- -
- 100%
- +
Эльтан
Глава 1
Эльтан – процветающий, удивительный мир, где уже много лет правит мудрый, справедливый и благородный король Келсей из рода Сазерленд. Мир, сочетающий в себе магию природы и магию технологий. Развитая цивилизация смогла объединить технологии с живой природой, не нанося вреда ни единому живому существу, будь то человек или самое маленькое растение.
Гармония, в которой многие века человек научился жить бок о бок с магией, не только не нанося вред всему окружающему, но и защищая свой мир, делая его более совершенным.
Но, как и у каждого в этой вселенной, так и у Эльтана находились завистники и враги, пытавшиеся захватить и подчинить себе процветающий мир. Что бы укрепить мир между соседями и обрести союзников, заключались королевские браки между мирами.
Для создания подобного союза было принято решение поженить наследного принца Эльтана и юную принцессу Мануула. Создание подобного альянса позволяло двум мощнейшим государствам объединить свои силы, заиметь верного, надежного и, самое важное, сильного союзника.
Стоя позади своих родителей, возглавляющих торжественную процессию, состоящую из королевской четы Мануула, нескольких придворных и вооруженных стражников, принцесса Анабель фон Эллингтон нервно покусывала губы в ожидании открытия портала, ведущего из ее мира в другой.
Ей было всего семнадцать, но она уже в полной мере осознавала всю важность происходящего. Дабы сохранить мир и жизни многих людей, ей всего-навсего предстояло принести себя в жертву. Положить свою жизнь на алтарь самопожертвования и шагнуть в неизвестность, вложить судьбу в чужие руки. Что ждет ее в чужом мире? Кто ждет ее в чужом мире? Эльтан славился на все миры своей роскошью, добродушным нравом не только самих эльтанцев, но и короля Келсея. Однако ей предстояло выйти замуж не за народ или короля, а за принца, слухи о котором были не столь радужными.
Погрузившись в тревожные и мрачные мысли, Анабель не заметила, как начала нервно сминать подол своего платья. Светло– голубой шелк беспощадно мялся под напором ее пальцев, оставляя на себе влажные следы. Заметив это, королева Элионор скосила недовольный взгляд в сторону дочери. Поджатые губы говорили о том, что мать крайне недовольна и раздражена поведением дочери.
Принцесса росла тихим и спокойным ребенком, в отличие от своего старшего брата – буйного и неуемного балагура, принца Вилмера фон Эллингтона. Была развитой не по годам, целеустремленной и любопытной, при этом не доставляя никаких хлопот своим родителям. Пытливый ум принцессы хвалили наставники, няньки и учителя.
К воспитанию дочери королева Элионор относилась очень скрупулезно и придирчиво. В ее понимании принцесса должна быть настоящей леди: скромной, тихой, рассудительной и мудрой. Выражение каких– либо эмоций, особенно негативных, порицалось и возбранялось строжайшим образом. Стоило девочке выйти за рамки «приличия», показать свой истинный характер, как тут же чопорная мать пресекала бунт на корню.
Еще в раннем детстве Анабель поняла, что с матерью лучше не спорить, быть для нее удобной и покорной. Но с годами послушание давалось с большим трудом. В конце концов, в ней текла горячая кровь ее отца – храброго воина, короля, да и в целом довольно дерзкого и не простого характером человека.
Даже после того, как королева сообщила новость о том, что Анабель придется покинуть родной мир и стать невестой, а после и женой принца Эльтана, девочка подчинилась. Внешнее спокойствие и покорность принцессы были такими же обманчивыми, как океан. С виду полный штиль, но та глубина, что скрывалась под этой ровной гладью, могла принести смертельную опасность.
Внутри у Анабель все горело диким огнем. Сердце и разум жгло от мысли скорого расставания с родными и любимыми, от неизвестности, от принуждения. Какой он, этот принц? А если они не подойдут друг другу, что тогда? Принцесса всегда мечтала о большой любви, такой как, у ее родителей. Король Линфорд безумно любил свою королеву и выполнял любую ее прихоть, а королева Элионор была ему настолько преданна, что не задумываясь отдала бы за него жизнь.
О любви мечтают все девочки, не только принцессы. Но, к сожалению, не всем принцессам уготована судьба познать эту самую настоящую, всепоглощающую любовь.
