Реалити-шоу, или Бал безумных призраков

1

Старинный двухэтажный особняк в стиле ампир уже давно не видел ремонта. Фасад, который когда-то был покрыт серой краской, теперь походил на ободранную кошку. То здесь, то там зияли проплешины облупившейся штукатурки и высыпавшегося от времени и непогоды кирпича. Окна дома были наглухо заколочены ржавыми гвоздями. Прогнившие деревянные ставни по-прежнему выполняли свою работу, упрямо не позволяя дневному свету пробиться внутрь ветхого строения. Парадное крыльцо, бывшее когда-то предметом гордости хозяев, сейчас представляло собой жалкое зрелище: высокие ступени почти развалились, а белые мраморные колонны были изрезаны глубокими трещинами, как лицо древнего старца морщинами.

Здание дышало унынием и тоской. Таким же унылым и тоскливым был и сильно замусоренный двор, а большой яблоневый сад, вольготно раскинувшийся позади дома, пребывал в печали по причине солидного возраста и не ухоженности.

Деревья запущенного сада потеряли листву в эту осень очень рано – погода стояла холодной и сырой. Дожди лили не переставая, как будто хотели смыть с лица города и старый особняк, и никому не нужный сад. А в самом преддверии зимы даже птицы не рисковали залетать сюда, в это странное и таинственное место, давно забытое богом и людьми.

Территория особняка была обнесена массивным, основательно проржавевшим железным забором. Красивые распашные кованые ворота, выполненные сложным орнаментом из завитков и кружев, выглядели такими же ржавыми и корявыми, как и забор.

По мнению горожан, само здание и прилегающая к нему территория не приводились в порядок уже лет двадцать. На самом деле особняк принадлежал мэрии города, но чиновники о нем даже и не вспоминали. В реестре памятников архитектуры ветхое строение не значилось, нового строительства в районе не планировалось, посему объектом чьих-то притязаний неприглядное здание не являлось. А охотников вложить деньги в его реставрацию и ремонт в ближайшее время даже и не предвиделось.

Так бы и простоял старый особняк в полном запустении и безвестности еще много лет, если бы не одно обстоятельство. Старожилы поговаривали, будто в доме обитает призрак. И не кого-нибудь, а первой хозяйки особняка графини Ядвиги Казимировны Подольской, которая так любила свой дом при жизни, что и после смерти не пожелала с ним расстаться.

Как ни странно, но именно этот факт и оживил старый дом. В третье воскресенье октября жители соседних хрущевок стали свидетелями странной суеты вокруг дома. С самого утра появились делового вида люди, которые с серьезными лицами сновали по двору и саду. Осматривая здание, они о чем-то живо переговаривались и что-то записывали в блокноты. Затем к воротам особняка подъехало несколько большегрузных машин набитых, как ни странно, старинной мебелью. Шустрые грузчики быстро внесли мебель в дом и так же быстро уехали.

Это событие вызывало много толков и пересудов у любопытных соседей. Жители района выдвигали разные версии будущей судьбы старой развалины. Кто-то говорил, что особняк будет превращен в музей, кто-то предположил, что его просто готовят к сносу. А кто-то совершенно точно знал, что в доме поселится известный олигарх, которому деньги девать некуда. И этот таинственный бизнесмен купил дом у мэрии за какие-то смешные деньги, дав кому-то из чиновников приличную взятку. Но среди неугомонных граждан бродила еще одна совершенно неправдоподобная версия: в старом особняке будут снимать кино про привидения. И будто на роль хозяйки дома пригласят одну очень известную актрису. Звезда экрана долго отказывалась принять участие в съемках, но все же согласилась взяться за роль из-за фантастического гонорара, выражающегося в каких-то неимоверных цифрах. И ее можно понять, она ведь народная артистка и имеет право требовать за свой непростой труд любые деньги.

Как бы там ни было, но мнения обывателей сходились только в одном: старый особняк уже давно надо было привести в порядок, и он вполне может простоять еще лет сто.

Но на самом деле все началось в первых числах октября, когда у особняка остановился черный джип с тонированными стеклами. Из машины вышел высокий мужчина лет тридцати пяти и скептически взглянув на дом, решительно потянул на себя правую створку ворот. Основательно проржавевшие петли злобно заскрежетали, словно жалуясь на что-то или выражая недовольство тем, что их побеспокоили.

