Стражи 2. Возвращение короля

– Б-а-а-а! – удивленно протянула она – Какие мы самостоятельные стали.

Вытирая руки от мазута тряпкой, Изи шла к ним изящно покачивая бедрами. Генри с весельем наблюдал за тем, как этот ее жест попал прямо в цель жертвы. Даже на расстоянии двух метров он услышал, как у бедного Арчи бухнуло сердце и судя по тому, как он начал ерзать, пытаясь незаметно поправить брюки, бухнуло оно прямо в трусы.

– И долго ты собираешься с ним нянчиться? – спросила она Генри кивая головой в сторону неуклюже ерзающего Арчи.

– Не будь злюкой Перчик.

– Только пусть от меня держится подальше. – пригрозила она пальцем – И я просила не называть меня так!

Генри не знал, откуда он взял это прозвище для нее. Оно выплыло из глубин подсознания и надежно приклеилось к ней. С самого первого дня знакомства он стал звать ее «Перчик», а она злиться на него из-за этого.

– Вообще-то я стою здесь и все слышу. – в голосе бедного Арчи звучала неподдельная обида.

– Не перебивай, когда взрослые разговаривают. – осадила она его. – Кстати, мальчики, а вы что теперь и живете вместе?

Ехидный голос намекал на что-то больше, чем соседство.

– Эй, полегче, не перегибай. – нахмурился Генри.

– А то что? Разъедитесь?

Явно довольная своей шуткой, громко смеясь Изи удалилась в свой конец бокса, заниматься недоделанной работой. Проходя мимо Арчи, она толкнула его плечом так, что он еле устоял на ногах. Но если б у этого парня был бы хвост он явно находился в режиме вертолета. Таков был неподдельный восторг от того, что до него дотронулись.

– Знаешь, – обратился к нему Генри – У тебя явно не здоровый фетиш на унижения.

Несколькими часами позже, Генри лежал под симпатичным красным седаном, на котором явно ездила женщина. Весь салон пропах духами, а панель была заставлена маленькими плюшевыми собачками.

– Арчи, подай мне ключ на восемь. – вытянул он руку.

После того ка ни через пять, ни через десять, ни через даже двадцать секунд в его руке ничего не появилось, он решил проверить в чем дело.

Выкатившись из-под машины на подкатной ремонтной тележке, он увидел, что Арчи сидит рядом и смотри в одну точку. Его явно что-то терзало, но лезть напором в душу было не в правилах их дружбы. Генри предпочитал ждать, когда «персик» созреет и сам прибежит жаловаться. Но на этот раз «персик» зреть не спешил. Это было странно, очень странно.

– Арчи! Арчи! – уже кричал Генри, пытаясь вывести его из состояния забытья.

– Ах Генри. – лишь вздохнул он – Почему моя такая большая и светлая любовь остается без взаимности?

– Большая и светлая… Чего! – Генри приоткрыл рот от изумления – Арчи, кончай валять дурака и помогай мне.

– Бесчувственный мужлан! – буркнул Арчи и кинул в Генри первый попавшийся ключ.

– Это не тот. – швырнул он его обратно.

– Да какая разница, они все одинаковые.

Да, тонкая и нежная душа поэта не приспособлена для черной работы.

– Дружище, я думаю тебе нужно обратить внимание на другую девушку.

– Я не хочу другую! – хныкал Арчи.

– Это не любовь, это садомазохизм какой-то. – качал головой Генри.

Жарко споря друг с другом, парни не замечали, что все это время за ними украдкой наблюдают зеленые глаза. Она смотрела на них и не понимала какие чувства вызывает у нее эта странная парочка. Умиление, раздражение, симпатию, неприязнь, а может быть простую, обычную зависть?

В то время как они наслаждались обществом и поддержкой друг друга, она совершенно осознанно обрекла себя на одиночество. Она не могла позволить себе завести друзей, знакомых, даже просто кота. Нельзя было привязываться к кому-либо, ведь рано или поздно пришлось бы покинуть их навсегда.

Но верно ли она поступила? Каждый день приходить домой, в пустую холодную квартиру, где тебя никто не ждет. Не иметь возможность встретиться с кем-либо или просто поболтать по телефону. Правильным ли было ее решение отстранится от всех, когда остальные пытались наладить свою жизнь, влиться и постараться стать частью этого мира?