Но долг есть долг, и пренебрегать им нельзя. Как говорится, стерпится – слюбится. Но надежда на лучшее не покидала ее сердца.
Несмотря на жаркое летнее солнце, Анабель мерзла. Холод шел из глубины ее души. Руки заледенели, ноги налились свинцом, став такими тяжелыми, что сложно было сделать шаг. А по спине прошлась холодная изморозь.
Воздух разрезали золотые искры, превращаясь в огромное золотое кольцо. Портал открылся. Тяжело вздохнув, принцесса с усилием сделала шаг вперед, в аккурат следуя по следам матери.
Войдя в портал, ведущий в мир Эльтана, у Анабель подкосились ноги, вздох удивления застыл на розовых пухлых губах. Она и представить не могла, что такое возможно. Огромных размеров хрустальный дворец предстал перед ее взглядом. Арочные колонны, хрустальные стены, на крыше по центру здания был расположен огромный хрустальный купол.
Дворец поражал не только своими масштабами, но и красотой. Возведенный из тончайшего хрусталя, он казался таким хрупким и в то же время могущественным. Падая на стены и крышу здания, солнечный свет отражался радужными бликами, создавая разноцветный дымчатый абрис вокруг дворца.
Оглянувшись, Анабель изумилась не меньше. Дворцовый портал, из которого они только что вышли, представлял собой огромное металлическое кольцо, из которого шли белые мраморные ступени, по которым сейчас спускалась принцесса на центральную аллею.
Процессия во главе с королем Линфордом и королевой Элионор двигалась вперед к мраморным ступеням перед дворцом, где их уже встречали.
По обеим сторонам от Анабель располагались стражники, и как бы она ни старалась, разглядеть обстановку вокруг не представлялось никакой возможности.
Пахло в этом мире довольно приятно: дурманящий аромат цветов и трав сливался с запахом свежего ветра и теплого ласкового солнца. Нервное напряжение хоть и не становилось меньше, радовало уже и то, что оно не увеличивалось. Что сказала бы маменька, если бы ее маленькая леди свалилась в обморок у всех на виду?
– Его Величество король Мануула – король Линфорд фон Эллингтон! Ее Величество королева Мануула – королева Элионор фон Эллингтон! Ее Высочество принцесса Мануула – принцесса Анабель фон Эллингтон!
Церемониймейстер кричал так громко, что казалось, его слышали не только все присутствующие на церемонии приветствия, но и весь Эльтан. Впрочем, по количеству людей казалось, что на церемонии присутствовал весь Эльтан. Все с огромным любопытством пришли поглазеть на избранницу наследного принца.
Вперед выступил крупный мужчина. Последний раз Анабель видела короля Эльтана еще совсем маленькой и почти не помнила его. Высокий, крупный мужчина с широким размахом плеч. Его фигура была довольно подтянутой, несмотря на свой уже глубоко не молодой возраст. Дорогое одеяние из черной парчи, отделанное серебряной вышивкой, выгодно подчеркивало и рост, и фигуру короля, хотя крайне резонировало с нарядами всех остальных жителей королевства.
Лицо монарха украшал глубокий шрам, тянувшийся по правой стороне от самого лба, по щеке и теряющийся в густой седой бороде. К слову, волосы на голове были темными. На удивление, седина не тронула их, чего нельзя было сказать о совершенно седой густой бороде. Глубокая складка между бровями свидетельствовала о том, что человек много хмурился, его лицо имело угловатые, жесткие формы, но несмотря на это король создавал впечатление довольно душевного человека. Жесткость – не всегда равна жестокости.
– Линфорд! Старый друг, как я рад тебя видеть.
Два короля сцепились в медвежьих объятия, хлопая друг друга по спинам, пренебрегая всеми правилами дворцового этикета.
– Элионор!
Выпустив Линфорда из своих объятий, король Эльтана поклонился и припал губами к руке Элионор.
– Ты стала еще прекрасней с нашей последней встречи.
Розовый румянец выступил на щеках королевы, но ничто более не выдало ее смущения.
– Король Келсей.
Королева сделала короткий и элегантный реверанс, после которого король Эльтана сгреб ее в охапку и хорошенько встряхнул.
– Да не будь ты такой чопорной, Элионор! Сто лет не виделись!