– Николай Алексеевич, – слегка приоткрыв дверцу новенькой иномарки, обратился к мужчине молодой человек сидящий за рулем, – вы не открыли замок.

Мужчина повернул голову к водителю и сдержанно улыбнулся:

– Костя, да он только на честном слове держался.

Николай Алексеевич нагнулся и поднял с мокрой земли расколовшийся надвое замок. Черные кожаные перчатки, плотно сидящие на его руках, моментально стали грязными от ржавчины. Мужчина брезгливо скривил губы и небрежно бросил уже ни на что не годную железку на пожухлую траву и отряхивая руки, неторопливо вошел во двор. Сделав несколько шагов, он остановился и огляделся по сторонам, а затем уверенной походкой направился к парадной двери, по ходу вытаскивая из кармана дорогого кашемирового пальто внушительную связку ключей. Поднявшись по ступеням, Николай Алексеевич еще раз внимательно посмотрел по сторонам и начал подбирать ключ к массивной двери. Выбранный им ключ подошел сразу, но для того, чтобы открыть замок мужчине потребовались некоторые усилия. Наконец дверь поддалась, и Николай Алексеевич вновь принялся перебирать связку в поисках ключа от второй двери. Издав грозный скрежет, искомый ключ открыл и эту дверь. Как только мужчина вошел в дом, он поморщился и зажал нос рукой. Запах, вырвавшийся из огромного холла был помесью затхлости, сырости и гнили, и еще чего-то весьма неприятного. Посмотрев под ноги, Николай Алексеевич увидел на мраморном полу, покрытом толстым слоем пыли, тушки мертвых крыс и нечеткие следы мужской обуви.

– Странно. Наверное, бомжи здесь полазили. Интересно, как они забрались в дом? – пробормотал про себя Николай Алексеевич и нерешительно потоптался на месте.

В холле было темно и мужчина, выудив из правого кармана пальто маленький фонарик, осветил им широкую деревянную лестницу, ведущую на второй этаж.

Отбросив последние сомнения, осторожно ступая по грязному мраморному полу, Николай Алексеевич направился к лестнице. Когда он поставил ногу на первую ступеньку, то услышал треск ломающегося дерева и еще какой-то непонятный звук. «Показалось, – подумал мужчина и остановился, чутко прислушиваясь к едва слышным шорохам и всхлипам, разносившимся с разных концов холла. – Дом же пуст. Может сквозняк гуляет? А лестница-то находится в плачевном состоянии. Необходим ремонт». Эта простая мысль помогла Николаю Алексеевичу справиться с легким волнением, внезапно охватившим его. Мужчина сделал пару глубоких вдохов и выдохов, и начал осторожно подниматься наверх.

На втором этаже так же, как и внизу было грязно, затхло и жутковато.

– Да-а, – протянул вслух визитер, – работы здесь не початый край. Но мне ничего не остается… как сделать это.

Неожиданно из восточного крыла дома послышался громкий скрип. От этого странного звука мужчина вздрогнул и резко повернулся вправо. Страх новой волной накатил на него. «Да, что это я, в самом деле, веду себя как пугливая барышня и реагирую на любой звук? Я могу быть кем угодно, но только не трусом», – опять произнес вслух Николай Алексеевич и направил тусклый свет фонарика в длинный коридор, пристально вглядываясь в полумрак. Углы коридора были затянуты плотной паутиной, а со стен свешивались ошметки старых, давно вылинявших обоев. В эту минуту он уже отчетливо услышал скрежет, будто кто-то открывает никогда не смазывавшуюся железную калитку. Мужчина сделал несколько шагов в направлении леденящего душу скрежета и на какое-то мгновение ему почудилось, что вдали промелькнула странная серая тень, которая исчезла в самом конце коридора за дубовой резной дверью.

– Чертовщина какая-то, прямо как клише из американского ужастика. Любят америкосы нагнетать страх подобными шумовыми эффектами. Но в нашем случае эти прибамбасы ни к чему, – еще громче сказал Николай Алексеевич и передернул плечами, сбрасывая с себя неприятный озноб. Затем он решительно подошел к двери, потянул ее на себя и когда дверь не поддалась, мужчина облегченно выдохнул и, развернувшись на каблуках, поспешил назад к лестнице.