Закончив свою работу, приняв душ и переодевшись, парни вышли на парковку. Закатное небо багрово-красными цветами окрасило небо. Шум на улицах постепенно начал стихать, готовясь к сумеркам ночи.

За ними следом вышла Изи. Влажные иссиня-черные волосы рассыпались по плечам. Короткая футболка оголяла плоский животик, а узкие джинсы повторяли плавные изгибы стройных ножек. Неся на плече спортивную сумку, она направлялась к своей машине.

– До завтра Перчик. – махнул ей рукой Генри.

– Пока Перчик! – подражал ему Арчи.

За такую выходку последний был удостоен мощным ударом кулака в правое ребро. Согнувшись пополам и задыхаясь от боли, он пропищал:

– За что?!

– Еще раз меня так назовешь…

Она никому не позволяла так себя назвать. Эта привилегия принадлежала только одному единственному человеку. Тому, кото так и не пришел…

И с чувством собственного достоинства Изи продолжила свой путь.

Генри согнулся пополам от хохота, не сдерживая себя ни секунды.

– Почему тебе можно, а мне нельзя? – потирая ребро скулил Арчи.

– Не знаю. – продолжал громко ржать Генри – Пойди спроси, пока она не уехала. Она объяснит.

– Не! Что-то не хочется. – пропыхтел Арчи.

На пути домой Генри пришлось опять выслушивать детские жалобы о трудностях пешего пути.

5

Она стояла посреди бойцовской клетки, а вокруг гудела жаждущая крови толпа. Все пришли посмотреть, как она в очередной раз отправит на больничную койку еще одного смельчака.

Лучший боец клуба – женщина. Такую диковинку многие желали увидеть. Она быстро стала знаменитостью. В ее списке сто сорок три боя и ни одного поражения.

Карьера была на пике. Не сказать, что деньги текли рекой, даже с учетом того, что против нее не решались делать ставки. Гребанный хозяин клуба, забирал себе львиную долю выигрыша. Зато она нашла свое место в этом мире хаоса.

На ней был короткий спортивный топ и боксерские шорты. Ее подтянутое, жилистое тело было так максимально оголено, что просматривались мельчайшие детали вытатуированного на всю спину дракона.

Неприкрытая нагота, посреди огромного количества мужчин ее совершенно не смущала. Она всегда считала себя антисексуальной. Лишенной женских, соблазнительных форм. Даже стрижку делала почти мужскую: выбривала правый висок лишь немного оставляя на правой стороне головы.

Но теперь ее это совершенно не терзало. Теперь она считала это своим особым преимуществом.

Нервно потирая руки в бойцовских перчатках, она шарила по толпе глазами. Адреналин бурлил по венам огненной лавой. В нервном напряжении она начала немного пританцовывать на месте.

В толпе она поймала цепкий взгляд янтарных глаз, что так пристально следили за ней. Они пришли в этот клуб почти одновременно. Сцепились друг с другом как два вагона поезда и больше не отлипали друг от друга. И сколько бы не предлагали им денег, никогда не выходили на ринг как соперники.

На тренировках спарринговали без проблем. Но в серьезный бой не вступали, как бы не пытались стравить между собой двух лучших и непобедимых бойцов.

Генри жестом подозвал ее к себе.

– Ты знаешь с кем ты сегодня дерешься? – пытаясь перекричать толпу хмурился он.

– А какая разница? – небрежно отмахнулась она.

– Ами он опасен! Это не шутки! Будь на чеку!

– Я всегда на чеку! – подмигнула она и отошла от сетки.

Толпа начала недовольно гудеть, пронзительный свит и крики возмущения требовали соперника немедленно выйти на ринг. И вот клетка открылась и внутрь вошел просто огромадный монстр. В плечах не менее двух метров, а в росте так вообще…

– Ох-хо-хо! – широко улыбаясь прокряхтела она – Ну привет сладкий!

В ответ верзила прорычал что-то невнятное.

Ами не была крошкой. Ее рост составлял сто семьдесят пять сантиметров. Но даже она доходила гиганту только до плеч.

Соперник был похож на огромного быка. Глаза налиты кровью, ноздри раздуваются, мышцы напряжены, на лице звериный оскал. Больше всего его раздражало то, что при виде такого как он здоровенные мужики отказывались от боя, а у этой сопли не дрогнул ни один мускул на лице.

А в фиалковых глазах не то, что страха нет, в них плескался азарт и восторг. Чокнутая, да и только. Он же в лепешку ее превратит одной левой.