Не ожидав такого поворота, королева пришла в полный ступор и даже не пыталась высвободиться. Келсей громко и басисто хохотал, Линфорд как мог старался скрыть улыбку.
Как только ноги королевы твердо стояли на земле, а тело было высвобождено от крепких мужских объятий, она наконец дала волю раздражению.
– Как так можно? – бурчала она, поправляя складки платья. – Люди же вокруг.
– И чего они тебе, эти люди? – простодушно развел он руками.
Анабель стояла в полном восторге, с интересом наблюдая за происходящим. Этому человеку были не чужды проявления каких– либо эмоций, в том числе публичных. Это подкупало принцессу, она уже начала чувствовать симпатию к огромному, похожему на медведя человеку.
– Анабель!
Подойдя к ней, король Келсей ласково положил свои большие руки на хрупкие плечи принцессы. Рукава– фонарики из легкой органзы моментально смялись под весом крепких ладоней. Через тонкую ткань Анабель почувствовала мозолистую, огрубевшую кожу рук, но эти прикосновения были по– отцовски ласковыми и нежными.
– Какая ты уже взрослая. Из маленького белокурого ангелочка с кудряшками ты превращаешься в настоящую прекрасную леди.
Но Анабель проигнорировала слова короля. Все ее внимание было направлено ему за спину, чуть выше, всего на одну ступень, туда, где стояли настоящие легенды. Четыре женщины-воина, слава о них гуляла по всем мирам. О них слагали сказки и песни, каждая девочка в мечтах представляла себя на их месте, и Анабель была не исключением.
В тяжелых металлических доспехах они с гордо поднятыми головами стояли за спиной короля. Каждая из них внимательно сканировала взглядом толпу на предмет опасности. Такой взгляд заставлял кровь стынуть в жилах – взгляд убийцы, опасного хищного зверя, встреча с которым не сулит ничего хорошего. На шее каждой из них красовался амулет с ярким самоцветом на увесистой золотой цепочке.
Воительница с красным самоцветом стояла посередине, немного впереди остальных. Ее волосы имели огненно-рыжий цвет и короткую почти мужскую стрижку. Хищные глаза, сканирующие толпу, имели темно– бордовую радужку.
Блондинка с синим самоцветом слева от рыжей, имела менее суровую внешность. Темно– синие глаза и мягкие черты лица выдавали в ней тонкую, душевную натуру. Почему-то Анабель моментально прониклась к ней симпатией.
Справа от рыжей стояла жгучая брюнетка с длинными волосами и изумрудными глазами. А на ее шее висел амулет с зеленым самоцветом.
Справа от брюнетки стояла воительница с фиолетовым самоцветом. Фиалковые глаза с ленью и скукой осматривали толпу. Ее волосы имели темно-русый цвет и были затянуты в тугой узел на затылке. Но уголки ее губ дрогнули в улыбке, когда, поймав взгляд Анабель, она слегка подмигнула ей, от чего щеки принцессы зарделись румянцем.
Краем глаза Анабель заметила, что и стражники вокруг имели форму соответствующих цветов. Имело ли это отношение к самоцветам на шеях воительниц?
– Анабель!
Голос матери вывел ее из оцепенения.
– О! – спохватилась она. – Ваше Величество, я тоже очень рада вновь встретиться с таким могущественным королем, как вы.
Сделав реверанс, она исподлобья виновато взглянула на короля.
– Вся в мать! Вся в мать! – улыбаясь, бурчал Келсей, качая головой.
– Киллиан! – гаркнул он в толпу через плечо.
Когда из толпы вышел молодой человек, Анабель пробрала легкая дрожь.
На вид ему было лет двадцать. Темные густые волосы выгодно подчеркивали глаза цвета плавленого меда. Высокий, с широким размахом плеч и узкой талией. Даже через ткань рубашки просматривались бугристые накаченные мышцы плеч и рук.
Правильные черты лица, квадратная челюсть, высокие острые скулы, тонкие губы и прямой нос. Он был довольно хорош собой, внешне. Но было в нем и что– то отталкивающее, от чего дрожь в теле принцессы усиливалась с каждой секундой.
– Линфорд, Элионор, помните моего сына Киллиана?
– Мой мальчик, как ты вырос! – вздохнула Элионор, пытаясь обнять парня.