Игнорируя опасный скрип ступеней, Николай Алексеевич стремительно спустился вниз и быстрым шагом покинул дом. С видимым облегчением он закрыл за собой входную дверь и запер ее. Стоя на крыльце, мужчина старался дышать глубоко и ровно, очищая легкие от смрада дома, а свое сознание от пережитого им на втором этаже страха.

– Ну как там? – с любопытством поинтересовался водитель, когда Николай Алексеевич удобно устроился в кожаном кресле джипа.

– Дом как дом. Старый, грязный и вонючий, – брезгливо отозвался мужчина, забрасывая ключи от особняка в бардачок. Туда же он отправил и грязные перчатки, которые быстро стянул с рук еще на улице.

– А привидение как же?

– Да какое там привидение, Костя, – огрызнулся Николай Алексеевич, с явным удовольствием закуривая сигарету. – Выдумки это все непомерно экзальтированных и повернутых на всякой хрени людей. Привидений нет и быть не может.

– Ну, ну, – недоверчиво покачал головой впечатлительный Костя. – Мне вот бабушка рассказывала…

– Мне нет дела до россказней какой-то полоумной старухи, – довольно резко оборвал водителя Николай Алексеевич. – Давай-ка, Костя, дуй в офис. Надо собрать людей и раздать задания. Работы много, а времени у меня остается мало. И отправь сюда Галанова, пусть замок на ворота новый повесит, а то найдется немало желающих растащить из дома то, что в нем еще осталось.

Костя обиженно засопел и завел мотор.

Николай Алексеевич откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел вперед. Мысли, шевелящиеся в голове, были не из приятных: «Эта сволочь поставила передо мной такие условия, что я, человек в здравом уме и трезвой памяти, при иных обстоятельствах никогда бы не подписался на подобную авантюру. Но выигрыш так велик, что от этой затеи трудно отказаться, да и отступать уже поздно. Все зашло слишком далеко. Хотя… еще не поздно, еще можно все остановить и вернуться к прошлой жизни. Но как остановиться? Слишком многое поставлено на карту».

Мужчина крепко сцепил дрожащие пальцы рук и взглянул на водителя. Проявлять свой страх и слабость перед Костей он не хотел, не мог, да и не имел права. Но к радости Николая Алексеевича, водитель ничего не заметил. Молодой человек внимательно смотрел на дорогу, потом вдавил в пол педаль газа, прибавляя скорости. Он хотел, как можно быстрее оказаться подальше от ужасного дома, в котором привидение несомненно есть. Костя был уверен в этом на все сто процентов.

2

Конференц-зал бизнес-центра был заполнен едва ли на четверть. Люди, сидящие в зале, представляли собой весьма разношерстную компанию. Это были мужчины и женщины разного возраста, но их всех объединяла принадлежность к шоу-бизнесу. Определить, что это люди творческие можно было по их яркой небрежной одежде, модным прическам и по своеобразной манере держаться.

На первом ряду, отдельно от остальных, скромно устроилось шесть человек. Эти шестеро пока еще не были знакомы друг с другом. Они украдкой озирались по сторонам, рассматривая дорогой новомодный интерьер зала и странных людей, с которыми им придется общаться в ближайшее время. Члены съемочной группы шумно переговаривались между собой на каком-то только им понятном жаргоне, обсуждая новый проект. Иногда раздавался громкий смех в ответ на произнесенную кем-то шутку. Однако, когда в зал вошел Николай Алексеевич, присутствующие замолчали и с любопытством уставились на него.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался он и доброжелательно оглядел съемочную группу и приглашенных гостей. – Коллеги, вы все знаете, что мы начинаем новый и необычный проект под рабочим названием «Дом с привидением». Мы вместе с вами уже работали над одним весьма удачным шоу, которое имело очень высокие рейтинги. И надеюсь, что новая программа будет успешнее предыдущей. А сегодня я хочу представить вам шестерых участников нашего нового реалити-шоу, которых мы отобрали из нескольких сотен претендентов. Лично я, как автор и генеральный продюсер проекта, одобрил кандидатуры этих людей для участия в съемках.

По залу пронесся легкий ропот одобрения.

– Итак, уважаемые дамы и господа, Андрей Викентьевич Пушилин – врач-ортопед.