Толпа ликовала. Сегодняшний бой должен стать легендой. Основным отличием этого бойцовского клуба от всех остальных было то, что в этом клубе существовало только одно правило: никаких правил. И на ринге могло произойти все что угодно.

Такое правило развязывало руки многим отъявленным подонкам. Нередко случались и летальные исходы боя. Но Ами знала, что ее отсюда вперед ногами не вынесут. Не сегодня и не здесь. Она не умрет в этой вонючей, мерзкой дыре. Ее славная смерть ждет на поле боя. Там, где ей самое место. А это так, чтобы не терять сноровку, да и платят нормально.

Смотря на своего соперника, она испытывала крайнее любопытство.

– «Интересно пробьет ли он пол когда рухнет?».

Излишняя самонадеянность и отсутствие инстинктов самосохранения были ее самыми любимыми пороками в соперниках.

После гонга она не шла в нападение, изматывала соперника, изучала его технику, его движения. Как и предполагалось двигаться с такой массой тела ему было крайне тяжело. Но вот удары он наносил резкие, точные и смертельные. Подставляться нельзя.

Ами двигалась по клетке легко порхая по периметру. Урон наносила незначительный, больше развлекалась, что определенно злило соперника. Он начинал уставать, а наглая девчонка даже не запыхалась. Была все еще не то, что на ногах, на ней не было ни одной царапины.

Но немного заигравшись Ами все-таки сделала фатальную ошибку и подставилась, огромный кулачище прилетел ей в правую бровь. Потеряв равновесие, она упала на пол, чем и воспользовался детина.

Придавив ее сверху своим телом, он наносил смертоносные удары. От первого она выставила блок. От второго нет. И тот прилетел ей прямо в челюсть разбивая губу.

Ситуацию ухудшала кровь из рассеченной брови, заливающая весь правый глаз. Нападать не было никакой возможности, оставалось только защищаться, но на сколько ее хватит? Казалось ситуация безвыходная. Шанцев нет и надо сдаваться пока ее не превратили в котлету.

Но сквозь оглушительные крики толпы она услышала единственный знакомый голос:

– Ами! Отвлекающий по ушам. – донесся голос Генри.

Он не кричал, он визжал как сирена.

И размахнувшись как следует Ами со всей силой, плашмя ладонями, треснула с обеих сторон по ушам противника.

Тот, взвыв от боли скатился с нее держась за голову.

За секунду Ами поднялась на ноги. Кровь залила все лицо и капала по подбородку. Но это не мешало ей четко и быстро наносить, удары. Она билась как истинный хищник. Точные удары приносили свои плоды победы и сделав разворот и мощный хай-кик прилетевший в голову верзиле, повалила его в нокаут.

Толпа ревела в оглушительном восторге. По истине заслуженная любимица толпы. Стоя над поверженным сплевывая кровь, Ами с первобытным воплем подняла руки вверх обозначая себя победителем.

Уже сидя в раздевалке, она отбивалась от врача пытающегося наложить ей швы на бровь.

– Да не надо мне зашивать. – вертелась она.

– Сиди смирно Лин! Иначе я тебя еще и к лавочке пришью – рявкнул Джо – А в подарок и рот зашью.

– Да серьёзно Джо, не надо. – хныкала Ами.

– Я тоже серьезно. Если не зашить останется шрам, будет не красиво.

– Пусть будет не красиво.

– Будет заживать долго. – настаивал врач.

– Пусть будет заживать долго.

– Я не пойму ты что, как в первый раз?! – уже с раздражением басил Джо.

Дверь раздевалки открылась и Джо с облегчением обратился к вошедшему.

– Генри! Где тебя черти носят? Объясни ты этой сумасшедшей, что надо зашить рану. Как малое дитя. – жаловался он на непослушную пациентку.

– У тебя рука тяжелая, вот она и не хочет. – хмыкнул Генри.

– Ой, погляди какая цаца! – буркнул Джо – По морде получать это ей не больно, а зашиться больно.

Путем угроз, шантажа и малого насилия Джо, все-таки удалось закончить свою работу. Наложив четыре шва на бровь и обработав другие раны, доктор, попрощавшись, ушел штопать других пациентов.

– М-да! Сильно тебя помотало. – сдерживая улыбку цокнул Генри.

– Иди на хрен! – гнусавым голосом высказала свое недовольство Ами.