Ловко увернувшись, так чтобы не задеть чувств королевы и не показаться грубым принц лишь сухо бросил свое приветствие и быстрый поклон. С королем Линфордом они вовсе обошлись короткими кивками и проницательными взглядами.
Только тот, кто очень хорошо знал королевское семейство, понимал что единственная дочь очень много значила для короля Линфорда. Его маленький ангелочек, его куколка, лучик света, никому он не позволил бы обидеть ее, тем более заносчивому, надменному и спесивому мальчишке.
Честно говоря, король ревновал, жутко ревновал свою маленькую принцессу и согласие на это брак он дал с тяжелым сердцем.
Услышав о планах Келсея поженить детей, Линфорд впал в ярость. Он считал, что Анабель слишком юна и хрупка, а наследный принц слишком спесив и дерзок. Но королева поддержала Эльтан и Линфорду пришлось сдаться.
– Анабель, познакомься, – подтащив парня к принцессе пробасил король. – Мой сын, принц Эльтана – Киллиан Сазерленд.
Сделав положенный в таких случаях реверанс, Анабель решила взглянуть принцу прямо в глаза. Он был высок, почти на две головы выше ее самой и принцессе пришлось прилично задрать голову в верх.
Но то, что она увидела в его глазах ей очень и очень не понравилось. Надменный и холодный взгляд медовых глаз был направлен прямо на нее. От такого взгляда волоски на теле зашевелились. И тогда принцесса поняла, что именно этот человек сделает ее жизнь на Эльтане максимально некомфортной, если же совсем невыносимой.
Его внешность была довольно приятной, симпатичной, но аура, исходившая от него, полностью отталкивала, настораживала. При одном взгляде в эти ледяные янтарные глаза нутро кричало и становилось в оборонительную стойку.
Принц же с нескрываемым интересом смотрел ей прямо в глаза. Не в глаза, а в самую душу. Его ноздри раздувались, впитывая аромат карамели и спелой клубники, которые она принесла с собой. И этот сладкий запах раздражающе– приятно действовал на него. Можно сказать…успокаивающее.
Ее большие, как у олененка глаза, лазурного цвета, обрамленные пышными черными ресницами намертво, приковывали взгляд. От них невозможно было, да и не хотелось отрываться.
Но внешне принц никак не выказал своего интереса. Продолжал молча с безразличием смотреть на белокурую чужеземку.
– Король Келсей, мы приносим свои извинения за отсутствие нашего сына, – почувствовав тяжелый момент королева решила отвлечь внимание на себя. – Принц Вилмер остался во главе государства в наше отсутствие.
– Да, – выдохнул себе в усы Келсей. – Времена сейчас не спокойные, нельзя оставлять государство без присмотра. Правильно сделали. Хотя мне очень интересно каким стал этот негодник.
– Ничего не изменилось, – недовольно буркнул Линфорд.
Королева и Анабель поспешили спрятать свои улыбки, но у принцессы выходило сделать это намного хуже своей матери. И юный принц на короткое мгновение увидел лучезарную, светлую улыбку девушки.
Ощущения, которые он при этом испытал были для него в новинку. Что– то защекотало в животе, по венам начало разливаться тепло, кожа покрылась легкой испариной, в ушах загудела кровь, а сердце пропустило пару ударов.
– «Фу, как противно!» – передернул плечами принц.
– Ну что ж, я предлагаю пройти во дворец. Вам покажут ваши комнаты, а после мы поговорим. Повспоминаем старые времена и помечтаем о новых.
– Захарий! – протяжно взревел король Келсей.
– Да Ваше Величество.
Возле короля как гриб после дождя вырос худой, высокий, седовласый человек. Вздрогнув от неожиданности Келсей, смотрел на него с прищуром.
– Ты пугаешь меня Захарий. – недовольно прошипел король.
– Милорд?
Бедный Захарий смотрел на своего короля взглядом полным невозмутимости. Все слуги уже давно привыкли к вспыльчивому характеру своего короля, он был чрезмерно буйным, шумным, суетливым и неугомонным человеком. Много кричал, ругался по делу и без дела, лез в хозяйственные дела, но был по сути очень добрым и мягкосердечным человеком. Быстро остывал, когда ссорился с кем– либо и всегда ко всем был справедлив.