Со своего места поднялся импозантный, высокий и гладко выбритый мужчина лет пятидесяти. Он приветливо поздоровался и неловко раскланялся публике. Присутствующие в зале вежливо похлопали. Пушилин опустился в кресло и уставился немигающим взглядом на продюсера.

– Анна Павловна Микулич, – бегло взглянув на страницу открытого органайзера, сказал Николай Алексеевич. – Сия милая дама, хотя и на пенсии, но по-прежнему весьма активна и даже пописывает романы. Я прав, Анна Павловна?

Полная дама настороженно улыбнулась и едва кивнула головой.

– Зоя Александровна Игнатьева – очаровательная учительница младших классов. Она долго не давала согласия принять участие в проекте, но нашему редактору все же удалось ее уговорить. Зоя, встаньте, пожалуйста, пусть наша съемочная группа хорошенько рассмотрит вас.

Игнатьева привстала и, не поворачиваясь к публике в зале, натянуто улыбнулась автору проекта. Затем неуклюже плюхнулась в кресло и смущенно провела рукой по светлым волосам, убранным на затылке в тугой пучок.

– Еще одна очаровательная девушка будет принимать участие в съёмках. Это – Ксения Владимировна Мезенцева. В этом году она заканчивает университет и по окончании его будет…

– Я буду дизайнером, – вскочила с места высокая рыжеволосая девушка и, развернувшись к людям, находившимся в зале, улыбнулась и помахала рукой в знак приветствия. Улыбка Мезенцевой была такой обаятельной, что мужская половина съемочной группы захлопала громче, чем прежде, сопровождая свои аплодисменты еще и одобрительными возгласами.

– Никита Федорович Арсентьев, – продолжал тем временем Николай Алексеевич. – Молодой человек – программист.

– Это я, – подхватился с места симпатичный блондин, и озорно сверкнул глазами. На вид молодому человеку можно было дать не больше двадцати лет. Он был чуть выше среднего роста и хорошо сложен.

– И наконец… Афанасий Ильич Низовцов. Он служит в весьма крупном коммерческом банке…

– Вообще-то я управляю этим банком, – солидно поправил Николая Алексеевича Низовцов. Он не встал, а только вскинул правую руку и лениво сделал кистью пару взмахов. Затем опустил руку на подлокотник кресла и застыл на месте, выражая полное безразличие к происходящему.

– Простите, простите, – слегка поклонился Николай Алексеевич и вновь оглядел зал. – Друзья, теперь, когда вы познакомились с нашими гостями, успешно прошедшими кастинг, я должен сообщить вам, что работа впереди нас ждет непростая. Мы уже полностью подготовили дом, выбранный нами для съемок. В нем есть все необходимое для наших уважаемых участников. Конечно, не все жилые помещения мы привели в идеальный порядок, да это нам и не к чему. Спальни гостей, холл, гостиная, столовая и кухня отреставрированы и меблированы. Наши декораторы трудились сутками напролет и постарались воссоздать интерьер дома по старым фотографиям, которые нам удалось раздобыть в местном архиве. Кухня полностью оборудована и холодильники заполнены разнообразными продуктами. Вы знаете, – продюсер обратился к участникам проекта, – что по условиям нашего шоу в течение месяца вам, друзья, дом покидать нельзя. Конечно, это не так просто провести взаперти целый месяц, но вы все согласились с условиями своих контрактов, когда подписали их. Тем более, что плата за временные неудобства весьма солидная. Полагаю, что десять тысяч долларов за месяц пребывания в старом особняке, вполне компенсируют ваше, так называемое, «заточение в доме с привидением». Мы не забыли и о ваших родственниках. Все они извещены о вашем месячном отсутствии и беспокоить вас они не станут. Съемочная группа будет находиться у мониторов круглосуточно. Так что, если случится какая-то непредвиденная ситуация, мы сразу придем к вам на помощь. Вы должны при себе носить специальную аппаратуру для постоянного ведения звукозаписи. Даже ночью. Ведь привидение может появиться в любой момент. Всегда помните об этом. Если кто-то захочет покинуть проект досрочно, вам нужно будет сообщить об этом нашему главному редактору Ирине Марковой. Ирочка, встань, пусть наши гости посмотрят на тебя еще раз.

С крайнего места второго ряда поднялась маленькая худенькая женщина лет тридцати и стрельнула глазами в сторону участников реалити-шоу.

