входе постучал по часам:

– Опять опаздываешь.

Не ответив, я влетела в раздевалку, переоделась в униформу, заколола волосы и уселась за компьютер в каморке без окон. Тася уже сидела на своем месте. Пока программа загружалась, я подкрасила реснички и мазнула помадой по губам.

Не отрываясь от работы, глядя то на экран, то на клавиатуру, Тася что-то пробурчала с вопросительной интонацией, слегка наклонив голову в мою сторону.

– Что? – переспросила я.

– Готова к Прояснению?

– А, ты всё об этом? Я же тебе сказала еще вчера, что не верю во всю эту астрологическую ерунду.

Тася застыла с подвешенными в воздухе руками.

– Я думала, ты шутишь, – прошептала она драматично.

– Не шутила.

– Как можно быть настолько идиоткой, чтобы не верить в астрологию? – взорвалась Тася, опустив руки на клавиатуру, как пианист в порыве неистового крещендо.

Я расхохоталась. Наблюдать за Тасей было всегда увлекательно.

– Вы там работаете? – прокричала директор из зала.

– Да, – пискнули мы одновременно и застучали по клавишам.

Мне пришло сообщение на телефон:

«Только дуры ДЕЙСТВИТЕЛЬНО не верят в Прояснение», – написала Тася.

Я прыснула и показала ей средний палец.

Всю смену Тася не унималась, швыряла в меня бумажные шарики, спрашивала шепотом или одними губами, писала маркером на зеркале: «Ты что, дура???».

После работы я помчалась на свидание и очень боялась, что от жары проступят пятна пота на платье (несмотря на полбаллончика дезодоранта). Администратор провела меня на веранду и усадила за столик у перил. Мой новый знакомый появился именно в тот момент, когда я нюхала подмышку.

– Что происходит? – спросил он.

Стоял надо мной весь в белом и смотрел молча, без улыбки.

Медленно откидываясь в кресле, я наблюдала за выражением его лица. Смотрела, как кролик на удава. Надежда, что он смягчится, не оправдалась. На меня по-прежнему взирал суровый дядька. Несмотря на строгость, выглядел он ошеломительно.

– Леонид? – спросила я.

– Ты красивее, чем на фотографии, – отметил он, усаживаясь напротив, – хоть и явилась в мятом платье.

– Я опаздывала на работу.

– Это не оправдание.

– Я учусь и работаю, ни на что времени не хватает.

– Да, я помню, ты писала. Но на свидание время выкроила?

– Впервые за последние полгода. Ты показался мне интересным.

– Чем?

Я посмотрела на вовремя подошедшую официантку.

– Мы еще не выбрали, – сказал ей Леонид.

Кивнув, официантка удалилась.

– Так чем? – продолжил Леонид свой допрос.

– Я голодная, – огрызнулась я.

И только после этого он раздвинул губы в улыбке.

– Ну и как? – спросила Тася на следующий день.

– Отвратительно.

– Он оплатил счет?

– Да.

– Так и чего тогда?

– Слишком высокомерный. Допрашивал.

– Ну, было и было. Забыли, – ответила Тася, – больше же ты его не увидишь?

– Ни в коем случае.

Через неделю я шепотом, склонившись к Тасе, брызгая слюной, возмущенно рассказывала:

– Я чувствую себя раздавленной. Леонид постоянно меня критикует, еще и сравнивает с прошлыми своими подружками. Какими-то моделями мирового уровня. И, ясное дело, всегда не в мою пользу. Где уж мне до моделей. То не так, это не то, вечно я для него какая-то не такая…

– Так не встречайся с ним, – тоже шепотом ответила Тася.

– У тебя всё так просто!

– Так и есть. Это ты – всёсложная.

Фыркнув, я уткнулась в монитор. Тася закинула ноги на стол и чуть не опрокинулась. От скрежетания стола, за который Тася ухватилась, чтобы удержать равновесие, пришла директор и отчитала нас обеих.

– Я-то что сделала? – спросила я у директора с раздражением.

– Выговор, – отрезала та.

– Да за что? – закричала я.

– Второй выговор.

Я вскочила, с шумом отодвинув свой стол, зыркнула глазами и унеслась в раздевалку переодеваться. Меня всё это достало. По дороге домой я набрала Леонида. Номер был недоступен.

– Это ты во всем виноват, – торопливо наговаривала я на автоответчик, – издергал меня, заставил усомниться в своей жизни, почувствовать себя неудачницей на своей работе, в каморке без окон, желать другой участи. А мне ведь там нравилось! Чтоб тебя…

Вернувшись домой, я, не раздеваясь, упала на кровать и включила телевизор.

– И к последним новостям, – бодро говорил диктор, – уже через шесть дней наступит редкое астрологическое явление. Астрологи называют этот день Прояснением, такое случается раз в восемьдесят два года. В этот день раскрываются таланты, наступает прозрение, спадает пелена с глаз, пропадают иллюзии. Мы сможем всё увидеть ясно.

Я щелкнула пультом.

Нужно было стремительно поднять самооценку. Порывшись в телефоне, я обнаружила скидку на фотосессию и записалась на завтра. Выложу во все соцсети, подпишу под каждой фотографией: «Ну что, съел, Лёнечка?». Я, может, не хуже моделей, родители постарались.

– Ты очень фотогеничная, очень, – похвалил меня фотограф, – давай еще повертись. Сделай рукой вот так.

Я сложила руки лодочкой под подбородком и улыбнулась.

– Хорошо. Теперь повернись спиной и обернись. Всё. Завтра пришлю. Знаешь что? Я бы на твоем месте отправил портфолио в модельное агентство, тебя могут заметить.

Он сделал еще несколько снимков.

Получив фотографии на следующий день, я так и сделала: отправила портфолио в десять агентств из верхних строчек поиска.

Сегодня Прояснение. Ничего особенного я не почувствовала, не понимаю, почему вокруг этого раздули такую шумиху. Мне прояснять ничего не нужно, я всё про себя знаю. Я – модель, мне это на роду написано. В агентстве Viktoria мне пророчат великое будущее, но я и так это знаю. Леонид пропал из моей жизни, он так и не ответил на мое надиктованное на автоответчик сообщение. И не перезвонил. Обиделся, что ли? Вероятно, ищет другую дурочку, которую можно ПОУНИЖАТЬ.