Чего не переносил король так это предательства. Первый закон, который вынес юный Келсей сев на трон был смертный приговор предателям. Всех предателей, после честного и справедливого суда, где доказательства вины были неоспоримы, казнили. К счастью, за все время правления, Его Величество так ни разу не привел в исполнение столь суровый закон.
Короля любили, славили и желали долгих лет жизни. Единственный человек кто не мог ужиться с ним, был его единственный сын. Между отцом и сыном вечно вспыхивали конфликты и чем старше становился принц, тем серьезнее были ссоры. Так очередным поводом для скандала послужила необходимость женится на принцессе Анабель.
– Я не буду этого делать! – кричал Киллиан на весь тронный зал.
– Ты сделаешь так, как велит тебе твой король и отец! – громыхал раскатистым басом отец.
– Почему нужно уже сейчас задумываться о женитьбе? Времени еще много.
– Потому что она отличная партия.
– Она еще ребенок!
Киллиан изо всех сил пытал выдумать все новый и новый предлог. Ему нужно было убедить отца, что свадьба – это лишнее. Он не хотел жениться, не хотел связывать себя узами брака и верности в свои двадцать лет. Тем более с незнакомкой.
– Да, ей семнадцать. – кивнул, соглашаясь король. – Но она вырастет. В любом случае вы не сможете пожениться, пока ей не наступит двадцать лет. А к этому времени вы познакомитесь, притретесь друг к другу.
Говоря это Келсей краснел как девица, такие разговоры не для бравого война каким он считался. Вся эта романтическая тема для женщин.
Ну как донести до парня, что Анабель фон Эллингтон самая подходящая для него пара? Может оно само все как– то уляжется? Но Келсей знал ответ на перед – не уляжется. Парень слишком строптив, дерзок, груб и вспыльчив. Его буйный нрав может не только напугать тихую принцессу, но и обидеть. А если не приведи создатель девочка откажется от свадьбы, будет скандал.
– Пффф – только и фыркал молодой принц.
Ну уж дудки. Киллиан был категорически с этим не согласен. И тогда он решил, что раз не может переубедить отца с его фанатичной, бредовой идеей, тогда он будет бить по самому слабому звену в этой свадебной цепочке.
Он был уверен, что принцесса молода, а значит глупа и не опытна, а судя по рассказам о ее матери, девчонка воспитывалась мямлей и рохлей. Выдавить ее было проще простого. Уж в чем в чем, а в том, как вывести из себя даже самого стойкого и терпеливого человека, Киллиану не было равных. Сколько учителей отказалось от него за время его школьной жизни? Шесть? Семь? Может быть восемь?
Он не верил в любовь. Война, сражения, государственные дела все это было ему по душе, в этом он знал толк, чувствовал себя как птица в небе, а вот любовь… Нет, это не для него.
Они еще долго шумели, спорили, ругались так что стены хрустального дворца грозились расколоться и рассыпаться на мельчайшие кусочки. После таких визитов сына, король сильно болел, мучаясь головной болью, а от этого и настроение монарха было сквернее некуда.
В такие моменты прислуга старалась лишний раз не попадаться королю на глаза. Винили и ругали во всем принца. Придворные слуги любили и почитали короля, считали поведение королевского отпрыска недостойным своего положения.
– Не жалеет отца, не жалеет. – сетовали шепотом слуги.
***
После обеда Анабель решила выйти погулять в сад. Остаток дня после прибытия на Эльтан она не выходила из выделенной ей комнаты ни под каким предлогом. Сослалась на недомогание, чтобы не выходить на ужин к общему столу. Никто настаивать не стал, все списали на чувствительную натуру девочки. Но настоящая причина крылась в принце. Она не готова была с ним встречаться. Первое впечатление о нем было не из лучших.
Бродя по саду, она разглядывала все вокруг себя. Множество знакомых и не знакомых растений встречались на ее пути, и всем она одарила своим вниманием и прикосновением.
Самый больший интерес вызывали чудаковатые цветы. Их видов были сотни, разных размеров и оттенков. И пахли они все по– разному. Вот фиолетовый с бутоном, похожим на колокол, он пахнет настолько приторно, что сладкий аромат оставляет послевкусие во рту. А вот ярко– розовый, его бутон состоял из множества маленьких лепесточков, а пах кисло– кисло, что невольно сморщился нос. А вот этот похож на безе, которым украшают торты, и пахнет также. Анабель тихонько хихикала себе под нос, разглядывая и нюхая цветы, продвигаясь вглубь сада.