– Хочу предупредить вас, уважаемые господа, что в доме есть телефон, но позвонить вы сможете только мне, а другие звонки запрещены, – на удивление чистым высоким голосом, совершенно негармонирующим с ее невзрачной внешностью, произнесла Ирина.

– Ирочка, – мягко остановил ее Николай Алексеевич, – наши участники хорошо знают условия съемок шоу, так что не стоит напоминать о них еще раз. Но вот чего наши уважаемые участники еще не знают… – мужчина загадочно улыбнулся и театрально выдержав паузу до конца, торжественно добавил: – Наши спонсоры дали нам понять, что тот из участников шоу, кто продержится в проекте до самого конца получит еще и премию, так сказать, поощрительный приз.

– Что за приз? В контракте ничего не говорилось о каком-то призе или дополнительной премии, – разом заговорили присутствующие, недоуменно переглядываясь.

– Да, да, – энергично подтвердил продюсер, – именно приз, господа. И не просто приз, а поистине королевский подарок. Сто тысяч долларов. Это очень приличные деньги, которые наш главный спонсор выплатит победителю шоу по завершению съемок. Этот человек, проживающий ныне в Швейцарии, пожелал до поры остаться неназванным. Ну, а если вы все, дорогие участники, дойдете до финала, то названная мною сумма будет поделена между вами в равных долях.

– Вот это да! – громко вскрикнул кто-то в зале.

– Но позвольте, – поднялся с места Пушилин, – в моем контракте ничего не говорится о каком-то победителе в шоу и призе.

– И в наших тоже, – поддержали Андрея Викентьевича другие участники проекта.

– Пусть это станет для вас неожиданным и приятным сюрпризом, – улыбнулся Николай Алексеевич.

Но участники шоу не услышали его, продолжая возмущенно задавать вопросы:

– И что значит победитель? Разве в этом проекте могут быть какие-то победители? Мы соглашались просто прожить в этом доме месяц и ничего больше. Мы что же должны выживать друг друга? Драться за что-то? Воевать и ругаться между собой? Или в этом доме нас действительно ожидает какая-то опасность для нашей жизни или здоровья? Нам что-то угрожает?

– Господа, прошу всех успокоиться, – постарался перекричать людей Николай Алексеевич. – Конечно же никакой опасности для вас нет и быть не может, – уже более спокойным тоном проговорил он. – Но вы, наверное, забыли, что жить вы все же будете в доме с привидением, в замкнутом пространстве. А это, уважаемые, уже само по себе может стать испытанием для любого человека и… даже может вызвать стресс.

– Да нет в этом никакой опасности, – беззаботно махнул рукой Никита. – Я думаю, что в этом доме нет и никогда не было привидений. И все это шоу просто банальный развод доверчивых зрителей. Мы просто будем тупо изображать свой страх от малейшего скрипа, дуновения ветерка или сквозняка. Вы сначала все снимете, потом смонтируете места пострашнее, да и запустите в эфир, когда мы уже все будем дома.

Рыжеволосая Ксения мило улыбнулась и томно произнесла:

– Естественно, это игра в привидения и не более того. И за такую смешную работу получить сто штук равноценно тому, как по дороге домой найти клад на улице.

– Вы, милочка, на все сто процентов правы, с одной стороны, – с сомнением в голосе вставила Анна Павловна и поправила на необъятной груди цветной шифоновый шарфик. – Но с другой, сто тысяч – это по теперешним временам очень большие деньги и только за красивые глаза их не заплатят. Не так ли, Николай Алексеевич?

Женщина вопросительно взглянула на продюсера.

– Господа, я не понимаю ваших сомнений. Здесь все предельно ясно, просто и безопасно. Я нисколько не сомневаюсь, что вы все прекрасно справитесь со своей задачей.

– А почему бы вам не пригласить на этот спектакль профессиональных артистов? – угрюмо поинтересовался банкир, закидывая ногу на ногу. – Уж они точно справились бы с поставленной задачей лучше нас, и гораздо достовернее бы изобразили страх и ужас от встречи с привидением.