Такой он Ами еще не видел. Ватные турунды, вставленные в нос, заплывший глаз, кровавая, рассеченная губа. Слипшиеся от крови и пота волосы торчали в разные стороны. А в глазах детская обида и упрек. Так ее еще никто не трепал, оттого она казалась еще смешнее.

Генри сдерживал себя как мог. Но не долго. Смеялся от души и громко.

– Смейся, смейся хорек плешивый!

– Ами не обижайся. Я все видел. Ты была шикарна! – просмеявшись утирал он слезы.

Дверь снова открылась и в нее просунулась кудрявая бесформенная копна волос.

– Вы тут? – увидев потрепанную Ами, Арчи бросился к ней с утешениями – Ами, детка ты как?

Почувствовав благодарного зрителя, девушка ежесекундно скорчила гримасу боли, выпятила нижнюю губу и захныкала как ребенок.

– Ну все-все! – заботливо утешал ее Арчи – Ты была неподражаема. Завалить такого громилу…

Генри наблюдал за происходящим с неподдельным восторгом. Он никогда не уставал поражаться двоякостью этой девушки. На первый взгляд такая нежная, хрупкая и милая. Но стоило ей выйти на ринг просыпалось ее альтер эго. В одну секунду она становилась холодной, безжалостной и жесткой.

Полный восторг. Огонь и лед, свет и тень, добро и зло, две абсолютно разные противоположности умудрялись сосуществовать в одном теле.

– Арчи, мне так больно. – продолжала хныкать она.

– «Актриса!» – ухмылялся Генри.

Бедного Арчи в очередной раз разводили, а тот и рад стараться. В волю натискавшись голубки отлипли друг от друга.

Ами пришлось усаживать в такси практически насильно. Бунтарка не собиралась заканчивать вечер просто так и не отметить свою очередную победу.

– Вы с Ами не плохо смотритесь. – осторожно начал Генри.

– Ты о чем?

– Ну. – запнулся он – Знаешь как пара.

Прокручивая в голове только что услышанную информацию, Арчи округлил и без того большие глаза.

– Ты что! – возмутился он. – Мы просто друзья! Тем более я не переношу насилия. Моя тонкая душевная организация не выносит этого.

– Не выносишь насилия? – прикрикнул в изумлении Генри – Тебе напомнить, что при первой нашей встрече ты поставил на меня неприлично крупную сумму.

– Ой, да когда это было! – отмахнулся Арчи.

Ища острых ощущений Арчи, пришел в бойцовский клуб именно в тот день, когда дрался Генри. Увидев здорового, накаченного, мускулистого бойца, он поставил на него кругленькую сумму, в надежде приумножить ее. И не прогадал. Так и завязалась их знакомство, сначала на выгодной основе, один ставит, другой выигрывает, прибыль пополам. Потом притерлись друг другу, так и сдружились.

С тех пор много времени прошло, но какая-то незримая связь держала их друг с другом. И благодаря этой связи Генри чувствовал терзания и муки друга, но не знал, как помочь, чтобы не затронуть и не оскорбить его эго.

***

Ами ехала домой в довольно подавленном состоянии. И не потому, что ее сегодня впервые хорошенько потрепали. Так потрепали, что она чуть не признала свое первое поражение.

Прислонившись к стеклу, она с отрешенным видом смотрела на пролетающие мимо многоэтажные дома, фонарные столбы и машины.

Она скучала. Скучала по дому, по девочкам, по родным. Она скучала по прежней жизни.

Новая жизнь казалась ей весьма сносной. Она нашла свое место в этом мире. Бойцовский клуб как нельзя кстати, хоть на немного, приближал ее к старому образу жизни.

Узнав, что он устроился в бойцовский клуб Ами бросилась за ним следом. Она не могла допустить чтобы с ним случилось что-то непоправимое.

Шесть лет назад они так и договорились. Приглядывать за ним. Быть рядом. Влиться в его жизнь естественно и ненавязчиво. Но сами при этом довольно редко контактировали между собой дабы не вызывать лишних подозрений.

Ами честно выполняла свою задачу. Все шесть лет бережно хранила его от опасностей, хотя этого особо и не требовалось. Пусть он и потерял память, но рефлексы остались прежними. Его тело помнило все чему он учился много лет.

А она… Она опять заплатила одиночеством за заботу о нем.

Пыталась завести отношения. Хотя бы короткие. Но все попытки венчались неудачей. Даже видя интерес к себе со стороны мужчины, все было не то. Ей все не нравилось. Все было не так. А на полумеры ее яркая, бунтарская натура идти не хотела. Либо все, либо ничего.