Дойдя до большого куста, на котором красовались мелкие белые цветочки в форме пятиконечной звезды, она услышала голоса. Кто– то тихо смеялся над ворчливым бурчанием своего собеседника.
Притаившись за кустом, она решила подслушать. Стыдно, очень стыдно, не хорошо подслушивать, но девичье любопытство возобладало над моралью и достоинством истинной леди.
– Если честно, я так и не понял, что это за маскарад был на приеме. Все такие помпезные. Даже командиры в нарядных доспехах, – весело хохотал один. – А король так вообще… как павлин, честное слово. Весь в расшитой парче… А тебя что? – издевательский тон, – Так и не смогли поймать, чтобы натянуть парадные штанишки?
– Ай! – раздраженно фыркнул второй. – Отец настоял. Мол, уважить гостей. Ты вообще видел их? Все такие… такие… – он не мог подобрать правильного слова для верного определения своих ощущений. – Вычурные, что ли, старомодные.
– Ну, такова у них мода, что поделать, – добродушно хмыкнул собеседник.
Подслушивая их разговор, Анабель невольно прониклась симпатией к первому парню. Она не знала, кто стоит по ту сторону куста, не видела их, но по разговору было понятно, что второй собеседник явно не дружелюбно настроен по отношению к ее семье.
– Эти мануульцы… фон Эллингтон! Чего припелись? Сидели бы в своей доисторической дыре.
«Доисторической дыре»? Вот теперь Анабель чувствовала явную неприязнь по отношению к говорящему.
– Принцессу видел? – зло прошипел он.
– Видел! Хорошенькая! Как ангелочек! – мечтательно произнес в ответ.
– Ангелочек?! – раздраженно выплюнул тот. – Вся такая милашка, тихоня. Больше на мышонка похожа. Глазками своими голубыми луп– луп. Фу!
Он отзывался о ней как о чем– то отвратительном, мерзком.
– А платьишко это… Я клянусь тебе, Ленни, эта девка сбежит в ужасе отсюда!
– «Принц!» – охнула про себя Анабель.
Догадка холодком пробежала по ее спине. Так вот как он о ней думает.
Здравый смысл твердил, что нужно уносить ноги, пока ее не заметили, но тело не слушалось, словно ноги вросли в землю. Действительно говорят: «Любопытство кошку погубило».
– А с платьишком-то, что не так? – Лени явно веселился от реакции принца. Было совершенно очевидно, что он сам себе навязывает предлоги для раздражения.
В ответ была тишина, и Анабель предположила, что ответом послужила скорченная гримасами принца. Принцесса окинула взглядом свое платье.
Нормальное, на ее взгляд, платье. Голубая ткань юбки была искусно расшита цветами, лиф платья был драпирован складками. Шлейф платья не слишком длинный – для дневных прогулок самое то. Хит сезона, между прочим, выполнено на заказ и вручную.
– А, ну конечно, ты же любишь у нас девушек брутальных, дерзких.
– Не в этом дело, – пытался оправдаться Киллиан.
– А я думаю, в этом. Как там, кстати, у вас дела с Марго?
– Да никак, – безразличным тоном ответил Киллиан. – Тоже не то!
В голосе друга Ленни распознал необычные нотки. Словно тот пытался увильнуть от прямого ответа.
– Бросила? – догадался он.
– Бросила, – честно признался Киллиан.
Два друга весело расхохотались. Невооруженным взглядом, а в случае Анабель – ухом – было понятно, что эти двое – закадычные друзья. Им не надо было врать, увиливать и «накидывать на себя пуха». Все было честно, понятно и не осуждаемо.
– И что ты теперь собираешься делать? – поинтересовался Ленни
– С Марго?
– С Анабель! – возмущенно прикрикнул Ленни.
– Изведу эту серую мышку. Она же невинна, как птенчик. Молчаливая, жеманная, скучная. Такая мне не пара.
Говоря о принцессе, Киллиан театрально морщил нос, всеми силами пытаясь убедить толи себя, толи друга, что Анабель – это не то, что ему нужно.