– А для большей интриги и полного реализма, уважаемый господин Низовцов, – в голосе Николая Алексеевича почувствовались стальные нотки и многие заметили, что от его приподнятого настроения не осталось и следа. – И прошу не забывать, что вы шестеро были выбраны нашими редакторами из огромного количества желающих принять участие в шоу. И мы остановились именно на вас, людях простых и весьма далеких от артистической среды. Вы должны радоваться, что мы выбрали именно вас. Вы все прошли предварительное собеседование с нашим психологом. Им же был составлен личностный профиль каждого из вас. Ваше психологическое и физическое здоровье в норме и не вызывает сомнений или каких-то опасений. Вы все в полном порядке, так что волноваться вам не о чем. Считайте, господа, что вы уходите на месяц в отпуск, пусть даже и экстремальный, подальше от домашних забот и повседневных хлопот. Вы должны так же помнить, что будете находиться на полном обеспечении, да еще за этот отпуск и гонорары получите. Уверен, что во время съемок никаких эксцессов не предвидится, так что – вперед, в дом с привидениями! На этом, – после некоторой паузы устало добавил Николай Алексеевич, – давайте закончим нашу встречу. И уважаемые участники, наш микроавтобус начнет забирать вас по домам завтра, начиная с четырех часов. Будьте, пожалуйста, к этому времени готовы, – поставил точку в разговоре Николай Алексеевич и устало закрыл органайзер.

3

Тяжелые густые сумерки быстро превратились в непроглядную темень. Необычайно большими хлопьями падал мокрый снег. Было ветрено и очень холодно, поэтому участники шоу были рады оказаться в тепле старого дома как можно быстрее. Неохотно покинув вместительный микроавтобус, они вслед за Николаем Алексеевичем и Ириной гуськом потянулись в особняк.

– Проходите, господа, не стесняйтесь. Багаж доставят в ваши комнаты сразу же как только вы определитесь с их выбором. А этот дом теперь в вашем полном распоряжении на тридцать дней. По этой лестнице, – Николай Алексеевич указал рукой на отремонтированную лестницу, покрытую зеленой ковровой дорожкой, – вы подниметесь на второй этаж. Комнаты женщин справа, мужчин – слева. Занимайте спальни, которые вам понравятся и располагайтесь, а в девятнадцать тридцать прошу спуститься вниз. В столовой вас будет ожидать праздничный ужин с шампанским. Таким образом во время застолья вы познакомитесь друг с другом поближе. Ну, а после ужина, если пожелаете, вы можете осмотреть дом. И помните, микрофоны должны быть на вас начиная с того момента, как только вы войдете в свои спальни. Ирочка, ты поднимись с женщинами наверх, помоги им устроиться и приладить аппаратуру, – Николай Алексеевич посмотрел в сторону редактора, которая тихо стояла возле входной двери. – А я пойду с нашими мужчинами. Прошу, господа, за мной.

Гости, робко озираясь по сторонам, молча пересекли холл, сверкающий чистотой, торопливо поднялись на второй этаж и разошлись по комнатам.

Когда к назначенному времени участники шоу спустились вниз, то выглядели уже не такими растерянными, как в первые минуты своего появления в особняке. Мужчины были в строгих темных костюмах, а женщины в вечерних туалетах.

– Дамы, вы просто очаровательны, – не удержался от комплимента Николай Алексеевич. – Идемте, друзья, ужин уже готов.

– А покрепче шампанского что-нибудь будет? – весело поинтересовался Никита, откровенно рассматривая Ксению.

Девушка была очень красива и грациозна. Длинное бирюзовое шелковое платье плотно облегало ее стройную фигуру, подчеркивая высокую грудь и тонкую талию. Она, ничуть не смущаясь, улыбнулась молодому человеку и кокетливо подмигнула. Анна Павловна укоризненно покачала головой и что-то невнятно пробурчала себе под нос.

– Будет, Никита Федорович, – ответил Николай Алексеевич, поправляя холеной рукой дорогой галстук. – В баре имеются напитки на любой вкус. Можете выбрать себе сами все, что пожелаете.

Продюсер провел гостей через холл в левое крыло дома и театрально поклонившись, открыл дверь столовой. Это была большая комната, залитая светом старинной люстры. В центре столовой стоял длинный дубовый стол, массивные ножки которого были декорированы звериными лапами. Стол был покрыт белой скатертью с тонкой вышивкой и сервирован на восемь человек. Аппетитно выглядевшие закуски, невольно притягивали взгляды гостей.