Ее приглашали на свидания, и она ходила. Ее хватало ровно на тридцать минут, а потом она под любым предлогом старалась сбежать. Учитывая, что все кавалеры были абсолютно разными и довольно симпатичными в ее памяти предательски всплывал образ знакомых каре-зеленых насмешливых глаз.

– «А-а-а! – одергивала она себя каждый раз – Только не ОН! Только не ОН!»

6

Изи брела по темной улице порта разглядывая номерные знаки ангаров. Тусклый свет фонарей больше мешал, бликуя на металлических коробах. Щурясь в попытках разглядеть хоть что-то она недовольно бурчала.

– Зачем такие сложности? К чему такая скрытность? Встречаться у черта на куличках, посреди ночи, что за паранойя? – сетовала она вполголоса.

Получив сегодня сообщение на телефон от неизвестного номера, с местом и временем встречи, она без лишних вопросов набросила куртку и вышла из дома. Долгие годы она жила в ожидании этой встречи. Если ради этого нужно было переться на другой конец города в жопу мира, она это сделает.

Ее кеды бесшумно ступали по узким дорогам между транспортных морских контейнеров в поисках того единственного который был ей нужен. Она жалела о том, что так опрометчиво не взяла с собой фонарик. Тот, что был встроен в телефон плохо справлялся со своей задачей. Но это лучше, чем ничего.

Тишину ночного порта нарушал слышимый где-то вдалеке лай собак и вой серен. Морской соленый ветер задувал за капюшон куртки, поежившись от сырого промозгло ветра она подняла глаза на очередной контейнер и бинго! Это он, контейнер 312.

Небольшой грузовой, железный контейнер для транспортировки не очень объемных и габаритных грузов. Старый, ржавый и довольно давно заброшенный. Краска на стенках давно облупилась и кое-где проглядывали сквозные дыры в корпусе.

Открыв тяжелую металлическую дверь и зайдя внутрь, она увидела старые знакомые лица. При ее появлении, возникла гробовая тишина. Изи смотрела на них, они на нее. И все молчали.

Подойдя поближе и увидев лицо одной из них, удивленно присвистнула.

– Ну ни хрена себе! Это где ж такой мейк-ап делают? Ты скажи, я ни в жизни туда не сунусь.

В свете тусклой лампочки фиалковые глаза сверкнули ностальгическими искорками. Но в ответ послала Изи средний палец с непроницаемо-серьезным лицом. Третья присутствующая, улыбаясь лишь краешками губ, молча наблюдала за интереснейшим «диалогом».

Наконец сняв с себя серьезные маски подруги, громко рассмеялись и обнялись.

– И все-таки, серьезно, тебе пора бросать это дело. Тебе же всю голову отобьют. – нахмурилась Изи.

– Это вряд ли. – хмыкнула та.

После последнего боя прошло три дня, но отек и ссадины все еще оставались, портя симпатичное лицо девушки. Глаз был на половину прикрыт, синяки и ссадины украшали все лицо, а вдоль правой брови красовался шрам в четыре шва.

– Ну а ты что, ковыряешься в своих железяках? Не скучно? – вступила в разговор рыжеволосая.

– Нет не скучно. – отрезала брюнетка – Зато морда целая.

Скорчив смешную рожицу Ами показала ей язык.

– Руби, она правда приходила к тебе? Ты ее видела?

С тех пор как Изи получила сообщение о том, что их старая подруга наконец объявилась, она не находила себе места. Долгие годы разлуки и вот наконец встреча, долгожданная встреча, могла говорить лишь о том, что та наконец нашла, что искала.

– Да правда. – услышали они за спиной до боли знакомый голос – Я вернулась.

В оживленном разговоре друг с другом они не заметили, как к ним подкрались. Резко обернувшись, они увидели перед собой симпатичную блондинку. Пару секунд они смотрели друг на друга в полной тишине, не верив, что этот момент наконец настал.

Изи медленно подошла к ней, кончиками пальцев дотронулась до плеча в желании убедиться, что она действительно реальна. Но была грубо отодвинута, даже отпихнута другой, менее тактичной подругой.

– Сапфир! Ты вернулась! – визжала Ами обнимая блондинку – Как я рада!

То отстраняясь, то притягивая назад к себе, Ами трясла ее как тряпичную куклу.

– Эй подруга, поаккуратнее! – возмутилась Изи, – Второй глаз лишний?

– Да пошла ты? – лишь отмахнулась та.

– Че сказала?

Изи угрожающе двинулась в сторону обидчицы, но была резко остановлена.

– Так, давайте все успокоимся! – призвала к порядку Руби – Я вижу, что вы безумно соскучились друг по другу. И у вас еще будет время выяснить отношения.

Позднее, когда эмоции утихли, девушки сидели за столом. В свете тусклой лампочки их лица казались встревоженными и мрачными. От былого веселья не осталось и следа.

– Как так? Я не понимаю! – взорвалась Изи – Ты вроде и нашла решение проблемы, а вроде и нет.

– Так и есть. – спокойно кивнула Фир.

– Ну так да или нет. – настаивала на конкретике Изи.

– Скажем так, я знаю где искать. – скрестив руки на груди ответила она.

– Вам тоже кажется, что слышится какое-то «НО»? – пробубнила с полным ртом быстрорастворимой лапши Ами.

Руби предполагала, что собрание затянется, и затарилась небольшой провизией, чему девчонки, в особенности Аметист, были несомненно рады.

– Для этого нам нужно отправиться туда всем вместе. Иначе не сработает. – пояснила Сапфир.

– А в чем проблема? – не понимающе хмурилась Руби.

– ВСЕМ вместе.

Ударение на слове «всем», заставила троицу нахмуриться.

– А как ты себе это представляешь? – наморщила лоб Изи, активно жестикулируя при этом руками – Не придем же мы к нему и не скажем: «Эй! Собирайся, мы возвращаемся домой. Это не наш родной мир, а мы нашли вход в наш. Мы уходим! И да, это мы стерли тебе память.» В лучшем случае он нам медиков вызовет, подумает, что мы совсем чокнулись. А в худшем пристрелит как бешеных собак.

– Что совсем дикий? – изумилась Фир.

– Да нет! – отмахнулась Руби. – Нормальный он. Но я согласна с Изи. Нам бы для начала ему попытаться память вернуть.

– Ну думаю с этим проблем не будет, да Руби? – Фир простодушно обратилась к Руби.

После этих слов лапша встала поперек горла Ами. Изи выронила из рук стаканчик с горячим кофе. Маленькая тайна Руби выплыла наружу и ей пришлось встретиться с вопросительными взглядами.

– Это вы о чем? – прищурив глаза спросила Изи похлопывая по спине кашляющую Ами.

Рубин бросила недовольный взгляд в сторону Сапфир, говорящий: «Ну спасибо, удружила!».

– Мой амулет проснулся после того, как Фир впервые пришла ко мне. – призналась она.

– Ахринеть! – всплеснула руками Изи – И когда ты собиралась нам рассказать?

– Не знаю. – виновато пожала плечами Руби – Просто не было удобного случая.

Услышав недовольное фырканье в свой адрес, она достала из-под водолазки медальон с пульсирующим кроваво-красным рубином и продемонстрировала его всем.

– А твой тоже проснулся? – кивнула она в сторону Фир.

Ами молча наблюдала за развитием событий, в то время как брюнетка сыпала потоком непрерывных вопросов. Фир показала свой, точно такой же медальон как у Руби, но только с темно-синим сапфиром по центру.

– Мне кажется, или они не должны так светиться. – вглядывалась в камни Ами.

– Не должны. – задумчиво заключила Изи.

– Есть теория, что они еще не совсем восстановили свою силу. – спокойно пояснила блондинка.

– Т-а-а-ак! – кивнула Ами – А наши почему не просыпаются?

– Думаю им нужно зарядиться от этого.

После этих слов она достала из рюкзака небольшую прозрачную сферу, в центе которой была маленькая алая капелька, вокруг которой переливались дымки синего и красного цвета.

– Это то о чем я думаю? – открыла рот в изумлении Руби.

– Это, – Сапфир покрутила в руках сферу – Сердце Короля.

– Погоди! – в недоумении потирала лоб Ами – Я думала Сердце Короля это тот уродский булыжник, что висит под потолком в хранилище.

– Оказывается это был муляж. А настоящее Сердце Короля – вот это. – Сапфир положила сферу в центр стола.

Все четверо несколько минут с открытыми ртами пялились на сферу, не веря своим глазам.

– А как она у тебя вообще оказалась? – первой вышла из транса Изумруд.